Берилл, глава 29, часть 1

Глава 29, часть 1

Предыдущие главы по ссылке: http://proza.ru/avtor/margott&book=12#12

ГЛАВА: «ВОЗМЕЗДИЕ. АКТ I: АУДИТ»

Берлин, редакция еженедельника «Ди Вельтшпигель».
Кабинет шеф-редактора, Фредерика Шульца.

Кабинет Шульца пах старыми книгами, дорогим кофе и непоколебимой уверенностью в том, что он, Фредерик Шульц, — один из тех, кто ткнет пальцем в карту и скажет миру: «Вот где зло». Его газета больше тридцати лет кропотливо строила репутацию «голоса свободной Европы», разоблачая диктаторов, коррупционеров и, в последние десятилетия, — «дорогинский режим». Это была не работа, — это была миссия. Дорогая, хорошо финансируемая миссия. Фонды, спонсировавшие расследования, всегда были прозрачны: «Фонд открытого общества», «Институт демократии в Восточной Европе». Такие благородные названия... Но Шульц ни разу не спросил, откуда у этих фондов такие бесконечные деньги.

На его стол лег пакет, бумажный, плотный, черного цвета, без обратного адреса.
— Доставлен курьерской службой, херр Шульц, - прошелестел секретарь и испарился из кабинета. «Конфиденциально. Лично херру Фредерику Шульцу. К прочтению до 12:00». Шульц взглянул на часы – 11:11.

Шульц, ворча, вскрыл пакет ножом для бумаг. Внутри лежала флешка и один лист, на котором — не текст, а QR-код и короткая инструкция на немецком: «Для просмотра используйте компьютер, не подключенный к сети. Пароль: Wahrheit2025». («Правда-2025»).

Любопытство журналиста перевесило осторожность. Он достал из сейфа старый ноутбук, на котором когда-то писал первые статьи, отключил Wi-Fi и Bluetooth. Вставил флешку.

Папка на флешке называлась «Dossier NАCHSTENLIEBE» («Проект «МИЛОСЕРДИЕ»»), внутри — сканы банковских выписок, контрактов, расшифровки закрытых Zoom-конференций. Язык — немецкий, английский, русский; сухие цифры, даты, имена. Первые десять минут Шульц листал их с профессиональным безразличием. Да, фонды, да, переводы… И вдруг его взгляд зацепился за знакомое название — фонд «Баварское возрождение», спонсировавший серию статей в его газете о «российском влиянии» на немецкие выборы. По документам, 60% средств фонда поступали не от баварских промышленников, а с кипрского счета офшора «Nexus Holding». Того самого, что фигурировал в деле «Бухгалтера» Проскурина, которое Шульц с торжеством цитировал месяц назад как доказательство «тотальной коррупции в России». Ледяная волна пробежала по его спине и он стал смотреть быстрее. Встреча совета директоров «Института демократии», тут же расшифровка. Голос, обозначенный как «Б-4», говорит: «Наша цель — не замена режима. Наша цель — управляемый хаос. Раскачать лодку до состояния, когда общество само потребует внешнего управления. Украина — полигон. Германия — следующая цель. Через миграционный кризис, который мы же и профинансируем».

«Мы же и профинансируем». Шульц вспомнил свою передовицу: «Миграционный кризис — провал Германии и угроза европейским ценностям». Он почти физически ощутил, как под ним рушится пол — вся его карьера, все его разоблачения, весь его праведный гнев… были не поиском истины. Они были деталью схемы. Он, Фредерик Шульц, рыцарь пера, был полезным идиотом в проекте по уничтожению его собственной страны. Последним файлом в папке было видео — камера скрытой съемки. Небольшая комната. За столом сидит человек, которого Шульц знал в лицо — старый, уважаемый немецкий политик-«атлантист», неоднократно дававший ему эксклюзивные интервью. Напротив него — мужчина с каменным лицом, которого Шульц опознал как главаря неонацистской группировки «Фрейи Варту», обвиняемого в поджогах приютов для беженцев (видел его в базах ИНТЕРПОЛа). Политик передает ему конверт. Говорит: «На развитие. Ваша работа по… «очищению городского пространства» очень важна. Публика должна видеть угрозу».

Руки Шульца дрожали, он подошел к окну, глядя на берлинские крыши. Весь его мир — тщательно выстроенный, праведный, комфортный — рассыпался в прах меньше, чем за двадцать минут.

Он был не охотником за правдой — он был приводным ремнем в машине лжи, и кто-то только что прислал ему инструкцию по эксплуатации этой машины, с неявной пометкой «Сделано в Цехе». В этот момент зазвонил его служебный телефон. На дисплее — номер его заместителя. Шульц взял трубку.
— Фредерик, тебе тоже пришел пакет?! Черный? Хрен пойми от кого! — Голос в трубке был истеричным. — Только что пришли такие же пакеты в «Шпигель», в «Цайт», в...! Да куда только не пришли!!! Всем главным редакторам! И не только!!! Что это, черт возьми, такое?!
Шульц медленно выдохнул. Он смотрел на флешку, лежавшую на столе, как на отравленную конфету.
— Это, — тихо ответил он, — аудит, Карл. Нас вызывают к доске. И ставят нам кол.

Он положил трубку.

Первый акт Возмездия начался не со взрыва. Он начался с тихого, невыносимого звука — треска, с которым ломается позвоночник у целой империи лжи.

СЦЕНА ВТОРАЯ: «ПЕРЕКРЕСТНЫЙ ОГОНЬ»

БЕРЛИН. КАБИНЕТ ШУЛЬЦА

Фредерик Шульц не двигался, продолжая смотреть на флешку. В его голове проносились обрывки карьеры: награда за расследование о российских «троллях», которую ему вручал тот самый политик с видео; его пламенная речь на конференции о «защите демократии», спонсированной тем самым фондом «Баварское возрождение». Он чувствовал себя не журналистом, а актером, который тридцать с лишним лет играл главную роль в пьесе, даже не читая всего сценария. Его телефон снова завибрировал. Сообщение от старого друга, главреда из Гамбурга: «Фред, у тебя же тоже такой же пакет - как и у меня? Это война. Кто эти ублюдки? Что нам делать?»

Шульц не ответил. Он подошел к сейфу, достал бутылку односолодового виски (подарок от «спонсора») и налил себе полный стакан. Выпил залпом и жжение в горле было единственным ощущением, которое казалось реальным. Он понял, что у него нет выбора. Если он промолчит, эти данные всплывут без него — и его имя навеки будет вписано в историю как соучастника. Если он опубликует — он уничтожит все, во что верил, и станет изгоем для своих же коллег. Но, по крайне мере, это будет его выбор. Выбор, сделанный не по указке кукловода, а под давлением чужой, беспощадной правды. Его пальцы потянулись к клавиатуре отключенного ноутбука. Он начал набирать заголовок. «ИСПОВЕДЬ КУКЛЫ: КАК МЕНЯ ИСПОЛЬЗОВАЛИ ДЛЯ РАЗРУШЕНИЯ МОЕЙ СТРАНЫ». Это будет его последняя и единственная по-настоящему честная статья.

ШВЕЙЦАРИЯ. ВИЛЛА «ЛАГУНА». СЕКРЕТНАЯ ВИДЕОКОНФЕРЕНЦИЯ

На большом экране, разделенном на шесть сегментов, были лица людей, которые никогда не должны были видеть друг друга. Два медиа-магната, высокопоставленный чиновник из Брюсселя, глава аналитического центра, бывший министр обороны одной из стран НАТО. И Бенефициар.

— Объясните мне, КАК ЭТО ВОЗМОЖНО?! — кричал в камеру седовласый медиа-барон, его обычно бархатный голос теперь визжал. — Мой главный редактор в Лондоне только что прислал мне в личный чат СКРИНЫ СВОЕЙ СТАТЬИ, где он на меня КЛЕВЕЩЕТ! На основе каких-то фальшивок, которые он выдает за правду! Он требует моей отставки! Это мятеж!

— Это не фальшивки, — ледяным тоном произнес чиновник из Брюсселя. Его лицо было пепельно-серым.
— Я проверил через свои каналы в банках. Транзакции… настоящие. Подписи… совпадают. Кто-то получил доступ к ядру. К архивам… Нашего «Проекта «Милосердие».

В эфире повисла мертвая тишина. «Проект «Милосердие»» — это было кодовое название их совместной операционной структуры. Его архивы хранились в физически отключенном сервере в бункере под Цюрихом и доступ к нему имели только шесть человек, и все они были в этом чате.

— Это не взлом извне, — тихо, но так, что все замолчали, сказал Бенефициар. Он больше не выглядел повелителем. Он выглядел стариком, которого только что ударили в солнечное сплетение. — Это слив, кто-то из нас… или кто-то, кто имел доступ к кому-то из нас. Они бьют не по нашим активам — они бьют по легитимности. Они превращают наших солдат, ну как солдат — журналистов и политиков в свидетелей обвинения против нас же.

— Надо давить! Немедленно! — завопил бывший министр. — Активировать все резервные каналы, запустить контр-расследование о «российских хакерах» и…

— Поздно, — перебил его аналитик. Он молча скинул в общий чат ссылку. Это был твит только что созданного анонимного аккаунта с миллионом подписчиков. В нем была ссылка на облачное хранилище. И заголовок: «Dossier «Nachstenliebe»: Полный архив. 2.7 ТБ данных. Pass: Wahrheit2025(«Правда-2025»). — Это уже в сети. Меньше, чем через час об этом будет знать весь мир. Наши СМИ… они либо умолчат, и потеряют последние остатки доверия, либо начнут эту пляску смерти, чтобы спасти свою шкуру. Нас сдали — целиком и полностью, господа!

Бенефициар откинулся на спинку кресла, глядя в потолок. Он слышал, как в эфире один за другим раздавались щелчки — участники в панике выходили из конференции, чтобы пытаться тушить уже свои личные пожары; Шульц знал - НИКОМУ не удастся этого сделать. А он... Он остался один. Его империя лжи, строившаяся много лет, рухнула за один вечер — не от армии, не от бомбы — а всего лишь от черных пакетов, отправленных курьерами.