Let your love shine 18!

(С Признательностью_ Anna Wolf)

Только-только... садилось солнце и наступала ночь в Асгарде, как и одна из тех, что сопровождали меня и Рейнерис веками. Боги, валькирии и слуги разошлись, кто куда, одни...
Внучка Нотт и дочка Хель вступали на "работу": следить за луной, чтоб с нею не заигрался чёрный внучок-волчок Хати, за звездами и за потусторонне-загробным миром, но не в полную силу, обсуждая, при возможности, подарённых кукол и платьички (моей магии хватало едва ль не на Одина :), а заклинание роста - одно из самых медлительных (я чуть создавал человека, я знаю), так что первая визуально ещё была девочкой лет 8, вторая - младше.
Малыши - Нарви и Вали - спали в люльках после наших игр в ладушки, внизу - сопел, от прочитанной ему сказки, свернувшись калачиком на пуховой подушке, волчонок Фенрир, что был на вид с взрослую маленькую очень упитанную и крупноватую собачку; Шею брата обвивал кроха Ёрмунганд, в дреме вспоминая снежинки после нашей прогулки в лес к елкам, что был размером с выросшую земную змейку с драконьими чертами.
Отлеживался рядом и сын Фенрира - беленький волк Сколь. С другой стороны кроваток близнецов, во сне считая фигурки санта клаусов, всхрапывал огненно-алый переливающийся, с туманно-черной гривой и хвостом, Слейпнир, положив мордочку на высокие ножки, достигший почти пропорций жеребенка-подростка - словом, детки спят, после забав и праздника...
Ведь опять шёл снег и всюду в залах висели рождественские носочки, что мы подсмотрели в Мидгарде, через волшебный круг в наших покоях близ Радужного моста, по главным тропам дворца расхаживал, кажется, один Тор, не то все ища выпивку, не то готовясь опять применить, если что, к месту и не очень, свой молот; и уж в который раз слушать и считать его тяжёлые шаги я не намерен, сейчас почувствовав, как... Моё томление по любимой достигло пика за всю нашу историю, я, как никогда, сходил с ума от одних воспоминаний о ней и воображения, как... С меня хватит!
Чуть дрожа, осторожно стучусь в её комнату, приоткрыв.
- Луна моей души, спишь?
Она легко вскочила, с чуть помятой, но такой красивой причёской дома Таргариен - полукругов косичек на распущенных белых волосах, в лёгком платье под тунику с завязочками крест-на-крест на груди, и рукавами-обручами, оно особенно нравилось мне. Я смотрел на неё и... понял, что больше не могу не решиться...
- Локи, что-то с каким-то нашим ребёнком? - приподнялась, глядя мне в глаза, моя, маленькая ростом, мечта наяву. - Что с тобой? Ты так странно смотришь...
- Я бы хотел... Подарить тебе ночь по-мидгардски. - ох, и это ляпнул тот, кто написал толмуты эд! Но иных слов не находилось, опускаю глаза, делая к ней шаг и магией закрывая плотно дверь, так, чтобы нас не было слышно, видно, даже асам и... Чтобы она не смогла убежать)))
Рейнерис приоткрыла ротик и... Смущённо-с осторожным любопытством сделала странный кивок головой (она хотела, но... Стеснялась). Значит, возможно, я прав и, Слава Одину, этот Бальдо успел ограничиться лишь иллюзиями тогда... Впрочем, даже если - нет, сейчас она забудет не только бывшего, но и как её зовут!.. (я больше не в силах сдержать свой огонь, хоть это и иронично).
Притихло-с истомой тихонько пробую поцелуй, незаметно развязывая ей платье. Под ним оказалась полупрозрачная накидка, вроде тех, что носили танцовщицы в Вестеросе. Моя девушка по привычке попыталась остановить меня, невинно-трогательно водя пальчиками по краям рубашки под черно-зелеными доспехами. Ах ты, моя кокетливая малышка, давай, я помогу! С этой мыслью, одной её силой, оставляю на себе только брюки и расстегнутую ткань, сильнее играя руками с её складочками, нетерпеливо чуть задирая их и на руках унося Рейнерис в постель.
Вскочила было опять, но я не дал, "наказывая" глубокими поцелуями в шею и выделяя неопасный магический огонь, медленно обводя им её фигуру от плечей к низу животика, чтобы спалить наряд; она забилась в моих руках, оставшись в одном отделанном металлом и драгоценностями лифе и юбочке, сжавшись в комочек, но невольно чаще дыша и краснея щечками.
Создания всех миров, ты прекрасней всех!
- Любимая... Молю, не стесняйся меня, я всегда мечтал об этом, с тобой одной! - шепчу и укладываю снова, наколдовал себе удобную лишь набедренную повязку, снижая жар рук на более нежный и передавая его губам, жадно рисуя что-то ими на её талии с закрытыми глазами и... Как в полузабытьи слышу слабый стон. О да, не останавливайся! Перереворачиваю её на спину и наколдовываю тряпочку завязать ей глаза (Локи, минимум фокусов, пора играть по-горячему!) Разметав носом её волосы я притянул её к себе, заведя руки за спину и удерживая одной, другой дразняще поглаживаю ей то зону декольте, то бедра в юбочке, лобызая, где доставал, прекрасную спинку.
Она не выдержала и, вскрикнув, упала в подушки, рефлекторно бочком подползая укрыться одеялом. Ну нет, милая! - возбужденно-шаловливо рывком переворачиваю её и сняв повязку (я хочу, чтоб она видела, как я... безумно хочу её), не дав опомниться, раздвигаю ноги, чтобы лечь на неё на уровне бюстгальтера, играя губами и языком с его застежкой. Рейнерис постепенно, наконец, тоже смелела и потому обняла коленями, потянувшись подарить ответные ласки моим распустившимся кудрям и мокрым от желания плечам. Сейчас, милая, не торопи, я хочу познакомиться с твоей прелестной грудкой! Расстегиваю ракушку, удерживающую её, помогая расслабиться её обворожительной владелице лёгким тёплым волшебным вихрем, обвевающим ей ножки и прямо между ними...
- Локи... - с трудом проговорила она, хватаясь за меня руками, едва не теряя сознание.
- Тссс - приказал магическому ветерку блуждать по её телу, по губам, по шее, по плечам, обводить хорошенько каждый небольшой обнажённый полукруг с "поцелуем" точно живой дрожавшей жемчужинки посередине, спускаться по линии к лунке в центре животика и, шлепнув чуть по нему, скользнуть жаркой змейкой во внутрь, между задранной юбки, а сам, с мягкой силой удерживая двумя руками - ее, не помня себя, впился в её чувственную кожу на сплетении шеи и щечек, на пересечении шейки и ключиц, едва не рыча от стонов.
Она перевернулась на бок и... Увидела зеркало, а в нем нас - теперь совсем без одежды, доверяющих друг другу самое сокровенное и... Кажется, опять смутилась.
- Ты не опустишь глаза! - приказал я ей распаленно, чуть запрокинув голову и отводя, пытающуюся слабо сопротивляться, руку, прекратив одну магию и... запустив другую, себя ещё одного, сзади меня (все его ощущения, конечно, передавались мне). - Что ты творишь?! - только и успела охнуть моя сладкая, как... Стала везде мокрой - моя версия скользнула языком по её спинке до бёдер, а потом раз - и она спереди, посасывает её самые интимные места шеи, животика и груди, поглаживая её, чуть сжимая и особенно расшалившись с их серединами (видимо превратив их для взбудораженной фантазии в самые вкусные ягодки). Я в это время то медленно, то быстро (сам поражаюсь, как и отчего), сзади щекотал её пальчиками там, где раньше прятался столп огонька...
Впрочем он, казалось, и не покидал, ни её, ни меня, я сделал своего клона невидимым и мы поменялись с ним местами по расположению и касанию к Рейнерис. От этого она разметалась в ткани и потянулась позволить мне овладеть ею полностью. Не упрашивая себя долго, я быстрым движением перебрался в позу нашего самого тесного контакта.
" А ну - брысь! Она - только моя, навек!" - шикнул я мысленно на свой вариант - и тот сгинул, крепко обнимаю свою невесту, начав двигаться, по возможности плавно, но быстро. Она не могла поверить, что я так могу и только смотрела на меня, не успевая изумиться. О, ты не представляешь даже, что... ещё, и не то, я с тобой жажду!..
Невольно чуть отведя взгляд от её роскошных черт и форм, я кинул взор в окно - ох ты ж, уже солнце встало! Как жаль, что ночь так мала сейчас. Но это не имеет значения, ведь в этот час уединения, ты, Рейнерис, со мной, в моих руках, ты дорожишь от моих губ и постанываешь от моих ласк, о... Я... я, взорвавшись эмоциями и ощущениями нашей близости, все набиравшей градус, окончательно... Бережно прижал её к себе, укрыв и... Опьяненно-невольно засыпая, казалось, даже во сне продолжая целовать... словно собственную... чудную мидгардскую душу теле девушки, засыпающую на моей груди. Я так люблю тебя... Спи сладко, милая, я - с тобой ;;