Часть первая - глава 8

В половине десятого утра Мануэла проснулась в номере отеля «Акиле-Рено». Продолжая валяться в мягкой постели, вспоминала первый рабочий день. Всё шло как по маслу! Будет ли так и дальше? После перехвата клиента коллеги и разговора с Бэллой отдохнула какое-то время, а затем вновь выиграла битву за свободного гостя. Тот оказался спокойным парнем, предпочитавшим миссионерскую позу. Вслед за первым часом купил второй, а затем попросил скидку на третий. Утомившаяся Мануэла отказала, и он ушёл.

Четыреста крузейро за день! Точнее, всего за четыре рабочих часа! В недавнем прошлом столько получала за целый месяц работы стряпухой. И то, когда Мигель проявлял благосклонность и не штрафовал за каждый чих. Пребывание в Сан-Паулу обходилось значительно дороже, чем в родной «деревне», но заработка одного лишь дня хватало как минимум на неделю-полторы. И это со съёмом весьма комфортного номера в не самом дешёвом отеле, а также с питанием поразнообразнее яичницы.

Прокручивая в голове детали диалога с Бэллой, всё ещё чувствовала удовлетворение. Однако сейчас эмоции улеглись, а шапкозакидательский настрой сменил здоровый рационализм. Пришло осознание того, что и впрямь вела себя фатовато, заслуженно вызвав гнев Доры, Бьянки и Матильды. Неудивительно, ведь у одной стырила клиента напрямую, а двум другим попросту не дала толком поработать. Не нужно претендовать на Нобелевскую премию, чтобы понять: теперь коллеги ненавидели несносную новенькую. Пёс-то с ними, но кто такая Флоринда? Почему Бэлла упомянула именно её? Надзирательница в этом крысином логове? И чем может угрожать?

Ответов на многочисленные вопросы Мануэла не знала. Гадать не хотелось, а лучшим способом докопаться до истины виделось посещение «Борболеты». В одном не сомневалась: Бэлла довольна приобретением такого работника. Довольна и готова прощать дерзости. Во всяком случае, до поры до времени.

Глубоко вдохнув и наконец сбросив с тела лёгкое бамбуковое одеяльце, дотянулась до телефона. Набрав номер ресепшена и дождавшись соединения, сказала:

– Хочу заказать еду в номер. Это возможно?

– Да, конечно, сеньорита. Чего желаете? И какой именно ваш номер?

Мануэла хмыкнула. На дверные цифры внимания не обращала ни при заселении, ни при дальнейших входах или выходах из комнаты. Покидать постель и прогуливаться до двери прямо сейчас не тянуло совсем.

– Креветок с лимонным соусом. Или с любым кислым. Панкейки с ягодной начинкой и фруктовый питьевой йогурт. По поводу номера… Я на семнадцатом этаже. Въезжала позавчера…

– О, сеньорита Вивейрос! Помню вас! – звонкий голос выдавал ту самую девушку, которая помогала при заселении. – Посмотрю в журнале точные цифры. Заказ записала, передаю на кухню. Готовы подождать до получаса?

Ответив, что готова и поблагодарив, повесила трубку. Снова развалившись на кровати, улыбнулась. Завтрак в постель, не иначе! И не какой-то скверный, а тот, который хотела!

Появилось желание связаться с Бэллой и сообщить, что сегодня приедет раньше и проведёт весь день. Вторично потянувшись к трубке, передумала на полпути. «Не обязательно перед ней отчитываться! Доберусь, как смогу. Пусть драные козочки пока попасутся без меня. Глядишь, даже заработают на хлеб!».

***

Спрятав повседневную одежду на нижнюю полку комода и достав полотенце, Мануэла собралась принять душ. Решение оставлять «жаркие» элементы гардероба в запиравшейся на ключ рабочей комнате и переодеваться на месте виделось наилучшим, поскольку постоянное ношение тугих стрингов было сравнимо с пыткой. Не самой болезненной и далёкой от инквизиторских, но всё равно неприятной.

Серые тренировочные, майка-топ и удобные хлопковые трусы отправились в комод до окончания трудового дня, а на смену им пришли чёрное бельё и сетчатые чулки. Положив вещи на кровать и взяв полотенце, побрела в душевую. В этот момент в дверь постучали. «Бэлла? Общались же только что!». Чистая правда. Босс встретила подопечную и прямо с порога сообщила, что вчерашний клиент Алекс изъявил желание вновь провести час и приедет сегодня вечером. Мануэла обрадовалась, поскольку это означало лишь одно: появился первый постоянник! «Если сумасбродная Дора пронюхала и пришла выяснять отношения, придётся драться. Я ведь не умею… А она? Тощая, как дворовая кошка. Ладно, справлюсь!».

Бросив полотенце на кровать, пересекла комнату и открыла дверь. На пороге стояла высокая длинноногая девушка в красном шёлковом боди и туфлях на каблуке. Золотое ожерелье на шее изумительно сочеталось с цветом волос: от корней они оттенялись насыщенно-чёрным, но концы прядей переливались канареечным оттенком. Румяные щёки, пухлые губы и дерзкий взгляд превращали гостью в харизматичную танцовщицу бразильского карнавала. Боди выигрышно обтягивал объёмную грудь и вообще не скрывал сочные подкаченные бёдра.

– Привет, красавица! – губы Флоринды улыбались, но в глазах оставался холод. – Вау, какая у тебя фигурка! Пустишь поговорить?

Глядя на коллегу, Мануэла отметила, что эта девушка выглядит очень даже недурно. Вчерашний день показал, что никто из работавших не в силах тягаться с непреклонной новенькой. Теперь же появилась равная соперница.

– Да, проходи, – кивнув, отступила на шаг, – вот только я не одета. Хотела идти в душ.

– Не переживай, много времени не отниму! – Флоринда подошла к кровати, изучая кружевное бельё. Услышав хлопок закрывшейся за спиной двери, резко развернулась. – Мне тут передали, что в детстве ты много играла в «Монополию». Это правда?

На секунду Мануэле стало не по себе. Злобные глаза-локаторы словно испепеляли.

– Скорее ты много читала крутых детективов. Говори прямо, к чему далёкие отступления?

Флоринда ухмыльнулась и вновь глянула на кровать. Подняв трусики, занялась поглаживанием нежной ткани наманикюренным ногтем.

– Да ты крутышка! – небрежно бросив бельё обратно, шагнула вперёд. – Слушай сюда, деревенщина: я работаю у Бэллы уже третий год. Всё это время в салоне царит мир и порядок. Не скажу, что мы дружим, но никто никому дорогу не переходит. Кто-то поднимает больше, кто-то меньше, но хватает всем. Ты можешь побеждать в сражениях за свободных гостей, но уводить постоянника из-под носа – мерзкая проделка! Пока прошу по-хорошему: завязывай с этим. Ты совсем зелёная в нашем деле, и лучше бы тебе проявить больше уважения к напарницам, поняла?

Огонёк в глазах собеседницы не давал покоя. Тем не менее, показывать слабость Мануэла не хотела.

– Так работает рынок, дорогая… – проговорила, выпрямляя спину. – Разве не знала этого? Договоримся так, Флоринда, или как тебя там, – ты не учишь меня жизни, а взамен я не стану говорить, насколько глубоко в жопу тебе надо пойти. Ясно? И ещё кое-что: проваливай!

Лицо Флоринды расплылось в улыбке, но злоба в глазах сохранилась.

– Что ж, придётся принимать меры… – протянула она, съедая взглядом обнажённое тело коллеги. – Сделаем тебя скромной, подруга.

Яростный прищур заставил Мануэлу задрожать и всецело поверить в способность Флоринды устроить мордобой. Вместо этого та всего лишь быстро обошла новенькую и покинула комнату, громко хлопнув дверью. О завершившемся секундой назад разговоре напоминал только сладкий запах духов. «Не пальцем деланная краля… – смекнула, глубоко вдыхая. – Ничего, повоюем!».

Схватив полотенце, поспешила в душ.

***

Выключение света совпало с поворотом крана. Мануэла прекрасно вымылась, но стоило только перекрыть воду, как темнота окутала комнату. Через несколько секунд светильник в форме сердца замерцал, а танцевальная музыка пригласила в гостевую.

Назвать работавшего второй день человека опытным вряд ли возможно, однако Мануэла поняла многое уже за первые сутки. Одним из открытий стало отсутствие необходимости спешить на вызов. Даже если заходила в гостевую последней (так всегда и случалось в силу того, что комната находилась в конце коридора), то на шансы это никоим образом не влияло.

Вытершись, хотела одеться и пойти за очередной победой, но чёрное бельё предательски маскировалось в темноте. «Да и насрать!» – завернувшись в полотенце, вышла из комнаты.

Ударивший в глаза яркий свет гостевой заставил прищуриться. Несмотря на это, увидела маленькую Дору, одетую в бельё телесного цвета, эффектную Флоринду в том же красном шёлковом боди и двух неизвестных девушек с притягательными бёдрами. Все выглядели нарядными. Все, кроме Мануэлы. Поправив спадавшее с груди полотенце, встала рядом с коллегами.

Лицо клиента скрывало множество татуировок: пентаграмма, непонятная комбинация цифр, черепа, ножи, распальцовки – будто чем-то разозлил тату-мастера, и тот набивал в случайном порядке. Рваная зелёная футболка и пятна на бирюзовых тренировочных усиливали и без того не лучшее впечатление.

– Теперь все? – буркнул он, косясь на Бэллу.

– Да, сеньор! Прошу прощения, но Изабель не успела одеться, видимо, выбежала прямо из душа. Впрочем, выбирайте.

– Она пришла вовремя! Вот ты… Флоринда, так? А ты – Изабель?

– Или Мануэла! Хозяйка вечно называет меня по-разному.

– Плевать! Оба имени – параша. Но ты мне нравишься. Ты, – татуированный ткнул пальцем на Флоринду, – тоже. И обе по полторы сотни. Проклятье!

Тон не понравился. Мануэла намеревалась развернуться и отказаться от грубияна, но мгновенно поняла, что выбор идёт между ней и Флориндой. Принципиальное противостояние!

– Мой разукрашенный дружок, как же хорошо, что тебе придётся иметь дело не с дурацкими именами, а вот с этим! – лёгким движением скинула с себя полотенце. – Несколько бесполезных купюр, и ты потрогаешь то, что видишь. И не только потрогаешь…

Глаза клиента оживились. Не отрывая взгляда от голого тела, он вытащил из кармана мятые банкноты и кинул их в направлении Бэллы.

– Уговорила, стерва! Погнали!

Мануэла улыбнулась и, посмотрев на Флоринду, показала язык. Подняв полотенце, отправилась зарабатывать.

***

Хранение наркотиков с последующим распространением, разбойное нападение, грабежи и неуплата алиментов – чувствовалось, что Тиаго гордился собственной биографией. Суд признал вину лишь в торговле веществами, но гость хвастался даже убийством. Благо в подробности не посвящал. Отсидев четыре с половиной года «от звонка до звонка» и «откинувшись» на минувшей неделе, первым делом встретился с друзьями. С теми, кто остался. После многодневного застолья и опустошения десятков бутылок спиртного захотел порезвиться. Приятели посоветовали «Борболету».

Криминальное прошлое, чрезмерный апломб и тюремный жаргон не превратили клиента в постельного монстра. Первый раз он «выстрелил» спустя всего минуту. Передохнув четверть часа, принялся за вторую попытку. Результат улучшил незначительно: кончил на третьей минуте. Даже скучная и не самая удобная миссионерская поза доводила до пика за считанные мгновенья. Быть может, парнишка попросту изголодался по женскому телу.

Оставшееся время Тиаго рассказывал про приключения до посадки, жизнь за решёткой и планы на будущее. Мануэла не слушала. Судьба бывшего заключённого интересовала её не больше, чем зомби-апокалипсис. В диалог включилась лишь тогда, когда речь зашла о продлении на следующий час.

– Чё ты молчишь, будто дерьма в рот набрала? Ладно, забей. Хочу купить ещё часок, но только это… дашь в попу?

Нечто подобное предполагала. Не обязательно зэк, но кто-нибудь из гостей рано или поздно намекнул бы на отклонения от классического секса и оральных ласк. Однако знала, что делать ничего из этого не станет. Даже за повышенный прайс. Единожды заполучив инфекцию или повреждение, рисковала надолго «выпасть» из графика. Потерянные от простоя и потраченные на лечение деньги вряд ли компенсировались бы утроенной стоимостью часа.

– Упс, дружочек, не сегодня. Занимаюсь только традиционными штучками… – улыбнувшись, коснулась пальцем носа клиента, будто на миг тот превратился в клавишу музыкального инструмента.

– Не понял? Что ты несёшь? Говорю, заплачу ещё за один час. Готов бахнуть двести. Теперь согласна?

Мануэла не трусила. Да, перед ней не выпускник института благородных мужчин, а настоящий бандит, но бояться и не думала.

– Котик, так оно не работает. Мне будет больно, понимаешь?

– Тебя из эскортниц разжаловали? – Тиаго сел на корточки. Видимо, перепутал постель с полом тюремной камеры. – Чё ты ломаешься?

– Могу предложить одну хорошую попку… но не свою. За двести девочка будет безмерно ласкова с тобой, мой разукрашенный.

– Харе кликухи мне навешивать, болтушка! Я хочу именно тебя!

Мануэла засмеялась. Расслабленная и спокойная, она полностью контролировала ситуацию. К тому же сегодня утром Бэлла рассказала про тревожную кнопку: на стене за тумбочкой спрятали защищённый тумблер. Если работница вдруг почувствует себя не в безопасности, ей необходимо всего лишь поднять крышку и опустить рычаг.

– Ну так представляй меня, пока трахаешь ту малышку. Разве сложно? – подмигнув, опять нажала на нос. – И не дави, мой тигрёнок. Я тоже умею рычать. А-р-р-р…

Происходящее умиляло Мануэлу. Рыкнув, вновь залилась смехом.

– Мерзавка… – буркнул Тиаго, почёсывая затылок. – Ладно, принцесса. Отведи меня к той хорошенькой попке. Она точно согласится? Ты не разводишь?

Мануэла вскочила с кровати, стянула оттуда клиента и вышла с ним в коридор. Шла голой без капли стеснения, а вот бравый тюремщик то и дело прикрывал достоинство, озираясь по сторонам. Дошагав до места, где вчера видела Дору с Алексом, остановилась.

– Теперь бегом в мою комнату! Принеси две бумажки по сто. Я пока поговорю с подругой.

Тиаго крякнул что-то нечленораздельное и пошёл обратно. Мануэла постучала.

– Дорочка, привет! – начала, едва только коллега высунула голову. – Знаю, злишься на меня. Оставим это – на обиженных балконы падают. Прямо сейчас передаю тебе жеребца на часик. Заплатит две сотни. Фантазию объяснит, но, чур, обратно его не возвращай.

Дора хлопала глазами, недоумённо смотря на новенькую.

– Ой… Неожиданно. Там что-то грязное?

– Не думаю. Ты ведь опытная. Мойся и готовься заработать больше обычного!

– Спасибо… Мне казалось, ты сука редкостная…

Кивнув и не дослушав, Мануэла развернулась и двинулась по коридору. По пути встретила Тиаго, который шёл уже одетым. Впрочем, выпуклость тренировочных давала понять, что к продолжению тот готов.

– Хозяйка в гостевой или соседней от неё комнате. Сначала передай ей денежки, а потом наслаждайся Дорой. Ах, она такая горяченькая!..

Вернувшись к себе, Мануэла не до конца понимала, герой она или злодей. С одной стороны, помогла коллеге заработать больше обычного. С другой – подсунула жёсткую фантазию. «Разберётся… Если не даст в жопу за двести, пусть идёт мести дворы!» – довольная собой, развалилась на кровати. Вот только запах тела Тиаго заставил подняться и пойти в душ.


***

Дверь бесшумно открылась, и в комнату вошла Флоринда. Скорее всего, Мануэла ничего не услышала бы, но недавний разговор сделал её внимательнее. Не выключая воду, прильнула к кафелю на стене и едва заметно отодвинула шторку. Теперь отчётливо видела коллегу-соперницу. Та действовала быстро: обошла кровать, добралась до тумбочки со стоявшим френч-прессом и, приоткрыв крышку, высыпала какой-то порошок из бумажного стик-пакета. Со стороны казалось, что проницательная Флоринда лишь подсластила свежезаваренный кофе, однако Мануэла сообразила, что дело серьёзнее. На всё про всё ушло каких-то тридцать секунд. После девушка в красном боди поспешила уйти.

«Неужели она готова отравить человека? Мама-Америка!» – в голове проносились тревожные мысли, а сама Мануэла ещё несколько минут простояла под струями горячей воды.

Выйдя из душа, осторожно дошагала до тумбочки. Склонилась над чайником. Понюхала. Кофе имел неотличимый от обыкновенного аромат. Нагнулась над мусорным ведром и, морщась при виде использованных презервативов, отыскала на дне разорванный стик-пакет. Сложив концы бумажек, обо всём догадалась. «Исплозау» – самое мощное слабительное в Южной Америке. Изобретённое в конце шестидесятых, оно многократно подвергалось критике за чересчур сильное раздражение кишечника. Мануэла знала об этом от бабушки, которая в своё время отказалась от препарата. Подробно изучив действующее вещество, Карла заменила лекарство на естественные травы, а внучке прожужжала все уши, называя современных врачей «учёными в г***е мочёными».

«Значит, вот так ты собралась меня воспитывать… Жаль, не учла бдительность сеньориты Вивейрос!» – размышляла, ломая голову над тем, как заставить саму Флоринду выпить это взрывное зелье.

В дверь постучали. Вздрогнув, чуть не перевернула френч-пресс. Не дожидаясь приглашения, в комнату ввалилась обнажённая Дора. Если бы Мануэла не знала, чем та занималась, предположила б, что пробежала марафон. Красное вспотевшее лицо украшала довольная улыбка. Ещё бы – заработала больше обычного! Хрупкое тело дрожало, и каждый шаг давался с трудом. Будто гуляла по раскалённым углям.

– Ой, извини, ты не одета… – Дора опустила голову вниз, но, увидев собственный голый лобок, засмеялась. – Как видишь, я тоже! Хочу сказать… Боже… Он ушёл, уже можно говорить… Одним словом, спасибо тебе! Было несладко, но этот разрисованный оставил целую сотку чаевых! Честно, думала ты та ещё стерва, но… Короче, спасибо!

Глядя на вздрагивавшую от каждого слова коллегу, Мануэла испытала жалость. Ощущение, схожее с тем, когда на улице встречаешь бездомного котёнка под проливным дождём. Сочувствие вмиг сменилось гневом: «Оставил сотку? Это мой клиент, дурнушка! Либо делись, либо вали из комнаты!».

– Ну что ж, рада за тебя! – произнесла, стараясь не показывать раздражения. – Было больно?

– Не то слово! – дюймовочка зажмурилась. – Очко до сих пор горит. Правда, деньги не пахнут!

– В отличие от кофе! Будешь?

Дора с интересом посмотрела на чайник.

– Ой, не откажусь… Ты очень любезна, подруга! Сейчас, принесу свою чашку!

«Чумазый зэк начал прочистку твоих труб, а я закончу!» – думала Мануэла, смотря на упругую попу выходившей за кружкой коллеги. Почему-то хотелось заставить её страдать.

***

Не прошло и получаса, как Дора пулей выбежала из своей комнаты. Рабочие места оснастили душевыми, но вот туалет сделали общим, спрятав за неприметной белой дверью в начале коридора и лишив всяких обозначений. Хвала всем божествам мира, что уборная оказалась свободной.

Через считанные минуты рядом собрались остальные: Бэлла, Флоринда и те две неизвестные девушки с красивыми бёдрами. Одной из них досталась ещё и неплохая грудь, но лицом не вышли обе.

Мануэла добралась до белой двери последней. О наличие туалета даже не догадывалась, ведь «лёгкие» дела справляла в душе, а для «тяжёлых» использовала унитаз в отеле. Крепкий кофе с утра великолепно стимулировал кишечник.

– Что случилось? – поинтересовалась у толпы.

Бэлла повернула голову и уже хотела ответить, но раздался громкий звук. За дверью заводили бензопилу или взрывали хлопушки – на человеческий пук это похоже не было. Хотя слово «пердёж» здесь подошло бы точнее. Мощнейшая вспышка метеоризма никак не ассоциировалась с миниатюрной Дорой.

– Чем-то отравилась… – сказала хозяйка. – Или так организм реагирует на анал…

Звуки испражнений перемешивались со стонами Доры. Казалось, беднягу пытали. Бэлла прокричала что-то о лекарствах и побежала к себе. Две неизвестные девушки переглянулись, хихикнули и тоже разошлись. Только Флоринда стояла, как вкопанная. Остервеневший взгляд впился в соперницу.

– Ловко! – прошипела она. – Один-ноль в твою пользу, змеюка. Но это ещё не конец!

Пульнув горящий взгляд, Флоринда направилась в комнату. Мануэла улыбнулась, но внутри что-то сжалось. Причины не знала, но эти глаза вселяли ужас.

– Боже… Что это… А-а-а… – трепыхалась Дора, не прекращая пердеть. – Помогите… Кто-нибудь… У-у-у-й-й-й…

На мучавшуюся коллегу Мануэла не обращала ни капли внимания. В то же время раздумывала о совместной работе с Флориндой и о возможных неприятных последствиях, таившихся за такой авантюрой. «Останется лишь одна из нас… – пронеслась мысль. – Лично я уходить не собираюсь!».

К туалету спешила Бэлла со стаканом мутной жидкости в руке. Вероятно, закрепляющей микстурой. Запах уже вовсю разнёсся по коридору, а видеть последствия своими глазами Мануэла не хотела. Кивнув боссу, направилась в свой уголок.