Часть третья - глава 3

Каждое утро буднего дня Джеймс просыпался рано – до семи часов – бесшумно покидал спальню и собирался на работу. При этом прикладывал все усилия, чтобы не нарушать покоя любимой: даже утренний душ принимал не в спальне, а в одной из восьми оставшихся в коттедже ванных комнат. Мануэла запомнила именно такую цифру, хоть сама и не проверяла. Душевой в спальне хватало сполна.

Раздавшийся в десять минут после полудня звонок телефона прервал утреннюю дремоту. Возникшее желание укрыться с головой и заткнуть уши не могло перебороть любопытство, ведь никогда ранее работавший аппарат в спальне не наблюдала. Процедура явно не являлась чем-то из ряда вон выходящим, но всё равно удивила: телефон с корпусом цвета спелого манго и переливчатым золотистым проводом, стоявший на выдвижной и элегантно выпиравшей прямо из стены полке, издавал мелодичную трель. Играла музыкальная тема одного из эпизодов нашумевшей саги «Звёздные войны». Мануэла не смотрела ни одной серии, но с современным композитором Джоном Уильямсом, как раз и написавшим саундтрек для медиафраншизы, успела познакомиться через страницы модных журналов. Авторы статей в «Вог» сравнивали аранжировщика с Моцартом, Бетховеном и Чайковским. Уильямс не дотягивал до великих мира сего, но заставку сочинил и впрямь недурную: бодрая оркестровая музыка, по-видимому, создавалась исключительно для пожеланий доброго утра.

Выпорхнув из-под воздушного кашемирового одеяльца и соскользнув с кровати, Мануэла зашагала к телефону. Мягкие волокна белого напольного ковра нежно ласкали кожу ступней и делали походку полностью бесшумной. Нагота не пугала: никто из прислуги никогда не заходил в спальню без приглашения. Распоряжения миссис Хабрегас служащие воспринимали столь же серьёзно, как и приказы непосредственного босса Джеймса. К слову, на лицах лакеев иногда читалось еле заметное немое презрение. Рты раз за разом расплывались в улыбке, головы послушно кивали, но вот глаза выдавали скрытое отвращение. Подобное поведение не стало сюрпризом: Мануэла прекрасно понимала, что вмиг ставшая женой богача молодая эскортница вряд ли заслуживала восхищения. Всё же внимания не обращала. Всякий раз сталкиваясь с неприязненным взглядом очередного подчиненного, мысленно произносила: «Завидуй молча!». Кстати, с этим прислуга справлялась на ура: бесподобный контроль эмоций, вежливое, сдержанное и тактичное общение наряду с навыком натягивать на лица дежурную милую улыбку отличало современных американцев от большинства людей на планете.

– Да, слушаю!

– Ах, Мануэла… Привет!..

Голос показался знакомым, но сразу узнать звонившего не смогла. Тот спас положение, оперативно представившись:

– Это Арчи… Автодилер Арчи Хоуп, помнишь?

В следующую секунду появилось невыносимое желание избавиться от трубки. Будто вместо неё у уха держала вонючую вяленую рыбу.

– Какого чёрта звонишь сюда? – в решительном тоне сквозили нотки раздражения.

– Я… в общем… это… Одним словом, подумал, что могли бы найти время и… как-нибудь увидеться… Что скажешь?

– Увидеться? – раздражение сменилось непроизвольным высокомерным смешком. – Для чего, скажи мне? Чтобы вновь поссать на твою рожу?

– Послушай… красавица…

– Это ты послушай, бутуз-карапуз: я замужем. Замужем, схватываешь?

– Знаю, моя хорошая. Просто посчитал, что могли бы встретиться втайне от твоего избранника… Ты как-то называла меня медвежонком, помнишь?

– Забудь окончательно и бесповоротно. Обстоятельства изменились. Мне неинтересна ни одна из подобных махинаций. Кстати, ещё кое-что…

Вслед за удручённым выдохом по ту сторону провода воцарилась тишина: Арчи весь превратился в слух, ожидая маломальского снисхождения.

– …пошёл на х**! Не звони больше по этому номеру!

Опустив истончавшую нотки морского бриза трубку на рычаг, Мануэла направилась в ванную комнату. Вертясь у громадного зеркала, которое закрывало большую часть дальней стенки с успокаивавшей глаз светло-зелёной плиткой, размышляла над недавним разговором. Собой была довольна. Сыграла просто великолепно: даже если телефонная линия прослушивалась или у Джеймса имелась возможность получить записи звонков, себя не выдала ни на йоту.

«Чёрт, а я же на самом деле не против замутить интрижку… – несмотря на недавнюю свадьбу, искренними чувствами к мужу так и не прониклась. – Вот только не с этим обоссанцем. Ладно, пока лучше туда-сюда не метаться. Живу в шоколаде, и не хотелось бы похерить всё одним неосторожным действием…».

Встав на мраморно-акриловую поверхность джакузи, Мануэла посмотрела в панорамное окно. Пару минут любовалась песчаной косой безлюдного пляжа и синими водами Тихого океана, а потом повернула серебряную ручку крана и начала принимать прохладный утренний душ.

***

– Да ты просто умница! – воскликнул Джеймс, с восхищением глядя на сидевшую рядом Мануэлу. – С такими темпами освоишь механику вождения быстрее, чем Яир состряпает яичницу! Кстати, об ужине. Сегодня вовсе не яичница, а куриная грудка с чесноком и специями. На гарнир – картофельное пюре на козьем молоке. Видишь ли, любимая, проголодался за день и так хочется мяса! Ну а десерт выбирай сама, как только Яир подаст основное блюдо.

– Нисколько не против покушать курицу с пюре, милый! Как насчёт малинового мороженого с шоколадной крошкой на десерт?

– М-м-м, вкуснятина!

Обеденный зал на первом этаже оформили с уклоном на современный стиль. Впрочем, свисавшая с белоснежного потолка хрустальная люстра с плафонами в форме горящих факелов, закруглённые своды над входной дверью и винтажные бордовые кресла с высокими спинками нет-нет, да и отсылали к трапезной средневекового дворца. Большой круглый стол из красного дерева укрыли мягкой скатертью цвета созревшего абрикоса, а места за ним с лихвой хватало для того, чтобы накормить целый взвод солдат. Если даже не всю роту. Однако за объёмным столом, придвинув массивные кресла поближе друг к другу, сидели только они вдвоём. Мануэле нравилось ужинать в компании Джеймса, а антураж зала почему-то ещё сильнее навевал аппетит.

Яир подал блюда, любезно поклонился и принял заказ на десерт. Повар оставался в определённой степени уникальным сотрудником: казался по-настоящему искренним человеком, распоряжениям внимал с непритворной открытостью, а его подлинное уважение кардинально отличалось от безмолвного презрения, скрывавшегося за фальшивыми улыбками остальных служащих. Поначалу Мануэла долго ломала голову и пыталась разгадать тайные намерения работника кухни, но позже сообразила: Яир – мексиканец. Единственный в штабе лакеев ассимилировавшийся мигрант.

Ужин прошёл в тишине. Вытерев жёлтой салфеткой жирные от жареной курицы губы, попробовав мороженое и похвалив удачный выбор, Джеймс откинулся на спинку кресла, коснувшись затылком мягкого подголовника:

– Слетаем на денёк в Сакраменто? Местные «Кингз» играют матч регулярного чемпионата НБА. Что скажешь?

Мануэла никогда прежде не бывала на больших спортивных событиях. Колорита данному предложению придавал тот факт, что в США умели делать шоу: кинопремия, инаугурация президента, спортивный матч – любые подобные мероприятия славились грандиозностью и проходили с впечатляющим размахом.

– Это футбол? Хоккей?

– Точно не хоккей, дорогая! – засмеялся Джеймс. – Откуда в Калифорнии лёд? Хотя хоккейная команда у нас и вправду есть, вот только я ей не владею…

– Баскетбол, разумеется! – хлопнув в ладоши, одарила мужа лучезарной улыбкой. – Ты же рассказывал, что держишь контрольный пакет акций клуба «Кингз»! Прости, запамятовала… Говорил ещё и про футбольный «Рэмс», но там в твоём распоряжении только стадион, а не вся команда…

– Всё в порядке, любимая! Рад, что помнишь детали! – отпрянув от подголовника, он приблизился и поцеловал в губы. – Завтра ещё помотаюсь по ЛА, а в среду как раз полетим. Меньше четырёхсот миль, бэби! Справимся за час-полтора!

– С тобой хоть на край света, милый!

– Пусть «край света» этим вечером переместится в нашу спальню. Кстати, пойдём туда?

***

Приняв душ, Мануэла облачилась в облегавшие бёдра и попу чёрные кожаные шортики. Пояс едва доходил до пупка, а короткие штанины обнажали большую часть манящих бёдер. Грудь прикрывал кожаный топ-бюстгальтер схожего цвета. Эротический наряд блестел от падавшего света ламп ванной комнаты.

Джеймс уже ожидал в кровати. Сексуальными образами партнёршу не радовал: лежал полностью голым. Впрочем, желанием напяливать на избранника разнообразные костюмы Мануэла не горела.

– Когда-нибудь куплю плётку и немного похлещу тебя, сладенький нахал! – промурлыкала, приближаясь к постели.

– А что же будешь делать, если мне понравятся подобные шалости?

Метнув оживлённый взгляд и поправив волосы, запрыгнула на кровать. Расположившись сверху, принялась целовать мужа в губы. Тот отвечал взаимностью и не стеснялся мацать ягодицы с бёдрами. Прерывистое дыхание, утробные стоны и хлюпавшие звуки причмокиваний быстро заполнили всю спальню. Градус возбуждения нарастал. Прервать его осмелился лишь звонок телефона. Поначалу молодожёны не обратили ни малейшего внимания на величественную мелодию из «Звёздных войн», но аппарат не сдавался и продолжал настырное бренчание.

– Не остывай, я мигом! – вскочив и на ходу поправив ткань бюстгальтера, Мануэла подбежала к трубке. – Алло!

– Ну, привет, подруга! – голос Анабель слышался чётко и излучал уверенность. – Не забыла наставницу? По-моему, пришло время озолотить ручку, ведь именно я дала тебе полезнейший совет, припоминаешь?

– Вы ошиблись номером, до свидания! – ответ прозвучал с той же уверенностью, с какой говорила звонившая, однако по телу пробежала волна неприятной дрожи, а в горле пересохло.

– Милая, кто это был? – Джеймс присел и обхватил колени руками. Брови взлетели до середины лба.

– Какая-то навязчивая реклама… Сама не поняла, дорогой…

– Исключено. На этот номер рекламщики точно не дозвонятся. В чём дело? – озадаченный взгляд сменился гневным блеском в глазах. Мануэла впервые видела мужа таким.

– Эм… ошиблись, видимо…

Джеймс поднялся и дошагал до полки с телефоном. Крепко обняв супругу, прильнул к уху и прошептал:

– Я люблю тебя! Пожалуйста, будь честна со мной. Предательство вряд ли переживу, бэби. Если обзавелась кем-то на стороне, просто признайся.

«Почему я трясусь, чёрт побери? – ругала себя, поглаживая рукой мускулистую спину. – Ничего ведь пакостного не сделала! А за звонок пронырливой бывшей коллеги не в ответе…». Вслух же произнесла:

– О чём ты, любимый? Верна только тебе! Если и была бы замужем за кем-то ещё, то тебя рассмотрела бы на роль первого любовника, очень уж симпатичный!

Обвив пальцами успевший обмякнуть пенис, Мануэла начала совершать движения вперёд-назад. Член быстро затвердел, а губы молодожёнов вновь слились в поцелуе. Телефон зазвонил повторно. Касаясь лишь губ и полового органа партнёра, уловила, как напряглось всё его тело.

– Что за дьявольщина! – прошипел Джеймс и поглубже вдавил серебряную кнопку на корпусе аппарата. – Ответь, пожалуйста. Я поставил режим селектора: теперь голос засранца будет слышен по всей комнате, а не только у уха.

Мануэла поднесла дрожавшую руку к трубке. Хоть всеми фибрами души чувствовала собственную невиновность, всё равно волновалась. Ситуация напрягала.

– Да, слушаю!

– Ох, а что же мы вешаем трубку, подруженька? Это, как-никак, проявление неуважения к бывшим сослуживцам, не находишь?

– Неуважение – звонить на частные номера и прерывать ласки влюблённых! – встрял Джеймс. Сжатые кулаки и напряжённый взгляд выдавали бушевавшую внутри злобу. – Итак, вы – бывшая коллега моей супруги, верно?

Мануэла с интересом следила за развитием событий: безумно хотелось увидеть, как муж поставит на место оборзевшую наставницу. Смелость и упорство избранника в те секунды невероятно привлекали.

– Как вас зовут, мэм? – не унимался Джеймс. – Не молчите, чёрт вас дери! Неужели мечтаете о том, чтобы подключил к вопросу профессионалов, которые раскрутят дело до судебной тяжбы? Подобное поведение трактуется как хулиганство, если вы не знали. Телефон защищён современной системой «Вайред дом», которая пресекает нежелательные входящие сообщения. Однако вы дозвонились. Дважды, не так ли? Прекращайте это дерьмо, или мне придётся принять меры!

Анабель не отвечала. Выслушав недовольство владельца телефона, она фыркнула и повесила трубку.