Фонарик

     Было Толичу лет пять-шесть. Шли они с мамой по пешеходному мосту через железнодорожные пути. Мама показывает Толичу рукой на здание вокзала и говорит: «Прочитай, сынок, что написано?». Толич по буквам читает: «В-О-К-З-А-Л». Она спрашивает: «Что получилось?». Толич говорит: «Ресторан!». Вывод Толича был неожиданен, но вполне логичен. В то время в здании каждого железнодорожного вокзала непременно был ресторан. Вспомните художественный фильм Эльдара Рязанова «Вокзал на двоих», т. е. между зданием вокзала и рестораном на этом вокзале существовала тесная ассоциативная связь. В настоящее время вывод Толича был бы нелогичен – с 2020 года деятельность ресторанов в зданиях железнодорожных вокзалов была приостановлена, а затем и прекращена совсем. Рестораны исчезли из зданий вокзалов.
     А теперь, вопрос на засыпку, существует ли тесная ассоциативная связь между фонариком и компроматом? Фонарик – это источник света, устройство, которое используется для создания света. Фонарик может быть ручным, встроенным в другие различные устройства, например, в смартфоны, планшеты, ноутбуки и прочие. Компромат – это информация, которая может подорвать репутацию человека, организации, группы лиц и т. д. Компромат, как правило, представляет собой документы (бумаги, фотографии, видео и аудиозаписи), содержащие информацию, разоблачающую скрываемые стороны жизни, деятельности людей или организаций, не подлежащую разглашению и распространению. На первый взгляд, никакой связи нет. Вспомним фразу, произнесенную персонажем российской кинокомедии «ДМБ»: «Видишь суслика? – Нет. – И я не вижу. А он есть!». Так, есть или нет тесная связь между фонариком и компроматом?! Жизнь сама расставила все точки над i в этом вопросе.
     Толич до перехода на работу в Министерство авиационной промышленности СССР (МАП СССР) летал в Аэрофлоте командиром воздушного судна Як-40. Лица летного состава, принимаемые на работу в МАП СССР, должны были быть годными по состоянию здоровья к летной работе, иметь соответствующие профессиональную подготовку и опыт работы. Командиры воздушных судов утверждались на должность в Министерстве, остальные члены экипажей – по месту нахождения структурных подразделений и предприятий Министерства.
     В назначенный для утверждения в Министерстве день Толич вместе со своим коллегой Кузьмичом с утра вылетели в Москву. Собеседование и утверждение в качестве командиров воздушных судов прошли успешно и вечером вернулись обратно в Тюмень. В аэропорту «Рощино» Толичу встретился бортмеханик Володька, с которым Толич летал в одном экипаже в гражданской авиации до перехода в МАП СССР. Володька поздравил Толича с Кузьмичем с утверждением в должности и, вспомнив, что как-то брал у Толича фонарик для осмотра самолета перед вылетом, т. к. у его фонарика батарейки сели, пообещал вернуть Толичу фонарик. Толич сказал, что возвращать фонарик ему не надо, пусть оставит себе на память.
     На автостоянке у аэровокзала Толича и Кузьмича ждал бортмеханик Леха – член их экипажа структурного подразделения МАП СССР. Леха специально приехал встретить их из Москвы. Накануне Леха на охоте завалил лося и предложил поехать к нему на шашлычки – отметить утверждение Толича и Кузьмича в Министерстве. Дома Леха с женой Любой уже «накрыли поляну» по этому торжественному поводу. Так и сделали, поехали к Лехе. Отмечали допоздна – все-таки не рядовое событие. Многие летчики гражданской авиации мечтали попасть в МАП, а попадали единицы. На следующий день был выходной – суббота. Леха предложил Толичу остаться ночевать у него, т. к. было уже поздно, а ехать было далеко. Толич жил на другом конце города. Мобильников, чтобы вызвать такси, тогда еще не было, да и стационарные телефоны дома были не у всех – у Лехи не было. Толич остался ночевать у Лехи, а Кузьмич пошел к себе, он жил в одном доме с Лехой в соседнем подъезде. Утром Леха подогрел оставшийся после вчерашнего шашлык. Под шашлычок выпили по пивцу, и Толич поехал домой.
     Домой Толич приехал не с пустыми руками, а с двумя полными авоськами дефицитной вкуснятины, купленной в Москве, и с большой дорожной сумкой с подарками для домочадцев. Все обрадовались, что Толича утвердили в должности, и стали с довольным видом рассортировывать все привезенное Толичем, а Толич пошел прилечь отдохнуть с дороги.
     Только Толич стал проваливаться в сладостную дремоту, не успевшую еще перейти в глубокий сон, как во дворе послышался настороженный лай домашней секьюрити (службы безопасности), предупреждавший о появлении во дворе чужака. Следом раздался стук в дверь прихожей, и громоподобный, предвещающий приближение грозы, голос бортмеханика Володьки, встретившегося Толичу вчера вечером в аэропорту после прилета из Москвы, протрубил: «Здравствуйте, а Толич дома?». «Тише, тише, - даже не поздоровавшись с вошедшим Володькой, в один голос воскликнули мать Толича и его жена Татьяна, а бабушка предупредительно замахала руками, - он только что вернулся из Москвы! Он спит!». «Фонарик!» - мелькнула, бросившая Толича в холодный  мокрый пот, мысль, и он, стремглав, как на начинающийся пожар, бросился из спальни к выходу в прихожую. Рывком рванув на себя, еще не успевшую открыться полностью дверь, он услышал удивленный вопрос Володьки: «Как только прилетел? А я его вчера вечером в аэропорту встретил?!». Толич, появившийся в проеме дверей из спальни в прихожую, приложил указательный палец к губам, подавая тем самым своим жестом Володьке знак, чтобы он держал язык за зубами. «Поздно, - сказал Володька, засмеявшись, настолько комической показалась ему создавшаяся ситуация, - я тебя уже сдал! Вот, фонарик твой тебе принес. Спасибо!». «Тебе спасибо!!! Свет не без добрых людей!», - зло констатировал Толич. В прихожей повисла зловещая тишина. «Еще один Мавр родился, - переиначил Толич известную поговорку, - а я так и не помолился перед сном!», - обреченно вздохнул он. «Ну ладно, я пошел», - сказал Володька, сделавший свое черное дело, и быстренько ретировался. Собака проводила его надрывным злобным лаем, видимо почувствовала, что Толичу не поздоровится после визита незваного гостя.
     После ухода Володьки состоялся «разбор полетов» Толича после его возвращения из Москвы. Сначала свои обвинительные речи произнесли жена Толича, его мать и бабушка. Затем у Толича отобрали объяснения и, не поверив его показаниям, потребовали предъявить доказательства, подтверждающие правдивость его слов. Свой окончательный приговор тройка судей отложила до предъявления Толичем доказательств. В качестве обеспечительных мер все трое перестали разговаривать с Толичем. Пришлось Толичу на следующий день в воскресенье на своей машине, взяв жену и мать, ехать к бортмеханику Лехе и к Кузьмичу. Выслушав показания Лехи, его жены Любы и Кузьмича, подтвердивших алиби Толича, женщины, наконец-то, успокоились. Дома тройка вынесла Толичу категорическое предупреждение, что так делать нельзя. Толич пообещал исправиться.
     P.S. Так на личном примере Толича была доказана тесная связь фонарика с компроматом на его хозяина. В кругу друзей и знакомых Толича и бортмеханика Володьки фраза: «Принести фонарик» стала обозначать «подставу», «предательство» и глаголы «сдать», «заложить», «подставить», «инсценировать», «спровоцировать» и т. д. и т. п.
     Таким образом, фонарик – это не только источник света, но и предмет, который может рассказать о своем владельце много чего, в том числе стать орудием компромата.



Вячеслав Дудин
04.01.2026 года