Простить

Прощение

1. Простить.

Простить — это полностью отказаться от любой личной мести, но при этом видеть реальный мотив нанесённых обид, не оправдывать зло и не вычеркивать его из памяти, потому что намеренное зло опасно, разрушительно и провоцирует на ответ. Если просто «простить», то есть формально, «юридически» снять вину, это неминуемо может привести к гордыне: «Я хороший, я великодушно прощаю». Если же отомстить лично, то это значит признать свою слабость и власть над собой обидчика, который вынудил к мести. Подлинное прощение — больше, чем личные счёты; это внутренний отказ от всей системы возмездия как единственного принципа бытия, но при этом трезвое понимание зла как опасного разрушительного действия.

Это — метанойя, перемена ума, даруемая как откровение или обретаемая в мучительном поиске, когда зло из области личного переходит в разряд открытого врага жизни как таковой. Тогда прощение становится естественным состоянием, в котором преследование обидчика для наказания оказывается не только бессмысленным с точки зрения назидания, но и разрушительным для нравственного блага самого прощающего. Ведь силой невозможно научить добру. Можно запугать, можно ограничить, но нельзя заставить любить и уважать. А без любви и уважения зло не лечится простым высокомерным прощением, а, напротив, получает доступ к безнаказанности.

Лучше вообще не прощать, если ещё не вышел из системы возмездия в сердце, но нужно помнить, что добровольное пребывание в этом колесе кармы уничтожает любого, кто там находится, «ибо нет праведного ни одного» (Рим. 3:10).

Прощение — это состояние души, это глубокое, подлинное, евангельское покаяние (метанойя), это переворот сознания, когда мышление, закованное в железную логику личных причин и следствий, находит иной путь. Путь без ожидания награды или расплаты. Путь, существующий только в настоящем времени. Здесь наградой становится сам совершаемый добрый поступок. А наказанием — внутренняя тяжесть совершённой ошибки, и не только своей, но и ближнего. Это — существование в моменте. Тогда человек чувствует боль не только когда его намеренно обижают, но и тогда, когда ближний заблуждается и творит зло. Тут простым юридическим актом прощения не избавиться от боли, потому что боль становится естественной реакцией на любое зло, на всякий обман.

Это — христианский крест. Не как символ страдания ради страдания, а как сознательное удержание в себе разрыва между невыносимой правдой о мире и непреложной истиной о любви. Быть счастливым в привычном смысле невозможно, когда мир утопает во зле. Но именно в момент крушения всех иллюзий о самодовольном счастье открывается тайна Креста и обретается подлинная вера — без упрёков, осуждений и претензий, а как ответ на признание полного краха перед лицом реальности.

Нет больше иллюзий об изменении мира к лучшему силами людей, нет мечтаний о себе или о других. «Весь мир лежит во зле» (1 Ин. 5:19). Всё будет плохо в этом мире и не может быть иначе, и даже не только потому, что зло и страх правят миром людей, а потому что… энтропия. Всё погибнет, и радоваться можно только тому, что есть Крест, есть Бог, Который может спасти — но не этот разлагающийся мир в его нынешнем виде, а твою душу. Впрочем, для этой веры нужна правда, полное разочарование в людях и в себе. Именно правда своей несостоятельности рождает истинный смысл и потребность в Боге. «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное» (Мф. 5:3). А пока человек мечтает улучшить или переделать этот мир собственными силами, он ещё в плену своих иллюзий. Изменить можно только своё мировоззрение, и то — после полного признания себя ничтожным и ненужным без Бога в этом тленном мире, «образ которого проходит» (1 Кор. 7:31). Мир умирает, как зерно, которое должно погибнуть, чтобы дать плод. «Истинно, истинно говорю вам: если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода» (Ин. 12:24). Бессмысленно спасать это зерно от необходимой гибели — оно должно погибнуть, чтобы преобразиться в новую жизнь.

---
2. Необходимость прощения.

Нужда в прощении  рождается изнутри — как ответ на искренний вопрос о собственной вине, как признание своей немощи без Истины. Тогда приходит ясное понимание, что  человеческая система возмездия не только линейна, но и бесперспективна. Она никого не учит, а лишь запугивает, вынуждает и порабощает. Это тупик для личности, но необходимость для общества, где ещё есть те, кто не обуздал свои страсти и нуждается в надзоре закона…

Продолжение следует…