Любовь колдуна 5

На матеше, Сергей сидел на второй парте, рядом со своим лучшим другом, Антоном. Вуз был сложный, вуз был технический, и красивых девчонок здесь практически не было. Однако, Сергею вдруг повезло: позади него, на третьей парте, сидели две девочки. Одна из них была похожа на молодую Бабу-Ягу, но вот зато другая, ее подружка, была красотка. Высокая, хрупкая, русоволосая и голубоглазая Наташа, она была хороша той самой таинственной русалочьей красотой, какой бывают хороши только семнадцатилетние ундины. Их красота быстро проходит, она увядает сразу после первых родов, их красота ускользающая, порхающая, парящая, как бабочка в начале июня, которой мы любуемся, уже зная, что в сентябре этой бабочки уже не будет с нами. Такова была и Наташа, эта хрупкая высокая ундина, и она смеялась шуткам Сергея, она уже хотела быть с ним, она уже была почти что его…
… Но тут, совершенно внезапно, взгляд другой девчонки привлек внимание Сергея. Она сидела одна, сидела в соседнем ряду, и Сергей заметил ее еще гораздо раньше, еще на прошлой неделе. Тогда, на первой лекции первого семестра, он и заметил ее. Она была не такая высокая, как Наташа, но и не маленькая. Просто еще одна зеленоглазая брюнетка, с длинными, чуть волнистыми волосами, полными слегка подкрашенными губами, с яркими тенями на веках. Сочетание ее теней было совершенно не сочетаемым. Синие тени на веках, фиолетовые ближе к вискам… это смотрелось бы жутко, это смотрелось бы дико, это смотрелось бы странно… если бы это не смотрелось так, как будто все это было сделано нарочно. Это выглядело так, будто яркие мазки были нанесены намеренно, были нанесены рукой художника, и существовали на лице этой девушки именно затем, чтобы ее глаза вдруг сразили Сергея своей зеленой палитрой. У девушки из соседнего ряда были очень странные глаза. Они одновременно были и зелеными, и желтыми, и серыми. В общем, они были того самого оттенка, который можно увидеть, заблудившись в джунглях и столкнувшись с дикой кошкой, вышедшей на охоту и теперь разглядывающей тебя заинтересованно, думающей о тебе с дальним прицелом на количество твоих калорий и скорость твоего бега.
Да. Это были именно такие глаза. Те глаза, с которыми вдруг встречаешься, заблудившись в джунглях. Они смотрят на тебя с высокой ветки и ты сразу понимаешь, что хозяин этих глаз голоден и что разглядывает он тебя с чисто плотоядным интересом. И Сергей сразу понял, что ему не уйти от этой кошки, ему не уйти от этих глаз… Он сразу понял, что он хочет достаться этой кошке на обед. Он понял, что он достанется этой тигрице с третьей парты, и поэтому он безмолвно оставил свою голубоглазую ундину, и сел на свободное место рядом с этой самой тигрицей, что по-прежнему оценивала его взглядом своих веселых и несколько диких глаз. На тигрице была блестящая красная куртка и голубые вельветовые брюки. Когда Сергей подсел к тигрице, она расстегнула свою красную курточку, и Сергей так и обалдел. Свитер, что у тигрицы был под курткой, оказался совершенно полупрозрачным, и ему сразу стало видно, какого цвета у тигрицы лифчик. И этот лифчик был белым, с небольшими розовыми цветочками. Сергей совершенно обалдел от таких подробностей тигриного гардероба. Он еще не знал в ту пору, что тигрицы всех цветов и мастей обычно выходят на охоту в джунгли в симпатичных белых лифчиках в цветочек, которые можно запросто разглядеть через полупрозрачные кофточки вышеупомянутых тигриц.