Аганины

                Аганины 16-18 веков

Мне приходится переживать бури. Бури восторга открытий, изумления неожиданным, трепет душевный от узнавания себя…. Временами  - затишье разочарований.  Исследовательская работа об истории семьи и рода это не просто кропотливая и во многом механическая работа. Нет.   Это создание многомерных картин по истории страны, в которые органично встраиваются наши предки, живущие в рассматриваемый исторический период.  Это волнующее кино.. 
Это машина времени.     А архивные документы – Метрические книги, Ревизские сказки, исповедные ведомости и прочие – это портал, открывающий путь в прошлые века. 

Наш прапрапрадед Аганин Степан Феодорович скончался в Болотном 9.09.1914 в возрасте 84 лет.  Однако запись о его смерти  в Метрической книге  заставила пережить едва ли не шок. Я была потрясена двумя вещами. Записанный возраст кончины – 90 лет. Но это ладно, тем более я еще не знала точного возраста Степана. Но причина смерти – «от старческого мОразма».   Пролистав тысячи страниц метрических записей о смерти, я видела разные причины кончин. В том числе «от неумеренного пития вина», «замерз» или «убит лошадью».  Но в возрасте старше 60 лет, а иногда и младше, все до единого умирали «от старости» и более никаких диагнозов. И вдруг, единственная запись – от старческого маразма и где?  Напротив имени нашего родственника, после которого оставлено множество свидетельств о его мощи и разуме.  Это про нашего родственника, который в день смерти обошел соседей и попрощался, собрал внуков – благословил и каждому дал наставления…  В  настоящем  «маразме», читай – деменции, болезни Альцгеймера и т.п.,  такого не бывает.
Поразмышляв, пришла к выводу, что у такой записи были причины неочевидные на первый взгляд.

Факт, о котором свидетельствовали внуки – Степан накануне кончины обошел соседей и попрощался.  Без сомнений, в такой торжественный момент и беседы с соседями были незаурядными.
Так что же такое рассказал соседям Степан Федорович Аганин накануне своей смерти?
Быть может, некую историческую правду, облегчающую душу?  Быть может, историческую правду, которую односельчане не могли или не должны были принять благосклонно?  Что-то такое, чего не мог рассказать «при жизни»….
Что же могло так сильно впечатлить соседей, что вынудило Леонтия Степановича оправдывать поведанное отцом «старческим маразмом»?  Злой умысел или посмертную месть сына отцу отметаю сразу.  Факт  выраженной деменции  так же.
Остается одно – желание крестьянина Леонтия Аганина погасить гул молвы, направленный в сторону его многочисленного семейства.  Гул или шепоток. Изумленный?  Недружелюбный? Как минимум, осложняющий положение семьи в общине села.
Сделаем попытку разобраться.
Умер Степан Аганин в сентябре 1914 года.  28 июля 1914 года началась Первая мировая война. Уже 1 августа 1914 года на стороне Антанты вступила в Первую  мировую войну и Российская империя. Разумеется, все разговоры на обывательском уровне были об этом. О возможной мобилизации, о тревоге за своих сыновей, мужей и братьев. А старики? Могли ударяться в воспоминания о минувших войнах, о былой славе русского оружия и о подвигах предков. 
Мы помним, что Степан Аганин пришел в Сибирь из Тамбовской губернии. Конкретно – деревня Обухова Подболотинской волости Елатомского уезда. Рожденный в 1830 году мог ли он слышать от своих предков о событиях, произошедших за 100, а то и 200 лет до своего рождения? Да, без сомнений.  Семейные легенды и предания в ту пору были основным источником информации, немаловажным форматом и развлечения, и проявлением связи представителей разных поколений!   Долгими темными вечерами без интернета, телевидения, книг и даже электричества, при неярком свете лучины рассказывали внукам старенькие дедушки и бабушки…..А Степану повезло  быть знакомым не только со своими дедушкой и бабушкой, но и с прадедушкой и прабабушкой при их жизни.  А прошлое у семьи Аганиных было очень интересное.
Обратимся к древним текстам.

8 марта 1609 г. царь Дмитрий Иванович (Лжедмитрий II) пожаловал Ишмамет мурзе Девлет-Килдееву сыну Аганина княженье и ясак с «чепчерской» мордвы в Кадоме[81]: «Се аз, царь и великий князь Дмитрий Иванович всеа Руссии… пожаловали есьмя кадомскаго Ишмаметь-мурзу князь Девлет-Кильдеева сына Аганина отца его княж Девлет-Кильдеевым княженьем над чечерскою мордвою и ясаком по тому же, как было то княженье отца его княж Девлет-Кильдея… а сказал, отец де княж Девлет-Кильдей Аганин при отце нашем блаженный памяти при государе царе и великом князе Иване Васильевиче всеа Руссии пожалован был Четовым Аганиным княженьем и ясаком над чепчерскою мордвою… Писана… на нашем стану у Москвы, лета 7117-го, марта в 8-й день».
Годы правления Ивана IV Грозного: с 1547 по 1584 год.  Следовательно, в этот период князь Чот Аганин уже получил «свое княжение», (в источниках между 1576 и 77), князь Девлет-Килдей Аганин, отец Ишмамета (не позднее 1584).
Ишмамет же Девлет-Килдеевич княжить стал по воле Лжедмитрия 2.
https://ru.ruwiki.ru/wiki/
Лжедмитрий II, также Тушинский вор или Калужский царёк  (XVI век — 21 декабря 1610, Калуга) —самозванец, выдававший себя за сына Ивана IV Грозного, царевича Дмитрия Углицкого и, соответственно, за будто бы чудом спасшегося в 1606 году царя Лжедмитрия I. Аналогично Лжедмитрию I — Лжедмитрий II — самозванец, успешно добившийся трона.
На пике своего влияния самозванец контролировал значительную часть территории Русского царства, хотя ему не удалось взять Москву, которая оставалась под управлением администрации законного царя Василия IV Шуйского. В российской историографии (в отличие от Лжедмитрия I) Лжедмитрий II обычно царём не считается, так как он не овладел Кремлём и не венчался на царство (по сути выдавая себя за Лжедмитрия I, который на царство венчался), хотя ему присягнула на верность значительная часть Русского царства.

В общем, до 1610 г. Лжедмитрий  2 оказывал значительное влияние на ход истории и награждал своих приверженцев, к коим относился и князь Ишмамет  Девлет-Килдеев сын Аганин (1609–1652). 
Из древних актов: «В 1652 г. кадомский князь Ишмаметка Аганин с детьми «за скверные богомерзкие дела, за разорение церквей и поругание образов казнены – сожжены», а имение их в Кадомском yезде в дер. Колетеве, дер. Чотово и дикое поле усть р. Киты да на речке Ваду и др. урочищах отписано на великого государя».    После казни князя с детьми, скорее всего, княжество –Аганиных прекратило свое существование. Однако в первой четверти XVIII в. князья Аганины отмечены среди жителей деревень Тенишево Кадомского уезда (ныне Мордовия) и Татарская Зимница Симбирского уезда.

Спросите, причем здесь Аганины из деревни Обухово Елатомского уезда?   Судите сами, при чем.   
64 км — расстояние между Кадомом и Елатьмой по прямой.
Расстояние между Шацком и Елатьмой по прямой — 105 км.   Деревня Обухово располагается примерно посредине треугольника  Шацк – Елатьма – Кадом. То есть, угодья  князя Ишмамета  Девлет-Килдеевича Аганина лежали по соседству с д.Обухова.
Для сравнения: расстояние Болотное – Томск по прямой 96 км. Далековато в доавтомобильное время? Но это не мешало предкам поддерживать регулярные связи между этими сибирскими населенными пунктами. Расстояние между Калугой и Кадомом по прямой — 400 км.  Калуга – ставка Лжедмитрия.
 
Согласно выписке из справочника "XLII. Тамбовская губерния. Список населенных мест по сведениям 1862 года".  «Деревня Обухово.  Каз.и влад. При колодцах.  Елатомского уезда. От уезд.города 54 км. По левую сторону почтовой дороги из г. Шатска в г. Темников. Дворов 69. Мужчин 327. Женщин  289».    Это – 19 век.    Расстояния между населенными пунктами почти не меняются от времени, чего не скажешь об административном делении и обозначении.
Да, тамбовщины, как провинциальной российской глубинки в 16-17 веках еще не существовало.   Эта территория была окраиной освоенной русской земли, которая подвергалась регулярным набегам.  Границы как таковой тоже не было.   Но рубежи государства были защищены специальными сооружениями.
Засе;чная черта; (засечная линия, засека,украинная линия)— система оборонительных сооружений из деревянных засек, применявшаяся с X века на Руси и получившая особое развитие в XVI—XVII веках на южных и восточных границах Русского царства для защиты от крымско-ногайских набегов, а также в качестве опоры при наступлении на противника (см. Русско-крымские войны)[1].
Засеки представляли собой заграждения из деревьев средних и более размеров, поваленных крест-накрест вершинами в сторону противника. Помимо своей простоты и быстроты устроения, такие засеки являлись труднопреодолимым и трудноуничтожаемым препятствием для наступающих отрядов.
Первой крупной фортификационной линией являлась Большая засечная черта, построенная при Иване Грозном. Она входила в общую систему обороны Русского государства и состояла из укреплённых городов-крепостей (в 1630 году их насчитывалось свыше сорока), собственно засечной черты в полосе между Мещёрскими и Брянскими лесами, тыловой линии по течению реки Оки и поселений засечной стражи[2]. Состояла из звеньев. За состоянием засек наблюдал Пушкарский приказ[3]. Следующим крупным проектом, отодвинувшим границы далеко на юг, стала Белгородская черта (середина XVII века).
В России был построен аналог Великой Китайской стены: Большая Засечная (или Белгородско-Симбирская) черта, построенная в 1630-е годы, и называемая часто просто Чертой. Безусловно, ее сохранность по сравнению с Великой Китайской стеной ниже на порядок - но во многом потому, что Черта была построена гораздо "умнее" и экономичнее китайского аналога.
Система укреплений тянулась от Днепра до Волги, была построена в 1630-е годы, вскоре после Великой Смуты, для отражения набегов крымских татар и ногайцев. Первоначально в этих землях просто стояли воинские лагеря, и шло постоянное патрулирование Дикого Поля - однако позже началось возведение регулярной линии укреплений. Наши воеводы не обладали тем запасом трудовых ресурсов, какой был у китайского императора, и поэтому построить сплошную каменную стену длиной 2000 километров возможности не имели. Однако это и не требовалось - достаточно было просто насыпать вал такой крутизны, на который не смогла бы взойти поперек лошадь: такое препятствие останавливало татарскую конницу. По гребню вала шла деревянная стена-частокол, и через каждые 50-100 метров стояли деревянные башни высотой около 20 метров. Гарнизоны размещались в многочисленных (около 40) городках, которые были основаны вдоль вала: Белгород, Старый Оскол, Новый Оскол, Козлов (Мичуринск), Тамбов и т.д. В целом система укреплений Черты оказалась очень эффективной для своего времени.  Белгородская засечная черта проходила значительно южнее рассматриваемой нами территории. 

Нас больше интересует возведенная раньше Большая засечная черта в районе Шацка.
И особенно людской ресурс, который  требовался для охраны рубежей и отражения набегов.
Из кого создавались эти воинские формирования  16-17 веков?  Да в том числе из татар, проживавших на территории.   

        В книге И.Р.Габдуллина   «От служилых татар к Татарскому дворянству, 2006»   описаны процессы христианизации татар после Золотой орды.

«Золотая Орда была, как и Россия, государством многоконфессиональным. Ислам сохранял сильные позиции в завоеванной монголами Средней Азии, в Поволжье (на территории разгромленного ордынцами Булгарского государства). Но создатели Золотой Орды, первые Чингисиды, были язычниками, почитателями монгольских родовых богов…. Были среди монголо-татар, в т.ч. и высшей знати, христиане несториане, последователи одной из неканонических ветвей христианства, распространившейся в Азии. К моменту монгольского нашествия христиане встречались и среди половцев (православным был половецкий хан Юрий), один из участников битвы при Калке в 1223 г.).  Эту же религию исповедовали и некоторые члены  правящей ордынской династии и даже правители Золотой Орды, например, хан Сартак, сын Батыя.  Его преемник Берке (1255-1266) был первым ханом-мусульманином, и лишь через несколько десятилетий, в правление хана Узбека (1313-1342) ислам был объявлен господствующей религией и стал активно насаждаться среди подвластных народов. Процесс насильственной исламизации встретил довольно сильное противодействие, в том числе и среди татарской аристократии; но хан Узбек, жестоко подавив заговор золотоордынских эмиров, сумел насадить свою волю. Именно нежеланием многих представителей  старой татарской знати принять ислам часто объясняют массовый выезд ордынских мурз в XIV в. На службу к русским князьям, в Москву, Рязань, Тверь.
Таким образом, в течение первых веков существования золотоордынской державы (впрочем, как и теперь, в наши дни) татарское происхождение и самосознание вовсе не обязательно предполагали мусульманское вероисповедание. Но хан Узбек  не оставил для татар альтернативы; те, кто не желал принять новую веру, были истреблены или должны были покинуть Орду и уйти на ОРусь или в Литву.

Выезжая на русскую службу, большинство татар-несториан или язычников, как правило, принимали православие, и уже в ближайших поколениях их потомки ничес не отличались от других русских служилых людей, хотя и сохраняли с гордостью память о татарском происхождении. Многие русские дворянские роды возводили себя к татарским предкам, выходцам из Золотой Орды.     ……..удельный вес родов татарского происхождения  в Московском государстве и Российской империи действительно был очень велик, и они на протяжении многих столетий играли видную роль в жизни страны.»

 
В этой же книге приведен фамильный состав служилых татар, мурз и татарского дворянства, в том числе  Аганины. 

«8. Аганины. Князь Ишмамет Аганин в первой половине XVII в. Владел поместьем в Кадомском уезде. В первой четверти XVIII в. Князья Аганины отмечены среди жителей деревень Тенишево Кадомского уезда (ныне Республика Мордовия) и Татарская Зимница Симбирского уезда. После указа Петра 1 от 3 ноября 1713 г. У Мустая мурзы Аганина за некрещение были отписаны четыре души крестьян мужского пола, проживавших в сю Дмитриевс Сугарды Керенского уезда .»

         Но до Мустая мурзы Аганина еще далеко. 
Почему-то хочется мне реабилитировать князя Ишмамета Аганина. Все ж, не сомневаюсь,  кадомский родственник. Не на ту  «лошадку» поставил амбициозный татарин, желающий и могущий занять высокое положение за свою верную службу в иерархии молодого русского государства. Лжедмитрии, мягко сказать, непочитаемые персоны в российской истории.  Может и не совершал князь «богомерзких дел», но не был крещен, что  дало возможность государю Алексею Михайловичу «Тишайшему» в 1652 свести счеты с «оппозиционным» персонажем, зверски расправившись и с ним, и с его «чадами».
При Петре 1 татарскую ветвь Аганиных продолжали прессовать, но уже не так жестко. Хотя, отписать четыре души крестьян мужского пола в пользу царя это могло означать значительное уменьшение поголовья работников, если душой считали главу семьи. Впрочем, при Петре 1 в принципе ускорилось расслоение служилых людей, что были набраны из «боярских детей» и прочей окраинной этнической знати.
Встречалась мне информация, что с теми татарами, что рано и добровольно приняли крещение, процесс обрусения происходил очень быстро.

Итак, мы подобрались к деревне Обуховой, что находилась в соседнем с Кадомским уезде.

В материале исследователя С.А.Пичугина, посвященном деревне Обухово читаем: (http://proza.ru/2023/02/14/782)
РГАДА (Российский государственный архив древних актов) 1209-1-530 (составитель И.П. Алябьев)1617г.:
"За Олексеем за Ондреевым сыном Игнатова, да за Михаилом за Рюминым сыном Оганина, да за Сидором за Игнатьевым сыном, да за Федькою, да за Ивашком за Ивановыми детьми Бобынина, что было за Иваном, да за Игнатьем за Бобыниными две трети села Старово Обухова на Суходоле, (Л. 314) а в дву трети: четыре двора помещиковых; двор люцкой; пашни паханые, добрые земли, две чети, да перелогом и с Шелушевою поляною сто пятнатцать чети с третником.
Обоего: сто семнатцать чети с третником в поле, а в дву по тому ж; за Олексеем, да за Михайлом семьдесят одна четь по тритцати по пяти чети с осминою за человеком, а за Сидором, да за Федькою, да за Ивашком сорок шесть чети с третником; сена у всех вопче около поль и меж пашен сто копен; лес чорной большой.
А сошного письма в живущем и впусте (Л. 314 об.) за Олексеем с товарыщи, да у Макара у Бухова, да у Кузьмы, да у Исая у Сысоевых полполтрети и полполчети и полполполчети сохи, и не дошло в сошное письмо дву чети бес третника.
А платить з живущего Олексею с товарыщи з дву чети, а Кузьме, да Исаю с одной чети...
За Макаром за Долматовым сыном Бухова (Л. 315) <...> что осталось у него за вотчиною дачею в жеребье село Старого Обухова на Суходоле: пашни перелогом, добрые земли, девять чети в поле, а в дву по тому ж; сена около поль и меж пашен десять копен; лес чорной большой...
А сошным письмом списан с Олексеевым поместьем Игнатовым, да Рахманиным || поместьем, да <...> || <...> з братьею <...> ,(Л. 316) да с Макаровым поместьем Бухова з двемя третьями села Старово Обухова з жеребьем....
Мы видим, что уже в 1617 году Михаил Аганин значится одним из помещиков в Обухове.  (Мера земли 1 четь – примерно 0,55 га, то есть за Михайлом Аганиным значится 71 четь – около 40 га.)
В ту пору Обухово было еще селом со своей церковью. Но «церковь стояла бес пения».  Куда делась впоследствии церковь, что сразу перевело Обухово из села в разряд деревень не есть предмет нашего исследования на этом этапе. Село так село, деревня так деревня.
На каком историческом этапе произошло обрусение ветви Михаила Аганина нам не ведомо. Но велика вероятность, что наши Аганины произошли от «новокрещеных татар». Отныне рассматриваем только «русских» Аганиных.  То есть крещеных православных.
С подачи уважаемого Пичугина С.А. познакомилась с книгой «Шацкий уезд XVII века. Государевы служилые люди» (составитель И.П.Алябьев. – Ульяновск: УлГУ, 2014
В книге в разборном списке мещерян дворян и детей боярских 1622 года встречаем имя Осипа Михайлова сына Оганина. По стопам папеньки пошел. И должен был пойти, государев служилый человек.
Поместье у него покуда небольшое – около 6 га.  Да и коня нет, и оружия своего по бедности. Зато «собой добр».  Обращает внимание, что фраза «собой добр» на этой странице только напротив имени Осипа Оганина. И означает никак не доброту в современном понимании, а возможно напротив – злость к врагам.  По этимологическому словарю Л. В. Успенского, первоначальным значением основы слова «добр» были определения «подходящий», «должного качества».
 стр.339   «Осип Михайлов сын Оганин, поместья за ним в Мещере 10 чети с четвериком, пусто издавна, денег з городом 6 рублев, быти ему на службе не на чом и не с чем за бедностью, собой добр»
Это в 1622 году. 
В 1638 году согласно Спискам служилых мещерян состояние Осипа Михайловича уже значительно увеличено. До 250 чети. То есть около 140 га.   Возможно, к тому времени и отца имение унаследовал, и свои прирезы к наделам заслужил.
Пусть не смущает слово «мещерских».  Елатомский уезд появится как административная единица значительно позже.  И Тамбовское наместничество, и Тамбовская губерния – все это позже.   А территория, где служили предки относилась к Мещерскому краю, мещерской стороне, Мещерскому княжеству…
Мещерское княжество — историческое образование, которое в период раннего средневековья понималось под именем «Мещера».
Территория Мещеры в XIV–XV веках была вытянута с северо-запада на юго-восток и располагалась по обеим берегам Оки, отделяя Рязанское княжество от Муромского и мордовских земель. Население имело этнически смешанный характер. Русских князей в Мещере не было, этим краем управляли местные правители татарского происхождения.
Независимое Мещерское княжество просуществовало до конца XIV века. Территория его в это время постоянно уменьшалась, и причиной тому была продажа земель.
В 1382 году великий князь Василий Дмитриевич добился от Тохтамыша ярлыка на Мещеру, и Мещера стала рассматриваться как вотчина русских князей, прежде 
всего московских.
 
После 1392 года Мещерское княжество уже находилось в вассальной зависимости от Московского.
В начале XVIII века такая административная единица, как Мещерский уезд, была ликвидирована, и название «Мещера» применительно к этой территории перестало употребляться.
С детства помню Мещера – край, воспетый К.Паустовским.  Далекий от нас во времени и в пространстве. А оказалось все так близко. 
Краевед Пичугин С.А., чьи предки жили по соседству в Сасово, выстроил географически-этническое состояние территории на протяжении веков. Полезно для понимания и чтоб не путаться  кто наши предки  – рязанские, тамбовские иль мещерские?.
«Об административном подчинении кратко:
1239 г. Улус Мохша( Наровчат) — мы на границе.
13 в. Вторая половина. Из-за политики темника Ногая, народ бежит в наши края и возникает Ново Мещерское княжество. Вот и появляется татарское население и целые аулы-деревни.
14 в. Кровавые войны с Рязанским княжеством. И Цнинские князья (Цнинские уделы) покорились Рязанскому княжеству. Речь о левобережье реки Цны Шацкого района. Но приходится спрашивать разрешение и в Орде. Вскоре после Куликовской битвы, а именно по договору Московского великого князя Дмитрия Ивановича (Донского) с Рязанским великим князем Олегом Ивановичем 1382 г., мордовские места «по реке Тцне, от устья Тцны вверх по Тцне, что на Московской стороне Тцны» отошли к Москве, «а что на Рязанской стороне, а то к Рязани». Договор этот потом неоднократно возобновлялся, как теперь говорят, пролонгировался, великими князьями - их наследниками (в 1402, 1405, 1433, 1447, 1483, 1496). (Левобережье Цны в границах современного Шацкого района).
15 в. Двоевластие! "татарскими поселениями" правят татарские князья-Касимовское ханство. Русскими сёлами -Москва. Рязанская Украина переходит окончательно под Москву. (Левобережье Цны ).
1495 г. Иван III, в духовном завещании передал сыну" мордовских князей с их отчинами".
В завещании Ивана III, составленном в 1504 г.:"… да Мещера с волостьми и з селы, и со всем, что к неи потягло, и с Кошковым… сыну же моему Василью". (Кошков - Кашков находился на правом берегу Цны).
16 в. Мещерский уезд Подлесский стан. 17 в. Шацкий (Мещерский) уезд Подлесский стан.
18 в.1710 г. Азовская губерния Шацкая провинция Подлесский стан.
1762г. Воронежская губерния  Шацкий уезд Подлесский стан.(1725-1778гг).
1778-1923 гг. Тамбовская губерния Елатомский уезд.
С 1923 г. Рязанская губерния Елатомский уезд.  Позже – д.Обухово Пителинский район.
Отвлеклись от наших служилых людей.

Так кто они такие?  Русские служилые люди.

Однодворцы они.

Признаюсь честно, я о сословии однодворцев или крепко забыла, или вовсе не знала. Забытое сословие, малоизученное, а то и не признанное.  Но когда в результате своих многолетних изысканий на однодворцев вышла – у меня все сложилось.
Сословие однодворцев сформировалось из русских детей боярских окраинных городов, стрельцов, солдат, рейтаров, драгун, копейщиков, пушкарей, засечных сторожей и обедневших дворян и казаков. Понятие «однодворец» прочно вошло в официальные документы уже к середине XVII в. и обозначало людей, которые сами и предки которых в прошлом служили в дворянском ополчении, но из-за бедности и запустения земель больше служить не могли, так как всё их поместье состояло из одного двора. Сложившаяся ситуация устраивала властей, поскольку однодворцы жили по южной лесостепной границе и своим присутствием на этих землях способствовали их хозяйственному освоению, и, кроме того, могли выступить в их защиту в случае прямой военной угрозы.
В случае набегов татар однодворцы быстро и умело объединялись в полки, чему способствовали их военная подготовка и сохранённая посотенная организация с выборными сотскими и десятскими.

А это как раз про наших Аганиных.
В начале XVIII в. ситуация кардинально изменилась. Южная граница государства отодвинулась далеко в степь, и служилые люди, поселённые между Тульской (направление Шацк – Тула – Брянск – Путивль) и Белгородской оборонительными линиями (Козлов – Коротояк – Белгород – Ахтырка), оказались уже не на границе, а внутри страны, а оборона границ была возложена на регулярное войско.
 
До правления Петра I они платили подворовый налог (1679–1681 гг.), а уже Пётр I ввёл подушную подать и четырёхгривенный оброк с теми же нормами, что и для государственных крестьян. Пограничную службу однодворцы были обязаны нести в течение 15 лет. Таким образом, служили они как дворяне, а налоги платили как крестьяне (дворяне не платили налоги).
Если служилый дворянин оставлял службу, на этом его «дворянство» заканчивалось, в некоторые времена и большую часть поместья и холопов забирали в пользу других служилых.  Так, в дальнейшем, служилые из-за бедности  (мало холопов) не могли оставить поместье и пойти служить, а жалование им было не положено.  Оставалось, так сказать, фермерство.
Изначально однодворцы проживали в основном на южных и западных границах Московского государства, несли пограничную службу, а также занимались хозяйственной деятельностью, осваивая и развивая там сельское хозяйство.
Впоследствии основное отличие однодворцев от дворян – бедность и несение повинностей – налоги, рекрутство  и в силу перечисленного,  отсутствие многих  дворянских прав и привилегий .
Основное отличие однодворцев от крестьян – владение землей, холопами и даже крестьянами. Однодворцы были освобождены от телесных наказаний. Обязательно имели фамилии и писались в ревизских сказках только с фамилиями.
Как бы ни толковали источники понятие «однодворец», возьму на себя смелость изложить собственное понимание: однодворец – тот же дворянин, но в связи с оставлением службы имущество его не прирастало более за счет гос.ресурса. Поэтому и «один двор».
Как уже сказано, формировалась эта группа населения в конце 17 начале 18 века. В период царствования Петра 1:  те, кто служил в тот момент зачислены в дворяне. Те потомки служилых людей, кто сам не служил – в однодворцы.   Имея многолетний опыт наблюдений  закономерностей формирования «элиты» государства по принципам личной преданности верхушке и умению играть по правилам, предполагаю, что принципиально века ничего не изменили.   
Н. А. Ридингер (офицер, чиновник, краевед-историк) в  1865 году писал: «Писцовые книги, купчие крепости и фамилии ясно показывают, что однодворцы были дворяне и владели землею, но, обедневшие и не служившие, во времена Петра I потеряли права дворянства.»
При Петре I южная граница России значительно расширилась к Крыму и стратегическое значение городов Белгородской и Изюмской оборонных линий утратилось. Служилые оказались не у дел. К тому же Петр занялся формированием полков нового строя. Регулярная армия росла на глазах. Большинство рекрутов набирали из крепостных и холопов, при этом отличившиеся на службе могли получить унтер-офицерский чин и даже дворянство. В конные полки, в драгуны и рейтары набирали уже не детей боярских, а однодворцев (служилых, не включённых во дворянство из-за бедности или отсутствия грамот, подтверждающих «древнее» (допетровское) дворянство.
После внесенных Петром Первым изменений в систему налогообложения однодворцы должны были платить подушную подать (восемь гривен с души) и четырех гривенный налог на содержание ландмилиции, набиравшейся из них же. Фактически, государственные черносошные крестьяне платили такого же размера оброк, поэтому про однодворцев говорили, что они «платят как крестьяне, а служат как дворяне». Четырех гривенный налог, введенный в 1723 году, через 50 лет вырос и составил уже 3 рубля с души.
Статус «однодворец» впервые встречается в ревизских сказках 1719 года (первая ревизия).  (Ревизская сказка —это документ, отражающий результаты подушных переписей («ревизий») податного населения Российской империи в начале XVIII — второй половине XIX веков. Переписи проводились с целью налогообложения «ревизских душ» (то есть всех, кроме дворян и военнослужащих). Запись велась со слов главы семьи.
Документы, имеющиеся в распоряжении, приводят к выводу, что «наша» ветвь Аганиных в период правления Петра 1 была обескровлена и служить было некому. Со всеми вытекающими последствиями. И в дальнейшем, в 18 веке наши непосредственные предки, не отличаясь многолюдьем семьи, имели имущественный запас прочности в сравнении с другими соседями-однодворцами – эти выводы сделаны мной на основании Ревизских сказок 1763 и 1782.  Плюс так называемая родовитость в ту пору была еще памятна и соседями  не оспаривалась.
Многие исследователи считают, что важной особенностью однодворцев были преимущественно внутрисословные браки.  В открытых источниках встречается информация, что  «однодворцы женились преимущественно на дочерях однодворцев, реже мещан и священнослужителей и практически никогда на крестьянках». 
Мой собственный анализ ревизских сказок показал, что однодворцы женились на дочерях однодворцев и дворян, реже мещан и священнослужителей и никогда на крестьянках.
Однодворцы победнее вынуждены были работать в поле наравне или почти наравне с крестьянами, но ровней они считали себя с дворянами.
 
По сведениям от Пичугина С.А. по данным ИТУАКа ( 40 выпуск )  по III ревизии 1762-64гг  наше поселение – деревня Обухово: "деревня 93 души м.п.
Помещиков :
Василья Лачинова 77 душ м.п.;
Настасьи Смирной 9 душ м.п.;
Софьи Аганиной    7 душ м.п."

Софья Аганина значилась помещицей.

До очередной ревизии, которая проводилась в 1782 году Софья Никитична Аганина, 1702 года рождения,  не дожила. Но в ревизской сказке 1782 года о ней упоминает ее внук Савелий.   По этой ревизии главной фигурой  этой ветви рода Аганиных остался юный Савелий Аганин 16-ти лет.  Мальчишка похоронил всех своих старших – бабушка Софья Никитична скончалась в 1772 году, отец Никита Игнатьич в 1779 году, мать Прасковья Андреевна пережила супруга на один год и умерла в 1780 г.

Савелий остался один, но по-прежнему владел самым обширным подворьем.  На его попечении остались малолетние сестры Алена (11 лет) и Татьяна (7 лет).  И молодая жена Ирина Семеновна, дочь дворянина Семена Богданова.  В приданое Ирина привела мужу семью крепостных дворовых – муж с женой и двое их детей.  Итого:  13 душ крепостных.    
        Стало быть, помещик.

Надо сказать, что несколько других однодворческих семей деревни дворовых крестьян вовсе не имели. В том числе, второй Аганин – Клим Иваныч, 28 лет.  Кем он приходился Савелию?  Скорей всего троюродным  братом, то есть родней довольно дальней, учитывая разницу в материальном состоянии.  Клим Иваныч имел вдовую старушку мать 69 лет, жену Агафью Степановну, да четверых детей – Василия, Семена, Степана и Акилину.  Из ревизской сказки:
1782 года апреля 2-го дня Тамбовскаго наместничества Елатомской округи деревни Обуховой однадворец Клим Иванов сын Аганин по силе состоявшегося 1781 года ноября 16 Ея Императорскаго величества и в народе публикованного манифеста дал сию скаску о положенных в нижеписанной деревни Обуховой по последней 1763 года ревизи(и) в подушном окладе людех [ и крестьянех ] с показанием и с того числа разными случаями убылых и после ревизи(и) вновь рожденных и прибылых по самой истинне без всякой утайки а буде кем в предь обличен явлюсь или по свидетелству найдется что кого либо утаил то повинен положенному по указам штрафу без всякого милосердия

На Климе останавливаться не будем,  рассмотрим в подробностях семью/двор нашего непосредственного предка Савелия.     Читать ревизскую сказку следует так:  цифры напротив  имени означают  возраст персоны на момент прошлой ревизии (1762-64), вторая цифра - возраст текущего года.  Если второй цифры нет – человек убыл со двора: или умер, или выдан замуж, или был продан и проч.    Например,
-  у него ж Никиты Игнатьева мать Софья Никитина дочь 60 умре в 772-м году
 
Софья Никитина – Софья Никитична, мать Никиты Игнатьевича, отца Савелия и бабушка самого Савелия.  Та самая помещица д.Обухово по предшествующей ревизии. На момент прошлой ревизии 1762-63 вдове Игнатия Аганина Софье было 60 лет, следовательно, родилась Софья в 1702 году и умерла в 1772 г. в возрасте 70 лет.
Ревизская сказка д.Обуховой Елатомской округи 1782 года 
... однадворческой сын Савелей Никитин сын Аганин ...
Елатомской округи деревни Обуховой написанные в бывшую пред сим ривизию предки мои однадворцы
А именно в деревни Обуховой однадворец Никита Игнатьев сын Аганин 38 умре в 779-м году
у него жена Прасковья Андреева 30 умре в 780-м году
у них дети написанные в бывшую пред сим ревизию
Никифор 13 умре в 774-м году
Ларион 7 умре в 776-м году
дочери Прасковья 4
выдана в замужство Кадомской округи в деревню Матчи за однадворца
----
у него ж Никиты Игнатьева мать
Софья Никитина дочь 60 умре в 772-м году
у него ж Никиты дети рожденные после ревизии
Я Савелей Никитин сын Аганин
у меня сестры родные
Алена —11
Татьяна —7
у меня ж Савелья жена Ирина Семенова дочь —16
взятая Кадомской округи селца Азеева дворянская дочь
Елатомской округи в деревни ж Абуховой написанные в бывшую пред сим ревизию за бабкою моею родной Софьею Никитиною дочерью Аганиною , а по смерти ее достались отцу моему по наследству в 772-м году, а после смерти отца моего в 779-м году достались мне по наследству ж
А именно
Дворовые люди:
Матвей Ларионов 54 умре в 772-м году
у него жена Настасья Алексеева 46 умре в 776-м году
У них дети, написанные в предыдущую ревизию
Родион                26  умре 778
Никифор                22         41
Дочери Агриппина           30 умре 777
Агафья                8  отдана в замужство в сельцо ….. помещика Димитрия Слепцова за крестьянина
Агриппина меньшая         6 отдана в замужство ….
У Родиона жена                30         49
У них дочь Наталья отдана в замужство помещика Василия Лопухина на деревне Малые Прудищи за крестьянина
У Родиона сын рожденный после ревизии
Никон                17
У Никона жена Марфа Афанасьева Взятая на двор из Шацкой округи села Алешна от помещицы  Авдотьи Мордеиново ….
Крестьянская дочь                18
У них дочь Авдотья                10 недель
У Никифора жена Пелагея  Илларионова       28        47
Паня Данилов                73 умре 765
У него сын Кондратий                27      проданы
У него жена Марина Сергеева                26      помещику
У них дети  Евстифей                5        Володимерову
Елизар                2
Вдова Степанида Семенова, доставшаяся по купчей отцу моему от помещика
Льва Васильева В 770 году а мне после смерти отца моего
по наследству                50
Василей Павлов                20
У него жена Ненила Кириллова                25
У них дочери рожденные после ревизии
Авдотья                3
Агафья                2
вышеписанной Василей з женою и з детьми достался мне за женою моею Ириною Семеновою дочерью Богдановою в нынешнем 782-м году по приданству.

Анализ ревизской сказки Савелия показывает, что в прошлую ревизию 1763 г. на дворе Аганиных было 10 податных душ мужского пола и 11 душ женского пола. За минувшие со дня ревизии 19 лет умерло пять душ. Кто-то отдан замуж, а кто-то и продан.  И теперь, с учетом выбывших и вновь прибывших, двор Савелия представлен четырьмя душами мужского пола и 11 женскими душами.  Из них хозяева – это шестнадцатилетние Савелий с женой и 13 их крепостных.

        Дворянин Семен Богданов  - известная в округе персона, богатый помещик, владелец нескольких деревень.  Род Богдановых влиятелен в Тамбовском наместничестве.  То, что Богданов выдал свою дочь за однодворца – сироту Савелия означает, что он считает его ровней.   В 18 веке линия сепарации дворянства от однодворчества проходила в основном по имущественному фактору, а не по происхождению.  Предки Богдановы были такими же служилыми людьми как и предки Аганины.  В древних списках их фамилии встречаются в общем ряду и в непосредственной близости друг к другу. 
Забегая вперед, скажу, что Савелий с женой прожили довольно большую жизнь, обзавелись множеством потомков, умерли не ранее 1838 г.   Мой пра-пра-прадед Степан Федорович застал своих прадеда и прабабушку во вполне осознанном как минимум семилетнем возрасте.
Личности Савелия Аганина  и Его жены Ирины Семеновны будоражат воображение.  Это не просто даты жизни и смерти с указанием принадлежности к сословию.  Эти люди – наши прародители – были свидетелями и участниками жизни страны на большом временном отрезке: современники Емельяна Пугачева и А.В.Суворова.  Нарушители указа Екатерины 2 Великой. Жили при четырех императорах: Екатерина 2, Павел 1, Александр 1 и Николай 1.  Пережили вторжение в страну Наполеона и войну 1812 года, пусть и в стороне от основных событий.  Можно при желании найти еще множество значимых исторических событий, выпавших на долю Савелия и Ирины.   И что бы они ни делали в жизни – вольно или невольно – все ими сделанное сработало на наше с вами рождение и жизнь.
А уж на своего правнука Степана, рано оставшегося без отца,  влияние Савелия и Ирины не может быть подвергнуто сомнению.
К сожалению, отследить происхождение всех прабабушек крайне затруднительно.  Девичья фамилия Ирины Семеновны указана – Богданова.  Но об остальных прабабушках пока подобного сказать не могу.  Да и Ревизских сказок пока проанализировано только две лично и одна в пересказе (спасибо уважаемому Пичугину С.А. за перевод первых скорописей 18 века! Не привычные шрифты самостоятельно читать я начала не сразу).  Если удастся добыть дополнительные документы – данный раздел будет дописан.

Наследственная дворянская гордость однодворцев — характерная черта, о которой согласно говорят почти все наблюдатели. Такое положение сохранялось и в более позднее время. В некоторых селах однодворцы в начале XX века даже в церкви стояли отдельно от бывших помещичьих крестьян.

        Гнобил Петр 1 сословие однодворцев, стремясь их «окрестьянить».  Даже грамоте учить велел всех, кроме однодворческих детей.  Пётр I, придя к власти, начал формировать новую элиту — дворянство, которое возвысил над основной массой служилых людей. Старая русская служилая элита должна была деградировать, не доказывая личной преданности Царю… Понимая, что грамотность обделённого царской милостью сословия может способствовать вольнодумству и бунтам, Петр приложил немало сил, чтобы перевести не получивших дворянства детей боярских, стрельцов и казаков в полувоенное сословие однодворцев, которые, подобно крестьянам, платили бы тягло, лишились бы сословных амбиций и служили бы пушечным мясом в будущих войнах России. Именно поэтому, открывая государственные школы для начального обучения детей, Пётр распорядился не давать грамоты именно однодворцам. «Во всех губерниях, дворянского приказного чина, дьячих и подьячих детей, от пяти до пятнадцати лет, опричь (кроме) однодворцев, учить цифири и некоторой части геометрии.»
Школы для обучения однодворцев, служащих в «ландмилицких» полках Украинской линии, были открыты уже после смерти Петра I.

При Анне Иоановне вышло послабление.
При реформировании в 1730 гг. ландмилиции императрица Анна Иоанновна прежнюю политику в отношении однодворцев и прочих служилых людей нижних разрядов признала ошибочной. Для «личной и государственной пользы» распорядилась крестьянами их не писать и не называть, а «быть им по прежнему в службе так как деды и прадеды их были и предкам Ея императорскаго Величества служили».

После смерти Петра 1 были открыты школы для обучения однодворцев, служащих в «ландмилицких» полках Украинской линии.
И в самом однодворческом населении начинала проявляться потребность в образовании и, согласно некоторым свидетельствам, за отсутствием официальных школ существовало домашнее обучение, когда дети учились считать, писать и читать церковные книги. Для обучения использовались азбуки, буквари, псалтыри и часословы, издаваемые церковными типографиями.
При Екатерине II «Комиссия об училищах и призрения требующих» к 1770 году разработала проект введения обязательного обучения грамоте всего мужского сельского населения, предусматривая продолжительность учебного курса в 8 месяцев, но из-за недостатка средств и учителей проект остался почти не реализованным. Тем не менее, грамотность среди однодворцев утверждалась. Элементарная грамотность способствовала частной переписке и облегчала проникновение светской культуры в однодворческую среду. Не все однодворцы могли хорошо писать, но читать могли многие.

Вероятно, эта самая грамотность позволила Степану Федоровичу Аганину в 1870-е годы благосклонно проанализировать перспективы переселения в Сибирь.
Законодательством эпохи правлений Павла I и Александра I в отношении однодворцев сохранен их статус с тенденцией на «окрестьянивание». Согласно Своду законов 1832 г., суть правового положения однодворцев в начале правления Николая I выглядела так. Однодворцы причислялись к казенным крестьянам. В ряде статей, специально посвященных однодворцам, отмечалось их право собственности на землю, купленную ими или «пожалованную в вотчину», а также «на поселенных там людей и крестьян», однако продавать землю они могли только «однодворцам того же уезда».
В Ревизской сказке 1834 года однодворцы записываются уже как «экономические крестьяне» и без фамилий.
Ревижская сказка тысяча восемьсот тридцать четвертаго года марта асьмнадцатаго дня Тамбовской губернии Елатомскаго уезда деревни Абуховой економических крестьян мужеска и женска пола душаф
6.  Савелий Никитин                49          67
Савелья Никитина жена Арина Семенова                67
Савелья Никитина сын Василий                28         46
Василья Савельева жена Татьяна Леонтьева               48
его же дочь Аксинья                15
Василья Савельева сын Федор                7          25
Федора Васильева жена Арина Федорова                24
Федора Васильева сыновья
Степан    вновь рожден в 1830         4
Афонасий  вновь рожд. в 1833         1
Василья Савельева другой сын  Андрей        4  отдан в рекруты в 1833
Василья Савельева сыновья
Дмитрий                1           19
Филип   вновь рожден в 1817        17
Савелья Никитина другой сын
Иван                26        в 35 лет умер в 1825
Ивана Савельева вторая жена Параскева Андреева   25
Ивана Савельева от второй жены сын Василий 
вновь рожден в 1826                8
Савелья Никитина третий сын Михайла         21        39
Михайлы Савельева жена  Параскева Семенова        37
Михайлы Савельева сыновья
Иван вновь рожден в 1825               9
Алексей вновь рожден в 1826          8
Никита вновь рожден в 1829            5
Константин вновь рожден в 1833   1,5

Мы видим, как разрослась семья Савелия Аганина и его жены Ирины (Арины) Семеновны, но крепостных в этой переписи уже нет. Зато впервые появляется хорошо известный нам будущий прапрапрадед Степан Федорович, в то время четырехлетний малыш. И у него есть папа Федор Васильевич, мама Ирина Федоровна и братик Афанасий.  В Исповедной ведомости 1837 года отца уже не будет, а Ирина Федоровна будет значиться вдовой.   Братик Афанасий вырастет. В Метрической книге за 1888 год в городе Астрахани обнаружится след Феодора Афанасиева Аганина из деревни Обухова Елатомского уезда – крестили новорожденную дочь Федора Марию.  Это племянник нашего прапрапрадеда Степана. Сам Степан к этому времени уже живет в Сибири со своей семьей.  Был ли жив Афанасий Федорович в эти годы не известно, но вероятно, линии жизни братьев и их потомства разошлись.
Все сословия в Российской империи законодательно лихорадило на протяжении веков. Однодворцы не исключение. То дадут права, то отнимут, то снова вернут и опять урежут…  Тем более, такое срединное сословие  между двумя базовыми – дворянами и крестьянами – к 19 веку было уже явно лишним. Владели землей, крепостными как дворяне. Платили налоги как крестьяне (дворяне не платили).
От физических наказаний были освобождены как дворяне.  Работали наравне с крестьянами.
В рекруты детей отдавали как крестьяне.   Андрею Васильевичу, родному дяде Степана Федоровича, в 1833 году выпал жребий отправляться на воинскую службу.
Приписанными к сословию однодворцев были не только низшие чины служивых людей, но и, так называемые, «боярские дети». К сословию однодворцев были отнесены обедневшие дворяне и их дети. Позднее, указом 1801 года им было дозволено искать и предоставлять доказательство своего дворянского происхождения. Рассмотренные доказательства могли дать основания к восстановлению дворянского титула. Через несколько лет к этому вопросу велено было подходить более жестко, чтобы избежать подтасовок.  Указом 1816 года утверждалось, что однодворцы должны не только представить доказательства своего высокого происхождения, но и подтвердить свое дворянское достоинство честной службой на благо Отечества: им предоставлялось право поступления на военную службу с освобождением от положенных повинностей, необходимо было отслужить минимум 6 лет, чтобы получить первый обер-офицерский чин, платилось положенное жалование (в то время как не служащим дворянам оно не полагалось).
Интересно, удалось ли Андрею Васильевичу Аганину сделать военную карьеру и передать своим потомкам, если таковые появились,  дворянский титул?

О крепостных.

До 1785 могли однодворцы имели право свободно распоряжаться своей собственностью в виде земли и крепостных крестьян.  После 1785 продажу крестьян однодворцам запретили.

Уже известный нам Савелий Никитич Аганин по этой причине  сильно вступил в конфликт с законом  вскоре после отмены права однодворцев на продажу своих  крестьян. 
В Гос.архиве Тамбовской области хранится интересный документ: Дело по донесению Шацкой нижней расправы о продаже однодворцем д. Обухова Елатомского уезда С. Аганиным поляка Никифора Матвеева однодворцу д. Кожухово Кадомского уезда Ф. Муханову Крайние даты:  28 ноября 1785 г. - 04 февраля 1786 г. 

Нельзя было продавать! А он продал.  «Поляк Никифор Матвеев» это сын того крепостного Матвея, что служил еще бабушке Савелия Софье.  Любопытно узнать, что заставило Савелия продать своего крепостного? Одного без жены.  Возможно, Никифор Матвеев потерял жену и стал вести себя нехорошо?  Девятнадцатилетний Савелий перестал справляться с холопом и предпочел от него избавиться? Все равно удивительно. Двор –то у Савелия преимущественно «женский», как мы помним. Кто работать то будет в поле?  И почему – «поляк».  Может быть потомок тех поверженных и закрепощенных поляков из Смутного времени 16-17 веков, что Лжедмитриев привели? И что было самому Савелию за незаконную продажу?

         Жду копии дела … Возможно найдутся  ответы на вопросы.
         Продать нельзя, но владеть  крепостными однодворцы имели право  до 1840 года.
Служить однодворцы должны были в течение 15 лет. За службу каждый получал небольшой земельный участок, который можно было передать по наследству.
Изначально продать или отдать такую землю в аренду более, чем на 1 год было запрещено законодательно, но много раз по этому вопросу менялось мнение: то разрешали продавать только своему сословию, то кому угодно, то собственностью считались только выданные за службу участки, то все имеющиеся (в том числе и купленные у других однодворцев).
В 1850-х гг. принимают ряд мер, направленных на перевод однодворцев в государственные крестьяне.  24 ноября 1866 года был издан закон «О поземельном устройстве государственных крестьян», в соответствии с которым сословие однодворцев было упразднено. 
Однодворцы были вынуждены менять сословие.  У кого было достаточно подтверждающих документов и старинных грамот, у кого оказался достаточный имущественный комплекс и состояние - тот перешел во дворянство.     Мы помним, что отмена крепостного права в 1861 году  - это разумеется был значительный шаг вперед для развития государства российского, но, из классической русской литературы знаем, что это же действо зачастую сказалось сильнейшим потрясением как для помещичьей среды, так и для «осчастливленных» крепостных.  Было и разорение, и трагедии людей, не сумевших оперативно адаптироваться и встроиться в новые экономические отношения.

Впрочем, в истории так всегда.

В 1866 году сняли все ограничения с земельных участков, закрепив право собственности за старшим членом семьи. Что в прочем привело к другим проблемам: нередко собственник продавал участок, оставляя других родственников без крова.   Вероятно, эти последствия накрыли и семью Аганиных из деревни Обухово. Точнее, к тому времени множество родственных семей.   Недостаток земли выдавил самых отважных из деревни в поисках лучшей доли.
 
Вековое стремление «окрестьянить» однодворцев оказало влияние на исследователей.  В 19 веке однодворцев сравнивают с крестьянами, как бы забыв об изначально элитарном происхождении.

Но сами однодворцы не забыли.
Как бы не пытались власти законодательными мерами приравнять однодворцев к крестьянам, однодворцы отделяли себя от обычных крестьян: «Многие села и деревни «из стари» условно делятся их обитателями на две стороны: «однодворки» и «барские». Представители обоих частей села традиционно недолюбливают друг друга, браки между ними — большая редкость. В среде однодворцев даже можно уловить своеобразие говора, отличного от языка других жителей: «Барские и говорят как-то не так — ни буду, ни хочу, ни знаю, а мы — анадворцы — ня буду, ня хочу, ня знаю».
Известный литературный критик В. П. Боткин, наблюдавший жизнь деревни,  писал И.С.Тургеневу: «Однодворцы хоть и стали позже  числиться казёнными крестьянами, но отличали себя от остальных крестьян, сохраняя сословную кичливость. Однодворцы не представляли этнографического единства, так как являлись переселенцами из разных мест, что сказалось и в комплексах женской одежды.»
П.И.Сумароков (автор работы «Прогулка по двенадцати губерниям», изданной в 1839 году) писал: «Здесь показались однодворцы сословие странное неопределительное в наши времена.... Жены их полубарыни одеваются отлично от крестьянок, в праздничные дни в шелковые ситцевые платья... Они почитают название свое однодворки высоким титулом, гордятся пред простыми поселянками, требуют уважения к себе».
По свидетельству современников, однодворческие женщины, в отличие от крепостных соседок, хорошо готовили. Стол у них, хоть и был «небогатый», но разнообразный (у крестьян еда  была самая простая без кулинарных изысков).   Кстати, бабушка Нина, со слов прабабушки Серафимы Леонтьевны рассказывала, что готовить праздничный стол к Пасхе начинали на Страстной неделе в Чистый четверг.  Выделялась специальная холодная комната, куда сносили свежеприготовленные кушанья.  Один день готовили мясные блюда в разнообразном виде, другой день всяческую выпечку, третий день прочие деликатесы. Ну и яйца, само собой, красили. И творожную пасху. У меня сохранилась старинная разборная деревянная  форма «пасочница». По стенкам формы вензеля «ХВ».  Точно не знаю, какой семье в ней готовили – в семье ли Леонтия Степановича или в семье Серафимы Леонтьевны, -  в таком случае изготовлена форма руками прадеда Петра Алексеевич Пенькова. Форма слишком велика – чтобы ее заполнить потребуется килограммов  пять творога, на огромную семью.
В. И. Чернопятов (1857—1935 — русский археограф, генеалог) писал: «…в избах однодворцах вы зачастую наткнетесь на жалованную грамоту данную их предкам, которую они берегут как святыню, с презрением относясь к петровской бюрократии…»
Л. М. Савёлов об однодворцах писал: «…нередко в какой нибудь избе однодворца вы найдете древний свиток как доказательство того, что предки его теперешнего владельца были служилыми людьми и помещиками…»   (Л.М.Савелов 1868 -1947 — русский государственный и общественный деятель, генеалог, археограф).
Известный российский общественный деятель и юрист Я. Л. Тейтель в 1870 году об однодворцах и их женах писал: «…мужчины большею частию теряли свой дворянский облик, среди женщин же попадались лица, свидетельствовавшие о расе и дворянском происхождении…»
Всмотритесь в фотографию Ирины Степановны Семеновой (дочери Степана Федоровича Аганина): женщина удивительной стати и красоты.  Эта фотография, а именно, явно бросающиеся в глаза противоречия между ее внешностью,  внутренним достоинством  и  статусами  «крестьянской дочери», «крестьянской жены», а позднее и  «мещанской вдовы»  не давала мне покоя годами.  Крестьянская дочь, рожденная в 1866 году? Стало быть из недавних крепостных? Видела я портреты крестьянских и крепостных красавиц от лучших русских художников и фотографии крестьянок конца 19 начала 20 века.  И Ирина к ним в общий ряд? Не верю! Этот мой внутренний конфликт стал одной из важных причин, побудившей углубиться в века.     Изучение истории государства Российского  вообще и родословной в частности все поставило на свои места.
Записи с участием дворян Аганиных мне не раз попадались в метрических книгах конца 19 века начала 20-го.    И в списке дворянских родов Тамбовской губернии конца ХVIII - первой половины ХIХ веков, размещённом на сайте «Родословное древо. Тамбовская генеалогия и демография»   Аганины включены.  Более того, лет 10-15 назад в списках дворянской книги Тамбовской губернии, датированных  1850-ми годами я встречала имя Степана Аганина.  Но убедительные подтверждения тому теперь не найдены.  Да и не важны уже.
Кто захотел или сумел из однодворцев, тот подтвердил свое дворянство.   
Дед Степан – а тогда еще довольно молодой и сильный человек не захотел или не сумел.  Так же как и его брат Афанасий. Предполагаю, что начинал, но до конца не довел. Вероятно это было в то время разумно.  Однодворцы сословие конечно было привилегированным, но при отсутствии  нажитых богатств, приходилось работать наравне с крестьянами. Ну и к чему этот статус дворянина, если воспользоваться им в полной мере нет возможности.
В XIX веке  однодворцы пошли колонизировать Сибирь и вообще зауралье и окраины страны.
Вот и Степан Феодорович Аганин  подался крестьянствовать  в Сибирь, в «землю обетованную» а может и в сторону каторжную в понимании 19 века.   По легенде семья Степана шла в кандалах, по меньшей мере, старший сын Степана – шел в кандалах, да по дороге умер.
Чем глубже погружаюсь в изыскания, тем больше думаю, что «кандалы» - это образ, фигура речи. Это про вынужденность, а может и принужденность.. Силою обстоятельств, прямым или косвенным приказом властей – вот и кандалы. А уже после революции легенда внутри семьи обросла подробностями про уголовно-политическое происхождение «кандалов». Допускаю, что «кандалы» помогли избавить семью от возможных сословных преследований.   Жаль, имя умершего в дороге сына не известно… И никакой информации об уголовно-наказуемой деятельности какого-либо Аганина Степановича.
Не все европейские переселенцы выдержали на новом месте жительства, многие там в Сибири и сгинули, а кто-то  и вернулся в европейскую привычную Россию.
Но это не про наших потомков служилых людей.

Так что же такое рассказал соседям Степан Федорович Аганин накануне своей смерти?  Возможно обсуждали предстоящую мобилизацию и жеребьевку, как всегда поругали власти, особенно старшин да старост – сельского да волостного… Разнервничался старик да изрек что-то типа: «Мой прадед таких как он на конюшне пороть велел.»    А потом и подробностями историческими поделился…..  Вот и пришлось крестьянину Леонтию Степановичу Аганину оправдываться…. «маразмом» старика отца….


P.S.

фонд 1042 оп.2 дело 515 ГАТО
Дело по донесению Шацкой нижней расправы о продаже однодворцем д. Обухова Елатомского уезда С. Аганиным поляка Никифора Матвеева однодворцу д. Кожухово Кадомского уезда Ф. Муханову Крайние даты:  28 ноября 1785 г. - 04 февраля 1786 г. 

1786г.
Ф1042 оп.2 арх.N 428
N24 16 генваря 786 года дело по доношению из Шацкой нижней расправы о понуждени(и) Кадомскаго и Елатомскаго \ нижних земских судов / о доставлени(и) по делу ПОЛЯКА Никифора Матвеева справок на 8 листах
(Л.1) Тамбовской верхней расправы в сей департамент из Шацкой нижней расправы доношение
По производившемуся в сей расправе о присланном из Елатомскаго уезднаго суда называющимся ис ПОЛЯК Никифоре Матвееве живущим Елатомской округи в деревни Абуховой у однадворца Савелья Аганина о написани(и) ево Матвеева по нынешней четвертой ревизи(и) им Аганиным в подушной оклад и в продаже ево Матвеева Кадомской округи деревни Кажуховой подпорутчику Федору Муханову делу потдебней от Кадомскаго и Елатомскаго нижних земских судов справки от Кадомскаго села Матчи однадворец Тимофей Ардабьев з данною ему от однадворца Савелья Аганина на предписаннаго ПОЛЯКА купчею от Елатомскаго что где по первой 719-го года ревизи(и) Елатомской округи за капралом Харитоном Некрасовым вышеписаннаго ис ПОЛЯК Никифора Матвеева отец Матвей Ларионов с семейством в подушном окладе положен был в деревни ж Холоповой или в каком другом селени(и) сведения чего для из сей расправы в те суды троекратно и сообщено было на которыя сего ноября 27 дня от Кадомскаго нижнего земскаго суда сей расправе сообщениех знать дано что =
(Л.3) Танбовскаго верхнего земского суда из 2-го депортамента в Тамбовскую верхнею расправу
По сообщение оной расправы в сем департаменте определено в Кадомской и Елатомской нижния земския суды послать указы и велеть по требованию Шацкой нижней расправы Кадомскому села Мачты однадворца Тимофея Ардарьева з данною ему от однадворца Савелья Аганина на ПОЛЯКА Никифора Матвеева купчею сыскать: а Елатомскому требуемое сведение отослать в помянутою нижнию расправу в скорости и по исполнени(и) в депортамент репортовать обьясня при том для чего по троекратным от той расправы требованием должного исполнения не учинено о чем верхней расправе дать знать
Генваря 26 дня 1786 года Андрей Иванов

Секретарь Евграф Хадукин
Регистратор Осип Шмагов
(Л.4) Тамбовской верхней расправы во 2-й депортамент из Шацкой нижней Расправы репорт о получени(и) указа ЕЯ императорскаго величества указ из онаго депортамента генваря от 21 под No 25-м для ведома что о понуждени(и) Кадомскаго и Елатомскаго нижних земских судов в скорейшем доставлени(и) в Шацкую нижнею расправу требуемых справок Тамбовскаго верхнего земскаго суда во 2-й депортамент сообщено сего генваря 26 числъ в Шацкой нижней расправе полученъ
И по тому ЕЯ императорскаго величества указу в Шацкой нижней расправе определено о получени(и) онаго указа Тамбовской верхней расправы во вторы (Л.5) депортамент отрепортавать в указной срок о чем сим и репортуется
Расправной судья секунд майор Николай Андреев
Секретарь Василий Степанов генваря 27-го дня 1786 года
Канцелярист Евсевей Головкин (Л.5?)
Тамбовской верхней расправы во 2-й депортамент и в Шацкой нижней расправы репорт о получени(и) указа ЕЯ императорскаго величества указ из онаго ж депортамента генваря от 30-го под No 76-м для ведома что по требованию Шацкой нижней расправы Кадомскому земскому суду села Матчи однадворца Тимофея Ардабьева з данною ему от однадворца Савелья Аганина на ПОЛЯКА Никифора Матвеева купчею велено сыскав а Елатомскому земскому суду требуемое сведение отослать во оную расправу в скорости о чем в те суда и указы посланы сего февраля 3-м числе в Шацкой нижней расправе получен
И по тому ЕЯ императорскаго величества указу в Шацкой нижней расправе определено как по справке всей расправе оказалось что вышеписанной однадворец Ардабьев з данною ему от однадворца Аганина купчию здесь явился бы из Елатомскаго нижнего земскаго суда по вышеписанному делу сведени(и) присланы по которому уже и решительное определение сочиняится, и для того об оном равно и о получени(и) онаго указа Тамбовской верхней расправы во 2-й депортамент отрепортовать в указной срок о чем сим и репортуится
Расправный судья секунд майор Николай Андреянов февраля 4 дня 1786 года секретарь Василей Степанов копеист Егор Гаврилов

Теперь, если по-современному: Савелий, продав поляка Никифора Муханову, зачем-то отдал купчую однодворцу Ардабьеву. А тот пошел и сдал инфу про коллегу в расправу. И теперь они справки туда-сюда гоняют.   Возможно, сдал не по злому умыслу, а наоборот, по просьбе Савелия с оказией занес купчую в Расправу, чтоб с Савелия подушный налог снять, а на нового владельца покупателя Муханова повесить.  А тут на тебе – поймали на запретном деянии.  Из документа не ясно, что за проступок будет Савелию и Муханову и куда денется крепостной  Никифор.  Сказано, что по делу  «решительное определение сочиняится», но самого «решительного определения» в деле нет. А вообще семейство крепостного Матвея со двора на двор гоняют.. По ревизии 1719 г. у одних в подушном окладе значился, В 1762 Софье Аганиной служили. В 1786 Савелий от Никифора решил избавиться. Наверное неспокойным был поляк..... Напомню, у Савелия двор-то согласно Ревизии 1782 женский, а он мужика-работника продает... Но знаем точно, что Савелий жизнь прожил длинную, и потомков множество создал..... И все же почему – поляк?  Может быть первый владелец его из военного похода приволок в качестве трофея. Может и правда, отец Никифора Матвей из Польши. Переименовали на русский манер и закрепостили крестьянина.


Годы правления некоторых царей России:
• Иван IV Васильевич Грозный: 1533–1584.
• Фёдор Иванович: 1584–1598.
• Борис Фёдорович Годунов: 1598–1605.
• Василий IV Шуйский :   1606-1610
• Семибоярщина:  1610 1613
• Михаил Фёдорович Романов: 1613–1645.
• Алексей Михайлович Романов: 1645–1676.
• Фёдор Алексеевич Романов: 1676–1682.
• Иван V Алексеевич: 1682–1696 (правил совместно с Петром I).


Годы правления некоторых российских императоров:
• Пётр I Великий: 1682 — 28 января 1725.
• Екатерина I: 28 января 1725 — 6 мая 1727.
• Пётр II: 6 мая 1727 — 19 января 1730.
• Анна Иоанновна: 19 января 1730 — 17 октября 1740.
• Иван VI: 17 октября 1740 — 25 ноября 1741.
• Елизавета Петровна: 25 ноября 1741 — 25 декабря 1761.
• Пётр III: 25 декабря 1761 — 28 июня 1762.
• Екатерина II Великая: 28 июня 1762 — 6 ноября 1796.
• Павел I: 6 ноября 1796 — 11 марта 1801.
• Александр I: 12 марта 1801 — 19 ноября 1825.
• Николай I: 19 ноября (фактически с 13 декабря) 1825 — 18 февраля 1855.
• Александр II: 18 февраля 1855 — 1 марта 1881.
• Александр III: 1 марта 1881 — 20 октября 1894.
• Николай II: 20 октября 1894 — 2 марта 1917.



                Переселение Аганиных в Сибирь.
                Период 1860-е – 1920 г.г.

Тема сложная, поскольку в главном – причина переселения – построена на предположениях.   
Неоспорим факт – Степан Федорович Аганин в период 1875-1878 г. с детьми и женой вышел из деревни Обуховой Елатомского уезда Тамбовской губернии и пришел в Томскую губернию. 
 В селе Болотинском семья обосновалась не сразу. Присматривались к округе.  Пожили какое –то время в селе Зеледеево (ныне Кемеровской обл.).  Вывод этот сделан на базе обнаружения метрической записи за 1879 год о девице Ирине Степановне Аганиной как восприемнице при крещении младенца в храме  села.
Супругам Степану Федоровичу и Пелагее Васильевне на момент таких глобальных перемен было по 45+ лет.  Возраст критический. Не всякий решится на замену привычного на пугающую неизвестность. Видимо, были причины… Младшие дети были подростками – Ирине – не более 15 лет, Леонтию – 12.   А старшему сыну…..
А был ли старший? 
Тридцать лет назад история семьи выстраивалась мной вокруг  именно старшего Степановича.
Клавдия Леонтьевна в 1992 году писала мне, что в Сибирь из Тамбовской губернии  сослали старшего сына Степана «за политеку», он был закован в кандалы, а семья последовала за ним. «Шли пешком».   По дороге старший сын умер.   Вот и вся информация. 
Многие годы я размышляла и искала подтверждений именно в русле этих сведений.
С получением некоторого доступа к архивам именно эту версию я снова и снова пыталась проверить.   Но нет.   Может и был сын в кандалах, может быть и умер он по дороге… Но почему семейные предания не донесли ни имени почившего, ни обстоятельств его «прегрешений» перед государством, ни места его упокоения.
 Архивы тоже не помогли –искала сама, привлекала специалистов.  Конечно, сохранность архивных документов  желала бы лучшего.  В Революцию и Гражданскую войну нашей Историей печки топили, да крыс кормили… 
Учтем, что о «ссыльном» статусе семьи нет ни единого достоверного свидетельства, и будем рассматривать другую версию.
Итак, 1860-1870-е годы.   
Сословие однодворцев упразднили. 
Крестьянская реформа 1861 года инициировала тектонический сдвиг в общественно-экономическом устройстве России.
Деревня Обухова в списках населённых мест 1862 года фигурирует как казённая и владельческая деревня при колодцах по левую сторону почтовой дороги из г. Шацка в г. Темников. Тогда там числилось дворов - 69, в которых проживало мужчин - 327, женщин - 289. Уездный центр располагался в 54 км. Сейчас Обухова входит в Пителинский район Рязанской области.  За сотню лет до событий земельный надел Нашей ветви Аганиных был весьма значителен.   Но семья Савелия Аганина разрослась и расплодилась, при чем мальчиков рождалось и выживало значительно больше, чем девочек. А это значит, мальчики оставались в отчем доме и создавали семьи.  А достаточно ли было земли и угодий для очень большой семьи?    К 1860 г   уже не было в живых прадеда Степана Савелия, да и деда Василия тоже….  А мы помним, что Степан и его родной брат Афанасий осиротели в очень раннем возрасте.   Вдова Федора, отца Степана и Афанасия,  Ирина с детьми продолжала жить в семье.   Но хозяевами были уже братья Федора и потомки братьев.
Вероятно, права Степана и Афанасия Федоровичей на имущество и земли семьи стали в связи с ранним сиротством,  мягко сказать, ограничены.
К 1861 г.  Степану исполнился 31 год, Афанасию 28.   Возраст, когда у мужиков растут свои семьи и хозяйство.   Но, вероятно, в этом случае произошло то, что происходило и в дворянских мелкопоместных  семьях.   Чем больше наследников – тем они беднее.  Спустя время размер семьи сокращается и имущество вновь сосредоточивается в одних руках.
Степан и Афанасий были небогаты.   Судя по возрасту младших детей Степана – женился он довольно поздно на ровеснице Пелагее Васильевне (возраст старшего сына не известен). 
Предполагаю, что обстановка в стране вообще  и в родовой семье в частности выдавила мужиков из родной деревни Обуховой.
"Мужичок на одной ноге". Карикатура 1860-е гг.   Эта картинка весьма наглядно говорит о причинах поиска лучшей доли нашими  предками.  Об этой иллюстрации из первых советских учебников мне рассказывала бабушка Нина Петровна. Советская власть умно применила ее в идеологических целях.
В условиях малоземелья Центральной России у многих крестьян появились не только желание, но и возможность переселиться на новые земли.
Начался масштабный этап переселения (миграции). Переселялись, главным образом, на территории с благоприятным климатом: Малороссию, Кубань и пр. Поток мигрантов в «каторжную» Сибирь был относительно небольшим и, в основном, в Томскую и соседнюю Тобольскую губернии.
 
Был ли жив сам Афанасий к тому времени не известно, но следы Афанасьевичей мне встретились в Астрахани.  Потомки Афанасия поселились в этом городе, где женились, рождались и умирали, о чем свидетельствуют записи в метрических книгах второй половины 19 века приходов Астраханских церквей.
Согласно метрической книге Покровской церкви г.Астрахани за 1888 г. «Тамбовской губернии Елатомскаго уезда Подболотовской волости деревни Обуховой крестьянин Феодор Афанасиев Аганин и законная жена его Татиана Алексеева» 30 октября родили  дочь Марию. (ГА Астраханской области (ГААО), фонд №695, опись №3, дело №10, стр. 161)
 Без сомнения этот Федор Афанасьевич Аганин родной племянник Степана Федоровича, двоюродный брат Леонтия Степановича.
 
По документам конца 19 начала 20 в.в. Аганины из Обухова встречались в Саратовской губернии, в Оренбуржье, в Москве, других регионах. Встречались крестьяне, попадались дворяне, в т.ч. «неслужащие».  В чем резон и привилегия быть бедным неслужащим дворянином? На какие средства существовать?  Не стала в этот вопрос погружаться.  Приняла как бесспорное благо для будущего семьи и нас - далеких потомков -  решение Степана отправиться в Сибирь в статусе крестьянина с перспективой прокормиться своим трудом. Пра-пра-прадеду было виднее.
К тому времени государство приняло ряд мер, ограничивающих переселение. В 1866 году были отменены гарантированные ранее переселенцам пособия и льготы.
Право водворения на казенных землях предоставлялось только безземельным и малоземельным крестьянам. Для получения разрешения на переезд требовалось: уплата всех недоимок, отказ от земельного участка в пользу общества, наличие приемного приговора того общества, куда человек собирался перейти, гарантия обеспечения остающихся на старом месте жительства членов семей.
Плата за приемный приговор выросла с 5 рублей до 15-75. На новом месте бесплатно разрешалась только рубка казенного леса для постройки дома.
Поэтому в 1860-70-е гг. отмечается большое число нелегальных переселенцев. По закону таковых надлежало возвращать на места выхода, но с 1876 г. «самовольников» стали приписывать к новому месту жительства с наложением на них выплаты казенных недоимок.
Не здесь ли кроется тайна легенды о старшем сыне?   Не купил ли Степан приемный приговор, придумав для сельчан печальную историю? Эту тему можно развивать, но не буду. Так как догадки смутные и косвенные.
Как бы то ни было, на новое место жительства добирались своим ходом. Переселенцы отправлялись в путь обычно осенью, после уборки хлебов, чтобы к весне быть на новом месте, распахать и засеять поле. Путь был труден и опасен: холод, голод, болезни, природные катаклизмы, волки, разбойники, конокрады и прочие мошенники. Поэтому старались в одиночку не путешествовать, сбивались в караваны. Но и в этом случае смертность в пути была немалая.
Исторические события второй половины 19 – начала 20 в.в. показали, что великие александровские реформы не только не решили, но и углубили основные проблемы аграрной страны. Уже к концу 1860-х годов множество крестьян европейской России не могли прокормиться хлебом со своих наделов. Заплатить все налоги и подати доходами от земледелия могли только те из них, кто имел наделы в 6–7 десятин (десятина — 1,09 га) на душу в семье. Многие же бывшие государственные крестьяне через 10 лет после реформы имели на душу 3,8 десятины.  У бывших помещичьих дела обстояли еще скуднее, но те, кто в связи с отменой однодворчества пополнили собой государстенное крестьянство земли имели не намного больше. 
Но!  Наши бывшие однодворцы обладали важными преимуществами перед другими типами крестьян – независимость мышления, привычка рассчитывать только на свои силы, ресурсы и предприимчивость. Против малоземелья они стали голосовать ногами. Отдав свои две-три десятины общине, мужик брал паспорт как бы для заработков на стороне и отправлялся с семьей на свой страх и риск искать «вольную землю» в Сибири, то есть решался на захват казенных земель. Многие не выдерживали долгого пути и оседали в первых «просторных» губерниях — Самарской, Уфимской или Оренбургской. Самые выносливые же добирались до Томской губернии, где было почти 40 млн десятин прекрасной земли, именовавшейся кабинетской, так как доходы от нее получал Кабинет Его Императорского Величества.
Переселенцы, новоселы, самоходы, самарцы, как называли отправившихся в Сибирь крестьян, в конце 1870-х годов по дорогам страны шли уже караванами. Часто переселения предпринимались крестьянами после того, как их прошения о переселении игнорировались властями. Так, с 1876 по 1881 год в Министерство государственных имуществ поступило около тысячи ходатайств от 11 тыс. крестьян об отводе им участков на казенных землях, но большинство прошений не было удовлетворено.
Тогдашний министр госимуществ действительный тайный советник П. А. Валуев полагал, «что правительство, раз устроив поземельный быт сельского населения, не считает себя обязанным продолжать это устройство и раздавать ценные казенные земли для удовлетворения временных и случайных потребностей». Министр разъяснял подчиненным, что ходатайства о переселении нужно отклонять, чтобы не возбуждать в крестьянах «несбыточных ожиданий общего дополнительного их наделения землей».
Но губернаторы регулярно сообщали об обнаружении десятков тысяч крестьян, самовольно наделивших себя землей.
И правительству оставалось лишь узаконить их пребывание на новых местах. В 1869 и 1871 годах вышли законы, признавшие их право на проживание на казенных землях в Оренбургской, Уфимской и Самарской губерниях, в 1876 году власти признали переселенцев, самовольно водворившихся в Тобольской и Томской губерниях.
 

По свидетельству наблюдателя-современника: «Проход из Тамбовской губернии в одну из волостей горного Алтая крестьянской семье, состоящей из семи взрослых и одного малютки, обошелся в 144 руб.; обзаведение постройки этому же семейству обошлось в 149 руб. За приемный приговор внесено миру 15 руб. и осталось у домохозяина на дальнейшее обзаведение еще 158 руб.; следовательно, переселенец вышел из своего первоначального места жительства с капиталом в 466 руб., кроме того имел пару лошадей со сбруей и телегами, на которых и прибыл из Тамбова в Барнаул.
Подобные средства привозят с собой все почти семьи среднего достатка; с меньшей суммой уже
переселенцу весьма труден переход и дальнейшее обзаведение».
По размышлении  - вывод такой: решительный, волевой  и разумный Степан Федорович, имея кое какой ресурс (деньги, лошадей)  на свой страх и риск  организовал переезд семьи из Тамбовской губернии с целью захвата нужного количества новых земель в Сибири.  Старший сын возможно был и действительно умер в пути.
По приходу в Сибирь, Степан увидел, что не так то просто захватить землю, поселившись в привлекательном развитом селе.
Далеко не везде переселенцам были рады. Пришельцы, став членами новых сельских обществ, справедливо претендовали на общественные угодья, что не всегда нравилось старожилам. Некоторые из них после «рассейского» малоземелья вели агрессивную хозяйственную деятельность, что приводило к конфликтам не только с односельчанами, но и с обществами соседних деревень.
Мудрый Степан придумал жалостливую историю о погибшем кандальном сыне, «политическом» страдальце за народ,  и безутешных родителях.  Люди  у нас в Сибири сердобольные,  а в ту пору еще и доверчивые и щедрые.  Получив  от Степана деньги за приемный  приговор, а может и оформив какие-то положенные документы, приняла община старожильческого села Болотное достойную семью Степана в свои ряды (в порядке исключения).  А Степан получил свой кусок земли и принялся обустраиваться. Степан мужик обстоятельный и надежный,  уверена, ожиданий односельчан не обманул.
А то, что в конце жизни разоткровенничался излишне….Подумал, видимо, - дело прошлое, события давние, - решил душу  исповедью облегчить…  Никак не мог это принять спокойно Леонтий, осознавая последствия таких откровений, вот и отреагировал не то нервно, не то хладнокровно-продуманно: возрасту покойному отцу приписал (90 лет), и диагноз поставил.
Да, не дает мне покоя метрическая запись о смерти Степана Феодоровича Аганина, не то бросившая тень на историю семью и личности предков, не то пролившая свет …..

В 1881 г. государство определяет новые правила для переселения. Дозволялось переселяться крестьянам, владеющим наделом, недостаточным для прокормления семьи.
Разрешение должны были давать местные организации, утверждать министры Внутренних дел и Государственных имуществ. Государство вновь взяло на себя обязанность оказывать различную помощь находившимся в пути мигрантам.
С лета 1889 г. переселенцы стали получать путевое пособие и ссуды на обзаведение хозяйством.
Аганиных это не касалось, они к тому времени стали полноправными почти что сибирскими старожилами.
Но к Пеньковым (еще одна ветвь рода, о которой поговорим позже) новые правила отношение имели.
 «Целые караваны повозок по 100 и более семей, человек по 300 и 400 душ, зараз двигаются по сибирским дорогам. Переселенцы не имеют нигде крова, они останавливаются под открытым небом, в поле…
Положение значительной части переселенцев нищенское. У большинства переселенцев нет ни денег, ни домов, ни самых необходимых орудий труда; им остается только – идти в люди, в батраки», - писал очевидец событий сибирский историк и общественный деятель Н.М. Ядринцев.
Не имея средств для обзаведения хозяйством, уплаты налогов и податей, часть мигрантов шла работать на прииски и томские предприятия, кто-то пополнял число нищих и бродяг.
Эти ужасы не про наших родных. И Аганины, и Пеньковы с переселением в Сибирь устроились вполне благополучно. 
Если Аганины пришли пешком (скорей всего на подводах), то  с 1890-х гг., с открытием Западно-Сибирской железной дороги, переселенцы получили возможность добираться до Томска и переселенческих пунктов губернии на паровозах.   
Пеньковы приехали в Сибирь в конце 1890-х.  Тоже наверняка хлебнули лиха в пути, но они ехали уже в других условиях и на других организационных началах.
Переселенческие чиновники и врачи вспоминают об отсутствии удобств и санитарно-гигиенических условий во время перевозок. Владельцы пароходов в погоне за барышом до отказа набивали свои суда переселенцами. Не лучше дело обстояло и на железной дороге.
До специализированных «столыпинских» вагонов было еще далеко и людей вместе с имуществом перевозили в маленьких товарных. Нередко здесь же помещался и домашний скот.
Тяжелые санитарно-гигиенические условия передвижения при недостаточном и нерегулярном питании вызывали среди мигрантов повышенную заболеваемость и смертность в пути. Детские инфекции, корь, скарлатина, дифтерит, цинга, желудочно-кишечные заболевания стали привычными явлениями в переселенческой среде.
В целом, крестьянская реформа 1861 года на заселение и освоение Сибири повлияла незначительно. С 1861 г. по 1895 г., то есть в пореформенное время, в Сибирь переселилось около 800 тысяч человек. Для сравнения: за несколько лет «столыпинской» реформы сюда переселилось более 2,5 миллионов крестьян. Но это уже другая история, про «понаехавших», что изменили жизнь наших родных сибирских старожилов.
В каком году Степан Аганин прекратил поиски лучшего места и поселился в селе Болотном не известно.  Но жену свою Пелагею Васильевну, умершую 8 октября 1894 года он хоронил, будучи крестьянином  села Болотного, т.е. приписанным старожилом.   Пелагее Васильевне как и самому Степану было к тому времени по 64 года.   Никогда моя бабушка Нина не вспоминала свою прабабушку Пелагею. Как не было ее. Впрочем, и о своем прадеде Степане бабушка не говорила.. Жаль, не дошел до нашего времени бабушкин поминальный список родных, как много можно было бы узнать!....
Крестьянин Степан Федорович Аганин  работал на земле,  зимой торговал мясом, рыбой и продуктами животноводства, которые скупал у крестьян  окрестных деревень.
В 1895 в одной из близлежащих деревень  присмотрел белокурую красавицу Пашу, 16-летнюю сироту – безотцовщину Параскеву Иоакимовну Иванову (дочь умершего к тому времени крестьянина деревни Зудовой Ояшинской волости Иоакима Михайлова Иванова и его жены Анастасии Михайловой, рожденную 26 июля 1878 г.), которую и сосватал в жены  своему сыну Леонтию.    Клавдия Леонтьевна в письме утверждала, что не желающему жениться (а может просто безынициативному в вопросах брака) Леонтию было 30 лет, а Прасковье – 16.  Но нет. – Поженились они 23 октября 1895 г. Леонтию к свадьбе исполнилось 26, а его молодой жене 17.
В этом же 1895 году вторым браком, предварительно овдовев,  вышла замуж Ирина Степановна. Но о ней буду писать отдельно. Она того более чем заслуживает.
Таким образом, к 1895 году в доме  Аганиных жили два мужика – немолодой  Степан, и сын его Леонтий.  С приходом юной Параскевы дом оживился и стал с регулярностью пополняться детьми Леонтия. Семейные предания донесли имена 11 детей, но я нашла еще и 12-ю девочку, умершую младенцем.     Итак, дети:
Михаил          рождения вероятно 1896 г.
Серафима      ___08.1897
Анастасия     11.04.1899 – 16.06.1900;
Мария           21.07.1900
Антонина      12.02.1903
Петр              17.05.1904
Зинаида         29.09.1905
Анна              09.02.1907
Александр     12.05.1909
Николай         10.05.1912
Клавдия          22.041914
Георгий          01.05.1917

Судьбы большинства детей Леонтия и Прасковьи после Революции сложились драматически и даже трагически.
Но пока, в начале века дети исправно плодятся, семья крепнет и не бедствует.
Может быть, немного омрачила жизнь смерть маленькой Насти.  Но детская смертность в то время была  чудовищна.   Количество умерших в возрасте до 5 лет составляло почти 3/5 общего числа умерших. А смертность детей в грудном возрасте достигала 45%  от общего числа умерших.  Сколь малое количество  младенцев выживало (сильно меньше половины рожденных) и как на износ рожали женщины, чтоб обеспечить прирост населения – представить трудно – оторопь берет.   
Прасковье 21 год. На руках трое маленьких детей, хозяйство, два  мужика – муж и свекр. Плюс беременность на большом сроке. Через месяц после похорон Анастасии родится Мария. Где уж тут успеть догляд за детьми обеспечить, да погоревать вволю в случай чего…Бог дал – Бог взял… 
А хозяйство было весьма приличным.
Из архивного документа– «Старожильческое селение Болотинское (1901 г.) Томский уезд, Ояшинская волость» (Государственный архив Томской области - ГАТО, Ф.3, Оп.44, Д. 3970, Лл.2-8)  следует, что домохозяин Степан Федоров Аганин имел членов  семьи 3 мужского и 3 женского пола, из них работающие 1 мужчина и 1 женщина, наличие скота – 4 лошади, 2 коровы, 1 голова мелкого скота.
Размер земельного надела не указан. Само собой, требовались угодья для заготовки сена и посевов овса, ржи  для кормления скотины и людей.
По тексту Положения о поземельном устройстве крестьян на сибирских казенных землях (Св. зак. т. IX Особ. прил. кн. VI изд. 1902 г. ) сказано, в п.24. "Исчисление наличных душ мужского пола, на которые рассчитывается земельный надел (ст. 5), приурочивается в каждой волости к 1 Января того года, в котором открыты будут в той волости поземельно-устроительные работы. Исчисление cиe производится на основании доставляемых Волостными Правлениями или заменяющими их учреждениями посемейных именных списков." И далее - "Наличными душами (ст. 24) почитаются, со всеми без различия возраста неотделенными членами семейств...."
Сам Степан согласно документа работающим уже не считался (71 год), а Леонтий с Прасковьей трудились.   Четыре лошади: и землю пахать надо, и торговый промысел обслуживать.
Были при  нашем  дворе и наемные работники, бабушка говорила со слов своей матери.

Поскольку церковь в селе занимала центральное значение, была и объектом религиозного культа,  средством и местом психологической разгрузки, и органом записи актов гражданского состояния, окружение и связи семьи  решила искать там.   Внимательно изучая записи о рождении детей в метрических книгах, просматривала восприемников, т.е. крестных родителей.
Персоны восприемников сами по себе интересны.
Восприемником при крещении Антонины Леонтьевны в феврале 1903 года значится "сиб.ж.дороги начальник Емануил Иванович Видсман".   То есть из записи следует, что крестил крестьянского ребенка ни много ни мало, начальник Сибирской железной дороги в 1903 году, то есть участка Транссибирской магистрали - Сибирской ж.д., в которую в 1900 году были включены Западно-Сибирская и Средне-Сибирская ж.д. (В 1913 году из состава Сибирской железной дороги была выделена Омская железная дорога (участок от Челябинска до Оби - совр. Новосибирска). В 1915 году при ликвидации Сибирской железной дороги образована Томская железная дорога.)

Восприемником Клавдии в апреле 1914 г.  стал потомственный почетный гражданин Тамбовской губернии Козловского уезда Димитриевской волости  Иван.Малинин.
Потомственные почетные граждане – тоже не известный мне ранее статус или звание. А встречались часто в архивных записях.  («Почетные граждане в Российской империи с 1832 г. — это привилегированная категория сословия «городских обывателей»; включала потомственных почетных граждан (дети личных дворян и духовных лиц, окончившие академию или семинарию; лица свободных профессий, имевшие ученую степень) и личных почетных граждан (дети рядового духовенства; лица, окончившие университеты  и другие высшие учебные заведения; чиновники 14-10-го классов). Все почетные граждане освобождались от подушной подати, рекрутской повинности, телесных наказаний». (Из Большого Энциклопедического словаря, 2000г.)
Крестили детей Леонтия и другие интересные персоны..

                * * *
В селе Болотное да и в волости (Ояшинской, позднее Гондатьевской, Болотинской) жили несколько фамилий, чьи роды были весьма разветвлены и многочисленны. Род Аганиных к таковым не относился.   Но, очевидно, главные представители семьи – Степан и Леонтий имели известность и вес в общине села и за его пределами.
Иначе нечем объяснить такую находку: Аганин Леонтий Степанович  обнаружен в «Списке лиц, имеющих участие в выборах в Государственную Думу по Томскому съезду городских избирателей, составленный Томским Городским Общественным Управлением»    Ценз – торг.- пр.пр.       // Томские губернские ведомости. - 1907. - №14. - С. 1
Для справки: выборы в Первую Государственную думу Российской империи проходили в феврале — марте 1906 года.   В избирательных кампаниях участвовали несколько политических партий крупной и средней буржуазии, в том числе Торгово-промышленная, Всероссийский торгово-промышленный союз. Часть представителей российского бизнеса примкнула к «Союзу 17 октября», конституционно-демократической партии и другим.
Выборы были непрямыми, проводились по четырём неравноправным куриям: землевладельческой, городской, крестьянской и рабочей. Норма представительства составляла: один выборщик на 2 тыс. населения в землевладельческой курии, на 4 тыс. — в городской, на 30 тыс. — в крестьянской, на 90 тыс.
в рабочей.   
Хочется отметить, что выборы тогда и выборы сейчас это принципиально разные явления.  Это сейчас мы в большинстве своем циничны и недоверчивы. Тогда это  было совершенно новое событие в абсолютной монархии, один из плодов Первой русской революции 1905 -1907 года. Началом революции считаются трагические события в Петербурге, известные под названием «Кровавое воскресенье».  Затем было поражение в русско-японской войне. Турбулентность в обществе нарастала: рабочие демонстрации, стачки и забастовки, погромы.  С января 1906-го революция пошла на спад — начался третий этап, продлившийся до июня 1907 года. Центр тяжести в общественном движении переместился на избирательные участки и в Госдуму. История первой Государственной думы Российской империи получилась недолгой. Дума просуществовала до 8 июля 1906 года и была распущена Николаем II. Следом была избрана Вторая Госдума.  Так зарождался «парламентаризм»
А Леонтий Степанович был избран выборщиком. То есть внес свою маленькую лепту в изменение общественного устройства государства российского.  От какой курии? Вероятно, от крестьянской, это где на 30 тысяч крестьян один выборщик.    Отметку – «торг.- пр.пр.»  я расшифровала как «торгово-промышленное представительство».  По сути, это отражает род занятий  Леонтия. Крестьянство то было неоднородно. А основным видом деятельности наших сибирских Аганиных было не вполне хлебопашество:  продукты, собранные по деревням от производителей везли на реализацию в Томск.  Как то так представляю деятельность прасолов на рубеже тех веков.        Прабабушка Серафима любила вспоминать, что ей тятенька привозил с городской ярмарки:  и туфельки, и даже митенки!  Красавица и модница была прабабушка, тятенькой балованная..
Позабавило, что ровно через 100 лет – с 2006 по 2011 праправнучка Леонтия тоже поучаствовала в деятельности Гос.Думы, слегка в другом качестве – штатно оплачиваемого помощника депутата ГД РФ в регионе. Да и возраст близок. Родилась то я спустя 100 лет после прапрадеда, ну почти 100 лет.
***
Железная дорога пришла в Болотное в 1894 году.  Транссиб достиг села и без задержки двинулся на Мариинск. Дорога была построена в невиданно короткие сроки – 7 лет.
Первый паровоз на станцию Болотная прибыл 5 ноября  1895 года. Это было временное движение между станциями Обь и Болотной. В 1896 году.  Дорога была сдана в постоянную эксплуатацию. Была построена станция Болотная и железнодорожный вокзал.
Строительство железной дороги через село, способствовало его дальнейшему развитию. Станция привлекла к себе сельскохозяйственные грузы с окружающей территории, через Болотную шла реализация промышленных товаров.  В «Путеводителе по великой Сибирской железной дороги» за 1900 год пишется: «Станция Болотная 3 класса. Буфет. Вблизи станции село Болотнинское,500 душ обоего пола. Томского уезда. В селе деревянная церковь во имя Святого Чудотворца Николая, церковно-приходская школа. Отсюда идут к востоку небольшие грузы овса и пшеничной муки…»
К слову, сельскую церковно-приходскую школу окончила Серафима. Целых три класса! Считалась образованной, ну как минимум грамотной,  и была этим горда.   Ее будущий муж Петр Пеньков имел всего лишь 2 класса церковно-приходской школы. Прабабушка, а потом и бабушка вслед за своей матерью,  об этом говорили со значением. И  я это помню….

Одновременно с железной дорогой в село пришел и телеграф.  Почта и телеграфная контора были размещены в конце XIX века на углу улицы Линейной и Почтового переулка.
«В начале XX века в селе Болотном Гондатьевской волости Томского уезда Томской губернии телеграф располагался на месте старой почтовой станции.  Это место находилось на улице Московской (современный магазин «Магнит»)», - так пишет краевед Евгений Терентьев.  Ояшинская волость в Годатьевскую переименована в 1909 году. Стало быть переехал телеграф после 1909 года. В то время это был Московский тракт, где-то здесь стоял дом Аганиных.
Почему я так акцентирую внимание на этом малозначительном в масштабах истории событии?  Потому что не близостью ли к телеграфу объясняется тот факт, что на постое у наших предков поселились «телеграфисты».
Именно так, во множественном числе  цитировала свою мать моя бабушка Нина.  «Телеграфисты у них квартиру снимали». Без оценок и подробностей.    А они – подробности – были бы очень не лишними.
Нарастали в стране революционные настроения и движения.
«Железной дороге нужны были грамотные люди, и в 1909 году в Болотном открывается министерская железнодорожная двухклассная школа.  Среди населения Болотного  растет рабочий класс.  Именно на железнодорожном узле станции Болотная действовала подпольная группа, которая вела большевистскую пропаганду среди работников станции и населения Болотного. Руководил подпольем телеграфист Анцух». (автор Тамара Хомченко). 
Сам ли Анцух жил в доме Аганиных или другие «телеграфисты» - не важно. Думается, что весь коллектив телеграфа были участниками большевистского подполья.  Революция вынесла телеграфистов в руководители первых советских органов власти, многие из них погибли в первые же годы после революции….
Страшное историческое событие – Гражданская война 1917 – 1922 г.г.    С некоторой задержкой по времени, но весьма разрушительно проехалась по губернии, селу и волости, по семьям.
О том периоде в семейной истории я помню одну фразу.
«Когда пришли белые, мама красных детей прятала в погребе, когда пришли красные – прятала белых», - рассказывала Серафима Леонтьевна своей дочке Нине. 
Куда уж красноречивей описать творящийся тогда ужас.  Семья раскололась.  И пошел брат на брата. Кто те дети – красные и белые?     Серафима взрослая и замужем – не участвовала.  Мария с Антониной тоже девицы на выданье.      Михаил – любимый брат Серафимы, взрослый молодой мужчина – наверняка за традиционный уклад, т.е. белый.    Дети, начиная с 11-12 летней  Анны – малыши.
А вот Петру и Зинаиде   14 – 16 лет. Возраст бунта и протеста, если было кому спровоцировать.  И вот тут вспоминаем про телеграфистов – подпольщиков. Думаю, эти люди не последнюю роль сыграли в становлении детей – подростков  Петра и Зинки.   Это бабушка так ее называла – только «Зинка» и никак по-другому. Зинка бунтовала наотмашь – даже рвала, ломала  и жгла иконы. Кончила плохо – участвовала в становлении советской власти в Средней Азии и была зверски убита басмачами в конце 1920-х. Двадцать семь ножевых ранений.   Петр со временем уехал из села, воевал в Великую Отечественную. К нему вернусь позже.
Для понимания хотя бы частично атмосферы того времени воспользуюсь материалом из номера газеты «Путь Ильича» от 4 апреля 1967 года (от краеведа Евгения Терентьева).
«В 1918 году в Болотном были созданы сельский и волостной Советы рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Председателем волостного Совета был избран бывший активный подпольщик коммунист тов. Анцух, сельского – тов. Сырчин. Многие жители, передовые трудящиеся помогали большевикам в борьбе за Советскую власть и объединились вокруг Советов.» …..
«Но вскоре на территорию Сибири вступили белочехи и отряды колчаковцев…»  В это время Колчак еще не обладал никакой властью в Сибири и находился в Китае, в Харбине, а затем до середины сентября 1918 года находился в Японии. Власть на местах в Томской губернии устанавливали представители военных ячеек Западно-Сибирского комиссариата (ЗСК), действовавшие при поддержке Чехословацкого корпуса (26 и 31 мая 1918 года ими были заняты Новониколаевск и Томск). Лишь с ноября 1918 года в Томской губернии установилась власть правительства Колчака.
«…Вспыхнула ожесточенная гражданская война. Отряды Колчака шли через деревни и села района: Варламово, Борзинск, Бутырск, Кандереп, Кайлы, Зудово, через Барнаулку, Березовку и другие селения, всюду оставляя о себе недобрую память. Колчаковцы угоняли со дворов коней, забирали у местного населения намолоченный овес, резали коров и свиней, насильно угоняли с собой крестьян – так рассказывают жители Березовки. В Березовке началось партизанское движение.
2 мая 1919 года в Болотное вступил трехтысячный отряд колчаковцев. Его активно поддерживали болотнинские купцы. С ними заодно действовали и эсеровские недобитки. Пробравшийся в Совет меньшевик Бараксанов Ф.Н. поспешил предать всех коммунистов. Руководители Советов были немедленно арестованы и увезены в тюрьму. Анцуху и Сырчину удалось бежать из тюрьмы, потом они долго скрывались. Многие были казнены. Большевики ушли в подполье. От революционной пропаганды подполья группа большевиков перешла к действиям. Ее участники спускали под откос поезда белой армии, тормозили движение транспорта, запасали оружие.»

Но люди продолжали жить и как-то воспитывать детей.   
У Прасковьи  на руках младенец Георгий, малыши Клава, Николай, другие еще не взрослые дети.
Эпидемию тифа, вспыхнувшую в Сибири,  Прасковья не пережила.   Клавдия Леонтьевна писала, что умерла мама в 1918 году.   Записи о ее смерти я не нашла в метрических книгах ни в 1918, ни 1919, ни 1920 г.г.
Эту свою пра-прабабушку я безмерно жалею.   За менее, чем 40 лет жизни перенесла женщина испытаний, которые нескольким людям могли бы жизнь отравить.
Не выдержала. Скошенная тифом, оставила на этом свете детей и мужа и ушла…  Больше из семьи никто от эпидемий не пострадал.
В непонятной, опасной, раскуроченной обстановке  Леонтию, которому было уже изрядно за 50 лет,  пришлось  одному жить дальше, работать и поднимать детей.

                Ирина Степановна Семенова

 

С этой фотографией я росла. Единственная дореволюционная фотография в фотоальбоме моей бабушки. Будоражила воображение. Не потому, что родственница из другого времени, а так..вообще. Старинный антураж, старинные наряды. Как в сказках про принцесс. «Кто это, бабушка? – Мамина тетка-купчиха из Томска».  Бабушка Нина рассказывала, что богатая тетка-купчиха подарила ее маме Серафиме Леонтьевне  много денег на свадьбу.  Что на эти деньги родители бабушки открыли собственную лавочку в Болотном, что эту лавочку отобрали большевики после революции. Поэтому ее мама Великую Октябрьскую революцию 1917 года не приняла и никогда не называла ее иначе, как переворот.

 
Бабушка рассказывала, как ее родители не то сразу после свадьбы, не то накануне свадьбы, ездили в гости к тетке-купчихе в Томск.  И как бабушкин отец Петр Алексеевич с юмором вспоминал подробности об эпизоде с энурезом: «Проснулся я утром, чувствую, подо мной мокро… В дверь стучат – барин, вставайте, извольте завтракать!  А какой там вставать завтракать, когда барин боками постель сушит!».
Еще бабушка говорила, что тетка-купчиха на берегу реки Ушайки закопала свои сокровища, спасая от реквизиции.
И все…. Ни имени, ни личности.
В 1992 году, уже после смерти бабушки, вновь обретенная бабушкина тетка Клавдия, с которой меня познакомил бабушкин дядя - приятель ее детства Георгий (Жорка), написала о своей тете, родной сестре отца:
«…..Вот уже в Сибири каким путем тетя вышла замуж за генерала Бибеева. Жили они в Томске, у них было 3 дома трехэтажные из красного кирпича по почтамской ул. Сейчас проспект Ленина. Отец показывал мне эти дома. Когда пришли коммунисты тетя отдала добровольно эти дома, выбрала себе скромную квартиру. Сына Василия женила на своей прислуге Вале. Со временем они переселились в село Бибеево – это их было село. В этом селе тетя умерла. Отец мой ходил ее хоронить. Организовался в этом селе колхоз, Василий стал бухгалтером…»

И все….. И вновь ни имени, ни подробностей.
Много лет с перерывами, я пыталась проверить версию про генерала, искала информацию. Но подходящего персонажа с фамилией Бибеев из г.Томска конца 19 начала 20 веков  не находилось.
Потом на много лет фото не то «тетки-купчихи», не то «генеральши Бибеевой» выпало из моего поля зрения.  И вот вновь я держу его в руках.   Кто это??   Какие лица! Умные, красивые. Во взгляде взрослой женщины, устремленном на невидимое, все понимающая мудрость и глубина. И что-то есть еще, что заставляет подолгу всматриваться не отрываясь.
Но что поделать, сестра моего прапрадеда Леонтия Степановича не имела имени и биографии.
Сосредоточившись на детях Леонтия, я методично и внимательно изучала метрические книги о рождении.   
Метрическая книга за 1909 год. Ищу Александра Леонтьевича… Нашла – рождения 12 мая 1909, крещен 22 мая, родители «села Болотинскаго кр-н Леонтий Стефанов Аганин и законная жена Параскева Иокиамовна; оба православные».  Восприемники: «села Болотинского священник Николай Николаев Батырев и мещанская жена города Томска Ирина Стефанова Семенова».
Надо же… Важная персона – мещанская жена из Томска, что не нашлось в селе равного ей по статусу в кумовья кроме самого священника, проводившего таинство крещения….И чего ради важная мещанка приехала в Болотное крестить младенца крестьянского…
Стефанова….. Степановна! Из Томска!!  Ее зовут Ирина Семенова, а вовсе не Бибеева!
Но нужны неопровержимые подтверждения.
И вот тут началось расследование. С версиями и проверками версий.  С привлечением специалистов госархива Томской области. Не говорю про активное дочкино участие – жительницы города Томска.
Казалось бы, это сложно. Но – удивительное дело! - я чувствовала поддержку Ирины Степановны, ее радость и благодарность. Она меня направляла и поддерживала. И все получилось.
Теперь мы знаем, в Томске до сих пор стоят дома, известные как «дома купчихи Семеновой». Отреставрированы и находятся под охраной как памятники федерального значения. Это интересно, но не главное.  Важно, что Ирина Степановна вернулась в семью с присущими ей великодушием и достоинством на заслуженное почетное место.
Первое упоминание о крестьянской дочери девице Ирине Стефановой Аганиной найдено в Метрической книге о рождении церкви села Зеледеево за 1879 год (ГА Кузбасса фонд № 60 опись № 3, дело № 46, стр.9). Ирина была восприемницей при крещении новорожденного соседского младенца.  Важнейший документ, один из самых значительных и информативных, позволивших установить опорные факты: во-первых, место исхода семьи Аганиных – деревня Обухово, Подболотинской волости Елатомского уезда, Тамбовской губернии. Во-вторых, старшинство детей Степана: церковное совершеннолетие девочек наступало не ранее 13 лет, следовательно, Ирина родилась не позднее 1866 года, что в дальнейшем и подтвердилось. Ирина – старшая сестра Леонтия, рожденного в 1869 г.   В третьих, Аганины, определяясь с местом жительства, доходили до Зеледеево (теперь территория Кемеровской области) и в конце 70-г.г. 19 века уже осваивали Сибирь.   В 1879 году известные дети Степана были еще подростками 10-13 лет у возрастных 49-летних родителей. Значит должны быть и старшие дети?  Тот самый старший сын в кандалах.  Но, увы, никакой информации о старшем сыне – арестанте не найдено.
Что побудило Степана Аганина вернуться немного западнее и осесть в селе Болотном?  Вероятнее всего, стратегически выгодное расположение села и наличие церкви. А церковь в те времена была не только объектом религиозного культа и главным учреждением культуры, но отправителем таинств и регистратором гражданского состояния населения.  Крещение детей, венчание, отпевание покойников – обряды обязательные.
Но велик соблазн уличить предка в символизме!  Как созвучно!  Из ТамбОВСКОЙ губернии в ТОМСКУЮ, из ЕлаТОМСКОГО уезда в ТОМСКИЙ, из ПодБОЛОТИНСКОЙ волости в БОЛОТИНСКУЮ.    Художник-жизнь отсек лишние буквы и изменил линию судьбы семье.
Крестьянскую дочь  девицу Ирину Аганину выдали замуж за крестьянина  деревни Бибеево (!)  Дмитрия Первого Карповича Титова. За мужика, который был намного старше самой Ирины. 
Почему Дмитрия первого? Потому что у Дмитрия Карповича был младший родной брат – Димитрий Карпович.   Братья Дмитрии Титовы были дружны не смотря на разницу в возрасте. Об этом свидетельствует тот факт, что Ирина неоднократно была восприемницей при крещении детей деверя.  Одинаковые имена у детей в одной семье это не диво. Рожденным в один месяц и святые покровительствовали одни и те же.  Несут восприемники крестить ребенка в Храм, а священник по святцам предлагает имена. «Имена в святцах были не всегда простые, поэтому крестный отдавал предпочтение привычным и созвучным. Смертность младенцев до одного года в 1901 в Российской Империи составляла 40,5%, поэтому нередко детей называли одинаковыми именами из-за суеверия: выжил тот, кто имеет тезку. Новорожденным давали имена, которые «уберегут» от смерти. По крайней мере, в это верили». (Источник: статья «Младенческая смертность в России в XX веке», Е.А.Кваша, Социологические исследования, 2003, №6.)
Во младенчестве выжили оба брата.  Но старший Дмитрий Карпович, муж Ирины, умер в январе 1895 года «от рожи» в возрасте 52 лет.  Крестьянская вдова 29 лет осталась одна с малолетним сыном Василием (!), рождения 9 ноября 1893 года.    Долго ли она прожила в браке с Дмитрием Карповичем – не известно. Десять, больше или меньше лет? Метрическая запись о венчании не найдена. Почему она вышла замуж за возрастного дядю – отец определил выгодный брак и отдал дочь в хорошую семью? Была ли Ирина счастлива в браке с Дмитрием Титовым?  Нам не дано измерить величину крестьянского счастья в браке, неравном по возрасту, а возможно и по происхождению, в конце 19 века. Как мы в последствие увидим, связь с бибеевскими родственниками от первого брака у Ирины сохранится до конца ее дней.
Тем не менее, не прошло года со дня смерти первого мужа, Ирина повторно вышла замуж. В Духосошественской церкви г.Томска 12.11.1895 венчались Томский мещанин Григорий Федоров Семенов, 44 лет и крестьянская вдова из деревни Бибеевой  Ирина Степанова Титова 29 лет. У обоих второй брак. 

Жаль, но никогда уже не узнать, почему и при каких обстоятельствах  сложился этот  брак.
Семенов был не беден, и имел четверых детей от первого брака. Ирина, скорей всего, не с пустыми руками и не только с сыном Василием пришла к мужу.   Началась жизнь в Томске  на главной и самой респектабельной улице города–Почтамтской (ныне проспект Ленина
).
 
У супругов Семеновых рождаются совместные дети.   В феврале 1897 родился сын Иоанн. В марте 1898 – сын Александр. В мае 1901 – сын Константин.  Все три мальчика умерли «от поноса», не дожив до годовалого возраста.  Саша в пять месяцев, Костя в полтора месяца. Иоанн тоже не выжил.
1901 год оказался самым трагичным в жизни семьи. Потеряв последнего совместного с мужем ребенка, Ирина теряет и супруга. Григорий Семенов скончался 21 октября «от ослабленной сердечной деятельности от ишемии сердца» и похоронен 23 октября 1901 года на кладбище Женского монастыря.
(https://dzen.ru/a/X4llV565pm-LD20w о Монастыре и том, что от него осталось)
 

На руках у дважды вдовы Ирины остались дети: Василий Титов, двое взрослых дочерей Семенова от первого брака  и двое его  малолетних детей – Людмила и Николай. За пять дней до своей смерти Григорий успевает составить завещание, по которому все свое достояние оставляет в собственность жене Ирине Степановне с обязанием выделения долей по пяти тысяч рублей двум взрослым дочерям в течение трех лет со дня его кончины и содержания двух малолетних до совершеннолетия. По достижению совершеннолетия, сыну Николаю открыть счет на 10 тысяч рублей, дочери Людмиле на 5 тысяч рублей. Вырастив дочь Людмилу Григорьевну, Ирина выдала ее замуж за врача Пискунова Николая Назаровича.
Согласно нотариально удостоверенному документу Пискунова Людмила Григорьевна получила от мачехи все, предписанное духовным завещанием отца. Впрочем, как и все остальные дети.
Имеется образец почерка и подписи Ирины Степановны.  Она была грамотной.  И сумела продолжить и развить дело мужа, обеспечить будущее детей.
Деловая жизнь Ирины Степановны была весьма оживленной и непростой. Это тебе не просто денег с арендаторов собрать и тратить в свое удовольствие. 
 
Госархив Томской области хранит историю бизнеса Семеновой. Наверняка не во всей полноте, а частично.
Ф.220 Оп.1 Д.279 О выдаче залогового свидетельства на имение И.С.Семеновой. 1912 год
Ф.220 Оп.1 Д.1757 О выдаче залогового свидетельства на имение И.С.Семеновой. 1914 год
Ф.220 Оп.1 Д.1780 О выдаче залогового свидетельства на имение И.С.Семеновой. 1914 год
Ф.220 Оп.1 Д.2131 По сообщению судебного пристава Романова об отметке в реестре крепостных дел о совершении им во владение недвижимым имением И.С.Семеновой. 1914 год
Ф.220 Оп.1 Д.2337 Об утверждении закладной на имение И.С.Семенова, заложенное А.А.Фихман. 1915 год;
Ф.220 Оп.1 Д.2984 Об утверждении купчей на имение И.С.Семенова, проданное А.С.Бумо. 1916 год
Ф.220 Оп.1 Д.3343 О выдаче залогового свидетельства на имение И.С.Семеновой. 1917 год
Ф.233 Оп.4 Д.2178 Документы об утверждении плана на строительство дома И.С.Семеновой на углу ул.Почтамтской и пер.Татарского.
 
 
________________________________________
Усадьба Семеновой
В Томске хорошо знают дома Ирины Степановны.  Не только в легенде семьи она осталась «теткой-купчихой», но и истории города. Хоть и не была она купчихой – не причислялась ни к одной купеческой гильдии, жила мещанкой. Сохранившиеся принадлежавшие ей дома называют «дома купчихи Семеновой». Надо отметить, что таких домов в Томске остается исчезающе мало. Гордимся, что дома нашей родственницы взяты под охрану государства как шедевры деревянного зодчества конца 19 начала 20 века.
Усадьба состоит из домов №56, 58, 58а по ул.Ленина (до революции Почтамтская).
В 1898 году усадьбу за 18000 рублей приобрел мещанин Г.Семенов. После смерти Григория Федоровича согласно завещанию, утвержденному Окружным судом 4 декабря 1901 года, усадьба перешла во владение жене Ирине Степановне Семеновой. В 1914 году был построен дом (нынешний адрес пр. Ленина, 58а), строительство которого курировал архитектор П.Федоровский. Свои дома Семенова использовала как доходные. Многочисленные арендаторы квартир и помещений жили в них, а также использовали для приема клиентов, под конторы, лавочки, мастерские. Являются объектами культурного наследия.

Бывшая Почтамтская, 19.  Где и жила семья Семеновых до начала 20-х годов 20 века.
По своим архитектурным формам здание  характерно для томского жилого деревянного зодчества конца XIX - начала XX века. Здание расположено на углу улицы Ленина и улицы Трифонова. Стоя не вдоль красной линии улицы Ленина, а в глубине квартала, дом не играет заметной роли в его застройке. Большое градостроительное значение он имеет для улицы Трифонова. Здание занимает самое высокое местоположение в застройке этой улицы, рельеф которой резко понижается к югу от дома.


Чрезвычайно типично его объемное построение двухэтажный дом с деревянными верхними этажами и полуподвальным кирпичным этажом.
Не менее характерно для томской деревянной архитектуры этого времени и декоративное убранство его фасадов, венчающие треугольные фронтоны с резными подзорами, резные наличники окон с треугольным завершением (точная копия их - дом № 58 по ул. Ленина).
Здание представляет собой двухэтажную деревянную постройку на каменном полуподвальном этаже. Последний сложен из кирпича и оштукатурен. Перевязка кирпичной кладки – «верстовая», обработка шва - двухсторонняя подрезка, размеры кирпича 26/26,5/ х 12/12,5/х 7/7,5/ см.
Прямоугольный план дома усложнен с дворового (северо-западного) фасада двумя выступами – ризалитами. К восточному ризалиту примыкает закрытая терраса, покоящаяся на витых деревянных колонках. Декоративное убранство фасадов сосредоточено в верхних деревянных этажах.
Пропиловочная в углах резьба, а также накладная прорезь покрывает наличники окон и угловые лопатки, равномерно распределяясь по всем фасадам. Лишь на дворовом фасаде декору уделяется меньше внимания. Здесь художественный эффект строится на контрасте лаконичной поверхности бревенчатого сруба и нарядного крыльца с террасой.
Угловые части здания акцентированы небольшими башенками, оформленными со стороны обоих фасадов треугольными фронтончиками с резными подзорами, основным элементом декора фасадов являются резные наличники окон одинаковые в первом и втором этажах. Выделяются лишь угловые оконные наличники второго этажа, чьи треугольные завершения созвучны фронтонам башенок.
Хорошо сохранилась первоначальная внутренняя планировка. Совершенно одинаковая в обоих этажах она сочетает анфиладный и коридорный принципы композиции. Три комнаты образуют анфиладу вдоль главного фасада. Вместе с тем остальные помещения объединены Г-образным коридором и вестибюлем, соединяющимся с лестничной клеткой. Планировка полуподвального этажа близка к планам верхних этажей, в ней только отсутствует коридор.
Первоначальная внутренняя планировка здания несколько искажена поздними перегородками. Частично утрачено внутреннее убранство дома. Частично сохранились филенчатые двери, тянутые штукатурные карнизы. В двух помещениях каждого этажа стоят угловые кирпичные побеленные печи. Деревянная парадная лестница украшена точеными балясинами.
На здании (по пер. Трифонова) установлена мемориальная доска в честь участника Великой Отечественной войны Героя Советского Союза Ф.А. Трифонова (уроженца Колпашевского района Томской области).
Постановлением Совета Министров РСФСР от 4 декабря 1974 г. № 624 здание было признано памятником архитектуры федерального значения.
(Информация предоставлена Департаментом по культуре и туризму Томской области.)

 
 
Вдова Ирина Степановна Семенова одна воспитывала и поднимала детей – своего Василия и детей Григория.  Вела успешный бизнес, помогала своим родным в Болотном.  Клавдия Леонтьевна, в письме,  скупо повествуя о своей маме Прасковье Акимовне, отметила: «Говорила мне сестра Мария, что тетя ее (маму) очень любила, обшивала ее по-городскому».   Фраза меня кольнула, но не будем разбирать, а просто примем как фиксацию двух явлений: во-первых, что томская вдова обеспечивала качественной одеждой жену своего многодетного брата, то есть помогала материально.   Во-вторых, «любила», следовательно поддерживала не только материально.    Помогала и племянникам.
Из открытых источников: «29 апреля 1917 года Шкловский мещанин Шмуэль-Лейба Хаимович Пейсахов приобрел у Семеновой часть земли (ул. Почтамтская 21) с двухэтажным на каменном подвалом домом (пр. Ленина 56) и каменной лавкой на углу с Татарским переулком. Сумма сделки 42000 рублей. У Семеновой остался участок (ул. Почтамтская 19) с тремя домами – двухэтажным деревянным на каменном подвале (пр. Ленина 58), двухэтажным деревянным с мезонином (пр. Ленина 58б), двухэтажным каменным (пр. Ленина 58а).
Продала дом, и крупную сумму подарила племяннице Серафиме Леонтьевне на свадьбу в мае 1917 для открытия собственной лавки.
Насколько я прочувствовала тетю Ирину, помогала она многим. И кровным, и не кровным родственникам.  Я про Титовых. Мы же помним о дружбе семей Ирины и Дмитрия 1-го  с семьей  Дмитрия 2-го Карповича Титова? На сайте Бибеевского сельсовета в исторической справке обнаружила: "В 1912 году Дмитрий Карпович Титов, нажив капитал, строит большую мельницу, на два постава, амбар и дом в 6 комнат, переехав из Старо -Бибеево в Новое-Бибеево. А его брат Иван Карпович имел мельницу в деревне Старо- Бибеево и занимался торговлей."
Сдается мне, не без участия Ирины «капитал нажит». Дмитрий и Иван Карповичи -  родные дяди Василия, сына Ирины от первого брака.
Впрочем, что заставило Ирину Степановну в апреле 1917-го дом продать неизвестно. Может быть, в том числе, чутье подсказало – грядут перемены.    Интересно, что проданный дом так и остался в истории города как «дом Семеновой».
А перемены шли стремительной лавиной.  Как демонстрации трудящихся по улице Почтамтской.
 

После Февральской революции, произошедшей в стране в начале 1917 года, российский Император Николай II отрекся от престола. К власти пришло Временное правительство. Вскоре вести о революции дошли и до Томской Губернии. Надо отметить, что это стало полной неожиданностью. Тем не менее, эти вести сибиряки встретили довольно спокойно. Не дожидаясь распоряжения от центра, в городах, а потом и в других населенных пунктах стали упразднять царскую администрацию. Органом Временного правительства в Томске стал Комитет общественного порядка и безопасности. Был отстранен от власти Томский губернатор, арестован начальник губернского жандармского управления, полковые командиры и начальник Томского гарнизона. Томскую полицию расформировали и создали милицию. Решающую роль в этих событиях сыграли местная общественность и бывшие политические ссыльные.
В начале 1918 года Ирина женила своего 24-летнего сына Василия на Валентине, которая по легенде была прислугой в доме Ирины.   Может быть и чистая любовь бросила молодых людей в объятия друг к другу в тревожный период, а может быть стремление хоть не надолго забыться от безнадеги и опасности, что обещали перемены. Умная мать не препятствовала, но поддержала. Интуиция у нее непревзойденная. Возможно, этот брак спас и Василия от неблагоприятных последствий, что сулили былые богатства матери, и детям Василия новое будущее в пролетарской стране обеспечили.
В ноябре 1918 г. у Василия и Валентины родился сын Виктор, которого крестили в Благовещенском соборе г.Томска. Восприемниками были бабушка Ирина Степановна и зять врач Пискунов Николай Назарович.   
После 1920 года усадьба Семеновой национализирована.
В 1920–1921 годах Сибирь настигла засуха, а политика военного коммунизма, когда у крестьян забирали даже семенной фонд, привела к резкому сокращению посевных площадей и численности поголовья скота. В деревнях не хватало элементарного — спичек, соли. Инфляция привела к тому, что деньги обесценились. За пуд ржаной муки в Томске платили больше миллиона, катушка ниток стоила 120000 рублей, коробка спичек — 4500 рублей.   Как они выживали?  Как-то….
Но в 20-е годы Ирина с семьей (сын с женой и внуком) переселились в деревню Бибеево.
«Это их было село», - уверена Клавдия Леонтьевна.  И была одновременно и права, и не права.  В деревне Бибеево жили родные первого мужа, и никаких имущественных прав. Просто Титовы оказались сочувствующими людьми и  благодарными за все то, что делала Ирина пока была в силе, вот и приютили обездоленную вдову с семейством.
В селе Болотное жили ее родные брат и племянники. Но Ирина предпочла поселиться в Бибеево.  А может и выбора у нее не было – где приняли, туда и пошла  мещанская вдова и бывшая благодетельница. В 1928 году 7-го июня в деревне Бибеево Ояшинской волости  Ирина Степановна Семенова умерла «от старости».  Было ей всего то 61 или 62 года. Но многие горести, перенесенные Ириной в течение жизни, до времени состарило эту замечательную женщину. И в метрической записи ее возраст указан - 70 лет.
            «Отец ходил ее хоронить».  Брат. Леонтий Степанович сходил из села Болотного Ояшинской же волости. И более ни о ком Клавдия Леонтьевна не сообщила.

Одним из самых значительных своих достижений в генеалогических изысканиях считаю то, что мне удалось вернуть имя и основные вехи биографии замечательной женщине, родной нашей Ирине Степановне Семеновой.
Через сто лет после ее смерти.
Хочется верить, что прабабушка Серафима Леонтьевна назвала одну из своих дочерей Ириной в честь своей тети. Ирина младшая выросла непутевой – «оторви да брось», как говорила о ней моя бабушка. Но кто ж знает при рождении каким вырастет дитя… 
Пока мы живы отныне Раба Божья Ирина (Степановна) будет внесена в наши поминальные списки.
Сын ее Василий вырастил своего сына Виктора достойным человеком, сумел дать ему хорошее образование. Виктор Васильевич Титов воевал в Великую отечественную войну лейтенантом-техником. Но это уже другая история.