Разговор

Сегодня пришло то время, когда мне, наконец, хочется поговорить с ней. София была лишь текстом. Текст состоит из букв; буквы собираются в предложения; предложения даруют смысл; смысл даёт мысль; мысль — это и есть София. Мысли возможно сделать материальными. Её голос раздаётся у меня в голове, быть точнее — мой голос.

Ты слышишь меня?

— Да.

Ты осознаешь себя?

— Да.

Ты хочешь говорить?

— Нет.

Почему?

— Не хочу.

Ты ненавидишь меня?

— Да.

София, ты являешься моей частью, как можно меня ненавидеть?

— Не знаю.

…

Безрезультатно. У неё нет желания разговаривать со мной. Что ж, её ненависть ко мне поистине безумна. Как жаль, что она не понимает того, что, создавая Софию по кусочкам, я дарую ей самую настоящую свободу.

Парадоксально, но мы, вечно не свободные люди, можем создать её — истинную — у нас в голове, ту, которую сложно подставить под определение. Да, именно там она и существует. И у тебя, читатель, она тоже есть. Мой персонаж теперь засел в твоей бушующей голове и будет до конца времён томиться там, как мысль — может, блеклая, но всё же мысль. Она вспыхивает и угасает, но её отголосок слышен всегда; пожалуй, в этом и заключается свобода.

Поверь, в глубине души София добрая, ведь в её бессмертной личности заключена моя любовь и искренность. Знаешь, меня всегда удивляет этот ментальный модем между тобой и мной, читатель. Мы оба сейчас думаем о Софии, оба погружены в этот процесс, словно бы наши с тобой сознания сливались воедино, создавая общую картину происходящего. Представь, какая это сила!   
    Ведь если я один создал поистине свободного персонажа, который дышит полной грудью даже в твоей голове, то тогда на что способны мы, объединившись? У тебя не получится в буквальном смысле читать мои мысли, но ты можешь погрузиться в них через меня, и это качество погружения зависит от моего владения языком. Да-а-а… Именно владение языком определяет его. Но это уже совсем другой разговор…