На правом берегу устья

Рассвет был тёплый - тёплый, отгорела зарево зорьки. Тянуло, веяло с излучины реки Клязьмы, с устья речушки Липенки, с болота прохладой, утренней сыростью. Солнце вставало. Туман в пойме рассеялся, поднимаясь ввысь таял под лучами восходящего солнца.
Дрозд первым разбудил, растревожил тихое безмолвие раннего утра. За дроздом подала голос малиновка. В излучине речушки Липенки деловито крякала утка, над правым берегом старицы просвистел селезень, шлёпнулся в в русло, поднял брызги.
На береговых кустов ивняка зеленели длинные плети разросшегося хмеля, на листьях широких жемчужными каплями вспыхивала мелкая роса на солнце.
Я поднял голову на ствол береговой корявой сосны и увидел зелёную птаху - дятел пёстрый, который поедал рыжих короедов.
   По правому берегу устья буйствовала ежевика, тянула свои длинные колючие плети к самой воде, но зато какова сама ягода: крупная, чистая, приятного вкуса с кислинкой.
Чуть подальше от устья, за ручьём, под навесом ивняков, в заводи старицы на чистой глади растут зелёные ладони кувшинок.
Вот уже пошли береговые папоротники, пахло цветущей липой, дубовыми листьями, можжевельником, водой, цветами. Острава целые белых ромашек окаймляли правый берег устья. На краю виднелась густая стенка чистотела, похожая на бабочек - лимонниц, летящих наперерез друг другу.
В парном безветрии утра стоял мощный комариный гуд, душистый, терпкий запах цветов, цветущей липы веял вокруг, над липой кружились пчёлы.   
Из прибрежных кустов ольховника начали раздаваться удивительные трели иволги, Почти одновременно с ней дала о себе знать малиновка в ветвях берегового дуба старицы.
Лес, который примыкает к правому берегу Речушки Липенки и прижимается к её руслу,к старицы, к реке Клязьмы, огласился радостным пением певчих птиц.
И вдруг на том берегу устья раздался звонкий и торжественный крик. Кукушка.
Кукушка звонко закуковала в лесной чащобе.
Стою на берегу устья и мне хорошо видно, как всплывают вверх по течению и погружаются в глубину рыбьи спины.
В мелком сосняке, что примыкает к устью, к реке Клязьме, нарвался на молодые маслята. Маслята чистые, только что продрали хвойную подстилку, появились на свет, и на светло - коричневых шляпках блестела, переливалась жемчужная роса.
  Сколько раз я видел эти картины, но всё - таки не перестаю удивляться. Любуюсь ими, как всё вокруг всё ново, всё необычно, всё зелено, всё молодо, всё свежо!
Здесь в избытке есть всё, что ныне стало острым дефицитом: гулкая лесная тишина, ключевая вода, чистейший сосновый воздух, певчие птицы, грибное и ягодное царство, луговое разнотравье.