Часть третья - глава 7

– Анабель, салют! Ты как?

К моменту телефонного звонка подготовка уже завершилась. Вторая в жизни процедура избавления от ненужной растительности прошла безболезненно: волоски отросли недостаточно длинными для восковой эпиляции, и мастер выполнила обработку лазером. Приятная теплота и никакого дискомфорта. Маникюр заменили на лунный: украсили кончики пурпурным ареалом и оформили их в виде округлой дуги, а основную часть ногтевой пластины покрыли толстым фиолетовым гелем с эффектом сияния. Прекрасно сохранившийся с предыдущего посещения педикюр не требовал изменений.

Приняв очередной душ, Мануэла занялась макияжем: подвела ресницы, воспользовалась придавшей губам деликатный сатиновый блеск коралловой помадой, подрумянила щёки и сыпанула несколько блёсток глиттера. Затем облачилась в красное атласное платье – то самое, которое привезла из далёкой Гуаружи и в котором впервые появилась в салоне Бэллы, – надев под него алые миниатюрные стринги и аналогичного цвета кружевной бюстгальтер. От пелерины отказалась, ведь та заметно согревала, а ночь обещала быть жаркой. В прямом и переносном смысле.

Последним пунктом стали духи. Их наносила уже одетой, поскольку глубокий вырез платья позволял разбрызгать пленительный аромат парфюма от «Нина Риччи» на шею и даже грудь. Попасть на ткань не боялась: что может быть соблазнительнее, чем утончённый цветочно-фруктовый аромат, исходивший от зоны декольте?

Подготовив лёгкие открытые туфельки на невысоком каблуке, подошла к телефону. Колебалась пару минут. Сдерживало возможное прослушивание или доступ к записям звонков. Набравшись смелости, позвонила той, кого буквально неделю назад заклеймила «ускоглазой ш****й»:

– Ничего себе! – удивилась Анабель. – Подожди секундочку, мне нужно ущипнуть себя, а вдруг сплю…

– Да ладно тебе стебаться, дорогая! – Мануэла выдавила смешок, но тот получился неотличимым от хрюканья поросёнка. – Звоню просто поболтать на пару минут.

– Да-да, конечно! Скажи ещё, что соскучилась и придумай мне прозвище вроде «сладенький котик». Если такое работало с клиентами, то со мной не прокатит. В чём дело?

– Тут это… Короче, сможешь подсказать кайфовый ночной клуб в ЛА?

– Клуб для замужних?

– Перестань… Мы пойдём туда вдвоём, но Джеймс ни разу не тусил в подобных местах. Ну, или не хочет признаваться, понимаешь? Попросил меня навести справки, вот и звякаю.

– Чую, с первой попытки обойдёшь детектор лжи! – укол Анабель красноречиво намекал, что тягу к гульбе на стороне она просекла в два счёта.

– Очень смешно! Между прочим, любимый подарил мне кабриолет «Мустанг», уловила? У нас всё серьёзно! Сейчас спустился в бильярдную, но могу позвать к телефону. Он всё подтвердит. Подождёшь пару минут?

– Заканчивай клоунаду! Я сообщу адрес и без всяких чёртовых подтверждений. Не проблема! Мне плевать, с кем ты там будешь. Итак, если хочешь оторваться по полной программе – тебе в «Мистери Мун» на Хисторик-авеню. Это городок Пасадена к северо-востоку от ЛА. Подозреваю, за рулём будешь сама, поэтому слушай внимательно: проезжаешь Даунтаун, затем Глендейл и сразу увидишь местную ратушу – собор в европейском стиле. В полумили от него будут сиять огни. Видно их даже при въезде в город. Ну всё, добро пожаловать в «Мистери Мун»!

– Запомнила! Спасибо большое!

– Забей! В ЛА пара десятков ночных заведений. Обращайся!

Услышав гудки, Мануэла повесила трубку на рычаг. «Ну и сучка! До чего догадливая кореянка! – поражаясь сообразительности бывшей наставницы, осознала, что результатом довольна. Шантажа не боялась: ситуация, при которой Анабель по крупицам собирала улики похождений и переходила к вымогательству, представлялась менее вероятной, чем исчезновение Луны с неба. – Так, если Джеймс вдруг прослушает эту запись, совру, что готовила для него сюрприз. Ездила якобы для осмотра клуба и предварительной аренды столика. Или целого зала… Точно, зала! Мы ж, чёрт возьми, богатые!».

Надев туфли и вооружившись модной сумочкой от «Армани», поспешила выйти из спальни.

***

Солнце уже давно скрылось за горизонтом, и тёплая ночь, вобравшая в себя нотки средиземноморского и субтропического климата, бережно оплела Калифорнию. На ясном иссиня-чёрном небе искрились звёзды, сравнимые с рассыпанными на тёмном шёлковом палантине жемчужинами, а полное безветрие заставило замереть лапы финиковых пальм, и те, подобно изумрудным изваяниям, смиренно сторожили ночь.

Яркие фары «Мустанга» освещали пустое шоссе, мелькание белых пунктирных полос которого выдавало высокую скорость движения. Схожая с иглой граммофонной пластинки стрелка спидометра остановилась на восьмидесяти милях в час. Скромный опыт вождения не мешал мчаться навстречу необузданному отрыву в одном из лучших клубов Лос-Анджелеса, а не проходившее с первых секунд сборов возбуждение мотивировало больше всего на свете. Хотелось секса. Животного удовольствия. Столь же грязного, какой видела во сне.

Мимо небоскрёбов Даунтауна Мануэла проехала около одиннадцати вечера. Несмотря на не самый поздний час, деловой район спал. «Секьюрити-Пацифик плаза» и ещё пару высоток подсветили иллюминацией, но довольно-таки тусклой. Вывески торговых площадок на первых этажах также горели, а где-то в парке играла музыка. На этом ночная жизнь центра заканчивалась.

В черте города сбросила скорость до разрешённых пятидесяти миль. Догадывалась, что дорожная полиция патрулировала районы круглосуточно, а за полученный штраф пришлось бы объясняться перед Джеймсом. Копы грамотно маскировались, ведь за всё время езды в пределах Лос-Анджелеса не встретила ни одного стража порядка.

Выбравшись на ведшую прямиком в Пасадену Монтерей-роуд, вновь разогналась до восьмидесяти миль. Огни ночных заведений выделялись на фоне возвышавшихся гор. В дневное время их рельефные склоны выглядели фантастически живописно, вечером лучи заходящего солнца оставляли багряный след на голых скалах и окрашивали растительность кровавым оттенком, но вот ночью горы предстали безликими пятнами, стекавшими с линии усеянного звёздами горизонта.

Анабель не обманула, ведь здание пасаденской ратуши и вправду напоминало готические соборы Валенсии: куполообразная крыша с остроконечным шпилем, ребристые своды, широкие окна и множество колонн. Белокаменная постройка выделялась в темноте, даже невзирая на отсутствие подсветки. «Отлично, почти на месте!» – смекнула, обогнув мэрию и выехав на узкую асфальтированную дорогу, на обочинах которой припарковались сотни машин. Весьма недешёвых. Одно лишь это давало понять, что движется в верном направлении. Яркий свет вдали, столбы которого вздымались вверх на целую милю и, казалось, намеревались проткнуть ночное небо, убедил окончательно: район элитных вечеринок совсем близко.

«Мистери Мун» представлял собой озарённый иллюминацией прожекторов особняк со стенами рубинового оттенка. К главному входу вела широкая лестница, ступени которой сияли изумрудным блеском. Над высокими стеклянными дверьми располагался огромный открытый балкон, вывеска на ограждении которого гласила: «Мистери Мун Казино». Буквы мерцали и переливались всеми цветами радуги, и голова Мануэлы закружилась уже через пару секунд. «Вот засранка! Посоветовала игорный дом вместо клуба!» – негодовала, выискивая глазами парковочное место. Задача оказалась не из лёгких: находившаяся рядом со зданием стоянка – ухоженная и покрытая новой тротуарной плиткой – была забита до отказа. Пришлось покружить порядка десяти минут, прежде чем удалось найти незанятый элитными авто участок.

Заглушив мотор и подмигнув кокетке в отражении салонного зеркала, схватила сумочку с пассажирского сиденья и вышла из машины. Территорию вокруг казино украсили десятками вечнозелёных пихт и елей. Деревья разместили на своеобразных островках, пространство между которыми оформили под пешеходные дорожки. Приближаясь ко входу, отметила нараставшее волнение. Понимала, что готова изменить Джеймсу. Последствия также осознавала, но остановиться не могла: всепоглощающая сила, звавшаяся в науке сексуальным влечением, манила как следует повеселиться этой ночью.

Преодолев изумрудные ступени, подошла к швейцару: высокому и худому азиату в деловом костюме. Тот походил скорее на уставшего после пяти подряд лекций преподавателя университета, нежели на вышибалу. Впрочем, торчавшая из-под крыла пиджака кобура с пистолетом давала понять, что парень не вчера с дерева слез.

– Добрый вечер! – улыбнулась Мануэла, слегка наклонив голову набок. – Неужели такое огромное здание целиком отдано под казино?

– Здравствуйте, мэм! – голос не выражал эмоций. То ли швейцар следовал служебным инструкциям, то ли просто хотел спать. – У нас есть казино, верно. Однако ещё и куча залов со всякой всячиной. Стриптиз интересует?

– Мужской?

– Нет, конечно. Я не мастак, но мужской не в рынке. Мало зрителей собирает, так понятнее? В любом случае сможете повращать слоты, сыграть в рулетку, покер, блэкджек и кучу подобных дисциплин, ну или посидеть в баре, покурив лучшие гавайские сигары. Хотя курение вам не к лицу. Чем-нибудь ещё могу быть полезен, мэм?

Работник у входа воодушевил. Минутой ранее Мануэла не сомневалась, что приехала исключительно в кишевшее лудоманами казино.

– Пройду?

– Да, конечно… – он отворил одну из высоких дверей, – прошу.

Порывшись в сумочке, Мануэла достала кошелёк и опустила пятидолларовую купюру в нагрудный карман швейцара. Глаза последнего заблестели, но лицо осталось невозмутимым.

Первым встретил тусклый коридор, на одну из стен которого повесили разнообразные фотографии, символизировавшие триумф и отдых на широкую ногу: пачки денег, игральные кости с картами, бокалы с элитным алкоголем, смахивавшего на Джеймса Бонда или на Рокки Бальбоа джентльмена в компании трёх полуголых девиц. По другую сторону от «стены успеха» расположили гардеробную, больше напоминавшую престижный магазин одежды: на серебряных поручнях висели обшитые дорогостоящим мехом полушубки и парочка пальто из кашемира. Выглянувшая из окаймлённого янтарём окошка работница кивнула посетительнице. Мануэла отвела глаза, так как верхнюю одежду сдавать не планировала.

Двинув дальше, вошла в просторное помещение, пол которого застилал красный узорчатый ковёр. В схожем по размерам с футбольным полем зале стояли сотни игровых автоматов с сидевшими у голубоватых экранов мужчинами. Некоторые дёргали за рычажки и нажимали на кнопки с выражением лиц кондуктора в автобусе, другие что-то бормотали себе под нос, третьи испепеляли видеопанели взглядом. Пахло мочой и потом. Ни апокалипсис, ни ядерная война, казалось, не оторвали бы увлечённых экспертов мира слотов от любимого занятия. Сравнимую с древнеиндийской мантрой монотонную музыку, по-видимому, включили для введения в транс каждого посетителя.

Пересекая зал, не могла отвести любопытный взгляд от своры зависимых. Вдруг один из них – одетый в потрёпанный свитер и тренировочные – изрыгнул проклятье и наотмашь ударил по автомату. Выходит, с миссией по успокоению мантра не справилась. Возникший словно из-под земли вышибала скрутил буйного гостя и пару раз стукнул по голове. Отвернувшись от неприятной картины, Мануэла устремилась к выходу.

Второе помещение предстало тоже игорным, но куда более цивилизованным: несколько вращавшихся рулеток походили на гигантские юлы, а стоявшие рядом столы с тёмно-синим махровым сукном заполнили игроки. Колоды карт, стопки фишек (часть картёжников шаффлили керамические жетоны, из-за чего весь зал окутывала сопоставимая со стрекотанием сверчков трель) и облако сигарного дыма, мешавшее как следует рассмотреть мужчин, – атмосфера переносила на съёмочную площадку старого вестерна. Мануэла разобрала лишь несколько ковбойских шляп и чёрные, как смоль, солнцезащитные очки. Будто очутилась в техасском Амарилло времён Дикого Запада. Наступавшие между звуками шаффла паузы заполняла негромкая джазовая музыка.

От перенасыщения никотином голова пошла кругом. Дымовая завеса наряду с туманной пеленой перед глазами помешали найти выход. В этот момент раздался восторженный крик: рулетка остановилась, и счастливчик, судя по всему, поднял крупный куш.

– Вам помочь? – откуда-то из облаков донёсся хрипловатый бас.

В следующее мгновение сильные руки схватили за плечи и талию, а через несколько секунд Мануэла очутилась в зале без рулеток и тлетворного дыма. Перламутровый шар вращался над танцполом, отбрасывая разноцветные блики по всей округе. Подсвеченный лунно-жёлтым огнём шест делили две фигуристые девушки в туфлях на высоченных каблуках, одетые в белое бельё, ажурные чулки и атласные оперные перчатки, шедшие от кончиков пальцев до локтей. За спинами стриптизёрш закрепили распахнутые крылья ангелов, которые непроизвольно взмахивали при каждом движении.

Танцевальную площадку окружали кожаные диванчики с мягкими сиденьями и плетёным орнаментом на спинках. В шаге от них расположили накрытые светло-серой скатертью столики. Большая часть мест пустовала, но за некоторыми сидели посетители. Учитывая эротическую направленность помещения, в числе гостей преобладали мужчины, напоминавшие миллионеров на торжественном вечере Арчи Хоупа: от каждого веяло богатством. Кто-то распивал сеты шотов или фужеры с виски, перед носом других стояли фарфоровые тарелки с изысканными блюдами – карпаччо, паэлья с кальмаром и креветками, суши с чёрной икрой – третьи курили кальян, который тоже создавал дымовую завесу, однако аромат разительно отличался от сигарного смрада: нотки цитрусовых с лесными ягодами резко контрастировали со зловонным табаком и головокружения не вызывали. За танцполом тянулась бесконечная барная стойка. Пара десятков барменов торопливо готовили напитки, а облачённые в надетые поверх нижнего белья кухонные фартуки официантки разносили заказы.

– Как ты? – всё тем же хрипловатым басом спросил незнакомец. Говорил громко, перекрикивая биты ритмичной музыки.

Очухавшись, Мануэла впервые взглянула на спасителя. Даже мелькавшие от дискотечного шара световые пятна не могли скрыть привлекательность собеседника: уложенные с помощью гель-лака русые волосы гармонично сочетались с в меру высоким лбом, а острые скулы дополняли выразительный взгляд голубых глаз, в которых читалась незыблемая уверенность. Чёрная футболка обтягивала широкие плечи и рельефные грудные мышцы, а укороченный рукав обнажал железобетонные бицепсы.

– Всё в порядке, спасибо.

– Майкл! – красавчик протянул руку.

– Мануэла.

– Давай сядем за свободный столик. С меня напитки.

– Может, переместимся в другой зал? – повернув голову, махнула подбородком сторону полуголых девушек у шеста.

– В чём проблема, детка? У тебя какие-то комплексы? – Майкл сверкнул глазами и зашагал к незанятому кожаному диванчику.

Если существует любовь с первого взгляда, то, вероятно, есть и молниеносное сексуальное желание, которое испытывает человек, на тысячную долю секунды взглянувший в сторону симпатичного партнёра. С чувством любви Мануэла знакома не была, однако загадочная непреодолимая тяга накрыла сразу после завершения короткого диалога. Мощный импульс заставил отбросить гордость и побрести вслед за тем, кто представился Майклом.

– Они не будут снимать трусы, расслабься! – проговорил красавчик, с нетерпением хлопая по кожаной обивке. – Садись уже!

Броские манеры сводили с ума. Самец, без всяких сомнений, относился к числу «альфа».

– Что пьёшь? – он развалился на поверхности дивана и, оставив краешек для спутницы, вытянул мускулистые ноги. Стильные бирюзовые джинсы украшала серебряная цепь и ремень с черепом на пряжке.

– Хотелось бы коктейля… – на мягкое сиденье приземлялась с осторожностью ищущего мину сапёра.

Майкл зыркнул в сторону барной стойки и, встретившись взглядом с шейк-мастером, подчёркнуто кивнул. Тот заулыбался, перестал трясти шейкер и поторопился лично принять заказ.

– Да, мистер Бэнкс!

– Салют, Честер! Двойной «Джек Дениэлс» и чёртов коктейль.

– Прошу прощения, который именно?

– Не е**!

Бармен покряхтел в кулак и обратился к Мануэле:

– Так понимаю, мисс, коктейль для вас?

– Да, будьте добры, что-нибудь лёгкое и ягодное… – Мануэла не сводила глаз с Майкла. Тот пялился в потолок, не обращая ни малейшего внимания на новую подругу. В другой день пофигизм и резкая манера общения оттолкнули бы, но сегодняшней ночью подобное притягивало магнитом.

– Как насчёт «Дайкири» с лаймом и черникой?

– Пойдёт!

Парнишка раскланялся и удалился. Майкл перестал изучать потолок и теперь рассматривал стриптизёрш.

– Я впервые здесь… Да и в ЛА переехала недавно. А ты? – попытка завязать разговор вызвала непонятное смущение.

– Родился в Бруклине, Нью-Йорк. На другом побережье.

– Вау! Слышала про этот многомиллионный мегаполис! Небоскрёбы Манхэттена безумно красивы! А для чего перебрался в Калифорнию?

– Все крупные города слишком вонючие… – отвечая, он продолжал наблюдать за танцполом.

– Да, наверное… Слушай, может, посмотришь на меня? Неприлично как-то вести диалог, пялясь по сторонам.

– Неприлично учить этикету того, кто спас от отравления табачным дымом.

– О, ещё бы! Без тебя на самом деле могла отключиться. Кстати, зачем вытащил меня? Мы ведь не знакомы.

Майкл достал из кармана джинсов пачку жвачки «Ригли» и медленно поместил пластинку в рот. Затем, наконец, повернулся к Мануэле. Опустив глаза, бесцеремонно впился взглядом грудь и бёдра. Через минуту ответил:

– Понравилась! – и снова принялся разглядывать потолок.

– А ты дерзкий мальчик!

Мануэла ощутила прилив возбуждения. Сердце застучало чаще, а по низу живота пробежала приятная теплота. «Если в постели он также груб… Дьявол, я просто сойду с ума…» – мысли прервал бармен Честер. Поставив на стол поднос с виски и коктейлем, паренёк вновь поклонился и побежал работать дальше.

– Это ещё не дерзость, детка! – двойную порцию сорокаградусного напитка Майкл осушил залпом. Не повёл и бровью.

– Ты мне нравишься…

«Альфач» пододвинулся ближе и обхватил за талию. Не прошло и двух секунд, как прильнул губами к губам. Страстный французский поцелуй длился целую вечность. В спутнике завораживало буквально всё: голос, наглость, уверенность, пряный мускатный аромат одеколона, запах мяты изо рта, крепкая рука, обвившая талию.

– По-моему, ты хотела сдриснуть в другое помещение. Тут есть отдельные комнаты. Арендую одну из них, когда допьёшь коктейль.

Мануэла глубоко дышала. Уровень заведённости зашкаливал. Каждая клетка тела кричала о готовности отдаться этому мачо прямо здесь, наплевав на посторонних. Хоть предложение не содержало вопроса, всё равно ответила. Произнесла то, что сказало бы подавляющее большинство девушек в схожей ситуации:

– Мы… – воздуха не хватало, – мы же почти не знаем друг друга, не так ли?

Майкл пронзил пробиравшим до мурашек взглядом, а затем ухмыльнулся краешками рта:

– Так. И что с того? Закажем кальян и будем кайфовать от курения. Пей коктейль, детка!

До невозможности возбуждённый мозг отказывался придумывать формальные отговорки. Мужчина на десять из десяти! Сто из ста! И всё говорит о том, что у них будет секс. Жаркий, рьяный и сверхэнергичный!

«Дайкири» удивил насыщенным вкусом. Недостатком стало только то, что напиток сделали на основе рома: опьянение мгновенно дало о себе знать. Впрочем, одурманенное сознание лишь расслабило и ни капли не конфликтовало с окутавшими голову фривольными мыслями. Коктейль выпила залпом и, стукнув бокалом о стол, недвусмысленно подмигнула. Во взгляде читался красноречивый призыв: «Возьми меня! Я готова!».

Покинув танцевальный зал, они прошлись по слабоосвещённому коридору и очутились в закрывавшейся на замок-шпингалет отдельной комнате. Декор располагал к комфортному времяпрепровождению: кирпичные стены укрыли красными тюлями, схожий балдахин свисал и с потолка. Создавалось впечатление прогулки внутри тканевого воздушного шара. Пахло лавандой. Вдоль стен тянулись длинные диваны, обшитые алой замшей. Между ними стоял столик из красного дерева: широкая столешница и короткие ножки превращали его в идеальную подставку под кальян и напитки. Освещали уютную комнатку закреплённые под тюлевым занавесом потолка люминесцентные лампы без плафонов или абажура. Вероятно, так и задумывали: розовые лучики беспрепятственно блуждали по помещению, а маломальский рассеиватель, будь он здесь, рисковал испортить гармонию.

– Ранее кальян не курила, представляешь? – Мануэла ухмыльнулась, дошагала до столика и провела рукой по до блеска отполированной поверхности. Для этого пришлось слегка наклониться. Визави намёк понял.

– Позже, бэби! – щёлкнув шпингалетом, он вмиг оказался за спиной и опустил руки на ягодицы.

– У-ф-ф-ф, негодяй! – прошептала, но разворачиваться не стала.

Майкл помял сочную попу через атласную ткань, а затем снял сумочку с плеча и кинул на один из диванов. После схватил бегунок молнии и расстегнул. Хват ослаб, но платье пока не сдавалось.

– Бесстыжий! – выпрямившись, глянула через плечо. Глаза партнёра сияли от возбуждения, а ширинка джинсов скрывала что-то твёрдое.

– Будет немного грязно… – он сделал шаг вперёд и обхватил талию. – Пришло время узнать, какого цвета твои трусики.

Недолго думая, Майкл одним резким движением стянул платье и швырнул его в сторону. Мануэла избавилась от туфель, пнув их под стол и, развернувшись, набросилась на партнёра: руками схватила шею, а ногами обвила за пояс. Жаркий поцелуй сопровождался утробными стонами. Женскими, ведь красавчик молчал. Однако учащённо дышали оба. Как спортсмены после завершения трёхкилометрового кросса. Майкл расстегнул замочек на спине, и кружевной бюстгальтер удерживало лишь плотное прижатие тел друг к другу.

– Я готова к грязи! – скрежетала, глотая ртом воздух. Подсвеченные розоватым оттенком волосы липли ко лбу и вискам. – Таким меня не напугаешь, пупс! Ну же, действуй!

Майкл шагнул к дивану и с шумом бросил партнёршу на замшевое сиденье. После разделся. Избавление от футболки, джинсов, обуви и трусов заняло считанные секунды. Широкие плечи, рельефные грудные мышцы, стальные бицепсы, бугристые кубики пресса – парень знал толк в красивом мужском теле. Татуировки добавляли притягательного шарма: на правом плече скалился череп, от живота к груди ползла смертоносная кобра с чешуйчатой кожей, высунутым языком – тонким, как пчелиное жало – и вздутым капюшоном, а под пупком набили зорко глядевшего белоголового орлана с заострённым клювом и агрессивным прищуром. Вопреки стереотипам о накаченных бугаях, член порадовал размером: длинный и толстый орган заставлял трепетать в предвкушении.

– Не люблю предварительные ласки! – шагнув к диванчику, Майкл наклонился и стянул стринги с подруги. Оба остались полностью голыми. – Погнали, детка!

Оказавшись сверху, он коснулся коленей и грубо раздвинул бёдра. О методах контрацепции, судя по всему, не слышал. Приблизив пенис к промежности, проник. «Я самая везучая на всём белом свете! – думала Мануэла, зажмурив глаза. – Везде побеждаю, чёрт побери! Дьявол, он уже внутри!.. М-м-м…».

Тратить много времени на миссионерскую позу Майкл не планировал. Не прошло и минуты, как схватил за плечи и одним махом перевернул партнёршу на живот. Мануэла сама согнула колени, опёрлась на локти и оттопырила зад. При втором проникновении не сдержала протяжный стон: промежность пронзило давящей болью, но безудержная похоть тотчас затмила всякие сторонние ощущения. Красавчик двигался быстро. Каждая фрикция сопровождалась его кряхтением и её вскрикиваниями. Смазка стекала по половым губам и вовсю капала на диванчик, но ничего из обещанной «грязи» не наблюдалось. Пока не наблюдалось.

– Руки на стол! – гаркнул Майкл, остановившись в процессе.

Мануэла не поняла. Тогда партнёр ухватил под мышки и толкнул в сторону стоявшего рядом столика. Руки успела выставить в последний момент и чудом избежала удара головой. Ноги остались на замшевой обшивке, а верхняя часть тела припала к столешнице, уровень которой располагался заметно ниже сиденья дивана. Майкл приподнял округлые бёдра и вновь поставил спутницу «раком». Вот только коленно-локтевая поза сильно отличалась от привычной: изгиб тела из-за разницы в высотах поверхностей получился столь сильным, что невольно ассоциировался со средневековой пыткой, когда беспомощную жертву опутывали кандалы и цепи.

– Теперь ты моя сучка!

– О-о-о… Да!

Разум затуманился. То ли от резкого прилива крови к голове, то ли от неистового возбуждения. Скорее всего, от обоих факторов сразу. Мануэла чувствовала себя парящей в невесомости, и лишь амплитудные фрикции с сопутствующими звуками хлопков возвращали с небес на землю. Пик уже назревал, но Майкл решил добавить «перчинки»: наклонившись вперёд, схватил за волосы и оттянул голову назад. Настолько, что на пару дюймов даже оторвал тело от стола. Прекращать жёстко тр****ь при этом и не думал. Наоборот, даже ускорился. Сопротивляться Мануэла не собиралась: грязный акт нравился неимоверно. Стоны с криками теперь походили на приглушённые бульканья, но процесс доставлял безудержное животное удовольствие.

Промежность начала приятно зудеть. Позже тепло разошлось по бёдрам и низу живота. Вдруг тело пронзило сильнейшим разрядом, а перед глазами вспыхнул белый свет. Будто стояла в шаге от прожектора на стадионе или очутилась на расстоянии вытянутой руки от грозовой молнии. В ушах загудело. Оргазм мгновенно распространился по всему телу, а изо рта, вперемешку с каплями вязкой слюны, вырвались хриплые вопли:

– Д-А-А-А! О-О-О! ЕЩЁ! М-М-М! НЕ ПРЕКРАЩАЙ! Д-А-А-А!

Накрывшие содрогания били похлеще эпилептического припадка. Майкл потянул за волосы ещё сильнее, стараясь полностью обездвижить партнёршу. Свободной рукой принялся шлёпать по попе. Звонкие удары напоминали стук хлыстом. На последних секундах оргазма подруги кончил сам. Успев извлечь твёрдый, как кол пенис, он пустил первый поток спермы. По причудливой дуге струя перелетела через распластавшуюся в позе Мануэлу и приземлилась на пол. Часть попала на стол. Второй залп вышел послабее, и брызги достигли спины той, кого Майкл продолжал удерживать за волосы. Капли быстро стекли от поясницы к шее, ведь Мануэла всё ещё находилась практически вниз головой. Третий и последовавшие «выстрелы» уже не улетали дальше дюйма. Подставив под остатки ладонь, до краёв наполнил её спермой. Мгновением спустя размазал склизкое содержимое по спине партнёрши. Затем взял за плечи и затащил обратно на диван. Забавно или удивительно, но при окончании Майкл не издал и звука. Заговорил уже после:

– Вот за тем тюлем прячется душевая… – вытянув шею, кивнул в сторону одной из стен. – Тебе определённо стоит привести себя в порядок.

Мануэла подползла и свернулась калачиком возле полулежащего на диване «альфача». Обхватив руками широкое плечо, несколько раз поцеловала.

– Опупеть… Было просто ох****о! – голос хрипел. Подняв взгляд карих глаз на лицо спутника, спросила. – Кто ты такой, а? Откуда взялся?

– Свалился с Марса! – Майкл выдернул руку из объятий. – Оставь свой номер, детка. Может, ещё свидимся. Ты без хахаля?

– Без! – выпалила, не раздумывая. – Свободна!

– Отлично. Мужья частенько мешают… – поднявшись на ноги и стряхнув последнюю каплю спермы с головки члена, он направился в душевую. – Двигай за мной! Помоемся вместе и, наконец, покурим кальян.

Проворно вскочив с диванчика, Мануэла во второй раз за вечер почувствовала, что не в силах сопротивляться манящим флюидам этого мужчины. Поправляя на ходу смятые волосы и не брезгуя наступать на липкие капли на полу, поковыляла следом за широкой спиной.