Глава 7

Сразу после Нового Года пришло письмо от Мишки - первое письмо, Нина даже невольно отшатнулась. С тревогой взглянув на почтальона, осторожно приняла конверт и вернувшись в дом, закрылась в своей комнате.

 Села на диван и с волнением вскрыла конверт, быстро пробежала глазами первые строчки.
 Остановилась, переведя дух как от быстрого бега и снова принялась за чтение, Мишка писал:

 «Здравствуй Нина! Пишу, почти на ходу, да ещё при свете фонарика. У нас глубокая ночь, а сержант из фельдсвязи уже приближается собирает последние письма родным, кто решился писать, торопятся.
Сейчас будет погрузка и мы улетим в ночь. У вас уже лежит зима, а здесь тепло и нет снега, даже как-то грустно…
 Всё, уже нет времени, он рядом торопит. Прости, что ворвался к тебе с письмом.
Мамка отругала, а теперь не знаю - может зря пишу?
 Но как бы там ни было, ни поминай лихом Мишку Урюпина-Клыкова, а пока прощай!..»

 Нина отстранилась от письма, в недоумении подумала – о чём это он?..
Чувствуя в его строках какую-то недосказанность.

 Откуда ей было знать, что в эту ночь Мишка писал свои последние строки, о начале великой трагедии "нерушимой" державы, ввязавшуюся в работу позорной, кровавой бойни…
 Она далека была от этой мысли.

А через полчаса Мишкин полк, десантировался на Афганскую землю. Больше писем от него не было.
 Два месяца Нина жила в неведении и на праздник Советской армии, зашла к Урюпиным-Клыковым и робко поинтересовалась:

-  Тёть Нюр, Дядя Вася, весточка от Миши есть? Что пишет?..
Родители Миши угрюмо молчали.
 Нина не выдержала,  с раздражением, спросила:
-  Ну чего молчите-то?!

-  Ты девка, со своими надоями совсем от жизни отбилась, - хмуро отозвался Мишкин отец, - газет, что ли не читаешь, радио не слушаешь?

-  Причём здесь это?
-  А при том, что война идёт в Афганистане!
-  Ну и что?
-  А Мишка наш там. – Заплакала, отвечая Анна Ивановна, в подол платья.

-  Как?!
-  Вот так, дочка! Теперь жди, либо грудь в крестах, либо в цинковом гробу…
-  Тьфу на тебя бешенный! – Запричитала мать, - что наговариваешь на сына-то?!
У Нины от услышанного перехватило дыхание.

 Да она слышала краем уха, что говорили люди, а также по телевизору слушала в новостях, слова диктора, что Советские войска вошли на территорию Афганистана, по просьбе Афганского правительства, так там всё спокойно – какая война?.. Какие цинковые гробы?!
Отец Мишки закурил и смял спичечный коробок.

-До коли, - с раздражением произнёс он, - до коли врать нам перестанут?! Что мы враги сами себе? Не давно в городу был, хороший человек сказывал, знающий! Ежели, говорит сейчас не уберёмся, потом кровью захаркаем и я ему верю, потому как самому довелось, по сей день колченогий.

Нину, внутренне знобило и она стремительно, со слезами на глазах, выскочила на улицу – господи, Миша!
 Только теперь осознав, что не равнодушна к этому человеку.