Мечтательница

По картине Луизы Рей "Недостижимая мечта"

Помню, бабушка говорила, что в нашем огороде закрыт клад. При чём на глубину лопаты, не больше. Конечно, она придумала эту легенду специально, чтобы семья не просто вскопала огород, а сделала это быстро и с азартом.
Как только участок очищался от белого панциря, все хватались за лопаты и начинали усиленно работать. Бабушка, конечно, руководила. Она приговаривала: "Ищи, Луиза, вот на этой грядке. Сейчас не увидишь, так потом дождями пухлую землю прибъёт, осядет верхний слой - а к осени, глядишь, и клад найдётся!" Я никогда не спорила с бабушкой, хотя было очевидно, что рассказ о кладе - выдумка. Я знала, что вскопанная мною грядка будет превращена в цветущую клумбу. А я мечтала стать художницей. Поэтому после поиска мнимого клада шла в дом и представляла, как взойдут нежные тюльпаны, пугливые и прекрасные. И рисовала то, что было в моём воображении. И тюльпаны всходили розово-белой волной прямо сейчас, холст оживал и становился картиной.
К середине лета вся моя комната расцветала картинами, как и бабушкин огород. На месте, где искал клад папа, росла картошка, а на вскопанных мамой грядках буйствовали всеми оттенками зелёного морковь, репка, редька, горох, свёкла и сорняки. Я называла их не трава, а отрава, ведь нам всё время приходилось проплывать огород. И я злилась на бабушку: "Хоть бы какую легенду придумала кроме клада, чтоб мы эту отраву тоже не просто так пололи, а в мечтах о чём-то этаком!" А по вечерам я рисовала то, что не додумала бабушка. Листья одуванчиков превращались на моих картинах в волосы лесной колдуньи. Головки клевера становились помпончиками на наряде клоуна. Плети мокрицы я обращала лёгким движением кисти в изумрудные морские волны. Всё, что я видела в огороде, менялось на моих картинах:  чёрная бочка с водой становилась неуклюжим пингвином, который мечтал полететь, а теплица - большим айсбергом, плывущим по бескрайнему океану.
Осенью семья собирала урожай. Кухня была украшена косами из синего лука и крутобокими тётушками-тыквами, а мечты художника - новыми натюрмортами, которые  хотелось поскорее нарисовать.
Теперь я понимаю, что бабушка была права: в огороде у неё, действительно, был закрыт клад. И мы его каждую осень находили.