Засекреченный город ч. 1

                Предисловие.

             Какая самая главная мечта в детстве, конечно, вырасти, чтоб лет восемнадцать-двадцать было! А время так медленно идёт, всё ты маленький и маленький. Вдруг неожиданно детский сад закончился, школа началась.
Школа не совсем обычной оказалась. Что в стране в начале шестидесятых было? Освоение космоса началось, развитие ядерной энергетики, создание новых систем управления технологическими процессами требовалось. Исходя из новых запросов развития общества и школьное образование меняться начало.
    Экспериментальные школы появились. Одна из таких в Выборгском районе Ленинграда, где улицы многие имена академиков носят, два старейших ВУЗа находятся, плотность разных НИИ, КБ как в наукограде. Принимали в эту школу всех, без отбора специального, деление по способностям внутри было, программы со второго класса различались, переводы возможны были. Считалась школа просто с физико-математическим уклоном, был там сильный преподавательский состав, но только на физике-математике-химии не зацикливались. Пытались разностороннее образование обеспечить. Молодых, увлечённых своей работой, аспирантов приглашали о «передовых рубежах науки» рассказывать, писателей детских. Действительно, здорово было, эти встречи обычно сверх времени установленного затягивались, интересно очень было.
 
Тир в подвале, под руководством военрука, своими силами построили. Два лингафонных кабинета оборудовали при помощи шефов, английский со второго класса был. Кинотеатр, музей свой, чудесный кабинет биологии к дендрарию примыкал. С ДЮСШ тесно школа сотрудничала.
Старалась школа эта твои способности выявить, самостоятельности научить, к жизни взрослой подготовить.

                Глава 1. Бассейн.

       Приходит к вам в школу высокий, жилистый дядя с деревянной палкой в руках, ходит он по классам, братьев твоих по разуму группами в спортзал приглашает. Твоя очередь подходит. Дядя тебя просит нагибаться, приседать, руки-ноги твои заламывает, на скамейке просит наклоны вперёд-назад делать. Ничего не говорит, всех проверил и ушёл, а когда на дворе золотая осень заканчивалась, зачитали в школе список, кого дядя приглашает для дальнейшего знакомства. С собой иметь записку-допуск от родителей, мыло, мочалку, полотенце, тапочки резиновые и трусики трикотажные темно синего цвета. Место знакомства-как бассейн «Экран» обозначили. Понимаете? Это там, где даже олимпийцев готовят! 
       Много нас пришло на встречу, помылись тщательно, стоим в шеренге по одному, дрожим немного, может от сквознячка, а может от волнения, что дальше будет. Дядя шеренгу обошёл дважды, представился как Евгений Иванович. Остановился по центру и говорит: сейчас вы все похожи на сардельки молочные, к лету будете как колбаса твёрдого копчения, кто дотяните (а может, ничего не добавлял, может ты сам придумал). Ряды наши стремительно редели, к новому году осталось по 5 человек на дорожку плавательную. Про вторичные последствия тренировок писать не буду, кто занимался знает, остальным не интересно. Сложно объяснить, зачем по ночам просыпаться от сведения мышц и ломки суставов, а после занятий в школе опять на тренировку бежать, мысли «подлые» порой посещают, как бросить всё, с пацанами во дворе в футбол погонять, не напрягаясь особенно. Но, подходит стрелка часов к двум часам дня, хватаешь рюкзачок с вещами и, по тропкам проторенным, на тренировку бежишь.
     Не соврал тренер, меняемся на глазах прямо. В таких секциях не только навыкам спортивным учат, учат себя любимого побеждать, боли не чувствовать. Потом узнал, группа называется «олимпийский резерв», тех, кто год и более тренировался, в ДЮСШ без экзаменов принимают, там эту группу иначе как «гестапо» не называют.
    Кто, что, там называют, тебе пока не ведомо. Вы все одинаковы, дурачитесь, пытаетесь иногда сачковать, все словили кайф, да не по разу, это когда твой желудок отказывается содержимое внутри держать и другие прелести нагрузок интенсивных. Примечательно то, что группу покидают не более слабые физически, а те, у кого «настрой» кончается или простудные заболевания начинаются, ведь если неделю тренировок пропустишь, нагнать ещё реально, а если каждый месяц по 5-6 занятий мимо, это всё, не догонишь. Самое главное, чему научили-преград любых не бояться, находить в себе силы «стену пробить». Выражение «второе дыхание» слышали все, а многие никогда его не ловили, мне жаль их. Тут за 800 метров кролем на скорость от 3 до 6 раз бывает, когда себя сломать необходимо. Думаешь, всё, хана, не догнать других, задыхаешься, руки ватные стали, сердце далеко за 200 ускакало, воду на разворотах хватаешь, кашляешь, а скорости ещё добавить нужно. О чудо, двоих обошёл, силы к тебе как из космоса пришли, жаль, ненадолго. Впереди ещё шесть разворотов, а у тебя опять спад наступает. Что такое движение на воде, под водой? Это толчок-скольжение, помноженное на дыхание, сбалансировал, согласно сил своих, темп свой задал. Это в теории, а на практике? Попались тебе сильные ребята, на победу заточенные, которые не хуже тебя могут мехом внутрь выворачиваться. Тут только чисто на волевых прокатит, кто больше из себя выжать сможет. Запасы у нашего организма огромные, о которых сам не знаешь.  Думаешь, чуть восстановлю дыхание, успокоюсь и рвану на последних метрах, главное сейчас скольжение поймать, сил сэкономить. А твои друзья разве лохи? У каждого своя стратегия побеждать. Каждый заряжен только на победу, слабины не даст, и выбор у тебя только на волевых выстоять. И так это в мышцы и мозг вбили крепко, просто купаться придешь, невольно работать начинаешь, это навсегда, помирать будешь, а темп не сбавишь, не только к воде относится.

                Глава 2. Засекреченный город.

       Везёт тебе на встречи с теми, с кем ну никак, встретиться не должен был бы.  Что такое опять случилось? Да ерунда, десять лет тебе исполнилось, а тут киношники решили фильм снять, «Засекреченный город» называется. Историю такую сочинили, как пацаны и девчата в Советском Союзе взрослеют, как в игру «Зарница» играют. «Артистов» ищут в твоей школе, съёмки проходят около Севастополя, в пионерлагере «Ласпи». В начале мае цельная группа из твоей школы в Крым уехала, со школьным ВИА. Озвучка фильма тоже заслуга школы твоей. В самом конце мая, запросили киношники ещё четырёх пацанов и двух девчат, чтобы возраст был 9-10 лет, и тренировались бы они в группе «Олимпийского резерва» бассейна «Экран».  Нужно это для дублирования одного эпизода, красиво проплыть на камеру десяток метров. Дорогу и содержание в лагере оплатит киностудия, аж на три смены. Ребята эти должны быть всегда под руками, когда будем их снимать-сами не знаем. Кого киношникам вручить? У всех уже лето распланировано, кто в спортлагерь, кто на дачу, кто к бабушке в деревню. Нашли с трудом, ты с радостью согласился, думал, как в Феодосии будет.
   Пребываете вы в лагерь, куда вас деть? Про размещение ваше не подумали, в один отряд шестерых не запихнуть. Разделили по парам и раскидали по отрядам. Тебе опять повезло, в четвертый отряд, отряд «милиции» определили. Это старший отряд, вы с корешом «мальки». Знакомят вас с отрядом, а там уже парни все с усами и барышни чуть не на выданье. Смотрят эти хлопцы и дивчины таким взглядом нехорошим, пока вожатый рассказывает про то, какие вы артисты замечательные и спортсмены первостепенные. Смотрят и не верят, а в глазах у многих вопрос читается, а если этим чудесным спортсменам промеж рогов засветить, визгу много будет? Короче, радости от тёплого приёма не ожидаешь, мысленно уже новые синяки у шишки на себе считать пытаюсь, научен уже предыдущим лагерем. Короче, грустно тебе и не весело, и тут слышишь радостный крик ЖЕРТВА, выскакивает такая мадам и давай обнимать и тискать. Опешили все, а у неё просто счастье на лице написано, никто же не знает, о какой жертве разговор идёт.
  Ты куда из нашего двора исчез спрашивает, малой твой говорил, что твоего отца в Питер перевели, а мой батя сказал, что и отца-то у тебя нет, ой, извини не то сказала, хотела сказать, что он не служит в ВМФ, в списках нет.
     Многие знали, что в период 1969-1972 год, группа офицеров была направлена советниками во Вьетнам, вернулись не все, твой отец к флоту отношения не имел, но не рассказывать же всем и сейчас, поэтому ребята решили, что твой батя выполнял интернациональный долг, тем более, Юля всем торжественно объявила, этот парень с нашего двора.
   Она тебя опекает весь срок пребывания в лагере, ходит на ваши тренировки. Очень гордится, что учила тебя плавать, ловить усиков и крабов. С ней было очень хорошо и просто, вроде девчонка, а проблем никаких, просто взрыв мозга и нарушение твоей стройной теории. Это же конкретная оторва, ну как так? Подвоха сначала ждёшь, а его нет, о чём только с ней не говорил за два с половиной месяца, уже и не представляешь, как день без неё пройдёт. Теперь она сама на кличку «Жертва» охотно откликается, только смысл клички кардинально изменился. Как-то после вечернего фильма о Руслане и Людмиле, отводит в сторону и говорит; сегодня ночью купаться пойдём. И ведь пошли. Страшно было, по бухте мощный прожектор вояк шарит, когда он подходит, ныряешь, а вода вдруг до самого дна становится прозрачной, камни видны, на них водоросли колышутся, жутью какой-то веет. Потом на камни на берег вылезли, очень холодно стало, вода теплее воздуха. Попинали немного друг друга, почему-то очень весело было. Когда правила нарушаешь, весело бывает. В лагерь через проход в заборе пробрались, к своему дому одноэтажному, тихо по койкам разбрелись. Ну никак у тебя в голове не укладывается её поведение, ведь с её стороны это прямое несоблюдение дворовой субординации, не может взрослая дама с мелюзгой общаться, ты ей никто, просто знакомый со двора, в котором и жил-то меньше года. После лагеря больше никогда с ней не встречался, даже адресами не обменялись. Ты ещё мог вспомнить номер её квартиры и дома, она нет, в то время часто переписывались после лагеря по несколько лет, но как-то неловко было, да и взрослели быстро, а детство незаметно растворилось.

     Встреча с «жертвой» было очень важное, но не единственное событие в то лето. В вашей Питерской команде было две представительницы прекрасного пола, да какие! Это ж просто «лейся песня».  Всё по науке, одна природная блондинка, и по внешнему, и по внутреннему содержанию. Худущая и капризная, просто до неприличия, на ровном месте закатить натуральную истерику-нет проблем, парней за людей вообще не считает, любит хвастаться, причём даже тем, чем не принято, стыдно за неё бывало. Назовём её Алисой. Как попала в спорт и выжила в течении года непонятно. На тренировках замечаешь непонятки, эта истеричка и вобла сушёная, мышц не наблюдается, скелет один с тонюсенькими косточками, хоть в фильме про голод снимай, очень интересно кролем работает. Скользит по воде так, что определить не можешь, на сколько вдохов работает. Очень незаметно голову поворачивает и делает фантастично короткий вдох, даже глаз может не заметить, кажется, вообще не дышит. Брызг почти не поднимает, а самое главное, ей незнаком термин «усталость». Вот бывают люди, которые боли не чувствуют, а эта усталость не чувствует, и своего предела прочности не ощущает. Опасно это очень, она ломается неожиданно, даже для самой себя. Силы кончились и всё, резервов организма больше нет. С похожим явлением в боксе встретился, был парень, который боли не чувствовал, просто падал, после перебора по пропущенным ударам, здесь что-то из этой серии.
    Вторая наша барышня скорее полновата, крепко сбита, плечи, как у ватерполистки, цинична не в меру. Для пусть Мариной будет, фамилия украинская, но живёт в Питере с рождения. Любит двусмысленные четверостишья цитировать, парней презирает, говорит, слабаки кругом. Чем знаменита? Попали они с Алисой в младший отряд, знакомят их с коллективом. Тогда как было? Есть в отряде командир, но также должен быть комиссар. Был там комиссаром маленький такой, худенький пацанчик, червячок такой книжный, из «хорошей, интеллигентной семьи». Представляют наших дам командиру с комиссаром отдельно, вот, мол ваши первые «проводники». Посмотрела Марина на комиссара этого и выдаёт с ходу четверостишье: Комиссар у нас хороший, комиссар у нас один, вот закончится сезон и люлей ему дадим. И главное, в чём непонятка у окружающих, то ли эта питерская пошутила беззлобно, то ли «спасайся, кто может», уж больно вид у новенькой устрашающей, говорит мало, но по делу. Её даже пионервожатые не беспокоили понапрасну, что бы глупые базары на месте прекратить, фразу она выдала: Я, говорит с Питера сама, с Лиговки, слыхали за такую? Ну, вид все делают, да, много наслышаны. Конечно врут, паршивцы и не краснеют, ну кто из них что про Лиговку знать то мог, и вообще, Марина какое к чертям отношение к Петрограду-Ленинграду 20-30 годов имеет?

                Часть 2. Диверсанты. Внедрение.

      Не прижились, по понятным причинам, наши барышни в этом отряде. Через несколько дней дошли слухи, что пионервожатая очень хочет избавиться от них, размеренную жизнь отряда подпортили «диверсантки» наши. Одна, как «пахан» себя ведёт, другая просто неуправляемая и не договороспособная, ребят баламутят, дисциплину нарушают. Гроза административных решений приближаться стала…
    Киношники похоже, забыли про вас, неделя прошла, а они вами не интересуются. Вы место пребывания изучаете, присматриваетесь. Не просто так царская семья проживала здесь, на море любовалась. Горы террасами к воде спускаются, справа-гора «Медведь» возвышается, слева, наполовину зеленью скрытый, серебристый корпус космического корабля «Восток» взгляд приковывает. Копия почти, а не грубая подделка, солнечными лучами, отражёнными от корпуса, синеву неба южного слепит. Зелень постройки скрывает, только крыши отдельные видны. Нет прямых дорожек, корпусов жилых, рядами стоящих. Из ровных площадок только плац, рядом с ракетой, специально в скалах прорубленный, да зона прибрежная в районе бухты, от камней и скал освобождённая. Самая высокая постройка всего то два этажа с «хвостиком».
    Около шлагбаума КПП, слева, если в лагерь идти, сооружение диковинное. Стены белёные, как у мазанки украинской, высокие только, крыша односкатная, сильно вперёд выдвинутая, на две гладких, белых колоны опирается. Почти беседка античная, однако сильный, заставляющий глотку сжиматься и, перебивающий ароматы растений тропических, запах хлорки от него исходит, как предупреждающий плакат действует. Вопрошает этот плакат: точно ли сюда путник путь держишь?  Да, гальюн очкового типа, под южным палящим солнцем, это вам не карельский, неторопливый туалет типа сортир. Туда не газеты читать ходят, а быстро, чётко, «по-военному» свои проблемы решать! Незапланированным визитам сюда способствует крымская флора и фауна. Пионер, как известно, в душе исследователь, не может он пройти мимо прекрасного, особенно, если оно съедобное, поэтому дегустацией ягод, растений, креветок и прочих ништяков занимается регулярно. Мальчишеский организм в этом возрасте, от девчачьего отличия имеет, волчий голод, особенно по вечерам, одолевать начинает. Если этого не происходит, либо заболел, перетренировался или другой стресс какой словил, может, доступ к кормушке неучтённой имеется. Да, завтрак, обед, полдник и ужин, всё под надзором медицинских работников, комплект килокалорий рассчитывается, при спортивных нагрузках питание другое, но жрать всё равно хочется! Опытный пионер, в любом регионе Союза знал и умел добывать, столь необходимую растущему организму органику, будь то Карелия, Алтай, Камчатка или Дальний восток. Как проблема подножного корма в Крыму решалась, после подробности будут, сейчас, далее по лагерю пройдём.
      Крутой правый вираж закладываем, на уровень ниже спускаемся. Слева постройка, сложная, с верандой большой, за верандой зал со столами виден. Левое крыло большое, правое поменьше, нет симметрии. Это самое главное здание, «корм» для вас, оболтусов, там раздают.
      Домики, в которых отряды живут, хаотично по склонам располагаются. Медпункт, склад (все личные вещи сюда сдаются, в отряд только самое необходимое берёшь), технические постройки, где кружки разные, помещение администрации среди зелени разнообразной, поворотов и уровней разных запрятаны. Теряешься ты, указатели есть вроде, но не сразу правильную дорогу находишь, в этих виражах путаешься. Тебя опасности и приключения на «этих виражах» караулят. Вот, павлины, к примеру. Птица эта подлая, голос мерзкий имеет, но зато какой хвост! Пионеров птица ненавидит всей душой павлиний, генетическое это у неё, видимо. Когда один идешь, берегись, нападает эта зараза пернатая на тебя из засады, сзади, очень больно ущипнёт, потом удерёт и орать благим матом начнёт, победу торжествовать. Может продолжить атаку, это реально страшно и даже опасно. Но почему вражда между вами?  Всё просто, хвост чудесный, а перья какие, даже вспоминать не хочется, в чемодан замучился запихивать! Получается, пернатые эти как индейцы в прерии, а пионеры-бледнолицыи, охотники за скальпами. Каждый бледнолицый мечтает скальп пернатого этого, перо то есть, как трофей домой привезти. Юных браконьеров ну о о очень много, павлинов-самцов пятеро. Они бы может и рады, братьев по разуму осчастливить, но на всех всё равно не хватит, беда. По прибытию в лагерь, вам подробно рассказывали правила поведения, акцент на этих красавцев сделан. Наказания неземные за перо, у тебя найденное обещали, значит, противостояние птиц с пионерами давнюю историю имеет. Но! Настоящий пионер не приучен отступать, он найдет способ добычи заветного трофея! Павлин это чувствует, действует по ситуации.
    Павлины говоришь, как Сухов у Верещагина спрашивал. Нет, не пернатые самый страшный ворог. Ты же в нормальном пацаньем обществе находишься, стадия слаживания проходит. Как в старину было, спрашивали: «Ты чей холоп будешь»? Этот вопрос не оскорбление вовсе, как разночинцы считали, это маркер того, как с тобой общаться, какое место в обществе занимаешь. Так и в пацаньем обществе, какой отряд, кто такой, чем дышишь. Как там в фильме «Белое солнце пустыни»? Посмотрим, что это за товарищ Сухов, динамит тебе под ноги кидают, реакцию проверяют. Пока слаживание это проходит, «траблы» бывают, учишься, как в коллективе жить, убеждаешься, что слово оказывается сильнее силы физической. В том обществе пацаньем, такие «добродетели» как трусость, подлость, хвастливость, приспособленчество не котировались и изживались строго, по «законам военного времени». Вероятно, то «наследие проклятого советского прошлого» было, одни книги читали, одни фильмы смотрели. Ошибки у коллектива то же случались, были нормальные ребята, которые «не могли в коллектив вписаться», тяжело им приходилось, замыкались в себе, бывало. Фильм, который снимали, именно такие темы и затрагивал.
     Дали вам время к обстановке привыкнуть, правила изучить, в отрядах пообтереться. Вспомнили о вас. Прямо в столовой всех накрыли, привели на берег бухты. Там тётя высокая, в шортах и ковбойке синего цвета, очень эмоционально, отвлекаясь на разговоры со своими коллегами, с тремя военными общалась. Мичман, и два старшины второй статьи, слушали её с каки-то скепсисом, что-то не так шло. Вы, немного в стороне стояли, только обрывки фраз слышали. Тётя пыталась втолковать этим непонятливым морякам, какие сцены батальные хочет увидеть, моряки пытались объяснить тёте, что так не может быть, неправдоподобно совсем. Тётя упорствовала, сценарий утверждён, будет, как написано. Вот, говорит, мы из Ленинграда каскадёров пригласили, показывает на вас.  Этих? Взгляд мичмана был красноречив, полный бред хотелок киношников очевиден, участвовать в этом паскудстве желание совсем пропало. Потом вы узнали, что тётя рассказывала морпехам. По сценарию, пловцы должны пирс захватить и акваторию разминировать, для приёмки морского десанта, как при феодосийско-керченской операции.
     Вас в отряды обратно отправили, сценарий переделали. Очень грустно стало, не поверили в нас, а мы и размечтались уже, каскадёры же! Но! Звёзды ваши сложились в пазл правильный. Не могли морпехи отказаться так просто, приказы не нарушают, да и кто откажется казарму на волю, хоть на время, поменять? А ещё, что важно очень, эти бойцы сами-то пацанами были, с нами потом с таким интересом и неприкрытым энтузиазмом общались, байки травили, фокусы показывали. Договорились они с тётей, что тренировать вас будут, неким «премудростям» службы военной обучат, дальше-как получится. Это всех устроило.
 
      «Товарищ мичман» вас отыскал, сообщил, что завтра, после утреней линейки и завтрака, ждёт на стадионе, форма одежды спортивная. Вот те и здрасте, опять рыба по двадцать пять! В Питере что сказали, несколько десятков метров проплыть красиво на камеру, какая такая форма? Построились по ранжиру, стоим, одетые кто во что горазд. Из инструктажа мичмана узнаём поразительные для себя вещи. Будут из нас бойцов настоящих делать, а настоящий боец это:
    Пункт первый, хороший боец должен быть как мул, большой груз на себе таскать и много бегать.
    Пункт второй, боец должен быть как верблюд неприхотлив и запаслив.
    Пункт третий, боец всегда приветлив, много молчит и делает только то, что прикажут.
      Ещё что-то рассказывал, но хватило первых трёх. Со слов «товарища мичмана» следовало, что из вас будут делать цельный зоопарк в одном флаконе. Дело это добровольное, желающие могут сразу домой отбыть или до конца смены остаться. Приказал разойтись, построение после обеда. Каждый должен самостоятельно всё обдумать и доложить о своём решении. Ты привык, взрослые всё за тебя решают, как решат, так и будет. Ещё непонятно, как на твоё решение другие отреагируют, помалкиваешь пока. А тут нежданчик, Алиса, душа простая, заявляет: чего думать, после обеда на построение выходим. Андрей молчит, что-то про себя думает. Он вообще, с хитрецой пацанчик.
       На построение вышли все, каждый доложил о готовности. Выслушал мичман и говорит: «слушай приказ! Форму получить, подогнать, доложить о готовности. Срок исполнения-вечерняя поверка». На скамейке стадиона шесть стопок синих х/б комплектов формы лежало, поверх каждого берет без эмблемы. Иголка, нитки синие у всех есть, спрашивает. Опять Алиса отличилась, первый раз она в лагере оказалась, специфики не знала и иголку с ниткой никогда в руках не держала, тебя это удивило очень. Привык, что девочки «от рождения» с этими вещами дружат. Под руководством мичмана, до позднего вечера, с формой воевали, много полезного для себя узнал. Никогда не думал, что в армии столько об одежде знать надо. Что правильно форма подогнанная, это не просто вид внешний, а необходимое условие безопасности твоей. Слишком тесная или свободная, может и жизни тебя лишить, вот такая школа «молодого бойца». Вечернее построение, выглядим теперь «по-боевому», «одинаковость» появилась. Ты и раньше замечал, как форма человека меняет, рассказывал уже, теперь на себе и товарищах убедился. Построение, перекличка, последняя команда: «спец.средства получить», и вы получили настоящие ремни военно-морские, флягу алюминиевую в чехле брезентовом и мешок «сидор» армейский.

      После линейки, на день следующий, по форме,с флягами промытыми и водой из краника «дружба» заполненными, в горы, под предводительством товарища Мичмана и двух морпехов, на «экскурсию» отправились.  Идём неспеша, по сторонам глазеем, не понятно, зачем прогулка эта, обидно даже, как в детском саду прямо. Марина первая не выдержала, мичману ультиматум выкатила, когда делом займёмся?  Отставить, ответ был, обращаться только по уставу, «тащ мичман, разрешите обратиться». Продолжил: «горы суетливых не любят и поспешность излишнюю не прощают. Вас мало, сами маленькие, а топаете как стадо слонов, распугали всю дичь на десять миль кругом, Маугли помните? Смотрите, как ваши инструктора идут, учитесь. Вы маршрут запомнить точно должны, особенности рельефа, где, что растёт. Вторая задача, максимально силы экономить, их запас ограничен. Не прогулка это, а рекогносцировка местности называется, в оба смотрите, вечером соберитесь группой, маршрут по памяти восстановите, особенности доложите на поверке утренней, уяснили?». Да. Не да, а «так точно». Устанавливаю порядок следования, интервал два метра, боец Марина ведущий, Сергей замыкающий, вперёд!».
      Оглянулся ты назад, отметил скуку и грусть в глазах морпеха, детей сопровождать не сильно весело, когда молодой, здоровый организм драйва требует. Вдруг команда «к бою». Мичман, оттолкнувшись ногами от камней параллельных, чутка вверх взлетел и исчез где-то среди камней, наши инструктора просто растворились и тишина, нет никого! Это впечатлило, потом команда «отбой», без звука появились не там, где предполагалось их заметить, вероятно, этим действием, мичман своих бойцов взбодрил и нам класс показал, что делать должны научиться.
      Вроде прогулка неспешная, но нагрузка ощущаться стала, привала запросили, команда «привал» последовала и сразу «отставить привал, все ко мне». Разъяснили порядок действий группы по этой команде, как место привала выбирать, кто налево, кто направо, кто в охранение заступает, как незаметным стать, бдительность не терять. Не так в фильмах показывали.
      Неспеша высоко забрались, троп много, иногда через типа лужков, напрямую проходим. На вопрос «какие травы полезные заметили», молчим, не знаем. Новый приказ, собрать коллекцию разных, изучить, доложить по готовности, что полезного в горах растёт. Прогулка надоедать начинает, всё сильнее мечта о лагере, койке, такой желанной, посещает. Опять пояснение, по команде «ко мне» не толпой топочем, а аккуратно, как двигались, колону смыкаем, замыкающий пространство за собой контролирует, последним подходит. Лысую высотку справа видите? Приказываю, быстро, но одновременно оказаться на верху высотки, бегом марш. Были уставшие, начали движение вверх и в голове как тумблер включился, как в бассейне опять, бортик впереди. Вразнобой на верху появились, мичман нахмурился, индивидуалисты вы хреновы, говорит. В рейде только погибнуть без пользы сможете.  Стоим на верху, дыхание переводим. Мичман командует, смотрим в том направлении, рукой показывает, что видите? Зелень, кусты какие-то. За мной! Продираемся через стволы нетолстые, местами стелющиеся, выходим на подобие поля, вниз по склону уходящее. Матка боска, виноградник заброшенный, виноград мелкий, его мало на старых, местами лысых лозах, пока не созрел. Место запомнилось, потом часто там бывали, очень сладкие эти ягоды маленькие оказались, ты их в железную банку для Юли собирал иногда.
     Спуск без приключений прошёл, заметили заросли кизильника, ягод много, крупные, ещё не дозревшие. У КПП инструктора нас покинули. Вожатому, Ник Никычу, задал вопрос, где информацию по собранным растениям получить можно. Удивился он очень, ты, говорит, впереди паровоза бежишь, послезавтра наш отряд в горы на сбор лекарственных трав выдвигается. Гербарий с подписями есть, можешь ознакомиться. В гербарии оказалось более 160 листов, просто фантастика, запомнить всё не реально. Из того, что собрали, очень мало определить смогли.
     Ранним утром, теребит тебя за плечо вожатый, вставай, одевайся, за тобой пришли. Интересно, твои мысли в тот момент, всем понятны? Чего ты больше всего не хочешь в этот момент? Да, через три года, на первой твоей настоящей плавпрактике, тебя, совсем не гуманоидными методами, научат вскакивать по команде, одеваться и выбегать на палубу ещё не проснувшись, но тогда… Непросто далась эта «побудка», не только тебе. Алисы не было.  Дальше вы бежали, мичман, Марина, двое твоих товарищей, старшина, ты Андрей, второй старшина. Воздуха начинало не хватать, ноги подрагивать и подкашиваться, во рту запах крови. Мозг не понимает, что ты делаешь, зачем, весь организм протестует. Окрик, «держать дистанцию». Переходим на шаг, немного легче становится, сердце не пытается наружу вырваться. держим дистанцию, опять команда «бегом». Сколько раз сменился режим движения? Уже не важно, ты, как робот, отключился от мира настоящего, находишься где-то в другом измерении, тебе просто плохо, очень плохо. Привал, валимся на землю, мозг начинает возвращаться к действительности, во взгляде друзей осмысленность появляется. Как вернулись, не помнишь.
    Так первая «проверка на вшивость» прошла. Потом будут пробежки днём, вечером, ранним утром. Через месяц станет легче, на каменистые россыпи попадаешь реже, нет проскальзывания, значит силы сберёг, мозг прекращает в «астрал» уходить. Алиса подтянулась, приняли, разрешили со всеми тренироваться. Стали на территории тренироваться. В «сидоры» килограмм по пять гальки набивают инструктора наши, мы бегаем, горные тропинки штурмуем, по каменистым развалам пробираемся. На Алису боялись камни грузить, сама вызвалась.
     А теперь вопрос ребром поставим, если сложилась группа боевая, то должен быть командир, без этого и не отряд вовсе, а так, пионеры на прогулку вышли. Командир группы, по общевойсковому уставу, должен назначаться непосредственным командованием, кто здесь командование непосредственное? Товарищ мичман, но хитёр он и не прост. Стоим мы как-то, байки про его службу с интересом неподдельным слушаем, а он, как бы между делом, вопрос задаёт. Кто, спрашивает, у вас командиром будет? Замешательство в наших рядах, но не долго. Марина, очень просто так, без пафоса лишнего, говорит Я. А что тебе делать? Девочкам ты никогда не доверял, уж очень чудные и непонятные создания эти, всё твоё нутро против подобного расклада протестует. Громко, уверенно заявляешь- НЕТ. Марина, ни слова не говоря, подходит к тебе, руку свою не плечо кладёт и как дёрнет. Не удержался, упал, Марина сверху на тебя прыгает и руки твои к земле заламывает. Неожиданность, помноженная на силу и массу дала ей нужный результат, сильная она, как бульдозер и тяжёлая. Как ты не дёргался и извивался, не сбросить такого седока. Мичман команды подал: «отставить», в шеренгу по одному, смирно. В усы ухмыляется, говорит: слушай приказ, командиром группы назначается боец «Марина», вольно, разойтись.   Что делать, опять девахи тебя на «хромой кобыле обскакали».
 
      Утро следующего дня жаркое выдалось, тридцать градусов в тени уверенных, ветерок легкий, солнце, своими лучами, кожу открытую просто прожаривать начинает. Море спокойно, легкая рябь на воде. Если с горы на море смотреть, то видишь, что оно в разводах всё. У берега вода ярко синяя. К центру бухты, где на дне валуны огромные, водорослями обросшие, море зеленеть начинает, сероватый отлив местами. Как живое дышит море, на гальку береговую легкой волной, то слабей, то чуть сильней накатывает. Камни, из воды торчащие, сверху кристаллами белой серо-синей соли покрытые, то под волной скрываются, то свои верхушки и бока просоленные, солнцу горячему подставляют, соль морскую на себе выпаривают. У кромки воды, другая гамма цветовая тебе представится. Когда свет солнечный сквозь волну набегающую просвечивает, вместо ярко синего изумрудно зелёный цвет увидишь. Пахнет сегодня море свежестью, солью, жизнью подводно-надводной всяческой, да странствиями дальними с приключениями морскими. Ты с ним даже разговаривать можешь, слов не надо, оно всё поймёт, может, даже советы тебе даст. Это в шторм оно никого слушать не желает, больно тебе сделать хочет, запах мерзкий, сероводорода и другой дряни какой-то. Грязь, пена как с гигантской машины стиральной, водоросли мёртвые да камыш размочаленный, береговую гальку и камни покроют. Рыбу дохлую, медуз, мусор разный, крабов чёрных на берег выкинет, вода прибрежная в помойку превратиться. Когда сердиться оно перестанет, суток двое трое после шторма пройдёт, грязь прибитую, птицы, звери, солнце, да и море само уберет, только камыш раздробленный, в коричнево-серую массу превращённый, долго о буре напоминать будет, островками в прибрежной зоне плавать, между камнями горками собираться, на берегу полосками лежать. . А море опять в друга превратиться.
     После линейки и завтрака утреннего товарищ мичман вас построил и объявил план тренировки, водные процедуры сегодня! Ура, дождались наконец. Ну, не просто всё оказалось. Привели вас в бухту, к кладовке инвентаря, что метрах в ста от пирса находится. Там «дорожки» для открытого бассейна получили, ключи от двух фофанов распашных выдали, которые цепями к «мертвякам» береговым пристёгнуты. До самого полдня, от пирса, дорожки дружно заводили, открытый бассейн на три дорожки получился, привычная ваша «среда обитания».
    Так бойцы, сказал мичман, демонстрировать будете чему вас в Ленинграде учили. В полном объёме, разминка, стандартная тренировка, Марина, командуй. Что про разминку на суше сказать? Марина по полной оттянулась, власть, погань такая, почуяла. Следует уточнить, что и остальные энтузиазм невиданный ранее проявили. Фокус в том, что прежде немного «бледно» перед вояками выглядели, а тут «на своём поле играем», есть что показать. Узкая полоска песка хуже зала спортивного, шкурку свою хорошо потёрли. Теперь вода, по трое разбила Марина, тумбочек нет, с пирса нырнули, к стартовой доске подплыли. Первая тройка пошла, через 10-12 метров вторая. Опять засада, стенки разворотной в этом огороженном пространстве нет, толчка от стенки тоже. Разворот кувырком ввели именно в 1973 году, никто из нас им тогда не владел. Да этот разворот у стенки также лучше получается, в винт уходишь, складываешься, ноги, как хлыстом почти, толчок от бортика совершают. Если честно, в общем и целом, ты так активно даже на соревнованиях не работал, остальные тоже в «полном экстазе» были. Не утерпели наши инструктора, с пирса в воду рванули, в «открытое море» пошли. Удачный день был, жаль, быстро закончился. 
Дальше была пятница, середина первой смены подошла, суббота родительский день. В ту пятницу занятия по ориентированию были. Выдали карту стометровку, три компаса. Карты такие, крупнее 250 метров, второй раз в жизни видел. С отцом, когда по леспромхозам ездили, у него специальный армейский набор карт был, и сейчас. Компаса поверили, пошли с карты кальки снимать. Долго возились, аккуратности такая работа требует. Во второй половине дня к занятиям на местности приступили, по азимутам на цели побегали, ориентиры находили. Занятия истерикой Алисы закончились, они с Мариной к «консенсусу» не смогли прийти, Алиса реально «огребла» от подруги, на этом приключения дня закончились. Завтра была суббота, родительский день. Кто в лагерях бывал, знает, это особый день. К вам он как бы не относился, кроме части торжественной, далеко родители, но, без приключений не обошлось.
                Часть 3. Родительский день
Всё по классике было, это, как помните, в первоисточнике «стоял прекрасный солнечный день, ничто не предвещало беды».  Началось с того, что Алиса на завтрак не вышла, на линейке тоже отсутствовала. Она хоть и девчонка, взбалмошная истеричка, но в принципе, неплохая. Ясно, с Мариной «коса на камень нашла», значит, надо «из беды выручать». Как процедуру «спасения» провести? Самому идти, не «по понятиям». Надо Юле рассказать, она старшая, придумает.  Она, как оказалось, вашу позавчерашнюю тренировку наблюдала, оценила высоко, готова помочь. В младший отряд пришли, Алиса на койке сидит, набычилась, глаза красные. Ты в сторонке, у входа стоял, девчачья половина всё-таки, Юля главную скрипку играла. Минут этак с десяток прождал, выходят обе. Юля, без комментариев бросает, пошли. Уверенной походкой идёт, мы за ней прёмся, доходим до лаза в ограждении лагеря, нахально, среди бела дня, без спросу, территорию покидаем, старшая ведёт!  Метров через триста, по незаметной тропке, спускаемся на узкую береговую полоску, заваленную камнями. Под камнями галька, вид такой, что кто-то злой и недобрый пляж испортил. Чистой воды, перед этой полоской береговой, нет. Из воды, как зубы чудовища огромного, чёрные скалы торчат, неровные, с почти вертикальной поверхностью с одной стороны и сколами-уступами с другой. До них недалеко совсем, метров пятнадцать, ерунда доплыть. Дно, сразу резко вниз уходит, метров через пять уже около шести-восьми метров, дальше, даже в воде прозрачной, уже не просматривается. Юля говорит, что на камнях этих, на глубине около пяти метров, крупные рапаны живут. Ей надо несколько штук добыть, поможете спрашивает, «спортсмены» как-никак. Прекрасная развлекуха, всегда готовы. В воду полезли, до скал доплыли, нырнули, вдоль правой скалы вниз идём. На четырёх метрах взору целый грот открылся, там сразу темно стало, солнечный свет в тёмно-зелёных, густых водорослях вязнет, которые совсем не ласково тебя за руки-ноги хватают, тела твоего касаются. На поверхность выхожу, Алиса рядом поднимается. Ничего на рапаны похожего не видели, мир этот подводный вообще энтузиазма не вызвает, нырять не хотим более, наелись. Вокруг камня с Алисой плывём, нашли, где забраться на него можно, вылезли. С берега голос ехидный, как успехи? Молчим, отвечать нечего. Юля в воду полезла, к нам подплыла, на ваш камень забралась. Рапана, говорит, просо так не возьмешь, смотрите. Показывает нам руку свою правую, от указательного и безымянного пальца тонкая, жёсткая стальная струна отходит, на пальцах кольцами фиксируется. Поясняет, этот инструмент помогает моллюска от камня отрывать. Ныряйте за мной, говорит, только не мешать и наблюдать внимательно. Опять на глубину пошли, Юля двумя руками в водоросли зарылась, своим прибором несколько раз пошоркала, какой-то пучок водорослей отделила, на поверхность пошла. Отдышались, отфыркались, на камень залезли добычу Юлину рассматривать. В руках у неё не водоросли вовсе, а раковина небольшая, лишайниками тёмно-зелёными укрытая. Понятно стало, почему мы с Алисой ничего не видели, не то искали. Юля поясняет, что первым делом моллюска извлечь требуется, потом раковину отчистить, лаком покрыть, чтобы она «товарный» вид приняла, и можно было её к уху прикладывать, «шум моря» слушать, товарищей добычей дразнить. Ждите здесь, говорит, я на разведку. С прыжка под воду ушла, вниз, влево и потерялась между камнями. Больше минуты её не было, ты реально паниковать начал, думал, беда приключилась. Нет, появилась в стороне, профыркалась, подплыла, на камень вылезла. Не вытерпел, вопрос задал, как удаётся под водой так долго находиться. На суше сам дыхание до трёх минут задерживаю, под водой максимум сорок секунд, никак более. Отвечает Юля, ты всё не так делаешь. Правило первое, перед погружением полное спокойствие и уверенность в себе иметь нужно, ускоренный пульс-это минус время под водой, страх, волнение -второй минус, резкие движения-опять минус. Что делаем, сначала дыхание. Делаем медленный, секунды на три, глубокий вдох диафрагмой и медленный выдох. Так несколько раз, к себе прислушиваемся, пульс затормаживаем. Этому поможет «верхнее», лёгкое дыхание. Пока дышишь, думаешь только о том, ином мире, куда тебе возможность заглянуть море предоставляет. Когда готов будешь, переворот и вниз плавно, без резких движений пошёл. По давлению на уши комфортную глубину себе выберешь, внимательно с окружающим тебя миром ознакомишься. Вот когда первый этот урок освоишь, поучимся с грузом глубин других достигать, ништяки у моря конфисковывать. Ещё указание будет, контролируй глубину погружения, часто кажется, что поверхность рядом, увлекаешься, может воздуха на подъём не хватить, пока всё. В лагерь возвращаемся, праздник сегодня. Если искать начнут, проблем нахватаем.
        На обратной дороге почти обсохли совсем, нарушение незамеченным осталось, Алиса в норму вошла, день правильно продолжился. Далее концерт был, обед праздничный, на котором не более половины ребят-девчат было, вам вкусняшек без ограничения досталось. К Юле никто из родственников не приехал, тебя с ней в дежурство на «сачок» поставили, вечером опять за территорию сбежали, ныряли немного, купались, когда стемнело, фильм «Точка, точка запятая» в кинотеатре показали. После отбоя, заснул сразу, крепко и до утра.
 
  Часть 4. Туман
Что думаете, если Крым так только солнце? Нет, всё переменчиво, погода особенно. Гора медведь под утро макушку в облака спрятала, небо, только огрызки от синевы, между облаками кажет. Глядишь ты на гору и думаешь, как здорово было бы на этого медведя подняться, в облака окунуться, на жизнь их «небесную» подивиться. Сильно это в душу запало, но как осуществить? Надо придумать.
Утром опять «тащ мичман» вас собрал, план тренировок на неделю объявил. Главной задачей обозначил общефизическую подготовку. В лагере был крытый павильон, небольшого размера, занятый каким-то барахлом. Нам задача ставилась очистить помещение, под руководством кого-то из вожатых, принять и разложить маты спортивные, оказать помощь при монтаже двух турников и шведских стенок, спортзал небольшой такой организовать. Сегодня намечался опять выход в горы с грузом. Сидоры подготовили, камней в них приняли, за территорию организованно выступили. Шли необычным маршрутом, сначала поднимались вверх, потом вниз спускались, дошли до местности почти без растений, с каменистыми расщелинами, крутыми, очень узкими тропками. Привал объявили, воды попили, рты от пыли каменистой прополоскали, мичман опять огорошил. Ребята, сегодня будем знакомиться с армейским боеприпасом. Все притихли. Называется он ШИРАС. Расшифровывается как «шашка имитации разрыва арт. снаряда». Бывают разной мощности, в зависимости от калибра имитируемого боеприпаса, рядом находится крайне опасно. Сейчас сами увидите и услышите. Через секунд десять, внизу, метрах в двадцати, раздался сильный хлопок, вверх над камнями поднялась пыль каменная, камешки мелкие, какие-то предметы мелкие. Ударной волны не почувствовали, но бабах был солидный, вздрогнули все. Так вот, продолжал мичман, какие действия предпринимает группа, когда обнаружена противником и её пытаются накрыть огнём? Группа в землю врастает, растворяется в природе окружающей. Отрабатывать будем. Полазали вы тогда всласть по тропинкам горным и попадали на руки, отползая с тропинки, за валуны прячась. Сначала команды «взрыв справа» или «взрыв слева» голосом подавались, потом, несколько взрывпакетов старшины активировали. У них мощность значительно меньше была, расстояние до тропинки безопасное, но напряглись вы по-настоящему, серьёзность дела ощутили.
Несколько дней дожди шли, потоки воды по лагерным дорожкам катились, жизнь в лагере скукожилась, спряталась под крыши домиков отрядных. Спортзал за это время сделали, турник с энтузиазмом осваивать начали. Мичман норму в десять подтягиваний, как обязательную, определил, причём только хватом с верху. Подъём переворотом тоже в задание входит. Пока нет среди вас «отличников боевой и политической подготовки», на самом «старте» сейчас.
Улучшаться погода стала, дожди закончились, но облака низко висят, рябь на воде сильная, пенные «барашки» акваторию оккупировали, уровень моря поднялся. Прохладно пока, утепляться даже приходится.