Глава 8

13 лет назад.
Джо (12 лет).

Ненавижу Рождество!
Ненавижу наряжать елку. Ненавижу рождественские песни. И Санта Клауса тоже ненавижу!
Каждый год мама заставляет писать ему письмо и сообщать ему, какой хо-рошей девочкой я была в этом году. Но проблема в том, что я не знаю, что мне написать.
В прошлом году я старалась вести себя хорошо, не ругалась с мамой, не рас-страивала учителей, даже была волонтером в клубе по спасению исчезающих ви-дов животных.
Но то, что я попросила взамен на за свое послушание я так и не получила.
В этом году я сижу перед чистым листом бумаги.
Мне нечего написать.
- Ты уже сорок минут гипнотизируешь этот лист бумаги.
Я разворачиваюсь на стуле и бросаю ручку в Дина, лежащего на моей крова-ти.
- Ауч, - он потирает место, куда я попала и морщиться.
- Вместо того, чтобы болтать лучше бы помог.
Дин повернулся ко мне лицом.
- Ты же знаешь, что Санта Клауса вроде как не существует?
Я продолжаю смотреть на него в упор, и он вздыхает.
Конечно, я знаю, что его не существует. Я делаю это ради мамы, которая пе-реживала, что из-за их с папой развода я замкнусь в себе, поэтому придумала пи-сать Санте письма о том, какая я молодец, что продолжаю жить с одним родите-лем и у меня все хорошо.
На самом деле у меня не все хорошо. Прошло два года, но я не теряю надежды, что папа вернется в нашу семью и все будет как раньше.
Но я уже не маленькая и все понимаю.
Он не вернется.
От этого еще хуже.
- Напиши, что убирала свою комнату и мыла за собой посуду, у меня всегда прокатывало.
- С каких пор запихивание своего барахла под кровать считается уборкой? - усмехнулся Калеб войдя в комнату.
- Если бы я хотел послушать мнение зануд, я бы обязательно к тебе обра-тился, - Дин отсалютовал ему средним пальцем и снова посмотрел на меня.
- У тебя хорошие оценки, можешь зацепиться за это.
- У нее D по естественным наукам и F по физкультуре, - Калеб открыл банку с колой и сел в кресло рядом со столом.
Дин поднялся с кровати и уставился на меня разинув рот.
- F по физкультуре?
Я закатила глаза.
— Это все мистер Купер со своим бейсболом. Откуда ты знаешь мои оценки?
Калеб пожал плечами.
- Увидел твой табель, который ты спрятала от мамы, - он ставит банку на стол и тянется к книжным полкам, откуда достает «Двадцать тысяч лье под водой» Жюля Верна.
Эту книгу мне подарил отец. Я перечитывала ее сотню раз от чего корешок уже совсем износился. Когда я была младше моей мечтой было отправиться с ним и мамой в путешествие на «Наутилусе», чтобы исследовать океан и его обитате-лей. Но я не умею плавать и боюсь глубины, поэтому эта книга пылиться на полке точно так же, как и мои мечты.
Калеб открывает книгу и пролистывает страницы, пока оттуда не выпадает мой спрятанный табель.
Дин смотрит на него и присвистывает.
Я молчу.
Мне неприятно, что кто-то кроме меня видит мои оценки. Особенно мои плохие оценки.
Я злюсь.
Но я не знаю на кого я злюсь больше на себя, за то, что я получила неуд или на Калеба, который знал где я прячу табель и вот так просто вывалил мой позор передо мной и ничего незнающим Дином.
Теперь они оба будут подкалывать меня.
- Тебе нужно исправить оценки, - серьезно говорит Калеб.
Дин кивает.
- Точно! Если твоя мама увидит их, то не отпустит тебя в Океанариум через месяц!
Океанариум.
Я совсем забыла об этой поездке.
Разрешение, которое должна подписать мама лежит в моем рюкзаке. Если она увидит табель она точно его не подпишет.
Я забираю из рук Калеба книгу, кладу внутрь табель и отправляю ее обратно на полку.
Затем иду к двери и открываю ее.
- Выметайтесь.
Парни молча наблюдают за мной со своих мест.
- Да ладно Джо, это всего лишь оценки! – пытается подбодрить Дин.
Но я уже не хотела ничего слышать. Ком поднимался по горлу.
- Я сказала выметайтесь!
- Мне кажется ты разозлил ее, – шепчет Дин смотря то на Калеба то на ме-ня. – Молодец идиот!
Калеб молча встает и выходит из моей комнаты, не удостоив меня взглядом. Я смотрю на Дина и вскидываю бровь.
- Ты тоже.
Дин еще с минуту смотрит на меня, затем встает и тоже выходит из моей комнаты.
Я закрываю дверь и снова сажусь за стол. Беру новую ручку и начинаю пи-сать.
Я пишу все что думаю.
Этот лист перестал быть письмом Санта Клаусу, он превратился в бесконеч-ный поток моих мыслей и разочарований, которые я переживаю.
Один лист превратился в четыре, и у меня уже онемели пальцы от того, что я сильно сжимала ручку, чернила которой уже почти закончились. С каждым написанным словом моя злость постепенно растворялась.
Сзади послышался глухой стук.
Сначала я не обратила на это внимания, но звук повторился.
Я обернулась, осматривая комнату, как вдруг в мое окно прилетел снежок.
Я подошла к окну и увидела парней. Злой Калеб держал в руках биту, а раз-драженный Дин бросал снежки в мое окно. Они о чем-то спорили.
Заметив меня, они прекратили.
Я открыла окно.
- У нас появилась идея! Ты должна спуститься, - крикнул Дин сложив руки рупором.
Недолго думая, я закрыла окно и побежала одеваться.

Калеб.

- Не думаю, что она захочет видеть нас после того, что ты сделал, - просто-нал Дин.
- Я ничего такого не сделал.
- Ну да, конечно.
Я ничего не ответил.
Дин бросил снежок в окно Джо и нахмурился.
- Как ты узнал, где она прятала табель?
- Не твое дело.
Дин со всей силы пихает меня, но мне удается устоять на ногах.
Он снова бросает снежок в окно Джо и поворачивается ко мне.
- Она тебе тоже нравиться ведь так?
Я молчу.
Джо открывает окно и в недоумении смотрит на нас.
- У нас появилась идея! Ты должна спуститься, - кричит Дин.
Джо стоит так еще несколько секунд, а затем закрывает окно и пропадает из виду.
- Ну вот, она закрыла окно, - простонал Дин кидая снежок в стену дома Джо.
Я закатил глаза.
- Она выйдет.
- С чего ты взял?
- Просто подожди.
Через несколько минут Джо вышла на улицу и молча подошла к нам.
- Зачем тебе бита? – спросила она, с опаской глядя на меня.
- Будем исправлять твою оценку.
Ее глаза расширились.
- Ты собираешься избить мистера Купера?
Дин прыснул от смеха.
- Есть более гуманные способы решить твою проблему, - спокойно объяснил я.
- И какие же?
- Мы научим тебя играть в бейсбол Джо, - объяснил Дин.
Ее губы свернулись в букву «о», а затем она улыбнулась.
- Еще час назад она выгнала нас, а теперь стоит и улыбается. Девчонки, что с них взять? - вздохнул Дин.
Джо опустила глаза.
- Простите меня, я вовсе не хотела выгонять вас.
- Но ты выгнала.
- Да, и мне очень стыдно.
Мы с Дином переглянулись.
- Держи крепче, я не хочу попасть из-за тебя в неотложку, - я отдал биту Джо.
Она закатила глаза, но взяла биту.
Весь день мы учили Джо играть в бейсбол.
Она и Дин начали кидать снежки, чтобы отработать бросок, а потом я пока-зывал ей как нужно правильно держать биту и стоять.
Дин бросал снежки, вместо настоящих мячей и Джо училась их отбивать. Спустя пару часов Джо намного увереннее держала биту и не боялась бить по снежкам.
- Кажется мы создали нового Алекса Родригеса, - пошутил Дин, когда Джо отбила еще один снежок.
Мы с ним залились смехом, а Джо вопросительно уставилась на нас. Каза-лось, наша с Дином перепалка на время забылась, но я был уверен, что мы еще не раз будем сталкиваться из-за Джо.
Нам всего по двенадцать лет. Я уверен, что это простая детская влюблен-ность и чем старше мы будем становиться, тем быстрее мои непонятные чувства к Джо будут угасать.
Дин взял полные ладони снега и подкинул его на нас, крича что-то на подо-бие «Да!» или «Ура!», я точно не расслышал.
Я смотрел как снег переливался от заходящего солнца на шапке и волосах Джо. А ее глаза светились еще ярче. Она смеялась и прыгала, подбрасывая мою старенькую биту, а я продолжал смотреть на нее не в силах оторваться.
- Мы сделали все, что могли. Теперь ты готова показать, чему научилась ми-стеру Куперу после каникул, - подмигнул Дин.
Джо подошла и сгребла нас в объятья.
- Спасибо ребята, что бы я без вас делала?
- Очевидно, не умела бы играть в бейсбол, - съязвил я.
Она еще крепче сжала нас.
- Если мистер Купер не исправит тебе оценку, сразу говори нам.
Джо недоверчиво покосилась на нас.
- И что вы ребята сделаете?
- Скажем так, его машина будет нуждаться в небольшом ремонте, - Дин по-играл бровями.
Я снова закатил глаза.
- Ты даже на километр не сможешь подойти к его машине.
Дин ткнул меня битой в бок.
- Ты только что назвал меня трусом?
- Нет, не называл.
Он усмехнулся.
- Ты и есть трус.
Джо взволновано посмотрела на нас с Дином. Мы готовы были снова вце-питься друг в друга, но Джо вдруг завопила:
- Я хочу горячий шоколад и Гринча.
Дин застонал.
- Мы смотрели этот фильм миллион раз.
- Ну и что? Я люблю этот фильм. Гринч напоминает мне Калеба.
Дин заржал.
- Да, такой же зеленый и вредный.
- Заткнись!
- Нет! – Джо взяла нас за руки и потащила к себе домой. – Калеб такой же добрый внутри, просто его сердце еще не выросло.
- Ну да, как и его мозги, - Дин снова заржал.
Джо шлепнула Дина по руке и улыбнулась. От ее теплой улыбки мое кро-хотное сердце забилось чаще.
Зайдя домой, она приготовила всем горячий шоколад, и мы помогли ей от-нести поднос в гостиную.
- Мне всегда нравилась Марта Мэй и то, как она относилась к Гринчу. – Она плелась за нами с воодушевлением.
- Класс! Калеб – Гринч, Джо – Марта, ну а я тогда буду женихом Марты и мэром города! – Дин подмигнул Джо, а я закатил глаза.
Джо плюхнулась на диван и уже включила фильм жестом призывая нас сесть рядом с ней.
Я сел в кресло, а Дин рядом с Джо. Я всегда садился подальше от нее. Мне казалось, что чем дальше она от меня, тем легче мне будет не обращать на нее внимания.
 Весь оставшийся вечер мы смотрели «Гринча» и пили горячий шоколад.
Когда закончился фильм я осмелился взглянуть на Джо, которая уснула ря-дом с Дином. Ее веки слегка подергивались, волосы растрепались и рассыпались по подушкам. Она была похожа на ангела.
- Дурацкий фильм, - тихо пробормотал Дин.
Он поправил плед, под которым спала Джо и посмотрел на меня.
- Она все равно не будет любить тебя.
- А кто сказал, что я хочу, чтобы она любила меня? Я стараюсь не прибли-жаться к ней.
Он усмехнулся.
- Тогда старайся лучше друг, пока даже я тебе не верю.