Глава 46

Люся мило улыбаясь прильнула к уху жениха, что-то ему говорила и тот в знак согласия кивал головой.
Чмокнув жениха в щёчку, она рукой поманила Юлю и они обе направились в ванную комнату.
Люся уже была так захваченная идеей побега с собственной свадьбы, что остановить её могло что-то сверх-естественное, причём разбушевавшееся волнение было отражено как в зеркале на её лице.

 И всё же как она не старалась унять своё волнение, мама - пристально следившая за ней, видела, что что-то происходит с дочерью.

 Любовь Михайловна было вздохнула с облегчением, когда удалились не прошенные гости, но малость повременив стала замечать, что Люся какая-то не своя… И улегшаяся было тревога снова появилась, как снежный ком, с нарастающей прогрессией. Частые отлучки дочери от жениха настораживали и она старалась, по возможности находиться рядом с Люсей.
 
То, что дочь с дружкой направились к выходу сильно её не насторожило, дружка лучшая подруга Люси и с этой стороны опасности нет, но поинтересоваться лишний раз не мешало и она спросила встав на пути подруг:

-  Вы куда?
-  Мама, что за вопрос? Мы в душевую и потом, разве я не имею право посекретничать с подругой?
Любовь Михайловна кивнула с улыбкой и подруги запёрлись в ванной. Люся схватила Юлины руки в свои, горячо и быстро заговорила:

-  Юлька! Выручай! Не могу я без него, не могу! Если сейчас не решусь, век себя казнить буду.
-  Ничего не пойму, без кого ты не можешь?..
-  Не хочу я этой свадьбы, не хочу! Мне уйти надо, нет бежать!
-  Куда?!
-  К Вадиму!
-  Зачем? Погоди, к какому Вадиму?
-  К моему Вадиму! Ну помнишь, я тебе рассказывала!
-  Ну?..
-  Так ведь он приехал за мной! Мне бежать надо, помоги!
-  Стоп-стоп. Вадим это тот с кем ты танцевала белый танец?
-  Ну да!

Юля тихо ахнула и присела на борт ванны.
-  Сумасшедшая!.. - Пролепетала она и уставилась широко открытыми глазами на Люсю. – Ты, что надумала?!
-  Бежать с ним. Он будет ждать, через два часа, на машине за углом дома.
-  Мамочка родная! – И Юля прижала ладони к горящим щекам. – Они уже сговорились. А Гриша?! А свадьба на конец?
-  К чёрту всё! Я только с ним буду счастлива, выручай!
-  Как? Я такое только в романах читала, а здесь…
-  Ты только решись и у нас всё получится.
-  Ах Люська! Что же ты раньше думала? – Юля сокрушенно покачала головой.
-  Ничего не думала, а как увидела его и всё! Только с ним.
-  А как же Гриша? Жалко его…
-  И мне жалко, обманула парня, согласие дала… Но лучше сейчас уйти, чем потом изменить. Юль, сердцу то не прикажешь.

-  Кошмар! – Юля поднялась с ванны, - может действительно для тебя доброе дело делаю, а может и нет, но меня в будущем не кори. – Она снова в волнении покачала головой. – Такое беззаконие творим, ужас!
Люся обняла и поцеловала подругу:

-  Юлечка, родная! Спасибо! Если бы ты знала как я рада!
-  Вот дурёха! Она ещё и радуется. Здесь плакать надо, если представить, что здесь твориться будет после твоего исчезновения…
-  Не хочу об этом думать, не хочу!
Юля улыбнулась лукаво произнесла:

-  Ну всё, поспела ягодка, сама травку раздвигает…
-  Фу бесстыжая. Перестань! – Люсю смутили откровенные слова подруги, хотя сама с нетерпением ждала этой минуты и чем скорей, тем лучше. У кержаков не принято порченную брать в дом - грех.
-  Ладно-ладно не красней. Давай лучше обсудим как лучше и не заметно исчезнуть.

Они ещё некоторое время шептались обсуждая намеченный побег и наконец определившись Люся сказала:
-  В моей сумочке возьми паспорт и там есть немного денег. – Она немного подумала и добавила. – И ещё мне нужен лист бумаги и авторучку.
-  А это зачем?
-  Маме напишу записку.
-  Не выдумывай. Если удастся затея, я сама после расскажу.
-  Это ты не выдумывай и будет весь грех на тебе, а я напишу, что сама по своей воле и ты здесь не причём
Юля пожала плечами, ответила:

-  Мне и так достанется, как дружке, будет записка не будет, а спросят у меня.
-  И всё же я напишу. – Не согласилась Люся.
-  Как знаешь, - не стала спорить Юля, - давай приведи себя в порядок и пошли к гостям, а то нас видать заждались…

  Минут за пятнадцать друзья, подъехали к Люсиному дому и припарковались на противоположной стороне жилого здания, стали с нетерпением ждать.
На город ложились сумерки и светло-серое такси было не приметно на фоне припарковавшихся ещё нескольких автомобилей.

 Медленно угасал вечер, но фонари ещё не зажигались и время, как на зло, тянулось с нервным перенапряжением у всех, до самой критической отметки. Сидели молча, даже боялись взглянуть на часы.
 Ждали долго, даже условленное время минуло, примерно, как полчаса назад. Что же произошло, почему так долго?
 И, все с облегчением вздохнули, когда из-за угла дома появились две тёмные фигуры.

 Вадим выскочил из такси и взмахнул рукой. Фигуры, как тени, стремительно метнулись через дорогу; одна в длинном плаще с капюшоном, другая в синей болоньевой куртке из-под которой тянулся красный подол платья. Сенька распахнул заднюю дверцу.
-  Скорее! – Падая в кабину, выдохнула Юля, прижимая голову Люси в капюшоне, к своим коленям.
-  Гони шеф! – Крикнул Сенька падая на переднее сидение.

Одновременно хлопнули двери и такси с пробуксовкой рвануло с места. Автомобиль нёсся по освещённым улицам, чётко вписавшись в струю зелёных светофоров и пробивал перекрёстки не сбавляя скорости.
 
Вадим при обнял Люсю и она доверчиво прижалась к нему, заплакала. Нервное перенапряжение дало волю слезам, а может ещё и то осознание, что так безрассудно доверилась, хоть и любимому, но совершенно чужому человеку, оставив дом, родителей, законного жениха, свадьбу, а что впереди?..

Как сложится её судьба? И способный ли он любить так как она? – Не задумываясь, безумно-страстно и способен ли защитить её?.. – Всхлипывая она мокрыми глазами смотрела на Вадима, как бы спрашивая – ты не обидишь меня?..
 Вадим мягко поцеловал её, в мокрые от слёз губы и теснее прижал к себе, тихо сказал:
-  Не плачь и ни о чём не жалей, я люблю тебя.
Она горячо прильнула к его боку.
-  И я. – Счастливо отозвалась она.

Меньше чем за квартал Сенька остановил такси. Вадим и девушки вышли, а Сенька рассчитавшись с водителем, сказал:
-  Всё что видел, раз догадался, забудь!
-  За такие бабки, молчать буду до гроба.
-  До гроба не надо, а вот с недельку помолчи.
-  Замётано!
-  Ну тогда всё. Будь здоров! – И Сенька вышел из такси.

Четверо человек торопливо шли дворами, по дальше от освещённых улиц, всё ещё опасаясь погони.

На лестничной площадке Вадим достал ключи и вставил в скважину замка, не выпуская руки Люси. Дверь сама открылась и в её проёме стоял Анатолий Иванович.
-  Ого! Вы уже дома? – воскликнул Сенька.
 Комбат улыбнулся, радушно приглашая:
-  Здравствуйте! Не разувайтесь, проходите так.
-  А как билеты? – Не утерпел спросить Сенька.
-  Всё в полном порядке! Раздевайтесь.

Вадим помог Люси снять плащ, провёл в комнату за уже накрытый стол, а Сенька, вертелся возле Юли помогая и ей освободиться от куртки ненароком пытаясь украдкой достичь укромных мест. Она, улыбаясь отворачивалась и слегка била его по неуёмным рукам:
-  Играть играй, а волю рукам не давай, ишь какой любознательный!..
Они следом прошли к столу.
-  Ого! - воскликнул Сенька, – свадьба продолжается. – И с Юлей сел стол.

Гуляли долго хотя это гуляньем не назовёшь, сидели и больше говорили о жизни, вспоминали армейскую службу и, только тосты поднимали за молодых! И когда все присутствующие стали позёвывать Анатолий Иванович предложил всем немедленно укладываться спать.
Он забрал Сеньку с Юлей и ушёл вместе с ними к соседу. Люся и Вадим остались одни.
Было темно.
Порою по стенам и потолку проскальзывали световые тени от фар проходящих за окном машин.

Вадим и Люся, оба взволнованные близостью сидели прижавшись друг к другу, чувствуя не ловкость, от-той минуты, которая должна вот-вот произойти и происходит всегда между мужчиной и женщиной первый раз…

Целуя Люсю, Вадим осторожно и медленно расстегнул ей платье, спустил с плеч, обнажив в темноте белый лифчик, сдерживая дыхание, от нахлынувшего желания, он поднял Люсю на руки и понёс к пастели…

  После того как Люся с Юлей исчезли, свадьба продолжала играть в захмелевшем азарте и никто не спохватился сразу – ну вышла с дружкой, мало ли… Придут. Но прошло пятнадцать минут, полчаса, а невесты нет - забеспокоились:

-  Куда исчезла невеста?! Почему долго?
-  Может украли вместо туфли?
-  Тогда почему не объявляют? Не требуют выкупа?
-  Что за шутки?!
Сбегали в одно место, в другое, третье – нигде нет…

А время летит быстро, уже два часа нет невесты, свадьба на ушах, жених в шоке – суета, гам, растерянность… Тревога за невесту достигла самую верхнюю точку напряжённости, стали обзванивать больницы, милицию – нигде нет, никто, ничего не слышал.
-  Да где же они могут быть?!

И тут кто-то вспомнил гостей из Казахстана, так быстро покинувших свадьбу:
-  Да ерунда всё это!
-  Факт!
-  Они ушли задолго до исчезновения невесты!
-  Точно!
На время забыли, о визите непрошенных гостей, но только не Любовь Михайловна, она сразу смекнула откуда ветер дует и молча кинулась в комнату дочери – паспорта её нет и денег тоже…

«Вот зачем он приходил.» - И тяжело опустилась на стул – «ох, господи! Что теперь будет?..»
А свадьба зашла в тупик и вновь всплыл вопрос о гостях из Казахстана:
-  Похитили её, это факт!
-  Что, вместе с дружкой?
-  А, что? Договорились и вся недолга!
-  Чушь какая-то…
-  Уводили бы дружку, невесту то зачем?..
-  А зачем их крадут?
-  Ну-у это когда было…
-  А гости-то из Казахстана…
-  Ну и что?
-  У них невест и сейчас крадут.
-  Чего гадать, было-не было, спёрли!
-  Да и цыган этот всё с дружкой выплясывал…
-  Да и второй с невестой танцевал… - Вспомнил кто-то.
-  Бред! Хотя…

Рядили, крутили, спорили до хрипоты, а время шло и вопрос оставался открытым. Обзвонили гостиницы вокзалы, аэропорт – безрезультатно.
Антон Павлович, нервно ходил по комнатам, спотыкался о стулья, зло отшвыривал их, крутил желваками скул. «Убью!» - Зло мыслил он до боли в висках – «ушла-ушла! Так опозорить, ах с…чка!» - И с яростью подходил к жене, свирепо шипел:

-  Это всё ты-ты! Ты знаешь где она, знаешь! Не можешь не знать! Всё с Люськой шушукалась и вот…
-  Да откуда ж мне знать?! – Отчаянно защищалась Любовь Михайловна, а сама думала:
«Так вам всем и надо! Не хорошие люди сваты, нелюдимые. Одним словом, кержаки! А Люся и Вадим пара! Пусть вас не найдут, пусть вам поможет ваша любовь!» - И хоть оценила она поступок дочери, душой чувствовала, что если бы дочь не любила не ушла бы и всё же на сердце оставался осадок горечи…
 
"По другому бы как то… А как?.. Да и на сватов смотреть тошно опустили руки, спорят, из-под бровей как коршуны смотрят"
 – «Не по вам товар, - мысленно усмехнулась Любовь Михайловна, - раскусила вас лебёдушка вольная - улетела…»

Ночь прошла в поисках и тревожных ожиданиях.
 Гости давно разошлись, остались те, кто не терял надежды в поисках. Да сваты, кучкуясь чёрной тучей возле жениха, глядели не добро…
 К рассвету и сваты, с женихом, ушли не попрощавшись.

 Оставшиеся, вместе с Антоном Павловичем, угрюмо сидели за столом, угрюмо допивали водку.
-  Ну и свадьба… - Вздохнул тяжело кто-то.
-  Угодила невеста, порадовала…
-  Погуляли…
-  А может и правильно…
-  Ты, Антон Павлович, не казнись. Сам знаешь, любовь.

Наконец измученные ушли последние гости.
 По углам комнат, под столами, улеглась тишина.

 Антон Павлович, залпом, выпил стакан водки не то спросил, не то сказал, обводя столы рукой:
-  Куда теперь всё это?.. Эх! А всё ты…
-  Да что же я? Антоша…
-  А кто? Я что ли запирался с ней в комнатах, секретничал? Вот и доигрались в мамки-дочери!
Антон Павлович, с горечью, махнул рукой, замолчал.

-  Да откуда мне знать, где она, Антоша!
-  От верблюда! Не заводи, помолчи лучше! – И Антон Павлович ушёл на кухню.

Любовь Михайловна вздрогнула от неожиданно резкого звонка в дверь и как клуша кинулась открывать. На пороге стояла Юля. Втягивая её в прихожую зашипела:
-  Где Люся? Где вы были? Что на конец это значит?!
-  Простите, тёть Люба, а вы разве не читали записку?
-  Какую? Где?

Юля прошла на кухню, поздоровалась с Антоном Павловичем, тот в прищур посмотрел на неё, она сняла с холодильника тетрадный, в двое сложенный листок, передала Любови Михайловне, та торопливо развернула его, пробежала глазами по ровным буковкам:
 «Папа, мама, простите иначе не могу. Я люблю Вадима и уехала с ним. Ждите сообщу дополнительно. Люся.» - Любовь Михайловна тяжело опустилась на стул, - «ну слава богу, нашлась.» - И передала записку мужу.

-  Что там?.. – Принимая её спросил Антон Павлович и заглянул в листок.
-  Дрянь! – Зло выкрикнул он, - паскудница! Чтоб ты так, всю жизнь жила, на колёсах!
-  Антон! Опомнись! Что ты желаешь родной дочери?!
-  Она мне не дочь. Поганка!
А утром следующего дня принесли телеграмму:

«Дорогие родители, простите нас и приезжайте, ждём вас десятого января на нашу свадьбу. – Люся.Вадим.»
Антон Павлович, прочитав текст, угрюмо сказал:
-  Ноги моей там не будет.