Пушкин Тайна наркомана Ленского

Самой загадочной фигурой романа  Евгений Онегин  был не Женя, которому посвящена вся первая глава «Хандра». Евгений – герой только первой байронической дендистской песни. Его имя упомянуто в ней 15 раз. Столько же раз упомянут и иной доминирующий в описаниях предмет первой песни – женская ножка…
Самой загадочной фигурой романа  Евгений Онегин  был второй его персонаж -  Владимир Ленской (а никак не Ленский), явившийся в шестой строфе второй главы:
VI.
В свою деревню в ту же пору
Помещик новый прискакал,
И столь же строгому разбору
В соседстве повод подавал.
По имени Владимир Ленской,
С душою прямо геттингенской,
Красавец, в полном цвете лет,
Поклонник Канта и поэт.
Он из Германии туманной
Привез учености плоды:
Вольнолюбивые мечты,
Дух пылкий и довольно странный,
Всегда восторженную речь
И кудри черные до плеч.

Отметим характеристики Ленского  в представлении его читателю автором:
- подавал повод к строгому соседскому разбору
- обладал душою прямо геттингенской
- поклонник канта и поэт
- привез вольнолюбивые мечты и учености плоды из Германии туманной (?)
- духом пылкий и отчего то довольно странный
- но сердцем милый был невежда

Это характеристика антирусскости героя №2.

Ключевым в этой кодограмме  являются:
 - Геттинген
- Кант (не Шилинг или Шопенгауэр)
- поэт (не инженер)
- вольнолюбие

Мы не знаем отчества Ленского (как и Онегина… и Татьяну Пушкин ни  разу не назвал Дмитриевной … а позже выдал ее биологического отца = Грандисона = его копию увидела в приехавшей на ярмарку невест Татьяне ее двоюродная тетя – московская княжна Алина…)

Мы не знаем сколько ему лет …  В X-ой строфе Пушкин обронил  о возрасте Ленского:
Он пел поблеклый жизни цвет,
Без малого в осьмнадцать лет.

Но не ясно к какому моменту жития поэта Ленского это относится, поскольку речь идет о его поэтике … архаика. Возможно 17 лет – это время становления Вовы как поэта …  Возможно, что это особая ирония Пушкина: Ленской как поэт-архаик вечно в наивняке как вечно 17-летней = не мужает и не умнеет.

Всё бы так, но мистификация образа Ленского Пушкиным продолжена с авторской неутомимостью: в 10-й строфе шестой главы в рассуждениях Евгения о Ленском при получении вызова на дуэль вновь всплыл тот же (!) возраст картельщика:

 А во-вторых: пускай поэт
Дурачится; в осьмнадцать лет
Оно простительно. Евгений,
Всем сердцем юношу любя,
Был должен оказать себя
Не мячиком предрассуждений,
Не пылким мальчиком, бойцом,
Но мужем с честью и с умом.

Как мог Вова закончить Геттинген в 17 лет!? Устав этого престижного ВУЗа не допускал зачисления и выпуска несовершеннолетних …

Из статьи Андреева А.Ю. “Геттингенская душа” Московского университета мы узнаем следующее:

- согласно внутреннему времени романа в стихах (по словам Пушкина, “расчисленному по календарю”), прибытие Ленского из Германии относится к 1820 г. Однако, в этом году, как во всех предыдущих, начиная с 1813 г., в Геттингене практически не было русских студентов /см. Тарасов Е.И. Русские “геттингенцы” первой четверти XIX века и влияние их на развитие либерализма в России // Голос минувшего. 1914. №7. С.204)
- cимволично, что именно два крупнейших немецких философа начала XVIII века – Христиан Вольф и Вильгельм Лейбниц – стояли у истоков первых образцов современного  самоуправляющегося  университета, которые возникли, соответственно, в Галле и Геттингене. Принцип “трех свобод” – преподавания, обучения и исследования – лежит в основе статуса университетских корпораций нового времени. Учившийся в Марбурге у Х.Вольфа Ломоносов, представляя план для учреждения первого русского университета, имел перед глазами как образец именно немецкий тип высшего учебного заведения
- немалую роль в росте популярности Геттингенского университета сыграл его “благородный”, привилегированный характер. Покровительство английского королевского двора и обучение принцев, привилегии и высокие чины, которые имели профессора университета, современный характер преподаваемых наук, особенно политических, способствовали привлечению сюда студентов-дворян и даже титулованной знати.
- долгая дорога привела в 1802 г из России в Геттинген 9 молодых людей. Пятеро из них были москвичами – особую заботу об их посылке проявил Иван Петрович Тургенев, включив в их число своего сына Александра и нескольких воспитанников Московского университета и Благородного пансиона. Двоих – Александра Тургенева и Андрея Кайсарова – связывала особенно тесная дружба. Участники упоминавшегося нами “Дружеского литературного общества”, они грезили о Германии образами своих любимых немецких поэтов. К москвичам позже присоединились трое малороссов, выходцев из-под Могилева, и юный чиновник Фрейганг из Петербурга. Бывший московский студент Алексей Гусятников приехал в Геттинген несколько раньше остальной группы москвичей
- самым пламенным геттингенским “поклонником” России был  Август Людвиг Шлецер. Удивительно, при этом, как долго могло бытовать в нашей историографии совершенно несправедливое мнение о нем, лишь как о ненавистнике Ломоносова и враге русских традиций, искажавшем русскую историю ради создания пресловутой “норманнской” теории! Так получилось, что именно в 1802 г Шлецер завершает главное дело своей жизни: выходят в свет первые тома “Нестора” – прекрасно откомментированного, критического издания Повести Временных Лет, первого памятника российского источниковедения. Шлецера увлекала Россия именно как великая европейская держава
- в 1803-05 гг. преподавать в Москву приехали одиннадцать ученых из разных уголков Германии, среди которых были и настоящие знаменитости европейской величины. Пятеро геттингенцев (Г.Грелльман, И.Т.Буле, Г.Ф.Гофман, И.А.Иде, Ф.Рейсс) занимали в этой плеяде далеко не последние места.
- период активного общения Московского и Геттингенского университета в начале XIX века, с наступлением Отечественной войны подошел к концу и длился, т. обр., не более десятилетия, Новые русские студенты больше не направлялись в знакомую обитель учености (за все последующие полтора десятилетия их набралось не более пяти человек). Постепенно и в Москве исчезает поколение немецких профессоров: большая их часть не переступает рубеж 1812 г.

Купцов А. в ст. «Александр фон дер Бриген. Судьба декабриста» отметил: «Всего в первом десятилетии  XIX века Гёттингенский университет окончили 10 будущих профессоров Московского, Петербургского и Дерптского университетов и Царскосельского лицея.»

Схолия! Прототип Ленского надо искать в преподах Царскосельского лицея!
А кто сказал, что Ленской был студентом Геттингена!?  И что он его выпускник!?  Это нам померещилось.   Пушкин говорит лишь о вирусе, подхваченном Вовой в Геттингене и ничего более …

Возможно в Геттинген Вову возили родители … Но он не сдал экзаменов … Или там уже не было русской студенческой общины и родители не рискнули пылкого осьмнадцатилетнего юношу оставить в «туманной» (очевидно в смысле вольностей…) Германии

Итак, геттингенская душа это первая тайна Ленского

***
Вторая тайна Ленского

Это  вечные 17 лет Вовы… Но об этом мы уже толки терли

Тут стоит еще раз потолковать о фразе Онегина о том, что Ленскому допустимо дурачиться вызовом на дуэль  - он поэт и ему 17… 
 Скорее всего, это не реальный возраст, а   оценка Онегиным рассудка друга Вовы.
Так же как он оценил интеллект Татьяны как 13-летней!   А ей уже 17 и она от половой истомы теряет рассудок с риском потери и «целкности» целомудрия…  о-ля-ля…
Осьмнадцать  лет Ленского = это не реальный возраст, а репер инфантильности
 
 ***
 Третья тайна тайника Ленского

Она родилась при просмотре видео материала  https://www.youtube.com/watch?v=-TEff4ETPV0
Полная история КОКАИНА: наркотик королей, создавший Coca-Cola | История для сна

В 1856 г доктор Карл Шерцер, учёный, совершавший кругосветное путешествие на борту фрегата «Novara», по заказу лаборатории Вёлера привёз в 1859 г из Перу сундук с листьями коки, который был передан химику Альберту Ниману (нем. Albert Niemann) из Гёттингенского университета в Германии (см.  Ида Гадаскина. Яды — вчера и сегодня) .  Развив  и усовершенствовав процесс очистки (см. Albert Niemann. Ueber eine neue organische Base in den Cocablattern (нем.) // Archiv der Pharmazie : magazin. — 1860. — Bd. 153, Nr. 2. — S. 129—256. — doi: 10.1002/ardp.18601530202) алкалоида, тот назвал его кокаином  (см.  Веселовская Н.В., Коваленко А.Е. Наркотики. Свойства, Действие, Фармакокинетика, Метаболизм. Пособие для работников наркологических больниц, наркодиспансеров, химико-токсикологических и судебно-химических лабораторий. — Москва: Триада-Х, 2000  и    Орехов А. П. Химия алкалоидов / Родионов В. М. — 2-е, дополненное и переработанное. — Москва: Издательство Академии наук СССР, 1955), Был получен также кокаиновый воск — C66H66O4  и ряд других продуктов. Шаг за шагом Ниманн описал проведённый им процесс в диссертации «О новом органическом основании, содержащемся в листьях кока» (нем. ;ber eine neue organische Base in den Cocablattern). Работа была опубликована в 1860 г и принесла ему докторскую степень. Ниманн умер, не завершив начатой работы. Исследования Майша и Вильяма Лессена (англ. Maisch, William Lessen) позволили определить точную формулу: C17H21NO4. Полный синтез кокаина удалось провести в 1897 г Рихарду Вильштеттеру в лаборатории Айнхорна (см.   Humphrey A. J., O'Hagan D. Tropane alkaloid biosynthesis. A century old problem unresolved (англ.) // Nat Prod Rep[англ.] : journal. — 2001. — Vol. 18, no. 5)

Вот вам и Геттинген Вовы Ленского, вот вам его остальные тайны: и «учености плоды», и «вольнолюбивые мечты», и «пылкий но сильно странный дух»…  Это действие кокы!  Но не кокаина, а только еще пока листьев невзрачного кокаинового кустарника Erythr;xylum c;ca. Впервые европейцы столкнулись с ней при открытии Нового света —  в октябре 1492  Христофору Колумбу были подарены «сухие, очень ценные листья», являвшиеся кокой.

Кока был известным стимулятором  и играла существенную роль в культурных традициях населения Анд. Отсюда и  «всегда восторженная речь» Ленского = он постоянно возбужден … простимулирован… Но не Олей – кокой!  За один семестр стьюдент  Вл. Ленской стал наркоманом и потому поэтом … И наоборот.

Именно поэтому Пушкин дает такой ироничный, если не язвительный,  портрет второго героя с его тайной  геттингенской из «туманной Германии»

От хладного разврата света
Еще увянуть не успев,
Его душа была согрета
Приветом друга, лаской дев;
Он сердцем милый был невежда,
Его лелеяла надежда,
И мира новый блеск и шум
Еще пленяли юный ум.
Он забавлял мечтою сладкой
Сомненья сердца своего;
Цель жизни нашей для него
Была заманчивой загадкой,
Над ней он голову ломал
И чудеса подозревал.

Он верил, что душа родная
Соединиться с ним должна,
Что безотрадно изнывая,
Его вседневно ждет она;
Он верил, что друзья готовы
За честь его приять оковы,
И что не дрогнет их рука
Разбить сосуд клеветника;
Что есть избранные судьбами,
Людей священные друзья;
Что их бессмертная семья
Неотразимыми лучами,
Когда-нибудь, нас озарит
И мир блаженством одарит.

Негодованье, сожаленье,
Ко благу чистая любовь,
И славы сладкое мученье
В нем рано волновали кровь.
Он с лирой странствовал на свете;
Под небом Шиллера и Гете,
Их поэтическим огнем
Душа воспламенилась в нем;
И Муз возвышенных искусства,
Счастливец, он не постыдил:
Он в песнях гордо сохранил
Всегда возвышенные чувства,
Порывы девственной мечты
И прелесть важной простоты.

Он пел любовь, любви послушный,
И песнь его была ясна,
Как мысли девы простодушной,
Как сон младенца, как луна
В пустынях неба безмятежных,
Богиня тайн и вздохов нежных;
Он пел разлуку и печаль,
И нечто, и туманну даль,
И романтические розы;
Он пел те дальные страны,
Где долго в лоно тишины
Лились его живые слёзы;
Он пел поблеклый жизни цвет,
Без малого в осьмнадцать лет.

***

Теперь ясно почему Германия подана как «туманная» …?  От «дури» белого порошочка

Если вы не жевали листья кокы … или … ибоги …  вам нас не понять …  Ей, богу!

А, если надо объяснять, но не надо объяснять (Гиппиус)

***

Отсюда наш следующий сюжет:

Почему Женя убил Вову

Чтоб тот не одурманил  Олю … 

А там и до Танюшки недалеко … Она ж призналась в Протоколе о намерениях:

- Рассудок мой изнемокает

Вот вам, фрэры и сёры, и милый верный Идеал!