Тринадцатого января

2022-й. Сыктывкар.

Вчера выглянуло солнце!

К нам оно не заглянуло, окна на север, и в полдень я сама вышла посмотреть на него, не могла вспомнить, когда в последний раз видела солнечный диск.

Солнышко проглядывало в просветы между домами, в городе чем они выше, тем его меньше, оно же высоко не поднимается. Но храм Рождества Христова и вертеп частично осветило.

На уличном градуснике было -20, в общем, не позагорать, но немножко постоять и посмотреть прямо на солнечный диск можно. Луч попадает в зрачок, мозг вырабатывает дофамин или какой-то другой гормон счастья, что гораздо лучше шоколада.

Проблема лишь в том, что на севере шоколада больше, чем солнца, живя тут, килограммами его закупала, и не очень помогал, живое ;; гораздо, гораздо полезнее!

Маму выписали из больницы, и сегодня у нас будут гости, тем более что в один день день рождения у неё и у её правнучки, моей внучки!

 
2024-й. Сыктывкар.


Завтра сороковой день у мамы, Татьяны Дмитриевны Петренко (1939-2023).

Сегодня, 13-го января, ей бы исполнилось 85 лет. И к поминкам, и к отъезду всё уже готово: закупила-наготовила, приглашения разослала, а главное, нашла сиделок отцу.

За сорок дней единственный раз мама приснилась: когда я не могла решиться сказать отцу, которого поначалу хотела увезти к себе, что телевизора у меня давно нет и заводить не собираюсь, приснилось, что объясняю маме, как у меня много старых хороших фильмов на дисках.

Но не только в телевизоре дело, за сорок дней поняла, что у отца непривычная обстановка вызовет обострение, а помочь там мне некому будет.

Тут у него будут две сиделки, соцработница и помощник по уходу - сосед, четыре человека, под руководством пятого, внучки, а что везти его в Беларусь без переоформления гражданства, что переоформлять - хрен редьки не слаще, такая канитель, особенно для не выходящего из квартиры старика.

Чтобы всё это осознать, нужно было тут с ним пожить.

Сдала сегодня книжки внучат в Маршаковку, увидела там объявление про Толкиена, заглянула в галерею, и подумала: какой хороший, с историей и культурой, город Сыктывкар, жаль, я к его истории и культуре снова никаким боком.

А уж живые олешек с верблюдом и лошадками на площади просто чудо.

Но вреден север для меня. Летом теперь приеду в наследство вступать.


2025-й.


На старый новый год, 13-го января, день рождения у моей мамы, Татьяны.

Тщетно пыталась уснуть. Вспомнила, как год назад дождалась 40 дней после маминой смерти и уехала домой к сыну, на сиделок оставила отца.

Год  пролетел, и всего  за год улетело мамино наследство, почти миллион, больше 80 тысяч в месяц - самое малое, за сколько можно в Сыктывкаре нанять круглосуточных сиделок.

Спасибо, мамочка, что подарила мне этот лишний год жизни дома, с сыном!

Летом, правда, больше двух месяцев провела я с отцом, а к новому 2025-му году сын  решил жить отдельно, переехал в Минск.

И старается, справляется, хотя мне казалось, что работать, учиться, ходить на тренировки и вести хозяйство - тяжело всё самому да самому, хотелось насколько возможно облегчить его жизнь.

Слукавлю, если только эту причину назову, вторая та, что мне страшно было сразу после маминой смерти бросить сына в Беларуси и остаться с отцом в Сыктывкаре.

Сиделки посуточно меняются, могут у себя дома отоспаться и отдохнуть.

А я после нескольких безсонных ночей начинаю терять контроль, срываюсь, кричу.

Стала уже потихоньку собираться к отцу и первым делом закупила с собой запас успокоительных. Не уверена, что и с ними справлюсь, но делать нечего.

Прошлым летом как-то выдалась одна особенно тяжёлая ночь: только довела отца до ванной, помыла, поменяла памперс, как снова нужно. А он не хочет снова вставать и идти в ванную. Заставила встать, докатила на коляске, снова помыла, поменяла памперс.

Добилась, чтобы встал, угрозой, что на постели мыть не буду, мартышкин труд, просто выпью сейчас снотворное и отключусь, если не послушается.

Послушался, но наутро мрачно сказал мне, что при таком раскладе не хочу ли я ему дать таких таблеток, чтобы враз всё решить.

- Нет, не хочу, - сказала я. - И считаю, что ночью была права,  нужно было идти или ехать в ванну.

Ни шатко ни валко шёл летом процесс смены группы инвалидности отца со второй на первую. Всех, кого можно, из врачей, приглашала на дом платно, но и в больнице дважды побывали, причём в первой нас отфутболили, да и во второй сказали, что зря я его таскаю, ничего уже не поможет, "ухаживайте дома и всё". Но всё-таки написали эпикриз о необходимости первой группы, что и требовалось.

На себя рядом с отцом не остаётся ни сил, ни времени. Но мне нельзя раньше него умереть, раз после маминой смерти обратилась за помощью к психиатру, и теперь только в психоневрологический интернат могут его взять.

Мама этого не делала, как-то справлялась много лет. А я после безсонной недели, нескольких падений отца, нескольких Скорых - поняла, что другого выхода нет, нужна помощь профессионала.

Перестраивать отношения, командовать мне так тяжело.

Всю жизнь командиром был отец, и мама до конца его слушалась. А я не могу. Не могу слышать, как он с телефонными мошенниками часами беседует, те ему лапшу на уши, он им деньги за фуфломицины. Из дому не выходит, но вот так спускает деньги, и мама это терпела.

А я выхватываю у отца телефон и посылаю их,  а когда не успеваю послать - отправляю курьеров с товаром не солоно хлебавши. Отец злится и жалуется очередному сердобольному телефонному проходимцу, что "родственники контролируют мои расходы".

То, что теперь он меня, а не я его должна слушаться, тягостно и унизительно для нас обоих. Хотя я знаю, что права, и нужен психиатр, и нужно мыться в ванной, и не нужно тратить деньги на мошенников.

Но боюсь, что эта правота и сведёт меня в могилу вслед за мамой. Как тут уснёшь и какой тут может быть выход?

Дочка предлагает продать большую родительскую квартиру, положить деньги в банк, и на проценты снимать для деда маленькую квартиру и платить сиделкам.

А мне родительскую квартиру, хоть и глупо это, жальче, чем себя. Там была наша с братом детская, там  последняя память о нём, о маме.

Мамочка, прости, что я не такая сильная, как ты была. Помоги мне, Господи.

У нас в Беларуси нынче тёплая зима, травка зеленеет, солнышко блестит. Хотя бывают и пасмурные дни, тогда и на душе тяжелее.


Не знаю, откуда ждать помощи и на что надеяться. Сильный характер отца не только в детстве, всегда наводил на меня страх. Не думала, что так всё выйдет, но от своей судьбы не уйдешь, остаётся только принять её и запастись терпением и мужеством.


2026-й.


Сегодня щёдрiкi.

Написала как слышу. Дети ходят по хатам: щедруюць, поют щедровкi, и называется всё это щедрованiiм.

Были с сыном перед новым годом на колядном концерте Ивана Кирчука, но напрямую он там ничего не разучивал с публикой, только исполнял, и я ничего не запомнила.

Помню, как удивилась много лет назад, только въехали в эту квартиру, и вдруг звонок в дверь, дети на пороге, и мальчик, как показалось мне, жалобно, запел:

- Падай, гаспадзiн,
  я у бацькi адзiн,
  А не станешь падаваць,
  Будзем с бацькай галадаць!

Мама миа! Чуть не испугалась, но тут рассмотрела странный наряд мальчика и стало доходить, вспомнила, как сами в детстве с братом ходили по соседям в минском подъезде.

Щёдрiкi начинаются с сумерками.

Засветло дошли с Тишкой до врача за очередной порцией антидепрессантов и до магазина за конфетами для детей.

Господи, какой тяжёлый был прошедший год! Самый тяжёлый, мне кажется, в моей жизни, тяжелее, чем когда дети маленькими болели и брат погиб. Тогда тоже бывали приступы отчаяния, но реже, и справлялась я с ними получше, без таблеток.

Но у всего есть предел. В конце 90-х невролог ставил мне "гипервентиляционный синдром при панических атаках", а пульманолог астму. Невелика разница, из-за чего хватать воздух, как рыба на суше.

Постепенно вроде справилась, всё равно часто болела и задыхалась при волнении, но у кого не бывает ОРВИ и волнений.

А за два года после маминой смерти всё вернулось, как в страшном сне.

Сколько не храбрись, сколько не бодрись, а вот она - жизнь, где чем дольше живёшь, тем больше потерь.

Хорошо, что хоть детки рождаются, растут и радуют!

13-го января день рождения у покойной мамы и её правнучки, моей внучки Елизаветы. Десять лет назад она была первая, теперь уже трое внучат. Чудо!

Которое в основном мимо прошло, редко вижусь с внуками, даже когда в Сыктывкаре живу сейчас с отцом, не остаётся ни сил, ни времени.

Намедни вытащила ватрушку из нашей подвальной каморки и позвонила сыну:

 - Приезжай,  покатаемся!

Он басом ответил, что подумает. Ну хоть так, внучат-то никак не могу в гости заманить, если уж выбираются с севера своего, то куда-то поюжнее.

Вытащила и валенки из недр, пять лет не доставала, с тех пор, как работала зиму в сельском детском саду, и вчера ночь глядя пыталась протоптать тропинку вокруг дома, где мы обычно с Тишкой гуляли, а теперь всё занесло.

В валенках так тепло, что хоть всю ночь гуляй, дыши чистым морозным воздухом. Но сил не хватило на сквозную тропу, быстро устала.

Два знакомых кота успели и сопроводить нас, и подраться, развела их в разные стороны и немного полежала на снегу, пока никто не видит.

Сегодня продолжу.