Неоконченная война. Часть 3. Глава 1

            Поезд прибыл на ж/д вокзал Селидовка поздно вечером. Войдя из вагона на перрон, Александр, к своему удивлению, не обнаружил здесь дружка своего Игоря Парамонова, который по договоренности должен был встречать его  к моменту прихода поезда. Тогда осмотревшись вокруг и пожав плечами, быстрым шагом пошел через здание вокзала на привокзальную площадь. Тут  его тоже ждало разочарование: среди прочих машин на парковочных местах не было знакомого «Уазика» и тем более самого Трибунала.

          Вообще народу вокруг было немного, едва ли с десяток наберется. Да, собственно, что им делать здесь, на ночь глядя? Присел на ближайшую скамейку, немного поежился от холода, достал сигареты и закурил. Пока делал перекур, конечно, раздумывал, почему нет до сих пор его товарища. Странно, что его могло задержать?

        И после решил, зачем торчать здесь на холоде, когда можно посидеть комфортно внутри вокзала. Переждать там, авось и Игорек объявиться.  И обратно двинулся внутрь вокзала. Там огляделся и решил переждать в маленьком баре, так-то лучше будет, чем торчать одному в общем зале. И направился к его дверям.
 
        Здесь за небольшой барной стойкой примостились совсем молодой человек в защитном костюме и рядом с ним два военных в камуфляжной форме без знаков различия, но с нашивками и шевронами. Они все обернулись на стук двери и, увидев, кто вошел, а он был в военной форме украинской армии, издали поприветствовали Александра, отдав ему честь рукой на американский манер. Он тоже  ответил.

          А из динамиков тихо доносилась приятная, причем не назойливо, инструментальная музыка.  Троица тут же отвернулась от него и продолжила медленно под разговоры и музыку попивать пиво из массивных стеклянных кружек.  Александр мельком взглянул на них и понял, что один из них был  поляк, другой англичанин. На это указывали флаги этих стран на шевронах.

          И заключил про себя, что это, очевидно, военные инструкторы НАТО. И ему сразу подумалось: ничего себе так, уже свободно и  открыто ходят в такой форме здесь уже в глубине Украины почти под самым Донецком. Вот ведь какая наглость, дождались, со злостью подумал он!

           Коваль такую экипировку видал на них, когда проходил подготовку в учебном центре, где занятия по военным дисциплинам проводили натовские специалисты. Интересно, а зачем они здесь? И его внезапно озарила догадка: неужто принимают уже участие в боевых действиях, как военные иностранного легиона в составе подразделений ВСУ? Вот тебе раз, разговоры об их скором участии в боях давно шли в Авдеевке. Он слышал это хоть и отрывочно, из разговорам среди  офицеров штаба полка.
 
         Александр сел за пустой столик чуть поодаль от них, но ближе к широкому окну, и ему открылся хороший обзор на площадь. И специально сел спиной к залу. Как только подъедет Игорек, то сразу увидит его отсюда. Тут к нему подошла неплохая собой официантка, правда не первой молодости, но вся при делах – фигуристая, на что он мимолетно обратил внимание и  тут же сделал заказ. Ничего особенного, тоже попросил принести пиво и что-нибудь к нему. Она быстро его обслужила и скрылась за стойку.

          Через некоторое время он услышал сбоку от себя какую-то суматоху и суету. Повернул голову, посмотрел, за соседний столик шумно устраивалась эта троица. Они от барной стойки отошли, захватив с собой недопитое пиво и закуску. И теперь дружно рассаживались здесь поудобнее. И вскоре за их столом оказалась еще и большая бутылка горилки, и они стали выпивать пока что без закуски, запивали ее глотками пива с гренками.

          Дальше компания уже за столом повела себя раскованно и вальяжно, громко разговаривали, и сейчас уже стали открыто выражать недовольство тем, что до сих пор им не принесли горячие блюда.

         Спустя некоторое время та же официантка поставила на стол каждому глиняный горшочек. В нем было мясо с картофелем, фасолью, морковью и луком. Поляк вместо благодарности под свой собственный смех и остальных тоже, схватил ее за задние место, прицыкивая языком. Ей на помощь из-за стойки прибежал бармен, мужчина лет 40-45 крепкого телосложения, и освободил женщину, оттащив ее за руку.

         И что-то зло пробурчал ему, на его лице была твердая решимость поквитаться с ним по-мужски, но он с усилием сдержался. Женщина тут же увела его к стойке. А те в ответ сначала примолкли, а  потом дружно опять рассмеялись. И настроение у троицы стало вновь  веселое. Пошли шутки под несмолкаемый их смех.

         И они уже с удовольствием продолжили выпивку, закусывая тем, что было у них на столе. Потом закурили, откинувшись на спинки стульев, и продолжили    разговор, смысл и тему он пока, правда, не смог разобрать, сколько ни прислушивался.  Но через какое-то время за столом опять стало очень шумно.

         И уже послышался разговор из смеси четырех языков, включая русский, под общий смех и во весь голос. При этом часто перебивая один другого.  В общем, повели они себя развязно и нисколько не церемонились, как будто здесь кроме них никого больше не было. В принципе так оно и было, если не считать рядом сидящего Коваля и ресторанной обслуги.
 
          Вдруг один из них, коренастого вида парень с нашивкой  флага Польши  встал и направился к Александру. Подошел, на неплохом украинском языке поздоровался и представился именем Якуб.  И, не спрашивая  разрешения, что   положено делать в таких случаях, сразу присел за стол. Александр возражать не стал и ответил на приветствие на польском. Было бы странно, столько лет проживая на Украине, не понимать этого языка. Ведь очень много слов на украинском одинаковых по значению и по произношению с польским. Поэтому так и ответил.
 
          И не стал упрямиться на приглашение, встал и пересел, думая, что, может, что-то интересное для себя услышит  и полезное! И первым делом перезнакомился с остальными, пожимая им руки. Того второго у которого была нашивка с английским флагом, звали Гарри, другого в защитном костюме  Артем. Он был украинцем из Львовской области и сейчас волонтером сопровождал этих людей из иностранного военного легиона - в Авдеевку. Оказалось, что они здесь ждут машину, но что-то пока ее нет, видимо задерживается.
 
         Худо-бедно, а общение как-то установилось.  И стоя громко чокнулись и все выпили за общую Победу Украины, что она отвоюет строптивые регионы! И потом еще не единожды пили за дружбу, мир, за Америку и Евросоюз.

        Александр, когда речь заходила про победу,  пил и вкладывал свой смысл, чтоб такая Украина,  как сейчас, горела бы  синим пламенем. И при этом добавлял потом громко и подчеркивая отдельно от остальных: «За нашу победу!». Ровно как в фильме «Подвиг разведчика» про Николая Кузнецова, советского разведчика в годы ВОВ, когда ему однажды пришлось пить с фашистами.

       И в ход вскоре пошла уже и вторая бутылка горилки. И чего греха таить, алкоголь делал свое дело. В процессе знакомства выяснилось, что оба иностранца – это тоже бывшие украинцы, деды которых жили здесь и принимали участие в воинских формированиях Бандеры против Советской власти. Но после окончания войны в пятидесятых годах сбежали в Канаду. И затем Гарри очутился в Англии, а Якуб в Польше. У каждого жизнь сложилась по-разному. И сейчас оба просто были одержимы сделать то, что не удалось их прародителям и руки так и чешутся повоевать с этими самыми русскими и наказать их! И вот они здесь и оказались для этого!

         Пока все шло хорошо! Правда, их убедительно предупредил бармен, что в зале вообще-то курить запрещено, но можно идти в туалет или выйти на улицу. Но они мало обращали внимание на его слова, продолжали и частенько прикладывались к бутылке, а потом заказали и еще одну. Похоже, троица разошлась уже не на шутку, а Александр лениво поддерживал их выпивку.

          А дальше события развивались быстро и приняли совершенно другой оборот и пошли по пословице: что у трезвого на уме, то у пьяного на языке.  Гарри  больше всего хмелел и делался агрессивным. Стал громко выражать недовольство, выказывать обиду, что наболело у него за все годы на душе на этих проклятых русских.   Было видно, что ненависть к ним прямо-таки кипела в его крови. Не уступал ему и Якуб.  Их прорвало, и из некогда дружелюбных людей,  какими были час назад, они превратились  в оголтелых ненавистников всего русского.

          И Гарри пошел еще дальше и сказал, что если бы не Америка и Англия, то русским никогда бы не видать Победы в той войне. А у Артема, кстати, тоже накопились обиды на русских. Он так и порывался вставить свое гадкое слово в их тираду. Одним словом, русофобия за столом не на шутку разошлась и лилась уже через край.
 
          Уж чего-чего, но Александр не ожидал, по крайней мере,  здесь и сейчас, за этим столом это услышать, ведь вроде бы все складывалось хорошо, и мирно выпивали. И теперь  даже опешил от такого враждебного отношения ко всему русскому: народу, языку и в целом к России.

        Но потом опомнился, что уж тут говорить о них, когда большая часть украинцев живет тем же, иначе бы  не отвернулись от России, а устроили еще бы один майдан и похлеще, но за дружбу с Россией. Но ведь этого же не произошло, разве вот только население Крыма и Донбасса взбунтовалось.  И то Украина пошла войной на них!

         И тут  неожиданно из динамиков послышалась русская песня.  Это только добавило огня всем: те стали кричать бармену, чтобы тот поставил другую музыку.

         Но и Александр закусил удила - не сдержался и резко сказал, чтобы те сбавили  обороты и не сильно тут выступали, он ведь русский, а то… И не успел продолжить, как Гарри внезапно стукнул кулаком по столу и потом выплеснул пиво прямо ему в лицо. После секундного замешательства Коваль тут же  бутылкой разбил  голову англичанина и крепким ударом ноги столкнул его со стула. Осколки разлетелись вдребезги. Гарри дико закричал, схватившись за голову, и потерял сознание. Все его лицо и руки моментально залило кровью.

         А Александр не стал ждать и перевернул стол на Артема и Якуба,  те тоже оказались на полу. Бармен все это наблюдал и подбежал к ним. И что было духу, с размаху стал усердно пинать лежащего Якуба ногой, приговаривая по-русски:

       – Ну, че пшек дождался, сам напросился. Помни, русские никогда первыми не начинают. Зачем ты, курва, лапал мою жинку. На вот – получай!
       И Якуб, скрючившись, лежал и выл от боли, не успевая защищаться руками от ударов бармена. А тот, похоже, вошел в раж и поднял его с пола за шкварник, словно как шелудивого пса, и вдобавок еще надавал хлесткие пощечины и затем крепким ударом съездил ему напоследок по физиономии. Поляк  сильно ударившись головой, упал на пол  и, похоже, тоже потерял сознание.

          А на худосочного Артема никто из них не обращал внимания, а зря.  Тот в этом переполохе поднялся и с ножом набросился с криком «Слава Украине» на Александра. Он едва успел отпрянуть назад, но все равно получил ранение в бедро ноги. Бармен не растерялся и  сзади с силой стулом огрел его, тот распластался на полу, а Александр, изо всех сил здоровой ногой стукнул по его руке с ножом и вдобавок еще наступил всей подошвой, поворачивая ее  туда-сюда на морде волонтера со словами:   
         – Как же ты достал уже, гаденыш!
 
         Пока Александр снимал с себя верхнюю одежду, вкратце рассказал бармену, почему оказался тут. И установилась тишина, только раздавались всхлипы Артема, который трусливо заполз под другой стол. Бармен вытащил его за шиворот со словами:
        – Закрой свою пасть, а то сейчас язык вырву.
 
        Тот присмирел. Супруга бармена, Лидия Кузьминична, как только началась заваруха  в зале, выбежала на шум из подсобки, не растерялась и быстро закрыла дверь на ключ и задернула все шторы на окнах. Хотя в этот поздний час на улице и в самом пассажирском зале никого не было, но все же…

        Как оказалось, это маленькое питейное заведение принадлежало этой семейной паре. Познакомились. Бармена звали Василий Олегович, по фамилии Никифоров. Оба с женой были русские и им разговоры, которые здесь вела эта троица, явно пришлись им не по душе. Да еще какая-то распущенность и наглость шла и сквозила из них.
 
        Вместе осмотрели рану, ничего страшного. Да Александр и сам это понял. Лидия Кузьминична обработала ее и наложила повязку, но посоветовала все равно показаться медикам, мало ли чего?

         А тем временем Василий Олегович скотчем заклеил им всем рты и перевязал накрепко руки. И потом оттащил волоком в подсобку. Лидия Кузьминична сразу взялась наводить порядок в зале и вытирать с пола кровь. А ее супруг сказал Ковалю, что сейчас сюда вызвал сына на машине и этих уродов придется отвезти куда подальше от станции, бросить их на рельсы или прикопать в каком-нибудь лесу.
          Короче, когда сын приедет, тогда и решим! И подумав, добавил, что живые они не нужны ни ему, ни Александру.

         – И вообще неизвестно, тот, кому ты заехал бутылкой по голове, живой ли, ведь он до сих пор не дышит, я проверял! Похоже, и другой, которому я врезал, не дышит, сильно приложился затылком, упав на пол.  Вон до сих пор тоже не пришел в сознание. Так согласен или как?
          А в противном случае начнется разбирательство, и следственные органы займут сторону этой троицы и обязательно подведут нас с тобой под уголовную статью. И им больше поверят, да еще в три короба потом они наговорят на нас за понесенные побои.  Так что делать? Развяжем и будем вызывать полицию, что как?
           Александр, все взвесив про себя, молча покрутил головой, что, мол, нет!

         И после короткой паузы, зашивая себе дырку  на брючине, он добавил со вздохом, что, очевидно, за ним машина уже не придет, и на площади сейчас никто ни таксует, а угонять тачку себе дороже станет, потом начнутся разборки и точно выйдут на него. А тут еще и ножевое ранение, привяжутся как пить дать.  Да и вам некогда со мной возиться у самих дел по горло, значит, мне надо где-то переждать.
 
        Но Василий Олегович предупредил его, что здесь спрятаться нельзя, и он не может его принять также и у себя дома, там сослуживец гостит, приехал с Волынской области, а он еще тот хохол - может выдать с потрохами, лучше не стоит рисковать.
 
          – Тебе в поселок надо, там где-нибудь в сарае перекантуешься. А завтра сын вечером отвезет тебя в твою Авдеевку. И дал номер телефона.

          – Ты сам сказал же, что у тебя в запасе есть три дня отпуска, по-всякому не опоздаешь в свою часть.

        И немного чуть помедлив, спросил с интересом:
       – Только одного я, Александр, не пойму, как ты оказался в ВСУ? Вроде как наш мужик, российский. Я же вижу, тебе с ними не по пути, ты не той закваски!
 А тот только пожал плечами, что, мол, обстоятельства заставили.
 
         Вскоре  подъехал его сын на машине к заднему входу подсобки, и загрузили тела. Александр с Лидией Кузьминичной пешком пошли в сторону поселка, подсвечивая себе путь фонариком. Шли недолго. Вот и показался  поселок Вишневое, в котором проживала эта семейная пара.   

         На окраине разошлись: она домой, а он медленно поковылял, хромая, туда, где можно будет найти место, чтоб укрыться.
Продолжение следует...