Добро пожаловать в индустрию

Меня не похитили в классическом смысле.
Без мешка на голове, без кляпов, без людей в масках.
Всё было проще — и потому опаснее.
Я просто села не в ту машину.
Это был обычный вечер.
Такой, когда ты уже не ждёшь сюрпризов от жизни, потому что видела слишком много, чтобы удивляться.
Предлог был банальный: поужинать и «поговорить о работе». Босс компании. Маленький китаец. Тот самый, который кончает за три секунды, но почему-то ходит по миру так, будто он как минимум глава государства.
Я помню момент сомнения:ехать на своей или сесть к нему.
Это всегда так начинается. Не с угроз. Не с насилия.
С микросекунды, где ты решаешь быть удобной.
Я подумала: ладно, что может пойти не так. И села.
Дверь закрылась.И только тогда я поняла, что в машине мы не вдвоём.
На заднем сиденье уже сидел его старший брат-инвестор. Молча. Спокойно. С выражением лица человека, который никуда не спешит — потому что всё уже идёт по плану.В машине было такое молчание, что в нём мог висеть топор. И пока мы ехали, я уже чувствовала: это не «ужин». Это разговор, где мне предложат либо прогнуться, либо сыграть в отважную дуру.
Мы приехали в турецкий бар.Тот самый — уличные столики, первый этаж, всё на виду. Обычно шумно, обычно людно. Но это был будний день, и людей было мало.
Мы сели.Разговора как такового не было — он даже не успел начаться.Я уже глазами мерила расстояние от своего места до дороги. Не потому что паника. Паника — это роскошь для людей без опыта. А у меня опыт был. У меня был внутренний калькулятор: сколько секунд до выхода, сколько шагов до улицы, сколько шансов, что водитель такси сделает вид, что он глухой.
Я дала им две минуты выговориться. Ровно две.
Потом поднялась и сказала, что мне в туалет.
На втором этаже я закрылась, достала телефон и вызвала такси.Написала водителю: подъедь прямо ко входу. Прямо к входу. Прямо туда, где тебя видно.Он ответил: «Окей».(Спойлер: в Камбодже «окей» — это иногда просто вежливый звук, не обещание.)
Я спустилась. Вышла. И поняла, что водитель протупил: такси остановилось дальше, метров на сто, как будто ему лень было доехать ещё одну прямую линию.
Я пошла к машине быстрым шагом.
С непринуждённым видом.Типа я вообще не убегаю. Я просто… гуляю в сторону такси.
И в этот момент я увидела, что они встают.
Побежали они — побежала и я.
Я влетела в такси первой, захлопнула заднюю дверь и сразу попросила водителя тронуться. Быстро. Прямо сейчас.Он посмотрел куда-то в воздух, как будто я попросила его решить интеграл.И не тронулся.
Через секунду открылась передняя дверь. Заднюю я успела защёлкнуть.;И началось: угрозы, уговоры, “выйди поговорим”, разные оттенки одного и того же посыла: ты никуда не денешься.
Потом они просто дали водителю деньги. Много. Коротким движением, отработанным. И добавили то, что водитель понял очень быстро:едешь туда, куда мы скажем.
Такси тронулось.
И когда мы свернули к заезду в компанию, стало окончательно ясно:сюда не заезжают случайно.
Шлагбаум. Охрана. Камеры. Пропуска.
Мы остановились на подземной парковке. И вот здесь я включила спектакль.
Не потому что мне было страшно.А потому что не люблю проигрывать.
Я повысила голос. Начала истерить. Слова стали короче, дыхание — чаще. Я сделала вид, что у меня паническая атака. Слёзы не шли, пришлось размазать тушь — дешёвый приём, но рабочий. Жалость — это кнопка. Мужчины, которые считают себя хозяевами ситуации, любят, когда у них в руках «хрупкая девочка». Это успокаивает их эго.
И я чувствовала, что один из них уже колеблется. Управляющий уже был почти готов меня отпустить. Он понимал: это всё выглядит глупо, рискованно и создаёт лишний шум.
И именно в этот момент я поменяла игру.
Я подняла глаза.Убрала ладони от лица.И очень спокойно сказала:
— Ладно. Я сделаю звонки.
Без истерики. Без просьб.Как будто это было моё решение с самого начала.
Они переглянулись.
Через минуту мы уже поднимались в офис
Стук пальцами по клавиатурам. Смех.
— Модель с тушью на лице размазанной как чучело! Как на неё клиенты смотреть будут?
Спросил один из тайперов тыча в меня пальцем.
Для них я — не человек, а функция. Инструмент. Расходник, который должен выглядеть идеально.
Я не стала оправдываться.Не стала вытирать лицо в истерике.Я просто медленно взяла салфетку (которую мне сунули как подачку), вытерла тушь ровно настолько, чтобы выглядело чисто… и оставила остальное как есть.
— Садись, — сказали мне.Рядом посадили переводчика. Не помощника а надзирателя, чтобы я “не сказала лишнего”.
И начался поток

Привет, рада с тобой познакомиться, я Кэтрин….

Привет, рада тебя увидеть наконец-то. Это я Ирина…

Приветик, чем ты сегодня занят? Приятно познакомиться ….

Привет дорогой, как ты сегодня….