11. Простой и легкой жизни не бывает

Исповедь моя была бы неполной, если бы не коснулся ещё одного сюжета, увы – драматического. За время моего пребывания на посту главного инженера было два смертельных несчастных случая. Дело это серьезное, за него можно не только поплатиться должностью, но и попасть под суд. Сейчас я понимаю, что меня поберегли и прикрыли как молодого и недостаточно опытного работника, но выговор я всё же схлопотал.

Сначала утонул шкипер одного из плашкоутов. Точнее, он пропал. А уж позднее его нашли выброшенным волнами на берег километрах в 6 от посёлка. Пирса с морской стороны у нас там не было, и плашкоуты ставились на якорь метрах в 70 от берега. Близко, а недоступно. И бедняга соорудил себе лодчонку из фанеры размером с обычную ванну. Сам спускал и поднимал её на борт без посторонней помощи. Предполагается, что она и стала причиной его гибели. К тому же, как обычно, любил выпить и делал это с завидной регулярностью. Дело было поздним вечером, свидетелей не нашлось. Его непосредственным начальником был капитан нашего флота. На его и моё счастье согласно записи в судовом журнале бедняге был оформлен отгул, т.е. он был в нерабочем состоянии и находился на борту только как по месту проживания.

Второй случай произошел в тех самых Туманах. Мастер держал в руках шланг, перекачивая тузлук, когда кабель пробило на корпус, и он хлопнулся на спину, наткнувшись затылком на некстати подвернувшийся металлический штырь. Всё произошло мгновенно. Было, конечно, расследование, которое выявило грубое нарушение со стороны пострадавшего действующих правил. В то время, как сам он только что прошёл полное обучение, успешно сдал комиссии экзамен и получил право инструктировать и допускать к работе других. Печально.

Сейчас, когда я описываю события тех лет, складывается отчетливая картина интенсивной и насыщенной жизни, полной конкретных дел и ощутимых результатов. Ещё два-три года такой работы, и я мог бы возглавить один из этих комбинатов в качестве директора. Между тем, никаких перспектив для себя в этой сфере я не видел, настроение было безрадостным, мне казалось, что я попусту теряю время, и лучшие годы жизни уходят впустую. Потому что работал не по специальности, которой я гордился и дорожил. И, естественно, постепенно утрачивал квалификацию, которую получил в институте. Броховские события усилили этот настрой. Так что дальнейший крутой поворот моей судьбы морально был уже подготовлен всем ходом предшествующих событий.
Получил направление в Ольский рыбокомбинат, расположенный в райцентре, где была работа для жены. Удивляюсь, но в процессе всех этих скитаний по прибрежным закоулкам области я не помню, чтобы были проблемы с жильём.

В Оле мы жили прямо через дорогу от конторы рыбокомбината. Район пригородного типа: он окружал Магадан со всех сторон и содержал его на своей территории. Расстояние до областного центра составляло тридцать километров, но они были непреодолимы для сухопутного транспорта из-за отсутствия моста на реке, его построили не-сколько позднее. Морем тоже дорога была неприемлемой, поскольку надо было огибать контур причудливо изогнутой береговой линии, что удлиняло маршрут раза в четыре. На севере такие шутки нередки: близкое не означает доступное.