Глава 1. Ультраправый националист

Декабрьский вечер оказался лучше дня: пошел снег, опускаясь хлопьями на серый питерский асфальт. В центре города сияла яркими огнями новогодняя подсветка. Да и на окраинах тоже везде нарядно. Московская площадь стала рождественской ярмаркой. Можно погулять между деревянными ларьками, купить горячего шоколада, съесть хот-дог и поглазеть на радостных горожан.
 
Проглотив третью сосиску в булочке, Андрей Чайка наблюдал скрытно за ультраправым националистом Леонидом Кривопустом. Чайка уже около десяти лет работает в Агентстве Национальной Безопасности (АНБ) и имеет позывной «Иванушка». Будучи евреем по происхождению, он всегда воспринимал себя русским, пусть и русским евреем, поэтому и пошел служить в одну из самых засекреченных служб страны.

Наблюдал майор Иванушка за Лёней Кривопустом уже несколько месяцев. И делал это по заданию полковника Алексея Федорова (позывной «Кеклик»). Помогали же ему майор Амин Мухаметдинов (позывной «Диего») и лейтенант Надежда Жданович (позывной «Гайка»).

Леонид Кривопуст представлял бы мало интереса для АНБ, если бы не были зафиксированы факты его контактов с одним из британских агентов Джейкобом Ковальски, помощником известного идеолога мультикультурализма и неолиберализма Чендлером Чейзи. Если бы не эта тоненькая ниточка, связывающая нацика с серьезными врагами России, им бы занимались в МВД в отделе «Э», где разоблачают террористов. Или поручили бы арестовать его ФСБ для пущей эффективности. Но здесь нужна тонкая работа, предполагающая постепенное развязывание узелка неизвестной нити.

Леонид Кривопуст увлекся ультраправыми идеями ещё в подростковом возрасте, присоединившись к скинхедам. Эти бритоголовые представляли собой гремучую смесь лжепаириотизма и любви к Адольфу Гитлеру, который считал русских унтерменшами – людьми низшей расы по сравнению с немцами.

Скинхеды часто рвали на себе рубахи и клялись в любви России-Матушке, но при этом прославляли одного из самых страшных врагов русского народа – вождя третьего рейха. Они делали татуировки свастики на своих телах и одевались по моде английских хулиганов: носили куртки-пилотки, закатанные голубые джинсы, ботинки говнодавы и брили головы. В общем, во всем представляли собой шизофреническую волну пораженчества, почитания врагов, вплоть до перенятия поведенческих клише, моды на определенные шмотки и нарративов.

Леонид, как и многие скинхеды вряд ли бы поступил в вуз, если бы ни его дедушка Абрам Моисеевич Розенштейн – заведующий кафедрой политологии в одном из престижных институтов Петербурга. Во время обучения в вузе Леонид прекратил свое увлечение скинхедами. По крайней мере, внешне. Однако, он стал все больше и больше позиционировать себя в качестве ультраправого националиста и монархиста, скрывая наличие еврейских корней.
 
Идейный ультраправый националист, политолог, монархист, да ещё с высшим образованием и связями – находка для иностранных спецслужб, желающих раскачать этноконфессиональную ситуацию в России. АНБ уже более десяти лет как фиксирует влияние Фонда Чейзи на определенные группы населения в стране. Если сначала ФЧ поддерживал откровенных прозападных либералов, то со временем стал уделять внимание националистам, сепаратистам, радикальным религиозным деятелям и псевдотрадиционалистам.

Андрей Чайка внимательно наблюдал за Леонидом, который гулял со своей новой пассией – Эльзой. Это русская немка, несколько лет проработавшая в Институте Гёте до его закрытия в Петербурге. В общем то, она далека от политики, но разделяет страсть своего ухажёра к европейской культуре, в частности к немецким писателям и философам, таким как Гёте, Гейне, Хайдеггер.

Будучи католичкой, Эльза всегда отмечала Рождество с родителями, несмотря на то, что ей уже двадцать четыре года. А этот вечер был сочельником – 24 декабря. Эльза настойчиво звала своего возлюбленного присоединиться к ней, ведь она давно хотела познакомить его с родителями. Поначалу Леонид не хотел, ломался, но потом согласился поехать со своей девушкой, чтобы отметить Рождество в семье питерских немцев.

Ехать пришлось недалеко. Квартира располагаясь на улице Костюшко. Иванушка сопроводил парочку до самой парадной. Влюбленные решили идти пешком, что несколько подпортило настроение разведчика, оставившего служебную машину во дворе дома на пересечении Московского и Ленинского проспектов. Одетый в лёгкое пальто, Андрей чувствовал, что тепло съеденных сосисок с горчицей уступает место холоду, проникающему все больше под стильное чёрное пальто и лёгкий акриловый свитер.