Конон. Другая Версия

Дружеская пародия на публикацию «Конон» автора Виктора Моргенштерна.
Мой персонаж никакого отношения к герою Виктора М. не имеет и может восприниматься уважаемым автором исключительно в качестве бреда. Перед прочтением не мешало бы ознакомиться с оригиналом.



Объяснительная записка в небесную канцелярию. Председателю комиссии по помилованиям т. Архангелу Михаилу Абрамовичу.
 
В сентябре 1969 года, вернувшись из Забайкалья, где я почти полгода был в научной геологической экспедиции  на местах недавно открытого нашей группой  месторождения урана, мы с моей подругой Светланой решили  поженится, создав таким образом, после вечных мытарств по командировкам, надежную ячейку общества. 

Для пополнения  семейного бюджета  сошедшего на нет после свадебного торжества, я на некоторое время вынужден был вернуться  к прежнему занятию, которому посвятил почти все свои студенческие годы. Моя родная тетушка долгое  время заведовала аж целым Московским Главпочтамтом на пересечении Мясницкой улицы и Чистопрудного бульвара и у меня с раннего детства был широчайший доступ для создания и пополнения  коллекции редких марок, чем я собственно и пользовался, иногда спекулируя оными, среди огромного количества филателистов Москвы и гостей столицы. Такое было удивительное время, марки собирало практически все население страны не исключая младших школьников.

Однажды к моей великой радости, один очень представительный мужчина лет сорока, с хорошо поставленным голосом и безупречным русским языком, приобрел у меня за кругленькую сумму, целую серию марок Британского содружества, посвященных животному миру Австралии. Мы разговорились,  познакомились поближе и его очень заинтересовала моя профессия геолога, он рассказал, что кроме марок собирает коллекцию минералов, и с удовольствием приобретет у меня, что-нибудь интересное, но я отшутился сказав, что мои минералы хранить в коллекции небезопасно для здоровья, мы посмеялись и договорились встретится еще. Жаль, что меня тогда не смутило необычное имя нового знакомого, а  звали его Мак Григорьевич Кононов.

Позже мы с Кононовым встречались еще несколько раз, однажды он предложил мне с моей женой пойти на концерт Владимира Высоцкого. Владимир Семенович в то время имел огромную популярность на магнитофонных записях, но живьем мы его ни разу не видели и я конечно же не раздумывая согласился. Концерт проходил в клубе имени Дзержинского, мой новый знакомый поведал, что у него много друзей служат в МВД и Комметете и было это на удивление чистой правдой. Я будучи убежден, что он сам как-то связан с органами, много рассказывал ему о своей экспедиции совершенно не опасаясь за  последствия.

 Мак Григорьевич в течении длительного времени снабжал меня и мою семью различными дефицитными товарами, и прочими приятными моему и сердцу моей супруги ништяками, объясняя это тем, что у него везде связи в том числе и  во Внешпосылторге и что я ему очень симпатичен как друг. Только спустя год я узнал, что ему была больше симпатичнее моя жена, а мой, так называемый, друг работает в Английском посольстве. По факту являясь Британским подданным и по документам носит фамилию Конон Макгрегор.

Осознав свое положение, опасаясь  разглашения с его стороны, о моих связях с иностранцем, я принял решение развестись с женой, которая к тому времени уже была его любовницей и стать за приличное вознаграждение негласным информатором Макгрегора, относительно моих геологических командировок в различные места по всему Советскому союзу.
Помимо основных целей командировок, его интересовала всякая мелочь, по типу: в каких составах и количествах и на чем передвигаются группы, часто ли  используют вертолет, а где передвигаются пешком или другом транспорте, чем питаются в экспедициях, откуда приходит снабжение, как далеко находятся населенные пункты. Доходило до смешного были такие вопросы о том, куда в экспедициях ходят в туалет и кто с кем спит, а так же  прочая ерунда.
Лет за пять до развала СССР Конона Макгрегора арестовали, как английского шпиона и кажется спустя некоторое время обменяли на нашего советского разведчика. А моя бывшая супруга оказалась в сумасшедшем доме, куда ее направили на лечение от алкоголизма, о дальнейшей ее судье мне не известно.

Все эти годы я жил, как на вулкане в ожидании ареста,  но с рападом СССР, мне стало казаться, что все страшное уже позади и как только появилась возможность, быстренько подал документы на выезд в США потому, как в душе считал себя человеком мира, да и скопленные на моем искреннем коллаборационизме  фунты лежали без дела и очень жгли мой карман.

 После долгих лет скитаний за границей, в том числе и на исторической родине, растратив все деньги, я ненашутку заскучал и всё-таки решил вернуться в Россию, так как ни сколечки не чувствовал себя предателем, где успокоился и жил обычной жизнью бедного пенсионера до вчерашнего дня.

Возвращаясь вечером с дачи, ко мне на Ярославском вокзале неожиданно подошел незнакомый человек с большим приветом от старого английского друга.
Первым моим порывом было незамедлительно во всем признаться и я направился в ФСБ. Умом я конечно понимал, что страшный советский период  давно канул в небытие и меня, как жителя американской колонии скорее всего должны наградить за доблестную службу Британской империи, в те нелегкие для неё времена противостояния с коммунистическим мороком, но тут, я неожиданно вспомнил,  что ни черта не знаю, где вообще находится их офис и главное, что я опоздал с повинной лет на тридцать. Наша проклятая Рашка снова погрязла в мракобесие, как пятьдесят лет назад, и находится в состоянии гибридной специальной военной операции со всем прогрессивным  западным миром, и, хоть никакого друга давно уже нет в живых, следующим требованием от него, обязательно станет необходимость поджечь какой нибудь релейный шкаф, заложить взрывчатку под банкомат или не дай Бог направить всю свою пенсию на  дроны для ВСУ и меня вместо того чтобы наградить, непременно расстреляют где нибудь в кремле, причем лично сам главком всеми вооруженными силами. От внезапно нахлынувшего липкого ужаса  сердце мое остановилось и я умер на месте.

В связи с вышеизложенным прошу председателя комиссии по помилованиям небесной канцелярии, незамедлительно переместить меня в райские кущи , как жертву тоталитарного режима, незаконно подвергшейся  насильственной ликвидации.

С Уважением бывший шпион, а ныне честный пенсионер: Ранкосвитень Борис Израилевич  кличка филателист.
Дата. Подпись.