Тишина

  Тётя Нина не выглядела бабушкой, эдакой сгорбленной старушкой в пуховым платке, похожей на старую курицу наседку. Она была скорее пожилой дамой, ухоженной и модной, словно фрейлина при дворе короля, хоть и жила в небольшом посёлке под Выборгом. Как-то раз приехала она к нам в гости с ночёвкой. Жили мы тогда на Петроградской стороне города Ленинграда в коммунальной квартире, имеющей ту странную планировку, присущую почти всем коммуналкам. Длинный узкий тоннель коридора с выключателями и на входе и на выходе, такое же ущелье кухни, с огнедышащим драконом газовой водогрейной колонки. Столы, плитки, навесные шкафчики по числу соседей, которые жмутся друг к другу, но им всё равно безумно тесно, словно людям в битком набитом автобусе в часы пик. В торце коридора дверь соседки, а сбоку наша. Центральная комната просторная, но неровная, с косым углом в торце, где стоял телевизор Темп на подставке с колёсиками, так как в этот угол ничего другого поставить было невозможно. При входе в центральную комнату, рядом с дверью стоял холодильник Мир, белый и пузатый, как будто объевшийся дефицитной колбасой. За ним примостился лакированный сервант на тонких ножках. Под стеклом, на полках выстроился взвод хрустальной посуды во главе с парадным фарфоровым сервизом. Отражаясь в зеркальной задней стенке, войско посуды казалось ещё более солидным. Напротив стоял диван, за ним дверь в маленькую бабушкину комнатку. Дальше распологался  внушительный стеллаж высотой почти три метра, битком набитый всевозможными книгами. Перед ним грузно обосновался большой старинный дубовый стол, тяжело уперевшись ножками в виде львов в паркетный пол. Его окружала охрана из массивных старинных стульев с резными спинками. Напротив, рядом с телевизором, темнел проём двери в спальню.
   К вечеру тётя Нина устала, и попросилась спать. А так как она была женщина деревенская, то на боковую её сморило где-то к двадцати часам. Мама постелила ей на диване, и тётушка улеглась. Но мы же люди городские, нам то ещё рано было спать. Сначала бабушка прошаркала в туалет, потом обратно в свою каморку, затем папа принёс удлинитель с тройной розеткой для подключения наушников, и воткнул в гнездо на задней стенке телевизора. Щёлкнула кнопка включения, словно каблуки гвардейца, и голубой экран засветился. Начиналась программа "Время", после которой обычно показывали какой нибудь художественный фильм, или, как говорила бабушка - картину. Мама, папа и я на цыпочках прокрались к своим стульям, и , как нам казалось, очень тихо уселись смотреть телевизор, напялив предварительно на головы наушники. Тётя Нина мирно посапывала на своём диване. Когда "картина" наконец закончилась, мы все опять же на цыпочках, стараясь не шуметь, пошли в спальню. Но половицы дубового паркета издевательски скрипели для тётушки свою тягучую колыбельную. А щелчок выключателя телевизора в тишине прогремел как выстрел "мелкашки". Только всё успокоилось, затихло, как ни с того ни с сего загудел холодильник, словно раздражаясь, что слишком тихо, потом нервно затрясся и затих. Эту процедуру он проделал ночью ещё пару раз.
  Тётя Нина проснулась утром не выспавшаяся, ну и соответственно не довольная.
- как же у вас шумно, я всю ночь не могла заснуть! То шастают все, то телевизор в наушниках бубнит, то холодильник гремит, ужас! Вот у меня в деревне благодать, тишина, кузнечики стрекочут, птички щебечут.
Потом тётя позавтракала, собралась и уехала к себе.
  Где-то через неделю, мы с мамой решили поехать к тётушке в гости, отдохнуть в её безмятежной тишине от городской суеты, ведь она только недавно вышла замуж, и мы ещё у неё не были. Два сонных часа на электричке, и вот мы уже подъехали к станции тётушкиного посёлка. Наша дама собственной персоной встретила нас. Мы с ней обнялись, почмокались, и отправились к ней домой. Хорошо в деревне. Чистый воздух просто пьёшь, а не дышишь им. А после того как электричка утарахтела прочь, мы тут ощутили какая тут благостная тишина. Только птички щебечут свои нехитрые песенки, да вдалеке что-то невнятно бормочет. Вроде бы тётя Нина действительно была права на счёт тишины.  Так медленно идти как моя тётушка надо уметь. Но ничего не поделаешь, пришлось нам уровнять наши скорости с её. Шли мы по шоссе недалеко от железной дороги. За поворотом, метрах в ста от железнодорожных путей показался дом в окружении сада. Тётя Нина обрадовалась - а вот и мой домик. По мере приближения к нему, всё отчётливее и громче невнятное бормотание переросло в трансляцию из радиоприемника, и благостная тишина испуганно улетела куда-то очень далеко.
- что это? Удивились мы.
- да это Ваня, муж мой опять включил радио на всю ивановскую. Но ничего, я его попрошу выключить как придём.
Когда мы подошли ближе, из-за ограды остервенело залаяла собака. Но весь шум от пса и радио перекрыл проезжающий мимо нас таварняк. Он тарахтел и громыхал, громыхал и тарахтел, и никак не хотел кончаться. Наконец эта грохочущая бесконечная гусеница уползла прочь. Пока товарный поезд издевался над нашими ушами, мы, наконец подошли к тётушкиному дому. Дядя Ваня, тётин муж, грузный, неприветливый такой мужчина, придержал дико лающего пса чтобы мы могли войти в дом. Внутри оказалась небольшая кухня, она же прихожая с лосинными рогами вместо вешалки. Вдруг прямо в наши уши, со стены начали громко бить старинные часы с маятником. Тётушка сказала - не обращайте внимание, они бьют каждые полчаса. Затем усадила нас за стол, и стала угощать жареной картошкой с грибами. Дядя Ваня взгромозился на табурет привинчинный к полу у окна. Внезапно, за его спиной, из какого-то странного динамика забубнили люди.
- это я слежу за телефонной линией, я ведь связист. Пояснил тётин муж.
Тётя Нина включила в смежной комнате огромный цветной телевизор. Там шла передача "Вокруг света" которую мы все очень любили. Вдруг мимо тётиного дома затарахтел очередной товарный поезд. Дом затрясся как больной, изображение в телевизоре стало всё кривиться и пошло полосами. Таварняк опять казался бесконечным. Когда он наконец уехал, передача уже кончилась.
Да уж, тишина!!!
Собака лает! На столбе, рядом с домом целый день орёт радио( а вдруг война или стихийное бедствие, а люди в посёлке будут не в курсе)! Каждые полчаса на стене бьют старинные часы! Из динамика в доме время от времени бубнят люди, разговаривающие по телефонам на линии! А когда мимо проезжают электрички, поезда, таварняки или маневровые тепловозы, дом трясёт как в лихорадке, только что он не чихает, и телевизионное изображение всё кривится и идёт полосами!
А в остальном тут действительно тихо.
Ну каждому своё.