Про Тоську. Вступление

Эпиграф

Исполнен долг, завещанный от Бога,
Моей женой так нудно принужденный…
Пописывай, не мудрствуя лукаво,
О том, что смог увидеть пред собою,
А что узреть не смог – молчи покорно
И трепетно сноси насмешки черни.
Ведь ты – Поэт! Не дорожи толпы сужденьем!
Лишь Бог тебе судья – Он – милосерден…

Борис Блейхер

***

Память цепка, всё помнится как было,
но воображению подвластно то, как могло было быть,
 и оно прорывается, чтобы оттенить то, что было.

***

От автора


Героиня моего повествования Антонина Акимовна Найдёнова (она же – Тоська) была одной из многомиллионного населения нашей когда-то огромной страны.
Такой же как все.
(Как пела одна певица, свою жизнь посвятившая тому, чтобы доказать обратное). 
Тоська была романтичной. Это мешало вести ей жизнь рассудительную: трезвость мысли ее часто разрушалась игрой воображения и, как пишут в книгах, жила она в большей мере чувствами, а не здравым смыслом.
А всё, может, потому, что родословная Найдёновых была необычной: из крепостных – в фабриканты. И все бы шло своим чередом, но, заблудившись в родовых коленах, их купеческий прагматизм в одном из них разбавился мятежным творческим духом. И пошли разброд и шатания в умах и душах следующих поколений. Одни становились свободными художниками, артистками; самые романтичные, отказавшись от наследства – революционерами. Вести дело семьи никто не хотел. Хотелось свободы от него, радости творчества, польки-мазурки…
Поколения сменялись, время шло. И вот пришло время поколения Тоськи. Оно захватило почти половину двадцатого века и продолжилось в другом.
О своих дальних предках Тоська не знала: в семье не говорили о них. Почему? Не знали? Не хотели? Боялись?..
Но предки давали о себе знать: вдруг взбрыкивало желание – «не то конституции, не то севрюжины с хреном...»
Вот желания «ободрать кого-нибудь» не было никогда. Зато поработать на чье-то благо – всегда.
И смирение подступало, и покорность социальной зависимости охватывала (от крепостных-то – в одном столетии! Не срок!)
А история и события в стране, идущие своим чередом, диктовали новые качества характера и поведения, меняли их, подгоняя под сообразность времени.
И Тоська менялась. Потом, вспоминая, часто не узнавала себя.
И хотелось многое изменить.
Или начать всё заново.

Но историю, как и родословную, не перепишешь…