В порт небольшого города Водаче заходила торговая трехмачтовая шхуна, которую на причале уже ждала очень почтенная, менее почтенная и совсем не почтенная публика. Паруса у шхуны не были белоснежными, а корпус корабля был довольно потертым и старым, с другой стороны, это явно указывало, что шхуна - надежное крепкое судно, давно плавающее по морям Тэйи.
Вскоре ожидающие смогли увидеть название корабля "Альбатрос". Ещё немного и они смогут зайти на его борт, чтобы отправиться в Монтень, как они и договорились с помощником капитана, прибывшем в город несколько ранее.
НПРГ:
Итак, господа, вам по какой-то причине надо добраться из Водаче в Монтень. Вы договорились с помощником капитана "Альбатроса" об этом путешествии. Для тех кто вдруг захочет отыгрывать босяка совсем без денег, вы договорились работать чернорабочими на корабле в качестве платы за проезд. Вступительный пост можно писать без квенты, главное чтобы вы уже придумали имя и внешность вашего героя. Можно рассказать квенту героя в первом посте в художественной форме. Примерные пункты квенты есть в орг.теме (но это только шаблон для вашего удобства, можно рассказать квенту, как вам больше нравиться).
P.S. Быть пиратом или моряком совсем не обязательно.
Персонажи:
Волькер Дорк
Имя: Волькер Дорк
Пол: мужчина
Возраст: 28 лет
Нация: Айзен
История: родился в княжестве Фишлер, в одном из поселков, находящихся неподалеку от озера Зюдлахе. Озеро то, надо сказать, было довольно примечательным. Как и Черный Лес, к сожалению. Впрочем, все в Фишлере с этим живут, да и не об этом история.
Отец Волькера был рыбаком, как и его дед, как и…понятно. Да? Возможно это преувеличение, но не слишком большое. С малых лет мальчик помогал своему отцу, так что неудивительно, что он научился управлять лодкой в довольно юном возрасте. Впрочем, старший брат умел это лучше. Про младшего говорить было пока рано.
Ну что о нашем герое? В 20 лет он нанялся на одну речную баржу, где и проработал 3 года с 5-ю месяцами. На шестой месяц, сойдя на берег, он хорошенько напился с какой-то кампанией. На утро узнал, что попал в один из наемничьих отрядов. Те семеро человек называли свой отряд «Железной рукой». Раньше он состоял из пяти человек…и все они владели панцерхэндом, чему и научили новобранца Дорта.
Что было дальше…помимо участия в сражениях и охоты за разбойниками, теперь уже восьмерка занималась охраной караванов. И получилось так, что на один из этих караванов напали. Отряд полег почти полностью, выжил только один человек…догадайтесь кто. Впрочем, охранников было больше восьми, так что отбились. Волькер навсегда запомнил лицо главаря, с которым ему удалось схлестнуться. Одноглазый Том был главарем той банды и смог уйти. Наемник поклялся ему отомстить.
И отомстил. В другой стране. В Воддаче, если быть точным. Встретился в темное время суток в темном переулке, когда тот был без своих подручных…или был. Не имеет значения. Последними словами захлебывающегося своей кровью бандита были «Чтоб тебя с…»… дальше айзен не расслышал. Свою клятву он выполнил, теперь нужно было вернуться обратно к своим родным.
И вернулся. Впрочем, с тех пор он стал замечать, что животные его очень не любят: коты шипят, собаки норовят укусить, лошади брыкаются, лягаются и даже кусаются (последнее для него было неожиданностью). Видно, не зря в народе про одноглазых говорят.
Проведав родных, Вольдер вновь покинул Айзен, вернувшись в Водачче где служил одному дворянину. Через пару лет он отправил Дорка в Монтень с одним поручением: доставить небольшую шкатулку его партнеру. Что в шкатулке – неизвестно, да и наниматель хотел, чтобы никто об этом, включая посыльного, не знал. Таким образом айзен записывается на корабль.
Внешность: среднего роста (176 см) человек среднего телосложения. Черные волосы, карие глаза, короткие усы. Не тонкие, средние, так скажем. 5 передних зубов были выбиты, так что улыбка у этого человека не самая хорошая.
Одет в белую рубаху с черными штанами и ботинки. Сверху одет коричневый комзол. Перчаток нет, кроме железной, но ее он одевает только во время боя. На поясе перевязь со шпагой и ножом.
На спине у левого плеча есть отметины. Это след от укуса коня.
Характер: спокойный человек – это не про него. Все эмоции читаются на лице, так что прочесть его вполне просто. Однако он не «горячая голова» - выводить его из себя – нелегкое занятие, хотя во время этого процесса вы можете узнать о себе и своей дальней родне много нового.
Кодексу джентльмена не следует, но за своими словами следит и обещаниями не бросается, но если обещал – постарается выполнить. Довольно осмотрителен и аккуратен, а также внимателен. Довольно сильно привязывается к своим товарищам и друзьям, так что навряд ли сможет предать. Вспоминает ушедших.
Животных он не слишком любит, впрочем, к котам это не относится. А вот к лошадям и собакам. Кстати, пробовал конину, хотя этот факт никому не говорит.
Протестант. Навязывать веру не собирается, к традиционалистам относится спокойно, но не надо ему доказывать, что его вера не верна, и он – еретик. Рискуете получить если не в челюсть кулак, то в живот железо.
К своему проклятию относится с иронией, но не прочь найти способ его снять. Как и любой айзен, сдаваться он не собирается.
Тайна:
Проклятие: все встречные животные (кроме насекомых и птиц) ведут себя агрессивно по отношению к Волькеру. Негуманоидные существа часто выбирают своей целью именно его, а не кого-то другого. Лошади отказываются везти его верхом (на телеге или в карете еще можно, хотя и не без проблем). Дельфины пытаются утопить, акулы – понятно… (2 ОГ)
Статистика:
Характеристики:
Мощь 1+1(национальный бонус)=2
Мастерство 3
Стойкость 2
Разум 2
Характер 2
Итого: 40 ОГ
Преимущества:
Обостренные чувства-2 ОГ
Языки: Воддаче, Монтень-4 ОГ
Итого 6 ОГ
Гражданские умения:
Доктор - 2 ОГ
Диагноз -1, первая помощь-1
Моряк – 11 ОГ
равновесие-2, лазание-1, узлы-2, рангоут-2, плавание-2
Охотник – 1 (уроженец Фишлера)
Рыбная ловля-1, скрытность-2, выживание-1
Военные умения:
Атлетика – 6 ОГ
лазание-1, работа ног-1, спринт-2, метание-1, бег на большую дистанцию-1
Бокс – 6 ОГ
Базовые навыки: атака (бокс)-3, работа ног-2, серия ударов-2
Командир– 7 ОГ
Стратегия–1, тактика- 3, воодушевление-1
Огнестрельное оружие – 3 ОГ
атака (огнестрельное оружие)-2
Панцерхэнд – 11 ОГ
атака (панцерхэнд)-3, парирование (панцерхэнд)-3, апперкот-2
Фехтование – 6 ОГ
Атака (фехтование)-4, парирование (фехтование)-2
Итого 100 ОГ
Карты Судьбы:
Прошлое: Девятка Посохов: Церковь в местах вашего проживания использовалась в качестве лазарета во время одной из битв Войны Креста. Вы были добровольцем, помогая ухаживать за ранеными и таскать тяжести. Через некоторое время вы кое-чему научились, и вас часто просили помогать во время операций, позволяя наблюдать и накладывать повязки, замещая хирурга. Вы бесплатно получаете Умение Доктор.
Настоящее: Четверка Мечей: Недавно у вас выдалось относительно свободное время, которое вы посветили книгам. Вы бесплатно получаете умение читать и писать на айзенском.
Будущее: Туз Посохов: Однажды ты унаследуешь нечто
изумительное (Драхенайзеновое наследие 2)
Прошлое «Враждебность с животными» (2) все встречные животные (кроме насекомых и птиц) ведут себя агрессивно по отношению к Волькеру. Негуманоидные существа часто выбирают своей целью именно его, а не кого-то другого. Лошади отказываются везти его верхом (на телеге или в карете еще можно, хотя и не без проблем). Дельфины пытаются утопить, акулы – понятно…
Характеристики:
Мощь 3
Мастерство 3
Стойкость 3
Разум 2
Удаль 2
Преимущества:
Обостренные чувства
Языки: Айзенский (ч/п) Южный акцент (Фишлер)
Водаччианский (р)
Монтеньский (р)
Гражданские умения:
Доктор (Диагноз – 1, Первая помощь – 1).
Моряк (Равновесие – 2, Лазание – 2, Узлы – 2, Рангоут – 2+1, Плавание – 3). (6 ОО)
Охотник (Рыбная ловля – 1, Скрытность – 2+1, Выживание – 2). (6 ОО)
Военные умения:
Атлетика (Лазание – 2, Работа ног – 3, Спринт – 2, Метание – 1, Бег на большую дистанцию – 1).
Бокс (Атака – 3, Работа ног – 3, Серия ударов – 2).
Командир (Стратегия – 1, Тактика – 3, Воодушевление – 1).
Огнестрельное оружие (Атака – 2).
Панцерхэнд (Атака – 3, Парирование – 3, Апперкот – 2+1). (6 ОО)
Фехтование (Атака – 4, Парирование – 2).
Бэкграунды:
Наследие драхенайзен (2)
Враждебность с животными (2)
Текущее состояние:
Здоровье: 3 критических раны.
Репутация: 7
Свободный опыт: 6 очков.
Гильдеры: 59.
Особое снаряжение:
Комплект наручей драхенайзен (4 очка брони). Эффект: снижение получаемых повреждений на один сохраняемый кубик.
Эссильт О`Лири
Эссильт О`Лири, авалонка, 17 лет, 155 см роста, 50 кило веса (мышечная масса, мда).
Внешность: выглядит младше своих лет - сказывается трудное детство. Эссильт как правило принимают за мальчика-подростка. Эта невысокая, худая и жилистая девушка неожидано сильна для своего телосложения - сказывается долгая работа кузнечным молотом. Обычно одета в очень неброскую и не новую мужскую одежду, не стесняющую движений, перехваченную металлическим наборным поясом. Носит на шее кусочек необработанного железа на кожаном шнурке, придает амулету магическое значение. Волосы темные, густые, коротко (и неровно) подстриженные, глаза темно-серые, руки до локтей покрыты шрамами старых ожогов от брызг раскаленного металла. Отличительный знак МакИчернов, татуировка в виде подковки, нанесена в основании шеи и скрыта волосами. Потомственный кузнец, оружейница. Владеет сидхским кинжалом, с которым не расстается никогда. Помимо родного инисморского (гаэльского), владеет диалектом Марок, авалонским, говорит по-монтеньски и на языке водачче. Обожает сушеный анчоус. Неравнодушна к кошкам, предпочитает их собакам. Обладает неплохим сильным голосом (контральто), знает уйму инисморских песен, каковые с удовольствием распевает за работой.
Характер: молчалива, скрытна, но если нужно, знает, как расположить к себе. Нечеловечески упорна. Как правило знает больше, чем говорит. Очень горда и независима, никогда не попросит о помощи.
И снова всплывает вопрос, как боцман примет ходоков. Спит он, не спит, начеку или как. И с ним ли его дамочка?
Подправленная история:
Происхождение и род занятий.
Брань, голод, перезды и обжигающее пламя кузнечного горна окружали Эсси с самого детства, проведенного в землях клана МакЛаудов, к которому принадлежала ее мать. К сожалению, Элинор О`Лири, урожденная МакЛауд, умерла родами, когда девочке было три. После смерти любимой жены Квентин замкнулся в себе, очерствел и начал пить. Он решил, что раз наследника-сына у него нет, придется делать такового из дочки. В итоге в четыре года она уже качала мехи, а в семь отковала свою первую подкову. Корявую и перекаленную, но отец похвалил. В первый и последний раз. На следующий день он уже взялся всерьез за ее обучение. Тайные свойства руд; как отличать скверные крицы от первосортных; как по цвету заготовки определять ее температуру; как понять, что вот эта раскаленная заготовка уже не нуждается в новом заходе и тому подобное. День за днем. Квентин О`Лири отличался тяжелой рукой, и не смягчал ее даже для дочери. Потом настал черед Холодного Железа и тайн сидхов. Потому что старый бунтарь и голодранец О`Лири был потомком МакИчернов, проклятых Благими и Неблагими, и должен был передать все, что знал, своей единственной дочурке, до того, как откинет копыта. Когда Эссильт было шесть, МакЛауды, пресытившись выходками буйного родственничка, выдворили их обоих из своих земель и запретили возвращаться. Маленькая семья скиталась по Авалону, пока не осела в Перкисе. Квентин и Эсси нанялись в портовую кузницу и вкалывали, не покладая рук, чтобы скопить на собственную.Через пять лет упорного труда они перебрались на Инисмор, Изумрудный остров и купили мастерскую в Кэрриге. Квентин совсем съехал с катушек - он отковал пояс-цепь из Холодного железа и носил, не снимая, чтобы отбиваться от сидхов. Впрочем, гораздо чаще он гонял им зеленых гоблинов, порожденных дряным пойлом в воспаленном рассудке, и дочь. За четыре года Эсси выучилась драться не хуже завсегдатаев таверн, чтобы защитить себя. Однажды, после особенно сильного загула папаши, она в который раз сбежала из дома. А когда вернулась, то обнаружила чудовищно изуродованный труп, частично даже превращенный в камень. Туата а дананн настигли ненавистного МакИчерна. Разговоры об этом поползли по округе и девушка поняла, что пора бежать. Среди жалких пожиток Квентина, кроме его знаменитого пояса, обнаружился тощий мешочек монет и дивной красоты кинжал работы сидхов. Дочь кузнеца сразу поняла, что какое сокровище получила.
Решение покинуть Авалон пришло внезапно. Эссильт не была уверена, что вне страны сидхи не достанут ее, но терять было нечего. Тем же вечером она нанялась на торговую шхуну водачче. Девушка довольно быстро освоилась на корабле; передравшись в первые дни плаванья с половиной матросни, она сумела добиться уважения. За два года в море Эссильт выучила водачче и монтеньский.
Все бы ничего, но девушку одолевает тоска по родине. Она хочет вернуться в Авалон, или хотя бы присоединиться к Морским Псам.
Эсси даже не подозревает, что заинтересовала самого Аргилля О`Тулла. Старый интриган хочет захватить ее, чтобы получать оружие из Холодного Железа - такое, какое понадобится, когда понадобится и сколько понадобится. Потому что ард ри О`Баннон должен умереть и освободить трон.
Цифры:
Мощь: 2 (8 ОГ)
Мастерство: 3 (16 ОГ)
Разум: 2 (8 ОГ)
Стойкость: 4 (8 ОГ+1 нац.бонус)
Характер: 2 (8 ОГ)
Итого 48 ОГ
Прошлое: жертва охоты (3 ОГ)
Тайна: Гордый (+10 ОГ)
Преимущества: Наследие МакИчернов (10 ОГ), Маленький (2 ОГ), Способность пить (1), инисморский ч/п (1 ОГ), диалект Марок, Авалонский, монтеньский (бесплатно, ибо Перкис), водачче (2 ОГ), Малый Гейс, Специальность (1 ОГ), Левша (3 ОГ)/ (71 ОГ)
Расклад судьбы:
Прошлое (Восьмерка Посохов): В юности вы служили на корабле военно-морского флота. Получите бесплатно Умение Моряк с одним из базовых навыков равным 3.
Настоящее (шестерка чаш) Недавно вы путешествовали по Авалону и помогли друиду защитить святое место от бандитов. Друид был очень доволен, и в награду за помощь провел ритуал, который дает вам силу. Вы начинаете игру с Малым Гейсом на выбор Мастера.
Будущее (Десятка Посохов) Кто-то, кого ты не знаешь,
окажет тебе услугу. (Обязанность 2)
Имущество: Оружие - кинжал сидов (1с2 + При броске на Инициативу боец, использующий такой кинжал, может понизить значение любого кубика Действия на единицу в начале раунда ) (2 ОГ )
Умения:
Торговец: Кузнец 3 (2 ОГ, + 1 бесплатно, ибо Перкис)
Ученый: Знание сидов 1 (бесплатно через принадлежность к МакЛаудам)
Моряк: лазанье 1[2], равновесие 3, рангоут 2, узлы 1 (Бесплатно из Прошлого; 1 ОГ на Рангоут)
Атлетика: лазание1 [2], работа ног 1[2], спринт 1, метание 2 (3 ОГ)
Исполнитель: пение 1 (1 ОГ через Специальность)
Бокс: атака (бокс) 1, работа ног 1[2], серия ударов 2, апперкот 2 (9 ОГ)
Борьба: захват 1, освобождение 1 (5 ОГ)
Грязная драка: атака (грязная драка) 3, пинок 1, удар в горло 1(10 ОГ)
Нож: Атака 3, парирование 3, (6 ОГ)
Итого 110/110
Эсси подтвердит в каюте про поиск боцманом документов и согласится проводить в каюту. Свою идею с подлой атакой выскажет и настоит на ней по дороге, поскольку неприязнь к водачче не даст этого сделать на совете.
Мощь: 2 (8 ОГ)
Мастерство: 4 (16 ОГ + 20 ОО)
Разум: 4 (8 ОГ+15 ОО+20 ОО)
Стойкость: 3 (8 ОГ+1 нац.бонус)
Характер: 3 (8 ОГ +15 ОО)
Итого 48 ОГ
Прошлое: жертва охоты (3 ОГ)
Тайна: Гордый (+10 ОГ)
Преимущества: Наследие МакИчернов (10 ОГ), Маленький (2 ОГ), Способность пить (1), инисморский ч/п (1 ОГ), диалект Марок, Авалонский, монтеньский (бесплатно, ибо Перкис), водачче (2 ОГ), Малый Гейс, Легендарная способность (Мастерство) (1 ОГ авалонцам), Левша (3 ОГ)/ (71 ОГ)
Расклад судьбы:
Прошлое (Восьмерка Посохов): В юности вы служили на корабле военно-морского флота. Получите бесплатно Умение Моряк с одним из базовых навыков равным 3.
Настоящее (шестерка чаш) Недавно вы путешествовали по Авалону и помогли друиду защитить святое место от бандитов. Друид был очень доволен, и в награду за помощь провел ритуал, который дает вам силу. Вы начинаете игру с Малым Гейсом на выбор Мастера.
Будущее (Десятка Посохов) Кто-то, кого ты не знаешь,
окажет тебе услугу. (Обязанность 2)
Имущество: Оружие - кинжал сидов (1с2 + При броске на Инициативу боец, использующий такой кинжал, может понизить значение любого кубика Действия на единицу в начале раунда ) (2 ОГ )
Умения:
Торговец: Кузнец 3 (2 ОГ, + 1 бесплатно, ибо Перкис, + 8ОО)
Ученый: Знание сидов 1 (бесплатно через принадлежность к МакЛаудам)
Доктор: Первая помощь 1 (подарок от мастера)
Моряк: лазанье 1[2], равновесие 3, рангоут 2, узлы 1 (Бесплатно из Прошлого; 1 ОГ на Рангоут), Рассказчик - 1 (1ОО)
Атлетика: лазание1 [2], работа ног 1[2], спринт 1, метание 2 (3 ОГ), плаванье 1 (2 ОО)
Исполнитель: пение 1 (1 ОГ через Специальность)
Бокс: атака (бокс) 1, работа ног 1[2], серия ударов 2, апперкот 2 (9 ОГ)
Борьба: захват 1, освобождение 1 (5 ОГ)
Грязная драка: атака (грязная драка) 3, пинок 1, удар в горло 1, атака импровизированным оружием - 2 (1 ОО+4 ОО)(10 ОГ)
Нож: Атака 3, парирование 3, (6 ОГ)
Итого 110/110
Бэкграунды:
Жертва охоты (3)
Обязанность (2)
Текущее состояние:
Здоровье: 3 критических раны.
Репутация: 8
Свободный опыт: 0 очков.
Гильдеры: 54.
Малый гейс (см. выше)
Особое снаряжение:
Кинжал сидов (см. выше)
Резная коробочка с душистой мятой
Ренцо Де Анжелис
Имя: Ренцо ди (де) Анжелис
Пол: мужской
Национальность: Водачче
Возраст: 29 лет
Квента:
Имя: Ренцо Де Анжелис
Пол: мужской
Национальность: Водачче
Возраст: 29 лет
Внешность: довольно высок, неширок в плечах. Волосы и брови - тёмные, но от постоянного пребывания на солнце и как следствия – выгорания кажутся гораздо светлее. Лицо – худое, бледное, с немного выступающими скулами, несколько измождённое. Возможно, последнее впечатление усиливается из-за морщин в углах глаз. Довольно часто хмурится – и тогда проступает ещё одна – между бровями, над переносицей. Из-за всего этого выглядит старше своих лет.
Руки некрупные, но довольно сильные.
Голос мягкий, негромкий, несколько вкрадчивый.
Особые приметы: на шее, груди и спине – полдюжины длинных и широких, непрестанно болящих шрамов, выглядящих весьма и весьма неприятно (следствия перенесённых ранений) , к тому же время от времени начинающих кровоточить, особенно после длительных физических упражнений, что вынуждает Ренцо носить ещё одну рубашку или особую повязку.
Глаза – разного цвета. Правый – чёрный, левый – «болотный».
Одежда: довольно удобная для путешествий, и в то же время подчёркивающая принадлежность её хозяина к определённому сословию. Как правило, тёмных тонов – рубашка, с высоким воротником (чтобы не пугать окружающих), камзол, брюки, лёгкие сапоги. Часто носит шейный платок и перчатки.
Из оружия с собой как правило, рапира\шпага, дага, и пистолет.
Характер: относительно уравновешен, не склонен предпринимать необдуманных решений, упорен. Крайне лоялен к друзьям, родственникам и прочим близким людям. Как правило, вежлив с окружающими его людьми, хотя изредка бывает надменным. Следует своему, особому кодексу чести. Старается избегать силовых решений конфликтов.
Биография:
Уроженец Водачче, старший из трёх детей в семье дворян «средней» руки, и единственный наследник мужского пола, что является особенным предметом недовольства де Анжелиса, который крайне не любит заниматься домашними делами, как и политикой.
С самого детства Ренцо влекла другая, совсем другая стезя – морская, и даже не столько военная, сколько стезя учёного-исследователя, и географа. Однако, прекрасно понимая, что для подобной жизни следовало бы родиться в другой стране, и чтобы хотя бы как-то отгородиться от интриг и сетей, что плетут Ведьмы Судьбы, уроженки его родины, де Анжелис становится офицером-навигатором на одном из кораблей военного флота Водачче, тем самым осуществив свою мечту – быть поближе к морю.
В этой же роли участвует в тех не столь многочисленных боях «торговой» войны между Водачче и Вензелем, а спустя несколько лет, ссылаясь на полученные ранения, изрядно испортившие общее состояние здоровья и способность к фехтованию, уходит со службы.
В его отсутствие родители отдают сестёр Ренцо замуж, впрочем, весьма и весьма удачно, и по возвращению предлагают де Анжелису заняться домашними заботами, но у того были дела, гораздо более интересные, с чем родные вынуждены были смириться.
В настоящий момент – Ренцо – один из многих учёных - картографов, работающий как на государства, так и на частных заказчиков, в том числе и на тайные общества, что нередко вызывает неприятности с Ватицинской церковью, к которой де Анжелис относится весьма холодно.
Цифры:
Мощь: 1 (0 OГ)
Мастерство: 3 (16 ОГ)
Стойкость: 2 (8 ОГ)
Разум: 3 (8 ОГ) (+1 за национальность)
Характер: 2 (8 ОГ)
Фехтование: 25 OГ («Амброджиа» - один из коренных стилей Водачче) (требования: Фехтование, Грязная Драка)
Прошлое: Потерянная любовь (3 ОГ)
Слабость: Узел Судьбы (нахаляву, ибо Водаче), Лояльный (+10 ОГ)
Итого: 68 ОГ\110
Карты:
Прошлое: Кодекс Чести (особое прошлое. Карту не привожу, ибо карты дают только 20 вариантов прошлого, а у Водачче их 23. Выбирал при помощи программы - наугад).
*Пункт 5: Если вытащил клинок - убрать в ножны его можно лишь тогда, когда он обагрился кровью*.
Настоящее: шестёрка монет.
Однажды вас спасли от неизбежной смерти. Вы сдружились с вашим спасителем, и он пригласил вас вступить в свой орден.
*Вступление в ряды Ордена Розы и Креста – бесплатно. В случае отказа – преимущество – Связи с Рыцарями)(3 ОГ) - бесплатно.*
Будущее: восьмёрка монет.
Будь осторожен в духовных странствиях (Клятва 2).
Преимущества:
Левша (1 OГ)
Иммунитет к яду (1 ОГ)
*Водаччанская способность – один из видов отравы безопасен для персонажа. Иммунитет может быть как врождённым, так и приобретённым.*
Акцент Воддаче (0 OГ)
* Водаччанская способность – позволяет распознать по акценту собеседника-Водачче его «малую родину». В зависимости от акцента – усложняет или облегчает изучение иностранных языков.
Железная Воля (3 ОГ)
Дворянин (10 ОГ)
Лингвистика ( 2 ОГ)
Военная академия (4 OГ)
Языки: Водаччанский (Терамо)
Монтень (1 OГ (-лингвист))
Кастилия (1 OГ (-лингвист))
Айзен ( 2 ОГ (-лингвист))
Итого 93 ОГ\110
Гражданские умения:
Моряк (2 OГ)
(Основные умения: Лазание – 1, Равновесие – 1,Рангоут – 1,Узлы – 1)
(Дополнительные умения: Картография – 1 (3 ОГ), Кораблевождение – 1 (3 ОГ), Навигация – 1 (3 ОГ))
Итого 104 ОГ\110
Боевые умения (дешевле, так как Военная Академия):
Огнестрельное оружие (1 ОГ)
(Основные умения: Атака – 1)
Грязная драка (1 ОГ)
(Основные умения: Атака (грязная драка) – 1
Дополнительные умения: Парирование (импровизированное оружие) – 1 (3 ОГ))
Фехтование (1 ОГ)
(Основные умения: Атака – 1
Дополнительные умения: Защита (парирование) – 1)Итого 110\110
Мощь: 2
Мастерство: 3
Стойкость: 3
Разум: 3
Удаль: 2+1 (15 ОО)
Фехтование: 25 OГ («Амброджиа» - один из коренных стилей Водачче) (требования: Фехтование, Грязная Драка)
Уровень мастерства: специалист\(новичок(в зависимости от используемой книги!) (+1 кубик)
- Нейтрализует пенальти за использование даги или кинжала вторичной рукой (и даёт преимущество «левша» бесплатно)
- Особые методы нанесения ран – даёт + 2 поверхностных ранения противнику от каждой пропущенной атаки (например, противник должен был получить 18 поверхностных ранений, но из-за этой особенности, если было заявлено её использование, получит 20).
Навыки: поиск слабости («Амброджиа»), финт (фехтование) - 1, ответный удар (фехтование) - 1, удар эфесом (фехтование) - 1.
Финт (feint):
Вы должны заявить финт при атаке противника. Сделайте бросок с «мастерства» + «финт». Ваш бросок должен превысить количество подъемов, равное «разуму» врага. Если вы сможете это сделать ваш противник не сможет избежать атаки используя активную защиту.
Ответный удар (riposte):
Ответный удар представляет собой парирование, сразу же после которого следует контратака. Для того, чтобы выполнить ответный удар вы должны провести активную защиту против удара противника, и затем, если защита была удачной, выполнить собственную атаку по противнику, который только что атаковал вас. При выполнении ответного удара вы получаете % кубиков, с округлением вниз, от вашего навыка «парирования» для проведения активной защиты и % кубиков от вашего навыка «атаки», так же с округлением вниз, для контратаки. За каждый ранг в навыке «ответный удар» вы получаете 1 кубик, который можете добавить или к активной защите или к контратаке. Эти кубики добавляются после того, как было произведено ополовинивание соответствующих навыков.
Удар эфесом (pommel strike):
Этот навык позволяет вам нанести сокрушительный удар эфесом в лицо противника. Вы должны заявить об использовании этого навыка вместо навыка атаки. Если ваша атака успешна, вы наносите противнику 0с2 поверхностных ран, а сложность попадания по нему снижается на 5 до конца следующей фазы.
Прошлое: Потерянная любовь (3 ОГ)
Слабость: Узел Судьбы (нахаляву, ибо Водаче), Лояльный.
Карты:
Прошлое: Кодекс Чести (особое прошлое. Карту не привожу, ибо карты дают только 20 вариантов прошлого, а у Водачче их 23. Выбирал при помощи программы - наугад).
*Пункт 5: Если вытащил клинок - убрать в ножны его можно лишь тогда, когда он обагрился кровью*.
Настоящее: шестёрка монет.
Однажды вас спасли от неизбежной смерти. Вы сдружились с вашим спасителем, и он пригласил вас вступить в свой орден.
*Вступление в ряды Ордена Розы и Креста – бесплатно. В случае отказа – преимущество – Связи с Рыцарями)(3 ОГ) - бесплатно.*
Будущее: восьмёрка монет.
Будь осторожен в духовных странствиях (Клятва 2).
Преимущества:
Левша
Гильдия фехтовальщиков (Даёт право устраивать дуэли)
Иммунитет к яду (1)
*Водаччанская способность – один из видов отравы безопасен для персонажа. Иммунитет может быть как врождённым, так и приобретённым.*
Железная Воля
Дворянин
Лингвистика
Военная академия
Языки: Водаччанский (ч/п) (акцент Терамо)
Монтень (ч/п)
Кастилия (ч/п)
Айзен (ч/п)
Гражданские умения:
Моряк (Лазание – 1, Равновесие – 2, Рангоут – 1, Узлы – 1, Картография – 1, Кораблевождение – 1, Навигация – 1, Плавание - 1).
Боевые умения:
Капитан (Стратегия - 1, Тактика - 1, Воодушевление - 0, Засада - 0, Дипломатия - 0, Картография - 1, Командование - 1, Подкуп - 0, Пушки - 0, Снабжение - 0).
Огнестрельное оружие (Атака – 1).
Грязная драка (Атака – 1, Парирование (импровизированное оружие) – 1).
Фехтование (Атака – 1+1 , Парирование – 5). (4 ОО)
Бэкграунды:
Потерянная любовь (3)
Клятва (2)
Особое: Кодекс чести.
Текущее состояние:
Здоровье: 1 критическая рана.
Репутация: 8
Свободный опыт: 1 очко.
Гильдеры: 1550 (доход 500 в месяц).
Благословление мечей.
Лусия Агилар дель Торес
Лусия Агилар дель Торес, кастильская дворянка
Атрибуты:
Мощь – 2
Мастерство – 4
Стойкость – 2
Разум – 4+1 (25 ОО)
Удаль – 2
Карты Судьбы:
Прошлое
Тройка мечей: Ваш дядя научил вас обращаться с пистолетом в 10 лет.
Бесплатное получите умение «Огнестрельное оружие»
Настоящее
Семерка Чаш: Получите бесплатно 2 Очка к преимуществу «Кастильский клинок».
Будущее
Восьмерка мечей: Долг чести (найти брата) 2 очка.
Преимущества
Университет
Имущество (1)
Языки:
Кастильский (Акцент Торрес) (ч/п)
Монтень (р)
Водачче (р)
Авалон (р)
Кастильский клинок: Клинок Торрес (2с2, +3 к числу выброшенному на урон) (за карту «настоящего»)
Гражданские умения:
Доктор (Диагноз – 4, Первая помощь – 2, Хирургия – 4).
Торговец (Швея – 3).
Человек искусства (Музыкант[гитара] – 3, Пение – 1).
Придворный (Стиль – 1, Оратор – 1, Танец – 1, Этикет – 1).
Специализация: Равновесие – 3.
Военные умения:
Атлетика (Лазание – 1, Метание – 1, Работа ног – 3, Спринт – 1).
Фехтование (Атака – 1+1, Парирование – 3). (4 ОО)
Специализация: Верховая езда – 1.
Огнестрельное оружие (Атака – 3, Перезарядка – 1).
Школа фехтования Галлегос:
Навыки фехтовальщика: Финт (фехтование) – 1, Ответный удар (фехтование) – 1, Обманный прием (tagging) – 1, Поиск слабости (Галлегос) – 1.
Тайна: Слабость - Любопытный
Бэкграунды:
Долг чести (2)
Текущее состояние:
Здоровье: здорова.
Репутация: 7
Свободный опыт: нет.
Гильдеры: 552 глд.
Особое снаряжение:
Клинок Торрес (см. выше)
Часы с меткой крови маркиза дю Саж
Гай Хопкинс
Гай Хопкинс, монтенец двадцати семи лет.
Вооружен парой пистолетов и кортиком, носит с собой небольшую сумку с гранатами и шашками, одежду и посылку ордена Рыцарей Креста, которую должен доставить в Монтень.
Внешность
Длинные темные волосы, спокойное выражение лица, небольшие усы и бородка,обычная дорожная одежда для людей среднего достатка, на правой руке обычно носит перстень-печатку своего ордена.
Карты судьбы:
Прошлое: Шестерка жезлов – Военная академия
Настоящее: Тройка жезлов +150 гильдеров и преимущество Связь (2).
Будущее: Семерка жезлов – Обязанность (2) [Доставить посылку в Монтень]
Атрибуты:
Мощь – 2
Мастерство – 3
Стойкость – 4
Интеллект – 3
Характер – 3
Преимущества:
Боевые рефлексы
Обостренные чувства
Обучался в Военной академии
Член не слишком тайного общества Рыцарей креста
Военное звание: Лейтенант (ныне на пенсии из-за ранения)
Связь (2)
Вера (протестант)
Языки:
Монтеньский (ч/п) [Басконский акцент]
Водаччианский (ч/п)
Плюс еще один язык по выбору с возможностью читать и писать на нем бесплатно.
Гражданские умения:
Моряк (Равновесие – 2, Узлы – 1, Рангоут – 1, Лазание – 1).
Боевые умения:
Атлетика (Лазание – 1, Метание – 1, Работа ног – 3, Спринт – 1, Плавание – 1).
Бокс (Атака – 1, Работа ног – 3, Серия ударов – 3).
Грязная атака (Атака – 1, Пинок – 1, Метание [импровизированное оружие] – 1).
Огнестрельное оружие (Атака – 3, Перезарядка – 1).
Нож (Атака – 3, Парирование – 3).
Командир (Стратегия – 1, Тактика – 1, Воодушевление – 1).
Слабость: Безрассудный
Бэкграунды:
Обязанность (2) (Судьба)
Текущее состояние:
Здоровье: здоров.
Репутация: 6
Свободный опыт: 20 очков.
Гильдеры: 350 (жалование 50 в месяц).
Василий Баюн Жиголов-Царапов
Василий Баюн Жиголов-Царапов
22 года. Уссурец. Сильный дар пьерьем (язык сломать блин).
Атрибуты
Мощь: 3
Мастерство: 3
Разум: 2
Стойкость: 5
Удаль: 2
Карта прошлого: Десятка чаш (-5 ОГ для выбора магии Пьерьем).
Карта настоящего: Четверка чаш (получает преимущество Стойкость бесплатно).
Карта будущего: Двойка посохов (Ошибка, 2-очковое прошлое). Неважно, что обвинение в совершенном преступлении ложно. Вас до сих пор ищут и, возможно, найдут. Не исключено, что только смерть станет доказательством невиновности.
Пьерьем (чистокровный): Человек – 1, Кот – 1, Разговор с животным - 1+1, Снежный барс – 1+1, Гепард – 3. (8 ОО)
Навыки смены формы:
Форма человека:
Сложность 15 (успешность превращения определяется проверкой "Стойкости" плюс рангом соответствующего навыка смены формы).
Форма кота:
Сложность 15.
Дары: Лазание, Падение, Мастерство +1, Острый слух, Ночное зрение, Бесшумность, Мощь -2,
Отсутствие хватательных конечностей.
Описание: сочетания Мастерства +1 и Мощи -2, а так же Бесшумности и Отсутствия хватательных
конечностей считаются едиными Дарами относительно частичного превращения.
Форма снежного барса:
Сложность 35
Дары: Атака (Укус 0с2), Атака (Когти 0с2), Мощь +2, Лазание, Острый нюх, Прыжки, Скорость,
Тепло, Отсутствие хватательных конечностей, Плохое зрение.
Замечание: сочетание Атаки (когти) и Отсутствия хватательных конечностей считается единым
Даром относительно частичного превращения.
Форма Гепарда:
Сложность: 35
Дары: Броня (+10 к классу пассивной защиты), Атака (0с2 Укус),
Мастерство +3, Прыжки, Отсутствие хватательных конечностей, Скорость
Замечание: сочетание Мастерства +3 и Отсутствия хватательных конечностей считается единым
Даром относительно частичного превращения.
Бесшумность - дает три дополнительных несохраняемых кубика на проверки Скрытности.
Скорость - дает один дополнительный несохраняемый кубик действия в каждом Раунде.
Прыжки - три дополнительных несохраняемых кубика при выполнении прыжков.
Лазание - ну, понятно) Плюс три несохраняемых кубика...
Острый слух или острый нюх - плюс три несохраняемых кубика на соответствующую проверку воприятия.
Плохое зрение - минус два несохраняемых кубика при соответствующей проверке воприятия.
Ночное зрение - возможность видеть в темноте. Однако яркий свет дает штраф -1 на все броски.
Тепло - вас не беспокоит сильный холод. Однако сильная жара (не огонь), с другой стороны, влияет на вас
с удвоенной силой.
Отсутствие хватательных конечностей не позволяет держать в руках оружие при полном превращении. Базовым классом атаки считается не оружейный навык а соответствующий навык превращения. Т.е. при атаке когтями Гепарда навык атаки 3.
При отсутствии другой базовой атаки любое животное атакует с силой 0с1.
Уроженец области Рюрик.
• бонусное изучение Авалонского, Айзенского, Монтеньского, Вендельского
• 4 бонусных ОГ на изучение языков
• умение Falconer (Соколиная охота) бесплатно
• бонусный ранг в умении "оценка/торговля" или "оратор".
Преимущества
Уссурский (акцент Рюрик) (чтение/и письмо).
Авалонский (ч/п).
Айзенский (ч/п).
Монтеньский (ч/п).
Вендельский (разговорный).
Стойкость
Терпимость к боли
Понимание с животными
Университет
Меткий лучник
Гражданские умения
Беспризорник (Скрытность – 3, Уличная навигация – 2, Выживание – 3).
Моряк (Равновесие – 2; Лазание – 2; Узлы – 1; Рангоут – 1; Плавание - 1).
Охотник (Чтение следов – 2; Выживание – 3; Скрытность – 3).
Проводник (Чтение следов – 2, Выживание – 3, Уличная навигация – 2).
Преступник (Азартная игра – 1; Слежка – 1; Скрытность – 3).
Слуга (Незаметность - 1; Повседневная служба - 1; Стиль - 1; Этикет - 1; Торговля - 1).
Акробат (равновесие – 2; Работа ног – 3).
Соколиная охота (Обращение с птицей - 1).
Торговец (Плотник - 3, Корабел - 0+1). (2 ОО)
Военные умения
Тяжелое оружие (Атака – 1; Парирование – 1).
Лук (Атака – 1; Стрельник – 1; Трюковая стрельба - 1+1; Стрельба навскидку - 0+1). (6 ОО)
Бокс (Атака – 1; Работа ног – 3; Серия ударов – 1).
Атлетика (Лазание – 2; Работа ног – 3; Спринт – 1; Метание – 1; Плавание - 1).
Слабость: сладострастие.
Бэкграунды:
Ошибка (2)
Проклятие (4)
Текущее состояние:
Здоровье: 1 критическая рана.
Репутация: 9
Свободный опыт: 4 очка.
Гильдеры: 60 глд (+1 в месяц).
Благословление мечей
Ulderiga Aurelia Litta Arese
Имя - Ulderiga Aurelia Litta Arese;
возраст - 30 лет;
внешность - смуглая брюнетка среднего росту с прозрачно-голубыми глазами, нос прямой, губы пухлые, карминово-алые, брови тонкие, зубы белые, шея длинная, плечи покатые, телосложения хрупкого, ладони узкие, стопы малые, ноги стройные, талия тонкая, грудь красивая;
Характеристики:
Мощь 1
Мастерство 2
Разум 4
Стойкость 3
Удаль 2
Карты Судьбы:
Прошлое:
Шестерка кубков: Ваш род очень древний и другие аристократы относятся к вам с уважением. Если вы приобретете преимущество Аристократ (Noble), его стоимость будет на 5 HP меньше, чем обычно.
Тайна: Любопытная, Интуит (в подарок)
Настоящее:
Пятерка кубков: Старый водаччанский аристократ взял вас под свое крылышко и поведал вам тайны успешной торговли. Вы бесплатно можете взять любое умение и распределить по его навыкам три дополнительных пункта опыта.
Будущее: Двойка монет: Смотри, на что соглашаешься (Обрученный [Betrothed] 2).
Карта будущего дает наличие прошлого Обрученный 2. Такой вот оксюморончик.
Преимущества:
Дворянство
Водаччианский акцент: Монтуанский (ч/п)
Монтеньский (ч/п)
Гражданские умения:
Сорте (Полнокровное): Аркана (тайна) - 3, Монеты (желтые - деньги) - 2, Кубки (голубые - страсть) - 4, Посохи (зеленые - власть) - 2, Мечи (красные - конфликт) - 4.
Придворный (Танец - 3, Этикет - 1, Стиль - 1, Оратор - 3, Соблазнение - 1); [Политика 0, Интрига 0, Нахлебничество 0].
Исполнитель (Актер – 1, Оратор – 3, Пение – 1, Танец – 3).
Боевые умения:
Нож (Атака – 1, Парирование – 1, Бросок – 3).
Специализация: Верховая езда – 1.
Школа фехтования: Каппунтина.
Фехтовальные навыки: Пришпиливание (Нож) – 1, Бросок (Нож) – 3, Обманный бросок (Нож) – 1, Поиск слабости (Каппунтина) – 1.
Начинающие последователи Каппунтины учатся быстро выхватывать и метать оружие. Они не получают штрафа на левую руку при метании ножа. Вытаскивание и метание считается одним действием. Кроме того, навык Бросок (Нож) они приобретают по той же цене, что и основной.
Экипировка:
Метательные ножи (Throwing Knives)
Женщины Водачче используют метательные ножи для различных целей, поскольку такое оружие легко спрятать и заменить. Школа Каппунтина учит прятать метательные ножи в рукавах и корсажах, а также маскировать их под шпильки.
Метательный нож наносит только 1с1 рану, но при метании дает владельцу один бесплатный подъем (+5). Сложность активной защиты против брошенного ножа увеличивается еще на 5 пунктов.
Бэкграунды:
Обрученный (2)
Текущее состояние:
Здоровье: здорова.
Репутация: 12
Свободный опыт: 20 очков.
Гильдеры: 1550 (+500 в месяц).
Благословление Посохов (власть)
Фаррел МакОуэн О'Брайен
О внешности: высокий, худощавый молодой человек. Темные волосы немного не достают до уровня плеч. На тонком лице особо выделяются глаза - светлые, напоминающие серебро.
Одежду предпочитает темную. На руке носит кольцо с компасом - символом Общества Исследователей.
19 летний студент Великого Университета в Шаруа, происходит из побочной ветви семьи правящей провинцией Дринан. Его детство прошло в Лимнеке - городе наемников, моряков и бродяг, впоследствии же по семейной традиции его отправили учится в университет. Фаррел отправился в Монтень, где поступил в Великий Университет в Шаруа. В университете он подружился с молодым монтеньским аристократом Марком дю Сурлин и там же его приметил профессор археологии, который и предложил вступить в Общество исследователей. Предложение было радостно и с благодарностью принято. Пока его работой в Обществе были перепись и сверка каталогов артефактов, на раскопках - махание лопатой, протирание артефактов от пыли и помощь в обеспечении провизией. Впрочем начальное обучение должно скоро закониться.
расклад судьбы
прошлое: Четверка Посохов: Ваша семья была благородной с начала истории Авалона. Вы можете проследить свое происхождение до одного из первых королей Авалона. Вы можете взять Преимущество Благородный всего за 5 очков или бесплатно, если возьмете магическое наследие.
настоящее: Четверка Чаш: Вам всегда мало того, что дает жизнь, вы всегда ищете большего. Ваша мятежная натура привлекла внимание могущественного члена тайного общества, и он думает, что вы прекрасно подойдете для выполнения их целей. Вы начинаете игру с бесплатным Преимуществом Членство (тайное общество). - Общество исследователей
будущее: Десятка Чаш: Грядущая находка обеспечит твое будущее. (Карта Сокровищ 2)
Имя: Фаррелл МакОуэн О'Брайен.
Карты Судьбы:
Прошлое: Четверка Посохов: Ваша семья была благородной с начала истории Авалона. Вы можете проследить свое происхождение до одного из первых королей Авалона. Вы можете взять Преимущество Благородный всего за 5 очков или бесплатно, если возьмете магическое наследие.
Настоящее: Четверка Чаш: Вам всегда мало того, что дает жизнь, вы всегда ищете большего. Ваша мятежная натура привлекла внимание могущественного члена тайного общества, и он думает, что вы прекрасно подойдете для выполнения их целей. Вы начинаете игру с бесплатным Преимуществом Членство (тайное общество). - Общество исследователей
Будущее: Десятка Чаш: Грядущая находка обеспечит твое будущее. (Карта Сокровищ 2)
Полнокровное волшебство: Чары
Черный плащ - 2
Безумный Джек О’Баннон - 2
Святой Роджерс - 3
Железная мэг - 1
Король Элилот - 1
Характеристики:
Мощь: 2
Мастерство: 2
Стойкость: 2
Разум: 3+1 (20 ОО)
Удаль: 3
Преимущества:
Членство в обществе: Общество исследователей.
Связи (3): Союзник - Марк дю Сурлин, молодой аристократ, одногруппник Фарреля по Университету.
Обостренные чувства
Внешность выше среднего (глаза)
Университет
Дворянин
Языки:
Inish (р)
Авалонский (ч/п)
Монтеньский (ч/п)
Кастильский (ч/п)
Водачче (пов)
Боевые умения:
Атлетика (Лазание – 1, Метание – 1, Работа ног – 2, Спринт – 1, Прыжки - 0+1). (2 ОО).
Огнестрельное оружие (Атака – 3).
Фехтование (Атака – 1, Парирование – 1).
Гражданские умения:
Охотник (Выживание – 1, Ловушки – 1, Скрытность – 2).
Археология (Иследование – 2, Оккультизм – 1, Знание общества – 1).
Ученый (Исследование – 2, История – 1, Математика – 2, Философия –1, натуральная философия – 2).
Придворный (Стиль – 2, Оратор – 1, Танец – 1, Этикет – 2, Искренность – 1).
Слуга (Незаметность – 1, Повседневная служба – 1, Стиль – 2, Этикет – 2).
Шпион (Скрытность – 2, Слежка – 1).
Тайна: Слабость – Любопытство.
Умение Археология - из книги The Arrow Of Heaven.
Бэкграунды:
Карта сокровищ (2)
Текущее состояние:
Здоровье: здоров.
Репутация: 5
Свободный опыт: нет.
Гильдеры: 1550 (+500 в месяц).
Бруно Джакоза
Бруно Джакоза, монтенец водачского происхождения, авантюрист и охотник за головами.
Внешность: неопределимого на вид возраста (30-40 лет), темные волосы, темные глаза (точнее - глаз), роста чуть выше среднего; на лице с правой стороны несколько тонких шрамов, правый глаз отсутствует; прическа в стиле "убрать с лица чтоб не мешалось" собственного изготовления поэтому слегка ассиметричная (правый глаз-то не видит); телосложение... обычное. Левша.
Джакоза выглядит как средний статистический водачиец (темные волосы, темные глаза) только морда с правой стороны порезана и правого глаза нету. Выглядит лет на 30-40, в зависимости от настроения и освещения.
циферки, издание второе:
Языки: монтень, водаче.
Хар-ки:
Мощь:3
Мастерство:3
Разум:1 + 1 (расовое национальное)
Стойкость:2
Характер:3
Умения Боевые
Фехтование 3 (атака) 3 (парирование)
Нож 2 (атака) 2(парирование)
Грязная драка (сколько-то там еще не придумал)
Огнестрельное оружие 2 Атака
Атлетика (1) Работа ног 2 заход во фланг 2
Верховая езда (1)
Преимущества
Военная академия
Боевые рефлексы
Левша
НЕГОДЯЙ
Умения небоевые
Шпион (допрос 2, подкуп-2), Доктор (первая помощь 2), Моряк (1).
Недостатки: Прошлое Жадность -15
(Особая улучшеная 15 очковая Жадность из книги Водаче, дает еще 50 денег)
Описание:
Итак, Бруно Джакоза, монтенец водачского происхождения, авантюрист и охотник за головами.
Биография (краткая): Родился в землях Водаче, в семье обедневшего дворянина, после смерти отца уехал с матерью на её родину, т.е. в Монтень. Не сказать, чтобы там их сильно ждали. Закончил военную академию, завербовался на корабль. Этот эпизод его жизни переполнен пьянками, драками и поножевщиной. Ну, и другими развлечениями. Одно из них чуть-чуть не стоило ему жизни. Вместо "услуг" от представительницы древней профессии он должен был получить путевку в канаву с перерезаным горлом, отбился чудом (внезапно оказался не настолько пьян, как ей, да и ему самому, казалось). Остался с порезанным лицом и без глаза. После этого эпизода ушел с флота. Перебивался случайными, не всегда законными заработками, в данный момент занимается охотой за головами.
Внешность: темные волосы, темные глаза (точнее - глаз), роста чуть выше среднего; на лице с правой стороны несколько тонких шрамов, правый глаз отсутствует; прическа в стиле "убрать с лица чтоб не мешалось" собственного изготовления поэтому слегка ассиметричная (правый глаз-то не видит); телосложение... обычное.
Левша.
арты судьбы:
Прошлое: Четверка монет: Деньги приносят вам удовольствие, вам нравиться держать их в своих руках. Если вы берете недостаток Жадность (Greedy), то вместо 10 HP получаете целых 15. Ваш начальный доход увеличивается на 50 G.
Настоящее: Десятка монет: Ваша семья дала вам лучшее образование, которое только могла себе позволить. Вы бесплатно получаете преимущества Академия и Университет (Academy & University).
Будущее: Четверка монет: Дай жизни идти своим чередом (Охота [Hunting] 2). (охотник за головами)
Атрибуты
Мощь: 3
Мастерство: 3
Разум: 2
Стойкость: 3
Удаль: 3+1 (20 ОО)
Преимущества
Языки: монтеньский (ч/п), водаччианский (ч/п) [мантуанский акцент].
Военная академия
Университет
Боевые рефлексы
Левша
Негодяй
Гражданские умения
Человек улицы (Общение – 1, Уличная навигация – 1).
Шпион (Слежка – 1+1, Скрытность – 1+1, Допрос – 2, Подкуп – 2). (8 ОО)
Доктор (Диагноз – 1, Первая помощь – 2).
Моряк (Лазание – 2, Равновесие – 1, Узлы – 1, Рангоут – 1).
Боевые умения
Фехтование (атака – 3+1, парирование – 3+1). (16 ОО)
Нож (атака – 3, парирование – 3).
Грязная драка (атака[грязная драка] – 3, атака (импровизированное оружие) - 1, метание (импровизированное оружие) - 1, пинок - 1, удар в глаз - 1, удар в горло - 1).
Огнестрельное оружие (Атака – 3, Перезарядка – 0).
Атлетика (Лазание – 2, Работа ног – 3, Спринт – 1, Метание – 1, Выход во фланг – 2, Перекаты - 1).
Верховая езда (Езда на лошади – 1).
Тайна: Жадность (слабость). (Особая улучшенная 15 очковая Жадность из книги Водачче, дает еще 50 гильдеров)
Бэкграунды:
Охота (2) [Охотник за головами]
Текущее состояние:
Здоровье: 5 критических ран.
Репутация: -10 +7
Свободный опыт: нет.
Гильдеры: 104 (месячный доход специфичен).
Магнус Эрикссон аф Ларсфолк
Магнус Эрикссон аф Ларсфолк
здоровый белобрысый детина с голубыми глазами, настоящий ариец, беспощаден к врагам рейха.
Одет достаточно скромно, выделяется главным образом дорогой (1000 гильдеров) браслет, который он носит между плечом и локтем.
Меч (да, мы отсталые вестенманнавеньярцы, с мечами и топорами - в век шпаг и сабель) валяется у него в каюте.
Предполагается, что мой пока-что-но-нейм-чарактер занимает одну каюту с Шклобу, ибо так удобней и дешевле квасить.
Национальность - Вестенманнавеньярец.
Вестенманнавеньярский рунный расклад:
Кто пришел в этот мир?
-Руна Форнюфт: Недостаток Гедонист.
Гедонист:
Вы любите хорошо проводить время. Вы слишком много веселитесь, слишком много пьете и слишком много едите. У вас имеются проблемы в том, чтобы ответить отказом на предложения присоединиться к кому-то в выпивке и иногда можете начать увиливать от обязанностей в случае, если вам предложат более приятное времяпровождение.
Мастер может активировать эту «слабость» для того чтобы вы потеряли бдительность и хорошо провели время
Что в начале его?
- Руна Станс: Имущество (2).
По какому пути он пойдет?
-Руна Стерк: Стойкость.
Какой итог его ждет?
-Руна Киндихед: Обязанность (2)
Атрибуты
Мощь – 3
Мастерство – 3
Стойкость – 3
Разум – 2
Удаль – 3
Школа фехтования:
Лигстра
Уровень владения ученик: Основной упор при изучении этого стиля, делается на то, чтобы научить бойца наносить сокрушительные удары тяжелым оружием. Вы можете потратить несколько кубиков действия на то, чтобы добавить дополнительные сохраняемые кубики повреждений к своему удару. Вы можете потратить на удар столько кубиков, сколько пожелаете, в соотношении один-за-один. Перевод кубиков в мощность атаки должен быть заявлен перед броском на попадание, при промахе пожертвованные кубики действия теряются.
Умения школы фехтования:
Мощный удар (тяжелое оружие), ближний бой, агрессивная атака (тяжелое оружие), поиск слабости (лигстра).
Агрессивная атака (lunge): Агрессивная атака оставляет вас открытым на несколько мгновений.
При заявлении агрессивной атаки вы должны использовать для броска именно этот навык. В случае, если атака успешна, вы можете бросить 2 дополнительных несохраняемых кубика повреждений. Однако при этом сложность попадания по вам в этой фазе падает до 5 и вы не можете использовать активную защиту на протяжении всей этой фазы.
Ближний бой (corps-a-corps): Ближний бой представляет собой искусство фехтования на сверхкоротком расстоянии, буквально – тело против тела. Вы объявляете то, что вы используете этот навык вместо навыка «атака». Если ваша бросок на попадание успешен, вы наносите противнику удар рукой, наносящий вред 0c1, после которого ваш оппонент падает и становится лежащим противником.
Мощный удар (beat): Для использования этого навыка вы должны заявить о том, что наносите мощный удар. Вы бросаете «мастерство» + «мощный удар» против количества подъемов равных «мощи» вашего врага для того, чтобы мощный удар оказался успешным. Если он успешен, противник не может избежать удара, используя любую активную защиту.
Поиск слабости (Лигстра): В случае, если вы вступаете в дуэль с кем-то, кто использует школу, слабости которой вам известны, вы получаете некоторое количество несохраняемых кубиков, равное вашему навыку «поиска слабости» во все броски на атаку и защиту. Это происходит даже в том случае, если вы сами не используете этот стиль боя.
Преимущества:
Большой
Боевые рефлексы
Стойкость
Имущество (2)
Языки:
Вестенманнавеньярский (диалект Ларсфолк) (ч/п)
айзенский (р)
монтеньский (р)
Гражданские умения:
Моряк (Равновесие – 3, Лазание – 1, Узлы – 1, Рангоут – 1).
Военные умения:
Тяжелое оружие (Атака – 3, Парирование – 3).
Лигстра (Мощный удар [тяж.оружие] – 3, Ближний бой – 2, Агрессивная атака [тяж.оружие] – 2, Поиск слабости [Лигстра] – 2).
Борьба (Захват – 3).
Атлетика (Лазание – 1, Метание – 1, Работа ног – 3, Спринт – 1).
Бэкграунды:
Обязанность (2)
Текущее состояние:
Здоровье: 1 критическая рана.
Репутация: 8
Свободный опыт: 27.
Гильдеры: 1056.
Риккардо Пронто де Гайегос
Риккардо Пронто де Гайегос
Молодой человек, среднего роста (183 см) худощавый (около 70 кг) отживший уже 22-23 года. Любой незнакомец удивиться такой нехарактерной для Кастилии фамилии. Любой, кто не знает что его отец – Водаччийский священнослужитель, перебравшийся в Кастилию, чтобы работать ближе к престолу Иерофанта.
Глаза парня, карие почти оранжевые, дополняются смоляными волосами до плеч. Поведение Рика часто зависит от настроения. Утром он одержим своим внешним видом, но совсем забывает о нем к вечеру. Риккардо чисто бреется, как он любит говорить «из солидарности с Добрым королем». В общении с другими он соответствует стереотипам своего народа; хоть он воздерживается от общения с незнакомыми иностранцами, к близким людям он относиться как к родичам, или как (преимущественно) к собутыльникам.
Характеристики
Мощь: 2 (10 ОО)
Мастерство: 4 (16 ОГ и Кастилец)
Разум: 3 (16 ОГ)
Стойкость: 2 (10 ОО)
Характер: 3 (16 ОГ)
Расклад судьбы
Слабость - Колесница - Самоуверенный
Прошлое - Восьмерка Чаш - Вы много путешествовали, странствуя от государства к государству, в поисках приключений. Вы бесплатно получаете знания языков Монтени и Водачче.
Настоящее - Четверка Мечей - В последнее время вы были относительно свободны от дел, и у вас было предостаточно времени на чтение. Вы бесплатно получаете грамотность в кастильском.
Будущее - Туз чаш - Ты познаешь нечто изумительное (Миг восхищения 2)
Преимущества
Кастильское образование (10 ОГ)
Университет (2 ОГ Кастильцам)
Умеет пить (1 ОГ)
Членство (Тайное общество) (3 ОГ)
Молниеносные рефлексы (4 ОГ)
Связь (Мишель дю Саж) (бесплатно)
Языки
Кастильский (Гайегос) ч/п (Судьба)
Водачче ч/п (Судьба)
Тейянский ч/п (Кастильское образование)
Моньтеньский ч/п (Судьба)
Фехтование(EPO - Начинающий) (25 ОГ Кастильцам)
Захват оружия (Фехтование): 1
Ближний бой (Фехтование): 1
Удар эфесом (Фехтование): 2 (ЕРО)
Поиск слабости (ЕРО): 1
Военные умения
Фехтование: (EPO)
Атака (Фехтование): 2 (4 ОО)
Парирование (Фехтование): 1
Нож: (EPO)
Атака (Нож): 2 (4 ОО)
Парирование (Нож): 1
Перехват: (2 ОГ)
Выжидание: 1
Установка ловушек: 1
Слежка: 1
Гражданские умения
Придворный: (1 ОГ Университет)
Стиль: 1
Оратор: 3 (Придворный+Наставник+Исполнитель)
Танец: 2 (Придворный+Исполнитель)
Этикет: 1
Азартные игры: 1 (1 ОГ)
Искренность: 1 (1 ОГ)
Нахлебничество: 1 (2 ОО)
Слухи: 1 (2 ОО)
Моряк: (1 ОГ Университет)
Лазание: 1
Равновесие: 2 (Моряк+Акробат)
Рангоут: 1
Узлы: 1
Кораблевождение: 3 (3 ОГ)
Навигация: 1 (2 ОО)
Плавание: 1 (2 ОО)
Акробат:(1 ОГ Университет)
Равновесие: 2 (Моряк+Акробат)
Работа ног: 3 (2 ОГ)
Жонглирование: 1 (2 ОО)
Прыжки: 1 (Тайное общество)
Полет на предмете: 1 (1 ОГ)
Инженер: (1 ОГ Университет)
Архитектура: 1
Математика: 1
Черчение: 1
Бухгалтерия: 1 (2 ОО)
Изготовление пушек: 1 (1 ОГ)
Наставник: (1 ОГ Университет)
Оратор: 3 (Придворный+Наставник+Исполнитель)
Исследование: 1
Писатель: 1
Исполнитель: (1 ОГ Университет)
Актер: 1
Оратор: 3 (Придворный+Наставник+Исполнитель)
Пение: 1
Танец: 2 (Придворный+Исполнитель)
Тайна: Слабость - самоуверенный.
Бэкграунды:
Миг восхищения (2)
Текущее состояние:
Здоровье: здоров.
Репутация: 0
Свободный опыт: нет.
Гильдеры: 208.
Особое снаряжение:
Временно: шпага дю Сажа (Монтеньская шпага-загадка, секрет неизвестен, урон 2с2, наконечник из холодного железа).
Кубики Драмы:
4
6 (5 штук потрачено на прокачку)
9
10
5
8
6
9
7
4
За что...:
Все на начало игры получают по 3 Кубика Драмы изначально.
получает 2 Кубика за запугивание и бой с акробатами, тратит 3 кубика на магию и 1 кубик на подъем и получает 4 кубика за разумное использование магии и 2 кубков за активную игру,
2 кубика - один за пост с попугаем, второй в качестве компенсации от мастера за задержку постом ему (очень скоро пост будет),
2 кубика за идею раскачивать мостик + добивание верзилы, залезающего на корабль, тратит 1 кубик за атаку против Боцмана и получает 3 кубика за активную игру
2 кубика один за бой, второй за коллекционирование зубов, 1 кубик за бой,
1 кубик за меткий выстрел из пистолета, 2 кубика за насмешки над пиратами
кубик за сюжет с Ферозо Донни, 1 кубик тратит на благословения Баюна и получает 3 кубика за работу интуитов и вычисления главного злодея,
1 кубик за пойманный нож, 2 кубика за управление Роджером и решающий удар Боцману шпагой,
Что такое Кубики Драмы:
Кубики Драмы позволяют отыгрывать такие типичные вещи приключенческих романов как "удар из последних сил", "удар из самых последних сил" и т.п. То есть заявив, что вы тратите Кубик Драмы вы получаете значительный бонус к любому действию, которое вы совершаете (атаке, повреждению, проверки навыков), это не значит, что оно будет 100% успешным, но . Также они нужны для сильной магии. Не потраченные Кубики Драмы превращаются в опыт в конце главы.
Был теплый день. Солнце светило ярко и даже било в глаза. Вольrеру Дорку, во всяком случае, приходилось щуриться. "Эхх, чтоб ты подавилась, мечта волка!" - про себя помянул он одну лошадь, которая стянула шляпу. И хорошо, что только шляпу...левое плечо при одной только мысли о том происшествии вновь стало болеть. Ну, не само плечо, а чуть ниже и правее. Впрочем, бывают проклятья и хуже.
Уроженец Фишлера оглянулся на остальных ожидающих корабля. Их было не так уж много...или не все еще пришли. О Дорке: это был мужчина среднего роста и телосложения. Одет он был в коричневый камзол грубого покроя. Ботинки были тоже коричневые, как и штаны. Безвкусно? А ему все равно. Шляпы, конечно, не было, так что все имели сомнительное счастье наблюдать его черную шевелюру. Лицо отталкивающего впечатления не производило. не смотря на некоторую грубость его черт. Ко всему этому добавьте короткие черные усы и карие глаза.
На перевязи находилась шпага, на левой руке была одета латная перчатка. Береженого, как известно...Также следует упомянуть про заряженный пистолет. Про спрятанный (правда. не очень хорошо) нож можно не упоминать.
В заплечном мешке, который Вольдер взял с собой, находился кошель, немного провизии, фляжка с водой, порох для пистолета да 2 пули к нему и, самое главное, небольшая шкатулочка, которую дворянин поручил наемнику, честно прослужившему ему полтора года, отдать одному господину в Монтене... Так же одна Прядильщица говорила, что избавление от проклятия можно найти где-то там. То, что тебя ненавидят лошади, может серьезно осложнить жизнь. Проверено на своей собственной шкуре.
Корабль приближался, и кто-то из ожидающих его людей вслух прочел название шхуны.
- Птица! Значит, все получится, - сказал самому себе наемник. Птицы - единственные животные, которые его не ненавидели, так что название корабля человек принял за благое предзнаменование. Хоть он и относился к приметам скептически.
Кто хоть раз видел океан своими глазами, тот знает, какое впечатление величия исходит от необъятного, подпирающего горизонт моря. Самые возвышенные, самые смелые мысли посещают моряка, когда он заглядывает в лазоревые просторы, стоя на берегу, и с особенной живостью ощущает собственное ничтожество. Нечто близкое восторгу и благоговейному страху ощущал при взгляде на раскинувшийся перед ним пейзаж и молодой человек, стоявший на песчаном косогоре. Один – в компании лишь огромного топора с двусторонним лезвием – взобрался он на мол, чтобы оглядеться по сторонам.
Волны набегали на берег. Видавший виды корабль, стоявший на рейде, облепляли матросы-муравьи. В шлюпки на пристани грузили бочки с пресной водой и солонину. Между постройками у набережной происходило оживленное движение. Портовые рабочие сновали туда-сюда, безногий попрошайка громко и сбивчиво вещал что-то о приближении конца. Никто не обращал на крики внимания, как будто они тоже были естественной деталью экстерьера. У беседки, крытой черепичной крышей, морской офицер кокетничал с разодетой в пух и прах дамой. Двое слуг терпеливо ожидали поодаль, пока хозяева закончат разговор.
Василий Баюн Жиголов-Царапов:
Высокий молодой человек откинул с головы капюшон, открывая вечернему солнцу загорелое овальное лицо с правильными чертами. Выцветшие брови, зеленые глаза. Прямой, самую малость вздернутый нос. Чуть широкий, квадратный мужской подбородок смягчала небольшая светлая бородка. Уголки губ и глаз были отмечены ранними мимическими морщинами, выдающими склонность к веселью. Волосы его были заплетены в косу и обращали внимание чередованием светлых и темных оттенков. Кожаные штаны, такие же сапоги и холщовая рубаха, лук со стрелами выдавали в парне охотника. Заметив в толпе явно ожидающую кого-то молоденькую барышню с двумя баулами у ног, охотник решительным шагом направился к ней.
Лусия Агилар дель Тьорес была одета много лучше, чем сестринство портовых Дженни. Она явно вышла не из той непритязательной среды, что окружала ее сейчас, и выглядела несколько растерянно. Впрочем, юность и миловидность, а также скромные и живые манеры придавали барышне тот отпечаток ума и изящества, который называется очарованием. Вот и сейчас глаза молодого человека при взгляде на Лусию подернулись легкой задумчивостью.
- Чудесный вечер, мадемуазель, - обратился охотник к девушке на монтеньском.
Походка его была мягкой, но уверенной и абсолютно бесшумной. Потому юная особа слегка вздрогнула от неожиданности, когда рядом с ней раздался вкрадчивый голос. Она сфокусировала зрение на незнакомце, кивнув головой в ответ вместо приветствия.
Пока Лусия Агилар соображала, что незнакомцу от нее нужно, тот поспешил развеять ее сомнения.
- Мне сказали, чудесная юная леди ищет слугу на время путешествия, – он поклонился. – Вижу, меня обманули. Ваши волосы в свете закатного солнца светятся, как будто на землю спустился ангел.
Сказав это, парень рассмеялся, смягчая пафосность собственных слов.
- Василий Баюн к вашим услугам, - рот охотника растянулся в широкой улыбке, демонстрируя отменные белые зубы с сильно выделяющимися клыками.
Путь до Водаче был довольно длинный и утомительный. Наемный экипаж раскачивался и поскрипывал на ходу, кучер громким голосом пел непотребные песни, было душно, клонило в сон, но он-то как раз и не приходил. Лусия нервничала по поводу своего путешествия. Дальше она старалась не заглядывать. То, что она будет жить в чужом доме, не казалось ей страшным, уже привыкла, что своего дома у нее нет. Но дальнейшая жизнь была покрыта пеленой тумана. Такого же, что покрывал море и весь прибрежный город. Да что вообще думать о будущем, когда настоящее настолько смутно, хоть плачь. Она совершенно одна. У нее даже слуг нет. Впрочем, ей теперь не положены слуги. Не тот статус. И вот к этому привыкнуть было труднее всего. К тому же путешествовать одной, без компаньонки, неприлично. Что о ней подумают в том доме, где должна будет протекать ее дальнейшая жизнь? Впрочем, туда еще надо добраться.
Экипаж остановился на пристани, кучер небрежно скинул на землю два баула, и Лусия осталась совсем одна среди шумной толпы. Она поправила мантилью и растерянно огляделась.
- Чудесный вечер, мадемуазель, - обратился охотник к девушке на монтеньском.
Лусия вздрогнула, окинула быстрым взглядом незнакомца и кивнула. Она еще не привыкла к тому, что незнакомые люди так запросто с ней заговаривают, и несколько растерялась. Что она должна делать? Заговорить с ним? Или проще будет отвернуться, а незнакомец сам поймет неловкость ситуации и оставит ее в покое?
-Мне сказали, чудесная юная леди ищет слугу на время путешествия, – он поклонился. – Вижу, меня обманули. Ваши волосы в свете закатного солнца светятся, как будто на землю спустился ангел.
Ангел…Щеки девушки вспыхнули, а на глаза набежали слезы. Она так смутилась, что чуть не пропустила самое главное. Молодой человек, отвесивший ей комплимент – слуга…Да, ведя переписку с начальником порта, Лусия упомянула, что ей нужен будет слуга на время путешествия, а начальник порта любезно пообещал поискать для нее что-нибудь подходящее.
А незнакомец между тем рассмеялся, очевидно, заметив ее смущение, и представился:
- Василий Баюн к вашим услугам…
Лусия снова кивнула, потом, словно спохватившись, выпрямила спину, чуть приподняла подбородок и тоже назвала себя:
- Лусия Агилар дель Тьорес. Путешествую до Монтеня. Если вы действительно собираетесь наняться в услужение, мы можем обговорить условия прямо сейчас.
- Лусия Агилар дель Тьорес. Путешествую до Монтеня. Если вы действительно собираетесь наняться в услужение, мы можем обговорить условия прямо сейчас.
От взгляда уссурца не укрылось волнение девушки, попытки держаться гордо и мелькнувшее в ее глазах разочарование после того, как она узнала, с кем говорит. Дама из высшего общества. Без слуг и без денег. Все понятно. Он саркастично хмыкнул, здраво рассудив, что несмотря ни на что, именно он хозяин положения как минимум до тех пор, пока не согласился на службу. Баюн по первым секундам успел составить мнение о девушке и ответил, не задумываясь.
- Нет ничего проще, мадемаузель. За два гильдера в месяц я буду вашим личным лакеем, телохранителем, поваром, парикмахером, портным и кем понадобится. Но нам придется договориться, что по прибытии в Монтень, я провожу вас лишь до необходимого вам места, а после буду вынужден оставить.
После этих слов Василий вздохнул с непритворным сожалением. Девушка была слишком молода и красива и, кроме того, выглядела настолько наивной и беззащитной, что ей скорее нянька была нужна, чем слуга. Ей было не место одной среди торгашей, матросов, буканьеров, пиратов и людей улиц. Оставалось надеяться, что в конечной точке своего путешествия Лусия окажется на своем месте. До тех пор он бы и бесплатно согласился сопровождать девчонку, но боялся унизить гордую уроженку Кастилии таким предложением.
- Прошу за мной, мадемуазель Лусия. Или называть вас синьорита?
Не дожидаясь ответа, Василий взвалил тюки с поклажей своей новой госпожи на плечо и, невозмутимо раздвигая толпу локтями и раздавая тычки, направился к причалу.
- Тысячу ершей мне в задницу! – пробормотал треснувшим голосом Луциандр Святославный. Горло так пересохло, что нечем было уже сплёвывать песок и соль. Тем не менее, пустые плевки продолжались, разрушая могильную тишину. Эхо скачкообразно убегало вглубь подземелья.
Он стоял в проходе с факелом в руке, чуть сгорбившись. Другой на его месте катался бы по земле, поскуливая от боли. Но Луциандр привык к боли, она много лет сопровождала его верной спутницей, несмотря на все усилия мореплавателя расторгнуть этот союз.
Одежды на человеке почти не было: мертвенно бледная кожа с многочисленными шрамами туго обтягивала жалкий остроугольный скелет. Сие творение венчала широкополая местами дырявая шляпа с большим пером. Рваные лохмотья, в которые превратился его дорогостоящий, украшенный узорчатой росписью и жемчугом кафтан, сушились на пляже, там, наверху. На ногах - остатки тёмных портов. В любом случае непрезентабельный вид Луциандра сейчас был для него не самой насущной проблемой.
Одной рукой он держал рогатину с горящими носками на ней – и этот импровизированный факел в скором времени должен был угаснуть. Другую баюкал у груди. Из-под левого соска выступала светлая рельефная поверхность: регенерирующийся организм медленно выталкивал неудачно попавшую в срастающуюся грудную клетку раковину, размером с эфес шпаги. Сама рука подавала сигналы мозгу о страшном переломе – она срослась неправильно, ладонь смотрела в обратную сторону. Но потребуется ещё пара часов и всё будет в порядке. А в воде процесс протекал бы ещё быстрее.
Вода. Луциандр облизнул пересохшие губы. Он пробыл на острове всего полдня, жажда ещё не заняла всё его внимание, но уже давно стало понятно, что никаких источников пресной воды на этой жалкой горстке земли посреди моря не сыскать. Понятное дело, что солёную воду пить нельзя. Пока оставалось довольствоваться кокосами да фруктами, коих не так много было на островке, да надеяться, что по утрам выпадает достаточно росы. К тому же дожди не должны быть редкими гостями на таком заросшем зеленью островке. На особенно крупных листьях, покрытых экскрементами птиц, можно было заметить застоявшиеся лужицы, которые облюбовали различные насекомые. Огрызки дворянской гордости пока не позволяли Луциандру опускаться до потребления воды и пищи из грязи, но он подозревал, что уже в полушаге к этому.
- Ну что, Люций, вот и награда тебе за твои страдания! – Он улыбнулся, насколько это было возможно кривым лицом. Плюнул, лишь распугав плавающую в воздухе пыль. Захромал вглубь зала, водя вокруг себя факелом. Глаза блестели огнём. Одна нога также ещё приходила в себя после недавнего происшествия (пожалуй, в ней беспокоили застрявшие зубы). О, ничего серьёзного, Луциандра просто пытались скормить акулам, но он чудом выжил и всё-таки добрался до какого-то подобия острова. Свежий зарубок на носу: НЕ ДОВЕРЯТЬ ПИРАТАМ! Не стоит пытаться захватить власть на пиратском судне, если твой план полагается на надёжность и верность… пиратов! Болас Молотильня, один из самых удачливых и жестоких капитанов в шести морях, конечно же, подавил бунт, а главных зачинщиков решил казнить публично, зрелищно. Луциандру ещё в каком-то смысле повезло, даже несмотря на его способность к регенерации и сращиванию конечностей. Он несколько часов отбивался от морских хищников, а волны несли его навстречу судьбе. И вот он добрался до острова практически непокалеченным, если сравнивать с тем, как сложилась судьба у других предателей, которые не обладали такой мощной способностью.
Едва он оклемался, лёжа на каменистом песочном берегу, опутанный водорослями, омываемый мощными волнами, настало время осмотреться. Солнце клонилось к горизонту, поэтому необходимо было сделать несколько важных вещей: осмотреть остров (если он небольшой, а он оказался чертовски небольшим – можно было обойти вокруг за считанные минуты), найти место для ночлега, развести огонь….
Ну а дальше оставалось только, как следует, обустроиться на следующий день, найти пресную воду, ознакомиться с живностью и другой пищей на острове. На ночь глядя, перед тем, как шагнуть в джунгли, Луциандр наспех сварганил нечто вроде рогатины. Он понятия не имел, какие звери могут водиться на этом острове. Конечно, вряд ли речь шла о медведях или тиграх. Но вот змеям мореплаватель не удивился бы.
При беглом осмотре окрестностей никого особенного не обнаружилось. Если не считать одного единственного синекрылого попугая, живущего в лесу и избегающего неожиданного сожителя («Король грёбанного острова, ей богу!»). Над волнами парили и перекрикивались редкие чайки. Похоже, они облюбовали торчащие из воды камни в одной-двух сотнях локтей от берега, там и садились. А по самому берегу разгуливала парочка крабов, Луциандр понадеялся, что утренний прилив пригонит больше. В море, скорее всего, найдётся немало рыбы. Так что о пище беспокоиться пока не стоило.
- Ты посмотри, Люций! – сказал себе человек с догорающим факелом. Разогнув кривую руку, он зачерпнул дрожащей ладонью золотые монеты, позволив им с чарующим звоном осыпаться. – Ты посмотри, что тут у нас! Сколько тут всего! – Казначей в нём сдался. Луциандр Святославный любил считать деньги: и как бывший дворянин, и как бывший пират, и как азартный игрок. И как любой здравомыслящий человек своего времени. Но теперь с первого взгляда прикинуть, сколько здесь богатства, не представлялось возможным. Это было больше, чем видел Луциандр на борту известного грабителя Боласа Молотильни. Это было даже больше, чем в казне его княжества, где довелось работать в молодости. Пожалуй, это было больше всего золота, что он видел за свою жизнь.
- Сотню щук мне в задницу! – смеялся Луциандр, махая факелом и мечась от одной кучи к другой. – Миллион пиявок в мою вшивую задницу! Я богат! Вы посмотрите только! Люций у нас теперь богач! Э как поднялся! Поди теперь богаче самого короля Уссуры! Хо-хо-хо! Не говоря уже о недоумке Боласе!
Он подобрал златую чашу, предварительно заглянув внутрь – не найдётся ли чего-нибудь сладостно страстного на дне сего кубка. Нацепил кольца с драгоценными камнями на кривые пальцы, обвесился амулетами на цепочках. Нашёл даже какую-то древнюю корону. Открывал всё новые и новые сундуки, съезжал по горам золота, купался в драгоценностях. А смех становился громче. Внезапная находка улучшила настроение, добавила сил.
Как же ему повезло найти руины древнего храма посреди острова. А там внутри, за дверями и коридорами, ведущими вниз, под землю, его ждали всеми забытые, веками нетронутые, несметные сокровища сирнетов!
- Да уж, такому запасу золота необходима охрана посерьёзнее, чем трусливый попугай! Хо-хо-хо! Уж я то о вас позабочусь, ребятушки! – Луциандр ласково водил пальцем по изображениям древних королей на монетах. – Люций о вас позаботиться, дорогие вы мои! Вы попали в правильные руки! Хо-хо-кхе-кхе! – Человек закашлялся, согнувшись и держась за разрывающуюся от боли грудь. – Медузу мне в… кхе-кхе!...
Тени танцевали на каменных заплесневелых стенах недолго. Факел угас, а светильники зажигаться отказывались – совсем отсырели. Звякая и спотыкаясь, Луциандр на ощупь выбирался из полуразрушенного храма сирнетов, а воображение рисовало ему величественные картины роскошной богатой жизни. Возможно, никогда ещё Луциандр не был так счастлив. По жизни ему постоянно не везло – не удалось свергнуть власть в Уссуре, не удалось свергнуть власть в доках, не удалось свергнуть власть на борту пиратского корабля – отовсюду пришлось бежать, собрав зубы в кулак и наживая всё больше опасных врагов. Но теперь жизнь наладится, судьба даровала не просто подарок, не просто второй шанс. Это выглядело как настоящее воплощение мечты.
Не хотелось снова остаться с носом, такого Луциандр, наверное, больше не переживёт. Лучше возможности подняться с колен не будет никогда.
Так он сидел у костра, задумчиво глядя вдаль, слушая шелест волн и перешёптывания деревьев. Луна и лунная дорожка, а также звёзды, - всё это серебро виделось Луциандру золотом, которое в шаге от него, которое можно потрогать, взять…
Но оставался насущный вопрос: как доставить всё это неподъёмное богатство на материк? Нужна надёжная команда, нужно избегать старых врагов, нужен хороший транспорт, в конце концов. Столько мифических вещей, столько допущений... Да ещё рифы вокруг острова и далёкое расположение от транспортных путей не внушали надежды на скорое появление парусов над горизонтом. Что же остаётся - строить какой-нибудь плот? Пока ещё есть силы в руках и энергия в теле.
- Ты что-нибудь придумаешь, Люций, - бубнил себе под нос Луциандр, играясь пальцами с монетой. - Что-нибудь придумаешь.
Возможно, он уже самый богатый человек Семи Морей. Только всё ещё ходит в лохмотьях и находится на богом забытом пятачке земли. Это проблема, большая проблема.
Это. И пересохшее горло.
Пролог
Ульрига спускалась по лестнице, держа осанку. Плечи молодой женщины были разведены до того, что казалось, лопатки трутся друг о друга при каждом движении. Волосы, стянутые на затылке, задирали голову.Подбородок вытянут вперед ровно так, чтобы губы выглядели очаровательно и пристойно. Полуопущенные веки добавляли образу Litta Arese таинственности и безопасности, так было проще не скатиться кубарем с лестницы. Узкие ладони молодая женщина скрестила на животе.
Заметив краем глаза движение внизу, Ulderiga Aurelia замерла. Служанка с уже округлившимся животом замерла под взглядом seсora
А в это время в другой реальности:
глаза спускавшейся по лестнице расширились от переполнившей их ненависти, сфокусировавшись на жалкой фигуре, неуклюже прячущей живот под растопыренными пальцами с забившей грязью ногтями. Ульрига скорчила пальцы и глухо зарычала, впившись в лиф платья. Забыв об осанке, она ссутулилась и рванула вперед. Нога подвернулась, как по заказу, воплощение злости и зависти скатилось кубарем, не спасли даже широко открытые глаза, и свернуло себе шею.
"Libre"
и поспешила дальше, неловко вдавливая голову в плечи,а Ульрига невозмутимо продолжила свой спуск.
Ulderiga Aurelia Litta Arese замерла перед главной дверью, строгая и прямая как палка. Через открытые створки она видела суматоху, которой сопровождается любой маломальски значимый отъезд. А уж подготовка к морскому путешествию заставила разверзнуться врата Ада в семейном гнезде Litta Arese.
Боковую дверь открыл личный слуга seсor, дражайший супруг прытко выскочил и
А в это время все там же:
лицо дражайшей супруги изуродовала сеточка морщин, носогубные складки очернили рот, перекошенный в крике:
- Mula, почему я?
изящно склонился над протянутой рукой супруги. Подаренный поцелуй можно было даже назвать нежным и любящим.
Остров Сирнетов. Следующее утро.
Луциандр вернулся к разрушенному заброшенному храму на следующее утро, чтобы ещё раз насладиться своим богатством, запустить руки в золото, но что-то неуловимо изменилось в этом разрушенном храме, какая-то деталь явно была лишней...
... стоило сделать ещё несколько шагов, как две старые заросшие растениями каменные фигуры странных крылатых чудовищ, стоящие у входа в храм, подняли свои каменные головы и уставились на незваного гостя.
Каменные чудища были похожи на мускулистых людей на голову выше Луциандра, с крыльями летучих мышей и головой крокодила, . Они не двигались, просто смотрели... на карман, где лежала монета взятая из храма. Кажется с доставкой его богатства возникла ещё одна незначительная заминка...
Причал
Вскоре "Альбатрос" наконец пристал к причалу. При ближайшем рассмотрении судно было изрядно потрепанным, но ещё довольно крепким. Те кто не разбирался в кораблях, вероятно, могли бы удивиться весьма слабому пушечному вооружению корабля, на палубе было заметно всего штук пять пушечек смешного калибра.
Те кто разбирались вполне могли бы заметить скрытые и хорошо замаскированные пушечные порты, которых было... много, настолько много что попахивало паранойей капитана, ведь это изрядно снижало полезную нагрузку судна. С другой стороны, такое судно могло возить самые дорогие товары, почти не боясь пиратов.
С корабля выкатился боцман с весьма неприятным обветренно-морщинистым лицом .
Он подошел к самой почтенной публике.
- Прошу прощения, капитан не смог вас встретить, он слегка захворал, добро пожаловать на борт, - приветливо улыбнулся он, хотя улыбка в его исполнении желания улыбаться в ответ не очень-то вызывала. Но, конечно, какой бы вид он не имел, он несомненно был хорошим опытным моряком, если уж стал боцманом на довольно крупным торговом судне.
Публики попроще, он просто махнул рукой. "Мол заходите, или вам отдельное приглашение нужно?". Публика была разная, но о некоторых можно было остановиться подробнее.
Во-первых, сухенький старичок с обветренным лицом и потертой шляпе. Его можно было назвать профессором, особенно учитывая что ожидая корабля он перелистывал какую-то толстую книгу, но его обветренное лицо, одежда иследователя, и внешний вид показывали, что он довольно много времени он проводит не в пыльных кабинетах.
Глазами Кота
В гавани сновали шлюпки, причаливали и отчаливали мелкие суда. Василий Царапов дождался, пока «Альбатрос» причалят с помощью канатов, с палубы спустят мостик и, внимательно присмотревшись к матросам, безошибочно определил старшего – боцмана. Человек с обветренным лицом пропускал на борт пассажиров и отдавал указания матросам.
– По сведениям от начальника порта ваше судно совершает рейс в порт Мугет? – обратился Василий к суровому боцману. – Я хорошо заплачу, если вы доставите меня и юную госпожу к побережью Монтень. Надеюсь, на верхней или средней палубе найдется свободная каюта для синьориты, ну, а я смогу ночевать и в кубрике с матросами.
Боцман окинул его равнодушным взглядом.
– Да, «Альбатрос» идет в Мугет. Ты, значит, с синьоритой? Но согласен ночевать с матросами?
– Не в первой… Не могу же я ночевать в одной каюте с леди?
Царапов протянул деньги.
– Четыре гильдера. – хмыкнул боцман. Сумма превышала плату за стандартный рейс. – Я распоряжусь насчет отдельной каюты.
– Когда отплытие?
Боцман покосился на уссурца, прищурив и без того узкие глаза.
– Ветер попутный. Погода располагает. Сегодня пополним запасы воды. Вечером или завтра утром можно и отвалить, – с расстановкой произнес моряк.
Василий бесцеремонно всучил один из мешков с поклажей матросу, которого боцман отрядил в сопровождение. Второй легко взвалил на плечо и взошел по трапу на палубу бригантины.
Лусия, с трудом пробравшись сквозь гомонящую и снующую толпу вслед за новоявленным слугой, завороженно разглядывала парусник, на котором ей предстояло путешествовать. Она раньше не видела так близко морские суда, и это показалось ей огромным и, как бы сказать помягче, не слишком надежным.
Лусия тихонько вздохнула и перевела взгляд на человека, с которым заговорил Василий. Неприятная улыбка заставила ее вздрогнуть, а холодный, ощупывающий взгляд поежиться. Она внимательно выслушала разговор, а когда боцман сказал, сколько же ее слуга заплатил за проезд, тихо ахнула. Четыре гильдера! Это довольно внушительная сумма, она не смогла бы себе такого позволить. Конечно, надо было вмешаться, но Василий уже шагал по трапу. И ей ничего не оставалось делать, как последовать за ним.
Она прошла по шатким мосточкам, ступила на палубу, стараясь не отстать от слуги, и все же задержалась на мгновение, оглянувшись. Пассажиры, желающие отплыть, все прибывали, около боцмана собралась изрядная толпа разношерстной публики. Лусия вдруг ощутила непреодолимое желание сойти с корабля. Смутно стало на сердце. Но в это время один из матросов, пробегая мимо, задел ее плечом. Она вздрогнула и быстро пошла догонять Василия.
С виду корабль казался маловооруженным и практически безобидным. Однако это впечатление было обманчиво: Вольдер приметил множество скрытых пушечных портов, благо, что еще не все позабыл, что узнал на реке… «Эх, может все в этот раз пройдет тихо-спокойно? Мечты-мечты…» - подумал айзен.
Боцман пригласил всех пассажиров на борт корабля. К кому вежливо обратился (дворяне, как-никак!). кому просто махнул рукой. Дорку второй раз махать не надо было, и он поднялся по мостику на «Альбатрос». Там следовал недолгий разговор с боцманом насчет каюты. Гильдеры сменили своего хозяина - и уроженец Фишлера отправился искать свою каюту. Правда, не сказать, что он особенно торопился.
Тем временем, на причале появилось новое действующее лицо, точнее целых два. Более точно, появилась очень богатая карета из которой вышел господин в роскошном платье, с очень надменным выражением лица, на котором явно было написано "Что я делаю среди этих плебеев?", причем тем же взглядом он смотрел даже на дворян.
Вокруг него начал виться господин в гораздо более простых одеждах купца средней руки, который до этого ждал в толпе.
- Так как, господин барон, могу ли я нижайшее попросить Вас взять с собой рекомендательные письма для моего непутевого сына? - льстиво произнес тот, предано смотря в спину барону.
Барон не глядя протянул руку в сторону, в которую господин положил связку каких-то документов. Барон не меняя презрительно-надменного выражения лица кинул запечатанные бумаги своего подскочившему слуге и поигрывая тросточкой пошел на корабль. Он так ни разу не посмотрел на купца и вообще казалось старался показать, что настолько выше всех на этом корабле, что остальные не достойны даже взгляда.
Если бы барон обернулся и умел разбираться в людях, он мог бы заметить, что купец смотрит ему вслед как-то насмешливо-презрительно, но он не обернулся и в людях барон разбираться считал ниже своего достоинства.
Лусия чуть отстала от своего нового слуги, поэтому на неё обратил внимание верзила в потрепанной одежде, судя по всему изрядно набравшийся в честь отплытия.
- Смотри какая цыпочка, - загоготал тот, подмигнул своему приятелю, который так же едва стоял на ногах, - я бы её... - тут он сделал руками вполне однозначный неприличный жест.
Не успела Лусия даже понять, что это говорят о ней, как... верзила отлетел в сторону получив мощный удар в челюсть и остался лежать на палубе. Удивительно, но проходящий мимо молодой человек в простой белой рубашке и черных штанах, умудрился уложить громилу, раза в два крупнее самого себя, всего с одного удара.
- Скотина, - прокомментировал полет молодой человек, развернувшись к девушке, не обращая внимание на шепчущихся между собой приятелей верзилы за своей спиной.
- Прекрасной сеньорите не стоит путешествовать без охраны, вы слишком для этого красивы, - галантно произнес молодой человек, - разрешите представиться - Роджер Блант, друзья меня зовут Весельчаком, - широко и открыто улыбнулся он, показывая справедливость этого прозвища, - Позвольте предложит вам свое общество и защиту во время этого несомненно приятного путешествия.
Роджер был одет в простую одежду, белая рубашка и удобные черные штаны, но рукоятка шпаги была украшена золотом и драгоценными камнями, перстень на левой руке казался очень не дешевым, а пряжка на ремне сделанной из настоящего золота. Впрочем, возможно все это было лишь очень искусственной подделкой, позолотой и стекляшками.
Василий заметил эту сцену, но успел добраться до Лусии только к концу диалога Бланта, как раз к тому моменту как толпа приятелей верзилы кажется пришла к какому-то решению, но пока они оставались на месте...
Уссурец в сопровождении матроса отправился на среднюю палубу: выбрать каюту и оставить в ней багаж Лусии дель Торес. Разобрать его предстояло позже. Лусия же задержалась на верхней палубе, разглядывая корабль и пассажиров.
Когда Василий вернулся наверх, то обнаружил молодую госпожу в окружении явно подвыпившей компании. У себя на родине Василий звал такие ватаги вполне определенным ругательным словом. На досках палубы в живописной позе раскинулся какой-то здоровяк, а парень, расшаркивавшийся перед Лусией, судя по всему, приложил к этому руку. Или даже ногу. Василий не видел, что произошло в его отсутствие, но заступничество незнакомца внушало уважение и некоторую долю симпатии. И ревности. Впрочем, последнюю недостойную эмоцию охотник постарался отогнать прочь:
– Что здесь произошло, синьорита?! – воскликнул он возмущённо. – Глаза меня обманывают и мы не в Водачче, а в Новгоровской подворотне?
Василий внимательно посмотрел на хулиганов, и во взгляде его светился гнев. Изучая противников, он обратил внимание на едва заметный налёт вальяжности и наглости в их манерах, который обычно сопутствует уличной профессии. Зрачки Василия сузились и стали напоминать кошачьи. Он прикидывал в уме, стоит ли заехать еще кому буйному для острастки в ухо или выкидывать за борт всех и сразу?
*несколькими днями ранее*
Эсси сидела на бочонке, и, угрюмо озирая окрестности, грызла сушеного анчоуса. Полупустой сундучок стоял у ног. На душе скребли кошки. Сквалыга-боцман скроил: провел ее жалование по статье юнги-первоходка. Команда не вступилась - что им малявка, который списывается на берег? Даром, что год вместе отбатрачили. С боцманом-то им еще ходить и ходить. Словом, купить место на подходящем корабле не на что. Эсси сплюнула и швырнула рыбий хвостик вечно голодным чайкам.
Закинув сундучок на спину, она двинулась в сторону портовых кабаков.
На шлюх, как обычно принявших ее за зеленого матросишку, девушка привычно не обращала внимания.
- Эй, bambino, а madre tu знает, где ты гуляешь?
- Заходи, к нам, ragazzo piccino, Челестина сделает тебя maschio genuino всего за пару сольди!
И так далее. Ничего нового. Эсси поправила поклажу и скрылась за дверью таверны "Румяный краб".
Внутри почти никого не было. Девушка сгрузила сундучок и стукнула по стойке монетой, привлекая внимание одноглазого бородача Фиделио.
- О, синьорина Эссильтия! Неужто списалась? Ба, а хмурая-то какая! Ей-ей, как таз зеленых лимонов сжевала. Дай угадаю - старый краб Газенцио зажал кровно заработанные звоны!
- Дай мне пинту пива, Фиделио. И заткнись уже, слушай. Без тебя тошно. - Метким щелчком Эссильт запустила монету на шляпу кабатчика и та покатилась по широким полям. - Скажи лучше, нет ли покупателей из Морских?
Веселье разом сошло с лица Фиделио - даже стали видны незагорелые полоски кожи вокруг морщин.
- Вона ты чего удумала, девонька... Не заходят они к нам. Кастилия близко, крыс слишком много. Вот что я тебе скажу... Поезжай в Монтень. Там близко. И корабль от лягушатников скоро придет. Помощник капитана ихнего на днях приехал. Может и возьмет тебя, ежели, кха-кха... отработаешь...
Эссильт покраснела.
- Старый ты греховодник!..
- Ишь, чего захотела, хе-хе... В матросы взять может, если хорошо попросишь. Жалованья не даст, скорей всего, а вот довезти - отчего бы нет?
***
Девушка и мечтать не смела о такой удаче. Помощник капитана (о чудо!) не только согласился выслушать, но даже ответил согласием и обещал жалование. Ударили по рукам. Эсси велено было явиться через четыре дня и показать боцману записку - несколько слов по-монтеньски, которые она не смогла прочесть. Ну да и Неблагие с ним. Где наша не пропадала?
***
Трехмачтовая шхуна швартовалась к причалу, на котором толпилась "чистая" публика, а чуть поотдаль - такие как Эсси. Всяк знай свое место. Девушка снова поправила сундучок. Сейчас "господа" пройдут, а там и ее черед настанет. Только бы боцман был на месте. Она стиснула записку и поднялась по сходням.
Боцман стоял к ней спиной, но спутать его было невозможно ни с кем - сколько раз гад-Газенцио стоял точно так же!
На палубе ее будущие товарищи задирали пассажирку из "чистых". Боцман не вел ни ухом, ни рылом, чтобы это прекратить. "Хороши же тут у вас порядочки..." Эсси, напустив на лицо отсутствующее выражение, дернула боцмана за рукав и протянула записку. Она уже представила "боевое крещение", которое ожидает ее ночью, и искоса наблюдала за повадками верзил. Кто заводила, как двигается, как и когда нападут дружки... Ей-то помощь от улыбчивого щеголя точно никак не светит.
*техническое*
На вид героиня выглядит как мальчик лет 14-15. Девушку в ней вообще ничего не выдает.
Когда прямо перед ней на палубу рухнул один из пассажиров, Лусия отшатнулась и замерла, пытаясь понять, что же происходит. Человек, явившийся причиной этого происшествия, неожиданно повернулся к ней и расшаркался, назвав свое имя. Девушка машинально кивнула, разглядывая незнакомца. Она почувствовала себя очень неуютно среди этих людей.
-Позвольте предложит вам свое общество и защиту во время этого несомненно приятного путешествия, - произнес между тем тот, кто предложил называть себя Весельчаком, и приветливо улыбнулся.
Его слова заставили Лусию очнуться и вспомнить о Василие, а тот оказался тут как тут, пробрался сквозь толпу и встал рядом.
– Что здесь произошло, синьорита?! - учлышав его голос, девушка неожиданно успокоилась и даже почувствовала себя увереннее.
- Где вы ходите? - спросила она с упреком. - Надеюсь, вещи вы оставили в каюте, а не бросили куда-нибудь в угол?
- Прошу прощения, капитан не смог вас встретить, он слегка захворал, добро пожаловать на борт
Ферозо Донни подхватил один из сундуков seсora Ulderiga Aurelia Litta Arese и тут же замер, услышав как она к нему обратилась:
- Pararse! Сеньор Донни, у меня к вам будет предложение.
Ферозо опустил глаза долу и почувствовал, как взмокла его спина:
- Сеньора Litta Arese, - начал он и тут же замолчал, почувствовав дурноту.
- Ты отнесешь вещи в мою каюту, найдешь того, с кем можно договориться о слуге на корабле, найдешь мне слугу на время путешествия, сойдешь с корабля и растворишься, растворишься так, чтобы даже мой муж тебя не нашел. До моего возвращения у тебя будет масса времени, чтобы зазубрить историю нашей поездки. Встретишь меня в условленное время. Если я не вернусь к положенному сроку, ты свободен. - Ульдерига говорила так тихо, чтобы ее мог услышать лишь слуга.
Изумленный Ферозо Донни едва не уронил сундук. Последнее, что сохранил в воспоминаниях его разум, это то, как seсora Litta Arese касается его руки, дабы передать кошель золота. Очнулся он на палубе корабля: "Найти капитана или, на крайний случай, боцмана и договориться о слуге".
Ульдерига ждала и думала о том, что условия ее путешествия будут далеки от совершенства. Она думала о том, что возможно игра не будет стоить свеч. Но иного выбора ей просто не предоставили. Тот, с кем у молодой женщины была назначена встреча, был однозначен в выставленных условиях. Ульдерига должна была прибыть к нему одна. Можно бы было и слукавить, взяв Ферозо Донни на борт, но обман мог стоить очень дорого seсora Litta Arese. К тому же Ферозо Донни был приставлен к ней мужем. Последний факт стал решающим для принятия решения.
Прибытие одного высокомернейшего господина не осталось незамеченным ни для кого. «Неужто он родственник одного из торговых принцев? Или он слишком мало был в Воддаче?» - подумал Вольдер, глядя куда-то в сторону. За время своего пребывания в этой стране он не раз видел, чем может обернуться хотя бы один неосторожный взгляд, не говоря уже о ТАКОМ поведении.
В своей каюте он оставил свою нехитрую поклажу. Где-то пара мешков. А в одном из них на самом дне находится шкатулка. А ключ к ней…точнее ключи к ней – у Дорка. Какого Шаттермана их нужно было столько, айзен не знал, но никаких возражений от него не последовало.
Оставаться в каюте было скучновато, а спать не хотелось (полдень как-никак!), так что мужчина поднялся обратно на палубу. А там намечалось нечто интересное… Вольдер увидел какого-то верзилу, говорящего о чем-то со своими приятелями. Судя по злобным взглядам и некоторым словам, которые долетали до уроженца Фишлера, разговор касался одного парня, стоящего рядом с женщиной. Присмотревшись, айзен нашел лежащий на палубе выбитый зуб. «Кажется, кое-кто за кое-что получил в челюсть. И навряд ли за невинный вопрос о погоде.» - понял айзен.
– Что здесь произошло, синьорита?! Глаза меня обманывают и мы не в Водачче, а в Новгоровской подворотне?- к девушке подбежал еще один. «Поверь, темные подворотни везде одинаковы, и их можно найти в любой стране. Впрочем, этим удобно пользоваться.» - подумал Вольдер.
Кажется, верзила с товарищами что-то решил. «А не много ли на троих?» - мелькнула мысль. Свою железную перчатку Дорк так и не снял.
Тем временем, где-то далеко в море на острове...
Утро встретило Луциандра холодным ливнем и порывистым ветром. Мореплаватель мигом вспомнил, как ему не хватало воды. Сначала он искал и подставлял под дождь всё новые и новые ёмкости - половинки кокосов, большие раковины, огромные листья, собственный рот; затем принялся переделывать свой жалкий шалаш, чтобы всё-таки укрыться от непогоды. Прилив, как и ожидалось, принёс крабов, которые спешили укрыться в неспокойных водах, но волны бросали их обратно на берег. Луциандр поймал пару ракообразных, но тут вдруг понял, что новый костёр развести не получится. За ночь он угас, палки вымокли от дождя, а для разведения огня с помощью куска увеличительного стекла, выломанного из нагрудных часов кафтана, требовалось солнце. Сокрытое мрачными тучами оно лишь изредка посылало дразнящие лучи, а иногда вместо этого в море ударяла молния. Луциандр дрожал от холода и страха при мысли, что молния таки подарит огонь бедняге, спалив всю зелень на острове.
Когда ненастье улеглось (грозовой фронт ушёл к южному горизонту, и молний в отдалении, казалось, стало ещё больше), Луциандр всё же развёл огонь, поджарил добычу, после чего убедился, что ничего не имеет против крабьего мяса, хотя ел с некоторым отвращением. Зубы продолжали стучать, человек дрожал, тихо поругивался. Но настроение никакая погода уже не могла омрачить. Луциандр грелся у костра, крутя в руках золотые монеты, рассматривая древних королей на них, похохатывал. Мечты уносили его на далёкие земли, где он уже будто строил бордели, дворцы, города…. Этих денег хватит на многое! На очень многое! И будь он проклят, если какой-то необитаемый остров, тропический ливень или молния сумеют его остановить!
Луциандр перекусил, подсушился у костра и на пробудившемся солнце, позаботился о том, чтобы ёмкости с водой были под навесом шалаша и не протекали. Настало время подумать о дальнейшем плане действий.
Если мыслить наперёд, то ему нужно убраться с острова. Для этого потребуется какое-то судно. Если посчастливится, то можно будет привлечь внимание проплывающего корабля сигнальным костром. Для этого нужно его заранее подготовить.
Но далёкое расположение острова от транспортных путей и коралловые рифы вокруг снижали шансы на такое спасение. Скорее всего, придётся выбираться самому. Построить плот? Или удастся отыскать лодку?
В любом случае, следовало бы ещё раз тщательным образом осмотреть остров – не завалялось ли где-нибудь ящиков или лодок. Всё-таки подземная сокровищница свидетельствовала о том, что сюда ступала нога человека.
Луциандр начертил палочкой на песке план действий:
1. Осмотреть храм, лес и берег. Лодка? Ящики? Доски? Брёвна?
2. Приготовить большой костёр на возвышенности. Из чего?
3. Подумать, как построить плот. Из чего?
Мореплаватель погрыз палочку, задумчиво глядя на последний пункт. Учитывая то, насколько остров мал, третий и второй пункт могли конфликтовать друг с другом. Стоит ли тратить ресурсы на разведение сигнального костра, если мимо вряд ли будет что-то проплывать? Или же лучше приготовить костёр, ведь, понятное дело, что не удастся даже десятой части сокровищ увезти с собой на хиленьком плоту? Если начнётся шторм, то хоть бы самому удержаться, а будь он набит тяжёлым золотом, то как пить дать пойдёт ко дну.
- Мда, Люций, задачка не из лёгких! – почесал затылок бывший пират.
Впрочем, плот к вечеру не построится. Будет время подумать. Поэтому Луциандр не стал ничего исправлять и дописал ещё несколько слов.
4. Рыбалка! Как?
5. Охота! На кого? Лук? Ловушки?
- Люций, тысячу ракушек тебе в задницу, ты ведь ничего из этого не умеешь!
6. Поддерживать огонь! Чем?
Оглядел свои лохмотья, поправил шляпу. Хмыкнул. Добавил:
7. Одежда (не важно)
Бросил взгляд на пляжный песок, на который накатывали волны. Кое-где ещё бродили крабы.
8. Запас еды. Резервуар для крабов и рыбы.
9. Женщина…
Луциандр улыбнулся. Песочная женщина могла бы скрасить его пребывание в таком суровом уголке природы. О, её всегда можно сделать влажной, тёплой, придать ей любые формы, любой возраст. Легко может получиться лучше портовых шлюх. И бесплатно! Девственно чистая, без всяких болезней. Молчаливая! На всё согласная! Можно бить хоть день и ночь! И почему на большой земле никто до такого не додумался? Хотя на плот её с собой не возьмёшь…
- Сотня морских черепах, да ты романтик, Люций!
А при желании можно превратить её в квадратного Боласа, чтобы поиздеваться над ублюдком, помочиться на него, избить. Разворотить череп, переломать все кости, вырвать кишки.
10. Золото!
Последний пункт не давал покоя Луциандру больше остальных. Он обвёл его кружком. Что с ним делать? Загадка, ответ которой лежал неизвестно где, но точно за пределами острова, очень далеко.
- Что ты видишь, Солнце? – задал вопрос в небо страдалец. – Какой корабль пошлёт мне судьба? Что это будут за люди? Смогу ли я им довериться? Якорь мне в задницу, разве преданность - не самый дефицитный продукт нашего времени?!
Была одна идея. Скверная, ненадёжная идея. Перед отплытием (неважно, благодаря чему – костру или плоту) закопать или завалить ветками вход в храм, взяв с собой лишь небольшую кучку золота. На транспортные расходы. И чтобы завладеть вниманием подвернувшейся команды. Если всё сложится, если люди покажутся на корабле надёжными (надёжнее, чем тот портовый сброд из пьяниц, пиратов и бедняков-голодранцев, который наберётся для такой почётной миссии), то можно будет рассказать сему экипажу о сокровищах. Ведь всякому нужно золото. И можно будет пообещать разделить его поровну…. Хе-хе, но потом…. Перед прибытием на большую землю можно будет сократить число людей для делёжки. О, какой план! А там, глядишь, и останутся лишь самые надёжные, которые помогут основать… свою империю!
Луциандр Святославный, повелитель Семи Морей!
Но пока лишь повелитель чёртового никому ненужного острова. И большой кучи золота, на которую нельзя ничего купить. Луциандр ещё немного потоптался возле своего шалаша, приготовил рогатину и вновь отправился изучить небольшой лес на наличие хищников или крупной дичи.
Он вновь встретил только попугая ара с яркой сине-жёлтой окраской. Тот величественно восседал на высокой ветке одного из широколистных деревьев.
- Ставлю на кон половину сокровищ, что птица будет повкуснее краба! – прошептал себе под нос Луциандр, наблюдая за попугаем.
Попугай был ещё молодым. Он с опаской относился к своему новому соседу. Но любопытство брало верх. Луциандр продолжал путь через джунгли, а попугай следовал за ним, шумно перелетая с ветки на ветку и опускаясь всё ниже и ниже. Человек облизывался, но старательно делал вид, что не замечает этого. В конце концов, попугай стал привлекать внимание покрикиванием. Кричал он, имитируя крик чаек. Луциандр присел на ствол поваленного дерева на опушке в противоположной от своего шалаша части леса, уделив внимание попугаю.
- Ну что ты хочешь, синезадый? Общения не хватает, мелкий вшивый чайколюб?
Пока Луциандр размышлял над тем, станет ли он таким же чайколюбом, попугай спустился ещё ниже, при чём спускался по стволу дерева он легко, точно обезьяна. Ловко цеплялся мощным клювом за неровности коры, иногда широко распахивал крылья для удержания равновесия.
И вот, он уже бродил по земле, поглядывая на заморского гостя то одним бусинкой-глазом, то другим. Что-то поклёвывал на земле, на своих лапах. Ходил кругами, будто приручал человека.
Рядом с Луциандром росло то ли молодое дерево, то ли куст, плодами которого были орехи. Мореплаватель знал, что тропические плоды часто бывают ядовитыми. Знал также, что орехи реже, ведь всё, что растёт в твёрдой защищённой скорлупе (например, кокосы), обычно съедобно и не представляет опасности для животных и человека. Но проверить всё же стоило.
- На, жри, половая тряпка.
Он расколол пальцами и бросил попугаю несколько орешков. Тот отыскал их среди зелени, начал грызть с довольным видом, потом, прожевав, выжидающе уставился на Луциандра. В скором времени не выдержал и снова заголосил по-чайкски, требуя добавки.
- Нравится? Ещё бы ему не нравилось, возомнил себя гребанным царём на сраном острове, - цедил сквозь зубы Луциандр, раскалывая орехи. – Бесстрашный ублюдок. Пищу ему тут подавайте на блюдечке. Синезадый чайкодёр. Хищников тут тебе не хватает. А то расслабился, я смотрю. Теперь, конечно же, я тебя познакомлю с самым опасным хищником Семи Морей...
Он протянул руку с орехами, выложенными на ладони.
- На, голубосраный. Кушать подано, Ваше Высочество.
Попугай подёргал головой вверх и вниз, нерешительно топчась на месте. Всё же он соображал, что человек может представлять опасность. Но молодость и неопытность взяли вверх. Он робко подкрался, иногда тревожно расправляя крылья.
Луциандр не двигался. Улыбался. Готовый в любую секунду схапать попугая руками. Ужин будет славным. Да и перьям найдётся применение, например, для шляпы. А из клюва можно будет сделать какой-нибудь инструмент или оружие.
Птица приблизилась к ладони и начала хватать клювом орехи.
- Да, да, маленький перьезадый говнюк! Радуйся, что я перекусил и мне пока хватает еды на острове. А ты… Тебя я приготовлю на какой-нибудь особый случай. Когда там у меня день рождения? Эх, нескоро ещё. Ну ничего, придумаем что-нибудь пораньше. Разве у нас не найдётся повода, а?
Он подставил согнутую в локте руку, и попугай запрыгнул на неё, крепко вцепившись когтистыми лапками. Ожидал новой порции сладостных плодов орехового дерева.
- Ленивый блохастый су… - ласково говорил Луциандр, и вдруг его осенило. – Болас! Болас Молотильня, вот ты кто! Ха! Вот как тебя будут звать, голубь ты мой ненаглядный! Болас, ты ведь запомнишь своё имя?
Попугай кивал, как и раньше, явно требуя ещё орехов.
- Что ж… Раз уж мы решили, как тебя зовут…
Попугай пронзительно крикнул, как чайка. Луциандр поморщился.
- Если так хочется общения, то почему бы тебя не научить человеческому языку, Болас? Что ты думаешь на этот счёт, а, ублюдок?
Попугай кивал. Луциандр дал ему ещё орехов. Несколько отправил в рот себе, уже убедившись, что их можно есть.
- Ну тогда повторяй за мной. «Я дурак!». «Я дурак!».
Он понёс попугая к пляжу, повторяя «Я дурак!» снова и снова. Попугай кивал.
- Тысяча морских дьяволов, Люций, да это твоя самая лучшая идея!
Они шли ко входу в храм, солнечный диск неспешно подбирался к зениту, а на водах сине-зелёного моря до самого горизонта во всех направлениях не было ни единого судна.
- Я дурак! – повторял Луциандр, щекоча пальцем горло и грудку попугая ара. – Я дурак! Я дурак! Болас, повторяй, я дурак! Дурак я!
Когда появился Василий Роджер очень внимательно и подозрительно посмотрел на него, в глазах почему-то мелькнуло раздражение, но когда Лусия сказала про вещи оно пропало.
Он что-то хотел сказать, но приятели громилы, который так и не поднялся после удара, все-таки решились. Один из них подскочил и ударил Роджера небольшой палкой. Весельчак отточенным движением ушел от удара.
Приятелей громилы было не так уж много, всего четверо, но на причала местный сброд заметил, что оборванцы на корабле решили накостылять "почтенным господам" и тоже собрался поучаствовать в этом развлечении.
Баюн прикусил губу. С холодной ненавистью он посмотрел на приближающийся сброд, достал стрелу из колчана, положил ее на тетиву и невозмутимо прицелился в грудь первого нападающего.
– Стоять на месте, <цензура>. Второго предупреждения не будет.
Применяю воздействие Острого ума «запугивание» на группу нападающих с причала.
Запугивание:
Используемая характеристика: Стойкость
Сложность: Стойкость цели x 5
Эффект: Запугивание Стойкость Цель получает пенальти в 1 несохраняемый кубик + 1 дополнительный кубик за каждый сделанный подъем на действия напрямую направленные против героя до конца Сцены.
Воздействие более чем на одну личность:
Если Герой хочет повлиять более чем на одну цель, используя эту систему, он должен учесть уровень противника, с которым он столкнулся. Для этого используются следующие правила.
Злодеи: Герой может воздействовать одновременно только на одного злодея.
Помощники: Герои могут воздействовать более чем на одного помощника в один момент времени. Каждый дополнительный помощник требует одного подъема
Приспешники: Для того, чтобы подействовать на отряд приспешников достаточно одного немодифицированного (то есть обычного, как будто против одиночного Героя) броска. Каждый дополнительный отряд требует подъема.
Четверо матросов-приятелей громилы наконец-то на что-то решились. Во всяком случае, один из них, да и остальные стали подбираться к Весельчаку. Впрочем, не только они одни. На корабль попытались пролезть несколько оборванцев, причем не желая спрашивать на это разрешения. Да и о честной драке они ничего не знали…придется вмешаться.
- А вас не слишком много будет на двоих или вы так долго болели, что это будет считаться честным? – осведомился он у матросов, шагая к центру событий. Ладонь под панцерхендом начала зудеть, как это обычно бывает перед какой-либо заварушкой. У кого угодно примерно такая особенность найдется.
Тем временем парень (тот, что спрашивал про подворотни) достал лук и стал угрожать оборванцам. Может сработать, но лучше перебдеть… айзен словно невзначай оказался не слишком далеко от лучника. Если люди улиц не испугаются стрел (кстати, отчего именно лук?), то можно будет оказаться рядом и помочь.
сноска:
Статус: готов к драке. Защищает себя и Роджера с дамой, а также Баюна
Вопрос Лусии повис в воздухе. А события вокруг стали стремительно разворачиваться. Толпа на палубе подалась назад. На господина в белой рубахе бросился с палкой один из пассажиров, Баюн достал лук и целил в толпу, а девушка замерла, чувствуя, как воздух вокруг буквально сгущается. Она огляделась, понимая, что оказалась в центре воронки, которая стремительно затягивает в свои недра новых участников заварушки. Вот появился еще один человек, решивший вмешаться... Что же будет?
Боцман, не глядя, взял записку, махнул рукой в неопределенном направлении и удалился. Девушка, стараясь не глядеть на намечающуюся потасовку, побрела вдоль борта туда, где, по ее расчетам должен быть спуск в кубрик, но остановилась. Не может такого быть, чтобы боцман не одернул бездельников, не пригрозил девятихвосткой. А то и не отходил по первое число. Или он плохой боцман, которого списали бы в первом же порту не дав и фальшивого пенни, или это не его молодчики.
Словно в ответ на эту догадку с причала к сходням двинулись не менее оборванные типчики. Некоторых из этой шатии-братии Эсси видела в порту каждый день, пока ждала шхуну. Это местное отребье. Решили, значит, поживиться под шумок. Авось немножко ржавчины со свежих жмуров перепадет. Ну-ну. Может, в этот раз и без крещения обойдемся.
Девушка пнула сундучок, чтобы он отъехал как можно ближе к борту и большим бочкам с пресной водой - не хватало еще, чтоб кто-то стянул в заварухе. А сама деловито направилась к сходням. Старик Рори, конечно, посмеялся бы, но она прекрасно помнила, как он удерживал на дворе десяток буйных молодчиков, стоя в дверях таверны. Оставил тогда старый Финнеган мно-о-огих без зубов да с подправленными носами, а кабатчику всю утварь сберег целехонькой...
Эсси не лгала себе - до Рори ей куда как далеко. Но кое-что и она может. Тем более, что всерьез ее эта братия не примет. Когда шаткие доски сходней запружинили под ногами, девушка вынула из скрытых в одежде ножен кинжал отца и принялась с деланой задумчивостью ковырять в зубах.
- Никак вербоваться надумал, mac striapaн*? Тьфу! - она плюнула за борт - Чертовы анчоусы, вечно на зубах навязнут... До полудня далеко? Скорей бы харчей отсыпали! Маковой росинки с утра не было, веришь? Местный кок, болтают, сквалыжник еще тот... Отощаешь, ей-ей, не хуже меня, ежели тоже сдуру на это корыто подпишешься. Клянусь Виландовым frйamh**, корешок!
*сукин сын (гаэльск.)
**корень, применяется, ясен пень, иносказательно (гаэльск.)
техническое:
Персонаж блокирует сходни (переместилась на ту клетку, которая еще на корабле прямо перед НПС). Оружие перешло в руки, готова к атаке.
Когда Баюн начал запугивать противников, он заметил у них странно расширенные глаза и застывший взгляд. Несомненно сброд, лезущий с пристани, находился под действием каких-то дурманящих веществ. Вероятно, эта толпа недавно вышла из какого-то опиумного притона, которых немало находиться в порту. В нормальном состоянии этот сброд никогда бы не полез в чужую драку, но наркотик отключил им все инстинкты самосохранения...Испугать их было почти невозможно, но уссурецу почти удалось сделать невозможное... его противники заколебались, увы почти в бою не считается, в результате оборванцы только пришли в ярость...
Получилось все наоборот, если до этого его противники не доставали оружия, рассчитывая на свои кулаки и "честную" драку, то теперь они вытащили длинные ножи, которыми удобно резать в подворотнях.
Но в бой вмешался молодой человек, даже вероятно ещё мальчишка, бесстрашно встав на пути нападающих. Разумно ли было ему одному драться сразу против шестерых? Видимо, паренёк считал, что да... Впрочем, вшестером там его противники развернуться, конечно, не смогут...
Роджер обменивался ударами со своим противником, пока больше уворачиваясь чем нападая. Трое остальных же, размахивая дубинками, набросились на уроженца Фишлера, видимо решив что он самый опасный противник из всех. Вольдер с легкостью парировал два удара и без труда увернулся от третьего, заметив что его противники были далеко не великими бойцами.
Запугивание 19 при сложности 20, почти удалось (но у нападающих отключено самосохранение поэтому их запугать намного сложнее)
нападение на Вольдера - промах (атака 10 при защите 30)
Вольдера, Санни вы можете атаковать. Волдер может атаковать дважды или отложить атаку на потом.
Ум подвыпивших идиотов движется исключительно прямыми путями. Четверка оборванцев, обменявшись односложными репликами и выкрикивая ругательства на водачче, набросилась на «богачей». Весельчак легко ушел от удара. Здоровенный айзенец, ставший на защиту пассажиров, оказался лицом к лицу сразу с тремя бандитами. Боевая стойка уроженца Фишлера выдавала тренированного бойца, закованный в железо кулак сверкнул на солнце. Баюн одобрительно кивнул. С этой стороны можно быть спокойным. Четверым хулиганам на палубе придется иметь дело не с мягкой леди, а с каленым железом.
Четыре или пять темных теней, с ног до головы закутанных в широкие заплатанные плащи, метнулись с пристани к трапу. Угроза не остановила нападавших. Сверкнули ножи. Случайные прохожие бросились врассыпную.
Однако, взойти на трап бандитам не удалось.
Худосочный юнга метнулся наперерез говнюкам, закрывая путь на корабль. Мальчишка задорно ругался на авалонском и, картинно играя, перебрасывал свой нож из руки в руку.
– Аагргхх… – простонал Василий. «Что за балбес? Куда он то лезет? Думает, у него, как у кошки, девять жизней? Как бы в парнишку ненароком не попасть».
Василий тщательно прицелился в разбойника, который наседал на юнгу.
– Десять негритят отправились обедать, – недобро ухмыльнулся уссурец и отпустил тетиву. Впереди раздался короткий крик и грохот.
– Один поперхнулся, их осталось девять.
Каким бы безрассудным не был авалонский юнга, позицию он выбрал грамотно. Вряд ли у трапа его смогут атаковать более двух соперников сразу. Впрочем, проверять, насколько долго пацан сможет удерживать бандитов, Василий не стал.
Ноги уссурца сами побежали вперед, руки бросили ставший бесполезным лук на палубу. Топор Василий доставал уже на бегу. Подчиняясь ритму ног, пульс оборотня ускорил работу. Нос втягивал воздух с удвоенной скоростью, а сузившиеся зрачки подсказывали ногам, куда бежать и прыгать, рукам – куда бить, предоставив высшим нервным центрам временно отключиться от работы. Из горла Баюна вылетел негромкий воркующий рык, который вряд ли кто-то слышал за пределами уссурских лесов. Впрочем, в лесу его тоже слышат только один раз. Последний. Запах живого мяса и людского страха ударил в мозг. «Убей, рви, кромсай!» – нашептывал внутренний хищник. Оборотню приходилось прикладывать волевое усилие, чтобы удержаться от превращения. Только не сейчас. И не здесь.
Действия:
Баюн стреляет из лука в одного из нападающих с причала. Перемещается к трапу, если на смену оружия очки действия не тратятся, то меняет оружие на топор, в обратном случае в начале следующего раунда пользуется кулаками)
Уссуриец выстрелил его стрела точно поразила свою цель. Оборванец свалился с мостиков сжимая руками стрелу. Кажется он так и не сумел понять, что всемогущество, которое ему дарил наркотик оказалось лишь иллюзией.
НПРГ:
Попал, атака 17 при защите 15.
Трое из четверых услышали насмешку айзена и решили намять ему бока дубинками. Не вышло: Волькеру встречались бойцы куда умелее этих, так что ничего кроме легкого ветерка (который пришелся весьма кстати на этом солнцепеке) ему не досталось. Четвертый наседал на Весельчака, но тот справлялся.
- Даже ребенок лучше бы с этими палками управлялся, чем вы! Или вы точно очень долго болели? – Дорк продолжал дразнить противников. Разъяренные бойцы совершают куда больше ошибок. Однако следовало заканчивать с этим побыстрее: сзади был какой-то подозрительный шум, а оглянуться, чтобы выяснить в чем дело мешал хороший шанс получить по голове.
Один из противников заработал удар в солнечное сплетение. Должен был заработать, если Дорк не промахнулся. Впрочем, второму из троицы пришлось хуже: наемник ударил его левой рукой, метя в подбородок. А у айзена на левой руке был панцерхенд, встреча с которым противопоказана, если вы хотите сохранить все свои зубы целыми, а лицо красивым. Удастся ли это сделать второму?
действия:
Провожу две атаки в ход по нападающим.
Обе атаки оказались настолько сокрушительными, что нападающие не успели ничего даже сообразить. Все-таки сражение с настоящим воинов это не тоже самое, что кабацкие драки. У Вольдера остался один противник, который начал вести себя намного осторожнее.
НПРГ:
Обе атаки успешны.
Оба удара попали куда надо. Один оборванец лежит на палубе и стонет, вставать и продолжать драку не спешит. Второй же просто лежит. То, что у него не хватает пары зубов, он узнает только когда очнется Боевая перчатка – вещь страшная в рукопашном бою.
Последний из троицы, учел печальный опыт товарищей и к драхену в пасть лезть не спешил.
- Не стесняйся. – Волькер улыбнулся своему противнику. Улыбка вышла не очень из-за отсутствия нескольких зубов, а оборванец рваться в атаку не спешил. Что ж, раз не хочешь быть первым…
- Ну что ж, тогда я начну… - с этими словами Дорк направился к своему противнику. Первым ударил бандит. Вольдер нарочно дал ему такой шанс. Дальше он планировал отразить удар панцерхендом и быстро вырубить усатого. Дальше следовало бы помочь Весельчаку, если успеет, а то он что-то долго со своим возится…
действия:
Направляется к противнику, провоцирует на удар, после чего контратакует. Если тот не собирается бить первым, то проводит апперкот перчаткой. Если остается время – помогает Роджеру с последним из четверки
День не задался.
День не задался с самого утра, впрочем, это было одним из обыденных его состояний, обыкновенных, привычных, ставших рутиной.
- Disgustoso* - констатировал я, глядя на тонкие шёлковые простыни, обильно перепачканные бурыми потёками, и закашлялся. Неторопливо взял с маленького столика в изголовье бокал (это удалось отнюдь не сразу – руки мелко дрожали), отхлебнул воды. В висках словно постукивали маленькие молоточки, комната чуть раскачивалась.
- Disgustoso – повторил я.
***
Завтрак отчасти вернул меня в доброе расположение духа, и изрядно подправил состояние тела. Хозяин гостиницы, взглянув на два с половиной сенатора - оплату за номер, испорченную постель, и пищу, расщедрился, притащив помимо «морского сома, запеченного под сырно-грибным одеялом» ещё и карпаччо из осьминога, подав ко всему этому великолепию «Черные слезы» - терпкое, густое как смола вино, цвет которого практически соответствовал названию.
Впрочем, хорошее настроение исчезло, как и пришло, когда на пороге гостиницы возник мальчишка – гид, из тех, что за мелкую монетку готов провести своеобразную экскурсию по городским улочкам, передать записку или сообщение.
- Господина ди Анжелиса просят прибыть в контору «Бьянджи».
***
- И вы, вы не нашли ничего лучше, чем отправить карты вместе с их автором?! – я был готов кричать на сопровождающего.
- Во-первых, не я, - Берто Конте, личный секретарь господина Бьянджи, невысокий юноша лет двадцати от роду, пытался оправдываться, - а мой непосредственный патрон. Он доверяет вам, практически как самому себе, к тому же если я не ошибаюсь, то вы собирались предпринять путешествие куда-нибудь.
- «Куда-нибудь», - я осторожно обогнул уличного торговца с лотком в руках, - означало «отдохнуть»! А не заниматься транспортировкой… У конторы закончились курьеры, Берто?
- Господин Бьянжи полагает, что вы гораздо лучше любого из курьеров, по меньшей мере – по способности защитить груз в случае непредвиденных обстоятельств.
« Ну-ну… И когда же наступит то утро, когда я буду просыпаться нормально, а не чувствовать себя выпотрошенной рыбой?»
- К тому же за ваше путешествие – как туда, так и обратно – оплачено вперёд, заранее зарезервирована каюта…
- Без этого и речи о доставке не шло, - хмыкнул я.
- Несомненно. Кстати, господин ди Анжелис, мы почти пришли, - Конте указал на мачты, виднеющиеся из-за домов.
***
Искомую трёхмачтовую шхуну долго искать не пришлось – она оказалась у одного из пирсов практически у входа в порт, но с погрузкой дело обстояло непросто – на юте и у кормовой сходни шла потасовка, за которой с интересом наблюдали остальные пассажиры. Группе оборванцев противостояли несколько человек – юноша лет 14-15 с кинжалом в руках, высокий жилистый парень с топором, мужчина в латной перчатке («Айзенец» - мгновенно мелькнула в голове мысль), и молодой человек в простой одежде.
- Погрузка задерживается, - мрачно ухмыльнулся я, и протянул Конте тубус – футляр с картами. – Стой здесь, а я попробую ускорить процесс, распугав piccoli pesci**. Мне абсолютно не хочется сидеть в порту вечно.
Вытянув пистолет из сумки-кобуры, я неторопливо направился вдоль пирса к кормовой сходне.
Драться не хотелось совершенно, при мысли о рапире в ножнах каждый раз из памяти всплывали замаранные бурыми потёками шёлковые простыни. Тем не менее, я спокойно взвёл пружину, остановился недалеко от сходни, и повернулся к сброду всё ещё остававшемуся на берегу.
- Avete una scelta***, - я кивнул в сторону от «Альбатроса».
________
* - отвратительно
** - мелкая рыбёшка
*** - у вас есть выбор
Техническое:
Местоположение персонажа - С15.
Клинки в ножнах, пистолет в левой руке, взведён, но пока что опущен вниз.
Предлагает оппонентам "сделать ноги".
Если такой момент сложно реализовать - можно трактовать как "запугивание", то, что раньше применял
Тактика "заболтай вусмерть" не сработала. Громилы со остекленевшими глазами перли вверх по сходням, не обращая на Эсси ни малейшего внимания: оно было приковано к замершим в испуге дамочкам в богатых одеждах. Девушка уловила и подхватила ритм, в котором раскачивалось дерево. Любители запретного дурманого зелья, как она знала по опыту прошлых потасовок, не отличаются ловкостью. Пусть-ка попробуют помахать своими ковыряльниками, когда ноги плохо держат, а доски ходят ходуном...
... короткое "тень-нь-нь" за спиной и свист стрелы послужили сигналом: молясь про себя Виланду-кователю, чтобы неизвестный лучник выбрал воняющего чесноком мордоворота, которому осталось до нее всего полшага, Эсси порскнула к его дружку чуть поотдаль.
- Ой-ой-ой, дяденька, да у тебя никак ножичек! Не трожь сиротку! - со стороны могло показаться, что она бросилась головорезу в ноги. Эсси ударила громилу в низ живота и рванула кинжал вверх, почти до самых ребер - горячая кровь потекла на руку -, чуть повернула, и выдернула. "Хорошо, что еще сала не нажрал, crбin brйan*, так черта с два я пробилась бы к твоему ливеру..."
Виланд сегодня был благосклонен к дочке кузнеца, даже так далеко от родных зеленых холмов он послал ей толику божественной удачи. Стрелок выбрал того, что шел первым. Чесночник рухнул в воду со стрелой в горле. Эсси подпрыгнула на дрожащих досках сходен, прошмыгнула на освободившееся место и со всех сил пнула третьего любителя дурмана прямиком в опорную ногу. Назад, скорее назад!
Девушка отбежала к самой палубе, боясь поверить собственной удаче - тот зашатался, смешно размахивая руками, и рухнул в воду. "Как мешок с дерьмом!" Эсси остановилась, силясь унять колотящееся сердце. Сзади загрохотали тяжелые шаги. Она на мгновение обернулась: высокий, аккуратно и чисто одетый парень, рыча, мчался к сходням. Дружки злосчастной троицы не спешили вперед. Победа, или передышка?
* вонючий хряк (гаэльск.)
После того как ещё один громила рухнул на доски, обливаясь кровью, наступила тишина. Кажется двое последних, оставшиеся на пирсе, стремительно приходили в себя. Но судя по искаженным яростью лицам, потеряв друзей-приятелей, отступать они не собирались.
Эти двое были очень похожи друг на друга внешне, вероятно приходились друг другу братьями и судя по их дальнейшим действиям, до того как опустились, они были акробатами или гимнастами в цирке.
Синхронно отбросив полы плаща, они начали действовать почти одновременно. Мгновение - и в руках оказались тяжелые метательные ножи. Ещё миг и они полетели в тех, кто убивал их приятелей. Отточенные движение и такая почти идеальная синхронность могли быть только у артистов цирка.
Братья-акробаты ещё не поняли, что говорит им человек с пистолетом неподалеку, они исполняли смертельный номер... для их противников. К счастью и Эсси и Баюн сумели уклониться от смертельных подарков.
У Весельчака и Вольдер противники тоже оказались куда сильнее тех, кого Вольдер только что уложил. Если Весельчак со своим противником устроили целый танец, обмениваясь с друг другом шквалом грязных и подлых ударов, то противник Вольдер наоборот приближался медленно, прикрываясь дубинкой, и пытаясь оценить своего врага. Вольдер уже не ожидая от этого врага умения сражаться по настоящему был неприятно удивлен, когда тот сумел достать его неожиданным ударом дубиной, к счастью нанесенным вскользь.
Откуда-то из воды раздался поток грязной ругани, среди которой сопливый молокосос было самым вежливым. Судя по тому что ругань приближалась, бугай, которого уронила Эсси, карабкался на корабль.
НПРГ:
Вольдер получает 9 поверхностных ран. Остальные промахнулись. Бугай, упавший в воду, получает серьезную рану от падения. Оставшиеся противники перешли в ранг помощников, теперь бой 4 на 4.
Ульдерига сделала единственно возможное для себя в этой ситуации. Старательно пятясь, она достигла противоположного борта корабля. Встав рядом с представительным старичком, молодая женщина подняла вуаль с лица.
- Azote, - прошептала seсora Litta Arese, - где капитан? Где матросы?
Яростно закусив губу, Ульрига осторожно зашла за спину старичка, прижав руку к корсету, холодок спрятанного кинжала успокаивал и дарил чувство относительной безопасности.
Совершенно не хотелось начинать путешествие с "пачканья рук", но если ей не оставят выбора, Ульрига нащупает нужные нити. Ферозо Донни предусматрительно не показывал носа.
Ульдерига оглядывалась в поисках того, кто смог бы помочь.
Мальчишка, преградивший было путь отребью, и не думал отступать и ретироваться. Но это пугало не так, как девушка, застывшая в самой гуще схватки, seсora Ulderiga Aurelia Litta Arese никак не могла решить дилеммы: позвать девушку и тем самым привлечь к себе внимание, или оставить все так, как есть.
Судя по тому, как юрко мальчишка увернулся от летящих кинжалов, помощь ему могла бы лишь помешать.
А вот девушка не предпринимала никаких усилий для собственного спасения.
- La seсora joven, -решилась Ульдерига, - очнитесь! escapar!
Оставалось надеяться на то, что отребья не совсем потеряли разум и испугаются связаться с ведьмой.
Техническое:
Ульдерига отошла к профессору, оружия не показывает, но откинула вуаль с лица
Отступила Эсси вовремя - у плеча просвистел тяжелый нож, запущенный типусом с пристани. Девушка прыгнула под защиту борта и замерла. Повезло. Снова. Нужно будет принести Виланду жертву, когда все закончится. Немного крови на крошечную крицу-амулет на шее - совсем немного, но отданной добровольно. Треба невелика, но все же полузабытому богу предков будет приятно. Стрелок смог увернуться от второго ножа. Может, и ему перепало удачи?
Откуда-то снизу слышалась брань. "Жалость всегда слишком дорого обходится, inion*" Отец каждый раз так говорил. Перед тем, как взяться за ремень. "Ты не можешь себе позволить кого-то жалеть, пора бы уяснить." Нужно было вспороть второго как свиную тушу. Нужно. Потому что теперь он снова лезет сюда. И лезет за ней. Эсси прислушалась. Пряжки громилы царапали доски на расстоянии вытянутой руки. Скоро он покажется над бортом... На всякий случай девушка показала за борт, а потом чиркнула кинжалом возле шеи - может, не будут лишний раз рисковать.
Неблагих тебе в стойло, она ведь не может высовываться - кто знает, сколько ножей осталось у тех, на причале! Оставалось ждать, когда его голова поднимется над бортом. Ругательства, казалось, раздаются над самым ухом. На лицо девушки упала соленая капля - ладонь громилы с размаху плюхнула о край борта. Эсси подобралась, прижавшись спиной к дереву обшивки и приготовилась к броску. Над ее головой возникла заросшая щетиной грязная шея. Мгновения, пока мордоворот не взглянул вниз, хватило. Девушка резко выбросив левую руку вверх, схватила недобитого противника за бороду и дернула вниз. Прямо на подставленное острие кинжала.
- Trua rodaor**. Ты не заработал на жалость.
Темная кровь хлынула на то место, где только что сидела девушка. Тело верзилы, сверкнув второй "улыбкой" полетело за борт. Эссильт уже отползла в сторону от сходней и притаилась. Если кто-то попытается подняться на корабль здесь, она услышит. И посмотрит. Где бы отмыть руки и нож от крови того хряка?
*девочка в значении "дочка" (гаэльск.)
** Жалость слишком дорогостояща (гаэльск.)
Скрытый текст - Техническое:
Essylt: 1V10 => 2 ; 8 ; 1 ; 16 ; 1
Атака при помощи ножа. Используется преимущество "маленький" для скрытности. Прикинула, что с контуженным противником справлюсь в любом случае)))
В продолжение боя персонаж вмешается, только если попросят. Если снова кто-то пойдет по сходням, она вмешается с лишь небольшой долей вероятности.
Переместилась на С12
Лицо Василия приняло нечеловеческое выражение, он одним прыжком перемахнул через трап – и оказался на пристани. Разбойники шагнули навстречу, в их руках появились и закружились ножи, поблескивая зловещим серебристым светом.
– Трое негритят в зверинце оказались, – засмеялся уссурец, обращаясь неизвестно к кому.
Его смех царапал по коже, как битое стекло. В то же мгновение он прыгнул на ближайшего противника. Движения их смешались в клубок мельтешащих теней.
Разбойники двигались быстро, но и Василий не проигрывал им в скорости. Даже несмотря на то, что дрался один против двоих, уссурец уходил от наносимых ударов. Несколько мгновений схватки – и правая рука разбойника безжизненно повисла вдоль тела, рассеченная ударом топора пониже плеча. Но разбойник еще пытался сопротивляться. Несколько раз казалось, что он вот вот достанет Баюна, но тот каждый раз уклонялся за секунду до удара.
Ножи в очередной раз вспороли пустой воздух, зато топор уссурца прилетел точно к шее разбойника. Словно в кошмаре оборотень отрубил голову своему противнику, обнажая разрезанные сосуды и кости позвоночника. Резко запахло кровью.
– Одного схватил медведь, и вдвоем остались, – издевательски пропел Баюн и медленно надвинулся на второго врага.
Действия:
Две фазы раунда использую для атаки одного соперника. С броска на атаку 18 ; 12 ; 9 ; 29 явно попал. Второй дайс похуже: 7 ; 4 ; 8 ; 6. Если нужно, добавлю кубик драмы, чтобы добить соперника. Убийство максимально кровавое, чтобы повысить фактор страха
Лусия медленно отвела от лица палку с воткнутвшимся в нее ножом. Все происходящее по-прежнему казалось ей спектаклем, одним из тех, что ставили в летнем театре в поместье отца. Он, его друзья, да и Алваро, любимый брат, предпочитали, когда по сцене, гремя доспехами, скачут "воины", раздавая друг другу тумаки и щедро поливая подмостки бутафорской кровью. Дамы в таких случаях просто удалялись в другой конец парка, где наслаждались светской беседой или играли в крокет.
Лусия, ни в чем не отстававшая от братца, оставалась до конца спевтакля, когда главный герой, потрясая окровавленным мечом, произносил заключительный монолог, вызывая у старших слезы, а у Алваро подозрительное сопенье. Но сама девушка реагировала на все это гораздо спокойнее. Она почему-то представляла, что в жизни все это выглядит не так торжественно и героически.
И вот сейчас, когда вокруг нее разворачивалось самое настоящее сражение, Лусия словно сравнивала его со спектаклем.
Вот человек в белой рубашке танцует странный танец, уворачиваясь от ударов, вот высокий, выражающийся несколько витиевато пассажир сбивает с ног одного за другим трех нападавших, вот Баюн пускает из лука стрелу, и взбирающийся по трапу человек, обливаясь кровью, палает в воду. Дальше смотреть сил у Лусии не было, она почувствовала, как закружилась голова, но тут же услышала, как наяву, голос брата:
- Держись, сестренка, на свете два раза не умирать. Ничто нас в жизни не сможет вышибить из седла.
Она присела, нашарила под ногами палку, которую выронил первый нападающий, и снова поднялась. Нет, конечно, вряд ли она сможет вступить в драку, но с палкой в руке девушка почувствовала себя лучше. Внезапно что-то сверкнуло перед глазами. Она машинально прикрылась палкой, и вот теперь напряженно разглядывала воткнувшийся в нее нож.
Баюн буквально разорвал своего противника на куски, заставив побледнеть от страха второго метателя ножей. Тот в ярости метнул два кинжала в оборотня, но так и не сумел попасть, хотя от одного из кинжалов, летящего прямо в голову, уссуриец увернулся в самый последний момент.
Вольдер пришел в себя от удара дубинкой и нанес мощный удар панцерхэндом прямо в голову оставшемуся противнику. Противник рухнул на палубу, но все-таки сумел встать, хотя лицо заливала кровь, а он сам слегка пошатывался. Но ни кровь, ни рана не помешали нанести ему подлый, но сильный удар дубинкой по плечу Вольдера. Острая боль показала Вольдеру, что эту рану не стоит недооценивать.
Для Ульдериги внезапно палуба боя расцвела яркими красками и она увидела линии судьбы участников боя. Толстые ярко-красная линия тянулась от Роджера к Лусии и такая же линии шла от Баюна и уходила куда в глубь корабля. "Вожделение" - догадалась она - "и возможно в будущем любовные связи". Удивительно, но лежащего громилу и Весельчака, его ударившего, связывала какая-то тонкая серая нить. Деньги? Договор? Обязательство?
НПРГ:
Баюн убивает одного противника, второй дважды атакует, но безуспешно.
Вольдер получает первую Серьезную (драматическую) рану, его противник - тоже (он сейчас истекает кровью).
Не люблю, когда мне грубят. В конечном счёте, даже при незнании положения собеседника в обществе, есть обращения, которые универсальны, например, cittadino*. А тут… Впрочем, ждать вежливости от уличного сброда по меньшей мере глупо. А если означенный ещё и проигнорировал доводы разума, то это полностью его проблемы. Большие проблемы, судя по тому, как парень, спрыгнувший с корабля распотрошил одного из любителей фокусов.
- Sbagliato**, - сухо ответил я и скользнул вправо, так, как когда-то меня учили в фехтовальной школе. Поднять пистолет было делом мгновения, тонкий ствол, достигнув нужной точки чуть раскачивался, выписывая едва видимую глазу «восмёрку». Шевеление указательного пальца – и колёсико завертелось, подчиняясь пружине, высекая искры, одна из которых и отправила пулю в полёт.
Оружие нырнуло в сумку, а дага, сухо лязгнув об оковку ножен, очутилась в правой руке.
«Ты стерпишь бескровие. Рапира – нет».
_________________
* - гражданин
** - неправильно, неверно.
Техчасть:
Переместился в квадрат F18. Стреляет в уцелевшего акробата, стараясь не зацепить Василия (который, по идее, должен находиться в квадрате G15), после чего готовится к защите, если оппонент жив.
Исходный защитный навык - парирование.
Выстрел заставил последнего из противника пошатнуться и схватиться за бок. Акробат посмотрел в лицо убийце своего брата, что-то непонятное прошипел на местном наречии и бросился бежать.
НПРГ:
Противник получает серьезную рану (из двух возможных) и начал убегать. Если хотите можете попытаться его догнать.
Айзен скривился от боли в левом плече. Кажется, успешно атаковать перчаткой в ближайшее время не выйдет. Впрочем, Усатому было куда хуже. Тот уже пошатывался и сплевывал зубы. Ровно пять зубов ему выбил Волькер. Узнай он об этом, то наверняка усмехнулся бы, вспомнив свою стычку с Томом, а после призадумался б. Впрочем, закончить так же сейчас ему не грозило. Во всяком случае, не с этим противником.
Закончить этот поединок должен размашистый удар правой в челюсть, который нанес Дорк. Ну а после надо будет оглянуться и помочь разобраться остальным. Если еще осталось, с кем разбираться, ведь кто-то пальнул из пистолета.
НРПГ:
Как и сказано, удар правой в челюсть. Если можно, беру подъем, дабы отправить противника в нокаут или хотя бы свалить с ног.
Если успеваю, помогаю ближайшему союзнику. Защитный навык – работа ног (если усиливается мастерством)
Весельчак наконец уложил своего противника подлым ударом в пах, но на помощь к Айзену не спешил, пытаясь понять что происходит на пристани.
Айзен ударил сильно, мощно и очень красиво... однако мимо. Его противник сплюнул кровь, оглянулся на пристань, где улепетывал последний противник, понял что в меньшинстве и начал отступать от Волькера. Было видно, что продолжать драку одному против всех ему не очень-то хочется.
НПРГ:
Противник отходит, но далеко на корабле ему не убежать. Будешь бить его дальше?
Когда Лусия поняла, что этот нож, на который она с удивлением смотрела вот уже несколько минут, мог попасть ей в лицо, она почувствовала дурноту и осела на палубу. И тут ее взгляд уткнулся в скорчившуюся у борта фигуру мальчишки. Девушка мгновенно сообразила, что именно он находился у сходней, когда туда бросился Баюн. Лусия на четвереньках, не выпуская палку, подобралась к мальчишке, с ужасом глянула на его окровавленные руки и пролепетала:
- Ты ранен? - она запнулась. На мгновение ей показалось, что это не парень, а девушка, но Лусия тряхнула головой и продолжила. -Я могу перевязать. Покажи, где больно...
Баюн порядком устал за время драки. Но все же вид бегущего противника был слишком манящим. Зверь внутри, не задумываясь, бросился вдогонку. В три прыжка уссурец настиг бандита и взмахнул топором. Баюн только чудом удержался от того, чтобы не впиться во вражеское горло зубами. Топор вошел в спину бандита между лопаток, и тело по инерции прочертило на земле короткий, кровавый след. Все было кончено.
Посмотрев на водаччианца, вмешавшегося в драку, оборотень сухо процедил сквозь зубы: «Спасибо». За сим посчитал долг благодарности фехтовальщику выполненным.
Вытерев лезвие о песок, уссурец усталым шагом направился к кораблю. На ходу завернул топор в шкуру и приладил оружие в привычное положение за спиной. Беспорядок, царивший на пристани, был понятен. Беспорядок на борту наводил на сомнения в способности экипажа к серьезным плаваниям.
Лусия Агилар уже ворковала над царапиной храброго юнги. Ну просто картинка из книжки про общество дочерей Софии.
Отметив в уме, что вряд ли юнга вступился за пассажиров из высоких побуждений, но действовал смело, Баюн протянул ему какой-то коробок.
– Возьми. Это талисман.
На немой вопрос в глазах мальчишки обронил только одно слово: «пригодится».
Ничего больше не объясняя, уссурец поспешил рассыпаться в беспокойствах по поводу состояния Лусии. Стараясь говорить, будто ничего не случилось, он задал самый банальный вопрос:
– Синьорита, вы в порядке?
Он внимательно посмотрел на кастилийку, но кроме признаков волнения не заметил серьезных поводов для того, чтобы что-то можно было назвать «не в порядке». Лусия Агилар дель Торес выглядела просто прекрасно, о чем уссурец ей немедленно и сообщил.
Волосы на лбу уссурца слиплись от пота и крови, одежда в нескольких местах оказалась разодрана, и сам он выглядел отнюдь не образцом рыцаря. И все же, выполнив долг галантного кавалера, Баюн улыбнулся, как мартовский кот, объевшийся сметаны.
Айзенцу, получившему в драке ранение, Баюн не сказал ни слова. Просто посмотрел в глаза перед тем как увлечь синьориту Агилар дель Торес в ее каюту.
Эссильт о'Лири в это время вертела в руках бесполезный кусок деревяшки, от которого несло кошачьей мятой. Выбросить его на глазах у дарителя она не решилась.
Действия:
Добиваю сбежавшего бандита. Возвращаюсь на корабль.
Горячка боя понемногу отпускала. Сердце уже сменило джигу на рилу и скоро даже перестанут дрожать руки. До сего дня Эсси приходилось убивать лишь однажды. В самое первое плаванье, когда один из матросов со стажем, которого не пустили в последнем порту на берег, реши воспользоваться ее телом. Если бы ее разоблачили, девушка навряд ли дожила бы до конца плаванья. Но тогда она не заметила, как все произошло - почувствовав во сне, как с недвусмысленными намереньями навалилось чужое тело, она сделала вид, что покорилась и воткнула кинжал в спину насильника. Дальнейшее девушка не любила вспоминать - собственный ломкий крик "Так будет с каждым, ainmhi*!", ночь в осаде, короткий суд наутро... Ее оправдали.
Сейчас же она осознавала все. Но снова встала бы на пути одурманенного сброда. Лучше непонятно кто, чем крещение среди полноправного экипажа судна с перспективой провести остаток пути в карцере и передачи в руки властей в первом же порту. Тут же она - член экипажа, защитивший пассажиров от неприятностей.
Тем временем одна из расфуфыренных дамочек с животным ужасом в глазах поползла к ней. Эсси словно увидела себя со стороны - бледный мальчишка, короткие волосы всклокочены, руки густо залиты засыхающей кровью, одежда забрызгана, глаза безумные... И точно.
- Ты ранен? Я могу перевязать. Покажи, где больно... - девушка говорила на водачче.
- Платье пожалейте... запачкаете, синьора. На мне ни царапины. Кровь чужая, тех bithiunach**... негодяев... Простите.
Эсси вздохнула. Она не завидовала красивым одеждам девушки - как не завидовала кувшинкам в стылых водах Твида, или осеннему убору дубравы. Но неловкость от того никуда не девалась. "Хоть бы она ушла, клянусь молотом Кузнеца богов!" Ей не хотелось обидеть девушку своей неотесанностью. Пауза затягивалась.
– Возьми. Это талисман. - Парень, который стрелял, подкрался неслышно, как кот на мягких лапах. И теперь протягивал ей пряно пахнущий травами коробок. Девушка приняла его, коротко склонив голову в знак благодарности.
- Вы метко стреляете, an tuasal ***.
Тот уже не слушал. Поднял сердобольную синьориту и повлек прочь, что-то выговаривая по пути.
Эсси покрутила коробоку так и этак, и сунула в мешочек возле ножен. Потом нужно рассмотреть получше. Как-то же она должна открываться!
Девушка выволокла прочно застрявший между бочками и бортом сундучок и спустилась в кубрик, сопровождаемая взглядами матросов.
* скоты! (гаэльск.)
**негодяи (гаэльск.)
***уважительное обращение к мужчине (гаэльск.)
Баюн не успел уйти далеко как заметил на носу корабля гибкую девушку в очень соблазнительном платье, которая видимо уже давно следила за дракой. Рядом с ней стоял Боцман и что-то ей рассказывал. Она улыбалась словам Боцмана, но на мгновение Василию показалась, что одна из улыбок девушки предназначалось ему.
- Не заглядывайся на неё, - предупредил его проходящий мимо пожилой матрос с бочкой на плече, заметивший куда направлен взгляд оборотня, - эта зазноба капитана, он за неё без разговоров на рее повесит или акулам скормит.
Кивнув при этом почему-то в сторону Боцмана, на которого ревность капитана видимо не распространялась, матрос понес свой груз дальше в корабль.
НПРГ:
Специально не описываю внешность девушки, можешь сделать это сам по своему усмотрению, какие девушки твоему персу нравятся больше всего. Да, я активировал твой недостаток.
Технически хочешь получить иммунитет к её чарам потрать кубик Драмы, иначе каждый раз когда она будет рядом одна придется кидать стойкость, чтобы не начать флиртовать. Можешь попытаться её соблазнить так чтобы капитан не узнал, если получиться, у тебя тоже будет иммунитет в дальнейшем к её чарам. Но если тебя поймают... не похоже, что матрос шутил.
- Уходишь? – риторический вопрос. Волькер был готов продолжать и продолжил бы, но усатый отступал, судорожно сжимая дубину. «Стоит ли?» - задумался наемник. С одной стороны, он признал свое поражение и драться больше не желает. С другой стороны, дела надо доделывать до конца…
Айзенец молча кивнул и проводил взглядом последнего из четверки. Если что, то он готов продолжить. Или повторить, но до последнего они навряд ли созреют быстро. Кишка тонка.
Кто-то почти неслышно подошел к Волькеру.. Почти. Жизнь в Фишлере учит внимательности и расчету, так что для наемника это не стало неожиданностью. Как оказалось, к нему подошел тот самый лучник из Уссуры. Он ничего не сказал, только в глаза посмотрел, после чего ушел.
- Потом поговорим. – сказал айзенец, после чего поморщился от боли в плече. «Надо бы у боцмана спросить, где он был и где местный костоправ. Самому вправлять будет неудобно.» - подумал авантюрист и направился к своей каюте. Короткий взгляд на юнгу показал, что им уже занялись, да и не нужна ему помощь. Раненные по-другому выглядят, даже если пересиливают боль. По дороге «на удачу» поднял чей-то свежевыбитый зуб.
- А не начать ли мне их собирать, хех? – подумал он вслух, разглядывая находку в своей каюте. Там же он тряпкой стер с панцерхэнда кровь.
Окончив с чисткой перчатки, он постарался осмотреть себя. Не слишком удачно, толком разглядеть рану не удалось. Одевшись, он направился на поиски доктора. То ли еще будет в этом плавании.
"Попал".
Ярко-красная кровь брызнула на камни пирса, а цель, получив пулю в бок... сорвалась с места и побежала.
"Да что ж такое..."
Парень с топором среагировал куда быстрее меня - в три прыжка догнал бандита и добил.
Сказанное сквозь зубы "Спасибо", больше напоминающее "Отвяжись" или "И зачем?", я удостоил короткого кивка головой в ответ, и зашагал назад, соображая, чем же вызвана столь странная реакция. Акцент...
Акцент... Неужто любитель помахать топором - из Уссурии? Тогда всё ясно, кроме одного - как его занесло сюда, в страну, которая, per usare un eufemismo*, недолюбливает его соотечественников? Впрочем, это не важно, и ... некоторая грубость тут неудивительна. Хотя я вряд ли бы стерпел подобное обращение, скажем, от кого-то из уроженцев Вестенманнавенъяра и уж тем более - Венделя.
Спрятав в ножны дагу, и недовольно поморщившись ("Надо будет как-нибудь при случае напоить её кровью"), я вернулся к Конте.
- Проблемы улажены,скажем так, - я забрал из рук секретаря Бьянжи тубус с картами и небольшой переносной сундучок с личными вещами, на котором, если старательно присмотреться, можно было разглядеть тщательно затёртую эмблему военного флота Водачче. - Берто, передай своему патрону, что теперь всё зависит от попутного ветра, экипажа судна и некоторой удачи.
- Хорошего плавания, синьор ди Анжелис, - юноша кивнул.
- Благодарю. Удачных сделок, кажется так говорят в ваших кругах? - я зашагал к "Альбатросу".
Подняться на палубу по кормовой сходне - недолго, и вот я уже ищу боцмана взглядом. Так, а вот, кажется, искомый ("Кем же ещё может быть этот приземистый, жилистый человек с обветренным, морщинистым лицом и серьгой в ухе? Разве что капитаном..."), стоит на баке и беседует с некоей молодой особой...
- Доброго дня, nostromo**, - я, поднявшись на бак остановился рядом с беседующими, вытянул из сумки бумагу, врученную в конторе, протянул моряку. - Для меня должна быть приготовлена каюта, за неё было оплачено заранее.
Получив на руки ключ, вновь спрятав бумагу в сумку, и подняв с палубы свой сундучок, я поспешил в каюту. Присутствие красотки я просто - напросто проигнорировал, и дело было даже не столько во внешности (мне доводилось видеть и более красивых женщин, чем собеседница боцмана), сколько в некоем опасении, что через эту особу до меня могут дотянуться нити Великой Игры.
Уже в каюте, закрыв дверь, и повесив тубус на стену, я стянул с себя камзол, рубашку, а следом и специальную повязку, и удостоверился, что следов крови на последней нет.
"Хоть что-то хорошее... Второй такой фокус за сутки я вряд ли перенесу без последствий".
________
* - мягко говоря
** - боцман ( но иногда этот термин используется для обращения к корабельному мастеру)
Для Ульдериги внезапно палуба боя расцвела яркими красками и она увидела линии судьбы участников боя. Толстые ярко-красная линия тянулась от Роджера к Лусии и такая же линии шла от Баюна и уходила куда в глубь корабля. "Вожделение" - догадалась она - "и возможно в будущем любовные связи". Удивительно, но лежащего громилу и Весельчака, его ударившего, связывала какая-то тонкая серая нить. Деньги? Договор? Обязательство?
Плавным движением senora Litta Arese опустила вуаль на лицо и отошла от старичка. Скрестив руки и нахмурив брови, молодая женщина размышляла о том, что все закончилось, хвала всем Святым. Ульдеригу заинтересовала тонкая серая линия судьбы, соединяющая зачинщика драки и защитника юной леди. Тревога и беспокойство поселились в душе senora Litta Arese. Линия выглядела прошедшей, в отличие о грядущих любовных переживаниях юной девушки и ее защитника, а также варвара и неизвестно кого.
- Я чувствую себя замшелой сплетницей, - негодование всколыхнуло набиравшую силу тревогу и смыло прочь.
Ферозо Донни прятал глаза, подходя к своей сеньоре:
- Госпожа, одна из пассажирок согласилась оказывать Вам услуги во время путешествия, - у слуги даже мысли не возникло настоять на своей поездке, напротив, сеньор Донни испытывал облегчение, - она путешествует с мужем, так что Вы можете располагать обоими. Я позволил себе оплатить их услуги, намекнув на премиальное вознаграждение от Вас лично.
Бровь Ульриги удивленно изогнулась и только. Слуга тратит деньги, которые были предназначены лично ему. Интуиция не подвела, вместе им тяжело было путешествовать.
- Сеньор Донни, - улыбнулась она, Ферозо Донни непроизвольно передернуло, - Вы большой умелец по части выполнения поручений, мне даже досадно расставаться с Вами.
Кровь резко отхлынула от лица мужчины.
- Сеньора Litta Arese, - горло Ферозо Донни пересохло, язык стал бумажным и опасно-острым.
- Callar, senor, - Ульдерига наслаждалась видимостью власти, - проводите меня в каюту, на борту много агрессивных людей, и пригласите женщину, с которой вы все обговорили. За тем вы можете быть свободны, Mi amigo fiel.
Позже, на берегу, сеньор Ферозо Донни направился в ближайший доходный дом, дабы снять там комнату. Через пару дней его прирезали за кошель денег. Перед смертью, захлебываясь собственной кровью, Ферозо не сожалел, что не сел на корабль с ведьмой.
Черноволосая женщина с большими руками помогла senora Litta Arese распоковать багаж. Все время, пока новоявленная служанка была в каюте госпожи, она старалась не смотреть в глаза Ульдериги. Сама господа Литта Аресэ развлекала себя вязанием, разминая пальцы и считая петли про себя. Никто не должен был понять, что senora Litta Arese разумеет счету. Оставшись одна, Ульдерига вынула письмо-приглашение и прочла его вновь. Это был сотый раз, не меньше.
Лусия послушна пошла за Баюном, чувствуя, как палуба покачивается под ногами. Слишком много событий сразу. Слишком много впечатлений и волнений. Она мысленно одернула себя:
- Не сметь раскисать! Ты не в том положении, чтобы позволить себе быть слишком слабой.
Но это не очень-то помогло. Девушка чувствовала себя совершенно разбитой. Больше всего ей сейчас хотелось закрыть глаза и проснуться в собственной постели в своей комнате. Мягкая перинка, обшитое шелком одеяло, кружевной полог...Где та постель и где та комната...Ничего этого нет и не будет никогда...
Злые слезы выступили у Лусии на глазах. Она сердито сморгнула, загоняя их внутрь. Давно она не позволяла себе так распусткаться.
Когда Баюн открыл дверь каюты и отступил, пропуская ее вперед, Лусия вздохнула с облегчением. Маленькая, но вполне уютная комната с круглым окном привела ее в ровное расположение духа. Она огляделась и тут же увидела в углу кувшини с водой и эмалированную миску.
- Умойтесь и дайте я посмотрю, что у вас с головой, - сказала Лусия Василию, беря в руки кувшин. - Ну же, не тяните.... - она хотела добавить: кота за хвост - но почему-то прикусила язык.
Усатый, единственный из противников, оставшийся на ногах, растолкал верзилу и вмести они, матерясь, уже подняли остальных своих дружков. Усатый и верзила остались на корабле, а дружков отправили на причал. Видимо, те заходили на корабль только проводить приятелей.
Вскоре все пассажиры зашли на корабль и корабль вышел из порта. Пассажиров было примерно человек двадцать пять - тридцать, а матросов раза в два больше. Когда корабль отошел от берега Ульдерига почувствовало, что очень скоро, в течении нескольких дней, на корабле что-то произойдет... хорошее или плохое её интуиция подсказать не смогла.
Когда Ульдерига вышла на палуба, она заметили ещё одну странность - Боцмана и зазнобу капитана, связывала ярко-алая нить, явно указывающая на любовные отношения, но вот других нитей, указывающих на измену она не обнаружила, а ведь их не могло не быть. Странно, может быть она не расслышала, что сказал тот матрос лучнику?
****
Волькеру пришлось изрядно поискать костоправа по кораблю, куда бы он не пришел получал ответ "был, но только что вышел", но зато когда он нашел старичка-костоправа, тот осмотрел рану совершенно бесплатно, помазал мазью и сказал, что уже к следующему утру плечо совершенно не будет Айзена беспокоить.
Однако когда Айзен шел в свою каюту он услышал голоса за одной дверью каюты, щели внизу толстой деревянной двери позволяли прекрасно слышать собеседников. К изумлению он узнал голоса Роджера и того верзилы, которого Весельчак и ударил.
- Пять гильдеров? Всего пять гильдеров?
- Мы так и договаривались за этот маленький спектакль или забыл? - раздался веселый голос Весельчика.
- Но мои друзья пострадали...
- ... и чуть не угробили меня и синьорину, ради знакомства, с которой все и затевалось. Сам дурак, что их не предупредил заранее. Пожадничал, да? Не захотел делиться?
- Не думал, что они полезут... Десять гильдеров.
- Заметно, что не думал. Восемь и мы в расчете.
- Ладно, договорились, - ворчливо ответил голос верзилы, - по рукам.
Филлер чистейшей воды. Ничего не знаю, мастер разрешил
необходимое предисловие:
Я человек любопытный и решила перво-наперво ознаомиться с матчастью.А так ли скверно жилось матросам, как я себе представляю, или все было куда хуже? С этой целью ознакомилась с книгой доктора Хельмута Ханке "На семи морях. Моряк, смерть и дьявол. Хроника старины.", которая, конечно, научпоп, но для ролевки пойдет. Оттуда почти дословно списано обустройство матросской части корабля, "столовой" и кое-каких аутентичных особенностей.
Кое-что может даже сойти за шок-контент при богатом воображении, не обессудьте)))
Простыня.:
Девушка осмотрелась и сошла на середину мостков. Балансируя на самом краю, чтобы не мешать погрузке, она зачерпнула соленой воды - отмыть руки и нож.
Возле люка, ведущего в кубрик, лежал кусок просмоленной парусины - натягивать поверх. Эсси ухмыльнулась. На прежнем судне удобствами матросов никто не озадачивался и во время плаванья в кубрик летели брызги и хлестали волны, а вода стояла под ногами и протухала.
Внутри ничего необычного не было. Самые удобные места ближе к середине судна, где меньше всего качало, конечно были заняты. Девушка пробралась между чужих сундучков ближе к носу - там, где двухъярусные койки стояли почти вплотную, без прохода, обнаружилось несколько пустых. Возле них не было сундуков хозяев. Только бы дойти до Монтеня без штормов! Представив, как носовая фигура лупит по доскам обшивки, заставляя спящих и пожитки подпрыгивать в такт, Эсси поморщилась. Девушка скинула сундучок у облюбованной койки, зацепила крючочки на его дне за специальные кольца в полу - чтобы не уезжал при качке - и обернулась. Наблюдавший за ней дородный моряк средних лет подмигнул и повернулся на другой бок.
Она пожала плечами и вынула обернутый ветошью чурбачок - под голову. На мгновение запах полыни и лаванды даже перебил обычную кубриковую вонь. Повернувшись к матросу спиной, Эсси сменила выпачканную кровью робу на чистую и цапнула из маленькой железной коробочки сушеного анчоуса. Как ни странно, аппетит не пропал. Но к делу. Нужно найти старшего матроса и получить назначение в чью-то десятку. Девушка заперла сундучок маленьким хитрым замочком, скованным собственноручно, и вернулась на палубу.
- Эй, ты новый громит*? - Нужный человек нашел ее сам.
Эсси кивнула.
- Сколько проходок?
- Два года на торговых судах, синьор. Меня допустили ставить паруса...
- ... а через неделю поставили марсовым**, а командовал тем кораблем сам святой Клементий Утопец... Все вы так говорите! И думать забудь, молокосос. Тут тебе не корыто какое-нибудь купецкое! Пойдешь в десятку Арьяччи... Постой-ка... Говор у тебя авалонский вроде, значит к Ланнигану. Запомни, сопляк, он твой баковый, он твой отец и мать разом, он твой царь и бог. Делай, что прикажет, иначе он выдубит тебе шкуру и будет прав. Усек?
- Да, синьор.
- То-то. Марш канат сращивать, ужинать тебя позовут. Если не забудут, хо-хо!
Ничего нового. Проходивний мимо старик с опухшими от цинги деснами указал на бухту потемневшего размочаленного каната. Девушке предстояло проверить каждый дюйм, вырезать гнилые участки и соединить относительно крепкие. Эту работу всегда поручали неопытным юнгам, а оттого она не считалась почетной. Ну что ж. Тоже проверка.
Эсси размотала канат и уложила вдоль фальшборта. Порченых мест было много. Она увлеклась работой и принялась напевать под нос песенку, которую с детства часто слышала от подгулявших моряков.
развеселую:
Всё отдам за грог, весёлый добрый грог,
Всё за табак и за пиво,
Всё потрачу на друзей, на напитки и бордель,
И опять уйду я в море за наживой!
*
Где мой пиджак, любимый мой пиджак?
Пропит пиджак безвозвратно!
Пивом я его облил и карман оторван был,
Я отдал его почти за бесплатно.
*
Где мой картуз, любимый мой картуз?
Пропит картуз безвозвратно!
Был дырявым он малёк, был оторван козырёк,
Я отдал его почти за бесплатно.
*
Где моя жена, сварливая жена?
Пропита она безвозвратно!
Табуретом оглушил, и немного придушил,
И отдал её совсем за бесплатно!
Немногочисленные матросы, которые не ушли на берег, подтянулись поближе. Один из них, кряжистый, седой и голубоглазый бородач хмыкнул и затянул свое.
не менее развеселое:
Помню, как-то раз теплым летним днем
В пабе я сидел с корешем вдвоем,
И птичка с ближнего деревца
Напевала мне про кувшин пивца.
Ту-ру-лу-ру-лу, ту-ру-лу-ру-лэй,
Ту-ру-лу-ру-лу, ту-ру-лу-ру-лэй...
И птичка с ближнего деревца
Напевала мне про кувшин пивца...
А вчера я спал, и приснилось мне,
Будто я в гостях, но не знаю где.
Со мной сидит красна девица,
На столе стоит кружечка пивца.
Если по утру голова болит,
Щурятся глаза, все внутри горит,
Займи деньжат и пошли гонца,
Что бы он купил ящичек пивца.
Если доктор сделал все то, что мог,
А больной не чует ни рук, ни ног,
Как избежать страшного конца?
Надо выпить холодного пивца!
Он выжидающе уставился на Эсси.
Она ухмыльнулась и закончила:
Цитата:
А когда умру, вас друзья молю
Просьбу выполнить странную мою:
Пускай в гробу прямо у лица
Мне положат бутылочку пивца!
- Так это ты мой новый громит? Парни, мне нравится этот пацан! Брось эту гнилушку, все равно она сто лет никому не встрялась. Вижу я, что ты не первый раз в море идешь. Тебя как кличут?
- Эсси. Из О`Лири буду...
- А я Мэлвилл Ланниган. Держись меня, постреленок и не пропадешь. Вечером еще споем. А пока с корабля не ходи. Видал я, как ты тех двоих к праотцам спровадил. Их дружки тебя в этом порту поджидать станут... Но не боись, уж бутылочку пивка-то на твою долю мы прихватим!
Уходя, Мэлвилл пихнул Эсси в плечо - как копытом лягнул. Не со зла, просто не умел иначе.
Земляк, которого невесть каким ветром занесло на лоханку водачче, стал первой хорошей новостью за день. Однако, его слова не повод бросать работу. Когда команда вернулась на корабль к отплытию, девушка уже закончила. Гнилую пеньку она сложила в бочонок - пригодится конопатить пазы -, смотала вполовину укоротившийся канат и прилегла отдохнуть на груду старых парусов в тени бочек с пресной водой.
* Термин, означающий переходное звено между юнгой и низкоквалифицированным матросом, которому еще не доверяют ставить паруса.
** Марсовые - своего рода матросская элита. Эта категория заслуженно считалась самой опытной и работала на самых высоких местах. У марсовых, долго служащих на одном судне, обычно были хорошие карьерные перспективы.
Костоправа пришлось искать очень долго. Впрочем, за это время айзенец подробно ознакомился с кораблем. Не заблудится потом, в общем. Когда доктор наконец-то нашелся, он вылечил Волькера бесплатно. «Завтра боль прекратится,» - говорил старичок пассажиру. Поблагодарив доктора, Дорк направился к себе в каюту.
Однако спокойно дойти до нее наемнику не удалось. Нет, его не остановил Усатый с Верзилой, хотя последний в этом был замешан. Через щель в двери Волькер услышал голоса здоровяка и…Роджера! Они что-то спокойно обсуждали.
Как оказалось, Весельчак подговорил Верзилу, и они вместе разыграли небольшой спектакль. Правда, в сценарий не входили оборванцы с пирса, преданные друзья и Волькер со своим панцерхэндом. Уроженец Фишлера прошел мимо, стараясь двигаться потише, иначе вышла бы довольно неловкая ситуация, влипать в которые в Водачче чужестранцу изрядно надоело. И десяти раз хватило.
Вернувшись в свою каюту, айзенец закрыл дверь и проверил шкатулку: на месте ли? Он поручился, что доставит ее в целости и сохранности, а свое слово авантюрист привык держать. После проверки он сел на койку, размышляя о произошедшем.
Цитата:
Вскоре все пассажиры зашли на корабль и корабль вышел из порта. Пассажиров было примерно человек двадцать пять - тридцать, а матросов раза в два больше. Когда корабль отошел от берега Ульдерига почувствовало, что очень скоро, в течении нескольких дней, на корабле что-то произойдет... хорошее или плохое её интуиция подсказать не смогла.
Предчувствие сложно было истолковать не столько из-за туманности, сколько из-за нарастающего чувства дурноты. Качка еще не вошла в силу, потому тошнота и головная боль только пробовали senora Litta Arese на свой острый зуб.
- Кто-нибудь наблюдал за моей каютой?, - отложив вязание, невинно поинтересовалась Ульрига у senora Felegrini, нанятую и оплаченную Ферозо Донии.
- Нет, сеньора, - Тереза Фелегрини не позволила себе даже удивиться, только подумалось ей: "Ведьмины штучки, или сбежала, будь она не ладна."
- Милая, - обратилась Ульдерига к новоявленной служанке, - сеньора Фелегрини, мне нужна Ваша помощь. Мне нужно переодеться и привести волосы в порядок.
Тереза Фелегрини втянула голову в плечи и исподлобья посмотрела на новоявленную госпожу:
- К Вашим услугам, senora Litta Arese. Какое платье изволите?, - она оглянулась на четыре платья, перекинутых через деревянную перекладину. Все платья были завернуты в одинаковые отрезы ткани, потому Тереза терялась в догадках, как госпожа поняла, что вынуть нужно только эти наряды из дорожного сундука, в котором осталось еще семь похожих тюков.
- Вот это, - Ульдерига ткнула в третье слева платье.
"Ведьмины штучки, или ткнула наобум", - пробурчала про себя обычная женщина, зарабатывающая на жизнь собственным трудом.
Отвернувшись, Тереза сняла платье и распоковала его. И в тот же миг глаза senora Felegrini округлись, а рот непроизвольно приоткрылся до того, что капля слюны едва не упала на платье куртизанки. На лету подхватив предательскую каплю, Тереза резво повернулась. Увиденное не позволило простой женщине, получившей в замужестве фамилию Фелегрини, привести глаза и рот в должный вид.
Ulderiga Litta Arese с видимым облегчением стащила вуаль и ослабила узел, стягивающий волосы на затылке.
- Ну же, расшнуровывайте, - весело подмигнув, Ульдерига повернулась к служанке спиной.
- Но как же это?, - только и смогла выдавить из себя ошарашенная Тереза, - Как же?
- Как Вы думаете, сеньора Тереза, отпустил бы меня патрон в плавание без опасений, - веселье просто брызгами орошало все вокруг Ульриги, - Кто посмотрит на Ведьму Судьбы и не содрогнется?
- Так Вы не ведьма, сеньора?, - рекорд по удивлению был взят на первых минутах игры
- Все мы ведьмы, - Ульдерига не желала прямолинейно обманывать, - Я думаю, Вы тоже в мыслях сеньора Фелигрини.
Платье, в которое решила переодеться Ульдерига, не было парадным, но, закончив, senora Litta Arese неуловимо изменилась, в ней почти ничего не осталось от ведьмы.
Тереза намучалась с прической госпожи, но на выходе она могла гордиться полученным результатом: пристойно и влекуще получилось бы не у каждой.
- Госпожа, мой муж может сопровождать Вас для безопасности, - Терезу охватило беспокойство, ей стало казаться, что перемены в senora Litta Arese не намного лучше, чем ее служба ведьме.
- Пускай держится на расстоянии, но добраться до меня он должен быстро, - властный тон Ульдериги породил червяка сомнений, начавшего глодать Терезу.
- Будет исполнено.
"Ведьмины штучки"
Цитата:
Когда Ульдерига вышла на палуба, она заметили ещё одну странность - Боцмана и зазнобу капитана, связывала ярко-алая нить, явно указывающая на любовные отношения, но вот других нитей, указывающих на измену она не обнаружила, а ведь их не могло не быть. Странно, может быть она не расслышала, что сказал тот матрос лучнику?
Цитата:
- Не заглядывайся на неё, - предупредил его проходящий мимо пожилой матрос с бочкой на плече, заметивший куда направлен взгляд оборотня, - эта зазноба капитана, он за неё без разговоров на рее повесит или акулам скормит.
"Кажется, здесь кроется какая-то тайна", - подумалось Ульриге. Сеньор Фелигрини маячил по краю видимости, дурнота нарастала медленно, корабль плыл.
Разбудил меня порыв прохладного ветра, ворвавшийся в каюту через приоткрытое оконце, и принёсший вместе с собой запах соли.
" Задремал? Не удивительно после не самой удачной ночи".
Не без труда втиснувшись в повязку и одев поверх неё рубашку, я приступил к единственному неотложному делу - чистке и зарядке пистолета. Шедевр оружейной мысли потребовал на себя, любимого, полчаса, после чего, заглотив очередную порцию пороха, пулю и пыж, отправился на дальнейшую лёжку в сумку.
Заниматься в каюте было особо нечем - единственную носимую с собой книгу, лежащую в сундучке вместе с остальными вещами и знаемую наизусть "от корки до корки", я берег до лучших времён, когда мне потребуются добрые воспоминания, спать не хотелось совсем, а любоваться морскими пейзажами лучше на палубе.
С этими мыслями я закрыл оконце, захлопнул и запер сундучок, предварительно убрав в означенный пистолет, аккуратно сложил камзол на кровати, и, заперев каюту, поднялся на палубу.
Место долго выбирать не пришлось - дабы не мешать экипажу, опёрся о фальшборт возле юта, куда вход посторонним по понятным причинам зачастую был закрыт, и стал смотреть вдаль, туда где ярко-голубое небо смыкалось с сине-зелёным морем.
Ветер неторопливо нёс шхуну, по моим расчётам, на юго - восток, со скоростью не превышающей 3-4 узлов. Определить точнее всё это точнее не представлялось возможным - не было ни приборов, ни возможности взглянуть на кильватерный след.
"Этак мы протащимся до Монтеня..."
Эсси заинтересовалась кто матросы были по национальности, но неожиданно обнаружила что на корабле собрались представители почти всех национальностей, между собой матросы объяснялись на жуткой смеси слов из самых разных языков, но вполне понимали друг друга, благо несколько десятков всем известных непечатных слов всегда мог заменить недостающие при работе на корабле или обсуждении красоток в портах.
Вскоре большинство пассажиров поняли устройства корабле - в носовой надстройке располагалась кают-компания, а также каюты капитана, боцмана и помощника капитана. Для благородной публики каюты располагались на кормовой надстройке, следующую палубу занимали орудия и самые важные грузы, там же были несколько кают для среднего класса. Для матросов и самых бедных пассажиров места располагались на самой нижней палубе где солнечный свет почти не попадал.
Вскоре Вольдера, Ренцо, Баюна, Ulderiga и Лусию позвали в кают компанию на обед и они подошли к кают компании почти одновремено. Как ни странно, ни старшего помощника, ни капитана, ни даже боцмана там не оказалось, зато была та незнакомка, разговаривающая с Боцманом, видимо в роли хозяйки. Удивительно, но место Баюна оказалось прямо напротив её места, а вот рядом с Лусией оказался Роджер, со своей улыбкой.
Так же уже были тот самый барон и профессор. Барона представили как барона фон Лендорф, а профессора как профессор археологии Альфред Гейн. Профессор как раз с жаром рассказывал о своих археологических находках барона на что тот заметно морщился, но старик ничего не замечал сев на своего конька.
На столом прислуживали несколько человек из числа беднейших пассажиров, видимо в качестве части платы за проезд. Если кто-то и опасался, что придется на корабле питаться хлебом и водой, то увидев яства на столе сразу понял, что голод благородным господам здесь не грозит.
***
У Эсси выдалась свободная минута и она как раз проходила мимо кают-компании, чтобы успеть разглядеть публику, как...
- Эй, малой, - внезапно окликнули её, - тебя зовет капита... то есть Боцман.
Пожилой матрос показал Эсси, где находится каюта Боцмана.
– Умойтесь и дайте я посмотрю, что у вас с головой, – сказала Лусия Василию, беря в руки кувшин. – Ну же, не тяните... – она хотела добавить: кота за хвост – но почему-то прикусила язык.
– Хотел бы я и сам знать, что у меня с головой, – удивленно протянул Василий, не ожидавший от девушки внезапной заботы о своей персоне. Он готов был поклясться, что минуту назад заметил в глазах кастилийки слезы и уже настроился на долгие и неловкие утешения.
Однако сейчас гордая кастилийка была не похожа на ту испуганную девчонку, что недавно едва переставляла ноги и, казалось, готова была хлопнуться в обморок. Осанка Лусии выпрямилась, а в голосе прорезались требовательные нотки.
– Ох уж эти женщины, – ухмыльнулся про себя уссурец. – Ветер в степи меняется не так быстро, как их настроение.
Баюн с готовностью склонился над тазом и помог себя умыть, отфыркиваясь, плескаясь и отряхиваясь, и разбрызгивая капли вокруг нарочно, чтобы намочить помощницу. Так что, когда процедура была закончена, промокшими были оба, и было неясно, кто из двоих только что полит водой из кувшина. Лусия раздраженно нахмурила бровки и вытерла лицо полотенцем. В этот момент Баюн улыбнулся уголками губ и едва заметным движением придвинулся ближе.
– Извините, я такой неловкий.
Кастилийка ничего не ответила, дала полотенце Василию, а сама принялась смачивать чистую ветошь в каком-то зелье из пузырька. По каюте разлетелся стойкий запах рома и трав.
Баюн задумчиво наблюдал, как тонкие женские пальцы смачивают импровизированный хлопковый тампон в антисептике и обрабатывают его случайные царапины. Несколько раз волосы Лусии Агилар Дель Торес, склонившейся над довольным пациентом, коснулись лица и рук уссурца.
Волосы у нее были длинные, мягкие, как шелк, цвета темного каштана.
В дверь постучали. Низенький коренастый малый в рубахе из парусины и с жиденькой лохматой бородой пробурчал сквозь зубы, что капитан приглашает пассажиров на обед в кают-компанию.
Баюн вышел из каюты и, предоставив Лусии возможность переодеться, послушно ждал кастилийку за дверью.
Поднявшись наверх, охотник и его спутница обменялись парой ничего не значащих вежливых фраз и присоединились к пассажирам, обедающим в кают-компании.
Роджер почему-то оказался между Лусией и Баюном, но последний словно и не заметил этого, потому что напротив него за столом сидела роковая незнакомка, виденная ранее. Уступив Роджеру возможность поухаживать за обедом за кастилийкой, Баюн, забыв о предупреждении, во все глаза пялился на незнакомку.
Вместо обычного для женщин высшего света платья с двойной юбкой, красавица была облачена в облегающие кожаные штаны и белую шелковую рубашку с пышным воротником и манжетами. Небольшого роста, миниатюрная, она была энергична и с удовольствием шутила и смеялась в ответ на шутки собеседников. Баюн же наоборот, затих и изучал поле предстоящей битвы. Ах, если бы не чертов боцман рядом с миледи!
Общительная, уверенная в себе, кроме того хорошо сложенная, с красивым лицом девушка, чуть курносая, с узким женским подбородком, занимала все мысли Василия. Черные как смоль волосы незнакомки свободно падали на плечи, несколько золотых колец и колье с черной жемчужиной привлекали внимание к белым аристократическим пальцам и длинной шее. Баюн же наоборот едва заметно покраснел, глаза его загорелись.
– Нужно непременно узнать распорядок дня этой крошки, – отметил в уме уссурец, но благоразумно не стал выяснять сведения тут же, а решил подождать до конца трапезы.
Шхуна шла небыстро. Со своего места Эссильт наблюдала за действиями матросов - команда хоть и разношерстная (может потому и ее взяли?), но вполне расторопная. По крайней мере никто не упит настолько, чтобы свалиться с вантов на полпути, как частенько получалось на прежнем судне. Собственно, потому девушку и допустили ставить паруса, что многие из старых марсовых были еще хуже. Она хотя бы умеет пить и вовремя остановиться. Однако, пока десятник не спешил обременить новой работой, самое время выстирать испачканную одежду. Эсси проворно сбегала в пустой кубрик, за робой и щелоком, и примостилась в укромном уголке между бортовым ограждением и тяжелеными бочками с водой.
Стирка давно была отработана до мелочей. Одежка привязывается на кусок линька и выбрасывается за борт. Можно даже привязать свободный конец веревки и приспать. Через некоторое время выполосканную в соленой воде вещь нужно хорошенько обработать щелоком и побить о бухту каната. А потом снова вернуть морю. Лучше просоленные рубахи, чем кубричная вонь.
Какой-то зубоскал начал было подтрунивать над "чистюлей", но Эсси ответила, что у них на роду проклятие - если сразу не привести в порядок выпачканную одежду, то можно увидеть по сне Красную Прачку, стирающую в ручье окровавленные рубахи, и скопытиться на следующий же день.
-У меня от этого дела брат умер. - Доверительно сообщила она, мысленно усмехнувшись. От чего только бедный брат еще не умирал! Если бы он вообще был, жизни его никак не позавидуешь.
Расстелив робу на бочках, Эсси придавила ее багром и пошла искать Ланнигана. Нужно как-то разузнать насчет ужина, думала девушка, слушая, как внутренности исполняют боевую песнь волынщиков Марок.
По дороге ее перехватил незнакомый пока матрос и отправил к Боцману.
"Странно, зачем бы я ему сдалась?" Так учтиво, как только могла, девушка постучала в каюту и вошла.
Ее слуга вел себя странно. Он совершенно не испытывал к ней почтительности, и уж тем более вовсе не был смирным и покорным. Лусия, обрабатывая Баюну раны, которые, к счастью, оказались всего лишь царапинами, размышляла о том, не отказаться ли ей от его услуг. Девушка вспоминала, как он вел себя на палубе во время потасовки, и исподтишка рассматривала его спокойное уверенное лицо, сильные руки. Нет, от такого человека надо держаться подальше. Он, конечно, сможет защитить ее от неприятностей, но, похоже, и сам может доставить неприятностей не меньше.
Когда Василий вышел за дверь, сообщив, что подождет, пока она приведет себя в порядок, девушка на мгновение растерялась. Ей вовсе не хотелось сейчас быть на людях. Хотя она и не показывала своего волнения, но произошедшее на палубе действительно испугало и расстроило ее. Отказаться? Сослаться на усталость и остаться в каюте? Ну, уж нет. Да, возможно, она слабая и изнеженная. Да что уж, возможно, так и есть! Но она не позволит, чтобы так о ней думали!
Лусия раскрыла один из баулов и принялась подбирать себе наряд, приличествующий случаю.
В кают-компании собралось совсем немного пассажиров. За столом между Лусией и Баюном оказался тот самы молодой человек, который представился...хм...оказывается, она забыла его имя. Впрочем, это не страшно. Кто-то из присутствующих обязательно обратится к нему по имени. На самом деле, девушка была даже рада, что не сидит рядом со своим новоявленным слугой. Ей надо еще подумать над тем, как выстроить взаимоотношения с этим опасным человеком.
Паучья сеть, растянутая в кают компании, была единственным развлечением для senora Litta Arese. Отсутствие вуали сказывалось на настроении Ульдериги прекрасно. Оправив кружевные манжеты, выкрашенные в нежно зеленый цвет, на два тона светлее, чем цвет платья, Ульдерига устроилась рядом с профессором, представившимся как Альфред Гейн. Фанатичная преданность своему делу последнего заставила Ulderiga спрятать усмешку за кусок льняной ткани, которым она вытерла руки после омовения. Причтный запах шафрана и цитрусовых окутал молодую женщину. Непривычное отсутствие тяжести стянутых в узел волос заставляло Ульригу чувствовать напряжение наплывами. Ощущение схоже с тем, которое появляется при ношении нового украшения на руке. Украшение радует и доставляет дискомфорт. Приятное чувство.
Оглядев стол, Ульдерига решила начать с аперитива. Не ожидая галантности от любителя археологии, senora Litta Arese глазами указала прислуге на разбавленное вино. Затем последовало мясо цыпленка с сырыми овощами. Чувствуя, как желудок тяжелеет, Ульдирига согласно кивнула куску говядины, который услужливо укладывали на ее тарелку. Твердый сыр и вино со специями завершили трапезу senora Litta Arese. Чувство сытого опьянения успокаивающе подействовало на молодую женщину. Слегка расслабив вечно разведенные плечи, Ульдерига окинула взглядом тарелку: она была щедра, не поскупилась оставить кусочек мякоти вкуснейшей говядины и сыра, да и в бокале осталось вина на пару приличных глотков. Ульрига прямо таки ощущала волны благодарности от прислуживающей ей. Бросил взгляд на тарелку археолога, senora Litta Arese подняла глаза к потолку. Скрадывалось ощущение, что Альфред Гейн вылизал тарелку. Лицо обслуживающего его слуги было кислее уксуса.
В каюту постучались. Открыв дверь, Волькер увидел одного из матросов корабля. Рыжий и бородатый (впрочем,борода была слишком мала, но не настолько, чтобы ее игнорировать) сказал, что капитан приглашает всех в кают-компанию.
- Кстати, не скажешь,что за птица такая ваш неуловимый капитан? А то он отчего-то никому на глаза не показывался... - спросил рыжего Дорк, после чего кое-что вспомнил. - Или он так сильно занемог, что встать не может? Боцман вроде-бы что-то такое говорил...
Уроженец Фишлера заметил, как матрос незаметно (как он думал) усмехнулся, услышав про Боцмана. "Непростой человек однако этот Боцман." - подумал айзенец.
В кают-компании капитана не было. Был только боцман, говоривший о чем-то с одной девицей. Так же там был уссуриец, Роджер и Высокомернейший с профессором. Последний был археологом и с жаром рассказывал о найденых вещах. Волькер решил прислушаться к этому разговору. Умных людей послушать полезно. Во всяком случае, что-то эдакое он от кого-то слышал. Ну и пообедать еще не помешает, все равно поговорить пока не с кем. Уссуриец был слишком занят собеседницей старшего матроса.
Перестав оглядываться, айзенец принялся за еду.
Подошедший матрос отвлёк меня от созерцания сине-зелёной дали, хрипловатым голосом сообщив, что капитан приглашает пассажиров на обед в кают-компанию, и, получив ответ в духе «скоро буду», удалился.
Поразмышляв над своим внешним видом – стоит ли надеть камзол, или чёрная рубашка с вышитыми серой и серебряной нитью узорами будет достаточно торжественна, и, придя к выводу, что обойдусь без первого, поскольку, несмотря на бриз, солнце немилосердно грело все предметы на палубе, не делая исключения для пассажиров, которые, на свою беду, предпочитают тёмные цвета, я спустился в каюту, и, оставив там дагу, поспешил в кают-компанию, расположенную здесь против правил, не в корпусе за гандеком*, а в баковой надстройке.
Уже в коридоре последней, я подозвал к себе проходившего мимо пассажира из беднейших, которых, по всей вероятности, здесь использовали вместо слуг и высказал ему довольно простую просьбу, которая, впрочем, привела его в изумление.
Тем не менее, через пять минут тот принёс требуемое и долго с удивлением наблюдал, как я тщательно мою руки над тазом с водой при помощи мыла.
«Твоё счастье, что ты не видел, как мучаются от болей в желудке и загадочных болезней те моряки, которые этого не делают во время дальних плаваний…»
Завершив сию простую процедуру, и вытерев руки насухо при помощи куска холста, я вошёл в кают-компанию, где уже, по-видимому, собрались всё прочие приглашённые пассажиры.
Не знаю, кто их рассаживал, или они выбирали места сами, но распределение получилось крайне неудачным – остались свободными четыре стула, ближе к углам стола.
Два места, ближайшие ко входу, я отмёл моментально - соседом в первом случае для меня оказалась бы та молодая особа, что беседовала с боцманом на баке - хорошо сложенная, чуть курносая, с красивым лицом девушка. С учётом общего представления о Водачче, займи я место рядом с этой синьорой – и скорее всего обед завершился бы звоном клинков. Даже если предположить, что я сумею заколоть капитана, как свинью – это всё равно будет не самый умный поступок, особенно с учётом того, что шхуна принадлежит означенному капитану и до берега весьма далеко. Во втором случае – уссуриец. Нет, конечно, если сесть рядом с ним, то трапеза не превратится в один момент в потасовку с применением клинков и огнестрельного оружия, как это случилось года два назад в одном монтеньском городке со мной и вендельским купцом, но всё же не стоит раздражать парня лишний раз – наши народы недолюбливают друг друга.
Третий вариант пришлось отбросить парой секунд спустя – характерные повадки за столом выдали в женщине водаччанку, причём знатную, и я моментально отвёл взгляд.
«Это хуже двух первых вариантов… Теперь придётся делать вид, что её тут нет».
Лишь одно место порадовало отсутствием каких-либо последствий, и моим соседом оказался айзенец, которого я видел среди защитников корабля от всякой швали в порту.
Стол буквально ломился от еды, но я, по старой привычке, не торопился, начав с рыбы – одного из самых привычных для моряков любого сословия блюда. На мою тарелку неторопливо «перекочевала» запечённая форель с маслинами, каперсами и лимоном, а вот с выбором вина пришлось повозиться – столь любимых мной «Чёрных слёз» двухсотлетней выдержки на борту не оказалось, пришлось довольствоваться «Медвежьей кровью». Впрочем, восемьдесят лет – тоже немалый срок для благородного напитка…
Я осторожно принялся за еду, прислушиваясь к разговорам пассажиров, и стараясь не смотреть на соотечественницу, которая сидела на противоположной стороне стола напротив моего соседа.
_____________
* - орудийная палуба
- Заходи, паренек, заходи.
Боцман сидел за небольшим столом. Каюта выглядела довольно странно для боцмана торгового судна, на стене висели пистолеты и сабли, на столе были разложены карты и бортовой журнал. Эсси, конечно, не особенно знала порядки на корабле, но ей казалось, что карты это по части капитана, ну или хотя старшего помощника.
- Я смотрю ты неплохо дерешься, да и ребятам ты понравился, - усмехнулся Боцман, внимательно разглядывая юнгу, - но мне хотелось бы задать тебе несколько вопросов. Не против?
Не дожидаясь ответа на риторический вопрос, он продолжил.
- Во-первых, почему ты решил наняться на корабль? Проблемы с законом? Или просто ищешь приключений? - Боцман внимательно посмотрел Эсси в глаза, ища ответ, - можешь говорить честно, у нас в команде полно тех кого на родине ждут с пенковой веревкой.
***
- А вот и наш искусный лучник, - рассмеялась хозяйка, - я как раз рассказываю нашим гостям как вы великолепно сражались. Впрочем, вы господин Дорк, тоже были замечательны.
Девушка показала, что имена пассажиров ей известны. Она смотрела прямо в глаза Баюну и улыбалась. Почему-то у того возникло чувство что девушка играет с ним... вот только в какую игру?
- Господа, расскажите где вы так научились сражаться? - улыбнулась она, - люблю слушать истории о подвигах и сражениях.
****
- Прекрасная сеньорита, - улыбнулся Роджер, вставая для приветствия Лусии, - рад вас видеть в добром здравии, вы как всегда обворожительны. Надеюсь это досадное происшествие не доставило вам неудобств? Я вас уверяю, что больше никто на корабле не посмеет оскорбить или обидеть вас.
- О синьор! Я вижу, вы добрый человек, отец своим матросам! Я расскажу вам всю правду, как на духу. Вanrion* Элейн строит корабли. На кораблях нужны люди. Она назначает добровольцев, синьор. Каждая прибрежная деревушка должна дать earcaigh**. Морю всегда мало, синьор. Меня забрали королевские вербовщики, damn iad***! А потом, одной туманной ночкой чертова посудина налетела на банку и сломалась пополам. Нас, кто выжил, подобрал монтенец. А я-то думал, на королевском судне сущий ад! Да та лоханка была пропитана вином и кровью парней с бака! Хвостатая кошка ходила по спинам каждый день! Благие были добры, я сбежал в том самом порту, где ваш старпом решал дела.
Эсси умолкла после непривычно долгой тирады и отступила в уголок, стараясь не приглядываться к каютному убранству совсем уж откровенно. На прежних судах боцманы проводили почти все время с матросами, а их дудки не умолкали, отдавая приказания. Карт они, скорей всего, и в глаза не видели. "Виланд-кователь, куда я попала?"
*Королева (гаэльск)
** рекрутов (гаэльск)
*** проклятье на их головы! (гаэльск)
- Хвостатая кошка, говоришь? Тогда тебе понравиться у нас, у нас матросов не бьют, вешают иногда, это да, а бить не бьют, - сказал Боцман таким тоном что было не понятно шутит он или нет.
- Ладно, малый ты смышленый, я тебе дам два особых задания, - сказал он, - первое, кто-то из наших пассажиров везет секретные документы, я хочу знать кто. Присмотрись кто из пассажиров ведет себя странно. Второе, проследи за этой ведьмой, с кем общается, не настороженна ли она.
Потом Боцман задумался.
- Сроку тебе на оба задания - завтра до полудня. Я скажу чтобы тебя работой не напрягали пока.
Эсси задумчиво почесала левую ступню правой и утерла нос рукавом с самым придурковатым видом, на который была способна. Боцман не спрашивал согласия, он отдал приказ. И ясно дал понять, что награды за такие сомнительные делишки можно не ждать. Если не считать наградой отсутствие пенькового галстука. Значит, морскому змею нужен лазутчик. Девушка смутно припомнила обрывки слухов, ходивших о знатных дамах-водачче, но сочла это задание меньшим из зол.
"Интересно, как я должна отличить подозрительного благородного господина от обычного? Или кто после ужина не пойдет кормить рыб на леерах, значит, тот самый, жутко важный и есть? Gur thog se a ifreann, muisiriun aois!* Или он затем и собрал всех подозрительных в одной каюте под присмотром своей chailin pupai**..." На подходе к логову боцмана Эсси видела, что пассажиры из "чистых" стягиваются к одной из баковых кают, а в дверях маячит та самая девица, что наблюдала за погрузкой рядом с ним. "Интересно, кто она? С таким-то боцманом..."
Вслух же она спросила с самым покорным видом:
- Синьор, а где каюта той знатной синьоры?
*Чтоб его черти задрали, старого гриба! (гаэльск.)
**подружки-куколки (гаэльск.)
Когда Баюн перестал таращиться на незнакомку и прислушался к словам, то обнаружил, что она обращается к нему:
- А вот и наш искусный лучник, - рассмеялась хозяйка, - я как раз рассказываю нашим гостям, как вы великолепно сражались. Впрочем, вы господин Дорк, тоже были замечательны.
Девушка показала, что имена пассажиров ей известны. Она смотрела прямо в глаза Баюну и улыбалась. Почему-то у того возникло чувство, что девушка играет с ним... вот только в какую игру?
– Ну а что прикажете еще делать, когда оскорбляют моего патрона, тем более даму? Радоваться, что ли? – Он раздраженно отбросил с лица еще влажные от недавнего мытья волосы. Василия забеспокоило, как он сейчас выглядит? Охотник попытался приосаниться и придать лицу выражение мрачной мужественности. Правда, получилось что-то среднее между «Я съел лимон» и «У меня внезапный паралич лицевых мышц».
– Не могу же я ничего не делать, если какие-то грубияны применят силу к женщине! Это же будет в первую очередь мое собственное поражение.
Девушка хмыкнула:
– Победа, поражение… Нашли из за чего играть в войнушку. Вообще, дамы и сами могут за себя постоять. Так нет же, прямо сражение не на жизнь, а насмерть. Дурак!
Девушка чуть наклонила голову и игриво теребила прядь волос:
– Не сердитесь. Пожалуйста.
Он вздохнул:
– Ох, Мать богиня. Ну хорошо-хорошо, я не сержусь. Сейчас займусь самогипнозом с целью убедить себя, что мне нравится, когда всякое г… в смысле gopniki, – ввернул Баюн неизвестное гостям слово, – сваливаются мне на голову.
– Вы такой добрый и хороший. – Она захлопала ресницами.
Баюн поперхнулся и издал сдавленный булькающий звук:
– Миледи, вы ничего не напутали? Добрый и хороший?
– Добрый и хороший, – смеясь повторила она. – Хотя и глупенький.
Баюн вспыхнул.
– Ну вот. Уже дошли до оскорблений. Спасибо вам большое. А я уж подумывал посчитать вас не просто милой, а очаровательной.
Он усмехнулся, откидываясь к спинке стула и глядя прямо в глаза девушке. Та не отвернулась и не отвела взгляд. Двое словно обменялись мыслями:
«Здесь же люди!»
«Плевать…»
Выдержав взгляды друг друга, оба поспешили завести разговор на отвлеченную тему. Первой начала женщина:
– Господа, расскажите где вы так научились сражаться? – улыбнулась она, – люблю слушать истории о подвигах и сражениях.
– Да нечего особо рассказывать, – напустил на себя скромный вид уссурец. – Я обычный охотник.
Баюн натянуто улыбнулся. Рассказывать о себе правду не входило в его планы. Глаза у него резко стали холодными, а голос стальным.
– У нас в Уссуре каждый с детства учится обращаться с топором. Этот инструмент необходим в хозяйстве и в лесу. Почему бы не использовать его же в случае необходимости применить силу? Давайте лучше послушаем господина Дорка. Я ведь так и не успел выразить ему признательность за помощь.
Уссурец цеременно отвесил кивок в сторону айзенца. Ему хотелось бы подать мужчине руку и поговорить по душам, но он предпочел отложить откровенный разговор до лучших времен.
– Расскажите нам, пожалуйста, откуда вы? Вы чертовски хорошо деретесь, и я бы с куда большим удовольствием считал вас другом, чем врагом. А вот эти доспехи на вас – это и есть знаменитый на всю Тейю дракенайзен?
Мысленно Баюн уже пересчитывал застежки корсета на незнакомке и готов был поддерживать разговор о чем угодно, лишь бы убить время.
- Прекрасная сеньорита, - улыбнулся Роджер, вставая для приветствия Лусии, - рад вас видеть в добром здравии, вы как всегда обворожительны. Надеюсь это досадное происшествие не доставило вам неудобств? Я вас уверяю, что больше никто на корабле не посмеет оскорбить или обидеть вас.
Лусия благосклонно взглянула на молодого человека и улыбнулась:
- Со мной все в порядке, благодарю вас.
Она позволила Роджеру налить себе вино и наполнить тарелку, опять поблагодарила его легким кивком и принялась за еду. Ее сосед продолжал отвешивать комплименты и рассказывал забавные истории, заставляя ее поминутно улыбаться.Вскоре она почувтвовала себя необычайно легко. Люди, сидящие за столом, были вполне приятные. Блюда, которые ей довелось отведать, выше всяких похвал. Вино, которое старательно подливал ей в бокал разговорчивый сосед, приятно кружило голову.
Обычная и незамысловатая senora Felegrini, тяжко вздохнув, продолжила приводить в порядок скарб своей новоявленной госпожи и думать.
Тщательно упаковав тючок с вуалями-паутинками, сеньора Тереза замкнула шкатулку с драгоценностями. Деловито почесав нос, добропорядочная матрона решила спрятать шкатулку в коконе одного из нераспокованных платьев, и вот оно опять свершилось. В коконе оказался мужской костюм.
- Святые покровители, - квакнула Тереза Фелегрини, довершив образ лягухи с выпученными глазами, - Ничего не видела, ничего не знаю.
Шкатулка оказалась втиснута в кокон с неожиданным костюмом.
Смахнув пыль, поднятую тяганием дорожного сундука, служанка тяжело опустилась на стул, размышляя, чем бы ей заняться.
Муж ее околачивался на палубе, неторопливо поглощая заботливо собранную Терезой перекуску, сама Тереза недавно утолила голод, потому пребывала в состоянии расслабленном и добродушном, в каюте senora Litta Arese было много уютнее, чем в их каморке на корабле.
- Ведьма она или нет, но дождусь-ка я ее, мало ли, - успокоила себя Тереза и, незаметно для себя, задремала, по-птичьи склонив голову на грудь, тонкая струйка слюны паутинкой стекала на лиф платья, громогласных храп казалось усиливался с каждым выдохом.
- Каюта? - переспросил Боцман, задумчиво потерев подбородок, - Восьмая. Но ты, малой, не спеши, главное чтобы никто не встревожился раньше времени. Да, и ведьма вряд ли везет документы, главное чтобы она ничего не поняла пока...
Тут Боцман замолчал не став договаривать пока что...
- Иди, - махнул он рукой, - полазить у ведьмы в багаже ты ещё успеешь... Позже.
****
- Наш, уважаемый лучник, подайте мне пожалуйста салфетку, - улыбаясь произнесла сеньорита. Когда их рук соприкоснулись, Баюн почувствовал что в его руку, легла записка.
"Шестая каюта в полночь" - прочитал он, бросив мимолетный незаметный взгляд на записку.
Идиллию нарушила, опадавшая пассажирка, сухая дама преклонных лет, одетая в дорогое, но безвкусное платье. Она начала ворчать ещё в дверях, умудряясь ругать все подряд и при этом рассказывать обо всех своих родственниках. В результате большинство пассажиров постарались побыстрее закончить обед. У многих из них возникла мысль, что представители команды отсутствуют специально, чтобы не встречаться с этой пожилой "леди".
****
Эсси выйдя из каюты Боцмана несколько иначе посмотрела на команду, вроде бы все были при деле, но с дисциплиной было совсем не так жестко как на других судах. Никто не кричал на матросов, не было заметно у них и страха наказания, Эсси даже заметила как один из матросов сделал пару глотков из фляжки, где явно была не просто вода. Явно с командой судна было что-то не так.
Цитата:
Сообщение от девушка
- А вот и наш искусный лучник, - рассмеялась хозяйка, - я как раз рассказываю нашим гостям как вы великолепно сражались. Впрочем, вы господин Дорк, тоже были замечательны.
Волькер, услышав это, вежливо улыбнулся. Плечо вроде как стало беспокоить меньше в этот момент. Хотя надо отдать должное и местному старичку-костоправу - тот не зря в команде был.
Тут начал о себе рассказывать уссуриец. Дорк же внимательно слушал, параллельно стараясь не замечать воддачанку напротив: за время службы у одного дворянина он насмотрелся на знатных и их манеры. А учитывая, что знатные женщины часто обладают магическим даром...айзенцу не хотелось лишний раз встречаться с Ведьмой Судьбы и тем самым дергать драхена за хвост. Впрочем, последнее чаще всего было куда более безопасным. И вовсе не из-за того, что их давным-давно не видели...
Цитата:
Сообщение от уссуриец
– Расскажите нам, пожалуйста, откуда вы? Вы чертовски хорошо деретесь, и я бы с куда большим удовольствием считал вас другом, чем врагом. А вот эти доспехи на вас – это и есть знаменитый на всю Тейю дракенайзен?
- Не стоит. Есть бойцы куда лучше меня, хотя это ведь означает, что мне есть, куда стремиться и над чем работать...Ну, обо мне: я из Фишлера. Это такое княжество на берегах озера Зюдлахе. Вы знаете же, что моя страна... - Дорк помрачнел на этих словах и решил не останавливаться на этой теме. - Ну да ладно. Озеро это довольно знаминитое, за счет него многие живут, да и легенд про него немало. Больше только про Черный Лес, но, если позволите, я расскажу их как-нибудь в другой раз.
- Я состоял в одном отряде наемников. Он назывался "Железная Рука". - продолжил Волькер после небольшой паузы. - Быть может, не самый известный, но самый сплоченный.
- А что про панцерхэнд...он, конечно, довольно крепок, в чем кое-кто убедился, но он не из дракензайна. Подобными вещами владеют лишь дворяне, а я, к сожалению, не из их числа. - со смешком ответил уроженец Фишлера на вопрос о своей боевой перчатке.
Тут пришла одна престарелая дама, после чего большинство пассажиров постарались как можно скорее уйти. Их можно было понять: ее постоянное ворчание стерпеть было довольно тяжело.
Волькер ушел не раньше своих собеседников. Тем более, что уссурец...хотя, может так статься, что он сейчас не найдет времени для разговора. Впрочем, особенно на этой теме бывший член отряда "Железной Руки" не задерживался. Негоже это.
Едва Лусия отставила бокал и промокнула губы салфеткой, Роджер, послав ей очередную улыбку, предложил прогуляться по палубе, подышать морским воздухом и полюбоваться на закат. Девушка согласно кивнула, чувствуя, как кружится голова. Свежий воздух, конечно, поможет. К тому же Весельчак оказался приятным собеседником, а ей так не хватало легкого общения в последнее время.
Она поблагодарила за обед, пожелала всем приятного аппетита, поднялась и вслед за Роджером покинула кают-компанию.
На палубе было довольно свежо. Лусия положила руки на поручень и с удовольствием глотнула свежего воздуха. Роджер тоже положил ладони на перила и как бы невзначай коснулся руки девушки. Лусия отодвинула пальцы и вспомнила, каким странным взглядом проводил ее Баюн. Она передернула плечами.
- Сеньорита, вы не замерзли? – Роджер улыбнулся и снова коснулся руки Лусии. – У вас руки совсем холодные. И вы так и не назвали свое имя.
- Лусия Агилар дель Тьорес, - девушка снова отодвинула руку и посмотрела в лицо Роджера. – Простите, мне очень неловко, но я забыла ваше…
Она мило покраснела и отвела взгляд.
- О, ничего страшного. В этой суматохе можно и свое забыть. Разрешите представиться еще раз, - он слегка поклонился, - Роджер Блант, друзья зовут меня Весельчак.
Он протянул руку, Лусия подала свою, и тот коснулся губами тонких пальчиков.
- Наш, уважаемый лучник, подайте мне пожалуйста салфетку, - улыбаясь произнесла сеньорита. Когда их руки соприкоснулись, Баюн почувствовал что в ладонь легла записка.
Уссурец непроизвольно сглотнул и уставился в сторону – ничего не вижу-ничего не знаю-вообще ничего не произошло.
"Шестая каюта в полночь" - прочитал он, бросив украдкой взгляд на записку.
Не так часто женщины назначали свидания Василию в первый же день знакомства. Когда взгляды двоих снова встретились, у Баюна появилось чувство, что девушка на несколько лет старше его.
Женщина изучила охотника глазами, словно жертву, ощупала и взвесила. Ничего подобного Василий не испытывал раньше и отреагировал на оценивающий взгляд так, как отреагировал бы любой мужчина.
Глаза девушки казались зелеными омутами обещания. Какие черти водятся в этих омутах?
Баюну казалось, что всем заметно, как он покраснел и напрягся. Он с трудом сдерживался, чтобы не выбежать вон. На самом деле никто не обращал внимания на мучения уссурца. Пассажиры ели, смеялись и вели шутливые споры. Один за другим они наедались, слегка и не очень слегка напивались и покидали кают-компанию.
Синьориту Агилар дель Торес под шумок увел Роджер, и охотник наградил парочку ревнивым взглядом.
«Вот так типчик. Ишь, чего творит!»
В общем-то у Василия не было причин для ревности. Но об этом парень как-то не думал. Сейчас его мысли были заняты другим. Другой.
С появлением в трапезной сварливой седой дамы, разговоры как-то быстро поутихли. Лишь старая перечница все трещала и трещала о том, что молодежь совсем опустилась, не чтит традиции, в правительстве идиоты и преступники и что скоро конец и полный ахтунг. Остальные пассажиры, уткнув носы в тарелки, быстрее заработали челюстями и поспешили закончить свои трапезы. Баюн последовал их примеру.
Времени до полуночи было еще валом. Уссурец использовал его на то, чтобы привести в порядок каюту сеньориты Дель Торес. Он взял у матроса швабру, вымел и выскоблил доски пола, аккуратно сложил уже распакованные вещи синьориты и оставил нетронутыми остальные. Затем, руководствуясь загадочными мотивами, оборотень выломал щеколду на окне. Убедившись в том, что теперь раму нельзя закрыть изнутри, уссурец прикрыл окно и ушел в кубрик.
До отбоя действующей вахты он протравил сальные анекдоты с матросами и выкурил две трубки. Затем, не раздеваясь, лег. Незадолго до полуночи, сделав вид, что ему нужно выйти по неотложным надобностям, уссурец покинул матросский кубрик и ровно в двенадцать стоял у дверей каюты номер шесть.
Боцман точно знает больше, чем считает нужным сказать. Запашок от дельца уже переплюнул кубричный гальюн, каковой доселе был непревзойденным рекордсменом по данной части. А что остается делать? Еще повесит за какой-нибудь надуманный проступок, и никто не вступится... Эсси кивнула и вышла из каюты, затворив дверь. Значит, надо идти и следить за "чистой" публикой, которая вот-вот пойдет с ужина.
Девушка воровато осмотрелась по сторонам у шустро вскарабкалась на фока-рей, где и устроилась, растянувшись на нагретом дереве, опираясь на тугую парусину. С этого места открывался отличный обзор на входящих и выходящих из дверей "едальни". Что происходило внутри было никак не разглядеть, да и не велика потеря. Хотя палуба между фок-мачтой и бушпритом была закрыта парусами, если бы кто-то из пассажиров ушел туда, можно было бы свесить голову вниз. В желудке урчало все сильнее. Тон боцмана не оставлял возможности сбегать в камбуз и разжиться хоть миской похлебки. Вздохнув, девушка пробурчала несколько отборных горских проклятий (смысла которых не знала сама) для обжор внизу, вынула из поясного мешочка пару припрятанных анчоусов.
"Боцман сказал, что не знает ничего про документы. Боцман собрал конкретных карго на ужине. Боцман знает, что синьора точно не его цель. Так кто же? Надутый индюк в цацках, который на пристань в карете подрулил? Этот может, вон важный какой! Но будь я королем, или еще каким шишкой, я б ни за какие коврижки такому не доверила. Его ж за версту видно! А, кто их знаете, королей этих! Может у них, кто самый блестючий и спесивый, тот и самый надежный считается... Тьфу!"
Эсси плюнула хвостик за борт, не попала, вздохнула с досадой и отхлебнула разбавленного до неразличимости асквибо из фляжки.
"Или тот парень, что стрелял из пистоля на пристани. Этот может. Исполнитель что надо. Усе сделает в лучшем виде. На рожон не полезет, но и не спасует... Поглядим. Тот, что стрелял через мою голову - навряд ли... Навряд ли. Этому свою бы башку уберечь, а не бумаги важные. Увлечется да и позабудет все к чертям собачьим. Ищи ветра в поле! Дылда с кулачным щитом? Да ну, он солдафон как старый Берни МакГи. Один устав караульной службы на уме. Таким вечно приказы подавай! А без приказа, небось, и в сортир не пойдет!" - девушка хихикнула, представив бравого айзенца, мужественно ждущего соответствующий приказ с красными от усилий глазами, но взяла себя в руки. "А может, тот смазливый зубоскал, который за девицу вступился? Ох, что-то с ним нечисто, разрази меня гром! Крученый он какой-то, mac soith*. Юлит, юлит, что твой угорь в верше, а сам себе на уме... Самая паскудная порода! Надо бы приглядеть.
Или девица? Да ну, она ж добрая как теля, небось, первый раз от мамкиной юбки отлучили. Как такой что важное доверить? Свое б не потеряла, и славненько...
Или тот старый гриб? Такой, блаженненький, ничего дальше своего носа не видит... Даже на драку не повернулся поглядеть... На такого никто не подумает, экий телепень... Тоже приглядеть надо. Чем Неблагие не шутят!"
Увлекшись рассуждениями, Эссильт едва не пропустила момент, когда на палубе появились первые цели. Сердобольная девица, а за ней, как вьюн, тот скользкий тип. "Почуял легкую добычу, стервец." Девушка поморщилась. Все это до крайности напоминало одну историю на соседней ферме. Там тоже заезжий виршеплет вскружил голову хозяйской дочке, да и бросил, получив свое. Два раза беднягу из петли вытаскивали, а вот из Аска выловить не успели. Но, как говорил папаша, "всех жалеть - сердце лопнет". Чтоб ему, старому, на том свете пива в пабе не подали.
Лучник выскользнул почти незаметно и смешался с матросней. Он мелькал то тут, то там. "Не мой человек, и то хлеб." Старикашку и индюка не было видно.
Никакого смысла сидеть дальше. Девушка слезла с насиженного места и побрела в камбуз. Ланниган как раз только начал раздавать еду и кивнул, как старому знакомому. Эсси шустро заглотала неаппетитное месиво и убрела на верхнюю палубу - делать вид, что драит. Имитация бурной деятельности - первое, чему она научилась за время службы. Всем плевать, чистая палуба, или нет, но команда все время должна быть чем-то занята. Иначе у парней с бака появляется время задуматься - а почему это офицеры едят нормальную пищу, а они тухлую солонину пополам с червями. А оттуда и бунта недалеко...
Место было выбрано удачно - старый "профессор" несколько раз походил мимо и даже добродушно посоветовал не падать за борт, но подозрительным не казался. Хотя, это тоже было подозрительно. Перед самым ужином она попыталась было аккуратно поспрошать Ланнигана насчет "чистой" публики - все же, он подольше ходит, и повидал этой братии уж куда как. Однако, ничего вразумительного тот не сказал. То ли не захотел, то ли и впрямь не знал. Как всегда в деле спасения шкуры Эсси могла рассчитывать только на себя.
*сукин сын (гаэльск.)
Обед шёл своим чередом. За столом велись типичные для подобных путешествий разговоры – кто откуда и куда, кто и чем занимается, завязывались знакомства, кой-где мелькало нечто, что с некоторой натяжкой можно было бы назвать flirtare*.
Я не вступал в них, но прислушивался, неторопливо поглощая обед, пытаясь понять, что за люди меня окружают. А компания подобралась весьма разномастная…
Любитель помахать топором, как выяснилось, охотник, вел беседу c девушкой, которая, если верить матросским pettegolezzi**, любовница капитана.
Черноволосый кареглазый айзенец по левую руку от меня – бывший наёмник.
Кое-кто в представлении явно не нуждался – надменный господин в роскошном платье, и суховатый старичок с обветренным лицом. Первый явно принадлежал к высшему обществу, и вполне возможно, был хорошим актёром – вся его важность и напыщенность казались мне несколько противоестественными, а второй явно относился к научным кругам. Впрочем, слушать профессора было довольно интересно.
В стороне от общей беседы осталось не так много обедающих – светловолосый молодой человек в простой одежде, которого я видел во время драки в порту, ухаживал за темноволосой девушкой, судя по повадкам, из благородных, и я со своей соотечественницей. За время трапезы мы не бросили друг на друга ни одного взгляда, что, впрочем, неудивительно – будучи детьми своей страны, мы привыкли к тому, что любой, даже малейший неверный жест может привести к смертельному исходу.
И всё же… несмотря на общую, в целом неплохую картину что-то было не так. Это «не так» чувствовалось, неуловимо витало в воздухе, словно предрассветный туман, и вело себя соответственно – вроде бы ты знаешь, что за ним должно что-то быть, а не видишь.
«Любовница капитана? Может быть. Матросы говорят, что он приболел, но то, как она себя ведёт… Либо ей позволено всё, либо никакого капитана тут нет, и это наводит на определённый вопрос – куда он делся? Светловолосый в простой одежде? Возможно. Одёжка простая, а вот украшения… Да, может быть стекляшки, но Легион меня побери, если в его повадках нет нескольких нюансов, присущих морякам с каперских судов…»
Пришедшая пожилая дама нарушила идиллию, что впрочем, не помешало мне покончить с форелью, хорошо прожаренным куском говядины, четвёркой яблок, парой горстей маленьких кислых желто-оранжевых ягодок, на которые никто почему-то не обратил внимания («Неужели все настолько не любят Olivello spinoso***?»), и бокалом вина.
Покинув кают-компанию, я не стал торопиться в каюту, а вновь занял своё излюбленное место у борта – поближе к юту. Повертев головой, заметил давешнюю парочку – предполагаемого капера и девушку, отвернулся, гоня прочь дурные мысли, но ощущение подвоха не желало проходить.
«Ты даже перед абордированием вензельских купцов себя так не чувствовал…»
______
* - флирт
** - пересуды, слухи, сплетни
*** - облепиха
Когда стемнело, Ренцо Де Анжелис заметил, что звезды указывают какой-то совсем неправильный курс корабля, он почему-то плыл скорее в противоположенную сторону к империи Полумесяца, чем к цели назначения. Возможно это не значило ровным счетом ничего, может быть Ренцо просто ошибался или корабль огибал опасные места или из-за болезни капитана курс проложили неправильно. Возможно....
****
Вольдер тоже заметил, что с дисциплиной на корабле не все гладко, он встретил несколько работающих матросов с характерным запахом выпивки, что удивительно даже для команды его речного судна, не говоря уже о морском судне, ведь река может "простить" ошибку, а море никогда. Также удивительно, что сколько Вольдер не прислушивался к разговорам матросов, он ни разу не услышал про болезнь капитана, хотя матросы не раз упоминали команды им отданные. Что-то тут было не так.
Прогуливаясь по палубе Вольдер заметил того мужчину, что помог им на пристани... как его Ренцо? Тот внимательно рассматривал звезды, как будто что-то его в небе беспокоило. Приглядевшись к нему Вольдер понял, что тот определяет курс корабля и что-то ему в этом курсе явно не нравится. Увы, познание Вольдера в морской навигации были не очень велики, чтобы понять что.
Рядом с мужчинами оказался паренек... юнга, который был занят какой-то работой. Вольдеру даже на мгновение показалось, что он оказался тут специально, следя за ними, но он отмел эту мысль как бессмысленную. Зачем следить члену команды за пассажирами?
****
Роджер и Лусия проводили время в довольно увлекательной беседе. Как оказалось её собеседник много лет ходил по морю и постоянно рассказывал морские истории, легенды и даже небылицы.
- Леди, не хочет заглянуть ко мне в гости, у меня замечательная коллекция вещей, собранных из разных стран? C каждой вещью, связанна своя занимательная история. Я коллекционирую вещи с историей.
****
Баюн осторожно постучал в каюту, но никто не открыл дверь. Можно было, конечно, стучать сильнее, но тогда его могли услышать и в соседних каютах. Почему девушка не открывает? Не слышит, уснула, а может быть она сейчас у капитана или даже капитан у неё? Конечно у оборотня было немало способов получить ответ, начиная с более сильного стука, заканчивая магией, но может благоразумнее бросить эту затею?
Баюн подождал у дверей каюты какое-то время. Прошелся по палубе рядом, но окно каюты, как назло, выходило за борт. Разглядеть, кто внутри, не представлялось возможным. Решив, что дама уснула или занята, уссурец рассудил, что торчать наверху больше нет смысла. Он огляделся по сторонам, проверяя, не видит ли кто-нибудь из вахтенных неугомонного пассажира, и спрятался в темном углу.
Лог броска:
BayuN: 1V10 => 5 ; 1 ; 2 ; 7 ; 4 #бросок 5с4 на превращение в Кота (сложность 15). Результат: успешно.
Переливающийся голубоватыми искорками слабый туман окутал фигуру оборотня. Загадочная магическая энергия заставляла тело человека исходить паром. Ноги и руки Баюна стали укорачиваться и утоньшаться, тело сжалось в покрытый шерстью комочек, появился хвост. Одежда постепенно сливалась с телом и превращалась в полосатый мех. По сероватому туману вокруг тела оборотня шла непрерывная пульсирующая волна, сопровождавшаяся метаморфозами под ней. Прошло несколько секунд – туман рассеялся. Вместо человека, одетого и с топором, на досках палубы оказался серый в черную полоску котяра, немногим больше обычного. Зеленые глаза отсвечивали в ночном сумраке.
Кот зевнул, почесал задней лапой за ухом, затем зевнул еще раз, давая заплутавшим корабельным крысам возможность полюбоваться идеально белыми зубами. После чего медленно встал на четыре лапы и попытался принюхаться.
Чувства Баюна полностью изменились. Зрение стало объемным, с углом обзора больше 180 градусов. Цвета смазались, но стали различимы малейшие оттенки серого. Каждый из запахов, которые до этого сливались в неразличимый коктейль, теперь стал отдельным, отчетливым ароматом, который ни с чем невозможно спутать. Сосны мачт пахнут целой композицией ароматов, мореное дерево имеет свой, особенный букет. Доски палубы пропитаны солью, паруса воняют просаленной мешковиной, запахи людей так же стали уникальными и различимыми композициями из разных компонент. Следы каждого человека, прошедшего по палубе, держались в воздухе какое-то время. Сейчас Баюн мог достаточно точно сказать, сколько членов команды и пассажиров на судне, и кто из матросни не имеет привычки мыться чаще раза в год. Откуда-то с верхней палубы ночной бриз доносил пряный флер трав, которые охотник дал юнге. «А малыш-то на вахте».
Убедившись, что рядом никого нет, кот скользнул к стене каюты незнакомки и бесшумно приблизился по уступу на ней как можно ближе к окну. По сравнению с кошачьими, человеческие органы восприятия все равно, что у инвалида. Фантастическое ощущение, не заглядывая в каюту точно знать, что внутри две женщины, множество различных тканей и кожи, заряженный пистолет, ковры из овчины и бумаги, бумаги, бумаги. Забираться через окно и убеждаться в том, спят ли незнакомки, Баюн счел бессмысленным и поспешил к каюте синьориты Дель Торес. Бесшумной тенью кот скользнул к заранее открытой раме, подтянулся, едва заметно оцарапав когтями стену, и, прижав уши, просунул голову внутрь окна.
Девушка уже легла, но еще не уснула, мучимая впечатлением от событий дня, качкой и новой обстановкой.
Кот нагло запрыгнул на кровать, заставив Лусию вздрогнуть от неожиданности, просительно, жалобно мяукнул и начал тереться головой о ножку юной кастилийки.
Айзенец решил прогуляться по кораблю, а и заодно послушать, о чем матросы толкуют.Из таких разговоров он надеялся узнать о неуловимом капитане (сценок с Боцманом он не видел, а разговор зазнобы капитана с ним был вполне невинным). Отсутствие о нем хоть каких-то сведений вызывало у бывшего речника смутное беспокойство.
Которое усилилось, когда Волькер замечал от нескольких моряков сильный запах алкоголя. "Нет, на барже иногда тоже немножко выпивали, но не столько же! Река прощает ошибку лишь однажды...а море - никогда. Неладно тут что-то...к тому же, не особо скрываются! Трехвостки не боятся, что ли?" - негодовал про себя Дорк. Да, плавать по реке было немного безопаснее, чем по морю, отчего моряки на речников смотрели свысока, благо повод был. Но на судах обычно соблюдался сухой закон. "Кроме пиратских. Правда, и там ограничения были...но не на всех судах." - вспомнил уроженец Фишлера и помрачнел.
Возможно, это означало, что капитан тут был плохой, но это тоже не лучшая новость...О капитане: про его болезнь матросы не говорили ни слова, хотя его приказы упоминались часто. И выполнялись заодно, видно.
"Нечисто тут что-то, нечисто..." - чутье уроженца Фишлера кричало об опасности, так что бывший наемник одел панцерхэнд, снятый на обеде. Шпага и так с собой была: привычка с прошлых времен, что поделать...
Волькер поднялся наверх прогуляться по палубе. Прохладный ветер помогал остудить горячую голову, после чего размышлялось обычно легче. Неподалеку прогуливался...как его...Ренцо. Он стрелял из пистолета по швали, которая пыталась пробиться на борт. Дворянин определял курс корабля и сему явно что-то в нем не нравилось. Краем глаза уроженец Фишлера заметил юнгу, возившегося неподалеку. "А не следит ли?" - мелькнула мысль, которую мужчина отогнал. Впрочем, команда в любом случае не должна была знать о подозрениях пассажира.
Бывший речник решительно подошел к водачченскому дворянину.
- Что-то вид у вас какой-то невеселый...вспомнили что? - простодушно начал он, после чего тихим шепотом добавил:
- Что с курсом корабля не так? Тут команда какая-то...и с капитаном...
С шепота Волькер перешел на нормальный голос:
- Молчите? Понимаю, эти воспоминания не для всех...у самого такие есть...отойдем может и...вы не знаете о Джузеппе Лукани? Он не о вас ли говорил, что... - под прикрытием этого потока слов айзенец шепотом предложил отойти, дабы не подслушали ненароком.
- Про болезнь капитана никто ни словом не обмолвился, в отличие от его приказов! Да и пьют столько...река ошибку одну простить может, а море ничего не прощает! Нечисто тут что-то...припереть бы матроса какого, да расспросить хорошенько... - шептал тем временем Дорк.
Появление кота заставило Лусию вздрогнуть. Она ахнула и села, прижав руки к груди. Однако кот так успокоительно урчал, что девушка быстро успокоилась и заулыбалась.
- Ой, котик, откуда ты взялся? - Лусия погладила мягкую спинку, твердый лобик и теплое ушко. - Заблудился?
Она сделала движение, чтобы встать и открыть дверь, но кот сильнее прижался к ее ноге, а когда девушка откинула одеяло, тут же устроился у нее под боком, продолжая урчать.
- Хорошо, спи здесь, а уйти сможешь так же, как вернулся.
Лусия снова откинулась на подушку и закрыла глаза. Сегодняшний день был полон волнений. Но больше всего ее привел в смущение разговор с Роджером.
После того, как они снова представились друг другу, ей было с ним очень интересно и весело. Истории, пересыпанные шутками, заставляли ее восхищаться и смеяться. Лусия уже решила, что более приятного знакомства у нее в жизни не было, как вдруг он спросил:
- Леди, не хочет заглянуть ко мне в гости, у меня замечательная коллекция вещей, собранных из разных стран? C каждой вещью, связанна своя занимательная история. Я коллекционирую вещи с историей.
Первым порывом Лусии было, конечно же, согласиться. Любопытство тут же вспыхнуло в ней ярким пламенем и закружило голову не хуже розового вина. Но тут налетевший порыв довольно свежего ветра заставил ее вздрогнуть, и наваждение прошло.
Она вежливо поблагодарила Роджера за приглашение, сказала, что неприменно взглянет на вещицы, но в другой раз, а сегодня она устала и хотела бы прилечь.
Тот тоже рассыпался в извинениях и комплиментах, проводил до дверей каюты и пожелал сладких снов.
И вот теперь Лусия корила себя за то, что чуть не согласилась на двусмысленное приглашение. Она рассеянно поглаживала мягкую спинку кота и чувствовала, что, наконец-то проваливается в сон.
__________________
Мерзкое, отвратительное чувство некоей неправильности происходящего, чуть отступившее после обеда, вернулось вечером, с выходом на вечернее небо звёзд.
Первая же попытка определить курс корабля окончилась… не сказать, чтобы неудачей, но неожиданными результатами, и означены результаты требовали признать что-то одно из двух: либо потерю за несколько лет научной деятельности почти всех навыком управления кораблём, либо отсутствие на «Альбатросе» штурмана (или его наличие в дохлом или спящем виде, или, по меньшей мере в нетрезвом состоянии).
Вторая попытка подтвердила результаты первой с той небольшой разницей, что мне примерно удалось установить направление движении – корабль сильно отклонялся от курса на Монтень, смещаясь куда-то в сторону империи Полумесяца.
Третью попытку завершить мне не удалось – ко мне подошёл наёмник-айзенец, сидевший на трапезах за столом по левую руку от меня.
Цитата:
Сообщение от синьор Дорк
- Что-то вид у вас какой-то невеселый...вспомнили что? - простодушно начал он, после чего тихим шепотом добавил:
- Что с курсом корабля не так? Тут команда какая-то...и с капитаном...
С шепота Волькер перешел на нормальный голос:
- Молчите? Понимаю, эти воспоминания не для всех...у самого такие есть...отойдем может и...вы не знаете о Джузеппе Лукани? Он не о вас ли говорил, что... - под прикрытием этого потока слов айзенец шепотом предложил отойти, дабы не подслушали ненароком.
«Не одному тебе кажется, что здесь есть подвох, и это…как ни странно, радует. Значит, просто списать это чувство на очередной приступ паранойи, связанный с Великой Игрой, не удастся…»
- Добрый вечер, синьор… Дорк? Я надеюсь, что правильно запомнил вашу фамилию. Прощу прощения, что не ответил сразу – пребывал в мыслях весьма далеко от палубы нашей шхуны, - я неторопливо зашагал к юту, и стал спускаться по лесенке в коридор, ведущий в каюту. - Что же касается Джузеппе Лукани, я могу припомнить нескольких господ…
Лишь внизу, после этой фразы я перешёл на шёпот.
Цитата:
Сообщение от синьор Дорк
- - Про болезнь капитана никто ни словом не обмолвился, в отличие от его приказов! Да и пьют столько...река ошибку одну простить может, а море ничего не прощает! Нечисто тут что-то...припереть бы матроса какого, да расспросить хорошенько...
- Не думаю, что они ответят на наши вопросы. Вполне возможно, что среди них ходят лишь слухи да сплетни. А с «Альбатросом» слишком много странностей, - я продолжал идти по коридору, ведущему к каютам вслед за наёмником, поглядывая через плечо на лестницу, - возможно, конечно, что штурман или навигационный офицер этой посудины ошибся курсом; возможно, что в торговом флоте или на судах, принадлежащим частным владельцам, матросу позволяется всё, вплоть до некоторой доли распущенности; возможно, что капитан настолько благоволит своей любовнице, что позволяет ей себя вести в мужском обществе несколько…вызывающе, при этом сам capitano* действительно чем-то болен, но может быть, - я усмехнулся, - что он давным-давно отравлен,зарезан, или заколот и покоится на дне морском, на судне всем заправляет кто-то из офицеров или его…содержанка, при этом моряки их не особо и любят, судя по позволенным им вольностям, и к этому всему нужно добавить то, что шхуна идёт в империю Полумесяца, а не в Монтень. Делайте выводы сами, любезнейший, но не расставайтесь с оружием, принимайте пищу и питьё осторожно, и обращайте внимание на окружающих – кто знает, в какой момент экипаж решит, что uccello e stata troppo a lungo in natura**.
Не сказать, чтобы я уж очень сильно доверял собеседнику, но айзенец – единственный, кто не воспринял меня в штыки сразу.
- Полагаю, что нам лучше разойтись по каютам. Будьте осторожны, но если поднимется шум – полюбопытствуйте, мало ли – пришли за кем-то из пассажиров, - я остановился у своей двери.
____
* - думаю, что перевод не требуется
** - птичка слишком долго жила в природе
Эсси спросила бакового о том нет ли чего необычного в пассажирах, тот посмотрел на неё с недоумением и сказал, откуда ему знать про этих богатеньких. Это лишь добавило подозрения Эсси в странности команды пассажирского судна мало что знающего о своих пассажирах. Эсси начинала понимать, что эти матросы мало общего имеют с матросами торговых или пассажирских судов.
****
Эсси услышала все что говорил Айзенец громко, услышала и то что он что-то шептал. Что, увы, разобрать что тот шептал ей не удалось, но сам факт перешептывания уже настораживал. Эсси задумалась есть ли ей смысл попытаться подобраться поближе или риск быть обнаруженной того не стоит?
Ульдерига готовилась ко сну. Тереза, зевая, несмотря на то, что большую часть дня она проспала, расчесывала волосы госпожи:
- Сеньора, - чинно вопрошала служанка, - Вы действительно не будете нуждаться в моих услугах ночью?
- Никоим образом, - Ульдерига расслабленно прикрыла глаза и боролась со стойким желанием ссутулить плечи, - сеньора Тереза, отдыхайте спокойно, дверь я запру, редкий глупец решиться побеспокоить меня, день был долгий.
Облачив госпожу в ночную рубаху до пят и чепец, сеньора Фелегрини вышла из каюты и проследила за тем, чтобы дверь за ней заперли.
Оставшись одна, Ульдерига тут же легла в кровать, плечи и затылок привычно уперлись в тонкий матрац, подушка лежала на полу, недалеко от ночного горшка, senora Litta Arese не любила холодных полов.
Ощущение тревоги так и не покинуло молодую женщину, дурнота, вызванная качкой усиливалась плавно, но также никуда не исчезала.
Последней мыслью Ульдериги было следующее:"Интересно, события которой из красных линий станет свершавшимся фактом быстрее?".
Тихое посапывание почти не нарушало тишины.
Айзенский солдафон перешептывался со стрелком-водачче. Если это не подозрительно, то Эсси готова прямо не сходя со своего места сжевать солдафоновы старые портянки, буде удастся их раздобыть. Как же... как же... Девушка подхватила лоханку, с которой "драила" палубу и медленно, нога за ногу, пробрела (почти вплотную к парочке) к борту. Подслушать удалось только обрывок фразы на водачче "...что с курсом корабля не так? Тут команда какая-то...и с капитаном.... Потом девушка очень натурально запнулась о выступающую доску и окатила палубу и борт почти прозрачной водой. Подскочив, как кошка на горячей крыше, она побежала за шваброй.
...конечно, они подозрительные. Только подозревают то же самое, что и она. Нечисто с этой шхуной, ох и нечисто...
Когда стемнело, Эсси устроилась на уже облюбованной груде парусов. Оттуда открывался сносный обзор на двери пассажирских кают для "чистых". Дождавшись, когда из восьмой выйдет старая клуша, девушка не стала торопиться. Она свернулась на парусах калачиком и крепко заснула. В кубрик Эсси не пошла бы, даже если бы не было плана. Непременно там окажется хор храпунов на все лады, один или два повелителя ветров и неописуемой крепкости аромат вовек не мытых тел. В качестве изюминки среди спящих может обнаружиться еще и любитель поболтать во сне, а то и походить. Нет уж, нет уж. Когда склянки пробили четыре, разом проснулась. Девушка подбежала к борту, ежась от предрассветной прохлады, быстренько набрала лоханку морской воды, стянула робу, окатилась и, отфыркиваясь, оделась. С природной брезгливостью она ничего не могла поделать, а вшей не переносила на дух.
На цыпочках подобравшись к двери Эссильт обиженно фыркнула - каюта была заперта, но не на замок, а на засов. Сдаваться девушка не собиралась. Единственный шанс на спасение виделся ей в успехе дьявольски рискованного замысла. Порывшись в парусах, она встревожилась, но буквально в следующее мгновение обнаружила, что искала. Еще днем девушка нашла в трюме (куда забрела посмотреть на груз и помпы) старый абордажный крюк. Вернее, чуть не распорола босую ступню о его хищный коготок, незаметный под слоем мутной воды. Лишь Неблагие знают, когда и как он там оказался, почему закатился между килем и доской обшивки, почему помповые матросы зря едят свои пайки, и какого лешего боцман не проверяет за этими оглоедами.
Как бы там ни было, крюк весь день пролежал в парусине, привязанный к длинному и крепкому линьку с толстыми узлами. Теперь Эссильт собиралась влезть в окно каюты зловещей синьоры. Внутренне она была ни жива, ни мертва, но не из-за репутации ведьм Судьбы (как она по юности подозревала, весьма дутой, по сравнению с туата а дананн), а из за жадной пучины, над которой предстояло лезть. Дочка кузнеца очень плохо плавала. Сорванцы с соседних ферм дразнили ее "Наковальней" - за характерное поведение в воде. Они, конечно преувеличивали. Но не сильно. На дно девочка не шла, но до красивых и отточенных движений этих самых сорванцов ей было ох как далеко. Впрочем, ледяные воды горных рек совсем не то, что "могила моряка"...
Эсси прошла вдоль фальшборта над окнами кают. Она прикинула расстояние между дверями и примерно представила себе, где нужное окно. Окно шестой было призывно приоткрыто. Окно восьмой, как и надеялась девушка, было распахнуто настежь - цвет лица синьоры весь вечер не уступал ее же нежно-зеленому платью. Дальше медлить было опасно. До смены вахты оставалось не так уж и много времени. Крюк был тщательно закреплен в фальшборте, веревка закачалась над бездной. Крепкий ветер швырял ее, постукивая узлами по дереву. "Bhuel, raced! *" Девушка осторожно и почти бесшумно скрылась за фальшбортом, ловко перебирая руками и ногами по узлам. Порыв ветра, особенно резкий, качнул легонькое тело и сильно ударил о доски обшивки. От неожиданности Эсси зажмурилась и выпустила веревку...
Пришла в себя она чуть ниже нужного окна, вся разом взмокшая, с добела стиснутыми на узлах кулаками и коленями. Вопреки опасениям, окна не были украшены заспанными рожами пассажиров. Облегченно вздохнув, девушка вскарабкалась повыше и перевалилась в каюту. Внутри было темно. В лунном свете мягко мерцала парча лежащего на сундуке платья. " Вот так работа! Conas is feidir leo a straice an sreang chomh tanai?** Надо бы взглянуть поближе..." Девушка сделала шаг к платью и наступила на чью-то руку. Она вскрикнула от неожиданности, но, приглядевшись, поняла, что это та самая синьора и есть. Не то упала с кровати, не то... не то стервец боцман решил перестраховаться... Вынув на всякий случай кинжал, Эсси опустилась на колени и приложила палец к шее женщины. Сердце билось. Тогда она зажала спящей рот и горячо зашептала на водачче "Signora, io non ti fare nulla di male fino...*** Выслушайте меня, синьора! На корабле что-то нечисто, а боцман приказал мне проследить за вами. И доложить ему, если вы что-то подозреваете... Проснитесь же, синьора! ... Le do thoil!**** Если уж боцман побаивается эту женщину, значит, Эсси это только на руку. Если же она ошиблась... что ж, никакой разницы, от чего пропадать.
* Понеслась! (гаэльск.)
** Как же они протягивают проволоку так тонко? (гаэльск.)
***Синьора, я вас не обижу! ( ит.)
****Ну пожалуйста! (гаэльск.)
Во сне Ульдериге снились их корабль, огонь и огненные пауки, бросающиеся на беззащитных пассажиров. Со стороны на это смотрел самый главный паук с лицом Боцмана. Небольшой паучек, отбежал от остальных, подбегая все ближе к Ульдериге и запричитал.
- Проснитесь же, синьора! ... Проснитесь!
Когда синьора открыла глаза она обнаружила перед собой того мальчишку-юнгу, который так отважно орудовал ножом в прошлой драке.
****
Вольдер заметил юнгу, неожиданно оказавшимся очень близко от разговаривающих и уронившим ведро с водой. Возможно, тот и услышал обрывки фраз, но слишком естественно все это выглядело, чтобы Вольдер смог реально в чем-то подозревать этого мальчишку.
"Салага, только попал на корабль," - понял он и усмехнулся, - " вон как поспешно полы с перепугу надраивает, аж ведро уронил. Все салаги сначала пытаются работать за троих, только чаще всего впустую, " - вспомнил Вольдер и свои первые дни на корабле.
****
Баюн проснулся ещё до рассвета и чтобы не волновать Лусию, превращением котенка в слугу, вернулся в свою каюту. Только он успел упасть на кровать и задремать, как в закрытой двери провернулся замок и из сна его вырвал приятный женский голос, с нотками сарказма.
- Сеньор, видимо предпочитает, чтобы леди приходила к нему домой сама?
Открыв глаза, он заметил ту, к которой так и не сумел попасть этой ночью... Леди легко рванула шнуровку платья и оно упало к её ногам.
Баюн проснулся ещё до рассвета и чтобы не волновать Лусию, превращением котенка в слугу, вернулся в свою каюту. Только он успел упасть на кровать и задремать, как в закрытой двери провернулся замок и из сна его вырвал приятный женский голос, с нотками сарказма.
- Сеньор, видимо предпочитает, чтобы леди приходила к нему домой сама?
Открыв глаза, он заметил ту, к которой так и не сумел попасть этой ночью... Леди легко рванула шнуровку платья и оно упало к её ногам.
– Синьора, сегодня на редкость доброе утро, – обалдел уссурец.
– Тогда доброе утро, котик, – сказала она тихо, сверкнув в утреннем свете улыбкой. – Скучаешь один?
Баюн приподнялся, оперевшись на локти и глядя на нее. Кожа водаччианки имела оттенок кофе, сильно разбавленного молоком. Лицо обрамляли черные волосы. У Василия напрочь вылетели из головы мысли, которых итак водилось немного. Напряжение последних дней, накопившееся в теле, полностью перекочевало вниз живота.
– Еще как, – ответил он хрипло. – Тебе нравится заводить мужчин ожиданием?
Она окинула его испытующим взглядом зеленых глаз.
– Ты слишком много говоришь, – сказала она. – А размахивать в состоянии только топором?
Водаччианка грациозно прыгнула на кровать, усевшись верхом на мужчину. Баюн притянул ее к себе и заткнул водаччианке рот. Шум деревянной кровати утонул в с крипе мачт и рокоте волн за окном. Две пары рук лихорадочно снимали одежду.
В прошлом Баюну не раз приходилось увиваться за какой-нибудь селянкой или даже заглядывать в гости к портовым Дженни. Он давно усвоил для себя простую истину: чем ниже социальный статус любовницы, тем меньше шансов попасть в хроники сплетен. И, что еще более важно, тем меньше уровень притязаний девушки. Обычно им хватало самого факта внимания благородного господина, чтобы почувствовать себя принцессой на час. Некоторые безучастно лежали, глядя в потолок, большинство хихикали, некоторые плакали, когда он уходил, но никогда не смели притязать на длительный роман и тем более на узаконивание отношений. С ними все было просто. Кто они? И кто он?
Роман с дамой из благородной семьи, тем более, когда она не свободна – это всегда неприятности. Большие неприятности. Но это всегда что-то особенное.
Когда первый акт постельной сцены закончился, и Баюн скатился с водаччианки, она не вскочила с кровати и не начала поспешно, стыдливо одеваться, а, лежа, нагая, рядом с ним, потянулась за деревянной трубкой с серебряным мундштуком, раскурила и дала Василию.
– Определенно, тебе это было нужно, котик, – сказала она, поглаживая его грудь.
Раз ГМ решил, что это действительно было ему нужно, то так и есть Баюн испытывал блаженный покой и облегчение. Он втягивал дым в легкие и выпускал через ноздри, любуясь ее миниатюрной, точеной фигуркой.
– Ты просто прелесть, – сказал он. – Может быть раскроешь великую тайну, как называть такое чудо? Есть ли у этого ангелочка имя?
– Луиза. – Она села прямо, спустила стройные ножки с кровати, отвернулась и надула губки. – Луиза Кораддини, мог бы и запомнить, котик.
Баюн обхватил ее рукой за талию и притянул к себе. Она успокоилась и опять опустилась в постель. Недокуренная трубка покатилась по полу. До тех пор, пока о трубке не вспомнили в следующий раз, больше в каюте не раздалось ни слова. Только звуки.
– Скажи честно, ты влипла в какую-то историю? Что не так с этим кораблем?
Девушка вздрогнула, приподнялась на локте и уставилась на Баюна с выражением любопытства.
– Ты же не думаешь, что я тебя использую, котик?
– Нет, лапочка, я просто хочу помочь. – Он наклонился к красивой женской головке и ласково укусил мочку уха. – Так что? Могу я что-нибудь для тебя сделать, Луиза?
Цитата:
Во сне Ульдериге снились их корабль, огонь и огненные пауки, бросающиеся на беззащитных пассажиров. Со стороны на это смотрел самый главный паук с лицом Боцмана. Небольшой паучек, отбежал от остальных, подбегая все ближе к Ульдериге и запричитал.
- Проснитесь же, синьора! ... Проснитесь!
Когда синьора открыла глаза она обнаружила перед собой того мальчишку-юнгу, который так отважно орудовал ножом в прошлой драке.
Ulderiga, senora Litta Arese, судорожно вздохнула и непроизвольно пнула мальчишку в живот:
- El hampa diabolica! Как ты здесь оказался?
Голова гудела нещадно, борясь с тошнотой, Ульдерига согнулась в три погибели там же на полу и стянула чепец, для под страховки, волосы распались и пряди тут же прилипли к потной шее и щекам.
Неловко повернувшись, тем самым так некстати всколыхнув содержимое желудка, senora Litta Arese сглотнула и сфокусировала взгляд на двери. Засов был на месте. Мальчонка скрючился от удара и, скорее симулировал, чем испытывал ту боль, которая отражалась на его лице.
- Ты понимаешь меня, El loco joven?
И тут Ульригу осенило!
Цитата:
"Signora, io non ti fare nulla di male fino...*** Выслушайте меня, синьора! На корабле что-то нечисто, а боцман приказал мне проследить за вами. И доложить ему, если вы что-то подозреваете... Проснитесь же, синьора! ... Le do thoil!
Не выпуская из рук чепец, непроизвольно сдув липкую прядь волос, пытавшуюся упасть на глаза, Ульрига широко распахнула прозрачно-голубые глаза и придвинулась к юноше:
- Успокойся, payaso! Ты не побоялся влезть ко мне в окно, а до этого я видела, как ты убил человека.
Мальчик прекратил паясничать и сгруппировался на полу, уперев руки перед собой:
- На корабле что-то нечисто, а боцман приказал мне проследить за вами. И доложить ему, если вы что-то подозреваете...
- Боцман? El bastardo sucio, - Ульдерига решила, что неплохо бы было и встать с пола, но ограничилась лишь тем, что села и расправила чепец на коленях, прицепилась на глаз, в случае казуса мальчика не должно было задеть, - Черноволосая воддачанка, pindonga боцмана, участвовала в этом?, - не дожидаясь ответа, сеньора Литта Аресе продолжила шептать, - Боцман говорил что-либо обо мне?
Юноша скуксился и посмотрел на сеньору жалостливо и покаянно.
Ульдерига собралась с силами и оторвала одну руку от чепца, схватила мальчишку за руку и притянула к себе, сипло дыша ему в лицо:
- Рассказывай все! И не забудь правдиво объяснить, почему ты пришел ко мне, нарушив приказ патрона?
Воспоминания о горящих пауках из сна могли найти подтверждение в реальности. Ульдерига чувствовала злобу, давшую первый росток в ее страдающей от боли голове.
- Я хочу помочь не себе,а тебе, - девушка устало откинулась на подушку, - беги! Я не хочу видеть тебя в цепях, котик.
Она посмотрела за окно, где едва начало светать.
- Матросы ещё спят. У тебя ещё есть возможность похитить лодку и сбежать... в каком направлении земля я покажу.
На удивленный взгляд Баюна, Луиза посмотрела на него грустными глазами.
- Пассажиров в полдень закуют в кандалы. Корабль повезет их на рабские рынки Империи Полумесяца. Капитану... вы его знаете как Боцман, заплатили чтобы он перехватил какие-то секретные документы, поэтому он захватил это судно и устроил этот карнавал. Капитан решил, что никто с его лицом никогда не поверит, что он капитан торгового судна, поэтому он назвался вам Боцманом. А все матросы тут - настоящие пираты. И их в три раза больше чем пассажиров-мужчин. У вас нет шансов. Совсем. Совсем-совсем.
Она горько усмехнулась.
- Я бы убежала с тобой, милый, но он броситься за нами в погоню, нам вдвоем не убежать. Он никогда не отпустит меня. Я должна остаться.
Она смотрела застывшим взглядом в какую-то точку на стене.
- Если бы он умер все могло бы измениться, пираты стали делить власть, а мы могли бы сбежать или встать во главе пиратов... вместе с тобой котик. У меня есть свою люди среди матросов, но пока ОН жив, они не скажут и слово против. Увы, никто не решается бросить ему вызов, те кто решался он просто порезал на куски. Лучше беги, а я останусь.
Синьора оказалась сильнее, чем можно было подумать. По крайней мере, пихалась она быстро и неожиданно. Чтобы сделать даме приятно, Эсси, насколько могла, изобразила адские страдания. То ли недостаточно убедительно, то ли синьора оказалась пронцательней, чем хотелось, но артистку, фигурально выражаясь, освистали. К счастью, благородная дама не заметила кинжала, который девушка благополучно прикрыла ногой - чтобы не отсвечивал.
- Ух, я уж решил, что боцман, mac an striapaigh* послал кого-то вас... того... порешить... - Пробормотала Эссильт. - Первая хорошая новость за день.
Цитата:
- Черноволосая воддачанка, pindonga боцмана, участвовала в этом? Боцман говорил что-либо обо мне? Рассказывай все! И не забудь правдиво объяснить, почему ты пришел ко мне, нарушив приказ патрона?
- Простите, синьора, в каюте боцман был один. Давайте я обскажу все по порядку. Я не первый раз на корабле, синьора. Это пятое судно, на котором я иду. Был военный корабль королевы, был корабль контрабандистов, был монтеньский почтовик, был вендельский купец. Но нигде боцман не жил в отдельной каюте. Нигде боцман не умел читать карты. Боцманы, они все время с нами - кубричной косточкой. Команды отдают, за порядком следят, за провинности дерут, не без того. Я неладное почуял еще когда этот slyboots** на погрузке в драку не вмешался. И приказа матросам не отдал. Не бывает так, синьора.
Так вот, вызвал он меня - а обычно боцманам до громитов и юнг дела не больше, чем вам до корабельных крыс - и давай вокруг да около ходить. Дескать, команда у нас хорошая, ты нам подойдешь, а бить у нас не в заводе - вот на рее вздернуть, это да, это можем... А потом вдруг сразу круто к делу приступил - мол, птичка на хвостике принесла, что едет с нами очень важный человек, очень важные тайные бумаги везет. Вызнать велел, кто, да что, а сроку положил до полудня сего дня. А потом велел про "ведьму-водачче", простите, синьора, но вы сами велели... Про ведьму разузнать. Не заподозрила ли неладного, сказал. Ну, я и решил, что коль он вас побаивается, лучше вам все и рассказать. Вдруг вы чем помешать ему сможете.
Потому как, синьора, это не мне заблажилось, не надейтесь. Я слышал, как айзенец, который с панцерхедом на ту шваль пошел, с синьором из Водачче, ну, который на пристани стрелял, говорил. А знаете, про что? Про то, что не на Монтень судно идет. И с командой неладно. И капитана не видно. А девица капитанова, пока боцман со мной беседы вел, всех господ, у которых те бумаги могут быть, в одной каюте на обед собрала.
Все как есть вам рассказал, хотите верьте, хотите нет. Я сюда нанялся-то от безденежья - очень в Монтень надо было, чтоб оттуда домой, на Eire***. Мне терять нечего, Боцману скажу, что вы ни сном ни духом, синьора. Что мутит вас, простите, с корабельных харчей, так, что жизнь не мила. Тут не до заговоров, мол. А чтоб не мутило, попробуйте перец, такой, чтоб сильно злой был, пожевать. Средство злое, но верное. - Мысли Эсси начали путаться. Сказывалось напряжение всего дня и последнего часа. - Простите, если что не так, синьора. Позвольте мне уйти.
Девушка махнула на дверь, одновременно сунув кинжал в ножны.
*курвин сын (гаэльск.)
** прохвост (гаэльск.)
***самоназвание Инисмора, местного аналога Ирландии (гаэльск.)
Цитата:
Она горько усмехнулась.
- Я бы убежала с тобой, милый, но он броситься за нами в погоню, нам вдвоем не убежать. Он никогда не отпустит меня. Я должна остаться.
Уссурец побелел как мел, голос его оставался спокойным, но всякому, кто заглянул бы в душу охотника стало бы известно, что затишье перед бурей не так страшно, как это мрачное спокойствие. Нервы Баюна натянулись сильнее тетивы.
- Я всегда успею сбежать. Меня уже пытались однажды заковать в цепи, - саркастично произнес он. - Но сейчас я не один. Я не могу так просто уйти.
Цитата:
Она смотрела застывшим взглядом в какую-то точку на стене.
- Если бы он умер все могло бы измениться, пираты стали делить власть, а мы могли бы сбежать или встать во главе пиратов... вместе с тобой котик. У меня есть свою люди среди матросов, но пока ОН жив, они не скажут и слово против. Увы, никто не решается бросить ему вызов, те кто решался он просто порезал на куски. Лучше беги, а я останусь.
- Нет.
Уссурец взял лицо девушки в ладнони, поцеловал и поднялся с кровати.
- Спасибо, Луиза. Я твой должник. - Охотник лихорадочно одевался. - Но нет, я не могу уйти.
Баюн перекинул топор за спину и проверил, правильно ли легли ремни.
- В полдень. Говоришь, у нас есть время до полудня?
- Да. Но я же сказала - у вас ни единого шанса.
- Ты просто недостаточно хорошо меня знаешь. Что бы не случилось - не бойся.
Уссурец еще раз поцеловал девушку и спокойным шагом, словно на прогулке, вышел из каюты. Ему нужно было найти Ведьму и Фехтовальщика, пока пираты не начали действовать. Выбирая между враждой с Ватицинской церковью и жизнью Лусии, Баюн не раздумывал.
"Все, что нужно - это убить водаччианского подлеца."
Через минуту уссурец уже стучал в дверь каюты синьоры Литта Арессе.
- Синьора, во имя вашего Пророка, нам нужно срочно поговорить!
Цитата:
Сообщение от синьор Ренцо
- Не думаю, что они ответят на наши вопросы. Вполне возможно, что среди них ходят лишь слухи да сплетни. А с «Альбатросом» слишком много странностей, - я продолжал идти по коридору, ведущему к каютам вслед за наёмником, поглядывая через плечо на лестницу, - возможно, конечно, что штурман или навигационный офицер этой посудины ошибся курсом; возможно, что в торговом флоте или на судах, принадлежащим частным владельцам, матросу позволяется всё, вплоть до некоторой доли распущенности; возможно, что капитан настолько благоволит своей любовнице, что позволяет ей себя вести в мужском обществе несколько…вызывающе, при этом сам capitano* действительно чем-то болен, но может быть, - я усмехнулся, - что он давным-давно отравлен,зарезан, или заколот и покоится на дне морском, на судне всем заправляет кто-то из офицеров или его…содержанка, при этом моряки их не особо и любят, судя по позволенным им вольностям, и к этому всему нужно добавить то, что шхуна идёт в империю Полумесяца, а не в Монтень. Делайте выводы сами, любезнейший, но не расставайтесь с оружием, принимайте пищу и питьё осторожно, и обращайте внимание на окружающих – кто знает, в какой момент экипаж решит, что uccello e stata troppo a lungo in natura**.
- Слишком много этого всего... - тихо сказал Волькер. - чтобы все так было хорошо. Печенкой чую, что что-то будет.
По пути он заметил того же юнгу: тот разлил ведро с водой совсем рядом. Вспомнив себя в первые дни на барже, айзенец чуть усмехнулся. "Салага..."
О том, что паренек мог что-то подслушать, не возникло ни единого подозрения, тем более, что тот быстро умчался за шваброй. "Тоже приходилось бегать так..."
Цитата:
Сообщение от синьор Ренцо
- Полагаю, что нам лучше разойтись по каютам. Будьте осторожны, но если поднимется шум – полюбопытствуйте, мало ли – пришли за кем-то из пассажиров,
Волькер и не заметил, как оказался у своей каюты. К тому же надо такому оказаться, что их с водачченцем каюты находились совсем рядом.
- И это дело. Доброй ночи. - а что еще оставалось делать?Ну не будить же остальных пассажиров среди ночи, не так ли? "Завтра предупрежу уссурийца. Может, и выйдет что. И еще бы поговорить с этой...ведьмой. Она наверняка о чем-то знает, думаю" - подумал Дорк, заперев дверь.
Вначале он проверил шкатулку. Она была на месте и навряд ли кто ее трогал. Потом уроженец Фишлера взглянул на окно. Была какая-то такая мысль, но он ее позабыл. "Значит, не важно." - отмел мимолетное сожаление в сторону наемник и положил заряженный пистолет под подушку. Перчатку и рапиру далеко не убирал, чтобы в случае чего они были под рукой Сняв сапоги, бывший речник лег на кровать не раздеваясь и мысленно прочитал молитву Теусу.
"Нет, уж, Волькера Дорка вам так просто взять не удастся..." - подумал айзенец, проваливаясь в беспокойный и чуткий сон...
Вольдер и Ренцо приняли все меры, на случай если кто решит вломиться к ним в каюту. Различие было только в деталях - Ренцо подпер дверь своим тяжелым сундуком, а Вольдер - комодом. Ренцо положил рядом пистолеты и шпагу, а Вольдер ещё и панцерхэнд.
Но их никто так и не побеспокоил, до самого рассвета. Проснувшись они задумались стоит ли делиться тревогами с остальными членами экипажа и идти ли на завтрак.
****
Только Луссия прекрасно провела ночь и лишь проснувшись немного расстроилась, что котик куда-то пропал. Или может быть он ей вообще приснился? Но все равно у неё было прекрасное настроение, ведь казалось бы скучнейшее пути шествие, оказалось вовсе не таким скучным, как ей казалось сначала.
Цитата:
Сообщение от синьор Дорк
- И это дело. Доброй ночи.
- Доброй ночи, поскольку, полагаю, утро может быть отнюдь не добрым, - я кивнул айзенцу, и перешагнул порог своей каюты.
Подготовка ко сну никогда не занимала много времени, но сейчас требовалось сделать довольно многое, чтобы спать спокойно.
Первым делом - дверь - на ключ и на засов. К ней - добротный дубовый табурет, а него - сундучок. Последний не особо тяжел, зато если в дверь начнут ломиться, вся эта "фортификация" упадёт с грохотом, способным мертвого разбудить. За вещи внутри можно было не опасаться - всё, что хрупко, хранится в прочных футлярах, а остальное - перетерпит.
Пистолет устроился на кровати рядом. Взводить пружину я не стал, но и само по себе оружие весьма увесистое, грамотным ударом рукоятью по голове вполне можно проломить череп.
Клинки - сюда же.
Оконце - закрыть. Можно, конечно, при помощи пистоля и куска верёвки соорудить хитрую конструкцию, которая напугает или убьёт незваного гостя, вломившегося через окно, но обдумав все обстоятельства, от этой затеи пришлось отказался - мало ли кого ко мне занесёт?
Лишь после всего этого, проверив повязку и убедившись, что она чиста, я лёг спать.
"... палуба, доски которой приобрели желтовато-коричневый цвет от длительного пребывания на солнце, была почти пуста. Людей немного - вахта да несколько матросов с палубного гандека, проверяющие чехлы на орудиях, остальные отдыхают или заняты своими делами - ранее утро есть раннее утро.
Паруса на мачтах в основном, убраны - фок, грот, и контр-бизань свёрнуты, остались только те, что отвечают за маневр нашей многострадальной тушки, и несмотря на это - скорость высока, она чувствуется во всем - в кильватерном следе, в солёных брызгах, в трепетании вымпелов.
Чёрная туча неторопливо надвигается, наползает на летящий фрегат с северо-запада. Кажется, что на волнах, там, вдали уже можно различить белые "барашки" гребней.
- Пройдём, синьор лейтенант? - интересуется у меня стоящий за штурвалом матрос.
- Не думаю. Пора поднимать всех - до "пляски" не более двух часов.
Желтовато-коричневые доски мокры от брызг, как и серые робы канониров, в очередной раз проверяющих, надёжно ли укрыты и привязаны их чугунные питомцы. Интересно, что сейчас чувствуют труженики картуза и банника, если холод норовит цапнуть меня даже сквозь рубашку, камзол и плащ?
В голове почему-то крутится мысль, что палубу по возвращении домой надо будет покрасить в красный цвет , чтобы не устраивать команде пытку под названием "очистка и надраивание палубы до блеска" после боя..."
Вода в кувшине была совсем холодная, но Лусия все равно с удовольствием умылась. Несмотря на то, что качка стала ощутимее, чувствовала она себя прекрасно. Ей снились легкие сны, в которых она была счастлива, и пробуждение тоже было легким и радостным. Девушка все еще ощущала под рукой теплую спинку кота, мурчание которого и навеяло такие прекрасные сны. Интересно, чей это кот? И почему он пришел именно в ее каюту? Может быть, в ней когда-то жил человек, который его привечал. Впрочем, возможно, этот ласковый зверек снова придет к ней.
Лусия устроилась перед зеркалом и долго расчесывала волосы. Щетка скользила по блестящим прядям, и девушка поймала себя на том, что беспричинно улыбается. Вчерашние тревоги растаяли, как утренний туман. И даже приглашение Роджера уже не казалось ей неприличным и двусмысленным. Человек от чистого сердца хотел развлечь ее, а она подумала о нем плохо. Так не годится. Надо будет извиниться перед ним, если такой случай предоставится.
Лусия открыла баул, достала еще одно платье. К сожалению, их у нее не так уж и много, чтобы каждый день появляться в новом наряде или менять их несколько раз в день. Но сегодня она сможет принарядиться. Темно-синее платье прекрасно сидело на ее фигуре. Девушка собрала волосы в высокую прическу и вздохнула. Не так уж ловко у нее получается управляться с волосами. Но позволить горничную она себе не может. Хорошо еще, что нанялу слугу. Лусия снова улыбнулась и надела на шею ожерелье из мелкого жемчуга. Вечером, вернувшись в каюту, она обратила внимание на идеальный порядок. И тогда впервые подумала о Баюне с теплотой. Он, скорей всего, вовсе не плохой человек.
Девушка поправила непокорную прядку, так и норовящую выбиться из прически, накинула кружевную мантилью и вышла из каюты.
Цитата:
- Ух, я уж решил, что боцман, mac an striapaigh послал кого-то вас... того... порешить... - Пробормотала Эссильт. - Первая хорошая новость за день.
Ульдерига тяжело вздохнула, мальчишка говорил долго, пытаясь втолковать об опасности.
Цитата:
Но нигде боцман не жил в отдельной каюте. Нигде боцман не умел читать карты. Боцманы, они все время с нами - кубричной косточкой. Команды отдают, за порядком следят, за провинности дерут, не без того. Я неладное почуял еще когда этот slyboots на погрузке в драку не вмешался. И приказа матросам не отдал. Не бывает так, синьора.
Красные линии любовной связи между любовницей капитана и боцманом, и более ничего, не считая возможной связи с уссурийским медведем.
Цитата:
А потом вдруг сразу круто к делу приступил - мол, птичка на хвостике принесла, что едет с нами очень важный человек, очень важные тайные бумаги везет.
Профессор, спесивый барон, получивший какие-то бумаги на пирсе, соотечественник (сеньора Литта Аресе внутренне поморщилась), айзинец, девица с уссурийцем.
Цитата:
Про то, что не на Монтень судно идет. И с командой неладно. И капитана не видно
Ульдерига внутрее похолодела, задержки в пути мало входила в ее планы.
Цитата:
Все как есть вам рассказал, хотите верьте, хотите нет. Я сюда нанялся-то от безденежья - очень в Монтень надо было, чтоб оттуда домой, на Eire. Мне терять нечего, Боцману скажу, что вы ни сном ни духом, синьора. Что мутит вас, простите, с корабельных харчей, так, что жизнь не мила. Тут не до заговоров, мол. А чтоб не мутило, попробуйте перец, такой, чтоб сильно злой был, пожевать. Средство злое, но верное. Простите, если что не так, синьора. Позвольте мне уйти.
- Бедный chiquitin!, - Ульдерига краем глаза следила за передвижением кинжала, - Ты правильно сделал, что пришел ко мне. Я заплачу тебе, но, Encanto por todos los santos, выполни мою просьбу. Команда вероятнее всего спит, потому тебя не заметят, если же попадешься, байка о моей болезни найдет подтверждение. Мне нужна моя служанка, переодеться и подготовиться, - глаза мальчишки удивленно округлились, - а еще мне нужен перец, о котором ты говорил, мне дурно, это может сыграть дурную шутку. Приведи сеньору Терезу Фелегрини, она в каюте для бедноты, скажи, что мне очень плохо, ты услышал стоны из моей каюты и решил помочь. Не подведи меня, мальчик, - с угрозой закончила свой монолог молодая женщина.
Мальчишка попятился и уперся попой в дверь:
- Сеньора, но как я смогу?
- Боцмана ты подвел, - с нажимом ответила senora Litta Arese, - выполнишь просьбу, получишь кошель с деньгами. Черноволосая воддачанка, с руками как лопаты, путешествует с мужем, номер каюты 17, надеюсь, ты знаешь цифры.
Оставшись одна, Ульдерига поднялась с пола и шаткой походкой добралась до стола с кувшином воды. Питье из горла посуды не соответствовало положению молодой женщины, но нужда заставила отбросить неуместные условности. Струйки воды стекали по подбородку на грудь, ночная рубашка промокла, остатки воды Ульдерига вылила себе на голову. Стало легче, и комок тошноты отступил от горла.
Бормоча проклятья, Ульдерига рывком раскрыла сундук и безошибочно вынула тюк с мужским костюмом, швырнула его на кровать. Волосы как водоросли путались под руками.
Со дна сундука был вытянут тючок с кинжалами и спицами.
Как выяснилось, senora Litta Arese затратила прилично времени на все эти действия.
Мальчишка привел сонную сеньору Терезу, его побегу Ульдерига тут же помешала, о перце все благополучно забыли.
- Сеньора, мальчик сказал, что Вы умираете!, - запричитала добрейшая сеньора Фелегрини
- Умираю! И ты должна одеть меня, чтобы на том свете мне не было стыдно предстать перед Всевышним! А ты, мелкий поганец, будешь помогать собирать мой багаж!
Мальчишка застыл от творившейся несправедливости. Ульдерига демонстративно выставила кошель на стол и отвернулась, начав стягивать рубашку.
- А ну складывай!, -Тереза прикрикнула на мальчишку и продолжила, - Сеньора Ульдерига, это же мужской костюм!
- Последнее желание умирающей, сеньора Тереза, это последнее желание!
Ошеломленный мальчуган молча принялся паковать платья senora Litta Arese. Особого страха он не выказывал, лишь заинтересовано следил за тем, что делали сеньоры.
Корсет, рубашка, мужские брюки, высокие сапоги, кружевное жабо, запонки, часы на цепочке, шляпу в помещении Ульдерига натягивать не стала. Волосы молодой женщины были вновь стянуты в узел.
Мальчуган и сеньора Тереза закончили паковать багаж ровно тогда, когда Ульдерига спрятала все свои кинжалы и воткнула шпильку в пучок на голове.
- Сеньора, могу я идти?, - законючил мальчишка, косясь на кошель.
- Сейчас уйдет сеньора Фелегрини, за ней выйдешь ты, осмотришься, если за каютой будут следить, то просто уйдешь, если нет, то стукнешь в дверь.
Мальчишка вздохнул и казалось проклял тот час, когда решил помочь ведьме.
- Тереза, запрись в каюте, никому ничего не говори, спросят обо мне, скажешь, что я больна и сплю, - Ульдерига пристально смотрела в глаза служанке, - А теперь иди!
Сеньора Фелегрини пулей вылетела из каюты, мальчишка обреченно присел на корточки у двери.
- Юный сеньор заслужил мое доверие, - произнела Ульдерига, глядя на склоненную голову юнги, кошель твой, шаги Терещы стихли, забирай свою плату и иди.
Стук в дверь застал обоих в расплох.
Цитата:
- Синьора, во имя вашего Пророка, нам нужно срочно поговорить
- Уссуриец!, - прошептал мальчонка.
- Лезь под кровать!, - прошипела Ульдерига, - Сеньор выбрал не очень удачное время для визита, - громко оповестила она, следя за тем как мальчик нырнул под кровать.
Оправив одеяло так, чтобы оно свисало с кровати, Ульдерига открыла дверь.
Дверь каюты синьоры Литта Аресс открылась, и на уссурца уставилась пара глаз, выражение которых ясно давало понять, кто здесь лишний.
– Вы так гостеприимны, синьора, это что то. Я в восторге. – Баюн изобразил видимость улыбки. Он без спроса проскользнул в каюту и захлопнул дверь.
Ульдерига Аурелия поморщилась. Уссурец, вел себя вызывающе, как пьяный, но от него не разило перегаром. Выходило, что варвар вроде как трезвый – с поправкой на его обычную дикую манеру поведения. Значит ему что-то было сильно нужно, если он смел вламываться к ней.
Бровь Ульдериги зажила собственной жизнью и решила встретиться с волосами надо лбом.
– Что Вам угодно? - спросила она ледяным тоном.
– Лично для себя – ничего. Но, знаете, на этом корабле завелись гниды, и мне бы не хотелось дать им попробовать кровь.
Уссурец сбивчиво и активно жестикулируя пересказал синьоре Литта Аресс все, что узнал от Луизы Кораддини о курсе судна, о планах капитана и о нависшей над пассажирами опасности.
– В полдень всех пассажиров закуют в кандалы и транспортируют в таком виде на невольничний рынок Империи Полумесяца. Даже самые обширные связи не помогут отыскать в стране крещентов жену, дочь или сына.
В нескольких словах он обрисовал, почему не выйдет сбежать. Даже если перебить вахтенных, пираты нагонят шлюпку.
– Перебить всю команду – не вариант. Пиратов слишком много, но если я убью капитана, есть шанс, что начнутся беспорядки, у пиратов, знаете ли своеобразная система наследования власти, - Баюн зловеще хохотнул, - и матросне станет не до пассажиров. В интригах Капитана разбиралась только синьора Кораддини. Даже если она займет его место… э-э-э… ее лояльность на порядок выше.
Рот senora Litta Arese насмешливо изогнулся, а в глазах появился нехороший блеск.
- Вы хотите рассказать мне, сеньор, что пришли ко мне, дабы передать слова pindonga боцмана? – Ульдерига Аурелиа спокойно поправила шпильку в прическе.
– Нет, я еще и собирался поболтать с прекрасной дамой. Лучше, конечно, после того, как вы дадите мне Благословление Чаш.
Уссурец продемонстрировал неожиданные познания в искусстве Плетения нитей. Он запнулся и сделал паузу, перед тем как перейти к главному.
– Я ведь оборотень.
Из-под одеяла синьориты Литта-Аресс отчетливо тянуло знакомым травяным душком.
- И разрешите уже юнге вылезть из-под кровати. Я не кусаюсь.
Проснулся айзенец довольно рано, как привык вставать с самого детства. Быстрый взгляд на импровизированную баррикаду показал, что к Волькеру никто не ломился.
Быстро обувшись, он перекусил куском сыра, взятого с собой, и запил из фляжки (своя вода в плаваньи может пригодится). На завтрак подозрительный речник не собирался, а сыр все одно следовало съесть поскорее, пока он не испортился.
После небольшого завтрака уроженец Фишлера одел панцерхэнд, взял шпагу с пистолетом (паранойя и привычка не расставаться с оружием и в отхожем месте - вещи обычные для наемников), после чего стал разбирать баррикаду. Вначале снял и поставил на место табурет, потом пододвинул обратно комод.
- Надеюсь, матросы не решили наведаться ко мне в последнюю очередь...хотя, Ренцо тоже должен был... - тихо пробормотал на родном языке айзенец перед тем, как покинуть каюту.
"Ну и к кому постучаться?" - подумал Волькер, выйдя в коридор. Ренцо он пока не заметил. То ли спал, пользуясь моментом, то ли недавно встал и не успел выйти из своей каюты.
Цитата:
– Вы так гостеприимны, синьора, это что то. Я в восторге
Бровь Ульдериги зажила собственной жизнью и решила встретиться с волосами надо лбом.
– Что Вам угодно?, - спросила она ледяным тоном.
Цитата:
– Лично для себя – ничего. Но, знаете, на этом корабле завелись гниды, и мне бы не хотелось дать им попробовать кровь.
Ульдерига держалась из-зо всех сил, дабы не сморщиться. Она чувствовала досаду, что специально не отпускала юнгу от себя всю ночь. Ей начинало казаться, что оба ее визитера в сговоре и ведут одну им понятную игру.
Цитата:
В интригах Капитана разбиралась только синьора Кораддини. Даже если она займет его место… э-э-э… ее лояльность на порядок выше.
Рот senora Litta Arese насмешливо изогнулся, а в глазах появился нехороший блеск.
– Вы хотите рассказать мне, сеньор, что пришли ко мне, дабы передать слова pindonga боцмана?, – Ульдерига Аурелиа спокойно поправила шпильку в прическе.
Цитата:
– Нет, я еще и собирался поболтать с прекрасной дамой. Лучше, конечно, после того, как вы дадите мне Благословление Чаш.
Ульрига замерла и осторожно отошла к противоположной стене, прикрыв тыл, большой палец правой руки любовно погладил острие кинжала в рукаве.
Цитата:
– Я ведь оборотень.
Губы senora Litta Arese превратились в тонкую линию, брови сошлись у переносицы, глаза потемнели, две складки легли от крыльев носа к губам.
Цитата:
- И разрешите уже юнге вылезть из-под кровати. Я не кусаюсь
- Несомненно, Ваш юный друг может присоединиться к Вам, приношу свои извинения, что лишила Вас его общества этой ночью, - Ульдерига тщательно подбирала слова. - Касательно Вашей неожиданной просьбы, прошу Вас дать мне немного времени. Я бы хотела обсудить бунт на корабле, который Вы планируете начать с подстрекательства некой особы, чьим словам я верю меньше, чем Вашим и этого юного мальчика.
Ульдерига позволила себе вздохнуть и светски улыбнуться собеседникам.
- Не буду скрывать от вас, сеньоры, но меня страшит остаться без капитана в открытом море. К тому же, юнга рассказал мне о подслушанном разговоре сеньора Волькера и сеньора Ренцо, - произнеся последнее имя, Ульрига закусила губу., - Как я запомнила, срок нашего пленения - обед. Нам стоит обсудить наши действия сообща ка можно скорее.
Ульдерига отвернулась, затем, не глядя в глаза уссурийцу, продолжила:
- Я видела Вас в деле, отважные убийцы отребья, и не буду скрывать, меня страшит исход поединка с боцманом. Судьба не терпит пустого дерганья за нити.
Техническое:
Ульдерига сомневается в честности информатора Баюна, она не доверяет Юнге и Уссурийцу, которые на пару решили просветить ее о том, что творится на корабле, Ульдерига выставила условием своей помощи участие в формирующемся заговора айзенца и воддачанина, она готова предоставить свою каюту в качестве штаба заговорщиков
Цитата:
Сообщение от Ульдерига Аурелиа
- Я видела Вас в деле, отважные убийцы отребья, и не буду скрывать, меня страшит исход поединка с боцманом. Судьба не терпит пустого дерганья за нити.
По лицу Баюна мелькнула слабая тень улыбки:
– Синьора, не отправить ли нам юнгу за свечкой?
– Ч-чего? – Ульдерига моргнула. Ей показалось, что она ослышалась.
– Поставим за упокой. Не думаю, что пираты будут столь любезны, чтобы заботиться о спасении наших душ. – Баюн начинал выходить из себя, но старался сдерживать эмоции. – У нас очень мало времени. Скоро побудка и смена вахты. Сейчас, пока матросы спят, есть шанс застать их начальника врасплох.
Синьора, казалось, не доверяла уссурцу, и Баюн уже подумал, что зря тратит время.
– Не время сомневаться. Еще чуть-чуть – и будет поздно.
Мужчина сжал кулаки. Он почти рычал, обращаясь к юнге:
– Мелкий, дуй к айзенцу и тащи и его, и свою тощую задницы сюда. У тебя пять минут времени или не видать тебе берегов Инисмор, как женской верности.
Охотник развернулся на каблуках и выскочил за дверь.
– Я приведу Фехтовальщика.
***
Баюн аккуратно прикрыл дверь, стараясь не делать резких движений. Наверняка, вахтенный обратит внимание на утренние перемещения пассажиров. Охотник бы сильно удивился, если бы один-два из них не были поставлены приглядывать за каютами. Насвистывая «Веселую Дженни», он постучался в окно Фехтовальщика и громко произнес:
– Эй, синьор ди Анжелис! Как насчет малость промочить горло?
И уже совсем негромко добавил:
– Фехтовальщик, немедленно одевайся и не забудь шпагу. Судно пиратское и идет в Крещент Мун.
– Эй, синьор ди Анжелис! Как насчет малость промочить горло?
Оклик выдернул меня из сна, где вовсю разыгрывался пережитый когда-то у берегов Айзена шторм.
Приблизительно полминуты потребовалось на то, чтобы сообразить, кому из пассажиров мог принадлежать голос.
«Уссуриец? Ну надо же… Что ему от меня нужно?»
– Фехтовальщик, немедленно одевайся и не забудь шпагу. Судно пиратское и идет в Крещент Мун.
Ага. А вот и причина. Весомая, надо сказать, причина.
- Буду через несколько минут в коридоре, - негромко откликнулся я.
«Будет рубка? Да наверняка…»
Перед глазами опять всплыли чертовы простыни, заставив меня поморщиться.
Первым делом - проверить повязку. Чистая? Хорошо, но лучше всё-таки заменить её.
Покопавшись в сундучке, мне удалось извлечь искомое – плотную рубашку бардового цвета, покрытую бурыми потёками, которые давно уже не отстирывались с неё при всём усердии и старании. Вот эту одёжку – под обычную. Ткань, из которой изготовлено сие одеяние - редкая и дорогая, купленная по случаю у одного торговца в Айзене. Названия я не запомнил, зато знаю, что она неплохо останавливает кровотечение, и по слухам - обеззараживает, хотя чёрт её знает. Далее – всё как обычно – верхняя рубашка, брюки, сапоги, камзол, перчатки. Да, будет жарко, но мне не привыкать…
Рапиру к правому бедру, кинжал к левому, сумку – кобуру с пистолетом - на плечо, предварительно проверив, на месте ли порох и пули. Последний штрих – извлечённая из сундучка увесистая, довольно большая фляга, в которой при перемещении что-то довольно громко булькнуло.
Сундучок – на ключ, и под кровать. Тубус с картами – туда же.
Отворив дверь каюты, и убедившись, что меня не ждёт толпа до зубов вооруженных матросов, а лишь один пассажир - охотник, торопливо выскользнул в коридор, и запер за собой дверь.
- Доброе утро, хотя, пожалуй, таковым его нельзя назвать. Вы умеете приносить «хорошие» новости, любезный. Куда нам? – негромко поинтересовался я у уссурийца.
- Доброе утро, хотя, пожалуй, таковым его нельзя назвать. Вы умеете приносить «хорошие» новости, любезный. Куда нам? – негромко поинтересовался Ренцо у уссурийца.
Баюн усмехнулся:
– У меня вообще складывается такое впечатление, что мы выбираемся из одной неприятности только для того, чтобы влипнуть в следующую. И да... Нам к синьоре Литта Аресс.
Ренцо уставился в глаза охотнику. Видимо, он решил, что высказывать дурацкие идеи входит в число хобби уссурца.
– Не смотри на меня, как легавая на кота, – лицо уссурца скривилось. – Ценой чего угодно, но уговори свою благородную соотечественницу использовать ее способности. Она, похоже, все еще считает, что мы на морской прогулке.
Баюн никогда раньше не видел, на что способны пираты, но достаточно много слышал. Водаччианец создавал у него впечатление хладнокровного интригана и убийцы – но убийцы обычного. Уссурец никогда не наблюдал, чтобы водаччианский Фехтовальщик истязал людей живьем или грабил, или продавал в рабство. Быть может, если бы они познакомились раньше, до того, как Большая игра коснулась Уссуры, до того, как Ватицинская церковь протянула свои лапы в родные земли, он бы даже согласился назвать остроумного и бесстрашного водаччианца другом. Сейчас это было невозможно, но было одно «но».
Охотник на ходу пересказал водаччианцу события утра, опустив только подробности сцены в собственной каюте. Он закончил пересказ как раз тогда, когда мужчины пришли к временным апартаментам Ведьмы Судьбы.
– Крутись как хочешь, Фехтовальщик, но если слухи о силе Капитана верны, то нам понадобится и твоя, и ее помощь? Ты поговоришь с ней?
Охотник положил руку на плечо Ренцо.
– А сейчас мне нужно позаботиться о синьорите дель Торес. Я скоро вернусь.
Судя по выражению лица уссурца, как минимум у одного из двоих людей на этом судне было мало шансов встретить рассвет живым.
– У меня вообще складывается такое впечатление, что мы выбираемся из одной неприятности только для того, чтобы влипнуть в следующую. И да... Нам к синьоре Литта Аресс.
"Действительно. Что-что? К ведьме?!"
– Не смотри на меня, как легавая на кота. Ценой чего угодно, но уговори свою благородную соотечественницу использовать ее способности. Она, похоже, все еще считает, что мы на морской прогулке.
Я двинулся вслед за охотником, на ходу пытаясь сообразить, каким образом можно уговорить высокородную соотечественницу применить её дар, при этом - желательно - не получить какую-нибудь пакость в ответ.
Рассказ уссурийца я воспринял относительно спокойно - странности, происходившие на судне, теперь перестали казаться отзвуками собственной паранойи, навеянными непрестанно ведущейся в родной земле Великой Игрой.
– Крутись как хочешь, Фехтовальщик, но если слухи о силе Капитана верны, то нам понадобится и твоя, и ее помощь? Ты поговоришь с ней?
- Попробую. Хотя, полагаю, что получится это отнюдь не сразу, но думаю, справлюсь за четверть часа или его половину, - я кивнул собеседнику, остановившись у двери искомой каюты.
– А сейчас мне нужно позаботиться о синьорите дель Торес. Я скоро вернусь.
"Синьорита дель Торес? Синьорита дель Торес..." Я на мгновение зажмурился, попытавшись сообразить, которая из благородных дам, присутствовавших на обеде - означенная. Из памяти всплыл образ темноволосой девушки и ухаживающего за ней светловолосого молодого человека в простой одежде.
- Ты имеешь в виду невысокую темноволосую и темноглазую кастилийку? Тогда заодно хочу тебя предупредить - её светловолосый ухажёр, по всей вероятности - капер. За свою жизнь я достаточно их навидался, и могу это утверждать с уверенностью. Так что попроси её быть осторожной - вполне возможно, что сей господин - подставное лицо от местного капитана. И да... хорошо бы было как-нибудь известить остальных пассажиров. Человеческий разум порой действует иррационально, и мне бы не хотелось, чтобы заслышав шум боя, дамы и господа повылезали из своих кают ради вящего любопытства - это значительно увеличивает их шанс подвернуться под шальную пулю и прочие неприятные вещи. Удачи! - я махнул рукой вслед удаляющемуся охотнику.
" Ведьма. Ведьма. Ведьма. Это плохо. Дело даже не в магии, дело в Игре. Игра ходит за вами по пятам, как паук-мышелов за своей жертвой. Столько лет пытался сбежать от неё... безрезультатно".
Прислонившись к стене рядом с дверью, и убедившись, что по коридору не идёт какой-нибудь случайно забредший сюда член экипажа, я осторожно постучал по толстым доскам, и негромко, но чётко заговорил на водачче, сделав свой акцент - терамо явным, чтобы Сорте Стрега убедилась, что за дверью действительно один её соотечественник, а не дюжина матросов, набранных неизвестно где и еле-еле освоивших язык водачче.
- Синьора! Я приношу свои нижайшие извинения по поводу столь раннего вторжения, но мне думается, что многим на этом корабле нужна ваша помощь, а посему - будьте столь любезны - уделите несколько минут вашего драгоценного внимания. Abbiamo un sacco di guai*.
_______
* - у нас большие неприятности (у нас есть много проблем)
Утро было довольно прохладное. Лусия поднялась на палубу и поежилась. Вокруг корабля клубился белый туман, от которого палуба, поручни, и все, до чего дотрагивалась девушка, было влажным. Она подошла к поручню и попыталась разглядеть море, но ей этого не удалось.
- Скорее бы выглянуло солнце, - пробормотала она и решила вернуться в каюту.
Ее шаги гулко звучали в тишине, и она, спускаясь по лестнице, старалась ступать как можно медленнее и тише. Скрип открывающейся двери заставил ее замереть на месте. Не в силах сдержать любопытство, Лусия присела на ступеньку и увидела, как из своей каюты вышел Баюн, быстро пошел по коридору и постучал в одну из дверей. Он что-то говорил, но девушка услышала только "сеньора". Дверь открылась, и ее слуга вошел внутрь.
В этот момент снова раздался скрип, и из каюты, которую недавно покинул Василий, выскользнула женщина, принимающая пассажиров во время обеда от имени капитана. Она быстро огляделась и почти пробежала мимо Лусии. Легкий запах духов не успел еще растаять в воздухе, как скрипнула еще одна дверь и появился айзенец. Он медленно прошелся по коридору и остановился довольно далеко от затаившейся девушки.
Лусия, увидев, что он стоит к ней спиной, уже собралась было прошмыгнуть в свою каюту, как в коридоре снова появился Баюн. Он стремительно подошел к одной из дверей, постучал и снова что-то проговорил. Девушка опять уловила только одно слово «фехтовальщик». Через несколько минут этот самый фехтовальщик действительно вышел в коридор, и у них с Василием состоялся разговор. Но сколько Лусия ни прислушивалась, ни слова не смогла разобрать. А мужчины между тем, как видно, о чем-то договорились, и Баюн пошел по коридору прямо к Лусии. Она выпрямилась, повернулась к нему спиной и сделала вид, что поднимается на палубу.
Она была готова к тому, что слуга увидит ее, но все же вздрогнула, когда услышала его голос :
- И куда это вы, сеньорита, направляетесь в такую рань?
Лусия оглянулась и собралась поприветствовать Баюна, но он, нахмурив брови, взял ее под локоток и потянул обратно, в коридор.
- Немедленно вернитесь в каюту. Не хватало вам простудиться.
- Что вы себе позволяете? – девушка попыталась освободить руку и сердито глянула на уссурца. – Немедленно отпустите меня. Я вправе находиться там, где пожелаю, и не вам мне указывать.
Лицо Баюна потемнело. Он вспомнил последние слова фехтовальщика и буквально выплюнул ей в лицо:
- Что, отправились на свидание со вчерашним ухажером? Не терпится?
Кровь бросилась Лусии в лицо, на глазах выступили злые слезы. Она слепо глянула в лицо Василию, и звук пощечины прокатился по коридору.
Уссурец усмехнулся, потер щеку и сказал замершей Лусии:
- Вот что, сеньорита, некогда мне тут с вами лясы точить. Сейчас я вас провожу в вашу каюту, вы крепко-накрепко закроете дверь и будете сидеть тихо, как мышка. На корабле пираты, которые готовы нас всех отправить на невольничий рынок. Так что уж, будьте добры, дверь открыть только мне. А на случай, если к вам будут ломиться, хорошо бы зарядить пистолет. У вас же есть?
Баюн довел Лусию до дверей ее каюты, мельком глянул в ее побледневшее лицо и дождался, пока в дверях повернется ключ.
Эсси успела проклясть все на свете. Мало того, что эта smug* дала понять, что не верит ни единому слову (что не укладывалось в ее упрямой гэльской голове - зачем, иначе, человек рисковал собственной шкурой, вися над пучиной и рискуя перебудить всех подряд, - что ему делать нечего?), так еще и перепутала ее со своими холопами...
Впрочем, вид внушающего уважение кошеля помог здравому смыслу придушить гонор подушкой. На время. Надо взглянуть на вещи с другой стороны - балованная sissy** не в состоянии даже позаботиться о себе сама. Девушку подмывало сказать, что по себе людей не судят, но она сочла за лучшее промолчать. Синьора производила впечатление особы злопамятной и мелочной. Эссильт воспользовалась случаем и сбегала за крюком. Отнести его в ухоронку не было времени, поэтому она обмотала веревку вокруг талии и зацепила крюк за пояс. Пригодится.
Сонная клуша поначалу не хотела идти, пришлось подкрепить слова легким пинком. В итоге на поиски перца времени не осталось.
***
Сидя под кроватью, Эсси слушала беседу уссурца с синьорой, в который раз удивляясь про себя ее подозрительности. Вот прям весь белый свет сговорился, чтоб этой умнице-красавице-золотому сердечку навредить, фу-ты, ну-ты...
Последняя фраза уссурца заставила ее подпрыгнуть в своем пыльном убежище:
Цитата:
– Я ведь оборотень.
И разрешите уже юнге вылезть из-под кровати. Я не кусаюсь.
Go raibh tu bas!*** Неужто плохо спряталась? Может, пятка торчит? Хотя, ребята в Марках про уссурцев всякое болтали, но она всегда считала - брешут.
Цитата:
- Несомненно, Ваш юный друг может присоединиться к Вам, приношу свои извинения, что лишила Вас его общества этой ночью. Касательно Вашей неожиданной просьбы, прошу Вас дать мне немного времени. Я бы хотела обсудить бунт на корабле, который Вы планируете начать с подстрекательства некой особы, чьим словам я верю меньше, чем Вашим и этого юного мальчика.
С каждым мгновением Эссильт все лучше понимала соотечественников, которые на дух не переносили водачче. Сами людишки отравленные и все вокруг отравляют. Теперь вот будут языками чесать. А время уходит. И чем дольше она торчит в этой каюте, тем меньше у нее шансов выйти живой из передряги. Впрочем, один шанс точно есть. Лже-боцман пока ни в чем не поозревает своего придурковатого громита. Значит, этот громит может прийти в его каюту беспрепятственно. А дальше... Дальше и узнаем, зря или не зря набивались кулаки и точился нож.
Цитата:
– Мелкий, дуй к айзенцу и тащи и его, и свою тощую задницы сюда. У тебя пять минут времени или не видать тебе берегов Инисмор, как женской верности.
Повелительный голос уссурца прервал мысли девушки. Еще один ceannasai**** на ее голову, да им просто конца нет! Она молча вышла из каюты и отправилась на поиски айзенца. Как с ним говорить, интересно знать? Хотя, водачче он вроде разумеет...
Солдафон обнаружился в коридоре, свеженький, как огурчик. Эсси подкралась к нему и дурашливо пропищала, на случай, если за каютами пассажиров следят:
- Синьор, какое счастье, что вы уже встали! Синьора из восьмой каюты упала с кровати и ее засыпало дорожными сундуками. Синьор, скорей помогите ей, а то она задохнется в своих пожитках!
Она зашла между айзенцем и стеной, чтобы спрятаться от возможных соглядатаев за его массивной фигурой, и подергала его за рукав, предлагая наклониться.
- На судне измена, синьор. Корабль идет на Империю Полумесяца, а экипаж - пираты. Синьора и другие ждут вас в восьмой каюте. Ради всего святого для вас, не шумите и не подавайте вида, что что-то не так!
"Доведу его до места, послушаю, а если так и будут трепаться, пойду одна. Diabhal e*****!"
* много о себе воображающий человек (гаэльск.)
** неженка (гаэльск.)
***Чтоб тебе сдохнуть! (гаэльск.)
****начальник (гаэльск.)
*****Будь оно все проклято! (гаэльск.)
Айзенец решил было постучаться в ближайшую каюту, но тут он заметил юнгу. Паренек. что примечательно бежал к нему и стал нести что-то про восьмую каюту, где завалило некую даму.
- Да-да, иду. - Волькер в это не слишком-то верил, но тут он услышал шепот:
Цитата:
Сообщение от юнга
- На судне измена, синьор. Корабль идет на Империю Полумесяца, а экипаж - пираты. Синьора и другие ждут вас в восьмой каюте. Ради всего святого для вас, не шумите и не подавайте вида, что что-то не так!
Чуть кивнув, Дорк поспешил к восьмой каюте. Как и ожидалось, хозяйка каюты (дворянинка из Воддаче) оказалась в полном здравии. Айзенец машинально отвел взгляд.
Помимо дворянки, в каюте находился синьор Ренцо.
- Приветствую вас, сеньора...? - вежливый, но короткий поклон.
Пройдя в каюту, бывший речник спросил:
- Думаю, уже все знаете про этот...корабль. - хотелось сказать "про этот треклятый корабль" или еще что покрепче, но айзенец сдержался. - Что нибудь придумали?
Не то, чтобы уроженец Фишлера не думал по этому поводу, но...кажется, они все уже осведомлены и что-то спланировали, нет?
- И где уссуриец? Надо бы и ему сказать, если он еще не знает...
Собрание в каюте senora Litta Arese можно было считать открытым.
"В левом углу ринга" находилась сама Ульдерига, нахохливавшаяся, угрюмая от недосыпа, в мужском костюме, готовая к активным действиям.
"В правом углу ринга" находились Баюн и юный предатель Боцмана.
"Судьями" предлагалось выступить приглашенным сеньорам Де Анджелис и Дорк.
- Сеньоры, - певуче начала речь senora Litta Arese, - прошу простить мне нахальство за мой вид и неожиданное приглашение на утренний визит. С прискорбием сообщаю, что угостить мне вас нечем.
Закончив с ритуалом приветствия, Ульдерига, не вставая со стула, покачала ногой и потерла косточкой указательного пальца переносицу:
- Юный безымянный сеньор навестил меня этой ночью и принес неутешительные известия. Боцман, руководивший посадкой на корабль и позволивший учиниться отвратительнейшей бойне, оказывается ведет себя как капитан судна. Вкупе с увиденными мной линиями судьбы, связывающими этого боцмана и его женщину, а также основываясь на словах-предупреждениях в адрес присутствующего здесь сеньора Баюна, я склонна доверять словам юнги.
Ульдерига вздохнула и продолжила:
- Лже-боцман дал указание юнге найти некие бумаги, которые везет один из благородных пассажиров, - быстрый взгляд в лицо каждого, - Также юному сеньору получили следить за мной и моим контактами с пассажирами. Я все верно изложила, наш юный неожиданный друг?
Юноша угрюмо кивнул головой, не поднимая глаз на господ в каюте. Ульдерига нетерпеливо поджала губы.
- На этом сюрпризы этой ночи не закончились, под утро меня навестил сеньор Баюн, - Ульдерига многозначительно посмотрела на каждого, - Любовница Лже-Боцмана проинформировала его о том, что в полдень пассажиров, как свидетелей, закуют в кандалы и сдадут в рабство.
В каюте установилась тишина.
- Сеньор Баюн попросил, в довольно фривольной и неучтивой манере, у меня Благославения Чаш. Он всего лишь хочет убить капитана этого судна.
Чувствую возбуждение, senora Litta Arese вскочила на ноги:
- Мои ощущения говорят мне о правдивости рассказа в части намерений Боцмана. Но меня пугает способ, которым предлагается разрешить сложившуюся ситуацию. Убийство капитана корабля - это бунт! Сеньоры, прошу вас, помогите принять верное решение. Я дам требуемое благословение, если на то будет крайняя мера. Но меня не оставляет мысль, что топорное убийство не вызволит нас из грядущей беды, но ввергнет еще в большие беды.
Закончив, Ульдерига быстро облизала пересохшие от волнения губы и прикрыла глаза рукой. Свет начинал резать глаза, борьба с тошнотой отнимала силы.
- У меня точно нет никаких бумаг, которые заинтересуют Лже-Боцмана, - последние слова Ульдериги.
Техническое:
Ульдерига заинтересована в поиске бумаг, она считает их козырем против Боцмана, также она хотела бы выслушать версию Боцмана
К моему удивлению, ведьма впустила меня к себе в каюту довольно быстро и без лишних вопросов. Коротко поприветствовав даму, я занял место слева от двери, прислонившись спиной к стене.
Вскоре подтянулись и остальные – уссуриец, наёмник-айзенец и неожиданный для меня гость – мальчишка - юнга.
Говорила моя соотечественница певуче, но упор на согласные, как и сама речь в целом, явно выдавал в ней уроженку северо-западных территорий, впрочем, старательно посвящавшую часть времени занятиям по ораторскому искусству. Большую часть изложенных сведений я знал, поэтому спокойно слушал синьору, глядя на некую точку над её левым плечом - так, чтобы не создавалось впечатление, что я невнимателен, и так, чтобы не смотреть Ульдериге в лицо. Некоторое любопытство возникло только к информации о документах.
Цитата:
Сообщение от senora Litta Arese
- У меня точно нет никаких бумаг, которые заинтересуют Лже-Боцмана.
При этой фразе ведьмы по моим губам скользнула едва заметная усмешка.
« Я хорошо знаю правила игры, и сам бы отвечал так же… впрочем, неважно».
- Синьора и синьоры, позвольте мне высказать некоторые соображения, касательно сложившейся на борту ситуации, dal piccolo al grande*. Во-первых, - я скрестил руки на груди, продолжая смотреть всё в ту же мистическую точку над левым плечом хозяйки каюты, - мы не знаем, что именно подразумевается под словом «бумаги». Вы, синьора, - последовал кивок даме, - я, синьор Дорк, да и многие из пассажиров наверняка везут с собой огромное количество документов – писем, дорожных свидетельств, договоров. Немалая часть из них для нас с вами не представляет интереса , но это не значит, что она не интересна для пиратов. При подобном определении - carte segrete e documenti segreti**, мы можем гадать о его смысле до очередного явления кого-либо из Пророков. Во-вторых, в случае смерти …эм…Боцмана, никакой катастрофы, в принципе, не случится – думаю, что смогу управиться с этой скорлупкой, благо, что почти треть своей жизни я посвятил навигации. Всё вышеупомянутое – это, как вы понимаете, piccolo, - я перевёл взгляд на уссурийца. – Но теперь – самое важное. Полагаю, что взгляд синьоры на всё происходящее наиболее рационален, и поэтому считаю, что капитана надо брать живым. Почему? Во-первых, у нас есть к нему вопросы, на которые хотелось бы получить ответы. Во-вторых, он вполне может стать нашим козырем, если gioco andare a pezzi***, и его любовница вас, любезный, - я кивнул охотнику, - обманула, и решила свести с ним счёты нашими руками. Мне абсолютно не хочется сидеть рядом с означенным лже-Боцманом в корабельном prigione****, и уж совсем не хочется болтаться на рее. Для пущего успеха действа идеально было бы вывести сию даму из игры – неважно, каким образом: запрёте ли вы её в каюте или оглушите чем-либо тяжелым.
И, наконец, положение, представляющее для нас particolare interesse***** - вполне допускаю, что предупреждение сией госпожи – ловушка, поставленная капитаном на особо ретивых и деятельных пассажиров, которые попытаются избежать своей несчастной судьбы. В этом случае, думаю, что нас уже ждут. Впрочем, будем надеяться на лучшее, и да – ещё раз повторю – я против убийства боцмана, оставим это средство на крайний случай.
______________________
* - от малого к большому
** - секретные бумаги, секретные документы
*** - игра пойдёт прахом (разлетится на куски)
**** - тюрьма, карцер
***** - особенный интерес
Баюн стоял в углу каюты, принадлежавшей водаччианской ведьме, и задумчиво потирал левую щеку. Щека горела от хлесткой пощечины - характер кастилийки оказался чуть более горячим, чем на первый взгляд. Зря, конечно, Баюн повысил на нее голос. А может она и правда втюхалась в этого, как его, в капера? Ревнивые мысли охотника прерывались рассуждениями ведьмы:
– Сеньор Баюн попросил, в довольно фривольной и неучтивой манере, у меня Благословения Чаш. Он всего лишь хочет убить капитана этого судна.
Слушая водаччианку, Баюн длинно и витиевато выругался сквозь зубы.
«Да чтоб тебя, краля выискалась, я должен был пятки еще полизать? И далась мне жизнь вашего чудо-Боцмана? Иди еще пылинки с него сдувай, о Великая Матушка». Чем дольше Ведьма судьбы говорила, тем больше Баюн жалел, что вообще посвятил женщин в ситуацию.
«Разрази меня Свет, и эти люди называют себя мастерами Великой игры? Да их же пятилетний ребенок зарежет, пока они будут строить свои коварные планы и взвешивать "за" и "против". Бумаги!.. Тьфу!»
Баюн сделал несколько глубоких вдохов, стараясь немного успокоиться.
«Можно подумать, найдя бумаги, ты остановишь боцмана и его шайку. Ага, условия ему диктовать станешь. О, Боги…»
К удивлению уссурца, фехтовальщик не только поддержал Ульдеригу, но и предложил "нейтрализовать" Луизу.
- Для пущего успеха действа идеально было бы вывести сию даму из игры – неважно, каким образом: запрёте ли вы её в каюте или оглушите чем-либо тяжелым.
Глаза уссурца полезли на лоб.
«Это уже ни в какие ворота. Чертовы водаччианские подкаблучники! Ладно ведьма не в себе, у ей профессиональное, но ты то чего параноишь?»
Баюн отвел взгляд от водаччианцев и внимательно посмотрел на юнгу. Сформулировать мысли кратко не очень получалось. Но с чего-то надо было начать. Баюн шепнул Эсси:
– Отвлеки боцмана, разузнай, что сможешь. Я освобожу палубу от крыс и буду рядом. Если позовешь - присоединюсь к вашей, кха, "беседе".
Оборотень тихонько шагнул назад к стене, в угол... Серый туман вновь окутал его фигуру.
– А пока… – Баюн поперхнулся, зубы его стали вытягиваться, а лицо покрываться шерстью. – Какое-то время я не смогу разговаривать. Не бойся, малой.
Скрытый текст - Лог броска:
BayuN: 1V10 => 2 ; 1 ; 8 ; 9 ; 4 ; 4 ; 14 ; 4 #бросок 8с5 на превращение в гепарда. Результат: успешно. Бросок 8с5 вместо 7с4, потому что добавлял дополнительный кубик Драмы к результату броска (хотя как оказалось, мог и не добавлять).
Лог
Когда превращение завершилось, худой пятнистый гепард с оранжевыми глазами повел ухом и чихнул. Запах духов, минуту назад приятно будораживший обоняние мужчины, животному показался дикой вонью.
Гепард ткнулся мордой в ладонь настороженно замершего юнги и удивленно принюхался.
«Однако! Какой интересный у нас юнга». Он лизнул ладонь и отвернулся, приготовившись к прыжку. За стеной слышался какой-то шум.
Пятнистая тень метнулась к двери, откинула засов лапой - и растворилась в утреннем сумраке. Челюсти гепарда сомкнулись на горле матроса, пытавшегося подслушать разговор. Тот приставил ухо к задней стене каюты и увлекся прокачкой умения "шпион". Лучше бы наблюдательность качал - соглядатай, не ожидавший нападения, даже не успел вскрикнуть.
С рассветом на палубе будут найдены еще несколько трупов с разорванным горлом.
Действия:
Пользуясь утренним туманом, Баюн убивает вахтенных, перегрызая им глотки. Положение Эсси гепард постоянно отслеживает по запаху, но не станет ни вмешиваться в ее действия, ни показываться рядом.
Как девушка и предчувствовала, одна болтовня. Много болтовни. Много блуждания вокруг да около. "Боцмана, дескать, не надо убивать, как бы чего не вышло... Привыкли там у себя на людей как на фигурки шахматные смотреть, так и живут, rascals*, везде так... Нет чтоб как все нормальные люди - сплеча, да потом от души порадоваться избавлению... А парни с бака - что они? Посадить своего человека в крюйт-камеру, и плыви, куда душе угодно, хоть в Монтень, хоть Чайную страну. Прибыли, расстались, да и поминай, как звали. Нет, надо непременно покуражиться... Тьфу!" Впрочем, одна мыслишка из синьориной тирады показалась Эсси здравой. "Ежели fraochUn** боцманова так уж связана с ним, то на кой ей сдался уссурский орел, да чтоб еще и leannan ее порешили непременно? Ох, крученая стерва, видать, каких мало. Фигу за спиной держит со скалу Даннах, не меньше. Вот кого прижать-то по уму надо..."
Задумавшись, Эссильт чуть не пропустила момент, когда терпение лопнуло и у уссурца.
Цитата:
– Отвлеки боцмана, я освобожу палубу от крыс и присоединюсь к вашей беседе.
Не врали мальчишки. Уссурцы и впрямь умеют перекидываться. Этот обернулся здоровенным - размером с полугодовалого теленка - рыжим котярой, поджарым и длиннолапым. Эсси и не думала, что такие бывают. Страха совсем не было - она была уверена, более жуткого зрелища, чем покойный родитель, представить, а тем более увидеть воочию положительно невозможно. "Хорошо, что нам с ним нечего делить..." Воспользовавшись тем, что всеобщее внимание отвлечено, она по стеночке просочилась к двери и выскользнула в коридор. Пусто.
Палубу скрывал густой туман.
"Все на руку..."
Эсси глубоко вдохнула. Очень может быть, что небо и темную воду она видит в последний раз. Девушка стиснула в ладони железный амулет, так, чтобы его неровности прокололи кожу и потекла кровь. "Gabha de na deithe Veiland, a chur ar mo chuid fola! Lig se a bheith a thabhairt duit agus cineal na meine iarainn. Если я умру, возьми меня к своему горну!" Доски палубы были влажными и холодными, в другое время это показалось бы противным, а сейчас лишний раз показывало, что граница между миром живых и мертвых еще не пересечена. Дверь в каюту лже-боцмана, где он принимал Эсси днем, была плотно прикрыта. Девушка опустилась на колени, чтобы посмотреть в замочную скважину, но ничего не смогла разглядеть. Тогда она смотала веревку в кольцо и подсунула одним концом под пояс так, чтобы ни за что не зацепилась, если вдруг придется этот самый крюк выхватить и швырнуть. "Ладно, зайду и буду говорить погромче. Может этот кот и слышит как все коты. Все будет польза..." Эссильт робко постучалась, как и положено до полусмерти перепуганному юнге, и, не дожидаясь ответа, толкнула дверь и вошла.
Скрытый текст - техническое:
Будет действовать в зависимости от того, что увидит в каюте. Увиденное озвучит в непосредственно-глуповатой манере в надежде, что Баюн услышит и представит себе диспозицию. Оружие не доставала, только крюк может метнуть без предварительной подготовки. Готова к любому повороту, будет трепаться с полной отдачей.
*стервецы (гаэльск.)
**баба в значении "спутница жизни" (гаэльск.)
***любовник (гаэльск.)
****"Виланд, кузнец богов, прими мою кровь! Пусть она станет тебе рудой и добрым железом.
__________________
- Итaк, темa Вaшей диссертaции?
- Честность, достоинство и блaгородство кaк пaтология психики современного человекa.
Лусия дрожащими пальцами повернула ключ и прижалась к двери, переводя дыхание. Утренняя прогулка закончилась весьма неожиданно. Если то, что сказал Баюн, правда, то...а что то? Неужели она позволит себя заковать в цепи и продать в рабство?
Девушка подошла к кровати, подняла на нее один из баулов и вынула два свертка: короткий и длинный. Быстро развернув несколько слоев ткани, она извлекла на свет небольшой тяжелый ящичек и шпагу. Потом из того же баула появился костюм для верховой езды. Лусия всегда и во всем подражала брату. Когда их учили верховой езде, она наотрез отказалась от амазонки и дамского седла. Что ж, вот и пригодится.
Девушка быстро переоделась, заплела волосы в тугую косу, раскрыла ящичек и зарядила пистолет. Она умела стрелять, в тире даже несколько раз обставляла брата. Правда, сумеет ли она воспользоваться пистолетом, когда придется стрелять в человека, Лусия не знала. Прицепив на пояс шпагу и пистолет, девушка осторожна подошла к двери и прислушалась.
Ульдерига и Лусия почти бежали по палубе корабля. За ними, на ходу застегивая куртку и держа в руках шпагу, бежал Весельчак.
***
Трансформация и внезапный уход двоих почти состоявшихся заговорщиков одинаково восприняли оставшиеся в каюте senora Litta Arese. Сеньоры Дорк и Де Анджелис вкупе с сеньорой Литта Аресе казались зеркальным отражением друг друга: возведенные долу глаза и рука, прижатая ко лбу.
***
- Дамы, вы уверены, что нападение на беспомощную женщину поможет нам всем избежать кандалы?, - Весельчак, несмотря на все действия, совершаемые разом, старался внести легкость в сложившуюся ситуацию, - Я, безусловно, готов хоть на край света по зову синьорины Агилар дель Тьорес
- Раз готовы, так делайте то, что Вас просят, - почти грубо оборвала его Ульдерига, - Мы почти пришли, приготовьтесь.
***
Сеньоры Дорк и Де Анджелис вкупе с сеньорой Литта Аресе быстро пришли к консенсусу: Ульдериге предстояло заручиться поддержкой госпожи Баюна и нанести визит пассии Лже-Боцмана. Ренцо и Волькер должны были последовать за юнгой и новоявленным котом, дабы уберечь последних от поспешных действий и получить, наконец, так необходимую информацию.
***
Луисия и Роджер заняли свои позиции по бокам от двери каюты пассии Капитана. Ульдерига, ссутулив плечи и натянув шляпу как можно ниже, отрывисто постучала. Все замерли, прислушиваясь к звукам из каюты. Весельчак был похож на сжатую пружину, готовый по первому сигналу выломать дверь.
***
Весельчака, в качестве компаньона, предложила взять с собой Луисия. Ульдерига не стала препятствовать этому, поминая о линиях судьбы, связывающих этих двоих. Сеньорина Агилар дель Тьорес оказалась на диво понятливой и храброй. Ульриги не пришлось даже вдаваться в подробности предстоящего дела. Баюн успел запугать ее предстоящим пленением, потому senora Litta Arese оставалось лишь рассказать о последних событиях и предложить Луисии принять участие в предстоящей авантюре. Недоверие к Ульдериге или сомнения в собственных силах, но Луисия предложила пригласить в их компанию Весельчака. Последнего пришлось разбудить и, пользуясь его расположением к сеньорине, почти не вводя в курс дела, убедить следовать за ними.
***
- Сеньора, откройте!, - Весельчак громко прошептал, глядя прямо в глаза Луисии.
Ульдерига постучала вновь.
Техническое:
Ульдерига, Луисия и Весельчак стоят под каютой Луизы и ждут, когда она откроет дверь, если последнего не случится, они готовы выбить дверь. Все вооруженны и очень опасны. Изначально, они планируют выяснить у пассии Боцмана правду.
Баюн, в виде гепарда, легко справился с двумя матросами на носу, а вот с группой из трех матросов в центральной части корабля возникли сложности, один из матросов оказался слишком далеко и успел набрать воздуха, чтобы крикнуть, будя весь корабль, но ... оборотень все-таки успел первым сомкнуть зубы на горле несчастного матроса. С двумя у штурвала корабле Баюн уже справился без всяких проблем, они даже не смотрели в его сторону, ведя корабль.
Правда тут возникла другая проблема - падая рулевой повернул штурвал, корабль начал поворачивать и Баюн понял, что корабль сейчас начнет бесконечно кружиться по кругу, что несомненно вызовет вопросы и у капитана и у команды. Проблема была в том что у гепардов нет рук, чтобы повернуть штурвал, которым управляли сразу двое сильных мужчин, ни голоса, чтобы позвать остальных и объяснить им в чем дело.
****
На стук никто не вышел, более того не было в каюте ни шума, ни света. Роджер, подняв бровь, посмотрел на Ульдерига и Лусию, мол "что будем делать дальше? Ломать дверь?"
****
Оказавшись в каюте, Эсси обнаружила Боцмана, склонившегося над какими-то бумагами. Он резко поднял голову.
- Почему так рано? Узнал что-то срочное? - удивленно спросил он. Судя по его лицу и опыту общения с начальством, Эсси поняла, что очень может быть она сейчас получит разнос по полной программе, если окажется, что её дело вовсе и не такое уж срочное.
НПРГ:
Броски: против группы из 3 матросов бросок получился чудом 25 из 25, но все матросы мертвы, проблема в том что гепард вряд ли сможет провернуть штурвал в нужное положение (его провернуть тяжело, тут нужны руки сильного мужчины). Баюн в обычном облике повернуть его сможет без бросков. Сложность повернуть руль в форме гепарда - 20 броска мощи, каждый промах будет означать резкую и возможно подозрительную для команды смену курса корабля (где-то на градусов 90). Четыре проваленных подряд бросков и команда может понять что корабль кружится по кругу.
Дверь никто не открывает.
Боцман весьма удивлен такому раннему визиту.
События развивались так стремительно и логично, что когда на стук Ульдериги никто не отозвался, Лусия почувствовала острое разочарование. Она посмотрела на приподнявшего брови Роджера и напряженную спину senora Litta Arese, осторожно дотронулась до плеча последней и прошептала:
- Вы можете узнать, находится ли нужная нам особа внутри? Если ее там нет, врываться в каюту глупо. Но если она просто не хочет нам открывать, тогда, пожалуй, стоит рискнуть. Когда я видела ее в последний раз выходящей из каюты Баюна, леди была в добром здравии, только несколько небрежно одета. Мне кажется маловероятным, что за столь короткое время она могла настолько заболеть, что лежит там сейчас без движения и не в силах подняться. Если только...
- Если только ее не обездвижили насильно, - твердо закончил Роджер, отодвинул плечом сеньору Литту Арес и с силой ударил по двери ногой в области замка.
В каюте царил полумрак - на столе тоскливо коптил кривой огарок свечи, а сквозь полуоткрытые ставни почти не проникал бледный предрассветный свет. Боцман сидел за столом над картой, при виде девушки он раздраженно поднял голову. Похоже, морской волк так и не ложился толком. Или в принципе мается бессонницей. В любом случае, ненавидит весь белый свет во главе с глупым юнгой с его редким чувством времени.
Цитата:
- Почему так рано? Узнал что-то срочное?
Эсси сглотнула. Она надеялась, что боцман напьется и будет спать. Надежда - глупое чувство, но какое же сладкое! Девушка задумала чертовски рискованную игру, и не собиралась отступать. Она прекрасно сознавала, что матроса, поднявшего руку на старшего по званию ожидает более чем незавидная судьба, но даже это не могло ее остановить. В конце концов, говорила она себе, нанималась-то к вполне приличному человеку на пассажирский корабль, а не к джентльменам удачи вербовалась! А значит, сделка с их стороны сразу была нечестной.
- Простите, синьор! - Эсси дернулась вперед, как от большого рвения, но резко остановилась, словно испугавшись. - Не хотел мешать вашей работе, синьор! У вас очень важная работа, синьор, простите дурака! - Тот же маневр, но теперь до стола на фут ближе.
- Вы же сами велели, синьор, все хорошенько разузнать, синьор, не то повесить обещали! Я не хочу чаек кормить, я весь день за господами подсматривал, синьор! - И еще разок, еще один выигранный фут... Эсси то мямлила, теребя в руке край робы, то срывалась почти на крик. - Вот что разузнал. Один подозрительный тип вокруг кастильской девицы увивается, ну ни на шаг не отходит, синьор, чтоб, значит, никто не мог на нее напасть. Как есть сообщники! Потом важный господин, что в карете приехал, ну вы видели его сами - он подозрительно весь вечер флакончик неприметный нюхал, чихал дюже зловеще и со значением, и вроде как заклинания какие-то читал. И все на небо глядел, подлюка, небось дурную погоду накликать пытался, чтоб в Монтень скорей доехать, да бумаги важные с рук сбыть! Потом старикашка этот... Знаете что? Он, как солнце село, под мачтой устроился и тайные знаки рисовать принялся! Не станет же на ерунду пергамент дорогущий переводить! - Видя, что боцман теряет терпение, Эсси вся подобралась. Она уже добралась до места, которое определила для себя как стартовую позицию - справа от стола, потому как с левой стороны подступы были завалены свитками и массивным табуретом. - А главное, синьор, главное... Я нашел в кубрике тайный лаз в грузовой отсек! Я даже проверил, куда он ведет - а ну, как там ухоронка с бумагами устроена? Ан нет, злодей проложил дорожку к бочонку с ромом! Смотрите, смотрите, что я там нашел!
Девушка рванула вперед, держа крюк в правой руке. Не добежав каких-то двух футов до боцмана, она "запнулась" о ножку стола, левой рукой оперлась на мгновение о столешницу, перераспределяя усилие, и отчаянно-неловко всплеснула правой с зажатым крюком. Если все получится, удар подправит боцману нос и на несколько дней закроет один глаз. В удар Эсси вложила силу, каковую обычно использовала для первой проковки особо твердых заготовок...
Мгновение спустя, девушка уже перекатилась под столом обратно к двери с воплями "Айе! Синьор! Синьор! Простите великодушно телепня эдакого! Я не задел вас? О небеса! Ради всех Пророков, синьор, я не хотел!!!" . Удалось или не удалось, еще понять надо, а плетку достать дело быстрое. Пусть хоть стол разделяет пока...
Отступив к самой двери, чтобы выскочить наружу, если припрет, Эсси подпустила в голос дрожи и скороговоркой выпалила:
- А синьора из Водачче, за которой вы проследить велели, салатом из труфлей отравилась и теперь животом мается, как бы не померла вообще! Простите, синьор!
С этими словами Эссильт осторожно подняла взгляд на боцмана.
Скрытый текст - лог бросков:
Бросок на атаку
Essylt: 1V10 => 2 ; 4 ; 5 ; 9 ; 4 ; 1 - 6 кинула, 4 сохраняю, получается 22, все равно ХЗ, получилось или нет)))
Бросок на "успех извинений"
Essylt: 1V10 => 6 ; 7 - 13, получилось.
Дверь поддалась легко, но внутри никого не оказалось. Каюта оказалось довольно небольшой, все что в неё помещалось это комод, стул, кровать и шкаф, но судя по одежде, лежащей на стуле, тут действительно "проживала" молодая и красивая девушка. Увы, её самой тут не было ни в каком виде.
****
Удар достиг цели, нанеся ряд небольших, но неприятных ран. Боцман стал красным от ярости, хотя и поверил, что это было случайно, но вовсе не собирался этого так оставлять.
- Ах, ты kurva, - выругался он, размазывая кровь по лицу, не слушая, что пыталась говорить ему Эсси. К счастью, этого времени ей хватило что восстановить равновесия после удара. Тут Боцман её неприятно поразил... одним резким движением, достав из-под стола плеть-семихвостку, он ударил ею юнгу прямо по лицу. "Кошка" взвизгнула, но не задела Эсси, которая ожидала чего-то подобного и все-таки успела отскочить.
"Меня по лицу!" - взвилась её гордость, требуя порвать горло Боцману тем крюком, что она держала в руке.
НПРГ:
Активирую недостаток "гордость". Брось стойкость 20 или потрать кубик Драмы, иначе придется сделать настоящую атаку по Боцману, после которой он уже не поверит в историю о случайности.
Время вынужденного ожидания, необходимого для того, чтобы Эссильт провела разъяснительную беседу с местным авторитетом, казалось уссурцу невероятно долгим. Мышцы его разгорячились от короткой резни, устроенной вахтенным. Он прилег в засаде у боцманской каюты и, высунув язык, часто-часто дышал, давая телу отдых перед новым броском. Эссильт разговаривала нарочито громко, а Боцман, похоже никогда не стеснялся орать, чтобы слышно было на берегу, так что Баюн без труда ловил каждое слово, произнесенное в каюте.
Цитата:
- Ах, ты kurva, - выругался он, размазывая кровь по лицу, не слушая, что пыталась говорить ему Эсси. К счастью, этого времени ей хватило что восстановить равновесия после удара. Тут Боцман её неприятно поразил... одним резким движением, достав из-под стола плеть-семихвостку, он ударил ею юнгу прямо по лицу. "Кошка" взвизгнула, но не задела Эсси, которая ожидала чего-то подобного и все-таки успела отскочить.
Гепард подскочил к двери каюты и начал скрести дерево когтями.
"Ну же, давай, авалонка! Открой дверь".
"Ta mile diabhal sios do scornach!* Как, как ты могла промазать, craiceailte?! Второго шанса не будет..." Ругая себя последними словами, Эсси отступала все дальше от стола, уже не думая, что говорит. Похоже, боцман все равно не слышал. Уязвленная гордость требовала немедленно затолкать этому mala leo trid an cac*** его плетку туда, где светло не бывает, а на худой конец хотя бы придушить до полусмерти все тем же куском линька с узлами, но каким-то невероятным усилием воли девушка смогла побороть этот простой и естественный порыв. Ведь пока, похоже, негодяй не понял, что все было подстроено. А потом точно не будет другого пути, кроме как бой на смерть. Смерть в планы девушки не укладывалась, хотя и не страшила.
" Ну где же черти носят этого котяру?" Эсси почти уперлась в дверь, когда услышала тихий, но настойчивый скрежет когтей по древесине. Она с размаху ударила спиной в преграду и выпала в коридор, сжавшись в комочек и прикрыв руками голову, чтобы не мешать возможному прыжку.
Скрытый текст - Техническое:
Сбежала из каюты и готова подстраховать Баюна с ножом, если тому придется плохо.
*Тысячу чертей тебе в глотку! (гаэльск.)
**недотепа (гаэльск.)
***мешок с дерьмом (гаэльск.)
Внезапно дверь открылась, перед глазами оборотня пронеслось искаженное от страха и злости лицо авалонки. Зрачки у нее заполнили всю радужку, руки сжимали хвост линька с ржавым крюком на другом конце. Девушка растянулась на досках и попыталась отползти в сторону.
Баюн медленно, картинно, ступил в дверной проем, уставился на Боцмана и оскалил пасть. С клыков падала пена, из глотки раздался предупреждающий рык, хвост с силой бил из стороны в сторону.
Действия:
Как обычно: проверим цель на стойкость. Применяю запугивание.
Боцман побледнел.
- Какого демона? - он запустил руку в карман и ... неожиданно для оборотня грянул выстрел. Хитрый и старый морской волк носил в кармане пистолет, из которого он выстрелил прямо через свой карман. С счастью, не сумел толком прицелиться из-за этого и пуля лишь сбила шерсть у гепарда.
- Дуболомы! - во весь голос крикнул Боцман нечто странное, выругался и вытащил из-за стола абордажную саблю.
Дверь соседней каюты распахнулось и оттуда вывались три огромным фигуры с большими дубинками и минимум одежды. Этого оборотень не увидел, зато увидел Эсси, Фехтавальщик и Айзенец. Судя по заспанным лицам телохранители Боцмана выскочили прямо из постели. Видимо это и были те самые Дуболомы, о которых Луиза почему-то забыла упомянуть или ... не захотела?
Корабль без управления начал двигаться по кругу, если матросы не услышали выстрелы и крики, то такое кружение не могло не насторожить бывалых моряков.
НПРГ:
Запугивание - успешно.
Выстрел Боцмана из кармана - не успешно
Санни у тебя 2 атаки до действий Боцмана
Эсси, Фехтавальщик и Айзенец могут решит нападать на телохранителей, на Боцмана или постоять в сторонке.
Луисия, Роджер и Ульдерига слышали выстрел и крики могут выглянуть из коридорчика увидеть что там происходит (Роджер будет атаковать кого ему скажут дамы).
Чуть позже сделаю карту (если кратко Баюн в каюте, Эсси в дверях, трое громил - недалеко от неё, Фехтавальщик и Айзенец тоже на палубе, остальные в коридорчике). Кстати, у Боцмана 16 поверхностных ран после атаки Эсси.
«Все хороши – один ничего не хочет слушать, другая сходу решила поймать двух зайцев. Нет, девчонкой, не спорю, надо заняться, но привлекать ради этого капера – это слишком. Надеюсь, что Сорте Стрега не сплетёт нашей горе-осведомительнице злую судьбу. Лишь бы эта…как её...Луиза, кажется? не вздумала упорствовать».
Уссурец меня не особо удивил – охотничий леопард – он и есть охотничий леопард*, хотя в нашем случае подобная вторая сторона была гораздо полезнее, чем, скажем, речной дракон** - последний смог бы довести Боцмана до невменяемого состояния разве что повиснув у него на ноге.
Дверь каюты ведьмы осталась позади, а я поспешил на палубу в сопровождении айзенца.
Утро было туманным. Нельзя сказать, что разглядеть всё в двух шагах было невозможно, но туман приглушал звуки и отчасти скрадывал очертания объектов.
Неприятный сюрприз обнаружил себя на половине пути к обиталищу Боцмана. Качка, практически должная отсутствовать при утреннем бризе, была весьма ощутима.
«Что за? Точно, штурвал!! Легион меня побери, если эти растяпы, которых сгрыз уссуриец, его не закрепляли, то финал…»
Воображение немедленно воспроизвело страницу из «Кораблевождения» Сфорци, озаглавленную – «Допустимый крен при повороте», с соответствующими рисунками и инструкциями.
«…Поскольку у нас основное парусное вооружение - косое, значит, крен при повороте не должен быть настолько явным, иначе…»
Мои размышления прервал стук двери, рык, пистолетный выстрел, и вопль, после которого на сцене появилось ещё несколько действующих лиц.
«…Iniziato***…»
- Дорк! Помогите уссурийцу, и попробуйте отвлечь «гостей» - мне нужно добраться до штурвала, иначе мы имеем все шансы на близкое знакомство с местными акулами. Присоединюсь к вам чуть позже!
Дага с лязгом покинула ножны, а я сорвался с места и устремился к лестнице на кормовую надстройку. Наверх, к этой чёртовой вертушке, выровнять корабль и закрепить колесо, до того момента, как случайный сильный порыв ветра, который в этих широтах, как правило, внезапен, не уложил нашу "птичку" на борт!
____________
* - леопард
** - крокодил
*** - началось
Техническое:
Ренцо будет пытаться добраться до штурвала, и выровнять движение "Альбатрос"а, после чего постарается закрепить штурвал и присоединиться к поединку.
- Её здесь нет, - выглянув из-за плеча Роджера, пробормотала Лусия. - Но это все же ее каюта.
Она протиснулась мимо Весельчака, лглядела одежду, висевшую на стуле, и оглянулась на сеньору Литту Арес:
- Я точно не помню, но, по-моему, именно в этом она была на обеде вчера.
- Если ее здесь нет, то где-то же она есть, - Роджер нахмурился. - Сеньорита Лусия, вы же говорили, что она пошла именно в эту сторону.
- Да, именно в эту. Но я не видела, заходила ли она в каюту. К тому же с того момента прошло достаточно времени, и эта дама могла уйти куда угодно.
Они оба посмотрели на сеньору Литту Арес, и в это время услышали крик, донесшийся из другого конца коридора:
- Дуболомы!
Роджер пробормотал проклятье и выскочил в коридор, Лусия замерла на мгновение, потом дотронулась до рукоятки шпаги и вопросительно глянула на Ulderiga.
Боцман достал абордажную саблю и атаковал грубыми движениями, вкладывая в каждый удар слепую ярость и силу.
Скрытый текст - Абордажный тесак:
Абордажный тесак
Тесаки это фехтовальное оружие (2с2). Они сбалансированы для рубки мяса и отлично разрубают плоть и кости, но вот с точностью удара у них проблемы. В результате бросок на атаку героя страдает от штрафа в один несохраняемый кубик, зато бросок на повреждение получает один дополнительный несохраняемый кубик, если используется абордажный тесак.
У Баюна другого оружия, кроме зубов, не было. В форме зверя он привык полагаться на скорость рефлексы, а не на мощь. Зверь стремительно поднырнул под руку Боцмана и резким движением впился зубами в кисть. Сабля немедленно выпала из руки, а боцман склонился набок, пытаясь стряхнуть зверюгу. Это ему удалось – монстр спрыгнул на землю, но тут же атаковал снова. К счастью для моряка, зубы гепарда клацнули по воздуху.
Боцман уклонился от удара оборотня и поднял саблю, успевая рубануть ей наугад. Еще и еще раз. Злость придала пирату сил. Баюн, не ожидавший, что враг так быстро подберет оружие, оказался не готов к яростной рубке.
Мысленно уссурец выругался и отпрыгнул назад, но не успел уйти от серии грубых, но непредсказуеммых движений сабли.
Дважды лезвие Боцмана полоснуло по бокам животного, оставив глубокие рваные раны.
Баюн отчаянным движением попытался извернуться и снова выбить у противника оружие, вкладывая все свои силы в точный бросок. Со второй попытки ему удалось перекусить сухожилия на толстой, как баранья лопатка, руке Боцмана. Сабля вновь отлетела прочь с звонким стуком.
– Ах ты дрянь! – взревел пират, пытаясь ударить гепарда об пол, как куль с мукой. Тот вновь разжал зубы, выпустил врага и отскочил в сторону.
Скрытый текст - Действия:
Драка. Чо?
Мега-идиотские дайсы: Лог.
Баюн получил 2 критические раны. Боцман одну. Поверхностные обнулены. Пока надоело кубики бросать. Может потом продолжу)
Ульдерига зло ругнулась, концентрация и имеющиеся навыки позволили ей увидеть линии, связывающие Лже-Боцмана и неуловимую интриганку Луизу и Баюна. Но вот незадача, senora Litta Arese не обрадовал ни вид линий: они истончались, ни направление, куда они уводили: наверх, к мачтам.
"Нужно вытащить мальчишку из переделки и отправить его по следу", - мысленно Ульдерига уже отдавала приказ юнге. Смышленый малец, исполнительный и неговорливый, пришелся молодой бездетной женщине по душе.
- Я приношу свои извинения, - Ульдерига говорила отрывисто, быстро оглядев обоих спутников, она продолжила, - Событиящ складываются так, что встреча с пассией Боцмана откладывается, эта сеньорина на данный момент вне нашей досягаемости.
И словно отвечая на немой вопрос в глазах юной Луисии, senora Litta Arese властно произнесла:
- Назовите свое полное имя, юная сеньорина, и не отводите взгляда от моих глаз!
- Лусия Агилар дель Торес,- кастильская дворянка не скрывала досаду на задержку, но взгляда не отвела, поняв, что просьба Ульлериги имела под собой некое основание.
Ulderiga Aurelia Litta Arese, глядя в глаза юной кастильке, четко трижды произнесла ее полное имя. Затем она поцеловала ее.
Скрытый текст - Техническое:
Ульдерига накладывает благословение Мечей на Луисию. Кубики бросьте, пожалуйста, дабы понятно было, получилось или нет
Ошеломленный Весельчак не нашелся, что сказать в ответ на разыгравшуюся сцену.
Затем все трое поспешили на подмогу слуге Луисии. Ульдерига слегка от стала от авангарда, шпилька приятно оттягивала ее волосы.
Скрытый текст - Техническое:
Ульдерига выступит как атакующий на расстоянии, ее цель - вытащить Эсси из заварухи и направить последнего по следу Луизы
"Интересно, а на меня он не бросится?" - задумался Волькер, когда отошел от удивления. "Но...оборотень - это же человек...а, потом." - размышлять было некогда, нужно было действовать и побыстрее, пока все пираты не проснулись, иначе придется висеть на мачте. Или, что более вероятнее, сидеть в трюме в кандалах и ждать прибытия покупателей.
Где-то внезу раздался крик "Дуболомы!" Дальше последовало рычание оборотня и ругань Боцмана. Ренцо пошел разбираться со штурвалом, а Дорк с рапирой в руке бегом помчался к месту боя...
...и наткнулся на троих заспанных "дуболомов", которые собирались было попортить шкурку огромному коту или кем сейчас был уссуриец...
- Стять ,opniki, или на корм коту пущу! - вся троица, а также Боцман (и оборотень, наверное) отвлеклись и заметили Волькера.
- Хотя нет. Таким д... как вы, и отравиться можно. - добавил бывший наемник и атаковал ближайшего "дуболома", попытавшись добавить ему второй пупок.
действия:
попытка оскорбить пиратов (насмешка), один подъем
атакует Дорк шпагой, парирует (если возможно парировать) панцерхэндом.
Лусия ошеломленно отшатнулась от Ульдреги, потом встретилась с насмешливым взглядом Весельчака, вспыхнула и бросилась по коридору туда, откуда донесся крик. Роджер обогнал ее, выхватил шпагу и подскочил к одному из полуодетых людей, которые окружили Волькера. Девушка остановилась, переводя дыхание, взялась за рукоять своей шпаги и медленно двинулась навстречу третьему громиле, который увидел ее и в развалочку пошел навстречу. Он помахивал дубинкой и ухмылялся во весь свой щербатый рот.
Лусия сделала выпад, пытаясь коснуться противника, но тот отшатнулся назад и оскалился, являя миру свои гнилые зубы. Детина оказался достаточно проворным. Размахивая дубинкой, он быстро загнал девушку в угол и теперь наступал на нее, хихикая и масляно щуря глаза. Лусия напряженно смотрела в маленькие глазки, и тут ее словно по голове стукнула: пистолет! Она же зарядила пистолет!
Перебросив шпагу в левую руку, девушка отцепила от пояса пистолет, подняла его и, не целясь, выстрелила в дуболома.
Насмешка Волдера не достигла цели, Дуболомы судя по лицам были слишком... дуболомами, чтобы понимать хитрые насмешки. Зато шпага оказалась против них весьма действенной, продырявив приличную дырку в боку одного из верзил.
Ульдерига метнула шпильку в того же громилу, мастерски попав в открытую рану. Громила пошатнулся, его глаза помутнели от боли, судя по всему он едва держался на ногах.
Луссия выстрела противнику точно в грудь, бугай дернулся, пытаясь зажать рану свободной рукой, но не упал. Он с ревом поднял свою дубинку, чтобы отомстить бедной девушке... но слишком отвлекся и Роджер пронзил его своей шпагой.
Боцман выругался, потеряв оружие, но неожиданно бросился вперед, подминая гепарда своим весом. Первый раз он промахнулся, но со второй попытки быстрый, но относительно легкий зверь оказался погребен под телом старого морского волка, так что не мог достать его своими зубами.
- Юнга-предатель, - прохрипел Боцман своим телохранителям, пытаясь удержать скользкого и изворотливого зверя.
Тот из громил, кто ещё не получил ни одной раны, ударил Вольдера своей огромной дубинкой, но она пролетела мимо. Еле стоящий на ногах громила с криком "Предатель!", ударил Эсси и ему удалось попасть по юнге своей большой дубинкой, к счастью лишь вскользь, но девушка почувствовала резкую боль.
Фехтовальщик успешно выровнял курс корабля и выпустил штурвал из рук. Теперь у него были развязаны руки в самом прямом смысле этого слова.
НПРГ:
Один громила получил 1 серьезную рану и 15 поверхностных, его добьет любая атака.
Второй убит.
Третий жив и здоров.
Эсси получает серьезную рану.
Баюн в захвате, не может нормально кусать противника, пока не вырвется.
Где-то за спиной раздался выстрел. Волькер оглянулся, чтобы узнать кто стрелял...предчувствие заставило его пригнуться. Как оказалось, не зря. Дубинка разминулась с головой айзенца, а тот увидел, как Весельчак добивает подстреленного дуболома. Воспрянув духом, Дорк повернулся обратно и ударил "своего" громилу в челюсть. Тот и так едва держался с дырой в боку, причем в этой же ране что-то торчало, а панцерхэнд выбил из него последние силы к сопротивлению.
"Чем больше шкаф, тем громче падать." - вспомнил одну присказку уроженец Фишлера, глядя на поверженного противника. Дуболом и правда упал с шумом. Тем временем Боцман зачем-то прижал кота-оборотня к полу. Зачем он это сделал, Дорк не знал, но решил этому помешать.
Отскочив от оставшегося телохранителя, Дорк взял рапиру в левую руку (боевая перчатка для этого была приспособлена, хотя фехтовать в ней будет тяжеловато), а правой достал пистолет.
- Отпусти кота, живодер! - с такими словами бывший речник выстрелил лже-боцману в...в общем, сидеть он не сможет долго. Его же живым брать надо, верно, а от такой раны никто скоропостижно не помирал...
Верзила рухнул без чувств от мощного удара, но вот выстрел в Боцмана прошел мимо, к счастью не попав и в Баюна.
__________________
Gabha de na deithe a bheith trocaireach.* Господа управились с разговорами куда быстрей, чем могли бы, и даже смогли сами найти боцманово логово. Впрочем, теперь логово нашел бы и младенец, которого часто роняли - даже удивительно, что на пальбу и яростный мяв из каюты не сбежались еще любители зрелищ со всей лоханки. Как в воду глядела.
- Дуболомы! - раздался хриплый рев боцмана. Довыжидалась. К счастью, айзенец и водаччианский стрелок успели к дверям каюты первыми. Трое полуодетых верзил, которые, видимо, и спали вместе с дубинками, возникли из соседней каюты. Воддачианец при виде них, видимо внезапно вспомнив что-то ужасно срочное, умчался куда-то на корму. Ну и черт с ним. Эсси продолжала изображать крайнюю степень ужаса на лице, ненавязчиво преградив кому бы то ни было путь в каюту. Cо стороны синьориной каюты показались обе дамы и давнишний скользкий типус. Громилы отвлеклись на них, и девушка уже понадеялась, что всё обойдется, а про нее все тихонько забудут. Она заглянула внутрь и внутренне похолодела. Боцман оказался чересчур крепким орешком и для уссурца. По полу катался рычащий и нечленораздельно матерящийся сине-пятнистый клубок с хвостом и бородой. В это же мгновение из клубка показалась перекошенная рожа боцмана, который увидел ее. И, видимо, головоломка у него сложилась.
- Юнга - предатель!
Тысяча чертей! Девушка услышала подозрительный шум за спиной и отшатнулась, выставив вверх левую руку - Бум! Из глаз словно брызнули искры, рука повисла плетью... Бежать!
Перед внутренним взором Эсси появилось нахмуренное лицо Рори Финнегана. В его глазах было презрение. Старик сплюнул."Thainig se chun tu a chosaint, cailin. Chomaoin agat air. Mhuin me tu fiach a dheanamh. Agus na a thaispeaint do ais."
"Ты прав. Я задолжала." Эсси выхватила кинжал и бросилась в каюту. Внутри стало очевидно - дела гепарда плохи. Боцман ухитрился подмять его и теперь пытался душить бешено извивающегося зверя. "Что же ты, дурила, ноги не используешь?! Да любой помойный кот давно изодрал бы этого crud задними лапами на сыромятные ремни... "
Эсси примерилась к мельканию цветных пятен, чтобы не попасть в гепарда, коротко замахнулась...
... и еле успела отвести удар. Как нарочно клубок развернулся окровавленно-пятнистой частью прямо под тускло мерцающее лезвие. Клинок пролетел вниз над боком гепарда и оцарапал предплечье и бок боцмана. Тот глухо взревел и попытался откатиться в сторону. Эсси в пол-прыжка догнала его. Под ноги попался окровавленый абордажный тесак - она не глядя отбросила его. Клинок с дребезжанием проехал по неровным доскам под узкую боцманову койку. Вот он, удобный момент! Широкая спина боцмана оказалась наверху. Ноздри Эсси бешено раздулись - бессильно висящая рука задела край стола, отозвавшись дикой болью -, но она снова замахнулась и с криком "Отпусти кота, негодяй!" безошибочно загнала клинок по рукоятку в негодяеву спину прямо между ребер. И протащила в ране, пока не уперлась в лопатку. На синей рубашке морского волка расплылось бурое пятно, а на ране показалась розовая пена. "Легкое. Пробила легкое. Может выжить, сволочь."
Девушка отбежала к столу и укрылась за ним. "Ну давай же, отпусти его..." Вслух она закричала:
- Чтоб тебе, синьор Пальцем Деланный, крысы уши обгрызли за то, что котов мучишь! Чтоб шапка всегда на нос сползала!!!
Она прижалась к стене и стала жадными глотками пить асквибо из поясной фляжки, мысленно ругаясь, что напиток так сильно разбавлен. Плохо заглушает боль, зато сохраняет холодную голову. Кинжал Эсси наскоро обтерла о грязную скатерть. Негоже доброму металлу замаранным оставаться.
*Кузнец богов был милостив. (гаэльск.)
** Он пришел защитить тебя, девочка. Ты его должник. Я учил тебя не делать долгов. И не показывать спину. (гаэльск.)
*** мразь (гаэльск.)
Техническое:
Эсси не закрывала за собой дверь. Она закинула абордажную саблю под кровать, так что боцману придется лечь, чтобы ее найти.
Боцману нанесена критическая рана, теперь их у него две.
Эсси остается в каюте, но отгородилась от событий тяжелым столом.
Ступенька, третья, пятая, седьмая…
Доски юта были забрызганы ярко-красной кровью, ручейки и лужицы которой образовывали неповторимую карту неизвестных доселе водных артерий. Источником подобной географической фантазии служила пара вахтенных, подвернувшихся под руку (или под клык?) уссурийцу.
Штурвал, вопреки моим опасениям, был не столь большим и тяжелым ("Зачем только нужен был второй?") . Оттащив чуть в сторону тела, я взялся за рукояти, оставляя на выгоревшем и вытершемся дереве потёки крови, в которой успел измарать перчатки.
«Попробуем…»
Выровнять «Альбатрос» удалось относительно легко – управление шхуной не требовало больших усилий. А вот о том, чтобы надёжно закрепить штурвал и речи не шло: из всего арсенала, предназначенного для решения сией задачи – фиксирующих планок, канатных и ременных петель, присутствовала только последняя, и то – в единственном экземпляре, что позволяло штурвалу вращаться по меньшей мере на полоборота.
« Кружить не будем, но рыскать носом на румб-полтора – вполне».
С этой мыслью я поспешил вниз на палубу, к каюте Боцмана, где дела, как оказалось, обстояли неплохо – если где-то внутри, судя по шуму и ругани, продолжалась борьба, то снаружи - двое из трёх защитников горе-работорговца уже прилегли «отдохнуть».
«Удивительно только одно, как на стрельбу половина корабля не сбежалась? Впрочем, неважно…»
Рапира, негромко лязгнув об оковку, покинула ножны.
- Ho la vostra attenzione*, - окликнул я последнего противника, чтобы спустя несколько секунд «наскочить» на него.
___________________________
* - Прошу вашего внимания.
Техчасть:
Ренцо пытается разбить противнику лицо эфесом ("Удар эфесом" ("Pommel strike")). Вторая атака - обычная, но если попадёт - будет вращать клинок в ране, как положено.
1. "Амброджиа" + Мастерство (1 и 3) = 4;1;7;11;
Сохраняемых 3 кубика (= мастерству)= 4;7;11;
На силу ранения (при попадании "Удара эфесом") - 0с2 = 5;
Да, если попал этой гадостью - не забудьте вычесть 5 из сложности попадания по оппоненту.
2. "Амброджиа" + Мастерство (1 и 3) = 8;9;3;8;
Скриноподтверждение:
Сохраняемых 3 кубика (= мастерству)= 8;9;8.
На ранение - если попал:2с2 = 6;4;5;
Сохраняю: 6;5;
Не забудьте добавить +2 поверхностные раны к результату (если он будет) за вращение клинка.
Да - защитный навык на случай если я "понравлюсь" или "не понравлюсь" дуболому - парирование (3).
Жду Микки и Ашдвао, тогда подстраиваюсь под чужую атаку. В приоритете спасение мальчишки, но, если нас в каюту Боцмана ринется толпа, то моя героиня будет мешать.
Юнгу спасать Ульдерига будет, поскольку не знает о его ране.
И еще момент, благословение может же по разному отразиться непосредственно на моей героине, это как-то будет отыграно?
Лусия охнула и отскочила от громилы, который все же рухнул. Роджер повернулся к ней с рапирой на перевес и открыл рот, чтобы что-то сказать, но девушка развернулась и, пролетев под рукой того, на которого наступал Фехтовальщик, оказалась в дверях каюты.
Но не успела даже толком оглядеться, как Роджер, схватив ее за плечо, буквально отбросил прочь, переступил порог, сделал два шага и изо всех сил ударил Боцмана рукоятью рапиры по голове.
Лусия из-за плеча Весельчака видела залитую кровью спину, мотающийся из стороны в сторону пятнистый хвост и выглядывающее из-за стола побледневшее лицо того самого мальчишки, который в начале плавания на палубе участвовал в драке.
Боцман зажал животное в угол и, дрожа от ярости, с коротким победным криком прыгнул на гепарда. Тот почти ускользнул от неповоротливой туши, но в последний момент одна из ручищ пирата ухватила животное за лапу. Каким-то непостижимым образом человек обхватил и обмотался телом вокруг гепарда так, что последний не мог пошевелить ничем, кроме хвоста. Складывалось ощущение, что у Боцмана мигом выросло еще две пары рук, и он живое воплощение пузатого и шестирукого крещентского божка по фамилии Гашеш. Баюн попробовал дернуться раз-другой, но вырваться из рук мутанта не получалось. Оборотень почувстоввал, как позвоночник хрустит, а в глазах темнеет.
«Прощайте, милая Екатерина Матвеевна. Великодушно прошу простить меня, что не получите больше от меня вестей...»
Гепард смотрел на юнгу, укрывшегося за столом, большими круглыми и мокрыми глазами, стонал и бессильно облизывал шершавым языком разбитый нос. Он как будто просил о помощи, хоть не мог сказать ни слова.
Действия:
Составляет завещание и вспоминает молодость, когда шкодил в тапки еще маленьким котенком
Боцману понял что желающий его убить в каюте оказалось слишком много, отпустил гепарда и бросился к дверям... и с изумлением уставился на стрелу, появившуюся у него в брюхе. Она прилетела откуда-то сверху с матч. Боцман осел на палубу он был явно и окончательно мертв.
Сразу пришедший в себя оборотень с изумлением узнал свою собственную стрелу. Не успел он понять как такое возможно, как раздался выстрел прямо над ухом. Роджер добил последнего телохранителя Боцмана.
Не успели остальные понять что произошло как на палубе стали появляться матросы, вооруженные чем попало,... их было много, очень много.
- Капитан убит, - раздался женский голос сверху, в которым все узнали пассию капитана, - Усуриец убил капитана. Убейте их всех! - последние слова голос произнес почти с восторгом.
Ульдрига заметила что линия от Баюна вверх и без того слабая начала исчезать прямо на глазах, такого она видели лишь... никогда не видела раньше, но знала только одну причину почему такое может происходить и эта причина её не нравилась...
Боцман был мертв. Странное дело, несмотря на исчезновение угрозы, Эсси не ощущала душевного спокойствия. Хотя теперь она могла бы тихонько выбраться из каюты (благо, крюк остался при ней), этот путь представлялся неверным. Из-за своей обманчивой легкости. То, что ушлая девица их использовала, стало понятно, как только боцман достал пистолет и позвал своих громил. Шлюшка явно рассчитывала на то, что уссурец и боцман перебьют друг друга - иначе предупредила бы об опасностях. Впрочем, это уже личное дело котяры, может, в следующий раз подумает, прежде чем хвостом крутить. Хотя в глубине души девушка знала - не подумает. Но это ее не волновало.
А вот то, что к Монтеню они так и не приблизилась, волновало и еще как.
Придется провернуть то, о чем Эсси уже думала...
Но сначала нужно кое-что сделать. Она проползла к узкой койке боцмана, стараясь, чтобы из-за дверей не было заметно, открыла сундучок покойного и принялась рыться в нем. Маленькая пузатая бутыль нашлась сразу под кальсонами. Девушка принюхалась. Первосортный виски на можжевеловых ягодах. Старый хрен был не дурак выпить. В самый раз. Она осторожно прощупала предплечье, морщась и шипя от боли. Точной уверенности не было, но кости выглядели целыми. Что ж, не впервой. Эсси помянула папашу незлым тихим словом, выудила из сундука чистые на вид портянки и, зажав конец коленом, располосовала одну кинжалом. Теперь бы приложить трав... "Прекрати!" Эсси, помогая зубами, накрепко перевязала раздувшуюся руку. На слезы, выступавшие от каждого оборота ткани, внимания она не обращала.
Судорожно выдохнула и выпила из горла все, что было в бутылке. "Однако, так и срубить может. Пойло что надо." Девушка достала последнего анчоуса и сгрызла его в мгновение ока. Из руки как будто вынули раскаленный гвоздь. Она по-прежнему плохо слушалась, но в глазах уже не искрило от каждого неловкого движения.
Эсси огляделась. Теперь к делу. Вчера, когда она исследовала судно, в камеру попасть не удалось. точнее, кроме пассажирских кают было только одно место, куда она не смогла войти. Люк в носовой части. Закрытый на огромный амбарный замчище. Ключи наверняка у боцмана. Лезть за ними на палубу? Нет уж, увольте. На тех судах, что были до злосчастной шхуны, входов в арсенал было два или три.
Думай, думай! Если этот корабль и впрямь был захвачен, то лже-боцман мог взять любую каюту. Почему же он выбрал именно эту? Может быть, чтобы стеречь огненные врата?
Эсси подползла к нервно вылизывающемуся гепарду и зашептала в шерстяное ухо:
-Feach, я захвачу iris pudar, арсенал. Надо заставить эту fraochUn ответить за все проделки. Матросы не хотят умирать, уж поверь мне. Поможешь найти вход? Он может быть прямо тут. Если нюх у тебя как у кота, найти - раз плюнуть. А если нету, aon adh****, уйду в окно, поищу еще где. Ты со мной? Сдадут тебя uaisle*****, как пить дать сдадут, если так сидеть будем.
*послушай (гаэльск.)
** пороховой склад (гаэльск.)
***шлюха (гаэльск.)
****не судьба (аэльск.)
*****господа (гаэльск.)
Техническое:
Манипуляции с поврежденной конечностью за лечение не считаю. Драматическая рана от этого никуда не делась, просто нужно для отыгрыша.
Баюн втянул носом воздух и почувствовал легкий запах пороха. Он шел из задней стенки каюты, но был слишком легким для потайной двери. Несомненно камера была за ней, именно там где Эсси видела люк, но вход в неё был не здесь.
Снаружи остались только Волдер и Фехтовальщик, да в дверях каюты Лусия, но матросы не спешили атаковать их, они обходили их полукругом, как стая собак, выследившая двух медведей, но бросаться в бой, несмотря на крик девицы, почему-то не спешили.
- Бросай оружие, сучьи потроха, - предложил один из матросов, прокуренным басом, - и доживете до суда в ближайшем порту.
Остальные его поддержали согласным ворчанием.
Цитата:
Сообщение от Эсси
Эсси подползла к нервно вылизывающемуся гепарду и зашептала в шерстяное ухо:
– Feach, я захвачу iris pudar, арсенал. Надо заставить эту fraochUn ответить за все проделки. Матросы не хотят умирать, уж поверь мне. Поможешь найти вход? Он может быть прямо тут. Если нюх у тебя как у кота, найти - раз плюнуть. А если нету, aon adh****, уйду в окно, поищу еще где. Ты со мной? Сдадут тебя uaisle*****, как пить дать сдадут, если так сидеть будем.
Кошак мрачно заурчал что-то в ответ, нервно ударил хвостом и принюхался. Запах пороха шел из-за левой стены каюты. Баюн поднялся на задние лапы и облокотился передними на доски стены. Гепард рыкнул, глядя на авалонку, отрицательно помотал головой из стороны в сторону и снова опустился на четыре лапы.
Тем временем для «теплой встречи» пассажиров матросы выстроились возле каюты полукругом. Чуть впереди стояли смуглый черноволосый лейтенант, который носил шелковую рубаху и штаны, не придерживаясь форменного камзола, и ещё два человека, виденных Баюном ранее среди корабельных офицеров: один маленький, неопределенного возраста, в тёмно-коричневом потертом сюртуке, а другой помоложе, дородный, широкоплечий в камзоле военно-морского покроя, какие носят в Водачче.
Детина подошёл к пассажирам.
– Бросай оружие, сучьи потроха, – предложил он прокуренным басом, – и доживете до суда в ближайшем порту.
Остальные его поддержали согласным ворчанием.
Пассажиры сбились в кучку, бросали яростные взгляды на матросню и переглядывались между собой, переговариваясь вполголоса и решая, быть ли драке или попробовать решить дело малой кровью.
Бездыханное тело лже-Боцмана лежало у входа в каюту. Однако команда не спешила мстить за своего вожака. Стрела с синим оперением, торчащая из плеча капитана, привлекла внимание не только команды, но и Баюна.
Гепард подошел к телу, обнюхал рану и затем издал громкие насмешливые звуки, отдаленно похожие на кошачьи и чем-то на птичье чириканье.
– Мр-р-р. Мьям-мьям. Ур-р-р-мьям. Ур-р, ур, ур.
Увы, тех, кто смог бы его понять, на палубе не было.
Матросы чуть расступились при виде хищного животного, невесть откуда взявшегося на корабле, и настороженно выставили вперед дубинки и ножи. Серый туман в третий раз окутал фигуру оборотня. Тело его снова вытянулось в нормальный рост, когти и шерсть исчезли – уссурец принял облик человека.
– Если кого и нужно судить за убийство El cornudo Ladron*, так это ее! – сказал он, указывая на мачту. – Опусти свою железку, матрос, а то еще поранишься.
Моряк побагровел и уставился на него:
– Ч-ч-что?! Что за дьявольщина… Что здесь происходит?
Толпа закопошилась и загудела еще больше.
– Даже маленький ребенок поймет, что стрела, прошившая ключицу под тупым углом, выпущена с мачты. А я – вот он, перед вами, – сказал уссурец, засунув пальцы рук за пояс и поправив штаны жестом, не претендующим на элегантность.
Матросы все повернулись к нему. Уссурец продолжал вещать, надеясь или склонить команду на сторону пассажиров, или хотя бы выиграть время.
– Видите? – Баюн поморщился и оторвал промокшую от крови рубашку от ребер, давая возможность окружающим полюбоваться на следы от капитанской сабли. – Я дрался с капитаном за собственную жизнь и дрался честно, дав ему возможность зарядить пистолет. А эта портовая шлюха выстрелила исподтишка, чтобы занять место капитана. Вы с ума сошли, если решили довериться puttana vendente! – Он взглянул сначала на одного матроса, а затем на другого. – Сегодня она подло убила собственного начальника. Что помешает ей подставить каждого из вас по отдельности и всех вместе еще и еще раз, а, ребята? Включите головы, парни, и если у вас там не макароны, то вы должны судить эту лживую курву!
Баюн, у которого ломило все тело, проникновенно выругался и замер, ожидая реакции команды.
Действия:
Пытается избежать драки. Давит на логику и пиратский кодекс чести. Указывает на то, что не мог убить капитана, и это сделала особа, представившаяся как Луиза Кораддини
*El cornudo Ladron - устойчивое ругательное выражение. Обозначает "рогоносец и вор" (пират)
**puttana vendente - продажная шлюха.
Борьба где-то в каюте продолжалась с переменным успехом, до того момента, как боцман решил, что круг персон, жаждущих общения с ним, слишком широк – и попытался выскочить на палубу.
Добраться морской волк успел только до дверей, где его и настигла Morte* в виде стрелы, прервав бег незадачливого работорговца, а моего противника увели у меня из-под носа в самый интересный момент – давешний капер-ухажёр кастилийки выстрелил ему в спину.
На шум начала сбегаться команда, вооруженная, впрочем, не как положено, а как попало.
Любовница капитана, вчера за обедом «распускавшая хвост» перед уссурийцем, словно pavone**, требовала отомстить за смерть капитана, правда с безопасного расстояния, очевидно, прекрасно понимая, что имеет все шансы составить компанию своему любовнику.
« Как это всё предсказуемо… Оборотень, конечно, «хорош» – подобное влечение к противоположному полу до добра не доводит. Впрочем, если выберемся, это будет ему уроком».
Снаружи каюты остались только трое – я с айзенцем, да кастилийка.
Предложение сдаться мной было просто-напросто проигнорировано, а из каюты появился изрядно потрепанный охотничий леопард, своим неожиданным превращением в уссурийца привлекший пристальное внимание матросов.
Я, неторопливо отирая трёхгранный клинок рапиры от крови последнего охранника боцмана, слушал оборотня и скользил взглядом по толпе, готовый в любой момент начать действовать.
- Дорк, - перейдя на монтеньский, окликнул наёмника, - если начнётся веселье, попробуйте чем-нибудь завалить вход – это даст нам время.
___________
* - смерть
** - павлин
Матросы переглянулись, пожали плечами.
- Значит, ты признаешь что напал на нашего капитана? - прогудел один бородатый матрос, лет сорока, - бросай оружие и сдавайся убивиц, и королевский суд будет решать твою судьбу! Он и решит, кому из вас веревку на шею одеть.
Молодой матрос с почти детским лицом удивленно поднял брови.
- Занять место капитана? Кто? Эта певичка? - он кивнул в сторону мачты и хохотнул, - ну ты шутник! Она и в крысу тапком не попадет, - криво усмехнулся он, - она только и умеет...
- Цыц, мальчишка, - одернул его бородач, - язык-то не распускай.
Остальные поддержали его сдавленными смешками. Пожилой бородач подвел итог.
- Кто там откуда стрелял, нам неведомо, не видели, но вот трупы - вот от ваших рук, значит вы и убивцы. Но судить вас будем не мы. Бросайте оружие, на земле с вами разберутся. Там и будешь рассказывать про то что понятно ребенку и про всякие... как ты сказал... тупые углы?
Матросы синхронно закивали головами. Судя по им глазам, такие умные слова, как тупой угол были явно вне их понимания.
Цитата:
Матросы переглянулись, пожали плечами.
- Значит, ты признаешь что напал на нашего капитана? - прогудел один бородатый матрос, лет сорока, - бросай оружие и сдавайся убивиц, и королевский суд будет решать твою судьбу! Он и решит, кому из вас веревку на шею одеть.
– Я не нападал на капитана, а защищался, – чеканя слова, произнес Баюн, медленно, почти по слогам, чтобы самый тупой матрос понял, – и если вы внезапно вспомнили про закон, так сами его соблюдайте. А если не намерены соблюдать законы братства, то ни один порт не впустит корабль в гавань, ни один охотник не даст и уха от дохлого осла на пропитание и ни один торгаш не даст ломаного гильдера за груз. А про королевский суд расскажешь байку моей бабушке.
Баюн продолжал тянуть время и лихорадочно размышлял, строя в уме предположения, что может случиться, если он убьёт пару самый буйных матросов на месте и вызовет этим свалку. Плетка, лежащая в углу, как бы намекала, что кое-кто, наверняка, недолюбливал собственного капитана и с радостью сам бы отправил того на корм рыбам. Но так же наверняка, большинство пиратов пойдут против пассажиров. Тем более, если убийство капитана было кем-то из них спланировано. Тогда заговорщики добьются своего и, перебив пассажиров, уберут последних свидетелей. Даже если людей не станут убивать, их будут держать как заложников и в конце концов все равно расправятся. А корабль как шел, так и идет в Крещент.
Уссурец искоса взглянул на матросов, сбивающихся плотнее, и бросил озабоченный взгляд на Лусию и Ренцо с Волькером. Спутники стояли рядом и ловили каждое слово. Лицо Лусии было бледным, девушка не спускала глаз с команды.
Пока Баюн размышлял, как разрешить конфликт миром, бородач потребовал немедленной сдачи оружия:
Цитата:
- Кто там откуда стрелял, нам неведомо, не видели, но вот трупы - вот от ваших рук, значит вы и убивцы. Но судить вас будем не мы. Бросайте оружие, на земле с вами разберутся. Там и будешь рассказывать про то что понятно ребенку и про всякие... как ты сказал... тупые углы?
Матросы синхронно закивали головами. Судя по им глазам, такие умные слова, как тупой угол были явно вне их понимания.
– Мозги у тебя затупились от безделья, матрос, если в твоей черепушке вообще остались мозги. – Баюн положил руку на запястье матроса, удерживая того на месте силой. – Или сейчас скорлупка разворачивается и ложится на курс к Монтень, или я вышибу тебе последние. Здесь я диктую условия, понятно?
Оборотень хмуро взглянул на матросов, не выпуская руки бородатого, и улыбнулся самой недоброй из арсенала своих улыбок.
Бородач изумленно посмотрел на руку уссурийца, дернул рукой и ... довольно легко вырвал его из захвата оборотня, сделав шаг назад за строй матросов, ощетинившихся оружием.
- Какое братство? - удивленно спросил бородач, - какие законы? Парень, ты о чем? И по-твоему куда идет сейчас корабль, если не в Монтень? Бросай оружие оборотень и поворачивай ласты, нас во много раз больше.
Как бы подтверждая его слова на кормовой надстройке появилось с десяток матросов с мушкетами и начали располагаться для стрельбы, выцеливая оборотня и остальных пассажиров. С каждой секундой перевес все больше склонялся на сторону матросов и они это понимали.
- Эй, где старпом? - крикнул кто-то из толпы, один из матросов рванул дверь на корме в какую-то каюту, и удивленно воскликнул.
- Мертв! Застрелили из лука во сне!
Бородач и остальные явно помрачнели, это известие их расстроило явно больше чем гибель боцмана-капитана.
- Вон такой же стрелой как у него! - некультурно показал пальцем на оборотня матрос.
****
Когда Эсси вылезла на носовую надстройку она обнаружила троих матросов, незаметно подбирающихся к краю надстройки с сетью в руках, явно собираясь скинуть её на пассажиров, ждущих около каюты боцмана, сверху. Ещё Эсси заметила глухой люк явно ведущий в камеру, замок на люке был ей виден очень хорошо, очень массивный для большого массивного ключа. Внезапно, Эсси вспомнила тот удар плетью по лицу - именно краешек такого ключа выглянул тогда из-под ворота рубахи боцмана.
Не было печали, но она пришла сама. Боцман избежал пулю пониже спины, но вместо этого поймал стрелу в живот. После какая-то женщина обвинила уссурийца в убийстве капитана. Что примечательно, сама она не показалась.
- От ведь.. - вспомнив, что рядом дамы Волькер удержался от ругательства. Пистолет он убрал обратно за пояс, рапира вернулась в правую руку. Дорк собрался было поднять один зуб для своей коллекции, но в этот момент при на крик пришли пираты...
Цитата:
Сообщение от Ренцо
- Дорк, - перейдя на монтеньский, окликнул наёмника, - если начнётся веселье, попробуйте чем-нибудь завалить вход – это даст нам время.
Айзенец коротко кивнул, мол, понял, а заодно огляделся, чем можно завалить вход.
Уссуриец (кстати, как его зовут?) превратился в человека и попытался заговорить матросню. Получалось пока плохо. Мушкеты - не признак доверия. Хотелось что-нибудь добавить к словам оборотня, но ничего на ум не шло, поэтому Дорк счел за лучшее помолчать.
Окно распахнулось от легкого толчка. Ну вот опять, второй раз за утро... Девушка высунулась по пояс в окно и уверенным движением зашвырнула крюк наверх, потом подергала веревку - крепко. Ловко, как куница, она выскользнула в узкий проем и исчезла из виду. "Не смотреть вниз... не смотреть вниз... Давай, еще узел, еще один..."
Подняться оказалось проще, чем спуститься к окну синьориной каюты - как чертовски давно это было!- очень скоро показался край надстройки. Подтянувшись, Эсси оказалась наверху.
Они стояли к ней спиной. Они суетливо копошились над комком сетей. Они не видели ее.
"Sin theipeann ort!* И откуда вы тут взялись, clann madra?" Мысли путались, не хуже тех сетей. Как быть? Тихо уйти, пока никто не видел, или помочь тем, внизу? Девушка решила оставить крюк на месте, мысля забрать потом - кто поверит, что он случайно завалялся в гальюне? - и смело шагнула вперед.
- Эй, парни! Что за дурацкие шуточки у вас - людей в гальюне запирать? - Эсси почесала в затылке, напустив на лицо то самое глупое выражение, что не раз уже выручало в это утро. - О, сети разбираете? Рыбалить будем? Возьмите меня, у меня анчоусы кончились!
Она подошла к люку, волоча ногу за ногу.
- Какой замок огроменный! Небось ключ от него и вовсе с полпуда будет? А что там, капитаново пойло небось от нас запрятано?
Техническое:
предупреждает пассажиров об опасности и очень прозрачно намекает Баюну на капитана и ключ. Без надежды на успех.
* Чтоб вам провалиться! (гаэльск.)
** сукины дети (гаэльск.)
Роджер внимательно слушал оборотня, но с каждой фразой брови франта поднимались все выше.
- Ваш приятель, отличает особый склад ума, если он рассчитывает, что кодекс пиратов распространяется на их жертв, - вполголоса голосом знатока произнес он, так чтобы его не услышал Баюн, - или слишком увлекается бульварной литературой.У жертв есть права сопротивляться или право надеться на милость пиратов, если они сдадутся. Все остальное - романтические сказки.
- Ого! - удивленно воскликнул он и брови уже заняли почти вертикальное - и самоуверенности ему не занимать. Он что правда верит, что сумеет перепугать пиратов настолько что впятеро превышая нас по численности, они сами поведут корабль в Монтель, где их ждет верная виселица?! Если бы торговался я, я максимум бы договаривался дать возможность уплыть нам на лодке с оружием, оставив им деньги и драгоценности, благо тут берег не так далеко и я смогу проложить курс.
- А вот пираты ведут себя абсолютно разумно, возможно они и поверили ему, но свои разборки оставят до победы над нами... Ага, тоже правильно, пытаются играть роль честных матросов до конца, надеяться, что мы поверим и сами сдадимся... все правильно.
- Скажите, а вы уверены что это правда пираты? - робким голосом спросила Лусия.
Роджер на секунду задумался, потом широко усмехнулся.
- Дорогая, ну а какая теперь-то разница? - очень весело спросил он, - Неужели вы правда верите, что королевский суд нас оправдает, если мы сейчас сдадимся? Или что каторга лучше рабства, а топор палача - сабли пирата? Выбора у нас в любом случае нет. Но, заключая пари я бы поставил, что это пираты, - добавил он, правда осталось непонятным правда ли капер так считает или он просто пытался успокоить Лусию и поднять остальным боевой дух.
Ситуация накалялась, спор охотника с матросами шёл без особых успехов, а я всё так же отстранённо счищал жидкость, текущую по жилам большинства живых существ, со стали, да равнодушно скользил взглядом по толпе, лишь на мгновение задержавшись на одном-единственном, смутно знакомом лице – смуглом черноволосом офицере, не придерживающемся форменного камзола, предпочёвшем означенному шелковую рубаху и штаны.
Оборотень продолжал настаивать на вине любовницы капитана, айзенец за моим левым плечом осматривал палубу, явно в поисках того, чем можно перекрыть вход в обиталище «боцмана».
- Лучше – стол из каюты, - негромко обратился я к наёмнику вновь всё на том же монтеньском.
Уссурийца сейчас мне было абсолютно не жаль. Если бы не некоторые его необдуманные действия, с высокой степенью вероятности, вот этого вот абсурдного представления можно было бы избежать.
Цитата:
Какое братство? - удивленно спросил бородач, - какие законы? Парень, ты о чем? И по-твоему куда идет сейчас корабль, если не в Монтень? Бросай оружие оборотень и поворачивай ласты, нас во много раз больше.
Цитата:
Сообщение от Терри П Посмотреть сообщение
- Эй, где старпом?
- Мертв! Застрелили из лука во сне!
- Вон такой же стрелой как у него!
- А никого боле таким образом не убили, кроме старпома и капитана? – поинтересовался я. – Например, штурмана? Нет? А вот наш курс наводит меня на мысль, что он умер ещё вчера…или его нет на этой посудине, - по моим губам скользнула язвительная полуусмешка – полуулыбка. Повернувшись, и сделав пару шагов к каюте боцмана, я остановился и обернулся.
- Хотя… погодите-ка, - тонкий, не до конца очищенный от бурых потёков клинок рапиры указал на смуглого офицера, как стрелка в компасе – на север, - скажите мне, любезный, сколько же дней тогда, лет пять назад, вы проболтались в шлюпке посреди океана? Неделю? Две? Месяц? Вижу, это мало на вас сказалось, - лицо темноволосого приняло удивлённо-настороженное выражение. - Впрочем, некоторые вещи всегда полезно напоминать, особенно таким, как вы. Шлюп «Sea toro"* был взят на абордаж после четырёхчасового боя бригантиной «Swan»** под водаччанским флагом, но вас на борту вашей лоханки не было – вы спустили шлюпку в разгар сражения и удрали… Серхио Паэс, мелкий работорговец и довольно-таки неплохой навигатор. Или здесь лишились второго звания? Моете полы, готовите обеды? – я с огромным удовольствием смотрел на недовольный прищур когда-то мельком виденного пирата. – И да, не стоит спрашивать, откуда у меня подобные сведения, лучше постарайтесь вспомнить. Имя, вполне возможно, не настоящее, но вы же меняете их как перчатки.
"La partita e iniziata..."***
_____
* - "Морской бык"
** - "Лебедь"
*** - игра началась
- Что за чушь?! - возмущенно ответил бородач, - Ричард, с нами уже десять лет ходит. Курс... мы огибали опасное место, где обычно пираты поджидают торговые суда, а сейчас корабль идет в Монтель... Хватит чесать языком, сдавайтесь или откроем огонь.
Судя по всему, у матросов кончилось терпение, матросы с мушкетами навели оружие на "бунтовщиков" при этом больше половины оружия оказалось направленно на оборотня, отдавая дань "уважения" за разорванных когтями гепарда товарищей.
***
- Да, сожри тебя кракен, рыбку на палубе ловим! - в ярости ответил Эсси один из рыболовов, бросив уже не особо полезную сеть, - принес же к нам какой-то демон такого тупицу!
Бросив сеть, "рыболовы" вытащили ножи, явно собираясь бросится сверху на уже заметивших их пассажиров.
Оставшись одна в каюте, Ульдерига первым делом кинулась к столу Боцмана, лихорадочно вороша бумаги, Боцман изучал их перед своей смертью.
Карты, бортовой журнал, переписки с клиентами, все, что угодно могло сыграть. Боцман вез их кому-то, возможно она найдет сумму, за которую их предполагалось продать, мальчишку-юнгу посылали выследить некие бумаги, если найти след, ведущий к ним, может появится шанс для торговли.
Ситуация на палубе накалялась, senora Litta Arese не умела стрелять из пистолетов, так щедро украшавших стены каюты, да и сабля в ее руках не могла превратиться в грозное оружие и помощницу, напротив, она лишь стеснила бы действия.
Рассовывав бумаги за пазуху, Ульдерига вцепилась в столешницу и, почти опустившись на колени, резко оттолкнула ее от себя. Стол поддался и грохнулся на боковину, неплохое укрытие, прямо напротив двери. Осталось содрать оружие со стен и оттащить его за стол. "Горячий" уссурец очень удачно отвлекал внимание от грохота в каюте. Выбрав наиболее легкий пистолет, Ульдерига попыталась прицелиться. Девчонка, которую она благословила, умела стрелять, жалко, что она торчала на палубе.
Техническое:
Ульдерига возможно нашла что-то полезное в бумагах Боцмана, она перевернулась стол и пере тащила орудие со стен за него.
Улы не везло, ей все время попадались интересные, но не очень понятные записи, которые могли быть и у пиратов и у обычных торговцев.
Например, судовой журнал указывал на обычного торговца, но последняя запись была три недели назад "капитан заболел", потом все обрывалось. То ли судно захватили, то ли тот кто заменил капитана не хотел или не мог вести записи. Были записи, написанные совсем другим корявым почерком явно не привычном к письму на ободранных бумагах, о разных грузах с датами, видимо когда груз оказался на борту, но не очень было понятно то ли тихо мирно загрузили этот груз в порту, или взяли с боя, утопив чужой корабль. Или это вообще было что-то другое, например когда груз испортился.
Записка о бумагах была, но это было только примерное описание их вида - с десяток личных писем, вероятно с неким компроматом на некую особу. Судя по корявому почерку записка была написана скорее всего боцманом для себя и, увы, имени заказчика там не было.
НПРГ:
Бросок на поиск был умеренно успешным - 12. Если будет искать ещё кто-то или потратишь значительно больше времени, вероятно можно будет найти нечто более полезное.
Баюн сжался от мрачного предчувствия и только хотел ответить матросу, как сверху донесся голос юнги.
- О, сети разбираете? Рыбалить будем? Возьмите меня, у меня анчоусы кончились!
Бросив взгляд наверх, наши горе-пассажиры заметили, как несколько матросов разматывают сеть. Мысленно поблагодарив авалонку за предупреждение, Василий, не вдаваясь в объяснения, сделал шаг назад и толкнул Лусию внутрь капитанской каюты.
- А никого боле таким образом не убили, кроме старпома и капитана? – поинтересовался Ренцо ди Анджелис. – Например, штурмана? Нет? А вот наш курс наводит меня на мысль, что он умер ещё вчера…или его нет на этой посудине, - по губам фехтовальщика скользнула язвительная полуусмешка – полуулыбка. Повернувшись, и сделав пару шагов к каюте боцмана, он остановился и обернулся, и осыпал мрачными насмешками местного шкипера.
Эсси тем временем начала другое представление:
- Какой замок огроменный! Небось ключ от него и вовсе с полпуда будет? А что там, капитаново пойло небось от нас запрятано?
Баюн хмыкнул, что-то решил и снова обратился к бородачу.
– Предлагаю маленький спор, матрос, – шутливо сказал уссурец. – спорим на твое жалование, что корабль идет в Крещент. – Уссурец небрежно наклонился к телу капитана, достал из кармана его куртки карту и бросил в лицо матросу.
Связка ключей при этом перекочевала в карман охотника. Если кто-то из команды и заметил экспроприацию имущества, то сейчас им не было до этого особого дела. Пассажиры ведь никуда не денутся, а значит, не денутся и вещи капитана.
– А может тебе еще ключ от каюты, где деньги лежат? – издевательски спросил бородач. В его тоне звучала явная угроза. – Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.
– Да, шож такое? Второй раз за утро ко мне поворачиваются вместо лица задом – с шутливым пренебрежением ответил уссурец. – Когда я надеру тебе уши, жаловаться будешь… вот ему. – И Баюн небрежно указал рукой на первую попавшуюся точку за спиной матроса.
Если бы матрос не обернулся, то Баюн, зарубил бы его на месте. Но матрос обернулся. Уссурец с разворота вмазал ногой в живот бородачу и повалил его на тех, кто напирал следом. Не дожидаясь, пока раздадутся выстелы, Баюн стрелой влетел в каюту и попытался вместе с Ренцо захлопнуть дверь на засов.
Дверь закрылась, и те, кто оказался внутри, услыхали топот ног по палубе и грохот. Матросы ломились внутрь. Баюн многозначительно сжал пальцами плечо водаччианца и подозвал айзенца.
– Дверь их надолго не задержит, синьоры. Мы в задни… – Баюн запнулся, посмотрев на присутствующих дам. – Мы в западне: на баке с десяток мушкетеров, – торопливо сказал он, указывая на выход. – Можно забаррикадироваться или вступить в драку с теми, что на шкафуте. Если начнут стрелять – другого выбора не будет.
Особого плана у Баюна не было, но он в двух словах объяснил товарищам, что собирается выбраться к Эсси, захватить крюйт-камеру и угрожать взорвать корабль, если пираты не сменят курс. Убеждать других и продумывать детали у него не было времени.
Уссурец подбежал к окну и попытался повторить путь авалонки к баку.
Добравшись по веревке до бортика, он не стал выбираться наверх, а зажал ключи в зубах, крепче вцепился руками в бортик и начал молиться Матушке, чтобы не свалиться в момент превращения.
Четвертый раз за сутки оборотень перекинулся.
Матросы, столпившиеся на кватердеке, были заняты разматыванием сети или смотрели вниз – туда, где их приятели ломали дверь. Полосатый котяра вскарабкался через борт и украдкой скользнул к свернутому в бухту канату.
– Мяу! Мяаааау!!
«Или меня услышит авалонка и возьмет ключ, или…» что будет в другом случае уссурец не знал. В отличие от Сорте стрега, перед многовариантным раскладом будущего его воображение пасовало.
Матросы было бросились за пассажирами, но те быстро исчезли в каюте мнимого боцмана. По тяжелой, дубовой двери застучали кулаки потом грохнул топор... без особо результата. Дверь каюты капитана скорее всего и была рассчитана даже на бунт команды.
- Ломай! - крикнул кто-то, - несите топоры!
- А зачем? - резонно возразил другой голос с нескрываемым ехидством, - кому что пулю получить охота? Завалим их с этой стороны, окно заколотим и пусть сидят там без еды и воды. Сами сдадутся через пару дней.
Громкий смех на оригинальное предложение был ему ответом. Пяток матросов с ружьями забежали на надстройку и начали целиться вниз, так чтобы высунувшиеся из каюты боцмана попали под перекрестный огонь. Еще парочка взял на прицел окно с нижней палубы. На Эсси и на кота никто внимания не обращал, благо Баюн догадался выпустить ключи изо рта, пока пробегали матросы. Юнга сразу узнал нужный ключ (он был самым большим), проблема была в том чтобы успеть открыть люк при таком столпотворении матросов.
Раздосадованные матросы не обратили на вопрос никакого внимания. Они достали ножи и решили лично присоединиться к потехе. Что происходило внизу, от люка не было видно. Эсси стала подтаскивать к нему поближе всякий хлам - большой кусок парусины, несколько пустых бутылок, бухты каната, чтобы отгородиться от любопытных глаз. Она решила попытаться вскрыть замок пряжкой от отцовского ремня, благо, устройство таких конструкций было хорошо ей известно. Но никто не знает, сколько времени это займет. На всякий случай, пояс она сняла и положила возле замка.
Из последней бухты каната раздался мяв. "Почему никто не сказал, что на корабле есть кот?" Девушка наклонилась и подхватила просмоленную пеньку. Внутри блеснули кошачьи глаза и металл. СОмнений не было - это те самые ключи, которые Эсси видела за пазухой покойного лже-боцмана. Она опустила канат вместе с притаившимся зверем возле люка, а в следующее мгновение вокруг уже замельтешили рассерженные матросы с оружием. У Эсси похолодело внутри. Неужели попалась? Но никто не обращал на нее внимания.
Она присела над люком и внимательно его осмотрела. Крышка из тяжелого бруса, обита металлом, а петли такие ржавые, что даже на прежнем судне боцман выдрал бы за такой конфуз всю команду, начиная с себя.
Иными словами, скрипеть будет так, что поднимет мертвого боцмана, если ему медведь на ухо не наступил при жизни.
Опять заныла рука. Эсси поморщилась и осторожно вынула ключи. Самый большой был из того же металла, что и замок, и имел то же самое клеймо. И все бы хорошо, если бы не треклятая ржавчина!
В нескольких футах от нее ругались матросы. Они решали, ломать дверь, или завалить и подождать, пока пленники оголодают и запросят пощады. Девушка молча молила всех существующих богов, чтобы решили выламывать - дверь была достаточно крепкой, а в шуме никто не услышал бы скрипа. Но не судьба. Решили только заколачивать окна. И то хлеб.
Улучив момент, когда никто не смотрел, она уверенным движением сунула ключ в скважину и трижды повернула. К счастью, замок был в лучшем состоянии, чем петли, и ключ повернулся беззвучно. По тому, как он спружинил, Эсси поняла, что замок открыт - достаточно откинуть дужку и открыть люк... Дужку она аккуратно - по дюйму - вытащила и положила так, словно все заперто как надо; сунула ключи поглубже под парусину. На самом деле же теперь достаточно лишь дернуть и рвануть люк.
Скорее бы начали стучать!
Эсси заметила, что у матросов не осталось явных начальников и они действовали довольно хаотично, но как ни странно все-таки более-менее эффективно. Но выделялось несколько людей, к которым словам в общем хаосе остальные все-таки прислушивались, тот бородач, смуглый и несколько других.
- Где это чертова девица? - произнес смуглый, заметив, что пассажиры надежно упрятаны в каюте под дулом ружей, - что там плел этот колдунишка про эту курву? Застрелила капитана?
- Да, врал он все, себя выгораживал, - пробасил бородач.
- А где сама эта чертова певичка, морской черт её разбери! Пусть сама скажет с чего перевертышу про неё врать, - яростно махнул рукой смуглый. Несколько матросов бросились на мачты искать бывшую пассию бывшего капитана.
Над палубой раздался тихий женский смех, который почему-то прекрасно услышали все на корабле, а потом... Эсси заметила, как гибкое женское тело в черном облегающем "мужском" костюме рыбкой ушло в воду.
- Дура, - произнес смуглый сразу утратив интерес к "курве".
- Ага, - спокойно пробасил бородач, - до ближайшего берега день пути.
Про Эсси все забыли, поэтому она имела возможность оглядеться по сторонам и заметить то что занятые матросы ещё не увидели... красивый черный корабль в утреннем тумане, идущий курсом наперерез и медленно, но верно догоняющий "Альбатрос". На флагштоке корабля гордо развивались черные и красные флаги, которые так боялись все купеческие корабли.
- Полундра! - заорала девушка, убирая замок. - Пираты по левому борту!
Ее не услышали. Тогда Эсси подхватила и застегнула пояс. В мешочке лежала неправедно добытая боцманская дудка - покидая каюту, девушка подобрала ее с пола.
Эсси прыгнула на бочонок и высвистела сигнал общего сбора, который слышала на монтеньском военном корабле. Она надеялась, что эта мелодия тоже одинакова для всех судов, как и простые будничные сигналы.
-Пираты! Пираты!
Вся группа "как-бы" начальников подбежала к борту, приложили подзорные трубы к глазам и... опустили.
- ... у нас больше пушек...
- ... но никого кто умеет управлять кораблем в бою и неполная команда...
- ... сдадимся?
- ... кому, Кровавому Гарри? Он не оставляет пленников в живых...
- ... вот же гадина...
Гадина, которая все это устроила была уже далеко, но все-таки услышала рев проклятий в свой адрес и развернулась на волнах весело помахав оставшимся рукой.
Ульдерига, не обращая внимания на суету, мысля лишь не мешаться под ногами, уселась за столом и осторожно вынула пук бумаг, уместившийся в ладони. Пока в каюту попадает дневной свет, бумаги стоит проверить и понять. А senora Litta Arese нутром чуяла, что очень скоро времени на это просто не будет, а любопытство, рожденное словами Юнги, да и самой фигурой Боцмана начинало сжигать.
Цитата:
- Пираты! Пираты!
- ?Tira de usted dibuja!, - пробормотала молодая женщина себе под нос, - Определенно, правы древние, убивавшие дурных вестников, дабы отвести несчастья.
Вылезать из-за стола категорически не хотелось, Ульдерига продолжила ворошить бумаги мертвеца и вынула колоду карт.
Техническое:
Тщательно проверяет бумаги вновь, собирается сделать расклад на творящееся вокруг.
Глава вторая
Карты выдали сначала Солнце и Луну, на которые одновременно лег Повешенный. Ульдрига показалось что Солнце это они, Луна матросы, а Повешенный, те пираты про которые кричат на палубе. Ей почему-то вспомнилась изречение кого-то из мудрецов "Луна враждует с Солнцем, но без Солнца не будет и Луны".
****
Между тем Роджер, который уже несколько раз выглядывал из окна, констатировал.
- Ушли... типы с ружьями, которые нас сторожили, - объяснил он, видя что его не понимают, - может быть матросы хотят нас надуть?
Потом он выглянул в окно побольше и так же спокойно констатировал.
- Нее, и правда пираты. К нам идет замечательный кораблик с пиратскими флагами, судя по размерам - экипажа там раза в два поболее нашего.
На сей раз уссуриец действовал верно – стащив с тела капитана некий ключ, отвлёк матроса и организовал небольшую свалку на палубе, чтобы выиграть время.
Дверь каюты Боцмана оказалась достаточно серьёзным препятствием для экипажа, впрочем, матросы даже не стали пытаться попасть внутрь, а решили подождать.
Охотник покинул наше общество, выбравшись в окно, отправившись на помощь юнге, решившему захватить крюйт-камеру.
«Надеюсь, они будут осторожны… и не взорвут шхуну случайно».
- А ведь это точно был Паэс, - я вбросил отчищенную рапиру в ножны, убрал дагу. – Лет пять назад его портреты висели в порту каждого приморского города моей многострадальной родины...
Вопль «Пираты!Пираты!» лишь заставил меня поморщиться.
Капер-ухажёр кастилийки, занявший место рядом с окном, наблюдал за перемещениями экипажа.
- Ушли... типы с ружьями, которые нас сторожили, может быть, матросы хотят нас надуть? Нее, и правда пираты. К нам идет замечательный кораблик с пиратскими флагами, судя по размерам - экипажа там раза в два поболее нашего.
- Прекрасно, - я осторожно осматривал каюту в поисках подзорной трубы, стараясь не мешать Сорте Стрега, до этого возившейся с какими-то бумагами, а теперь ворожившей над картами.
- Посторонитесь, любезный… Посмотрим, что у нас там.
Грязноватые, несколько мутноватые линзы подзорной трубы бывшего хозяина «Альбатроса» послушно показали мне нашего преследователя.
- Шлюп, один. Ориентировочно – от двенадцати до восемнадцати орудий, от семидесяти до ста с небольшим человек экипажа. Конечно, мы можем посидеть и подождать, пока местная команда и любители лёгкой наживы несколько истребят друг друга… хотя, как по мне, то лучше вообще в бой не вступать, но судя по уцелевшим офицерам, нам это вряд ли удастся, а поэтому, - я сложил трубу и осторожно поставил её на стол, - попробую предложить экипажу кое-что. Закройте за мной дверь, пожалуйста.
Выстрел в воздух из прихваченного из каюты капитана пистолета, отвлёк офицеров и большую часть экипажа от созерцания вероятного противника, и обратил их взоры на мою скромную персону, прислонившуюся спиной к надстройке рядом с входами в каюты бака.
- Все меня видят? – я помахал нескольким десяткам пар глаз разряженным трофеем. – Прекрасно. Предлагаю уговор – увожу вашу скорлупку подальше от пиратов, или беру управление ей на себя в морском бою, если таковой состоится, в случае успеха – дотаскиваю пташку до Монтеня. Взамен – пассажиры вместе со мной сходят на берег в Монтене со всем имуществом, а вы начинаете действовать далее, как хотите. Как видите, в накладе никто не останется. Ну, что скажем?
Когда матросы поняли кто к ним приближается, начался форменный беспорядок, каждый пытался что-то сделать, но из-за почти полного отсутствия какого-либо командование большинство матросов лишь мешали друг другу.
Эсси наконец заметили и ... за полминуты отдали аж три прямо противпоположенных приказа от трех разных матросов, поэтому не стала делать ничего. Баюна остальные матросы не замечали, хаотично пытаясь сделать хоть что-нибудь полезное.
Выстрел в воздух заставил замереть этот бедлам. Фехтовальщика выслушали молча и чуть удивленно.
- А ты энто... чооо умеешь управлять кораблем в бою? - подозрительно, но с уважением спросил бородач, обвел взглядом остальных притихших матросов и выразил общее мнение - ... эээ... хммм.... договорились, мистер. Командуйте! Но если и ВЫ решите нас предать...
Тут бородач провел рукой по горлу, явно показывая что с предателем случится тогда. Остальные матросы молча покивали головой соглашаясь с назначением новоявленного командира. Видимо у них действительно не осталось сомнений, что без капитана они ничего не навоюют, поэтому они так легко согласились назначит "почти капитаном" бывшего врага.
Я сухо кивнул, соглашаясь с поставленными условиями, и сорвавшись с места поспешил к каюте боцмана, а спустя минуту, сгребя в охапку подзорную трубу, небольшой медный рупор и одни из пары найденных маленьких песочных часов в прочных футлярах, поднялся на ют, чтобы, сложив всё, кроме «разговорной трубы» на небольшой, специально для этого предназначенный столик за бизань-мачтой, стать за штурвал.
Откинув в сторону ременную петлю, откашлявшись, поднёс рупор ко рту. Вспомнить названия было делом недолгим…
- Procediamo*!! Первый кливер, второй кливер - убрать! Брифок, фок, грот и бизань – убрать! Грота-стаксель и апсель – зарифить! Комендоры – вниз, к орудиям, готовьтесь к стрельбе цепными ядрами или книппелями! Лишние – с палубы вниз! Открытые источники огня – потушить, закрытые – закрепить и не спускать с них глаз! Пассажиров просим занять свои каюты! Такелажной команде – по окончанию работ спуститься в гандек в полной готовности!
Подозвав к себе пару матросов, я попросил либо натянуть с трёх сторон вокруг штурвала толстые матрасы, либо обложить означенный мешками с песком или зёмлёй из балласта.
- По окончанию такелажных работ – к маневрам приготовиться! – под тонкими перчатками замерли отполированные рукояти штурвала.
"Курсовой угол 130-132...разница в градус не столь существенна. Фордевинд - в бейдевинд, и посмотрим, что на это скажет противник. Залпы будем принимать баком, возможно, что с бушпритом и фоком придётся распрощаться..."
_____
* - Приступим!
" Вот это дело", думалось Эсси, пока она карабкалась по вантам. Девушка намеревалась как можно скорее оказаться подальше от носовой надстройки и открытой крюйт-камеры. Ей вовсе не хотелось, чтобы исчезновение замка и ее присутствие кто-то связал воедино. И в неподходящий момент припомнил новичка, который терся в гуще событий... А водаччианец, похоже, дело разумеет. Хорошо, что команда не стала артачиться - теперь есть какой-никакой шанс потягаться с пиратами.
Добравшись до фок-реи, Эсси буркнула через плечо, что займется первым кливером. Пожилой матрос за спиной хотел прикрикнуть и прогнать, но она не слушала. Убедившись, что внизу уже готовы принимать, девушка ослабила узел и, быстро перехватывая канат, ровно стравила парус, как делала уже десятки раз. Матрос, спускавший второй кливер, хмыкнул в бороду, но ничего не сказал. Эсси оглянулась - такелажники уже выполнили распоряжения Ренцо - и быстро спустилась на палубу - помочь свернуть паруса. Попасть под залп пиратского судна на мачте ей хотелось меньше всего на свете.
- М-да... - только и протянул Волькер, узнав о еще одних пиратах, явно решивших взять на штурм эту треклятую шхуну. "Нет. Так просто я дамся!" - зло подумал Волькер, перезаряжая свой пистолет. В каюте бывшего капитана все необходимое для этого нашлось. Краем сознания айзенец отметил, что ведьма судьбы внимательно изучает какой-то расклад "Надеюсь, у нее что-нибудь получится." - тут Дорк поймал себя на мысли, что он пожелал. Впрочем. силы оружия может не хватить, чтобы выпутаться из этой ситуации, так что оставалось надеяться на ту, которая может управлять Судьбой...и на Теуса.
Цитата:
Сообщение от Ренцо
- Шлюп, один. Ориентировочно – от двенадцати до восемнадцати орудий, от семидесяти до ста с небольшим человек экипажа. Конечно, мы можем посидеть и подождать, пока местная команда и любители лёгкой наживы несколько истребят друг друга… хотя, как по мне, то лучше вообще в бой не вступать, но судя по уцелевшим офицерам, нам это вряд ли удастся, а поэтому, - я сложил трубу и осторожно поставил её на стол, - попробую предложить экипажу кое-что. Закройте за мной дверь, пожалуйста.
- Надеюсь, ты знаешь, что делаешь... - негромко произнес бывший наемник, выпуская водаччианца из комнаты, после чего незамедлительно запер дверь и прислушался. Вскоре раздался выстрел. Одиночный. Хотел привлечь внимание? Потом вновь возобновился шум. "Удалось договориться, кажется..." - понял он.
- Думаю, можно выходить. - сказал он вслух. Может, кто-то поверил, кто-то нет, но уроженец Фишлера лично вышел наружу, дабы проверить, что происходит. Увиденное не очень радовало: бывалые моряки превратились в салаг и совершали противоречащие друг другу действия. Совершали, точнее, до выбора Ренцо временным капитаном. Ситуация стала налаживаться, но слишком медленно, на взгляд речника.
- Здесь есть боцман? Настоящий боцман? - спросил он пиратов. Оказалось, что нет, и Волькер решил взять эту роль на себя, благо что понимал кое-что в морском деле. настоящим боцманом айзенец не являлся, но ругательств знал много, да и все понимали, что следует объединиться перед новой угрозой.
Вскоре суета на корабле стала гораздо упорядоченной. уроженец Фишлера нашел самых опытных матросов и отправил их к мачтам - жизненно важно было уйти от противника, иначе до Монтеня доплыть удастся очень не скоро.также наемник приготовился к худшему - отправил троих моряков в арсенал зарядить и принести все огнестрельное оружие, а заодно передать артиллеристам, чтобы они зарядили пушки книпеллями. первоочередной целью будут ведь паруса, а этот тип снарядов сработан специально против них...
Причина: водачеченцы атакуют!
В тот момент, когда Ренцо и Волькер брали на себя управление кораблем, Баюн ни о чем не догадывался. Он вообще понятия не имел о том, что творится на палубе. Он пробрался в пороховую каюту, открытую авалонкой, и послушно, как паинька, ждал, когда его попросят действовать. Когда ожидание совсем уж затянулось, полосатый котяра разочек осторожно высунул нос наружу. Баюн, конечно, заметил, что матросы как-то бестолково носятся из стороны в сторону и здорово мешают друг другу, но полагал, что, видимо, так и надо, что в этом вся фишка в работе опытных морских волков, а потому не вмешивался.
С мачт доносились сильные идиоматические выражения, полный смысл которых ускользал от понимания уссурца, но по общему тону реплик он догадывался, что занятие находившихся наверху было не из легких. Сделав такое заключение, он укрепился в решении подождать еще, пока все образуется, прежде чем включиться в аврал, а тем более ему мешать.
Баюн ждал довольно долго, но гражданский долг таки потребовал его непосредственного участия. Долг явился Баюну в виде головы Эсси, которая просунулась через крышку люка и сказала:
- У тебя лапы что ли отсохли, лохматый? Давай, помогай: выкатывай порох, чертов болван, пока нас не потопили, как крыс!
Когда так вежливо взывают к дружбе и человеческому состраданию, даже оборотень не способен оставаться в стороне, а потому Баюн прекратил вычесывать блох и поспешил вернуться в человеческий облик. И вполне вовремя, так как после нескольких минут зверской работы такелажники подняли паруса, судно повернулось круто к ветру, и Ренцо задал полный ход «Альбатросу».
"Homo homini felis est*, - удивился Баюн тому, как неожиданно матросы стали бегать под дудку (точнее свисток) Волькера. - Ничто так не объединяет, как наличие общего врага."
Убедившись, что никто из команды уже не собирается драться с пассажирами, Баюн нашел Ренцо и поставил того в известность о том, что в отсутствие артиллерийского квартийместера займется его работой. Чтобы оторваться от пирата, могут понадобиться пушки. А чтобы пушки стреляли, нужно их чем-то зарядить.
"Ветерок-то свежий, - обратил внимание уссурец, которому уже доводилось бывать в морском сражении, правда, в роли статиста - если днище не обросло водорослями, то оторвемся даже под рифами, а под полными парусами вообще пойдем, как на гоночной регате. Если только нам не собьют грот. Впрочем, у наших пушек тоже есть, что сказать. Интересно, как на судне с канониром?"
Баюн скинул сапоги, выложил топор и стрелы вне крюйт-камеры, затем, еще раз убедившись, что избавился от всей металлической амуниции, которая могла бы случайно дать искру, заглянул под крышки, определил, в каких из бочек пороховые заряды и принялся выкатывать боеприпасы наружу.
*Homo homini felis est - человек человеку кот
- Они притормаживают! - удивленно произнес бородач, - испугались?!
Он поднес подзорную трубу к глазам, потом разочарованно опустил её.
- Нет, просто забирают предательницу. Сейчас начнут гонку с новой силой! Гадина, как все точно рассчитала! Кровавый Гарри давно точил зубы на наш кораблик, но боялся обломать зубы об наших командиров. Знал же, что капитан загнулся не из-за лихорадки, курва что-то ему подсыпала... - такой был литературный перевод речи бородатого, выразился он куда проще и народнее.
Роджер вышел из каюты с обычной улыбкой, внимательно стал наблюдать как корабль противников снова начал набирать скорость.
- Боюсь его обычная скорость все-таки чуть быстрее нашей, - произнес он, - кстати, милейший просветите нас все-таки, вы - пираты или флибустьеры?
- Мы не пираты и не флибустьеры..., - покачал головой бородач.
Весельчак недоверчиво поднял бровь, явно не веря в этот ответ.
- ... мы контрабандисты... чаще всего, - пожал он плечами.
- ... А, понятно, один морской дьявол, каторга. Подожди, так это вы дурман-траву, из-за которой на нас напали те оборванцы, привезли? - усмехнулся Роджер, - так из-за этого они ошивались поблизости? А на этот раз вы решили заработать и похищением?
Бородач пожал плечами.
- Никто же не думал, что все пойдет так - немного сонной травы во время обеда и вы бы проснулись уже на земле Империи Полумесяца. Мы же не какие-то пираты, а честные торговцы... почти.
К моему удивлению, команда не упрямилась, а побежала выполнять полученные приказания. Возможно, этому способствовало то, что к делу общего спасения подключились Дорк, взявший на себя обязанности боцмана, и уссуриец , взявший на себя способности артиллерийского квартирмейстера.
Такелажники завершили свою работу. Дождавшись, пока матросы спустятся с мачт или ухватятся покрепче, я довольно резко развернул «Альбатрос» на примерный курсовой угол, заставив шхуну изрядно накрениться на правый борт, а затем начать свой ход правым галсом с небольшим креном на Порт*. Результат маневра был удовлетворительный, хотя и заставил меня поморщиться – после куда более неповоротливой туши фрегата, нынешний корабль казался уж слишком чувствительным к вращению штурвала.
Противник временно сбросил ход.
«Небольшая пауза пойдёт нам на пользу…»
Скользнув взглядом по палубе, и моментально отметив наличие абордажных сеток и матрасов, вновь взялся за рупор.
- Стрелкам – подготовить себе позиции. Нескольким самым… - я замялся, – отчаянным и удачливым – на марсовые площадки. Главная цель – офицеры! Аварийной партии – приготовить воду или песок! Гандек – зарядить орудия цепными ядрами или книппелями, порты не открывать, ждать команды!
«Надеюсь, те, кто окажется на мачтах в момент залпа – выживет…»
Скользнув взглядом по песочным часам в углублении на столике под приборы, и отметив, что после залпа противника нужно будет перевернуть их для подсчёта паузы, я снова замер за штурвалом, наблюдая за тем, как сближаются корабли, готовый в любой момент резко бросить «Альбатрос» вправо, так, чтобы «птичка» на момент «подачи голоса» шлюпа образовала нижнюю перекладину буквы «T» относительно его борта, и вместе с тем, упасть на одно колено, чтобы сократить возможность попадания в мою скромную персону.
____________________
* - левый борт (терминология 7-го моря)
Ульдерига скучала. Каюту почившего в бозе боцмана senora Litta Arese и не думала покидать, присутствие девицы, умеющей обращаться с огнестрельным оружием, успокаивало.
Замерев в дверях как изваяние, Ульдерига скучала и наблюдала. Творящееся вокруг было ей чуждо, можно было лишь зацепиться за "оборванную" линию страсти между горячим олухом Баюном и хитрой девицей, оставившей всех с носом.
Расклад вырисовывался шаткий.
Вражеский корабль не пытался использовать пушки, а шел так, чтобы представлять минимальную мишень для вражеский орудий. Возможно, они хотели сохранить Альботрос не поврежденным, возможно рассчитывали, что команда судна без командиров не сможет сделать не одного точного залпа или просто пытались сохранить туз в рукаве.
***
Эсси отправили на среднюю мачту. Вскоре она оказалось на том месте откуда прыгнула в воду предательница и Эсси заметила... кулон. Простенький кулон, с обрывками веревки и не большим зеленым камешком, видимо случайно застрявший в этом месте. Эсси, как всякая девушка, умела немного разбираться в украшениях и сумела определить, что это вероятно самая простенькая бижутерия, которую может позволить себе даже крестьянка, так как этот камешек стоил не дороже обычного цветного стекла, а оправа была обычной медью. Однако Эсси показалось что камешек светиться едва заметным зеленым светом... хотя свет был таким слабым под лучами утреннего солнца, что возможно это было просто обманом чувств.
***
- Лусия, так как насчет пройти в мою каюту? - Роджер был спокоен и весел как будто им не предстоял новый бой, - там будет куда безопаснее чем на палубе, к тому же я так и не успел показать вам свою коллекцию редкостей и удивительных вещей.
Увидев сомнения в её лице, Весельчак поспешил их развеет, - О, не волнуйтесь, если пираты пойдут на абортаж мы всегда успеем вернуться, а до этого на палубе нам делать нечего... не зачем рисковать встречей с шальным снарядом. Поверьте коллекция редкостей честного флибустьера сумеет вас удивить.
Лусия почувствовала, что её природное любопытство проснулось и заинтересовалось.
***
Ульдерига внезапно посетило видение "мерзкая предательница, устроившая бойню, жарко целовалась с каким-то типом с мерзким лицом , но зато в помпезном капитанском мундире, пусть и местами с пятнами от еды. Потом оторвавшись от типа, она прильнула к мачте судна, прижавшись головой и что-то шепча...".
***
Фехтовальщик почувствовал беспокойство. Нет, команда действовала слаженно и выполняла все приказы его и Айзенца, судно было в порядке, но... он часто управлял кораблями и казалось что что-то слегка мешает кораблю. Нечто нематериальное, такое что невозможно объяснить рационально, а можно почувствовать только интуитивно, как будто над кораблем висело какое-то проклятие.
" Медяшки... стекляшки... Налетай, не скупись, подешевело..." Балансируя на вантах, девушка крутила в руке находку, пытаясь закрыть ее от солнечного света, и проверить - поблажилось, или и правда самоцвет.
Безуспешно.
"На кой капитановой шлюшке, которой только пальцами щелкнуть, как мужики рыжья навалят полон подол, эта бирюлька сдалась? От маменьки-папеньки-бабуси памятка?" Эсси фыркнула и, схватив покрепче канат здоровой рукой, прыгнула вниз. Находку она крепко держала в кулаке левой. Пролетев над абордажными сетями, которые как раз закончили натягивать, девушка оказалась на вантах фок-реи, откуда шустро спустилась на палубу. Огибая суетящихся матросов, она проскользнула в каюту боцмана и закрутила головой, высматривая синьору из Водачче. "Неужто ушла куда?" Заметив, наконец Ульдеригу, Эсси скользнула к ней, бухнула на пол кулон и откашлялась.
- На мачте было. Где та девица засаду с луком устроила. Не с руки ей носить такое. Как бы цацка колдовской не оказалась... Я-то в этих делах ни ухом, ни рылом, простите, синьора...
Ульдерига посмотрела на "цацку" колдовским зрением. Все всякого сомнения она была магической, Ульдерига видела свернутые и аккуратно уложенные нити судьбы внутри амулета, вот только его смысл она не понимала, одно она могла сказать, что явного вреда этот амулет носителю причинить не может, так как он был заряжен "положительными" нитями, скорее это был какой-то амулет чтобы приносить удачу или помогать в каких-то делах... но, увы, назначение амулета ей было совершенно непонятно... может через какое-то время она сумеет понять в чем тут смысл.
Но времени у неё как раз и не было, ведьма судьбы заметила черную дымку окутывающую Альбатрос, она сильно удивилась, Ульдерига никогда не слышала, чтобы кто-то пытался по влиять на судьбу целого корабля. Судя по всему ведьма которая эта сотворила обладала изрядной природной мощью, но и... полным не умением ей правильно пользоваться. Было видно что проклятие наложено неумело и держалось лишь на "честном слове" в любой момент готовое слететь с корабля. Все что оно могло это чуть-чуть сделать корабль менее маневренным, но при этом сил было вложено куда более чем в десяток обычных проклятий.
Профессиональная ведьма судьбы прекрасно видела все изъяны в плетении судьбы, которое очень напоминало ей свои детские игры. Помнится тогда они развлекались тем что находили концы слабеньких детских проклятий и благословений подруг и меняли их на полную противоположенность. Конечно с проклятиями настоящий обученной ведьмы судьбы этот фокус никогда не прошел, но вот с таким ученическим подходом, она вполне могла избавить корабль от проклятий, а то и поменять его на благословения.
*****
Корабль пиратов спокойно прошел границу прицельных выстрелов, даже не пытаясь использовать пушки, видимо рассчитывая взять противников на абордаж без единого выстрела.
Поверьте коллекция редкостей честного флибустьера сумеет вас удивить.
Лусия оглянулась на застывшую в дверях Ульдеригу, поежилась и кивнула Весельчаку:
- Да, сударь, я вполне могу полюбоваться вашей коллекцией, тем более, что я никогда не была близко знакома с честными флибустьерами.
Она сунула за пояс пистолет, поправила шпагу и вышла вслед за Роджером из боцманской каюты. Senora Litta Arese даже не глянула на них, хотя Весельчак чуть отодвинул ее в сторону.
По длинному коридору, совершенно пустому, они добрались до каюты Роджера, и пока тот выуживал из кармана ключ и отпирал дверь, Лусия еще раз твердо сказала себе, что приглашение "честного флибустьера" вполне мирное, а коллекция, которую он предлагает посмотреть уже не первый раз, может действительно оказаться интересной и даже уникальной.
Цитата:
- На мачте было. Где та девица засаду с луком устроила. Не с руки ей носить такое. Как бы цацка колдовской не оказалась... Я-то в этих делах ни ухом, ни рылом, простите, синьора...
- Благодарю, Mi amigo joven., - Ульдерига как бы невзначай коснулась руки Эсси.
Улыбнувшись как акула, Senora Litta Arese потеряла весь интерес к Юнге.
Цитата:
Профессиональная ведьма судьбы прекрасно видела все изъяны в плетении судьбы, которое очень напоминало ей свои детские игры. Помнится тогда они развлекались тем что находили концы слабеньких детских проклятий и благословений подруг и меняли их на полную противоположенность. Конечно с проклятиями настоящий обученной ведьмы судьбы этот фокус никогда не прошел, но вот с таким ученическим подходом, она вполне могла избавить корабль от проклятий, а то и поменять его на благословения.
Ульдерига взглядом поискала новоявленного капитана. Поджав губы и явив рассеянный взгляд, молодая женщина задумалась: рассказать о шалостях подруги почившего Боцмана или скрыть правду во благо, дабы не понизить моральный дух защитников? Девица, рвущая нити Судьбы и проклявшая целый корабль, как заноза, досаждала и нервировала. Senora Litta Arese чувствовали как гнев поднимается в ней. Захватив La pindonga del contramaestre, можно было получить массу выгод!
Любовь к вязанию Ульдерига обрела вместе с силой.
Техническое:
Ульдерига пытает перевести проклятие в благословение. Если не получится с первого раза, использую кубик драмы
Загадочный амулет, движимая любопытством, Ульдерига намотала на запястье правой руки. Легким движением цепочку всегда можно сбросить, манжет закрывает безвкусную поделку, заодно и испытать "цацку" можно в полевых условиях.
Оставалось надеяться, что слабость, порожденная морской качкой, не сыграет злую шутку. Чувство голода глушила эйфория.
На корабле царила суета: все бегали куда-то и что-то делали. Если быть точным, обустраивали позиции для стрелков и разбирались с парусами. А Волькер с Ренцо все это движение упорядочивали и руководили им.
Для обустройства укрытий в ход шли доски, мешки с песком, ящики...все, в общем. Еще где-то сзади были подготовлены пара ящиков, в которых находились доски с торчащими из них гвоздями и пустые бутылки. К самому худшему исходу тоже следовало готовиться. Выбрасываться на палубу все это богатство будет непосредственно перед абордажем. Вражеская команда это наверняка оценит, если только она не состояла целиком из кудесников из Империи Полумесяца, которые могли спокойно спать на гвоздях.
- Эти морские свиньи решили, что нас можно взять голыми руками?! - сложив руки козырьком, уроженец Фишлера наблюдал за приближающимся вражеским кораблем, который даже не пытался выстрелить из пушек. С чего бы это?
- Как только сможете прицельно стрелять, цельтесь в офицеров, боцмана и капитана. И особенно в эту ш...ну дочь, драхен ее сожри! - напутствовал айзенец моряков.
- Ты! - Дорк окликну какого-то пробегавшего мимо матроса. - Скажешь Ре... капитану, что Гарри этот делает с судном.
Может, это не имело смысла, но послать кого-то надо было. на всякий случай, чтоб наверняка.
Раздав указания и усадив на позиции всех, кто мог сносно стрелять из мушкета, айзенец месте с несколькими добровольцами (а таковые появились), направился на марсовые площадки. Заняв позицию, он прицелился из мушкета и стал ждать, когда станет возможным в кого нибудь попасть. Боялся ли он? Ну...скажем так, было нечто подобное, однако он верил, что Теус защитит. Да и он всегда подозревал, что до мирной старости ему дожить не удастся. Не в это время.
Посмотрим еще, кто кого...
Полуют «Альбатроса» все еще был окутан утренним туманом, который пронизывали яркими полосами лучи восходящего солнца. В поспешно оборудованном командном пункте Ренцо раздавал приказы команде. Новоиспеченный капитан корабля не пал духом и демонстрировал обширные познания в морском деле. Много лет, явно проведенных в море, внушали уважение к водаччианцу в роли командира. Он готовил корабль к маневру и к возможному бою с превосходящим противником с искусством, которому можно было завидовать. И всё же Баюн понимал всю бесплодность попыток драться, если абордаж состоится. Медведь таки задавит кошку силой. Всего пара удачных выстрелов – и можно уйти в открытое море, а можно навсегда остаться в нем.
Вначале Баюн и сам сгоряча хотел броситься в первые ряды стрелков. Но Ренцо и Волькер отговорили от быстрых решений. Баюн, едва лишь горячка драки прошла, трезво прикинул шансы пережить схватку, и к горлу его подкатил комок. Раны, полученные в бою с лже-Боцманом, также давали о себе знать пульсирующей болью. Рубашка прилипла к телу и остановила кровь, но в горячем и влажном воздухе наименьшей из проблем могла стать лихорадка или сепсис.
Равнодушие Баюна к собственному здоровью имело определенную границу, которая была несколько нарушена. Испытывая слабое головокружение от потери крови, уссурец решил поискать доктора. Одаривать команду пораженческим настроением вовсе не хотелось, потому, вздрагивая от колющей боли в боках, он продолжал кисло улыбаться и храбрится, хоть и получалось неважнецки…
– Мне бы в постельку, – развязно подмигнул он Лусии, – но некогда, синьорита. На этот раз мне изрядно досталось. Обойдемся легкой штопкой шкурки, если у вас найдется несколько минут времени на вашего покорного слугу.
– На судне должен быть доктор, – нетерпеливо ответил ему Роджер, который явно имел какие-то свои виды на ближайшее будущее синьориты Дель Торес. – А ведь вы, кажется, серьезно ранены, обратитесь к врачу.
– Синьорите я как-то больше доверяю, чем местному костоправу. – Баюн исподлобья взглянул на корсара и стал ждать ответа Лусии.
Ульдерига прикоснулась к стенке каюты, чувствуя потоки силы, окутывающие корабль. Нити судьбы начали раскручиваться, переплетаясь и складываясь в новый удивительный узор. Ульдериге показалось что корабль вздрогнул, освобождаясь от оков, созданных самоучкой, и... начал легко скользить по волнам, слушаясь малейшего движения руля.
***
Фехтовальщик неожиданно понял, что чувство, что корабль - изящный танцор, которому повесили на ноги тяжелый груз прошло... Альбатрос начал просто удивительно слушаться руля,... как будто только-что вышел из доков, а не плавал десятки лет... только настоящий капитан может понять как приятно управлять настолько послушным кораблем.
НПРГ:
Проклятие снято, корабль получает благословение и один дополнительный кубик на все броски на время этого боя.
Рука ныла все сильнее. Начал колотить озноб. То ли откатывала запоздалая горячка боя и последующих событий, то ли просто сказывалась усталость после бурной ночи и утра. К счастью, синьора не стала задерживать для каких-то мелких услуг, и Эсси потихоньку покинула бывшую боцманскую каюту. Осторожно, не привлекая внимания, она прокралась в кубрик. Сундучок был на месте и не похоже, чтобы кто-то пытался там порыться в отсутствие хозяина. Девушка нашарила ключик на шейном шнурке, достала шкатулку и плюнула с досады. Она забыла разжиться аконитом. "Chun tu go raibh se folamh, cheapskate!"*О прошлых хозяевах не хотелось лишний раз вспоминать. Эсси, не глядя, закинула в поясной мешочек горсть анчоусов, и стала размышлять. После уроков Финнегана доводилось терпеть и не такое, но тогда не было недостатка и в снадобьях. Раз уж нет первейшего средства - борец-травы, нет даже льда, остается последнее.
Приложить сырое мясо.
Если повезет его раздобыть.
Заперев сундучок, девушка побежала в камбуз. Удивительно, если бы там кто-то был. Разумеется, свежего мяса там не оказалось - или она просто не знала, где искать. Зато была вымоченная с ночи солонина. Эсси мигом нарезала из вязкого мяса полосок и в одночасье умяла их все, заедая остатками пшеничных лепешек (с господского стола, не иначе). Слабость как рукой сняло.
Прихватив пару лепешек, девушка убралась из камбуза.
"Ca hait a ndeanfaidh anois?"** Предстояла хорошая драчка, но ввязываться в нее у Эсси не было ни малейшего желания.
* Чтоб вам пусто было, скряги! (гаэльск.)
** Куда же теперь? (гаэльск.)
Скрытый текст - Техническое:
Бросок на самолечение - 1V10 => 4 ; 8, итого 12. Ни пользы, ни вреда.
Героиня, фигурально выражаясь, околачивает груши.
- Эй, парень! - окрикнул Эсси один из матросов, когда она выходила из камбуза - кто тебя так приложил-то? Ты бы к костоправу заглянул, пока потасовка не началась, пусть он хоть перевяжет тебя что-ли...
В голосе матроса, имя которого Эсси даже не знала, было явное участие и желание помочь... ,наверное, матрос больше волновался о том что юнга не сможет нормально сражаться в бою, чем за самого юнгу, но тем не менее он явно хотел помочь...
Лусия с сочувствием глянула на Баюна и улыбнулась Роджеру, пожав плечами:
- Простите, сударь, но мой слуга нуждается в помощи.
Она предложила Василию руку, на которую тот охотно оперся, скорчив уморительную гримасу в сторону Роджера, и они отправились к ней в каюту. Как только дверь оказалась закрытой, Лусия серьезно посмотрела на слугу и скомандовала:
- Снимайте рубашку!
А сама налела в миску воды из кувшина и полезла в саквояж.
Примерно через полчаса она закончила перевязку, сполоснула руки и порылась в одном из баулов. На свет появилась чистая мужская рубаха из тонкого батиста.
- Это принадлежало брату. Наденьте. И...вам действительно лучше прилечь. Но вы ведь не ляжете? Тогда выпейте это.
В комнате остро запахло лекарством.
Неприятное ощущение, что со шхуной что-то неладно, прошло довольно быстро. Впрочем, ничего удивительного в этом не было – корабли, как и люди, обладают своими характерами, и порой первые бывают капризнее вторых, «Swan»* в своё время терпеть не могла выпившего за штурвалом, наотрез отказываясь ему подчиняться. Вахтенные матросы и офицеры были вынуждены оставлять свою порцию рома или вина «на потом».
Шлюп не воспользовался своим шансом открыть огонь, торопясь сблизиться с «Альбатросом». Я тоже решил не спешить, чуть сдвинув курс левее оптимального. Мне нужно было, чтобы пират вышел на свой курсовой угол, а наша «птичка» превратилась в верхнюю черту буквы «t».
И вот сейчас, сопоставляя водаччанские меры длины с авалонскими, в которых измерялись дистанции в большинстве наставлений по морскому делу, и, наблюдая за тем, как сокращается расстояние, я производил нехитрые подсчёты.
«21 либр – это приблизительно 16 фунтов, вряд ли к нам на борт вместится калибр крупнее… 16 фунтов – это около 500-600 ярдов ядром. Берём меньшее… тогда… 229 канн. Ядро – дистанция полностью, книппель или цепные ядра – 3/5, около 300 ярдов, 137 канн. Рисковать не будем - снаряд довольно неточный, сбросим дистанцию до 200 ярдов, или 91 канн… С учётом скорости противника порядка шести узлов – это около 20 ярдов за минуту. Возьмём больше – пусть будет 22 ярда. Навести орудие – полминуты, минута. Дадим полторы. Столько же – чтобы подкатить и закрепить. Открыть порты – полминуты? Пусть будет так. Итого 200 ярдов и три с половиной минуты. Около 280 ярдов, или 128 канн…»
Дистанция становилась всё меньше и меньше, но я не торопился. Лишь когда начали сокращаться заветные 280 ярдов, прозвучала первая команда.
- Порты правого борта – открыть! Орудия в позицию!
Сейчас там, внизу, на гандеке, вовсю кипела работа, матросы тянули неуклюжих, тяжелых чугунных «зверей» к открывающимся квадратным «оконцам» под аккомпанемент из скрипа, ругани и хриплого дыхания, крепили канаты, чтобы орудия не слишком далеко «убежали» после залпа.
- Цель: рангоут, такелаж и паруса! Наводи и готовсь! Без приказа огонь не открывать!
Ярды и канны, ярды и канны, сокращающиеся, уменьшающиеся, исчезающие. Как бы не хотелось крикнуть «Огонь!» - ждать. Ближе. Ещё ближе. Даже не заветные 200, можно меньше, 190, 180…
Кажется, можно уже рассмотреть материю парусов шлюпа, услышать в шуме ветра приказы…
Ещё чуть-чуть…
- Огонь! Подрежьте им крылья! – рявкнул я, прикрывая уши руками на те несколько мгновений, в которые шхуна превратилась в нечто, отдалённо напоминающее вулкан.
__________
* - "Лебедь" (назв.)
Техническое:
Огонь ведётся с не самой большой дистанции книппелями и цепными ядрами по оснастке.
Дальнейшие действия Ренцо зависят от результата залпа (жду результата и возможно, некоторых действий пиратов).
В случае попытки резкого поворота противника бортом к "Альбатросу", навигатор будет стараться повернуть шхуну бушпритом к шлюпу).
- Ты бы к костоправу заглянул, пока потасовка не началась, пусть он хоть перевяжет тебя что-ли... - незнакомый матрос не стал ходить вокруг да около. "Наверно я и правда так паршиво выгляжу..."
Эсси не стала спорить и отправилась, туда, где последний раз видели судового врача. Тот уже успел приготовить к бою весь свой арсенал. Девушка сглотнула, заметив особенно мерзкую на вид пилу для отделения кости от мяса, которая выглядывала из-под чистой холстины, и пробормотала:
- Синьор, простите, мне велели к вам пойти... - она протянула вперед левую руку.
- И что же с вами случилось, юноша?
- Да вот... - Эсси лихорадочно соображала, чем же объяснить такой ушиб. "Упал бочонок? Нет, у него слишком широкое дно. Свалилась с лестницы? Не смеши дядю доктора! Есть!" - ... доску с реи уронили, а я под ней сеть закреплял... Еле успел голову прикрыть!
- Ну давай сюда, бедняга.
Врач сноровисто снял повязку, поцокал языком над убийственного вида синяком, прощупал кость, заставив девушку взвыть и кивнул.
- Вам повезло, молодой человек. Кости целы. Да и перевязали вас неплохо, да-с, неплохо.
Он отвернулся к сундучку со снадобями, а Эсси с трудом перевела дыхание. Удержать правую руку, которая против ее воли вознамерилась двинуть эскулапа в угол челюсти, стоило девушке титанических усилий. Когда она открыла глаза, доктор уже накладывал новую перевязку, гораздо туже прежней. Из-под ткани остро пахло незнакомыми травами.
- Ну вот. Завтра будет как новенькая.
"Если доживу до завтра" Эсси была благодарна врачу. Ему совсем скоро предстоял кровавый ад: ампутации, неизбежное в таких случаях гнилокровие, и много что еще, но он не выгнал мальчишку с пустячной хворью...
- Спасибо, синьор, вот спасибо! Вот, возьмите! - Девушка потупилась и протянула доктору одну из неправедно добытых лепешек. - Вы, небось, позавтракать не успели, а потом не до того будет... Спасибо, синьор!
Последние слова она выкрикивала, убегая. Еще откажется.
Орудия рявкнули, оглушив Эсси. Совершено неожидано. Хватая воздух ртом, она прислонилась к стене и обхватила голову руками.
Пираты явно не ожидали реального сопротивления и огонь их застал их врасплох. Залп и левого и правого борта достиг цели, ломая паруса и мачты, по выражению Фехтовальщика пиратам подрезали "крылья", если быть точнее обломали. Уже понимаю, что Альбатрос, им не догнать пираты дали ответные залпы. Первый бесполезно ушел в пустоту, пираты просто не сумели оправиться от неожиданных действий жертвы, но вот второй залп... он достиг цели, и по так неполной команде Альбатроса прошелся смертельный стальной град. Пираты видимо были полностью уверены, что сумеют подойти к Альбатросу на расстояния при котором можно будет взять его на абордаж, и били не по парусам и не по корпусу, а картечью по палубе, рассчитывая лишить корабль защитником.
Вскоре стало ясно, что шестеро матросов Альбатроса погибли при залпе и ещё несколько было легко ранены, но зато пиратский корабль беспомощно застыл на волнах, не способный дальше продолжать преследования. Вскоре Альбатрос вышел из досягаемости вражеских орудий.
- Дальнейшие приказы, капитан? - спросил один из матросов Фехтовальщика, - уходим или попытаемся его добить?
Ульдерига так и не почувствовала чтобы её новый амулет как-то помогал или наоборот мешал кому-либо, казалось он вообще никак и ни на что не влиял, как будто был лишь обычным украшением. Может быть потому что никакой опасности для носительницы не было. А вскоре и вообще свечение амулета погасло.
НПРГ:
Пираты получают две критические раны (снижена характеристика скорость) и теряют свое преимущество в скорости, поэтому Альбатрос может сейчас без проблем уйти за горизонт. У Альбатроса одна критическая рана (снижена характеристика команда). Можете решить будите добивать врага или станете убегать.
Ответная реакция пиратов не заставила себя ждать - я пригнулся буквально за какие-то мгновения до залпа. Подали голос орудия, затрещали капковые маты, захрустело дерево, посыпались щепки и опилки, где-то, судя по звуку, лопнуло несколько тросов.
"Non e un buon risultato..."*
Цитата:
- Дальнейшие приказы, капитан? Уходим или попытаемся его добить?
- Уходим, - откликнулся я. - Бой оставим как крайнее средство.
Откашлявшись, вновь взялся за рупор.
- Такелажная команда - к снастям! Грота-стаксель и апсель - убрать!Грот-стень-стаксель - убрать!Фока-стаксель - убрать! Грот и бизань - поднять!
Аварийной партии - осмотреть полученные повреждения, и по возможности - исправить! Раненых, если таковые найдутся - к докторам! Капковые маты, абордажные сетки, прочие защитные приспособления - убрать! Battaglia e finita...** Вахтенных на марс, бак и ют, рулевого - к штурвалу!
Собрав чудом уцелевшие инструменты и передав штурвал матросу, я поспешил в каюту боцмана.
"Как только шлюп останется за горизонтом - сяду высчитывать курс..."
______________
* - не самый лучший результат
** - бой окончен
Вражескому кораблю было явно не до преследования, он даже не сумел или не захотел дать залп в сторону уходящего противника. Впрочем, к моменту когда орудия пиратов были перезаряжены, Альбатрос оказался слишком далеко для по-настоящему прицельной стрельбы. Очень быстро потерявший ход пират исчез за горизонтов. Остался только вопрос продолжит Альбатрос идти прежним курсом или чтобы сбить возможную погоню капитан решит курс поменять.
НПРГ:
Считайте, что корабль благополучно оторвался от пиратов, у вас есть где-то день чтобы описать все что вы захотите сделать. Если кому-то необходим пост мастера пишите в орг.тему.
Ренцо оказался хорошим капитаном, да и артиллеристы "Альбатроса" не сплоховали в отличие от Кровавого Гарри с его командой. Волькер с радостью наблюдал за тем, как паруса вражеского корабля становятся похожими на рыбацкие сети. Вот только рыбку в них придется ловить крупную - такие большие в них дыры...да и наверняка им потребуются новые мачты.
- Что, съели, сиреньи дети?! - сложив ладони рупором, крикнул Дорк противникам. Кажется, те его услышали. Ветер донес пару слов насчет того, что они собирались сделать с языком говорящего - уличение в родственных связях с такой тварью для моряка - одно из страшнейших оскорблений
Крикнуть что-то вроде "мечтать не вредно" айзенец не успел. Ответный залп (второй по счету) пиратов снес нескольких человек с марсовых площадок. Самому Волькеру повезло - ему едва оцарапало бок. Камзол придется подшивать, но здоровью ничего не угрожало. Крепкого словца такой случай не удостоился.
Когда "Альбатрос" удалился от вражеского корабля на достаточное расстояние, бывший речник слез с марсовой площадки. Кто-то внизу выстрелил в воздух или в след пиратам - бесполезное занятие, хоть и привлекательное. Хотелось тоже выстрелить куда-нибудь от радости, но Волькер усилием воли подавил этот порыв. Привычка не тратить пули зря была вбита в голову надежно. Перезарядка занимает столько времени...
На палубе айзенец как исполняющий обязанности боцмана, стал наводить порядок и следил за выполнением приказов капитана, как и за общим поведением недавних противников: вдруг они решат, что пассажиры им больше не нужны?
"И не забыть бы вырвать десять минут на проверку своей комнаты...вдруг со шкатулкой что сучилось..." - подумал уроженец Фишлера. Еще одним вопросом было спиртное: кому-то могла прийти в голову "светлая" мысль отметить этот успех. А море ошибок не прощает...
Когда все стихло, она внимательно осмотрела ладони. Крови не было. По лицу тоже не бежали щекотные капли. Хорошо. Эсси доводилось видеть, как после таких залпов у бывалых канониров из ушей и носа идет кровь, которую черта с два остановишь. И живут они после этого недолго и прескверно. Повезло, даже слух остался при ней.
Девушка осторожно выглянула на палубу. Мачты устояли и даже реи не повреждены - по крайней мере, с палубы было не видно. Наблюдения прервала оплеуха - несильная, чтоб только дать понять совершенный проступок - и гортанный окрик:
- Тебе что, приглашение с геральтом и медными трубами надо, сопляк? Марш наверх!
Потирая затылок перевязанной рукой, девушка вскарабкалась на ванты фок-мачты, где было меньше всего людей - убирать стаксель. Потом ее послали вниз, приводить в порядок палубу. Черт бы побрал эту лоханку и тряпку! Эсси оттирала кровь, пока доски не посветлели. Везде, кроме подножия грот мачты, где сидел парусный мастер, смешной, похожий на лепрекона толстячок. Поймав взгляд девушки, он ухмыльнулся, блеснув отсутствием половины зубов:
- Свезло им, что до рукопашной не дошло. - Мастер поманил ее и указал себе за спину. Откуда растекалась темная лужица. Пять относительно целых тел, и одно... или не одно... вообще не не похожее на человека. - Инче покидали бы парней кха..кха.. за борт, и вся недолга. Чтоб, значить, боевой дух не ронять. У еще не ... кха-кха... зажмуренных... Короткие волосатые пальца балагура сновали по ветхой парусине как хороший ткацкий челнок. [1]
-Добрая одежа будет.
Еле стряхнув оцепенение, Эсси бросилась прочь. Вслед несся хохот довольного толстяка. *Поделом никто парусных не любит... поделом!*
***
Время до заката пролетело незаметно. Девушку гоняли с поручениями как восьминогого жеребца древнего Отца Богов. Судно понемногу обретало прежний вид - не только она, вся команда трудилась, словно проклятая. Пассажиры не показывались на палубе, оно и к лучшему. Эсси не хотелось еще когда-нибудь повстречать кого-то из тех, с кем судьба свела утром. Кроме, может быть... *К черту!* И нужно забрать у синьоры честно заработанный кошель с монетами. Этого должно хватить на новую кузню в любом месте Авалона, Марок или Инисмора. В том, что вернется к наковальне и крицам, дочь кузнеца не сомневалась ни мгновения: она мечтала стать лучшим оружейником Островов, когда инисморская история забудется.
После заката ее, прикорнувшую на груде парусины, разбудил Ланниган. Десятник, баюкая перевязанную руку, хитро улыбнулся и позвал вечерять. Потягиваясь, девушка побрела за ним к камбузу. Причина веселья не нуждалась в представлении - хмурый айзенец стоял возле здоровенного бочонка с черпаком в руках, а к нему тянулась колонна страждущих.
- Иди, набери пока ghrafadh*, а я на тебя огненной водицы возьму, dearthair**!
Ланниган подмигнул и вклинился сразу в середину хвоста, усмиряя несогласных ударами двух кружек, которые держал здоровой рукой.
Когда Эсси выбралась из камбуза, он подозвал ее к кружку матросов у грот-мачты, где днем лежали тела. За упокой душ товарищей все семеро, а за ними и девушка плеснули понемногу рома за борт. Выпили молча.
- Дженкинс и Мерфи сегодня ушли кормить рыб. - Голос Ланнигана звучал хрипло. - И будь я проклят, если мы их позабудем и не проводим, как положено, верно парни?!
Он затянул старую шэнти Островов, которой авалонцы искони отдавали последний долг погибшим товарищам. Собравшиеся один за другим подхватывали мотив. Матросы из других десяток стали подтягиваться поближе.
- Слышь, Лэнни, а ведь парни ни в жисть не простили бы, если б мы только сырость разводили, если.. ну, ты понял... - нарушил молчание один из бородачей, лысеющий верзила со свежей повязкой на глазу. - Мы ж даже дома поминки проводим так, чтоб было, что вспомнить потом. Верно говорю, братцы?
И как прорвало.
Бородач спел о долгих похоронах редкого урода Падди Мерфи; кряжистый мужик в окровавленной робе вспомнил про легендарного Инисморского Бродягу, потом мрачный истатуированный по древним гэльским обычаям тип прогорланил про Парня из Марок и сразу двух девчонок... Зрители, даром, что не понимали ни слова, отстукивали ритм и пытались подпевать.
Вдруг Эсси вытолкнули в круг.
- Наш новичок тоже спеть не дурак. - Словно между делом сообщил Ланниган. - Верно, сынок?
- Спой что-нибудь о зеленых холмах, парнишка!
- Верно, пусть малыш тоже споет!
*Что же... что же...* Девушка несколько мгновений размышляла. Петь скабрезности не хотелось. Петь о героях она не любила. О сидхе тем более.
- Я тоскую по Инисмору, парни. Простите, если что не так...
Ностальгическое:
I remember a meadow one morning in May.
With a sky full of dreams that sailed in that day.
I was dancing through green waves of grass like the sea
For a moment in time I could feel I was free.
There are waves of forgiveness and waves of regret.
And the first waves of true love I'll never forget.
In the meadow that morning as I wandered alone
There were green waves of yearning for life
Still unknown.
Take me home to the meadow that cradles my heart
Where the waves reach as far as you can see.
Take me home to the meadow we've been too long apart,
I can still hear you calling for me.
What I'd give to remember that heavenly state
Just a moment in time all mine to create.
As Im taking my last breath I know what I'll see
Therell be green waves forever out there waiting for me.
Take me home to the meadow that cradles my heart
Where the waves reach as far as you can see.
Take me home to the meadow we've been too long apart,
I can still hear you calling for me.
Закончив песню, она коротко поклонилась, как заезжий менестрель в таверне Финнегана, и молча пошла прочь мимо товарищей и зрителей.
Ее никто не остановил.
Дойдя до облюбованной груды парусов, она забилась между фальшбортом и пряно пахнущей смолой и порохом тканью. Эсси не плакала со дня смерти матери. Не то напряжение прошедшего дня давало себя знать, не то что-то иное, но тело ее сотрясалось от рыданий.
Техническое:
кажется, это был нервный срыв.
*харчей (гаэльск.)
** братишка (гаэльск.)
[1] Парусные мастера не только штопали поврежденные и шили новые паруса. В их обязанности входил еще и пошив саванов для мертвых моряков. Т.е. своего рода гробовщики в открытом море. Их действительно сторонились и недолюбливали - а вы бы хотели общаться со своим потенциальным могильщиком?
Сегодня Баюн вспомнил день, когда получил духовную шкуру кота, и те события, что после навалились неудержимой лавиной. Лоб уссурца нахмурился, и брови сползлись в угрюмый треугольник.
Василий пытался отогнать печальные мысли о прошлом выпивкой. Он небрежно привалился к деревянной панели полуюта, ощущая приятную тяжесть выщербленной глиняной кружки в ладони.
Инисморцы верят, что среди котов есть cat-sidhe. Колдовские твари, высасывающие души мертвых воинов. Размером коты-сиды с большую собаку, черные, с одним белым пятном на груди. Некоторые говорят, что cat-sidhe умеют принимать человеческий облик, но оборачиваются из формы людей в котов только девять раз – девятый последний и навсегда. Кошачий король – якобы помощник безумной королевы Мэв. Один авалонский мастак рассказал эту байку и просил уссурца спозировать для Balgury – короля котов-Сидов; Баюн рассмеялся и отказался, а художник с горечью стоял и смотрел на лицо оборотня, потому что смех превратил его в идеальную модель.
Волосы Баюна были двух контрастных оттенков, гладко зачёсаны назад и схвачены лентой в косе. На обнаженном высоком лбу раньше времени появились складки, рот был большим, а уголки крепко сжатых губ как будто издевались над всем миром. Глаза под выгнутыми дугами бровей были ярко-зелеными и всегда смотрели, словно сквозь собеседника.
Волнения прошлого улеглись, оставив осадок, но если бы понадобилось, уссурец повторил бы каждый шаг. Однако сегодня все же что-то смутно беспокоило парня. Какое-то необъяснимое чувство вины, будто он что-то сделал не так, или нет, точнее не сделал, упустил что-то важное… «Все хорошо, – успокаивал себя охотник, – коли к воронам попал, так по-вороньи каркай. Сегодня, – подумал он, – что же не по шерсти случилось? Разве сделал что, чтобы сейчас горюниться?»
День прошёл не как множество других в его жизни, и все же не сильно хуже тех нескольких черных дат, что уже довелось перетерпеть. Баюну исполнился пятнадцатый год, когда зарубил первого разбойника-тибестию, в этом воспоминании он был твёрдо уверен; сейчас же – двадцать два, и всего и всех не упомнишь. Он повернулся и почесал старый шрам на левой ноге, в форме полумесяца. Сегодня к нему добавились еще. «Извини, Боцман, ты сам заказал службу…» Василий прочел короткую молитву за еще пятерых, которых погрыз. Затем сполз по стене на палубу, вытянул ноги, привалившись спиной к доскам переборки, и допил грог. За стеной матросы горланили песни, и уссурец, понимавший язык инисморцев, невольно улыбнулся скабрезным куплетам. Глаза закрывались, а тело ломило – нужно было идти в каюту, спать, но Василию хотелось еще побыть возле грубого человеческого шума… и тепла.
Последняя песня была о доме, и пела ее та девчонка, что носила личину парня. «Take me home to the meadow we've been too long apart, I can still hear you calling for me». Вероятно, авалонцы, вспоминали берега Инисмор, но перед глазами уссурца плыли виды холмов Рюрика. Баюн замер и не шевелился, будто прилип к палубе, и другие матросы притихли. Чу, ни звука от крикливых мужланов. Моряков словно на миг накрыло одной волной. Волной воспоминаний.
В полной тишине авалонка вышла из каюты и, не заметив недвижимого свидетеля, уткнулась в уголок у борта, где было навалено парусов. До ушей уссурца донеслись придавленные всхлипы.
Немного посомневавшись, не напугает ли девчонку еще больше, уссурец скользнул в темноту. Он поймал себя на мысли, что она не нравилась ему совсем. Худая, мелкая, невоспитанная замарашка. Он хоть и знал секрет авалонки, воспринимал ее, как пацана. Сильная. Гордая. Такую нельзя унижать помощью.
Но сейчас Баюн не думал, что делает, просто повиновался безотчетному импульсу. Эсси не успела понять, когда и как выросла фигура из темноты, охотник мягко обернул содрогающееся тельце большой курткой, увидел округлившиеся испуганные глаза и обронил одно слово.
– Oinseach*.
Оно было ругательным, но в его интонациях было достаточно тепла, чтобы согреть целого кракена, а не только маленькую гордую авалонку.
– Посиди тихо, твои вопли помешают уснуть морскому дьяволу, а у меня еще меньше терпения. И поешь ты словно корова, даром, что мелкий волчонок.
Авалонка хотела отстраниться и что-то сказать, но Баюн, не слушая, плюхнулся на палубу рядом, положил голову девчонки себе на колени и требовательно сказал:
– Слушай...
История, рассказанная уссурцем:
В моей семье знания предков хранятся больше семи столетий. Наш род по женской линии ведется от одной женщины – Анны. У каждой женщины в семье есть составное имя, одной своей частью образуемое от матери. Анна была Сидом Благого двора, но влюбилась в горца из клана Мак-Джилливрей. Дочерью Анны была Кетерина, и она стала Кошкой-Сидом и вышла замуж за Эдуарда – чистокровного уссурского дворянина, внука Фитича-Ворона. Вместе они боролись с северными захватчиками. Однажды Кэт обнаружила своего мужа, окруженного врагами, и смерть его была рядом, но Кетерина превратилась в Cait Sidhe и спугнула убийц, спася Эдуарда. К сожалению, она уже совершила восемь превращений прежде и была осуждена остаться в форме кошки навсегда.
Старейшины Сидов были так затронуты ее глубокой любовью и жертвой для ее мужа, что предоставили ей возможность прибывать к нему в человеческой форме семью ночами полнолуния. А на Lughnasadh (1-е августа) ей разрешили остаться в форме женщины в течение целого дня, единственного времени, когда можно быть человеком в солнечном свете.
С тех пор у клана Мак-Джилливреев сохранился девиз: «Трогай не эту Кошку...», а в уссурской ветви, к которой принадлежит фамилия Баюн, запрещено получать духовные шкуры кошачьих. Кого угодно, только не фелиноидов… Традиция, нарушение которой...
Уссурец замолк, не договорив. Кажется, авалонка спала. Баюн еще раз осторожно укрыл ее курткой и постарался уйти тише, чем пришел.
*дура (Inish)
Она была уверена, что никто ее тут не найдет. Она ошибалась. Кто-то большой укрыл ее чем-то теплым.
- Oinseach.
Оборотень-уссурец. Какого дьявола?!
Она ничего не сказала. Не хотела, чтобы кто-то слышал срывающийся голос.
- Посиди тихо, твои вопли помешают уснуть морскому дьяволу, а у меня еще меньше терпения. И поешь ты словно корова, даром, что мелкий волчонок.
Мысли проносились в голове Эсси колючим вихрем.
*Прыгнуть за борт! Бежать! Вдавить нос наглецу в череп! Как он посмел найти меня... в таком виде... говорить со мной... так?!* Уссурец привлек безвольную девушку к себе как маленького ребенка.
- Слушай...
*Благой Двор? Cait Sidhe?! Хуже и быть не могло! Вдобавок, он знает... Что еще он знает? Это должно быть оборотнические seifteanna*, я не могла облажаться... или могла? Чертов Ланниган!* Девушка еле дышала, пальцы левой руки, сомкнутые на рукояти кинжала побелели от долгого усилия.*Cad ba cheart dom a dheanamh?** Украсть ялик? Я не знаю, куда плыть... Бежать некуда. Пока некуда. Sin droch-luck!*** Скорей бы он уже ушел... Как ты вообще могла так расклеиться? Допрыгалась, кинет этот котяра драный весть, так отделают тебя почище, чем папашу, в отместку что за нос их водила... Аmadan****, размечталась блаженненькая, размякла... тьфу!!! Хоть сам не из сидхе - пояс задел и не поморщился даже...*
Эсси еще долго кляла себя последними словами даже после того, как непрошеный утешитель ушел, видно, сочтя ее спящей. Казалось, что после такой встряски сон невозможен, но только казалось.
Сон-память или Десятью годами ранее:
- Аthair, я помню все, что ты говорил. Можно только спросить...
- Что? - Квентин откидывает с изможденного лица непослушную прядь и убирает ее под ремешок к остальным.
- Ну... seid`he, они... Зачем это все? Они же процветание людям принесли, Завет, чары и все вообще... Зачем было... учиться убивать? - Маленькая Эсси тушуется на миг, но собирается и смело смотрит в жестокие отцовские глаза. Сейчас под кустистыми бровями пляшут сиреневые молнии, но ей уже не страшно. Слова прозвучали.
- An cheist ceart, ta tu ag cailin cliste*****. - Отец сплевывает в сторону и, в свою очередь, пристально смотрит прямо на нее. - Я тоже когда-то спросил своего старика. Тот отходил меня палкой, а потом все-таки соизволил пояснить. Я-то обойдусь без колотушек, Эсси, ни к чему они нам с тобой, малышка. Эти дали людям Завет и все прочее, но они не подарили нам ничего. Они взяли нас как домашний скот и построили для нас коровники и овины. Они принесли нам сена. Но не для нас, девочка. Они сделали это для себя. Кому-то из этих чокнутых тварей показалось, что так будет забавно. Одолжить людям немного своих чудес-кудес. А будут плохо себя вести - не станут давать молоко или служить на задних лапках - отобрать, и пусть дальше делают, что хотят. Случись что с королевой Элейн, и они снова лишат Острова своей подачки. Мы для них собственность, девочка. Скот. Скот не может чего-то хотеть или не хотеть, поступать по своему разумению или распоряжаться собой. А наши с тобой предки не хотели быть скотом, в этом-то их преступление до скончания времен. Поняла? Славно, иди. Время снов.
Девочка уходит. Потом она долго ворочается на узком тюфяке из грубой соломы. Сиды не пощадили даже новорожденных детей Мак-Ичернов. Они не пощадили никого. Они не пощадят даже ее, если вдруг узнают, и даже отец, такой большой и сильный, не сможет защитить... Хорошо, что они не всесильны.
*кунштюки (гаэльск.)
**Что же мне делать? (гаэльск.)
*** Вот непруха! (гаэльск.)
****дурища (гаэльск.)
***** Хороший вопрос, ты неглупая девочка. (гаэльск.)
Четверть часа, ушедшая на уборку разгрома в каюте бывшего боцмана, дала свои результаты – были найдены необходимые инструменты, и самое главное - навигационные карты. Если первые, несмотря на свой потрёпанный вид, находились в полностью исправном состоянии, то давность вторых вызывала желание грубо и грязно ругаться – о том, что подобные чертежи довольно быстро стареют, прошлый хозяин каюты по всей вероятности, не знал, или же просто экономил.
Извлечённый из притащенного из своей каюты сундучка «Морской атлас» двухлетней «свежести» выправил положение, но прибавил работы – два часа я вносил в бортовые карты Альбатроса соответствующие коррективы, ляпаясь в чернилах, и отряхивая с бумаги ржавчину, падающую с металлического циркуля. Завершив исправления, и подозвав двух матросов, отправился на ют.
Узнать точную глубину не удалось. Не удалось вообще – длинный и прочный трос лаглиня разматывался до предела, но по ощущениям матросов, и после личного общения с прибором, я убедился, что груз до дна не достаёт, что, несомненно, было скорее хорошо, чем плохо.
Логлинь после третьего раза выдал диапазон скорости между семью с половиной и восемью с половиной узлами.
Отпустив моряков, я взялся за астролябию. Несмотря на подозрительно скрипящий при вращении диоптр, прибор свою задачу выполнил исправно.
Самой большой проблемой было измерение времени. Механических часов, из-за их очевидной дороговизны и ненадёжности, контрабандисты на борту не держали, поэтому пришлось довериться песочным, предварительно несколько раз проверив время пересыпания песка из одной колбы в другую. Погрешность выходила солидной, но ничего лучше у меня не было.
Возня с картой, исходя из полученных сведений, заняла гораздо больше времени, чем на предыдущих местах службы. Огромного количества мелких вещей, которые изрядно помогали в расчерчивании курса, просто не было – ни отдельного квадратного стола, ни металлических шпилек, между которыми натягивались нитки – видимо, предыдущий капитан «Альбатроса» предпочитал многое отмечать только в журнале, или в отдельных записях.
Просчитав курс до ближайшего побережья Монтеня, и, подправив направление движения шхуны, я, предупредив вахтенных, чтобы в случае любых непредвиденных обстоятельств немедленно будили мою скромную персону, отправился спать, поскольку за семь с небольшим лет службы во флоте твёрдо усвоил простую истину – единственный навигационный офицер на судне ест, спит, и отдыхает не когда «положено», а когда возможно. А чаще всего «возможно» не относится ни к первому, ни ко второму, ни к третьему.
Баюн ушел, а Лусия присела рядом с разоренным баулом и стала медленно укладывать обратно вынутые вещи. Странное путешествие, странные люди её окружают.
Наверное, дело всё-таки не в них, а в ней самой. Она ничего не знает о жизни, о мире, отом, какие трудности и опасности поджидают человека, едва покинувшего отчий дом. Что ж...видимо, придется тихо отсидеться здесь, перестать проявлять "чудеса геройства"...да и инициатива наказуема...
Лусия вспомнила себя со шпагой против громилы и покраснела. Господи, как стыдно-то...
Защелкнув замочек баула, девушка сунула его под кровать, стянула сапоги и устроилась на покрывале, подоткнув подушку. Она пассажир? Пассажир. Значит, будет сидеть здесь и дело с концом. От неё всё равно никакой пользы. Даже способности к врачеванию, которыми она так гордилась, оказались так себе...Баюн ушел, не сказав ни слова благодарности. Впрочем, Бог с ним, был бы жив.
За иллюминатором стремительно темнело, и глаза Лусии сами собой закрылись.
- Я немного подремлю...совсем чуть-чуть, - подумала она и провалилась в сон.
Проснулся Василий поздно. Утро давно успело раствориться в гигатском соленом котле, и над морем ярко горело солнце. К Лусии Баюн не стал заглядывать, а решил сперва обойти корабль и размять затекшие мышцы...
Василий сполоснул лицо, накинул рубашку и вышел на верхнюю палубу. Он запрыгнул на край борта и балансировал, не держась за ванты. Дерево под ногами было тёплым, солнце грело босые ступни, ветер продувал тонкую белую рубашку, подаренную Лусией. Он чуть развел руки в стороны, шел по борту, покачивался в противофазе с кораблем и, не глядя вниз, неотрывно любовался необъятным простором моря.
Баюн думал о том, как переменился, покинув благословенный дом – Рюрик. Он не боялся риска. Здесь он не был беспринципным аристократом, властелином маленькой личной империи. Он сам служил, нанимаясь за деньги, порой к весьма сомнительным личностям. Порой, просто использовал кого-то. Как Лусию. Его не мучила совесть. Он всегда был свободен в выборе пути, и у него была цель. Он подумал: не так в молодости люди представляют себе свободу – блестящее положение, уверенность в себе, обожание, ненависть, страх, которые дает статус. Мужчины, склоняющиеся в поклоне, и женщины, отводящие восхищенные взгляды.
Теперь он стоял на краю и думал, что свободен не тот, кто никому не служит, но тот, кто хозяин сам себе. Лусия еще поймет это. Свобода выбора – это все. Власть – ничто, ибо у власти нет свободы выбора. На миг оступился – и ты мертв. Впрочем, владеет хорошо тот, для кого власть – ненужное, лишнее даже когда привычное занятие. Как для Ренцо. Черт возьми, водаччианец не так уж плох. Кажется, он из рода тех "ненормальных", которые любят свою работу, а на все остальное – Большую игру, деньги, условности – им просто начхать. Наверно, стоит извиниться перед Фехтовальщиком за предыдущую грубость. Он еще не стал рабом того дьявола, что остальные его сородичи.
Баюн никогда не слышал о метафизике, он не слишком рьяно верил в Бога, в Дьявола тем более, но он верил, что каждый ведет свою необъявленную войну. У этой войны нет громких девизов, нет символов, но выбора избежать нельзя, нейтралитета в ней не существует. Так было всегда. Дьяволов тысячи, сотни тысяч. Они в нежелании жить, в нежелании думать. В предрассудках и стремлении плыть по течению. Если ты лучше всех - просто будь. Но в тот момент, когда, чтобы оставаться лучшим, ты начешь топить других, поощрять раболепие и ничтожество... «Ох, отец! – мысленно повторял Василий. – Отец, отец, отец…»
Глаза уссурца невольно обратили внимание, как бегала по палубе авалонка, – худая маленькая бледная фигурка, стремительные, уверенные движения, рука, уверенно хватающаяся за поручень, чтобы рывком ускорить бег.
Боцман гонял команду, заставляя травить фалы, сворачивая и ставя нужные паруса, драить и без того сверкающую палубу и качать помпы. В его словах не было выдержек из великих мыслителей, напыщенных фраз и загадочных откровений. То там, то сям нерадивый матрос получал крепкое словцо, а то и тычок увесистым кулаком – и система прекрасно работала. Дело спорилось. Корабль, покачиваясь на волнах, шел вперед.
Думать и говорить приходилось синьору Ди-Анжелису. Стоя с навигационными приборами, тот проверял и перепроверял курс, что-то высчитывал на бумаге и морщил лоб. Уссурец приблизился по борту к капитану, спрыгнул на палубу и с едва уловимой насмешкой произнес:
– Тому, кого вы полюбите, не отделаться малой кровью, вроде пытки дружескими попойками или свадебной церемонией. Вы устроите друзьям настоящий ад.
Фехтовальщик удивленно вскинул бровь.
– Глядя на вас на капитанском мостике, я прихожу к выводу, что если бы в отношениях с людьми вы были так же серьезны, как в работе, им пришлось бы стать взвешенными, измеренными, испытанными и послушными винтиками - частью механизма под названием «Синьор Ди Анжелис», но это невозможно. Вы не сможете допустить этого, если кто-то вам вам действительно небезразличен. И вы сами шаг за шагом встраивали бы себя в их жизнь, становились их слугой, это стало бы особым жертвоприношением близким, тем великим исключением, которое вы сами захотели бы делать для них. Но эту жертву мало кто поймет и оценит, так что вряд ли когда-нибудь она будет принесена.
Уссурец улыбнулся и, не дожидаясь ответа, перевел тему в более прозаичное русло:
– Впрочем, меня мало волнует ваша персона и ваша дружба, и все же доброго дня, синьор. – Уссурец слегка поклонился, картинно, словно на публику. – Когда мы приплывем в Монтень?
– Кроме того, у меня есть еще пара вопросов, но задать их придется позже. Сейчас мне нужно позаботиться о синьорите дель Торес. У нее задатки хорошего доктора и не менее прекрасный характер, но ужасный и неблагодарный слуга, кто-то должен ее об этом предупредить! – Баюн подмигнул капитану, и губы его растянулись в задорной гримасе, обнажая клыки.
«… Деревянный, скрипучий пирс с невысокими поручнями и редкими столбами, на которых вялыми желтоватыми светлячками болтались фонари, уходил в туман, казавшийся густым, словно волокна хлопка.
Место было незнакомым, место было неизвестным. Возможно – даже не существующим. Сон, иллюзия человеческого сознания.
Сзади, насколько можно было разглядеть, пейзаж был схожим – помост, исчезающий в густой, чем-то походящей на кисель белесой завесе.
Я не стал раздумывать долго – просто не торопясь зашагал в том, направлении, которое, по логике вещей, должно было вести «вперёд».
Впрочем, далеко уйти не удалось - под фонарём, на залитом желтоватым светом части поручня сидела чёрно-серая птица со слегка изогнутым книзу клювом, при моём появлении повернувшаяся ко мне тёмным блестящим глазом.
Альбатрос. Вестник доброго плавания для моряков, образ долгого, непрестанного полёта, далёких и неизведанных морей и океанов, и вместе с тем – символ давно нанесенной кому-то дорогому обиды, знак, предупреждающий об обмане.
Мы смотрели друг на друга долго, словно бы пытаясь понять, чего же нам ждать от такой нежданной встречи.
В конце концов, птице надоело играть со мной в «гляделки» - расправив крылья, она плавно опустилась на воду рядом с пирсом и исчезла в тумане. Улетела?
Океанский скиталец вернулся через минуту. Плавно опустился на поручень, разжал клюв, и по доскам пирса застучало, покатилось что-то мелкое. Монетка?
Я наклонился, аккуратно поднял безделицу.
На ладони правой руки, обтянутой чёрной кожаной перчаткой лежало тонкое серебряное кольцо. На внутренней стороне можно было разобрать гравировку, гласившую «Mio caro Renzo».*
Звякнула пряжка сумочки-кобуры, тихо заскрипела взводимая пружина, пополз назад курок.
Птица словно бы съежилась, подобралась, следя за моими манипуляциями.
- Не нравится? – я поднял пистолет. – Вот и мне твой подарок не нравится.
Тёмный блестящий глаз, казалось, вопрошал: «Почему»?
- Всё они хотят быть самым главным в нашей жизни. А потом, когда выясняется, что кроме них есть ещё что-то важное, они уходят. Впрочем, к их чести – кое-кто из них бывает терпелив, и пытается прижиться, смириться с этим фактом, зачастую – неудачно.
Убивать альбатроса – плохая примета, но сейчас эта птичка может катиться прямиком в Легион.
Звонко хлопнул выстрел, звук далеко разнёсся над туманной водой.
Скиталец морей с низким, возмущённым гортанным криком сорвался с места и исчез в молочно-белом киселе, оставив после себя на перилах с десяток хвостовых перьев, очевидно, выдранных пулей. Следом за птицей отправилось и кольцо…»
Сон был отвратительным. Отвратительным хотя бы по той простой причине, что не оставил после себя никакого ощущения отдыха – стоило только попытаться уснуть и я раз за разом оказывался на туманном пирсе.
Впрочем, утро порадовало меня другим – отсутствием происшествий и постепенным продвижением к цели. Забрав приборы из каюты покойного боцмана, я вновь взялся за проверку курса, координат и заполнение журнала.
За этим занятием и застал меня уссуриец, спрыгнувший на палубу с вант.
Цитата:
- Тому, кого вы полюбите, не отделаться малой кровью, вроде пытки дружескими попойками или свадебной церемонией. Вы устроите друзьям настоящий ад. Глядя на вас на капитанском мостике, я прихожу к выводу, что если бы в отношениях с людьми вы были так же серьезны, как в работе, им пришлось бы стать взвешенными, измеренными, испытанными и послушными винтиками - частью механизма под названием «Синьор ди Анжелис», но это невозможно. Вы не сможете допустить этого, если кто-то вам вам действительно небезразличен. И вы сами шаг за шагом встраивали бы себя в их жизнь, становились их слугой, это стало бы особым жертвоприношением близким, тем великим исключением, которое вы сами захотели бы делать для них. Но эту жертву мало кто поймет и оценит, так что вряд ли когда-нибудь она будет принесена.
«Вы сговорились с той птичкой и решили коллективно окончательно испортить мне настроение?»
Я слушал охотника молча, неторопливо вписывая в журнал долготу и широту, отмечая возможную погрешность, а когда Баюн закончил говорить, лишь чуть кивнул – соглашаясь не то с прозвучавшими рассуждениями, не то с высчитанными координатами в журнале.
Цитата:
- Впрочем, меня мало волнует ваша персона и ваша дружба, и все же доброго дня, синьор. Когда мы приплывем в Монтень?
- Доброго дня, - тонкий слой песка рассыпался поверх только что выведенных чисел, забирая излишки чернил. – Дней десять, если повезёт – неделя. Ветра здесь весьма устойчивы в направлении, но непостоянны в силе – всё это может и затянуться.
Цитата:
– Кроме того, у меня есть еще пара вопросов, но задать их придется позже. Сейчас мне нужно позаботиться о синьорите дель Торес. У нее задатки хорошего доктора и не менее прекрасный характер, но ужасный и неблагодарный слуга, кто-то должен ее об этом предупредить!
Я чуть улыбнулся, показывая, что оценил шутку уссурийца.
- Хорошо. Если потребуюсь, найдёте меня либо на палубе, либо в каюте бывшего…Боцмана, либо в моей собственной.
Проследив взглядом за удаляющимся охотником, неторопливо отнёс приборы и журнал на положенное им место, на ходу пытаясь выбросить из головы прочь дурной сон и прозвучавший монолог, и вернулся на палубу, на ют, поближе к штурвалу , на излюбленное место большинства навигационных офицеров.
_________________
* - моему дорогому Ренцо.
С момента встречи с кораблем пиратов прошла пара дней, Альбатрос почти добрался до материка, когда наступила ночь. Несмотря на то что команда судна стала ещё меньше, Ренцо позаботился об удвоенном количестве дозорных и периодических ночных проверках, не очень веря в дисциплину матросов. Возможно помогло это или же то что светила полная луна и облака, как по заказу, расступились в самый нужный момент, но в команде Альбатроса повезло...
... в самое глухое время около четырех часов раздался звон корабельного колокола. Когда матросы и пассажиры высыпали на палубу они легко разглядели в свете луны тот самый пиратский корабль, который уверено шел наперерез их курсу... слишком уверено. Каждый кто хоть, что-то понимал в морском деле понял, то что они видят практически невозможно. Фехтовальщик специально менял курс так чтобы оторваться от пиратов. Если бы пираты появились днем, ещё можно было поверить в редкое совпадение, но вот темной ночью, когда непонятно где корабль, а где риф, так точно выйти на их курс, да ещё и подгадать со временем ... нереально, невероятно. Но тем не менее это было.
Ульдерига совершенно точно знала, что магией подобного поиска ведьма судьбы обладать не могла... по крайне мере самоучка, какой бы у неё сильный магический дар не был. Но пиратский корабль вопреки всякой логики и вероятности оказался там его быть никак не могло. Хуже всего, что Фехтовальщик понимал, что пушки ночью куда менее эффективны, чем днем и на этот раз преимущество у пиратов.
НПРГ:
Вообще планировалось что они вас догонят той же ночью, но раз вы уже начали писать о следующем дне, значит они вас догнали следующей ночью (расстояния до материка тоже сделал больше, так что вы где-то рядом с материком, но ещё до него не доплыли). Желающие вводить новых персов - вводите, сейчас самое время, на предыдущую заварушку с Боцманом другие пассажиры вполне могли не успеть (или не понять что происходило) в сражении с пиратами пассажиры мало что смогли бы сделать...
Цитата:
Ульдерига совершенно точно знала, что магией подобного поиска ведьма судьбы обладать не могла... по крайне мере самоучка, какой бы у неё сильный магический дар не был
За два до этого
Смеркалось.
Насыщенные событиями ночь и день отразились не лучшим образом на senora Litta Arese. Лицо молодой женщины посерело и в сгущающихся сумерках казалось обрюзгшим и изможденным. Это было на руку Ульдериге. Вид ее вызывал в первую очередь жалость. Тоскливо опущенные вниз уголки губ, лихорадочный блеск в глазах, все это отводило глаза матросам, которых она расспрашивала о пассии безвинно убиенного боцмана. Утолить голод можно будет и позже, а вот упустить момент, когда языки обладателей крупицами информации развязались, а разум еще на месте, было бы крайне расточительно.
Ульдериге не повезло: не считая отборной ругани, она выяснила лишь то, что Луиза объявилась на "Альбатросе" четыре месяца назад. Не считая "таланта" соблазнять, ничем особым она не блистала. Вкупе с оброненными ранее словами "певичкам", это не давало почти ничего.
- La moza del diablo de taberna, - негодовала Ульрига позже, уплетая холодный ужин, заботливо собранный сеньорой Терезой, - Arder a ti en Ada para siempre.
Ярость от осознания того, что необученная девчонка обставила ее бушевала.
Подкрепившись, готовясь ко сну, Ульдерига наказывала служанке:
- С утра найдешь мальчишку, что привел тебя ко мне прошлой ночью, пришлешь его ко мне. Нужно собрать пассажиров в трапезной, ввести их в курс дела. Затем приведешь мне Роджера Весельчака, - продолжила она, не обращая внимание на удивление, - Если он не захочет идти, убедишь его. После займешься подготовкой общего завтрака, я дам знать, на сколько человек.
Истинные мотивы своих действий senora Litta Arese раскрывать не собиралась. Ее занимала тайна бумаг, которые искал боцман. Юнга должен был найти их. Из-за этих чертовых бумаг всех пассажиров чуть не продали в рабство. Ульдеригу снедало любопытство и жажда денег.
За день до этого
Утро для senora Litta Arese началось очень рано. Одевшись сообразно своему положению, нацепив вуаль для полного комплекта, Ульдерига ждала посетителей.
Техническое:
Ульдерига проводит утренние встречи:
- просит Эсси оказать содействие в поиске бумаг, собрав пассажиров на завтрак, при этом мальчишка должен следить, как поведут себя пассажиры, также наблюдать за ними за завтраком. По возможности, подслушать разговоры пассажиров, буде такие;
- просит Роджера об услуге, если он не соглашается, угрожает раскрыть его связь с громилой и подоплеку драки при посадке. Услуга состоит в том, чтобы проверить каюты пассажиров на предмет подозрительных вещей, в том числе бумаг. Также она просит внимательно проверить каюту Луизы.
За два дня до...
Неудивительно, если б после такого бурного дня Эсси провалялась без памяти до вечера.
Однако, девушка по старой привычке вскочила до рассвета, вымылась, пользуясь зыбкими сумерками, и прилегла обратно. Уссурская куртка была такой теплой, что хотелось поселиться под ней навсегда. Завернувшись поплотнее, Эсси задумалась.
* - Слишком много dur* для одного дня.
- Ты задолжала.
- Я расплатилась. Долгов больше нет.
- Забудь. Не высовывайся. Тебя могут запомнить.
- Я сойду в Монтене и больше никогда не увижу никого из них.
- До Монтеня еще надо доплыть. А если... Нет. Нет. Он не похож на любителя поразвлечься за чужой счет. Он не сдаст меня команде.
- А если сдаст?
- Тогда все Благие и Неблагие ему в помощь. Забью ему ремень в горло, посмотрим, много ли наболтает с вырезанным языком...
- Ты сама себе не веришь.
- Заткнись. Спи. Скоро вахта.
- И верно... а куртку надо вернуть.
- Я не хочу с ним видеться.
- Ой ли?
- Да заткнись наконец!
- Ну, подкинешь в каюту, всего-то делов... Спи уже.
- Да сплю, сплю...*
Через час после рассвета парусный мастер, подкашливая и хихикая, приковылял к парусам и сделал вид, что зашивает спящую девушку. Обругав "шутника" последними словами, она подхватила куртку и сбежала. Новый день, новые труды.
Команда поредела, поэтому оставшимся приходилось работать куда больше. Из обрывков разговоров Эсси поняла, что до Монтеня дальше, чем кажется. И что новый капитан - молоток, раз смог поставить на место самого засранца Гарри. И что новый боцман просто зверь, сделал из славного вольного судна какую-то казарму. Еще, чего доброго, пить запретит, айзенец-перец-колбаса, с него станется. Матросы носились как пчелы на весеннем медосборе: из трюма доносилось гудение помп и отборные ругательства; плотники крепили реи; поредевшая команда канониров чистила пушки, а из глубин судна доносился зычный глас самого наемника-боцмана, распекавшего кого-то за беспорядок в крюйт-камере. Девушка на мгновение даже замерла, завороженная зловещей красотой сложносоставных ругательств (которые на самом деле могли оказаться выдержками из флотского устава) и пожалела, что не знает айзенского. Легкий тычок убил волшебство момента, и она вернулась к работе.
Свободной минутки - избавиться от куртки уссурца - у Эсси за весь день так и не выдалось.
Когда вахта закончилась, она вернулась к поуменьшившейся груде парусины и вытянулась без сил. "One noimead beag ... ach aon ...**"
Скрытый текст - Сон-память или Полтора года назад:
Когда до островов Водачче оставалось меньше трех дней пути, команду "Счастливого Избавления" как подменили. Суровые парни принялись чинить рванье, полировать пряжки на ремнях, начищать серьги, отмываться от въевшегося в кожу дегтя. Из сундучков как по волшебству появились относительно целые и новые костюмы.
Поймав недоумевающий взгляд Эсси, словоохотливый кок мечтательно протянул:
- Водачче, малёк... Кто местных баб не видел, тот жизни не знает... Они... - Он сально улыбнулся и обрисовал в воздухе некие монументальные контуры. - Такие... Огонь-бабы! Бывало, спустишь на них весь кошт, а не жалко ни капли...
Эсси пожала плечами и отвернулась.
- Мал ты еще. Вот подрастешь, узнаешь... М-м-м-м... да-а-а, узнаешь...
- Возьмем мальца с собой, чего мы, как не свои?
- Точно, возьмем!
Ей было все равно. Придется пойти, какой парень по своей воле откажется от такого приключения?
Порт встретил ярким солнцем, незнакомыми резкими запахами и неумолчным гвалтом. Матросы-водачче из команды срывали голос, даже просто болтая вечерком после вахты. А уж если начинали ссориться...
Оглушенная, ошалелая, Эсси покорно брела за подтрунивавшими моряками мимо тюков и бочек, тележек с горластыми носильщиками, толстых теток с корзинами апельсинов на головах и размалеванных девиц в вызывающих платьях. В Марках за такой наряд кинули бы в озеро с ледяной водой, а здесь он никого не удивлял. Сколько людей, столько и обычаев, чего уж там.
Вдруг в пестром шуме появилось что-то новое. В узком проходе между домами, привалившись к бочке сидел старик. Внешность его сама по себе была примечательной - пышная шапка серебристо-седых кудрей, крупный нос, похожий на клюв хищной птицы, окладистая борода, полуприкрытые глаза с длинными ресницами, - но куда необычней был голос. Густой, "бархатный", он с легкостью перекрывал портовый гомон.
- La strada dove io bambino restero
Dentro a questi sogni di musica
Libero di vivere la vita che vorrei... 1
Перед стариком стояла глиняная миска с отколотым краем. Пустая.
Эсси молча, стараясь ступать бесшумно, подошла и опустила в миску все, что было в поясной сумке. Жалованье за половину рейса. Не успела она отступить, как старик умолк и открыл глаза. Когда-то темные, они были затянуты мутной полупрозрачной пленкой.
- Di cuore, bambino...
- Не твое дело, старик. Лучше купи себе похлебки.
Слепой широко улыбнулся, показав красивые белые зубы.
- Сердце-то у тебя доброе, малышка, но обхождению еще стоит поучиться. Ты ведь не вечно будешь на кораблях?
Девушка разом взмокла и вовсе не из-за немилосердного южного солнца.
- Так ты зрячий? Зачем обманывать людей? Все равно никто не подает!
- У слепцов хороший слух, юная синьорита. Правда твоя, подают скверно, уж не знаю, что и делал бы, если б не ты... - Старик вновь улыбнулся и покачал миску, прислушиваясь к звону монет. - Так ты еще и щедрая синьорита, ценительница искусства пения...
В животе Эсси предательски заурчало. Она покраснела и кинулась прочь.
- Постой, постой! - слепец шарил по земле в поисках палки, лежавшей чуть поотдаль. Покачав головой, девушка придвинула костыль под руку старика. - Благодарю, о добрейшая синьорита! Вы очевидно голодны, а баснями соловья не кормят. Не откажите немощному, проводите меня до одной маленькой скромной таверны, кою держит один высоконравственный рыцарь половника и кастрюли, повелитель вкуснейшей пасты и супов! Благодаря щедрому пожертвованию, сегодня я смогу угостить одну голодную юную синьориту! Да не бряцайте так грозно оружием, милое дитя: если и есть какая-то угроза, то лишь для вашей талии и ремня!
Улыбнувшись против воли, Эсси помогла старому пройдохе подняться и позволила опереться на свое плечо. Так, под рассуждения о победе искусства стряпни над искусством пения они и дошли до маленькой и чистой таверны. Когда звякнул колокольчик, корчмарь оглядел вошедших единственным глазом и широко улыбнулся.
- Добрый день, синьор Андреа! Вы сегодня что-то рано сдались, хе-хе-хе!
- Сегодня моя взяла, дружище. Но если б не эта ценительница прекрасного, ты бы снова выиграл.
- Я не ослышался? Этот парнишка...
- Девочка, клянусь всеми законами гармонии и ладами. Наша гостья из варварских, судя по акценту, (только не обижайся, малышка) северных земель понимает в пении больше, чем все эти наши... "знатоки", тьфу!
- О, синьорита, вы даже не представляете, как вам повезло! Я поспорил с этим комедиантом, что публика идет слушать не красоту пения, а на громкое имя на афише (чтоб потом всем рассказывать, что были на концерте самого мэтра Андреа Болоньетти, Слепого Соловья). Что, если он под видом уличного певца заработает хоть на один обед у меня, значит, люди и впрямь ценят искусство, а не славу. На третий раз нашему Соловью наконец повезло встретить вас. А чего же ты в аристократический квартал не пошел, дружище?
- Я хотел, Фиделио. Стражники выгнали взашей.
- Да еще бы, в такой-то рванине!
Корчмарь расхохотался. Все его массивное тело ходило ходуном, поварские инструменты бряцали, а рыжая бородища тряслась. Все это выглядело так комично, что Эсси и слепец тоже рассмеялись.
- Так как тебя зовут-то, синьорита-меценат?
... Те несколько встреч переросли в приятельство. В то время, как команда тратила время и деньги в портовых борделях, Эсси помогала в "Румяном крабе" пока не приходил Болоньетти, а потом пела для него и посетителей песни Марок и Инисмора. Слепец порой кивал головой и кое-где поправлял. Странное дело, но с детства знакомые мелодии с этими замечаниями и впрямь звучали лучше.
В следующий рейс, зайдя в таверну Фиделио, она даже не успела ничего спросить. Бородач скорбно покачал головой и предложил присесть.
Болоньетти по ошибке выпил отравленное вино на приеме у принца. Похороны были пышными, надгробие установили роскошное, виновного слугу принц велел затравить медведями, но мэтра Андреа больше нет.
Фиделио закрыл "Румяный краб" для посетителей, и они весь вечер упивались за упокой души Слепого Соловья, вспоминая его шутки, проказы и великое мастерство...
*за день до...*
- Hey, come ci si... Si svegli, le chiocciole!**** - И тычок ногой в плечо.
Мерзкий способ вырывать из сна. Вас бы так.
Эсси открыла один глаз. Солнце уже поднималось над горизонтом, а заслоняло его глуповатое лицо синьориной служанки, за которой пришлось ходить той приснопамятной ночью. Убедившись, что жертва проснулась, та пробормотала:
- Синьора Ульдерига велела прийти. И побыстрей.
Одарив толстуху ненавидящим взглядом, Эсси сложила куртку ( надо, надо отдать! Сегодня же!) и, неразборчиво ругаясь, пошла к каюте синьоры.
Та ждала. Выглядела так, словно не ложилась ночи четыре. На столике красноречиво высился знакомый уже мешочек. Когда девушка вошла, аристократка молча развязала его и досыпала внутрь еще горсть золотых.
- Это будет твоим, когда ты... - Девушка захлопнула за собой дверь, чтобы возможные соглядатаи ничего не услышали, и отсекла конец фразы.
...
Час спустя пассажиры, которых она пригласила к завтраку, собрались в кают-компании.
Техническое:
Я опять пишу за Волькера. Увы мне, грешной. Но он вроде собирался порядок наводить на корабле.
Инструктаж оставила за кадром, дальше требуется речь Ульдериги в кают-компании и мастерская реакция за пассажиров. Эсси будет прислуживать за завтраком.
Куртку вернет вечером. Стопудово.
* глупостей (гаэльск.)
**Одну маленькую минуточку...Только одну... (гаэльск.)
*** У тебя доброе сердце (водачче)
**** Эй, как там тебя... Проснись, парнишка! (водачче)
1 Внаглую похитила песню Italia у Бочелли, а образ скомбинировала из его и Паваротти внешности. А что делать.
Ничто так не бодрит, как утренний ("утро" у всех начинается в разное время поход "до борта". Со стороны его можно было бы принять за страдающего морской болезнью.
Хмуро глядя на волны, Джакоза вспоминал их последнее "дело". Паршивенькое вышло дело, прямо сказать, после такого только напится. Чем они и занялись. А теперь... он вспомнил слова старого трактирщика.
"Вот теперь ты доигрался, Джакоза! Если он помрет, тебя ведь и в Монтене найдут. Ты хоть знаешь, кто это был?!"
-Паршивой овцы секретарь и вшивой шавки советник,-пробурчал Джакоза себе под нос и сплюнул за борт. Если ты знатный господин нечего бродить по кабакам. В землях водаче полно изысканных развлечений - маскарад, куртизанки...
Уверенной походкой (морская качка вступила в борьбу с выпитым вином, так что на него у них не осталось сил) Джакоза направился в каюту смыть противное ощущение - во рту будто кот нассал.
Кот. После боя с пиратами команда корабля горланила песни. Джакоза слышал о чем говорили матросы в полголоса. Новый капитан. Это его не волновало. Колдун, обернувшийся громадным пятнистым котом. Это могло стать проблемой.
Он осторожно потер голову отгоняя недобрые мысли. Пираты, колдуны, коты - сейчас все это казалось сном, навеяным вином.
Парень, кажется из команды, (он подошел с правой стороны, так что Джакоза толком и не рассмотрел собеседника) передал ему приглашение и удрал едва увидев ответный кивок.
"Небось послали всех пасажиров обежать, да побыстрее."
В каюта встретила его всё той же картиной - посреди "рабочего беспорядка" воседал напарник и невозмутимо потягивал вино.
-Ничто тебя не берет, ни вино, ни табуретки, - аттестовал Джакоза собутылника. В голосе охотника за головами звучала досада и зависть, -пассажиров приглашают в кают-компанию.
Он наскоро привел себя в более-менее приличный вид.
-Идешь или останешся сторожить бутылки?
Матросы последние два дня бегали, как ужаленные. Молодой или старый, умный или дурак, худой или толстый, послушный или гордый - значения не имело. Боцманская плетка могла бы с успехом заменить серп и молот, как символ и орудие торжества коммунизма, ибо уравнивала в правах всех. Пассажиров Волькер, слава Матушке, к работам не привлекал, потому Баюн предавался блаженному безделью. Лусия, в отличие от боцманской плетки, властью над телом и духом не обладала.
Среди остальных пассажиров нашлись те, кто за бутылкой даже не заметил, что "власть" сменилась. Но нашлись и те, кто не только принял деятельное участие в бунте, но развил кипучую деятельность после. Ульдерига явно не случайно собирала сведения обо всех и каждом. То тут, то там Баюн замечал, как она обрабатывала испуганных матросов неудобными вопросами, собирала вместе и по одному пассажиров и пыталась свести концы с концами в истории с некими бумагами. Баюн не возил с собой никаких важных бумаг, кроме пары писем из дома, и понятия не имел, как они, важные документы, должны выглядеть; что в них важного может вообще быть? Не имея возможности помочь водаччианке в поисках, уссурец благоразумно решил хотя бы не мешать. Большую часть дневного времени суток Баюн лежал, запершись в каюте, и изучал карты, которые удалось выпросить у Ренцо.
Ночью Баюн спал плохо. То ли качка с запозданием дала о себе знать, то ли заживающие ребра лихорадило, но его мутило, и голова раскалывалась. Во сне приходили кошмары...
Скрытый текст - Чистейшей воды филлер:
Феликс, сняв форменный сотников тулуп и подложив под пятую точку, играл с ножом, сидя у стены казармы, когда появился Макар. Стелетом Макар был еще никудышным, даром что егерь бывший княжеский. Сотник услышал, распознал и отбросил его шаги, как возможную опасность, задолго до того, как товарищ неуверенно подошел к «курилке». Даже когда он, наконец, притащился и встал рядом, Феликс демонстративно продолжал игру – с ловкостью, выработанной долгой практикой, перекладывал нож в пальцах, изредка втыкал коротким броском в землю, снова поднимал и начинал игру сначала.
Сотник действительно хорошо обращался с ножом – следствие избытка свободного времени в казарме, посвященного упражнениям. Втайне он гордился умением, с которым выхватывал, подбрасывал, ловил и метал острые лезвия. Он закончил баловаться, высоко подбросив оружие, и воткнув его в стоявшую неподалеку бочку. В последний полет клинок был отправлен ударом ладони по рукояти. Ладони у Феликса были широкие, как лопаты, с короткими и крепкими, как толстые дубовые корни, пальцами.
– Видал?
Феликс ухмыльнулся и поднял глаза на подошедшего.
– Что, сотник?
Макар, полный, бледный и нервный мужчина, явно чувствовал себя не в своей тарелке. Он был в льняной рубахе и штанах цвета сажи, в битых дорогой ботинках и в совершенной растерянности.
– Что вы сказали?
– Я сказал: «Видал?» – Феликс любовно посмотрел на свой нож. – Держу пари, больше никто так не сможет.
– Пожалуй, я нет, – признал Макар и облизнул толстые губы кончиком языка. – Можно присесть?
– Давай, садись, – сотник кивком указал на свободное место на лавке. – В ногах правды нет...
Он закурил трубку и угрюмо уставился на облачка дыма.
Макар тоже смотрел на них. Похоже, его что-то беспокоило: пару раз он собирался заговорить и в последний миг сдерживал себя. Он косился на Феликса, но молчал.
– Ну? – не выдержал сотник.
Макар прокашлялся и, наконец, приступил к волновавшему его предмету.
– Послушайте, – начал он, – что вы думаете об этом новеньком, Баюне?
– А я о нем не думаю, – ощерился Феликс. – А должен? Что ты хочешь от молокососа?
– Ну, – продолжил Макар, – понятно, что это все могут быть только слухи, что в доме князя Неблагой. – Он неуверенно провел рукой по лбу. – Может быть, вам это покажется бредом, но я кое-что видел.
– Выкладывай, – Феликс заинтересовался. Он рассеянно сунул руку в карман, но ножа там не было. – Что ты такого увидел?
– Я сразу не обратил внимания, – Макар нахмурился, пытаясь собраться с мыслями. –
Помню, как Софья Ильнична приболели, стоял у ее покоев в карауле; велено было доктора пропустить – больше никого чтоб. Доктор – весь в шкурах и сам бородатый и волосатый, что медведь. И пахнул так же. Ни дать, ни взять Фиделий из табора. Где только великий князь такого откопал? Пропустили к Софье Ильинишне. – Макар со свистом втянул воздух. – Час прошел, два – идет этот. Наставничек, так его растак, языкастый. Что Баюном кличут. Даже не поздоровался – в палаты шасть. Я его за руку останавливать: «Не велено», а он как закричит на меня, зашипит зверем, рваться давай. – Макар затих, подбирая слова.
Сотник кивнул, между делом шурша в кармане.
– Ну, и?
– Что «ну»? Я-то знаю, что он дочек Князевых фаворит, потому и гоношится. Какой из него стелет? Так, пацан. Выскочка. Приложил я его по носу. Не со зла, а чтобы не дергался, – внес уточнение Макар. – Я бы, наверное, помер, если бы мне так зарядили. Он только кровь рукавом утер – и в окно. Представляете? А этаж-то второй. Я к окну – никого. Только куры по двору врассыпную.
– А во дворе туман среди дня, – отметил Феликс. – Верно?
Макар изумленно заморгал.
– Откуда вы знаете?
– Да так, есть мыслишка, – ответил Феликс и снова занялся карманами. – Что дальше?
– Да ничего... – Макар, похоже, был здорово озадачен. – Я к дверям-то вернулся. Караул стоять. – Он снова наморщил лоб. – Да, и вот еще что: когда доктор-медвежатник в конце концов вышел, то огляделся и бежать, а рожа расцарапана, ухо порвато висит. Я к молодой хозяйке, что такое? А она: «Ничего не было». Котик ихний, Кузьма, доктору на плечи прыгнул, да покусал. Покалечил знатно, чуть глаз фиделия не лишил. Барышня извинились, доктору втройне плату дали, а котику, знай, лучший кусок с кухни. Словно и не бедокурил.
Он потряс головой и уныло уставился в сторону.
– А давеча другой знахарь приходил, так говорит, Туата-данан к молодой хозяйке повадился. А нужно ему что? А они под людей все подлаживаются. Сами чувствовать не могут – хоть режь на ремни, ни зла, ни добра не помнят, а коли людское сердце жаркое учуют – зависть их берет. Вот и крадут чужое. Вытягивают соки, пока не тронется или не помрет человек. Зачахла и захиреля Софья Ильинична – то не обычная хворь, а чародейская. Неблагих рук дело.
– Слыхал от старших, бывало, – кивнул сотник, – тут спорить не стану, слишком мало знаю. А юнец-то при чем? Не туата он.
– Нет, все-таки при чем, наверное, – упорствовал Макар, которому, похоже, не по вкусу пришлась мысль, что он может ошибаться. – Все это какой-то хитрый запутанный план...
Феликс не спорил. Просто засмеялся в голос.
– Какой план, дурень? Выучить Софью и Марью Ильиничну грамоте? Да мне накласть, чем они там, в свободное от уроков время занимаются. И ты не завидуй, егерь. Зависть – большой грех.
– Побойся Матушки, сотник. Мне четвертый десяток. Свои дети есть, – егерь огляделся по сторонам и заговорил быстро-быстро, вполголоса, заговорщицким тоном. – Софья Ильинична, не зря, говорят, чахнет-то. Верь не верь, а отказал ей постреленыш. Дочка княжеская в плач, а князь наставника в почет, когда прознал. Золотом осыпал.
– Ну так что тебе до княжьих дел? – спросил Феликс любезно, но тон его голоса мог бы заморозить костер.
– Нет дела, – испуганно согласился Макар. – Но навел я справки о нашем учителе грамматики. Выгнал его родной отец из дома. Угадай за что?
– Ну, не томи уже?
– С неблагим сцацкался. Старшего брата со свету сжил. Видно, наследства Цараповского захотелось. Ну, что. Все еще думаешь, что лезу не в свое дело?
– Ну, теперь не знаю, кто тут дурак. – Сотник даже забыл о своем ноже. – Чем докажешь, что не бред это все собачий?
Макар пожал плечами.
– Конечно бред, – продолжал он гнуть свое. – Просто череда совпадений. Пацан сживает брата заради денег. Связывается с неблагим, брат сходит с ума. Затем пацана выгоняют, но его привечает наш князь, и вот те пожалуйста – Неблагой в доме. Случайность, да.
– Хорошо, – сказал Феликс наконец. Он наклонился к Макару с опасным блеском в глазах. – Но раз есть Неблагой, как насчет его изловить, а, егерь? Ты-то у нас следопыт и ловец.
– Я охотник, а не шаман, – просто сказал Макар и зажмурился от солнечного луча. – Но попробовать можно.
Неожиданно, на башенке зазвонил колокол. Не время отбивали - звонили сбор. Сотник поднялся и поспешил в казарму.
Проснулся Василий от корабельного колокола и вместе с остальными пассажирами выбрался на палубу.
- Мать! - проникновенно выругался уссурец при виде пиратского судна, идущего наперерез Альбатросу. - Опять ты. В этот раз моли Бога...
Рука Баюна сама потянулась за спину, где обычно висел лук. Василий поспешил в каюту, чтобы одеться.
Гай встал по обыкновению рано и сейчас жалел об этом, он предпочел бы не получать приглашение на завтрак с кают-компанию. Хотя ему и нужно было поесть, светится при этом не стоило, а после приглашения на него могут обратить внимание и задать неудобные вопросы, например,где он был во время первого боя...
Ответить честно на такой вопрос он не смог бы, а врать ему не хотелось...
Кроме того кто то мог обратить внимание на привычку держаться по-военному и монтенский выговор, а уж, как кастильцы относятся к монтенским солдатам он уже усвоил, словно напоминая об этом зачесались шрамы на груди...
А ведь его миссия секретна, ради неё он против обыкновения снял перстень братства, не вмешивался ни в какие бои и вообще, вопреки своей натуре сидел смирно. А все ради этой гребанной шкатулки и её доставки, пропади она пропадом.
В прочем, нужно идти, отказ может вызвать подозрения, а кроме того, пму ведь нкжно поесть. Решившись, Хопкинс подвесил на пояс кортик и пистолет, после чего накинул камзол, теперь их не будет видно. Взгляд упал на груз- небольшую резную шкатулку, подумав, Гай решил не убирать её, она все равно закрыта, а если кто то будет обыскивать каюту, вряд ли обратит на неё внимание...
После этого Хопкинс напустил на себя заспанный вид и пошел в кают-компанию.
Скрытый текст - пояснение:
Прошу не судить парня строго, дело не по его профилю и он сильно переживает, боясь его запороть.
Глаза скользили взглядом по строчкам книги, слова прочитывались и тут же выпадали из сознания заменяясь воспоминаниями.
- ...В этом проявляется различие между политиками старого и нового типов. Седрик немедленно отправляется к королю и излагает свою версию случившегося. Что же делает герцог дю Рашете? Он ждет справедливого суда.
- Он, что, дурак?
К чему бы это? Фаррел отложил книгу. Сьюзан, первая красавица факультета, любила не дипломатично высказаться и что бы ничего ей за это не было. О'Брайен легко представил, как она осматривает каюту, задерживая взгляд на разбросанных по столу листах отчета о пребывании в Водачче, наклоняет голову набок и изрекает: "Заучился".
Инсморец встал, положил трактат "О лекарственных веществах" на место и обратился к профессору:
- Скоро будет завтрак, полагаю стоит убрать отчет.
- А, да, конечно... собери пожалуйста - ответил профессор не отрываясь от своего занятия: перепроверял каталог артефактов найденных на раскопках в Водачче. Сами артефакты вывезут позже, они же везли только записи экспедиции. И карту. Карту некоего острова с некоей "таинственной пещерой". Если удастся найти указанное на ней место и исследовать, можно надеяться его базовое обучение в Обществе сочтут законченным. Монтеньские карты самые точные, порывшись с Марком в атласах удастся идентифицировать остров - тот явно не далеко от континента...
- Он, что, дурак?
Что бы начать искать остров, нужно сначала прибыть в Монтень. А с этим возникли внезапные проблемы. И пусть они разрешились не коснувшись Исследователей, стоит ли следовать отдавшись судьбе или все же выяснить - что это было? И внести в отчет.
Тайные переговоры номер один
Цитата:
- Это будет твоим, когда ты... - Девушка захлопнула за собой дверь, чтобы возможные соглядатаи ничего не услышали, и отсекла конец фразы.
поможешь мне понять, за что пираты хотели продать пассажиров, - Senora Litta Arese прилагала максимум усилий, дабы речь ее была связной и понятной чужестранцу, - Mi amigo joven agil, ныне покинувший нас Боцман давал тебе задание найти бумаги. Я помню, чем это закончилось для него, потому обещаю тебе, сто не только добавлю в этот кошель денег сейчас, но и, получив выгоду, поделюсь в дальнейшем.
Не чувствая сопротивления, Ульдерига продолжила:
- Ты очень внимательный парень, просто potosi любого соглядатая. Собери пассажиров, у которых могут быть Por el dios maldito бумаги, наблюдай, что они будут говорить, брать с собой, - облизав пересохшие губы, она вздохнула так тяжело, как будто каждое слово грузом ложилось на плечи, - Я привлеку Весельчака Рождера для проверки кают, присмотра и за этим скользким типом. Заданий много, но твои способности заслуживают должного применения, драить палубу это вовсе не то, ради чего тебя привели в этот мир.
Переговоры номер два
Роджер покладисто согласился за деньги выполнить просьбу. Ульдериге не понравилась цена, не понравилась покладистость, но выбор был сделан.
Переговоры номер три
- Los senores benevolentes y las senoritas, прошу толику вашего внимания, - Senora Litta Arese старалась быть краткой, Роджер - бывалый малый, времени ему должно хватить, - безусловно, вы должны знать, что произошло на корабле раннее. Обстоятельства складывалось так, что перед нами стал выбор: рабство или захват корабля. Многие из вас прекрасно поняли, что Боцман сего судна выполнял функции капитана корабля и был пиратом, - не давая и рта открыть окружающим, Ульдерига тараторила, - Волей случая нашу продажу удалось предотвратить. Сеньоры, ранее взявшие на себя управление кораблем, спасли ситуацию.
Сделав изрядный глоток, Ульдерига бдила. Ее язык не поворачивался сказать о бумагах. Осталось ждать результатов розыскной деятельности.
Перед нападением
Ульдерига выспалась.
Техническое:
1. Отчет Рождера о бумагах;
2. Отчет Эсси, буде такой, можно и позже;
3. Результат гадания.
__________________
Цитата:
Сообщение от Бруно Джакоза
-Идешь или останешся сторожить бутылки?
-Иду.
Совершив триумф воли, Магнус Эрикссон, оторвался от алкоголя и, приведя себя в относительный порядок, начал славное путешествие, закончившееся в кают-компании, где сразился с предсказуемо паршивым завтраком под аккомпанемент вдохновляющей на подвиги речи, в исполнении симпатичной (а впрочем, не симпатичных женщин не бывает, когда мужчина достаточно пьян) брюнетки. Вот только было не ясно, извиняется ли она за скудность завтрака или призывает повесить повара? Магнус честно пытался разобраться в интонациях, плюнул, и повернувшись к Бруно, спросил: "que dit-elle?
Цитата:
"que dit-elle?"
-Говорит, что боцман этого корыта был отъявленным мерзавцем и пройдохой, замыслил продать пасажиров на ближайшем базаре. Но, увы ему, власть на корабле сменилась, -ответил Джакоза на монтеньском.
Ситуация была еще сложнее чем он думал. Боцман был пиратом и пираты напали на них вчера. Вор у вора дубинку украл? В жизни бывает и не такое, конечно. Или они были в сговоре, а смерть или пленение сообщника спутало игрокам все карты.
-Я надеюсь, сеньора расскажет нам немного больше. Этот боцман, который исполнял роль капитана, где его сейчас можно увидеть? Что синьоре - и всем присутствующим, раз уж вы здесь - известно о вчерашней атаке?
Джакоза говорил на языке водаче, расчитывая, что большинство присутствующих его понимает. Магнус его, конечно, не понял, но этот опустошитель винных запасов наверняка ничего не знал.
Джакоза оглядел собравшихся. Их реакция могла сказать о многом, а у него только один глаз, чтобы её увидеть.
-Говорит, что боцман этого корыта был отъявленным мерзавцем и пройдохой, замыслил продать пасажиров на ближайшем базаре. Но, увы ему, власть на корабле сменилась, -ответил Джакоза на монтеньском.
Услышанное несколько обеспокоило Магнуса. Кто теперь капитан и плывут ли они все еще в Монтень? Брюнетка на нового капитана как-то не тянула. Интересно, почему он сам не явился завтракать? Ранен во время "смены власти"? Корабль меняет курс? Или просто - слишком гордая сволочь?
Следовало бы найти его и спросить лично - он-то должен, кроме водачийского, хоть какой язык знать - все-таки капитан!
Впрочем, какие-то туманные представления о этикете мешали вестенманнавеньярцу немедленно покинуть кают-компанию, и он принялся негромко стучать пальцем по краю стола, борясь с нетерпением. Оставалась надежда на то, что будет перемена блюд или напарник вызнает еще что-нибудь.
Ульдерига в лучших традициях Водачче устроила настоящую Игру для выяснения волновавших ее вопросов и поиска бумаг. Основным ее оружием были обворожительная улыбка на лице и привлечение "тайных агентов": Эсси и Роджера "Весельчака". За обедом синьора честно и искренне высказывала одобрение и уважение к глупостям, которые нес барон, и внимательно кивала рассказам профессора о важности экспедиции туда-не-знаю-куда. Новые и новые пассажиры попадали под перекрестный огонь ее вопросов, но водаччианка была так мила и чистосердечна и придерживалась столь дружелюбного и уверенного тона, что мало кто смог заподозрить, что участвует в допросе. Тем не менее, все попытки выяснить, не везет ли кто бумаг, которые могли заинтересовать нанимателя контрабандистов, не дали успеха. Раз за разом синьора Литта Аресс видела одно и то же: собеседники просто не понимали, о чем речь, и каждый пел о чем-то своем.
Единственное, что насторожило Ульдеригу, это странное поведение Роджера, который легко согласился на поиск, а к исходу дня, широко улыбаясь и смело глядя в глаза Сорте Стрега сообщил, что на корабле нет никаких бумаг, а если и есть, то, видимо, их хозяин не считает нужным сообщать никому о сорте своего груза.
На вопрос же, все ли считает нужным сообщить о цели своей поездки сам Роджер, тот мило отшутился, что является бесполезным грузом и извинился, что ничем не смог помочь. Ульдерига явственно ощутила, как за внешним спокойствием Роджера притаились страх и угроза. Нить мечей формирорвалась тем четче и тем ярче, чем более прямыми становились вопросы о самом Роджере. Женская интуиция подсказывала Сорте Стрега, что то, что ни один другой человек на корабле не вел себя подобным образом, совсем не случайно.
Скрытый текст - Техническое:
Бумаги у Роджера, но по какой-то причине ему не хочется их обсуждать
*вернемся в настоящее*
Матросы и пассажиры столпились на палубе и завороженно смотрели на пузатый, выкрашенный в черное шлюп, который шел курсом наперерез "Альбатросу". Ренцо отдал команду к бою, но двинулось лишь несколько человек. Из толпы отделился жилистый сухощавый матрос лет сорока, с босыми волосатыми ногами и не менее мохнатой грудью, проглядывающей в старую растянутую тельняшку. Он с затравленной улыбкой оглядел команду, остановив испуганный взгляд на капитане, затем женщинах, стоявших позади, и наконец на Баюне, который сидел на бочке, положив ногу на ногу, с видом безразличия, хоть на самом деле ему было далеко не безразлично происходяшее.
Подойдя к капитану, матрос схватил его за воротник рубашки и притянул к себе.
- Слушай, вельможа, ты хорош, да? - заявил он. - Грамотный. Ладно говоришь. Соображаешь в картах и в морском деле, да еще Фехтовальщик. Я бы не полез с тобой в драку в порту. Только есть одно "но".
Матрос выругался, так что чайки на реях покраснели, и продолжил:
- До тех пор, пока Карло не обломал о вас с сотоварищами зубки, мы всегда уходили от береговой охраны и от Кровавого Гарри, а даже если бы пришлось полезть в рукопашку, я бы подставил пузо за капитана и за каждого члена команды, с которыми мы прошли шесть морей, - матрос выпаливал слова быстро, яростно, чтобы не успели перебить, - и Карло рубился бы в первых рядах. Но ты? Ты полезешь за нас на абродажные крюки? Почему мы должны подставляться за тебя, да еще за этих пигалиц?
Матрос ткнул волосатой ручищей в сторону Ульдериги и Лусии. Воображение Баюна немедленно нарисовало картину того, что он сделает с моряком, если тот попробует пустить ручищу в ход. Ренцо спокойно убрал руки смутьяна с воротника и ледяным тоном спросил:
- Что ты предлагаешь, матрос? Вам должно быть лучше меня известно, что за тип этот ваш Гарри?
- Пусть они, - матрос обвел неопределенным жестом пассажиров, - пойдут в авангард и встретят абордажную команду.
Капитан и пассажиры едва не задохнулись от удивления. Но пока Ренцо или кто-нибудь другой еще не успел открыть рот, Баюн длинно и яростно выругался и поднялся с бочки.
- Ты струсил, а? - проговорил уссурец, схватив матроса за плечи и свирепо глядя ему в лицо. - Клянусь Матушкой, любой, кто будет наводить панику, отправится за борт! Если ты в этом сомневаешься, - сказал Баюн, - то проверить можешь прямо сейчас. - Голос Василия дрожал от сдерживаемой злости.
Роджер, внимательно слушавший их беседу, как и остальные пассажиры, одобрительно кивнул при последних словах.
Матрос гневно взглянул на уссурца и капитана, а затем на своих товарищей по команде.
- Скажите им! - рявкнул он во всю глотку, срываясь на хрип. - Скажите им, за что получил прозвище Кровавый Гарри? - указал матрос на прибижающееся судно.
Матросы угрожающе придвинулись и зароптали нерешительно. Один из них, постарше, поспешил развести смутьяна с уссурцем.
- Не лезь, Аурелио, без тебя тошно. Остыньте, парни, не надо драмы. - Старик примиряюще поднял ладони вверх и решил кое-что пояснить. - Тут такое дело, капитан. Этот Кровавый Гарри всегда самолично идет в рубку. Он, говорят, заколдованный, его не берет металл, сражается как дьявол, и не оставляет пленных.
- Бабушкины сказки, - сплюнул под ноги уссурец, - нет никого, ктобы был жив, и кого нельзя было бы при этом убить.
Смутьян не замедлил с ответом:
- Вот и проверь сам. - зрачки матроса были расширены, грудь вздымалась и опускалась, как парус на ветру. - Говорят, даже его топор живой и пьет кровь. В общем, это, - матрос замялся и переступил с ноги на ногу, - никто не хочет встретить Гарри лицом к лицу.
Перепуганные матросы и взволнованные пассажиры ждали, что скажет капитан?
Техническое:
На корабле возможен бунт, ибо матросы не слишком доверяют и расположены к новому начальству, хотя и успели проникнуться определенным уважением.
Команда явно напугана фигурой некого Гарри и требует, чтобы кто-то другой составил, а тем более возглавил абордажную команду, или моряки грозятся применить силу.
Самое время желающим проявить хитрость, ораторские и командирские способности или же храбрость и ипический героизм))
Матросы будут рубиться в абордаже, потому как у них нет выбора, но нужно составить команду авангарда: смертников, которые должны остановить Гарри. Сможете заставить часть матросов пожертвовать собой в рубке на палубе или займете их место лично - выбор за игроками.
Утро и завтрак
После разговора с синьорой девушка отправилась выяснять насчет завтрака. Наскоро перекусив в камбузе под бдительным присмотром сонного и злого кока, она достала из ухоронки злополучную куртку и принялась стучать в закрытые двери кают.
- Синьор/синьора, вас ждут к завтраку!
Ответом было или молчание, или неразборчивое бормотание, или удар бутылки в дверь с той стороны... У двери уссурца она положила свернутую куртку, постучала и умчалась, не дожидаясь ответа.
***
Прислуживать прежде не доводилось. Синьора преподала короткий урок, как следует менять тарелки и наливать вино, велела пройтись с кувшином, поморщилась и подытожила, что за настоящего стюарда Эсси не примут даже если все вдруг разом ослепнут. Потом утешилась тем, что пассажиры спишут все на убыль в команде.
Сейчас девушка вспоминала далекие деньки в "Румяном крабе" и старалась хотя бы не пролить вино на мирно кушающих и слушающих синьору господ. Если и были какие-то надежды, что пассажиры перепугаются или проникнутся неописуемой благодарностью к своим спасителям, то они быстро улетучились. Как показалось девушке, половина из утолявших голод даже не поняли, о чем им толкуют. А оставшиеся насупились или натянули на физиономии презрительное выражение. Что-то этакое промелькнуло на породистом лице важного водаччианского вельможи с россыпью орденов на камзоле, почудилось минутное замешательство у старичка-ученого и его молодого спутника... Скандального вида пожилая леди, доканывавшая Эсси поручениями и поучениями, разразилась прочувствованной речью о падении нравов и испорченной морской прогулке... Когда чертов завтрак наконец, закончился, она чувствовала себя так, словно два дня без отдыха махала молотом. Подойдя к синьоре, чтобы подлить той вина, девушка прошептала ей на ухо три имени. Больше ничего она сделать не могла.
***
Дневная вахта вновь была длинней обычного. Эсси была благодарна Ланнигану, что тот не ставит ее на "собачью вахту"* и не гонит на помпы. Корабль лег на курс и работы было меньше. Ей даже удалось соснуть с молчаливого позволения товарищей.
В ночь нападения
Эсси вовсе не улыбалось выходить с одним ножом против оравы с абордажными тесаками. Пусть даже вокруг тоже будет точно такая же шатия-братия, только дружественная. Тем более, что после непыльной работенки на синьору можно было покупать первоклассную кузницу вместе с подмастерьями, только сойдя с корабля. Оставалось только с оного сойти. А золота она не получит, если этот Кровавый Как-Там-Его захватит шхуну вместе с командой. К тому же люди с таким прозвищем не позволяют пленному матросу списаться в порту. Даже без выходного пособия.
Не похоже было, что получится вновь уйти от этих молодцев. Да и как они вообще выследили корабль - не по следу ведь из хлебных крошек! Видать, та шлюшка постаралась, чтоб ей пикси в духи плюнул, а рожа чирьями покрылась...
Невеселые мысли разогнал голос старого матроса из водаччианской десятки:
Цитата:
- Тут такое дело, капитан. Этот Кровавый Гарри всегда самолично идет в рубку. Он, говорят, заколдованный, его не берет металл, сражается как дьявол, и не оставляет пленных.
Девушка произнесла на водачче, вроде ни к кому не обращаясь, но так, чтобы слышала вся команда:
- Да ну? У нас в Марках как-то сбесился кабан старого МакНабба. Ох и здоровенная зверюга была! Запорол четырех овец, поломал хозяйскому сынку половину ребер, пока додумались сетями его запутать. А там уж он завалился и рогатину в бок получил, да на вертел попал. Сетей побольше, да ядро к ногам и пусть этот непобедимый с рыбами воюет...
Эсси поежилась. Дурное предчувствие запоздало. По всему выходило, что если не поднимут на смех и примут план, то ее и пошлют "рыбачить", и благо, если в помощь кого дадут...
Скрытый текст - техническое:
Персонаж будет избегать участия в рукопашной всеми силами, а дистанционные атаки еще куда ни шло.
*Самая тяжелая вахта - с полуночи до четырех утра.
*Двумя днями ранее*
"Пираты-проскочила мысль в голове Гая- значит я не ошибся и это были звуки боя. Надо было выйти. Нет, что я несу, скйчас не время геройствовать, сперва нужно выполнить миссию, но от следующей драки я не откажусь, хватит уже мне сидеть сложа руки, а то ведь так можно и фобию приобрести, не зря ведь меня врачи предупреждали. А ещё, в следующий раз буду выбирать транспорт тщательнее, если вообще возьмусь за такое задание. Впрочем, теперь мне нет причин волноваться, вопросов ко мне судя по всему нет, надо только распросиьь поподробнее..."
-Благодарю за важные, хоть и не слишком свежие новости, вы позвали нас, только чтобы их сообщить или хотите узнать нашп мнение? Впрочем,как я невежлив,раз забыл представится, Гай Хопкинс, вы милая леди, можете называть меня, просто Гай.
Гай несколько напрягся, в ожидании ответа, в конце концов ему не слишком хорошо удавались комплименты, да и вообще этикет...
*Настоящее*
Звук рынды заставил Гая вынырнуть из объятий сна, несмотря на то, что он служил не на корабле, прывычка вставать по первым звукам тревоги была вбита в него весьма крепко, особенно в этом помогли горячие кастильские партизаны, любители предрассветных атак.
Хопкинс стреительно оделся, подумав захватил с собой кортик и пару пистолетов.
Ягдташ, небольшую охотничью сумку, некогда подаренную сослуживцам, с бомбами, порохом и запасом пуль, решил оставить. Если заварушка уже началась она будет только мешать, а если время есть, он вполне успеет вернуться.
Когда Гай оказался на палубе он несказанно удивился, увидев пиратсякий корабль, он считал, что один раз поручив отпор бандиты больше не сунуться, да и корабль они починили довольно быстро...
Ещё больше его удивил ропот команды, а вернее удивил и разозлил. Хопкинс не был приверженцем строгого соблюдения устава, однако роптать перед боем мог только дурак или предатель, ну и трус, что не исключает первых двух вариантов.Да и отношение этого парня к пассажирам, к тому же девушкам явно нуждалось в замечании. Хопкинс ловко просочился к месту стычки и с лицом, будто он отчитывает проштрафифшегося новобранца сообщил:
- Во-первых, следи за своми манерами, ты не с дружками в таверне пьешь. Во-вторых, ты знаешь, что делают с паникерами и подстрекателями в боевых условиях? Так вот я знаю. Я здесь человек сторонний, но ты получаешь деньги и ход бы поэтому обязан делать, что прикажут. Более того, в бессмертие я не верю, и если мне дадут хороший мушкет, обещаюсь это проверить лично. Найдутся ли ещё желающие? Если да, то у меня есть для дорогих гостей несколько подарков, которые придутся им не по вкусу.
И уже потом уже тише добавил, обращаясь к новым командирам:
- Как я понимаю,есть кинуть к ним на корабль пару гранат, а всех "гостей" не перестрелять?
Примечание:
Если дадут возможность персонаж пальнет по вражескому капитану, ну и ещё по кому нибудь, кинет пару гранат, но в ближний бой постарается не лезть.
Корабельный колокол вырвал айзенца из сновидений. Быстро одевшись и надев на руку панцерхэнд, он вышел на палубу выяснять, кого к ним принес Легион. Рапиру и пистолет, само собой, тоже взял. Ну и свисток. Пригодится, быть может.
Волькер хмуро посмотрел на тот же самый шлюп, которому ранее, что называется, "подрезали крылья". "Как же они нас нашли?" - не понимал он. Впрочем, все сомнения были отброшены, следовало готовиться к бою и немедленно. Однако матросы и даже его старший помощник выглядели как-то неуверенно и несли какую-то чушь про заколдованного Гарри, которого ничего не берет.
В настолько сильлное колдовство и неуязвимость Дорк не верил. Юнга (как его зовут, все-таки?) тоже.
Цитата:
Сообщение от юнга
- Да ну? У нас в Марках как-то сбесился кабан старого МакНабба. Ох и здоровенная зверюга была! Запорол четырех овец, поломал хозяйскому сынку половину ребер, пока додумались сетями его запутать. А там уж он завалился и рогатину в бок получил, да на вертел попал. Сетей побольше, да ядро к ногам и пусть этот непобедимый с рыбами воюет...
- Что, Злобненький Гарри всех так напугал своими пьяными бреднями о ста съеденных им драхенах на завтрак, что у вас поджилочки все затряслись и штанишки запачкались? У вас, а не мелкого юнги-салаги, который собирается его поймать в сети и отправить на корм рыбам?! И вы после этого называете себя матросами?! - издевательским тоном спросил бывший речник, желая устыдить команду.
- Так, а теперь вытерли сопли и слушайте: видал я одного такого везучего с...го сына, который ничего не боялся. А кончил он, как распоследняя свинья. И визжал так же. И видал я тех ребят, кто хвастался, что их ни сталь, ни пули, ничего не берет. Врали, я проверял. - уроженец Фишлера потряс панценхэндом, намекая, как он это проверил.
- Пришли в себя? – осведомился бывший наемник, после чего продолжил - А теперь, все кто может стрелять, возьмите мушкеты и гранаты, если они тут есть и вы можете их не уронить себе под ноги. Пули кого угодно проймут. И холодная сталь тоже, только покажите мне, где этот Гарри и я вам лично покажу, как нужно разбираться с такими уродцами. И раз уж он никого не берет в плен, то сражайтесь, черт побери! И сражайтесь так, чтобы он сам от вас сбежал!
Цитата:
Сообщение от неизвестный храбрец
- Как я понимаю, есть кинуть к ним на корабль пару гранат, а всех "гостей" не перестрелять?
- Найдется, думаю…а перестрелять…ну, к этому надо стремиться… - несколько рассеянно ответил Волькер, что-то пытаясь вспомнить.
- И насчет ног…приготовьте гостям дорогим доски с гвоздями, стекло, ну, все как полагается. – вспомнил айзенец. - Пятки у них точно не железные…И пушки зарядите! Что стоите? Шевелитесь!
Техническое:
Пытается привести матросов в чувство и вдохновить, если получится.
После займется составлением абордажной команды и возглавит ее,. В начале боя выстрелит из пистолета, после идет в рукопашную.
Чего я не люблю при обсуждении важных вопросов, так это шума. Дискутирующие и спорящие превращаются в некое подобие торговок на рынке, и все более-менее рациональные предложения тонут в пустых звуках. Ещё и матрос… впрочем, ему повезло, что все мои штурманские походы проходили на судах, где бить личный состав считалось зазорным, хотя виновник подобного проступка наверняка бы долго, очень долго карабкался до «вороньего гнезда» и назад, и так до тех пор, пока офицеру не надоест.
Сухо щелкнул взводимый курок, грохнувший выстрел развеял нарастающую перебранку.
- Успокоились? – я опустил ещё дымящийся пистолет. – А теперь слушайте меня, все. Офицеры, матросские десятники, пассажиры в круг. И ты, - я качнул разряженным пистолетом в сторону смутьяна, - тоже.
Дождавшись выполнения своего требования, обвёл всех взглядом.
- Прямой бой невыгоден для нас. Поэтому есть у меня хитрая и простая задумка. В нашем распоряжении – около двух третей часа. Этого вполне достаточно, чтобы снять с гандека две-четыре пушки, и установить их в кормовую надстройку так, чтобы палуба простреливалась. Мы заряжаем их картечью, делаем вид, что сдаёмся, принимаем абордажную партию на палубу, после чего превращаем немалую часть команды противника в кровавое месиво. После этого идёт ружейная перестрелка и рубка – орудия в ход мы пустить не сможем, как, впрочем и противник. Ещё предложения? Если их нет, то… синьор Дорк, возглавьте абордажную партию. Уберите всех людей из баковой надстройки и с палубы – не хочу, чтобы кого-либо убило щепками или картечью. Что же касательно Гарри… он должен подняться на ют для принятия капитуляции, там я и возьму его в оборот - посмотрим, что он за птица. Один доброволец, который будет прикрывать мою спину, уже есть, - моя рука в тонкой перчатке указала на давешнего смутьяна. - Нужно ещё двое, желательно из пассажиров. А теперь, если возражений нет, то примите штурвал, и не меняйте курс, а мы идём перетаскивать орудия. И да, вьюноша, - я повернулся к юнге, - подойдите ко мне чуть позже, у меня для вас будет отдельное задание.
Накануне
После завтрака Фаррел поднялся на палубу. Ярко светило солнце, заставляя щуриться после сумрака кают-компании, ветер сдувал усталость, даря свежесть мыслей.
Часть того, что рассказали им за завтраком, О'Брайен все-таки не смог разобрать. Инисморец остановил пробегавшего мимо юнгу:
- Ты ведь из горцев?
Смотря на него Фаррел вспомнил как над спорящими с пасcажирами раздался звонкий голос вопрошавший о сетях.
- Можешь объяснить, что здесь произошло?
Сейчас
Разбудил Фаррела удар колокола. Наспех надев штаны и обувшись, он накинул синий плащ исследователей, который обычно не носил, затем поднялся на палубу. Ветер тут же пробрался под плащ и показался молодому человеку неожиданно холодным, как и лунный свет освещавший шедший наперерез пиратский корабль. Сколько у них было времени - час, два, полчаса - О'Брайен не знал. На Альбатросе один из моряков начал выступать перед нынешним капитаном, рассказывая о противнике и выдвигая претензии. Несколько фонарей и луна освещали палубу и у её краев тени танцевали с остатками света. Пение ветра, шепот волн, стоны корабля, говор людей. Тревога и страх. Звук выстрела заглушил все и подарил тишину.
Цитата:
- Один доброволец, который будет прикрывать мою спину, уже есть. Нужно ещё двое, желательно из пассажиров.
Обернувшись к профессору Фаррел спросил:
- Вы позволите?
Получив в ответ кивок, инисморец подошел к капитану.
- Я готов вызваться.
Кто знает, что случилось бы, если бы Ренцо проявил слабость? При звуках выстрела экипаж судна замер, готовый или передраться, или дать выход своему страху другим способом. Проникновенная речь капитана и холодный рассудок его спутников остудили кипящие страсти, охваченные паникой мужчины смогли успокоиться. Возможно, им даже стало стыдно, но слов оправданий не прозвучало. На них не было времени. Матросы беспрекословно подчинились приказаниям боцмана с капитаном и работали с рвением обреченных, которые знали, что через час ждать пощады уже не придется.
Человек десять бросились к вантам, присоединившись к тем, кто уже работал наверху, и через несколько минут громада парусов хлопотала на ветру, заглушая скрип фалов и топот ног по палубе.
Свободные от работы с такелажем мужчины группками по два, по три человека стали собираться возле оружейной. Они по одному заходили внутрь и выходили уже с мушкетами, кортиками и абордажными саблями. Баюн, так и не расставшийся с ключами погибшего капитана, выдавал каждому то оружие, с которым моряк изъявлял готовность обращаться.
– Восемь человек на гандек! – скомандовал ди Анджелис. – Снимаем две-четыре пушки, и устанавливаем их в кормовую надстройку так, чтобы палуба простреливалась.
Волькер поспешил вслед за своими подчиненными, которые должны были подготовить пушки для оказания сопротивления пиратскому десанту.
Оставалось только гадать, заметят ли на вражеском судне необычные перемещения или план капитана сработает? Матросы и пассажиры, способные носить оружие, с отчаянной решимостью готовились к бою.
К тому времени, когда фиолетовый сумрак ночи озарился первым залпом, между «Черной акулой» и «Альбатросом» оставалось не больше двухсот футов. Гарри даже не пытался сбить паруса и действовал картечью – больше для очистки совести и устрашения, чем наверняка: настолько пираты были уверены, и не без оснований, в полном успехе абордажа.
Техническое:
Засада из четырех пушек установлена. Ренцо должен или отдать приказ стрелять, или положить "Альбатрос" в дрейф и сделать вид, что сдается.
Игроки обязаны обозначить в игровой или в оргтеме, участвуют ли в драке, по возможности с указанием того, как именно?
Луна светила. Водачийцы орали.
-Merde, - произнес, возвышающийся над палубой как ледник, Магнус, - это что, бунт?
Словно в доказательство его слов, один из матросов, чье поведение более всего походило на парламентера со стороны бунтующих, ткнул пальцем в пассажиров, а точнее... Вестенец повернулся к Бруно и весело сообщил: "Кажется, на корабле бунт. Команда требует женщин и, если они не полные идиоты, вина. А еще нас берут на абордаж."
Тут наконец появилась, та самая "власть", что сменила предыдущего капитана, собрала всех матросов в кучу и, судя по всему, договорившись отложить попойку до лучших времен, все дружно принялись двигать пушки, бегать туда-сюда, вооружаться - в общем делать все то, что обычно, за минусом пушечной импровизации, делают когда готовятся к морскому бою.
-Ну, хватит уже загадок! - решил Магнус. Вцепившись глазами в водачийца с пистолем, он начал сокращать дистанцию, освежая на всякий случай в голове айзенский (как на зло на ум лезли только бранные слова), что вряд ли понравилось грубо расталкиваемым и цепляемым мечем матросам, ну да пес с ними.
-Месье говорит по монтеньски? - взял быка за рога вестенманнавеньярец.
Последний раз редактировалось lolnoob; 10.11.2013 в 15:19.
После завтрака
Эсси искала Ланнигана, чтобы заступать на вахту, когда ее окликнули. С выраженным инисморским акцентом.
- Ты ведь из горцев? Можешь объяснить, что здесь произошло?
Молодой парняга,не высовывается, держится при старичке-книжнике. Так и сверлит взглядом, вот-вот дыру в голове прожжет...
Девушка насупилась, стараясь не встречаться с любопытствующим взглядами.
- Ничего-то от вас не утаишь, сэ-эр! - Чуть нараспев произнесла она, подражая выговору МакЛаудов. - Так и есть, правда ваша.
А случилось тут... сорок бочек арестантов тут случилось! - Эсси облокотилась на фальшборт, глядя на водную рябь и кильватерную струю. - Сперва стервец, который тутошним боцманом прикидывался (а он был капитаном на самом деле), велел мне за пассажирами подглядывать. (Нашел дурачка, как же.) Кто, дескать, шибко важные бумаги тайно при себе скрывает. И за синьорой, что сейчас в кают-компании речь держала, тоже доглядеть наказал. Ведьма мол, не замышляет ли чего. Я-то сразу понял, что не боцман он никакой. Боцманы карты читать не обучены и в каютах сроду не жили. Пошел я к синьоре, да так и признался, что неладные дела тут творятся. А тут приходит к ней еще и уссурский хват - мол, девка боцманова ему великую тайну открыла. Что корабль-то - пиратский, и задумали они всех пассажиров крещенитам в рабство продать. И про бумаги тайные тоже. Слово за слово, пошел этот парень с боцманом по-свойски потолковать да и... - Эсси на миг запнулась - неловко как-то получилось. Девка-то боцманова лазутчиком оказалась. И хахаля своего продала, и нас заодно. Застрелила девка боцмана, а на уссурца вину свалить хотела. Тут матросы и взбунтовались было, да не тут-то было - пираты объявились. Ушли мы от них, удача, что синьор из Водачче кораблем командовать мастак. Синьору опосля опасенье взяло - девка-то боцманова ведьмой судьбы оказалась. А ну еще какую пакость подготовила? Так матросы говорят, за что купил, за то продаю, сэ-эр, уж не взыщите... - Девушка коротко поклонилась и помчалась прочь. Вот-вот пробьют склянки, а десятника еще найти нужно... В том, что не сболтнула лишнего, она была твердо уверена.
Перед боем
Указания капитана были кратки и доходчивы. Накаркала. Именно "рыбачить" ее и отрядили. Позволили взять помощника, и на том спасибо.
Однако, бегло осмотрев команду Эсси припомнила обрывки слухов об экипаже Кровавого Гарри. Что хорошие моряки там не задерживаются, зато головорезы и всяческое отребье вливаются, как там и были. И что этот капитан жить не может без рубки и абордажей, а людей у него куда больше, чем нужно для управления кораблем. Настоящая маленькая армия...
Время было. Девушка нашла в толчее Ланнигана, быстро изложила свой план и оставила его готовить сеть (именем капитана, а как иначе?). Сама же направилась в крюйт-камеру. После выволочки от айзенца там царил идеальный порядок. Снаряды были вынесены с порохового склада и разложены по ящикам. Медная воронка и весы лежали на видном месте. Девушка пошарила по ящикам и витиевато выругалась. Гранат не было. Почему эти чертовы контрабандисты, или кто они там на самом деле, не озаботились таким важным припасом, мог знать только недоброй памяти покойный боцман. Самые мелкие пушечные ядра не смог бы швырнуть даже человек-гора вестенманнавеньярец, виденный утром за завтраком. Но бой можно выиграть даже с деревянными пушками, как говаривал одноногий пушкарь Эйдан, если враг верит, что они настоящие. А если не верит, то нужно выстрелить.
Пушкарь, балабол и пройдоха, принимал у них в Перкисе партию кулеврин для королевского флота. Суть его рассказов можно было свести к тому, что на войне все средства хороши, а безвыходных положений не бывает.
Эсси ухмыльнулась и побежала в камбуз. Именем капитана, она заставила кока собрать все пустые глиняные горшки из-под припасов и маленькие коробчонки из-под специй. Потом растопить на медленном огне все припрятанные свечные огарки. Потом схватила ручную меленку и под горестные причитания хозяина разоренного камбуза умчалась. Поднявшись на палубу, девушка нашла одного из раненных два дня назад, который больше мешал, чем работал и именем капитана погнала в крюйт-камеру. Там она велела болезному тонко смолоть немного пороха. А сама принялась раскалывать не снаряженные пушечные ядра. Отцовский кинжал отлично справлялся с ролью клина. Удивительная многослойная сталь рубила скверный чугун как дерево и даже не тупилась. Потом настал черед фитилей. Эсси отмерила несколько кусков веревки и стала поджигать их один за другим, пока не определила нужную длину. Нарезав пару десятков про запас, она вернулась на пороховой склад. Раненый, ругаясь, приканчивал второй мешочек. Девушка принесла котел с воском в клеть к снарядам, подмешала рубленый свинец и разложила месиво по горшкам. Потом осторожно всыпала в коробочки порох, вставила фитили в бумажных гильзах, залепила "пороховницы" теплым воском и заглубила их внутрь горшков. Получившиеся глиняные "гранаты" тянули примерно на полтора фунта каждая. Тяжелей настоящих, да и никто не знает, как будут взрываться, но все же лучше, чем ничего...
-О господи, что это? И кого именно ты хочешь с помощью них убить?
что мы имеем с кустарного труда:
Essylt: 1V10 => 8 ; 9 ; 9; 1 сохраняем, итого 9 штук. Я правильно поняла линию партии?
*до боя где-то 40-50 минут*
- Я готов вызваться! - худощавый, темноволосый, высокий молодой человек, не раз виденный мной до этого рядом с профессором, шагнул в круг.
- Прекрасно. Личная храбрость всегда заслуживает поощрения, но, насколько понимаю, фехтуете вы посредственно? Хотя… задержитесь, у вас есть возможность принести значительную пользу. Юнга, - я повернулся к подростку, убирая разряженный пистолет в сумочку, - можете быть свободны и готовиться к бою на своё усмотрение.
- Месье говорит по - монтеньски? – поинтересовался у моей скромной персоны протолкавшийся сквозь скопление матросов высокий белобрысый детина с голубыми глазами и двуручным мечом за спиной. Довольно грубоватые черты лица и одежда выдавали в любопытствующем северянина.
- Вполне, синьор, - ответил на означенном языке я. – Боюсь, что у нас не так много времени, чтобы вести светские беседы, поскольку к нам менее чем через час пожалуют гости, и отнюдь не с добрыми намерениями. Полагаю, что ваш клинок вы носите не просто так? Нам бы пригодилась помощь. Если надумаете – милости просим, найдёте меня на гандеке или на юте. Вашу же задачу, вьюноша – в ход при обращении к ученику профессора вновь пошёл родной язык, - я объясню чуть позже. Пока можете готовить ваше оружие к бою.
Осталось одно, последнее дело. Правда, для него придётся побеспокоить нашу ведьму, с видимым равнодушием наблюдавшую за всем здесь недавно произошедшим… ну да ладно, не просто так же!
- Синьора, у меня будет к вам … своеобразная просьба, от которой в немалой степени будет зависеть моя жизнь и жизни доверившихся мне людей. Не могли бы вы повязать нитями судьбы клинок? Мне доводилось слышать об этой из многочисленных ваших способностей. Настаивать не могу , лишь просить, - глядя поверх плеча Сорте Стрега, я отстегнул рапиру вместе с ножнами от перевязи и положил на бочонок рядом с Ульдеригой. – Так или иначе – будет на ней плетение Нитей или нет – приду спустя треть часа.
«Теперь – помочь Дорку в установке орудий - пусть лучше этим руководит он сам. Да ещё и северянин… Где же ты был всё это время?»
Лусия стояла, вцепившись в поручни, и не отрывала взгляд от приближавшегося парусника. Ветер так и норовил сорвать шляпу, крепко подвязанную лентами под подбородком, но девушка не замечала. Она была растеряна до глубины души. Предстоящая схватка пугала ее.
Вспоминая стычку на корабле, в которой она чуть не погибла, Лусия передернула плечами. Конечно, она не будет отсиживаться в каюте. Хотя вряд ли во время предстоящего сражения от нее будет польза.
Девушка покосилась на саквояж у ног. Вряд ли ее можно назвать доктором, но уж перевязать рану или остановить кровотечение она сумеет.
На палубе сновали матросы, где-то впереди раздавались команды. Лусия вытерла влажное от соленых брызг лицо. Интересно, ее брат, Алваро, тоже плавает на подобном корабле? или разговоры о том, что он сбежал к пиратам, всего лишь сплетни и слухи? На мгновение она представила, что там, на палубе надвигающегося парусника, стоит ее брат и смотрит на нее. А вдруг так и есть? Лусия передернула плечами. Нет, не хотела бы она, чтобы встреча произошла вот так, во время нападения на корабль. Нет...пусть уж это только слухи и сплетни...
Она опять оглянулась на деятенльно суетящихся матросов и вздохнула.
После того, как было решено обмануть пиратов, чтобы затем принять бой Гаю сразу стало легче на душе, по крайне мере в бою все будет зависеть от них самих, а не от направления ветра или милости пиратов, с этими мыслями он спустимся в каюту и спрятал шкатулку с неизвестным грузом подальше, после этого подхваттл сумку с боеприпасами и двинулся наверх, ему почему то вспомнился мотивчик одной песни, любимой беднотой, неудержавшись парень напел :
-Dansons la carmagnole
Vive le son, vive le son
Dansons la carmagnole
Vive le son du canon!
Разумеется, за такую песню исполненую не к месту можно было поближе познакомится с полицией, однако Хопкинса это никогда не пугало, да и сомнительно, чтобы здесь оказались шпики.
Хопкинс шел прямо в пороховой погреб,намереваясь оставить патроны, порох и гранаты там, в бою времени воспользоваться всем её содержимым все равно не будет, а так оно хотя бы не пропадет зря...
Войдя в помещение он увидел мальчишку, кажется юнгу, сосредоточенно залеплявшего глиняные горшки, в которые зачем то были вставлены куски веревки...
-О господи, что это? И кого именно ты хочешь с помощью них убить?
Прекратив напевать Гай замер на пороге в ужасе уставившись на подделки, видимо долженствующие исполнить роль гранат...
Цитата:
"Кажется, на корабле бунт. Команда требует женщин и, если они не полные идиоты, вина. А еще нас берут на абордаж."
-Не иначе как наши "друзья" опять нас нашли. Либо это уже другие пираты, но тогда наша посудина точно проклята!
Помянув теусовы потроха всуе, Джакоза провел инвентаризацию своего арсенала. Не то чтобы в нем произошли какие-то изменения - как и прежде рассчитывать можно было на шпагу, кинжал да Магнуса и его клинок - но зато теперь он чувствовал себя чуть более готовым.
"Кровавый Гарри просто еще одна голова, ждущая, пока ее отделят от тела. А его сброд кучка трусов, неспособных зарезать и поросенка!" - думал Джакоза проталкиваясь куда-то в след за Магнусом,-"А они-то ведь его боятся, трусливые мыши! Как бы не бросились сдаваться при стычке!"
Джакоза был снисходителен к трусам, только когда те сражались не на его стороне и презирал тех, кто становится у него на пути независимо от их достоинств. Даже если их достоинства несомненны. Особенно если они несомненны! Неуязвимый пират! Что за чушь!
Эсси сдула со лба прилипшую челку и наградила говорившего тяжелым взглядом. Если бы молодой человек умел читать мысли, он бы густо покраснел и провалился сквозь землю.
- Это - ... гранаты, cibe an bhfuil siad micheart... - Девушка говорила медленно, проглатывая ругательства. - Я видел такие в ... деле.
Она не лгала. Пресловутый пушкарь, будучи поднят на смех собутыльниками, хоть и в зюзю пьяный, сделал три штуки и запустил одну за другой в кабатчиков сарай. Взрывом разметало деревянную стену, а свиней нашпиговало гвоздями так, что мясо пришлось выбросить - даже псы не стали это есть. Выходка стоила Эйдану половины королевской награды.
Эсси почти не сомневалась в успехе предприятия, но не считала нужным объяснять все это выскочке из пассажиров, который, наверняка, дальше родового особняка и носа не высовывал.
- Вам-то... синьор... что за интерес? - буркнула девушка, увязывая снаряды в приготовленные куски парусины. А ведь еще на потайной фонарь щиток мастерить...
* будь они неладны (гаэльск.)
- Вам-то... синьор... что за интерес?
-Не хочу, чтобы рядом со мной кого нибудь по глупости ранило, а то и вовсе отправило chez le diable*. Мне известно, как они называются и как они действуют,я тоже отлично представляю.
Даже слишком хорошо, пронеслось с голове монтенца, граната, отправившая его на раннюю пенсию тоже была самодельной, через чур тяжелой, хотя и крайне убойной, пролети она чуть дальше или будь запал чуть короче и война, для всех бывших в комнате офицеров оказалась бы оконченной, да и Гай выжил по чистой случайности, часть свинца ушла в пол, часть не пробила кирасу, а оставшеся доктора смогли достать, не добив Хопкинса.
-И гранаты выглядят не как твои подделки, а вот так...
Хопкинс вынул из сумки пару гранат и протянул юнге для сравнения.
- Я как раз принес их, на случай, если кому то понадобятся, бери если нужно. Я кстати Гай Хопкинс, можно просто Гай.
Монтенец положил сумку с боеприпасами на стол, оставив себе только пару гранат, на всякий случай.
* к дьяволу (монтенск.)
- Дайте взглянуть...- Эсси достала одну и поднесла почти к само лампе. - Да, хороши. Но вот так будет получше...
Она вынула кинжал и процарапала на свинцовой оболочке ряд бороздок. Теперь граната выглядела, словно оплетеная сеткой для копчения. В ответ на недоумевающий взгляд Гая девушка хмыкнула и пояснила:
- Легче рванет - дальше осколки полетят. Этот кунштюк мне старый пушкарь по секрету рассказал. И как горшки снарядить тоже. Он на этом деле не одну собаку съел без соли. И целехонек остался! Меня Эсси звать. Вам, месье, капитан шибко должен будет. Боцман-то покойный ни одной гранаты неснаряженной не припас, чтоб ему на том свете отчеты писать, а они не сходились! - Эсси, не глядя, покрывала остальные гранаты насечкой. Закончив, она поклонилась монтеньцу и, подхватив припасы и потайной фонарь, вышла.
На палубе стало ясно, что времени в обрез. До пиратского корабля можно было добросить бутылку. К счастью, паруса скрывали от возможных соглядатаев происходящее на палубе "Альбатроса". Девушка нашла Роджера и передала ему узлы с гранатами и фонарь.
Ланниган уже сидел на юте, у ног лежала свернутая сеть. Мастерски вплетенные грузики поблескивали в лунном свете. Он ободряюще потрепал Эсси по плечу и указал на мачту. Она кивнула, похватила линек и мигом вскарабкалась на гафель. Десятник обвязал сеть свободным концом линька и девушка быстро втянула ее на рею. Ланниган забрался следом. Вдвоем они растянули снасть по длине реи, расправили ее и вновь собрали так, чтобы в полете сеть развернулась. Усевшись на гафеле, лазутчики принялись ждать.
Переговоры номер четыре
Обычная и незамысловатая senora Felegrini, тяжко вздохнув, согласно кивнула в ответ на настойчивую просьбу senora Litta Arese. В душе она в очередной раз прокляла тот час, когда согласилась на просьбу Ферозо Донни прислуживать некой госпоже. Безусловно, Тереза Фелегрини не знала, что Ферозо Донни давно мертв и невосприимчив к проклятьям.
Обычный и незамысловатый senor Felegrini, употребив с утра доя храбрости, очередной раз проклял тот час, когда согласился на просьбу Ферозо Донни прислуживать некой госпоже. Безусловно, Джакобо Фелегрини не знал, что Ферозо Донни давно мертв и невосприимчив к проклятьям.
Предприятие, доставившее сеньорам Фелегрини массу душевных мук, успехом не увенчалось. Джакобо не нашел бумаг в каюте Роджера, пока последний выполнял просьбу Ульдериги по поиску бумаг в каютах пассажиров.
Цитата:
Единственное, что насторожило Ульдеригу, это странное поведение Роджера, который легко согласился на поиск, а к исходу дня, широко улыбаясь и смело глядя в глаза Сорте Стрега сообщил, что на корабле нет никаких бумаг, а если и есть, то, видимо, их хозяин не считает нужным сообщать никому о сорте своего груза.
На вопрос же, все ли считает нужным сообщить о цели своей поездки сам Роджер, тот мило отшутился, что является бесполезным грузом и извинился, что ничем не смог помочь. Ульдерига явственно ощутила, как за внешним спокойствием Роджера притаились страх и угроза. Нить мечей формирорвалась тем четче и тем ярче, чем более прямыми становились вопросы о самом Роджере. Женская интуиция подсказывала Сорте Стрега, что то, что ни один другой человек на корабле не вел себя подобным образом, совсем не случайно.
Заснула Ульдерига с мыслью о том, что Роджера нужно как-то раздеть и обыскать. В памяти всплывала нить Чаш, соединившая бедную сиротку и прохвоста.
Перед нападение
Ульдерига выспалась.
Цитата:
Ульдерига совершенно точно знала, что магией подобного поиска ведьма судьбы обладать не могла... по крайне мере самоучка, какой бы у неё сильный магический дар не был. Но пиратский корабль вопреки всякой логики и вероятности оказался там его быть никак не могло.
Негодуя на собственную глупость, senora Litta Arese боялась одного, Юнга принес ей амулет, ставший маяком для пиратов. Если об этом узнает команда, ей не сдобровать.
Ждать служанку для того, чтобы одеться, времени совершенно не было. Натянув мужской костюм, зарекомендовавший себя в прошлом "сражении" Ульдерига решила быть на виду, но не вмешиваться в события. Она сознавала, что ее помощь может понадобиться. Вкупе с разыгравшимся любопытством, рискнет ли Ренцо ди Анжелис напрямую обратиться к ней за помощью, senora Litta Arese принялась усиленно мелькать перед глазами последнего.
Цитата:
- Синьора, у меня будет к вам … своеобразная просьба, от которой в немалой степени будет зависеть моя жизнь и жизни доверившихся мне людей. Не могли бы вы повязать нитями судьбы клинок? Мне доводилось слышать об этой из многочисленных ваших способностей. Настаивать не могу , лишь просить, - глядя поверх плеча Сорте Стрега, я отстегнул рапиру вместе с ножнами от перевязи и положил на бочонок рядом с Ульдеригой. – Так или иначе – будет на ней плетение Нитей или нет – приду спустя треть часа.
Ульдерига даже прищурилась от удовольствия. Желание благословить сего мимо смотрящего "рыцаря" возникло самопроизвольно и захватило разум молодой женщины.
Расклад карт Мечей прошел успешно, Ульдерига почувствовала себя спасительницей и сеньора де Анжелис, и людей, доверившихся ему, собственной спасительницей, впрочем, тоже.
Ожидая Ренцо, Ульдеригу посетило озарение. Ненавистная самоучка находилась на корабле! Истончающаяся нить Чаш, соединяющая Баюна и Луизу играла как на руку, так и против. Оборотень мог стать идеальным убийцей и решением проблемы неучтенной Ведьмы Судьбы. Но он же мог и провалить все дело. Доверить уговоры хозяйке Баюна, при трезвом расчете, казалось глупым. Девчонка не выглядела достаточно опытной и умной, чтобы перебить связь. Баюн просил у Ульдериги благословения, следовательно, для уверенности ему не хватает собственных сил. Если дать ему уверенности, вкупе с желанием спасти, Баюн может согласиться на ликвидацию угрозы со стороны Сорте Стрега.
Треть выделенного Ренцо часа подходила к концу. Синьор де Анжелис попытался молча забрать свой клинок и ретироваться.
- El senor де Anzhelis, - Ульдерига старалась, дабы голос ее звучал певуче, - Посмотрите на меня. Я благодарна Вам за Ваши El valor y la valentia, и полностью доверяю собственную жизнь. И именно поэтому рискну предложить свою помощь в виде Благословения. Я всего лишь слабая женщина, но honor не позволяет мне пассивно наблюдать. Позвольте мне принять посильное участие.
Не видя особого сопротивление, Ульдерига вплотную приблизилась к капитану.
- Ренцо де Анжелис, Ренцо де Анжелис, Ренцо де Анжелис, - прошептала она и целомудренно коснулась губ мужчины.
Переговоры номер пять
- Сеньор Баюн, - Ульдерига улыбалась, - Я искала Вас, El heroe - el hombre lobo. Волей случая, я знаю о связи между Вами и предательницей, чуть не погубившей нас. Да-да, я говорю о Луизе. Она сейчас на корабле противника. Сеньор, не буду скрывать, девица очень опасна. Лишь ее неопытность позволила мне давеча обезвредить ловушку, которую она подготовила нашему кораблю. Проклятие было сильно. Помятуя о Вашей осведомленности в части магии Сорте, не вижу смысла пугать Вас описанием возможных последствий действий певички.
Ульдерига приподняла бровь, выжидая, пока уссурец переварит информацию.
- Вы хотели получить от меня Благословения, - Ульдерига непроизвольно вздохнула, мужчина был молод, отплыли они давно, - Я дам Вам его. В обмен прошу об услуге, с Вашими способностями, Вы, наверное, единственный на этом корабле, кто сможет нейтрализовать Луизу, дабы она не повлияла на предстоящее сражение. Не буду скрывать, мне не хватит сил противостоять ей, pindonga очень сильна! Свяжите девицу, оглушите, отвлеките, наконец.
У senora Litta Arese язык не повернулся предложить Василию убить Луизу. Нить Чаш не исчезла.
- Независимо от Вашего решения, я прошу Вас смотреть мне в глаза, - Ульдерига привычно приблизилась к мужчине вплотную, автоматически положила ладони ему на плечи:
- Василий Баюн, Василий Баюн, Василий Баюн.
Поцелуй завершил обряд Благословения.
Непосредственно перед боем
Ульдерига пробралась в каюту Лже-Боцмана. Бумаги убитого стоило проверить еще раз.
Техническое:
Вооружена шпильками, метательными кинжалами, как землеройка рою в поисках информациию
– Сеньор Баюн, – Ульдерига улыбалась, – Я искала Вас, El heroe – el hombre lobo. Волей случая, я знаю о связи между Вами и предательницей, чуть не погубившей нас. Да-да, я говорю о Луизе. Она сейчас на корабле противника. Сеньор, не буду скрывать, девица очень опасна. Лишь ее неопытность позволила мне давеча обезвредить ловушку, которую она подготовила нашему кораблю. Проклятие было сильно. Помятуя о Вашей осведомленности в части магии Сорте, не вижу смысла пугать Вас описанием возможных последствий действий певички.
Ульдерига приподняла бровь, выжидая, пока уссурец переварит информацию.
– Мы не можем знать мотивов Луизы наверняка! – Он стал теребить свисавший с плеча кусок звериной шкуры, в которую обычно заворачивался боевой топор, черные и темно-желтые шерстинки лоснились и блестели в свете фонаря. – Возможно, ее заставили.
Пух и кусочки шерсти опадали на палубу, Баюн почувствовал, как его пальцы вырывают и мнут шерсть сами, без всякой на то команды, и еще больше пришел в смятение от собственного волнения. Его не удивило, что Ульдерига иронично скривила губы, при виде его странных манипуляций. Сорте Стрега – дьяволица и ангел хранитель в одном лице. Баюн вытянул руки по швам и постарался ничего не трогать.
– Вы хотели получить от меня Благословения, – Ульдерига непроизвольно вздохнула, мужчина был молод, отплыли они давно, – Я дам Вам его. В обмен прошу об услуге, с Вашими способностями, Вы, наверное, единственный на этом корабле, кто сможет нейтрализовать Луизу, дабы она не повлияла на предстоящее сражение. Не буду скрывать, мне не хватит сил противостоять ей, pindonga очень сильна! Свяжите девицу, оглушите, отвлеките, наконец.
У senora Litta Arese язык не повернулся предложить Василию убить Луизу. Нить Чаш не исчезла. Тем не менее, Баюн понял, почувствовал смысл ее слов.
– Вы считаете меня варваром? Вы в самом деле думаете, что мы в Уссуре храним старинные жестокие обычаи такого сорта, что заблудшую женщину станем наказывать, используя силу? – Баюн мрачно смотрел Ульдериге в лицо. Он чуть наклонил голову, и в глазах его мелькнул страшный огонек.
– Независимо от Вашего решения, я прошу Вас смотреть мне в глаза, – Ульдерига привычно приблизилась к мужчине вплотную, автоматически положила ладони ему на плечи. Баюн зачарованно следил за ее движениями, есть что-то притягательное и чувственное в манере и жестах водаччианок. Впрочем, в этой женщине все было притягательным и чувственным – ее взгляд, губы, грация.
– Василий Баюн, Василий Баюн, Василий Баюн.
Поцелуй завершил обряд Благословения.
Уссурец слегка покраснел, пульс его колотился на пределе, воздуха катастрофически не хватало. Он никак не мог понять, кому из двоих ведьм больше хочет сломать шею? Скользких досок на палубе хватает. Всегда можно будет сказать, что она оступилась и упала…
Времени на раздумья у уссурца не было. После того, как «Черная Акула», взяв чуть влево, дала первый картечный залп, Ренцо отдал приказ положить «Альбатрос» в дрейф. Он, в компании из айзенца, Баюна и пары матросов ожидал на юте действий вражеского капитана. Канониры, спрятанные в засаде в кормовой надстройке, вытащили заглушки из запальных отверстий и готовились поджечь фитили в любую минуту. Все на Альбатросе замерло, ожидая команды.
Гарри снова чуть повернул вправо, направив свой корабль к жертве по кратчайшему пути. Через пятнадцать минут суда с треском ударились бортами, и абордажные крюки крепко вцепились в доски шлюпа. Десятка два-три коренастых головорезов, державших в руках абордажные сабли и кортики, перепрыгнули с палубы «Акулы» на шкафут «Альбатроса». Еще столько же выстроились вдоль борта, с мушкетами в руках, наведя их на ют торговца и прикрывая десант. Командовал десантом высокий человек со страшным лицом покрытом шрамами. На голове незнакомца сверкал айзенский шлем, а кираса, так же из драхенайзена была украшена изображением Левиафана. На грубых кожаных перевязях, надетых поверх кирасы, болталась пара пистолетов, в руках рыцаря был непривычно смотревшийся на фоне полных айзенских доспехов двуручный топор. Нетерпеливо поднявшись по короткой лестнице на ют, он остановился перед Ренцо.
– Какого дьявола ты делаешь на моем судне, а? – нагло спросил айзенец, подчеркнув слово «моем». – Это редкостная глупость, не выброситься за борт, когда я на корабле. Ты меня не достаточно уважаешь, щенок. – Пираты за его спиной дружно загоготали.
– Придется преподать тебе урок.
Топор айзенца проделал в воздухе полукруг, и матрос, оказавшийся в смертельном радиусе, упал с проломленным черепом. Кровавый Гарри, а в том, что это был он, не было никаких сомнений, ринулся на ди Анджелиса и его спутников.
– Я хорошо учу уроки, – ответил побледневший от ярости Ренцо, уходя с линии удара, – а ты? – Клинок водаччианца ткнулся в айзенский доспех, ища сочленение в латах.
Судно содрогнулось от залпа спрятанных на корме орудий. Все, кто не успел заблаговременно заткнуть уши, оглохли. Утренний сумрак на миг озарился искрами и огнем. Щепки и осколки картечи разлетались в стороны. В воздухе повисли пороховой дым и крики боли и ярости. Пираты, успевшие перебраться на борт Альбатроса, упали, скошенные порцией металла. Со шкафута Акулы донеслась команда «Огонь», и мушкетеры разрядили оружие в несчастных на юте и корме. Новая волна пиратов хлынула на борт шлюпа и устремилась к корме, где их уже готовились встречать канониры с саблями в руках. С мачт в сторону мушкетеров и первых нападающих полетели самодельные бомбы. Это проредило ряды пиратов, но уж точно не охладило пыл остальных.
Ренцо, Магнусу и Баюну удалось втроем оттеснить Гарри к лестнице, но, казалось, айзенцу помогает сверхъестественная сила - он так и не был задет, и успешно уворачиваясь и принимая скользящие удары наручниками или кирасой, опасно отвечал ударами топора. Новые пираты, как тараканы, сыпались на палубу Альбатроса, спеша на помощь разъяренному капитану. Их было около сотни – отъявленных головорезов в кожаных штанах и голых по пояс. Противостояло нападавшим пятьдесят без малого матросов в тельняшках и рваных парусиновых рубахах. На тесной и скользкой от крови палубе разверзся ад.
Техническое:
Статистика.
Альбатрос: 40 живых матросов, 4 убитых, 6 раненых.
Акула: 60 живых матросов, 30 убитых, 10 раненых.
Первый раунд тактически выигран защитниками, но численный перевес все еще на стороне нападающих.
Количество Приспешников: 6.
Количество Злодеев: 4.
Скрытый текст - Кровавый Гарри:
Айзенский рыцарь-пират
Мощь 4
Мастерство 2
Разум 3
Стойкость 2
Характер 2
Способность: "Без жалости"
TN Зашиты 30. Поглощение 2 кубиков урона.
Атака 5с2 + 2с2. Повреждения 7с2 + 2с2. 5КС на клинке
Луиза Кораддини:
Сорте Стрега
Мощь 2
Мастерство 2
Разум 3
Стойкость 3
Характер 2
TN защиты 20.
Оружие - кортик.
Атака 5с2 + 5 + 2с2. Повреждения 3с2 + 2с2. 5КС на клинке.
Скрытый текст - Андрий Медведев:
Уссурец-медведь
Мощь 3+2
Мастерство 3
Разум 1
Стойкость 4
Характер 2
TN защиты 20.
Оружие - когти, зубы.
Атака 6с3. Повреждения 5с2.
Али Абу аш Бабах:
Крещентский пират, боцман "Акулы".
Мощь 3
Мастерство 3
Разум 2
Стойкость 3
Характер 3
TN защиты 20.
Оружие - парные ятаганы.
Атака 6с3. Повреждения 6с2.
Пиратская лоханка подошла почти вплотную... и тут же все пошло наперекосяк. Грозный Гарри-как-его-там и не подумал подниматься на ют. "Go raibh tu choke ar cnamha eisc, mac soith! *" Вместо того, чтобы честь по чести принять сдачу, пират принялся ни с того ни с сего сыпать плоскими ругательствами и размахивать топором. Бритоголовая образина с двумя саблями, стоявшая по левую руку от него, ощерилась и тоже полезла в бой.
Гарри меж тем, целил в капитана и только в него. Девушка тихо скрипела зубами от ярости и бессилия.
Пушки рявкнули одновременно и внезапно. Если бы не предусмотрительность Ланнигана, велевшего заткнуть уши паклей, она бы потеряла слух. Внизу начался форменный ад. Злые, как черти, пираты повалили на выручку своим. Роджер не растерялся и встретил их градом из глиняных и свинцовых гранат вперемешку. Даже сама Мамаша Дженкинс, каждую субботу еще на дальних подступах встречавшая забулдыгу-муженька прицельно швыряемой утварью, не смогла бы лучше. Ланниган на своем конце реи поднял большой палец - он тоже оценил сноровку.
Отвлекшись, они чуть не пропустили нужный момент. Уссурец, северянин и капитан втроем оттеснили Гарри, бритоголового и еще одного невзрачного типа с мерзкого вида зазубренным лезвием к лестнице на ют. Эсси посмотрела в сторону Ланнигана, чтобы убедиться, что он тоже видит - десятник махнул перевязанной рукой. Они одновременно выбросили край сети вперед, чтобы тяжесть грузиков потянула за собой остальное. Мокрая сеть упала даже быстрее, чем можно было ожидать и накрыла всех троих пиратов. От неожиданности они запутались в крепких просмоленных веревках, смешались в кучу-малу и рухнули под ноги атакующим вяло шевелящимся клубком. Как и условились, девушка, легко удерживая равновесие, пробежала по гафелю к самой бизани. Ланниган уже был там и смотрел куда-то вперед. Он вынул паклю из одного уха и поманил Эсси.
- Много их. Слишком. Надо сети подрубить над ними... Дуй на грот-марса, сынок. Как рукой махну, руби линьки над ихним бортом.
Девушка не стала спрашивать, отчего он не пойдет сам. И так понятно. Сердце ее преисполнилось благодарности к десятнику, остающемуся на опасной позиции. Обхватив бизань, она как куница вскарабкалась выше - к канатам, соединявшим две мачты. "Не смотри вниз. Просто не смотри." Держась за мачту одними коленями, Эсси положила поперек каната кинжал в ножнах, схватила его с двух сторон и с силой оттолкнулась от прохладного дерева. "Меня тут нет! Nil aon rud ag dul ar aghaidh, rud ar bith!**" - повторяла она, уже уперевшись босыми пятками в щербатую после прошлой атаки грот-мачту. "Меня нет. Не смотрите наверх!" -продолжала бормотать, спускаясь к грот-марса-рее, на которой были закреплены защитные сети. Где-то здесь должен быть и Роджер, если ему не хватило сообразительности сбежать от пуль... Где-то здесь... Неважно. Привалившись к мачте, девушка помахала рукой в темноту. "Oinseach. Он был прав. Дура, как есть дура... Луна-то на бизань светит..." Она резко дернула свой край сети. Туго натянутые, на совесть промоченные канаты загудели. Несколько мгновений спустя пришла ответная волна. Ланниган чуть выждал и махнул рукой. Эсси поползла по рее, разрезая удерживающие сеть канаты. Отцовский клинок проходил сквозь просмоленную пеньку как через травинки. В Ланнигане сомневаться не приходилось - весь вечер накануне он вострил свой баллок. [1] Подхватив сеть, она перерезала последний канат и, заметив движение десятника, отпустила. Сеть накрыла пиратов, топчущихся в ожидании своей очереди кромсать, рубить и колоть.
Эсси выдохнула и огляделась. У юта шла ожесточенная рубка над спеленутыми пиратскими вожаками, пираты с Черной Акулы, хоть и поредевшие, не растеряли энтузиазма. "Считаете своего вожака непобедимым? А как вам вот это?"
Девушка прислонилась в мачте и заорала во всю мощь тренированных легких, перекрывая шум побоища:
- О нет, капитан Гарри! Они завалили капитана Гарри! Мы пропали!!!
На всякий случай, она перелезла повыше и затаилась
Скрытый текст - техническое:
броски кубика на сети лежат в оргтеме. Последняя выходка - попытка деморализовать противника.
Героиня сидит на грот-мачте (над самой заварушкой), спустится и будет драться только если опасность будет грозить Ренцо (поскольку единственный человек, умеющий управлять кораблем), Ульдериге (потому что та еще деньги не отдала) и Баюну (как будто Эсси было мало проблем). С остальными пассажирами ее ничего не связывает.
* Чтоб тебе рыбной костью подавиться, сукин сын! (гаэльск.)
** Тут ничего не происходит, ничего! (гаэльск.)
[1] Небольшая пасхалка - кинжал получил название за характерную форму гарды, напоминающую тестикулы. Таким образом выражение *ВНЕЗАПНО* приобретает двусмысленной характер.
Весёлый Роджер
На корабле творилось настоящее безумие, рвались гранаты и визжали пираты. Кровавый Гарри сражался как лев и никак не хотел умирать, равно как и выполнять другие рекомендации любезно высказываемые Джакозой в его адрес.
И тут сверху упали сети и над шхуной разнеслось:
Цитата:
-- О нет, капитан Гарри! Они завалили капитана Гарри! Мы пропали!!!
И хотя Гарри был несомненно жив, а его подручные не торопились сдаваться, Джакоза почувствовал, что еще немного и они переломят ход битвы; еще чуть-чуть и пираты дрогнут. Он рванулся вперед пытаясь достать шпагой одного из бьющихся в сетке разбойников, когда что-то обожгло его правую руку. Сыпя проклятьями на монтеньском он обернулся (отсутствие правого глаза заставляло его изрядно крутится в бою) и увидел стоящего на палубе пирата с дымящимся пистолетом в руках и огорченной ухмылкой (демонстрирующей отсутствие солидного количества зубов) на лице.
-Это пустяк!-крикнул ему Джакоза, дабы развеять все сомнения относительно серьезности его раны и устремился в атаку, намереваясь огорчить бедолагу еще больше. Его опонент оказался не лыком шит и, без сожаления отбросив ненужный более пистолет, приготовился было встречать Джакозу сталью, но, чуть отступив, поскользнулся на чьих-то кишках и прежде чем он успел восстановить равновесие шпага Джакозы нашла его шею.
Выдергивая клинок из тела поверженого врага, одноглазый авантюрист почувствовал, что сбоку, а точнее уже сзади него движется что-то большое и черное. Время будто бы застыло; все вокруг него двигалось какими-то рывками. Он повернулся и с изумлением увидел на палубе корабля громадного медведя. Зверь (а зверь ли это?) взревел; Джакоза сглотнул. Ему посетила целая плеяда интересных мылей.
Мыслей о том что...
НА ЗВЕРЕЙ ОХОТЯТСЯ С РУЖЬЯМИ И СОБАКАМИ...
КОННЫМИ И С КОПЬЕМ...
ПЫТАТЬСЯ ФЕХТОВАТЬ С МЕДВЕДЕМ БЕСПОЛЕЗНО...
СТОИТ МЕДВЕДЮ НАВАЛИТСЯ НА ТЕБЯ И ТЕБЯ УЖЕ НИЧТО НЕ СПАСЕТ
Один из матросов "Альбатроса", вскрикнув то ли от страха то ли от гнева, попытался ударить зверя клинком, но не достал. Медведь и не думал уклонятся, он просто остановился и, как показалось Джакозе, с некоторым презрением подождал пока сталь рассечет воздух перед его мордой и, рванувшись с неожиданной для такой туши скоростью, повалил беднягу на палубу. Он вел себя не как дикий зверь - не наносил беспорядочных ударов лапами, не сдирал скальп, не выпускал внутренности - просто придавил жертву лапами и, одним движением разорвав горло, двинулся дальше.
К своему собственному немалому удивлению, Джакоза начал двигаться обходя медведя слева. Ступая по вымазаной в крови палубе на негнущихся ногах, он едва не упал, запнувшись о чье-то тело. Зверь фыркнул. Джакоза почувствовал себя дураком, кровь бросилась ему в голову прогоняя страх. Схватив с палубы первое что попалось под руку -это оказалась чья-то отрубленная кисть- он метнул свой снаряд медведю в морду.
"Я спущу с тебя шкуру и помочусь на труп! А шкуру в свинарнике повешу!"-бесился Джакоза про себя. Кисть описала аккуратную дугу и шлепнула медведя по морде как брошенная перчатка. Зверь взревел, оскорбленный "вызовом на дуэль" и устремился в атаку.
"до начала боя"
Волькер наблюдал за началом "переговоров", если их так можно было назвать. Вражеский капитан вел себя слишком самоуверенно и нагло, не догадываясь о нескольких пушках, которые отправят к праотцам всю первую волну вторжения. Айзенцу следовало бы радоваться тому, что все удалось сделать незаметно, хищно улыбнуться или хотя бы почувствовать удовлетворение от сработавшей задумки синьора Ренцо, но нет...Дорк как зачарованный смотрел на доспехи из драхенайзена, которые надежно защищали пирата. Почти полный комплект. "Как же так, Теус...они не должны быть у пирата...не должны..." - думал он. Это не паника, не страх (впрочем, он и присутствовал, но Дорк не признал бы это и под дулом пистолета), бывший наемник просто не понимал, как такое могло произойти вне земли Айзена. Там после войны было всякое...хоть простые люди редко когда собирали такой почти полный комплект доспехов.
Залп пушек вывел боцмана (теперь Волькер по праву мог так называться) из того состояния пораженного недоумения, послужив сигналом к действию обоих сторон. С криком "Вперед!", воин бесстрашно ринулся в бой...
"во время боя"
Наверное, айзенец сражался, как тысяча Легионеров. Во всяком случае, он почти в одиночку с минимальной поддержкой сражался с четырьмя противниками и даже теснил их. Разряженный пистоль валялся где-то на палубе, перезаряжать его совершенно не было времени, надеяться приходилось лишь на рапиру и панцерхэнд.
Фехтовальщики из этой четверки были не лучшие. Один слишком сильно открылся и к тому же помешал своим товарищам длинным взмахом абордажной сабли. Точный укол в сердце - и сейчас их только трое. Чей-то выстрел сзади - попал - теперь уже двое. Вскоре пират остался в гордом одиночестве: второй с воплем упал, зажимая глубокую рану в животе. После нее живут недолго, так что...
Что?
Пират на удивление спокойно достал пистолет. Слишком спокойно. И слишком быстро.
- Твою...
Выстрел.
Попал. В плечо. Правое.
Но Дорк тоже умел двигаться быстро. И вскоре стрелок оказался лицом к лицу с разъяренным боцманом.
- Арргх! - и удар левой в челюсть. А на левой руке была боевая перчатка.
Айзенец и не подозревал, что может бить так сильно. Пират улетел на пару метров, хотя кто-то мог сказать, что бессознательное тело пролетело гораздо больше. Однако на этом злоключения безвестного и одноглазого (а также теперь беззубого) не закончились: об него споткнулось еще пара абардажников с "Акулы". А об них - еще трое...вскоре образовалась небольшая свалка, тем не менее задержавшая атакующих и ослабившая их натиск.
Крикнув своим что-то ободряющее, уроженец Фишлера вместе с подоспевшими матросами продолжал сдерживать постепенно слабеющий натиск врага...
Одного залпа из засады хватило, чтобы два десятка пиратов разом отправились на свидание с Кракеном. Еще полтора десятка были убиты или ранены гранатами. Кто скажет - ерунда, тот никогда не видел, как один за другим гибнут его товарищи, как головы разносит на куски и пробивает навылет легкие, как внезапно приходит смерть… Выдержать такое зрелище не каждому под силу.
Волна атакующих захлестнула Альбатрос. Она двумя острыми углами вклинилась в расположение защитников, образуя некое подобие двух клиньев – у носа и кормы. Два десятка пиратов встали у борта и ударили по защитникам из мушкетов. Если Баюн не ошибался, то такой фокус назывался абордажным залпом. Правда, описание в книге не давало представления о реальном эффекте. Поистине страшный тактический приём. Утренняя темнота мешала мушкетерам прицелиться, но несколько пуль все же нашли цель. Запасных мушкетов у атакующих не нашлось, но их заменили пистолеты. Впрочем, пистоли были и у защитников. Каждый выстрел, нашедший плоть, уносил чью-то жизнь или серьезно ранил, умножая потери и сея панику в сердцах. Пиратский капитан попал в ловушку, приготовленную защитниками. Удача сопутствует безумным планам, сети спеленали заодно и сурового боцмана, чьи клинки вместо плоти тщетно скребли доски палубы. Пираты, предпринявшие попытку вызволить Гэровалда и Абу аш Бабаха, наткнулись на защитников, возглавляемых Волькером. Айзенец выстроил матросов коробочкой, заставляя время от времени менять ряды, чтобы руки, держащие клинок, отдохнули, пистолеты перезарядились, а раненым могли оказать помощь. Пираты, лишенные поддержки командиров и несущие потери, сбавили натиск. Казалось, еще миг, и атакующие дрогнут.
Всё испортил Медведь. Когда уже побежали первые пираты, когда некоторые младшие офицеры на свой страх скомандовали отступление, он сам ринулся вперёд. Его не остановил выстрел одного из защитников – оборотень лишь покачнулся и продолжил бежать. Когти и зубы разрывали защитников на части в прямом смысле слова. За медведем, почуяв запах свежей крови, потянулись и остальные убийцы.
Уже праздновавший победу Ренцо заскрипел зубами. У Гарри оставалось ещё слишком много бойцов, вряд ли матросы Альбатроса смогут сражаться с ними на равных.
Пуля просвистела над головой уссурца и засела в досках переборки.
– Мать! – Баюн всмотрелся в темноту, пытаясь понять, кто руководил действиями стрелков, и добавил оборот похлеще. С палубы Акулы донесся знакомый смех. Было слышно, как Луиза Кораддини отдает приказания на водачче. Пока на Альбатросе шла ожесточённая рубка, вражеские мушкетеры, пережившие атаку гренадеров, перезаряжали оружие. Черт побери! С такими малыми силами они ухитрились уничтожить почти половину пиратов – и все-таки проиграют?! Ну уж нет!
– Волькер, удерживайте их здесь. У нас есть минут пять-десять до нового залпа, не больше! – сообщил Баюн айзенцу. – Отведи часть людей за каюты. Если начнут срелять, пусть остальные укроются за планширом.
Ответ боцмана потонул в лязге клинков и воплях сражающихся.
– Бей проклятых ублюдков!!! – рёв Баюна прорвался через шум битвы. Он яростно рубил топором, желая убить как можно больше и не заботясь о защите.
Один из пиратов упал на палубу рядом с уссурцем и закрыл глаза. Всё, кроме пустоты перестало для него существовать. Меч водаччианца, прикрывавшего уссурца сбоку, нашел горло другого пирата. Хороший удар. Кажется, водаччианца звали Джакозо.
– Парень, делай что хочешь, но мне никто не должен помешать!!! – заявил оборотень водаччианцу. - Слышишь, никто! – повторил Баюн, затем повернулся к Луизе.
"Твой выход, малыш ирби!" – настало время и уссурцу открыть козырь.
– Ведьма, я вызываю тебя на поединок!
После драки с Капитаном, в которой он использовал шкуру гепарда – самого мощного в списке его духовных товарищей, Баюн еще ни разу не призывал силы Матушки. Это был его последний довод, секретное оружие, способное переломить хребет самому серьёзному врагу, а такие вещи нельзя применять бездумно.
К сожалению, знание принципов действия заклинаний Сорте не давало никакой возможности им противостоять. Если и существовали на Тейе способы защитить Нити Судеб, то уссурец их не знал, ему были известны только детали, усложняющие ведьме работу с Нитями. Чтобы исключить возможность встретиться с Сорте Стрега взглядом, Василий решил позвать того из своих помощников, кто больше доверяет слуху и обонянию. Серый туман окутал фигуру оборотня, и через несколько мгновений на палубе вместо человека стоял дымчатый ирбис. Одним прыжком зверь покрыл расстояние метров в пятнадцать и приземлился на четыре лапы перед Сорте Стрега. Ведьма обнажила клинок и забормотала проклятья.
Техническое:
Эссильт успешно захватила Гарри и Шараха и одного из Приспешников в сети. Троица пиратов временно в захвате.
Волькер выполняет сдерживание позиции.
Роджер рубится рядом.
Джакозо вызвал на дуэль Медведева
Баюн разбирается с Луизой Кораддини
Пираты атакуют корму навалом
Оставшиеся на борту Акулы перезаряжают мушкеты
Апд. Гай Хопкинс лезет на прорыв.
Магнус переходит в самую гущу рубки
Стоя плечом к плечу с другими пассажирами, Магнусу было тяжело развернуться - хотя он таки исхитрился и достал клинком этого странного, в своих доспехах больше похожего на рыцаря, пирата, тот просто отступал назад, как будто толкаемый под гору валун. Не оставляя надежды прорубить доспех врага, вестенманнавеньярец устремился следом и тут внезапно (и, надо сказать, очень вовремя) упавшая сверху сеть накрыла предводителя пиратов.
- Вот и конец! - крикнул Магнус, вскидывая на головой меч... и едва успел опустить его на голову выскочившему из порохового дыма полуголому коротышке. И второму. Пираты, залитые кровью и оглохшие от взрывов, залпов и собственного воя, катились валом.
-Еtt javla fittstim!* - грубо проорал им в ответ сын Эрика. Его меч взлетел на палубой, как дракон и рухнул, как телега, полная свиней в обрыв - с хрустом и визгом, ломая клинки и кромсая плоть. С залитыми кровью и полу ослепшими от порохового дыма глазами, со стороны Магнус, наверное, напоминал бы героя из песен скальдов, если бы не проклятия, одно изящнее другого, постоянно им изрыгаемые.
лингв. .:
*косяк, но не рыбы, а женских половых признаков (швед.)
"В кризисной ситуации командир должен сохранять контроль и не рисковать понапрасну своей жизнью."
Так его учили в военной академии,а вот пиратский лидер об этом судя по всему об этом не знал,поэтому и отправился вперед,уверенный в себе. И как назло забрался туда,где его не достал пушечный залп...
Дальше,все произошло очень быстро,с обоих сторон началась пальба,посреди палубы возник медведь,мгновенно переменивший ход боя,ранее бежавшие пираты начали наступать и отсекли Гая,с парой матросов от общего строя,тесня к носу корабля.
Уклонение,ложный замах и удар, тело пирата осело на палубу,а его товарищи в это время рвались вперед,стараясь разбить строй,он и пара матросов получила бы пару секунд перерыва,если бы Хопкинс не увидел,как оставшиеся на "Черной акуле" пираты начали перезаряжать мушкеты...
"После второго залпа нам не удержаться" промелькнуло в голове монтенца,он по боевому опыту отлично знал,что такой залп может сделать,да и свежий пример стоял перед глазами. Нет. Этот строй нужно прорвать и занять чем нибудь другим...
План созрел мгновенно,выхватив гранату парень поджег фитиль и бросил в сторону мушкетеров.
-За мной. Бросил он на воддаче ближайшим матросам и рванулся вперед,намереваясь перепрыгнуть на пиратский корабль и атаковать стрелков,занятых перезарядкой.
Техническое:
Бросок гранаты,переправа на вражеский корабль и героическое деяние - прорыв линии.
За клинком к Ульдериге я заглянул спустя треть часа, наполненную скрипом лафетов, лязгом орудийных стволов, натянутыми , словно струны, верёвками. Впрочем, синьора словно чувствовала моё волнение (хотя почему – словно?), и преподнесла несколько неожиданный сюрприз.
Цитата:
- El senor де Anzhelis, - Ульдерига старалась, дабы голос ее звучал певуче, - Посмотрите на меня. Я благодарна Вам за Ваши El valor y la valentia, и полностью доверяю собственную жизнь. И именно поэтому рискну предложить свою помощь в виде Благословения. Я всего лишь слабая женщина, но honor не позволяет мне пассивно наблюдать. Позвольте мне принять посильное участие.
Отговаривать благородную женщину я не стал, молча принимая подарок.
« У неё прозрачно-голубые глаза, словно небо в Терамо летом…»
Поцелуй был мягким, ненавязчивым, сдержанным, с чётко осязаемым букетом – дорогое терпкое вино, луговые травы и ещё что-то, что-то неуловимое, трудноощутимое, присутствующее где-то на грани. В закромах памяти шевельнулось, ожило нечто, давно позабытое, отставленное, отброшенное в сторону…
Я позволил себе вольность, за которую в Водачче легко сносят голову – стянув перчатки, на мгновение осторожно взял руки колдуньи за тонкие запястья.
Когда синьора отстранилась, молча поклонился, и вышел в коридор.
Приводить себя в порядок пришлось довольно долго – минуты две-три, прислонившись к переборке и закрыв глаза расталкивать, растаскивать, распихивать нахлынувшую орду цветных воспоминаний по закуткам памяти, так, как скупой ростовщик прячет в сундуки золото… хотя, скорее, с тем же чувством, что присуще похоронных дел мастеру при зарывании очередного покойника на кладбище.
Взвесив рапиру в руке, я убедился в том, что оружие почти не изменилось ни по весу, ни по балансу – довольно старый мой спутник, «ауфсписепапир»*, по всей вероятности – айзенского происхождения, добрые 37, почти 38 водаччанских дюймов** стали, ромбовидное сечение, жесткая крестовина, эфес из круглых и гранёных плоских профилей. Прошлый мой клинок – трёхгранная «стокатта» оружейников моей многострадальной родины – сгинул в пучине, и был заменён трофеем, который, как и его предшественник, пока ещё ни разу не подводил.
Пистолет в сумочке был перезаряжен ещё на гандеке. Следовало спешить на ют, готовиться к встрече гостей.
***
«Терция! Ещё раз терция! Кварта!»
Тонкий клинок «ауфсписепапир»а рыскал вокруг Гарри, как гончая вокруг медведя, выискивая щели в доспехах. Как бы айзенцы не хвалились своими поделками – в них всегда найдётся изъян, рано или поздно тонкая полоска стали проскочит, и вот тогда…
Размахивания капитана «Акулы» двуручным топором особого успеха не имели – слишком тяжелое оружие легко было отвести, отбросить в сторону – главное – подгадать с моментом.
Уходя от очередного удара – мельком, боковым зрением отметить положение дел у других, впрочем, заметить удалось только Дорка, который в мешанине тел и стали на окровавленной палубе, походящей на цех скотобойни в процессе работы, расшвыривал вражеских матросов при помощи латной перчатки, и незнакомого пассажира, который немилосердно калечил подвернувшегося ему под шпагу медведя (медведя?!).
В ушах звенело от прошедшего орудийного залпа и разорвавшихся гранат, хотя крики сражающихся и звон стали легко перекрывали эту завесу.
Гарри и бритоголовый крещентец с парой клинков медленно отступали под натиском моей рапиры, топора Баюна и двуручного меча давешнего северянина, интересовавшегося, владею ли я монтеньским. Как только наши оппоненты начали скатываться по лестнице с юта, шлёпнувшаяся сверху сеть прервала их попытку к бегству.
Грохнул мушкетный залп, пули взвизгнули где-то рядом, брызнули в стороны щепки.
«Слава Пророку, мимо…» - мелькнула где-то в голове не свойственная для меня мысль. Баюн сорвался с места и перемахнул через фальшборт, очевидно, найдя для себя цель на шлюпе, а северянин, изрыгая непонятные мне ругательства в сторону противника, подобрался к Гарри, но уроженцу Вестена никак не удавалось рубануть по пиратскому вожаку – слишком часто и нагло налетали на него пираты, получая в качестве ответа удар двуручным мечом.
Следом за охотником перебрался на «Акулу» и давешний пассажир с кортиком в руках, успокаивавший команду перед боем. Среди сражающихся на палубе на мгновение мелькнула спина Дорка, руководившего матросами.
Самой большой проблемой по-прежнему оставались пиратский вожак, и бритоголовый крещент…
«Айзенские доспехи…Айзенские доспехи… А ведь они пропускают жидкости?»
Идея была безумной. Абсолютно безумной. И для неё требовалось пробиться поперёк палубы, кишащей пиратами, и обратно.
- Partiamo***, - я утёр испарину со лба рукавом, и почти скатился по лестнице, мимо пиратских главарей, мимо матросов «Альбатроса», возглавляемых Волькером.
«К левому борту…»
Ощеренная смуглая одноглазая рожа с абордажным тесаком в руках. Шаг в терции, отвод дагой, рапирой по физиономии. Не нравится? Да, это не твоя железка, не покалечит, но получить стальным прутом тоже неприятно.
Вперёд.
Юнец, с несколько безумным выражением лица. Скользящий блок, дагой – в грудину и провернуть. Бульканье, треск разрываемой плоти, рванулся вверх и в стороны небольшой кровяной фонтанчик.
Вперёд.
Приземистый, невысокий, но широкоплечий моряк с парой кинжалов. Обычный поперечный блок, ногой в живот, эфесом в челюсть.
«Я с тобой церемониться не буду…»
Вперёд.
Крещентец с ятаганом. Чем-то похож на того, что сейчас палубу рядом с ютом клинками скребёт, да для меня большинство из них на одно лицо. Встречный удар, восьмёрка, оттолкнуть, пнуть по колену, проскочить за спину и «ауфсписепапир»ом по спине крест-накрест.
А вот и искомый. Корабельный односторонний фонарь, масляный, металлический, с одной широкой стеклянной стенкой.
Кинжал в ножны, и цапнуть за кольцо, назад…
«Crud****!»
Последний оклемался гораздо быстрее рассчитанного, рубанул сверху вниз.
Взвизгнул рапирный клинок, принимая удар, где-то на задворках сознания мелькнула мысль:
«Угол! С углом ошибся!!»
Так и есть, айзенский клинок прижался к груди, чуть вдавился в плоть хозяина. Впрочем, хуже было бы, если бы оппонент меня полностью достал. Да и так положение идиотское – спиной к бочонку, а спереди спасшая меня железка, и чуть выше неё – ятаган крещентца, дотянувшийся до рёбер.
«Переведёт в колющий, или надавит посильнее – распотрошит… »
Пират ухмыльнулся, словно читая мои мысли, но спустя долю секунды усмешка исчезла с его лица вместе с парой зубов изо рта – осветительный прибор, очертив плавный полукруг, и , заставив клинки цапнуть мою плоть, встретился с лицом оппонента.
Стряхнуть ятаган, (зар-раза, в грудной клетке отдаёт, неужто зацепил чего?), ногой в промежность, крестовиной в челюсть…
«Троица встала…»
Разбежаться вдоль надстройки, использовать удар любителя абордажных сабель, как трамплин, оттолкнуться, и обратным полупереворотом – к своим…
«Отдышаться бы… Почему так грудина болит?»
В висках знакомо застучали молоточки.
- Ну уж нет, не сейчас…
Гарри. Вот он, шевелится в своей скорлупе, словно черепаха, перевёрнутая и выброшенная на берег, северянин по-прежнему раскидывает пиратов.
К сети. Где голова? Где, Легион меня побери (а он, судя по сегодняшнему бою, заберёт всех его участников), голова этого негодяя?!
Изящный, украшенный шлем, пара отверстий для глаз – чуть пошире, несколько помельче – для дыхания.
- Жри, - рычу я, плюхнувшись сверху на тушку Гарри поверх сети, и выждав момент, когда пират подымет голову, разбиваю на корабельном фонаре стекло, фактически надевая осветительный прибор поверх шлема. Масло, липкое, долгогорящее, стекает поверх и внутрь доспехов.
Платок из кармана. Огонь, где взять огонь? Не колотить же рапирой по доспехам?!
"Сумка..."
Пистолет покинул своё пристанище. Выскочивший пират, которого не успел достать северянин, получил рукояткой в лицо.
Тонко «запел» колесцовый механизм, грохнул выстрел, по белой ткани побежали язычки пламени.
Отшвырнув в сторону разряженное оружие, обжигаясь, и ругаясь, на чём свет стоит, я насадил тлеющий, готовый разгореться кусок ткани на клинок. Рапира рванулась к шлему Гарри, под одетый на голову фонарь, который вот - вот должен был упасть…
Протолкнув ткань в щель между шлемом и доспехами, торопливо заскользил острием по металлу, ища относительно уязвимые места возле шеи. Пожалуй, сюда, уколоть и провернуть, и вот сюда...
__________
* - «прошиватель бумаг» (дословный перевод с айзенского).
** - водаччанский дюйм равен 2,66 сантиметра.
*** - приступим (вод.)
**** - мразь! (вод.)
Сообщение от Ренцо
К сети. Где голова? Где, Легион меня побери (а он, судя по сегодняшнему бою, заберёт всех его участников), голова этого негодяя?!
- Жри, - рычу я, плюхнувшись сверху на тушку Гарри поверх сети, и выждав момент, когда пират подымет голову, разбиваю на корабельном фонаре стекло, фактически надевая осветительный прибор поверх шлема. Масло, липкое, долгогорящее, стекает поверх и внутрь доспехов.
Клубок под сетью временно прекратил активные шевеления. Из-под спутанных веревок донеслось робкое:
- Шурик, а может, не надо? Это не наш метод!
- Надо Федя, надо...
Техническое:
Здесь должна сочиться кровью кровавая сцена кровавого убийства Кровавого Гарри, но она слишком кровава, потому я решил поставить вместо нее вот эту картинку:
До начала боя Фаррел успел переодеться, сменив плащ исследователей на более привычный жюстокор, и отнести свое оружие в помещения юта, где планировалось организовать засаду.
Когда все началось, Фаррел по сигналу капитана тенью метнулся в люк и сказал одно слово:
- Пора.
Сразу после этого О'Брайен закрыл глаза и заткнул уши руками, и следом сказали свое тяжелое слово пушки. Помещение наполнилось дымом и гарью, кто-то ругался, канонир, старый, рыжий моряк, смеялся, несколько матросов отодвигали пушки, освобождая место для стрелков. Фаррел, немного придя в себя, взял аркебузу и шагнул к двери. Выстрел - валится пират карабкающийся на борт Альбиноса - инисморец делает шаг назад и перезаряжается. Шаг вперед - выстрел - шаг назад и снова перезарядка. Очень скоро помещение наполнилось дымом, стрелять приходилось наугад, по неясным мечущимся впереди теням.
Фаррел решил покинуть ют и подняться на мачты, куда-нибудь в "воронье гнездо", откуда и вести огонь по врагу. Шаг назад и по тому же люку в потолке он выбрался на палубу. По лестнице не пройти - там кипит схватка - однако вот в ограждении пробита вражеским залпом дыра, через которую легко спуститься на центральную часть палубы. О'Брайен, подбежав к краю юта, с опозданием заметил, что бой шел уже по всей палубе. Взмах аркебузы, в голову приходит мысль: "Не нарваться бы на дружественный клинок", возглас:
- Позвольте пройти! - и Фаррел ступил на плечо ближайшего пирата. В следующий миг приклад аркебузы ударяет пирата в лоб и юноша, продолжая движение, приземляется на скользкую палубу, тогда как оглушенный пират валится позади. Устоять на ногах все таки не удалось, инисморец припал на одно колено, отозвавшееся болью. Это не важно, важен другой пират, стоящий перед Фаррелом с двумя короткими саблями - выстрел аркебузы, сабля противника полосонула по плечу, а сам он падает с простреленной грудью. О'Брайен обернулся к первому пирату, пожилому, с обветренным лицом со сломанным носом и старым шрамом пересекающим лоб, моряку, послужившему ступенькой: контуженный, он тряс головой, медленно приходя в себя. Фаррел протянул руку и вытащив один из пистолетов противника добил его.
Окрик:
- Не зевай! - и вот рядом валится еще один из нападавших. Инисморец вскочил, одновременно разворачиваясь и оглядываясь. Какой-то из моряков Альбатроса, в яркой, пестрой накидке подмигнул ему и исчезает в круговороте битвы. Чтож, стоит поторопиться и взобраться наверх.
ОСВОБОЖДЕНИЕ ИЗ ПЛЕНА
освобождение:
Тео проснулся от резкого удара головой о прутья решетки.
Корабль злобно затрещал и остановился. Через небольшую пробоину, оставленную в прошлом сражении доносились крики и лязг оружия. Команда Акулы шла на абордаж.
Тео провел языком по высохшим губам. Последний ужин пришлось проглотить в сухомятку: один из пиратов словно ненарочно выплеснул всю воду из кружки на палубу и долго картинно охал и вздыхал, глядя на медленно высыхающую лужицу. остальным пиратам затея явно подняла настроение и в этот раз они даже не стали избивать пленника.
Что ж, не было бы счастья...
Тео подтянулся и сел, опершись спиной о прутья решетки.
Похоже, наслаждаться одиночной камерой ему осталось недолго: очень скоро трюмы корабля заполнятся пленниками, а "Акула", вдоволь наевшись людской плотью возьмет курс на невольничьи рынки.
Дрема вновь стала охватывать Тео, как новый удар сотряс борт корабля. Залп! Ядро, пробило корпус, разнесло переборку в щепки и врезалось в клетку, оставив глубокую вмятину на месте замка.
"Ха-ха, теперь они не то, что новых пленников посадить сюда не смогут, у них даже меня вытащить отсюда не получится. Разве что только по косточкам" - эта бредовая мысль странным образом развеселила Теофраста, а воображение мигом оживило картинку, как пираты ожидают, пока сгниет тело Гогенхайма.
Корабль качнуло и дверь жалобно скрипнув, словно нехотя, открылась.
Тео уставился на образовавшийся проем не веря собственным глазам. Надо же этому было случиться не в порту, не на суше, а в открытом море во время абордажа!
Впрочем, человеку, потерявшему шанс на спасение, даже призрачная надежда обрести свободу гораздо дороже гарантированной жизни в рабтстве.
Прислушиваясь к звукам в трюме, Тео осторожно прокрался к сундукам в противположном конце помещения. Он прекрасно помнил, как это неотесанное отребье принесло его сундук с вещами в этот же трюм.
-Болваны, - зло прошептал Тео. Сундук был с секретом и открывался не ключами, а потайным механизмом. По счастью, механизм был исправен и пиратам не удалось забрать самое ценное - дневник и кинжал из Драхенайзена. Забрав с собой самое необходимое - кинжал, дневник, табак, огниво и пару коробочек с лекарствами, Тео бросился к выходу на верхнюю палубу...
Битва
Тео проскользнул на верхнюю палубу, благо пираты были заняты штурмом корабля, а в неразберихе ночи мало кто обратил бы внимание на лишнюю тень. Притаившись за корабельными снастями Тео попытался оценить соотношение сил.
По всему выходило, что положение дел у защитников незавидное: за пиратами явное преимущество в числе...
Тео уже начал обдумывать, как сбежать с корабля с помощью шлюпки, как вдруг корма защитников озарилась ярко-красным заревом и крики пиратов оборвались оглушающим грохотом.
Защитники предприняли смелый, но опасный ход - они практически изрешитили собственную палубу, в попытке уничтожить первую волну нападавших, а сколько таких волн ещё мог организовать командир корабля?
Но факт оставался фактом: первый штурм не удался, команда противника, кто бы в неё не входил, явно не собиралась сдаваться. Разнести собственную палубу - решительный и смелый ход, достойный истинного воина. Тео откашлялся, он начал думать совсем как его отец. Истинный воин! Тоже мне...
Но характер Айзена невозможно изменить лишь философскими сентенциями и пренебрежительным отношением в родителю. Пока в жилах течет кровь, битва не прекратится...
Возможно, именно это обстоятельство изменило мнение Тео: он решил во чтобы то ни стало помочь защитникам. При том помогать надо было быстро, пока новая волна абордажников не высадилась на корабль.
-Где на пиратском корабле хранятся бочки с порохом? Ну, конечно же в трюме... - проворчал Тео и поспешил обратно в чрево корабля...
На корабле творилось настоящее безумие, рвались гранаты и визжали пираты.
Каюта убиенного Боцмана
Грохот взрыва, на слух ничем не отличающийся от грохота разверзшихся ворот Ада, застал неподготовленные уши senora Litta Arese врасплох. Ульдериге стало плохо. От неожиданности она запуталась в двух ногах и грохнулась оземь, вернее о доски треклятой каюты убиенного боцмана. Прикусив до крови губу и обидно ударившись плечом, как будто заложенных "ватой" ушей было мало, Ульдерига еще и отбила напрочь зад. (Итого 4 поверхностных ранения).
- Кхе-Кхе, - молодую женщину хватило лишь на сипение. Ощущение крови на зубах вызывало смутное беспокойство.
Рассвет даже и не думал заниматься.
Позорным ползком Ульдерига добралась до двери и осторожно высунула нос, уцелевшую часть своего организма. Не поняв ровным счетом ничего, нос спрятался в каюту.
Чувствуя приближающийся приступ паники, senora Litta Arese вспомнила, кто она такая.
- La gansa tonta, раздала Благословения всем, - уши отказывались слышать что-либо.
Скрытый текст - Техническое:
Ульдерига будет получать дополнительный кубик на проверки навыков, связанных с властью, авторитетом и управлением до тех пор, пока на нем не выпадет 1.
Собственная смекалка и мудрость просто заставили Ульдеригу воспрять духом. Боль от полученных ран притупилась. Пора было браться за насущные дела.
Проверка бумаг Боцмана принесла свои плоды, наконец-то, усилия senora Litta Arese принесли хоть какой-то результат. Сорте Стрега знала истинное имя пирата, напавшего на "Альбатрос". Как использовать это знание Ульдерига понимала, но как практически это осуществить она с ходу придумать не могла.
Мысль о том, как с помощью магии повернуть ход сражения, напомнила Ульриге о ненавистной Луизе. На "Альбатросе" ведьмы не было. Доверия Баюну, который так и не пообещал решить проблему, не было также. Отсутствие вышеупомянутых составляющих вынуждали действовать, просто руки выкручивали. И ни заложенные уши, ни отбитый зад препятствием особым не выглядели.
Переход на сторону врага
Благословение, наложенное Ульдеригой на саму себя, казалось зажило собственной жизнью:
- Иди на вражеский корабль, иди на вражеский корабль, - шептало оно.
Собрав волю и собственные конечности в кулак, senora Litta Arese решила рисковать. Запястье, обмотанное цепочкой с кулоном, вкупе с нечистой совестью, отрезало пути отступления.
На вражеский корабль можно было попасть несколькими способами. Ульдерига выбрала самый героический - в обход от основной рубки. Отнюдь не юный возраст не являлся препятствием для того, чтобы перелезть с одной палубы на другую.
Благословение благословением, но лезть в одиночку было самым настоящим смертоубийством.
Поиски телохранителя
Перелезть на корабль Ульдерига перелезла. Прячась в тени аки вомпер, она старалась найти наиболее выгодную позицию, очень хотелось видеть и Баюна, и "Альбатрос", и обладателя Линии Мечей, замеченного на пиратском судне.
- Пришла на вражеский корабль, - мысленно прошептала сеньора Литта Аресе Благословению.
Техническое:
Ульдерига притаилась вооруженная и багословленная на вражеском корабле, ждет вводных от Мастера
Чтобы попасть на борт «Акулы», Ульдериге пришлось пройти мимо свалки, в которой рубили и кромсали. Мужской костюм, обрисовывающий бедра и открывающий ноги до колена, кроме возможности похвалиться стройной фигурой, позволял перемещаться по кораблю, не цепляясь фижмами и оборками за выступающие детали фальшборта. Ульдерига поднялась на планшир, легко перепрыгнула на соседнюю палубу, подняла голову и удивилась. Перед ней стоял один из пиратов – высокий, худой, темнокожий, чуть сутулый, но с огненно рыжими волосами. А еще она удивилась, какие у него странные глаза – безумные и серо-зеленые. Синьоре Литта-Аресс захотелось сказать что-то вроде: «Привет, красавчик!» – но она не смогла. Вблизи клинок, зажатый в руке пирата, казался еще более зловещим, и у нее заклинило язык. Она машинально потянулась за спрятанной в волосах шпилькой, другой рукой забираясь под корсаж.
– Кто вы? – спросила пират, не предпринимая попыток свернуть Сорте Стрега шею.
– Э-э-э… что? – переспросила Ульдерига.
– Вы с «Альбатроса»? – пират показал рукой куда-то за спину водаччианки.
Пришлось соображать очень быстро.
– Ага, числюсь штатной танцовщицей, – брякнула она, и, пока не продолжились расспросы, предложила: – Может, хочешь со мной потанцевать?
Самой не верилось, в то, что она несет!
Пират покосился на женщину, рассмеялся и неожиданно согласился:
– Ну, конечно! Класс! Только, лучше убраться подальше от Гарри и его команды. Боюсь, эта публика не слишком понимает в высоком искусстве.
Сложив в уме дважды два, Ульдерига предположила, что пират не из команды Гарри, проверила плетение нитей и обнаружила перед собой яркую нить Мечей, замеченную с Альбатроса. Не ясно, как и зачем, но, похоже Теус помог ей найти искомое без проблем. Здорово, что Бог есть!
Скрытый текст - техническое:
Пылкая сцена встречи Ульдериги и Теофраста состоялась. Не удержался от того, чтобы добавить пару слов от_себя_тины)) Чо дальше, дамы и господа??
Медведь ревел и бросался в атаку, но Джакоза всякий раз оказывался быстрее и пасть зверя находила лишь задымленный выстрелами воздух. Временами в меню добавлялась сталь, нанося мишке новые раны.
-Здохни уже, проклятая тварь! - крикнул Джакоза, нанеся очередной удар. Зверь глухо прорычал, но в атаку не рванулся, демонстрируя почти человеческий ум он стал кружить по палубе обходя одноглазого авантюриста с правой стороны. Медведь будто бы понимал что его опонент левша и лишен правого глаза.
-Иди сюда, ты, свинья в медвежьей шкуре! Как ни крутись - повешу на стену! - кричал хитрюге охотник за головами, но медведь на провокации не поддавался.
Схатка на корабле продолжалась, добавляя в их поединок неразберихи. Джакоза отступил поближе к борту, рассудив, что тут-то медведь его не обойдет. Краем глаза он заметил, что у борта двое людей сцепились в борьбе за пистолет.
"Мой шанс, хвала Теусу, лишь бы эта тварь не кинулась на спину!"
Кто не рискует, тот не пьет, а от выпивки Джакоза не отказывался. Он подскочил к дерушимся и так как опознать кто тут пират, а кто честный контрабандист с "Альбатроса" не было времени (оба были весьма перемазаны в крови), то сперва досталось тому, кто выглядел посильнее (по затылку). Оставшийся на ногах, видать, все-таки не был с ним на одной стороне, по крайней мере явно делится не хотел, поэтому Джакоза безжалостно пнул его сапогом в пах, вырывая пистолет из рук.
Он развернулся, дуло пистолета описало широкую дугу в воздухе в поисках оскаленной медвежьей морды. Медведь был ближе, чем ожидалось, но охотника за головами поразило не это. Он замер завораженный зрелищем вываливающейся из ствола пули. Проследив ее величественное приземление на залитую кровью палубу, Джакоза поднял глаза и увидел надвигающегося зверя. Пасть медведя была широко открыта, демонстрируя окровавленные клыки и, что особенно разозлило охотника за головами, высунутый, будто в насмешку, язык.
"Ты ничего не видел, так что не радуйся, - мысленно попытался внушить Джакоза медведю, - Все равно я твою голову над камином прибью!"
"Да что же я по-твоему совсем дурной? - будто бы отвечал ему медведь, хитро глядя на пистолет и продолжая приближатся, - Вот сейчас я тебя порву на клочки, кто тут теперь свинья, а?"
"Проклятая тварь, тебе, завернутый в блохастую шкуру кусок дерьма, клянусь потрохами Теуса, не выиграть у меня даже в мысленном поединке!" -горячился охотник за головами, осторожно отступая. Двигатся спиной вперед по заваленой трупами палубе не самая лучшая стратегия, первый же труп, попавший под ноги, заставил одноглазого авантюриста потерять равновесие. Зверь ринулся в атаку; в последний момент Джакоза спустил курок. Пороховой дым ударил медведю в глаза, он сбил охотника за головами с ног, но, видно не узнав его, кинулся на оказавшегося рядом матроса и разорвал бедняку едва ли не пополам. Ругаясь как сапожник, Джакоза поднялся на ноги и устремился в атаку на ослепленной животное.
Медведь, ослепленный выстрелом, рванулся вперед и вдруг ощутил податливую плоть под когтями. Крик – противник повержен. Но что это? Сзади! Оборотень ощутил укол в спину, взвыл и неожиданно быстро для своей комплекции развернулся. Клац зубами – последние, вместо мяса, нашли клинок фехтовальщика. Бруно выставил его перед собой, как палку, держа пасть медведя на расстоянии. Сталь была крепче зубов – перегрызть такое препятствие оборотень был не в состоянии.
Резким движением Бруно всадил клинок еще глубже в пасть – медведь разомкнул челюсти, ударил противника когтями и, вывернувшись из слабой хватки человеческих рук, снова попытался укусить Джакозо. Рев! Навстречу медведю вновь устремился острый клинок и такой же разящий ненавистью стальной взгляд – единственный глаз охотника за головами видел каждое движение оборотня. «Проклятый фехтовальщик!» Его клинок был слишком быстр, летальное оружие медведя – зубы, вновь и вновь клацали по воздуху или натыкались на сталь, но когти нанесли несколько страшных ран. Кто раньше истечет кровью? «Их всего двое. Уссурец и водаччианец. Кто кого?» – промелькнула мысль.
Медведь даже присел на лапах, и, оттолкнувшись от палубы двумя парами когтей, наскочил на водаччианца справа. Джакозо не смог среагировать: привык, что медведь пытается зайти с левой стороны. Движение, которым он попытался вновь оградить себя от зубов, напоминало замедленную съемку. Не успел. Раз! Укус в основание бицепса. Два – удар когтями в живот. Вот и все – рубашка водаччианца окрасилась кровью, рука непослушно повисла.
«Сам виноват: мог бы остаться в живых, если бы не играл в героя». Но Джакоза и не думал сдаваться, мельком глянул на онемевшую руку, пульсирующую болью, снова подхватил шпагу левой и яростно всадил клинок в шею медведя. Раз, два, три… Медведь почувствовал, как на его спину и живот потекло что-то горячее, а лапы стало тяжело держать прямо. «Ну, нет, я не дам себя заколоть, как животное!» Разящая псиной масса попыталась навалиться на человека и задушить весом.
Лусия в очередной раз увернулась от летящих в ее сторону тяжелых предметов и подобралась к следующему раненому. Левая нога у матроса была разворочена, он прижимал руку к боку, на котором расплывалось багровое пятно, и громко ругался на всех языках сразу. Влив ему в рот пару глотков из склянки темного стекла, девушка остановила хлещущую из ноги кровь, перетянув бедро выше раны, и помогла матросу перебраться в уголок, где он мог дождаться окончания боя.
Мимо то и дело, громко стуча каблуками по палубе, проносились вооруженные люди. Лусия поежилась, мельком глянула на выпачканные кровью руки и, пригибаясь, подобралась к борту и посмотрела на пиратский корабль. Туда только что перебралась Ульдерига, и девушка видела, как ведьма разговаривает с каким-то человеком.
За ее спиной кто-то взревел. Лусия вздрогнула и присела, вжимаясь в бортик.
Сорте Стрега недоуменно смотрела на своего противника, запрыгнувшего на палубу. Баюн в фелиноидном облике обычно был безукоризненно вылизан, но сейчас серая шкура в черную крапинку в одном месте была окрашена в розовый. В спутанной шерсти застряли мелкие щепки.
Луиза Кораддини нахмурилась:
– Котик, хочу тебе напомнить, что Дуэль идет до смерти одного из участников.
Баюн не мог ответить ничего, кроме мявка, но улыбнулся во всю кошачью морду, демонстрируя клыки. Им овладело какое то шальное веселье.
– Твой вид… – ведьма поморщилась, – неподобающ для предстоящей встречи. Я вообще не понимаю, варвар, как ты смеешь приближаться ко мне в животной форме? От тебя за версту несет кошатиной!
«Надо ты мне. Пфф. К тебе даже помойный кот близко не подойдет, если только не польешь себя валерьянкой».
Баюн продемонстрировал водаччианке внушительные клыки, затем изобразил дугу, прижавшись мохнатым животом к палубе. Вытянутые вперед лапы угрожающе проскребли по мокрым доскам, оставив заметные светлые полосы. Только длинный пушистый хвост задорно стоял трубой, изгибаясь на самом кончике.
– Я бы все же хотела предложить тебе отложить наш поединок, котик. Особенно, с учетом того, что… – ведьма запнулась.
С ее лица на долю мгновения пропало испуганное выражение. Карие глаза моргнули и стали почти черными. Баюн подавил желание поежиться – ему показалось, что из этих глаз потянуло ледяным ветром.
– У меня на тебя были другие планы.
Барс отвел взгляд, мягко подошел к ведьме, ткнулся ей мордой в ногу и принюхался, тщательно изучая бархатные штаны.
– Скотина! Что ты себе позволяешь?!
Уссурец не знал, что именно, но что-то в вещах ведьмы его беспокоило. Носители пьерьем нутром чуют враждебную магию. Ведьма была наполнена ей под завязку. «Интересные у тебя были планы». Оборотень рыкнул и молниеносным движением когтей распорол ткань на камзоле девушки. Луиза отпрыгнула и выставила перед собой клинок.
– Что за дурацкие шуточки?!
Несколько мгновений она задыхалась от ярости и не могла оторвать взгляд от странной четвероногой фигуры, которая застыла в ожидании. Баюн громко мявкнул, прерывая странную паузу. Хоть мимика кошачьих не сравнима с человеческой, было видно, что губы его растянулись в улыбке.
Ведьма, наоборот, нахмурилась. Шестое чувство шептало ей, что что-то было не так. Катастрофически не так. Она с самого начала чувствовала какую то неправильность происходящего и не понимала, в чем дело. Но бездействие заставляло ее нервничать еще больше.
– Хорошо, если тебе хочется повеселиться – начнем!
Луиза резко вздернула кисть руки вверх, производя первую атаку. Не желая прощупывать тактику четвероногого противника, она выбрала простейший прием – выпад, – в сторону Баюна ударил зачарованный клинок. Он попробовал уклониться, но с таким же успехом мог бы пытаться прятаться от молнии под открытым небом: удар кортика, зачарованного плетением нитей, пробил его плечо и мог бы пригвоздить к палубе, если бы был нанесен под другим углом.
Баюн отскочил назад, слегка полоснув ведущую руку Сорте Стрега когтями. В уме оборотень прикидывал возможные варианты тактики. В общем то, вариантов не было. Преимущество в скорости у него сейчас незначительное. Преимущество в оружии – у ведьмы. Но спокойно стоять на месте, безвольно принимая на себя удары, Баюн просто не умел. И когда Луиза направила в него следующий выпад, Баюн легко прыгнул в сторону, уходя от удара. Он немного рисковал: от оплетенного клинка не так то просто увернуться. Но, с другой стороны, оборотень чувствовал, что ему нужно сохранить подвижность как можно дольше.
Один раз повезло, клинок просвистел совсем рядом с глазами, и Луиза послала в его сторону короткое проклятье. Баюн прикинул шансы уйти от следующей такой атаки и ринулся на ведьму, пытаясь сбить ударом лапы с ног и вцепиться в шею. Сцепившись в один клубок, ведьма и оборотень с сумасшедшей скоростью кусали, царапали и рубили друг друга, забрызгивая палубу кровью, клочьями шерсти и одежды. Запутанные слишком быстрыми движениями цели, пираты не вмешивались и, толкая друг друга, наблюдали за поединком, создав небольшую толпу.
Довольно скоро вой и крики исчезли. Клубок спутанных тел развалился на части, стала видна покрытая розовым и багряным фигура, стоящая на четырех лапах. Ведьма в разодранной одежде лежала на палубе и держалась двумя руками за шею. Глаза ее были выпучены, изо рта и горла тонкими струйками сочилась ярко алая кровь. Захлебываясь ей, ведьма прокашляла последние слова.
– Чертов кошак! Будь ты проклят!
Черное небо вспороли две голубые вспышки и ударили вниз. Через несколько секунд раздался звук грома, налетел порыв ветра.
Баюн пошатнулся и начал медленно отступать от толпящихся возле тела убитой предводительницы пиратов. Те неверяще смотрели на скорченное в судороге тело. «Так не бывает!» «Не может быть!» «Нельзя так просто взять и перегрызть горло Сорте Стрега!» «Ублюдок.» «Да кто он такой?»
Баюн поспешил покинуть место схватки. По доскам за ним тянулась прерывистая красная полоса. Уссурца мутило и подташнивало.
«Молочка бы сейчас…»
Техническое:
Статистика.
Альбатрос: 26 матросов в бою, 8 убитых, 16 раненых.
Акула: 24 матроса в бою, 42 убитых, 34 раненых.
Второй раунд тактически выигран защитниками, численный перевес переходит к ним. Несколько Героев получили тяжелые раны, но если продолжать в том же духе, то, третий раунд станет победным.
Количество Приспешников: 6.
Количество Злодеев: 1.
Скрытый текст - Али Абу аш Бабах:
Крещентский пират, боцман "Акулы".
Мощь 3
Мастерство 3
Разум 2
Стойкость 3
Характер 3
TN защиты 20.
Оружие - парные ятаганы.
Атака 6с3. Повреждения 6с2.
Гарри, Медведев и Луиза убиты. Причем Баюн не собирался мочить жертву до конца, но так как-то вышло, само)
Персонаж Шклубу - Бруно Джакозо упадет без сознания, если получит еще одну рану. Роджер и Баюн не отказались бы от первой помощи. Такой толстый намек Лусии (Микки) и Теофрасту (Валару). Боцман Акулы, судя по всему, сможет выбраться из сети и вызовет на дуэль Ренцо. Настоятельно рекомендую кому-нибудь заняться уничтожением Приспешников. Несложно и полезно для будущего здоровья)
Скрытый текст - Текущие статусы Персонажей игроков в бою:
Волькер. Статус: в битве. 3 поверхностных, 1 критическая рана, 2+2 очка репутации.
Ренцо. Статус: в битве. 6 поверхностных, 1 критическая рана, 2+3 очка репутации.
Баюн. Статус: на передовой. 26 поверхностных, 4 критических раны. 2+2+3 очка репутации.
Магнус. Статус: на передовой. 1 Критическая рана, 2+4 очка репутации.
Эссильт. Статус: в резерве. 3 поверхностных раны, 1+1 очков репутации.
Ульдерига. +1с1. Статус: в битве. 1 Критическая рана. 1+2 очков репутации.
Гай. Статус: на передовой. 10 поверхностных, 1 критическая рана, 2+2 очка репутации. Героический поступок.
Лусия . Статус: на передовой. 13 поверхностных ранений, 1+2 очков репутации. Героический поступок.
Фаррел. Статус: в битве. 5 поверхностных, 1 критическая рана. 1+2 очков репутации.
Роджер Весельчак. Статус: на передовой. 36 поверхностных ранений, 2+3 очка репутации.
Бруно Джакоза. Статус: в битве. 5 критических ран (Герой на грани выбывания), +1+2+2 очков репутации. Героический поступок.
Теофраст. Статус: не вовлечен. 9 поверхностных ранений, 1 очко репутации.
Наступление, что называется захлебнулось, картечь, гранаты, сети, накрывающие экипаж и командиров – что еще приготовили эти ненормальные? Вместо добычи и денег судно резко и неприятно пахло кровью и страхом.
– Отходим! – Зигфрид старался перекричать грохот боя. – Путь играют отступление!
– Они только того и ждут! – Хелмут, первый помощник Кровавого Гарри, был в бешенстве. – Мы потеряем все тактическое преимущество!
– Мы потеряем все, если останемся!
В шуме драки со стороны команды Альбатроса, вместо криков ужаса, доносились ликующие возгласы.
– Гарри нас размажет, если мы отступим! – пригрозил первый помощник.
– Он мертв.
– Шайзе…
Хелмут своими глазами видел, как была убита Луиза – слабачка, но Гарри? Айзенец нервно выдохнул. В воздухе носились клочья серой гари и все еще стоял утренний сумрак, мешая оценить ситуацию и потери. Впрочем, и те, что были заметны, внушали ужас
Присутствие на стороне противника своей Сорте Стрега и обученных Фехтовальщиков оказалось для пиратов полной неожиданностью. Команда Хромого Карло никогда не участвовала в абордажных битвах, скупердяй водаччианец набирал к себе простых смертных. Что же вынудило их сейчас взять на борт профессиональных наемников? Да еще в таком количестве?
– Там всего один командир! Нам надо его убрать, и мы сможем, если не захватить призовой корабль, то хоть один удержать! – Зигфрид услышал собственный голос, указывающий первому помощнику. К черту субординацию – правая рука болела, вывихнутая при выполнении обводки, ткань куртки намокла от морской воды и крови. Нужно заканчивать этот бой, пока еще есть шансы сделать это.
Очередной взрыв борьбы пришелся на минуты, когда солнце выплыло из-за горизонта. Пираты отбросили в сторону нескольких защитников, нарушивших строй вместе с Гаем Хопкинсом, и уперлись в построение Волькера. Абу аш Шарах встал на ноги и стал драться с капитаном Альбатроса. Хелмут и Зигфрид едва успели заступить на корму, как волками набросились на Волькера Дорка.
Эта битва еще обещала принести им перелом и победу. Хелмут не мог допустить, чтобы победа уплыла каким-то контрабандистам.
Техническое:
Абу Аш Шарах вызвал на дуэль Ренцо. Волькера атакует группа из трех Приспешников.
Царапая палубу ногтями, в крови до самых глаз, Джакоза выполз из под туши своего противника. Позади остался клубок из шерсти, крови и ярости, впреди была долгая жизнь полная счастья, удачи и денег.
"Неужели я жив? - спросил себя Джакоза, оглядывая палубу. Повсюду слышались крики раненых: кто-то звал мать, очевидно имея в виду свою, иные вспоминали чужую. Откуда-то издалека доносился звон стали. Неужели битва еще продолжается? Он видел матросов, тех кто еще стоял на ногах; они двигались, качаясь, будто пьяные от крови или усталости.
Прямо напротив Бруно по палубе куда-то полз молодой парень, взывая к Теусу; одной рукой он пытался удержать выползающие кишки.
"Теусовы потроха", -выругался про себя Джакоза. Он сидел привалившись спиной к поверженному медведю, сжимая в руке какой-то короткий предмет... сломанную шпагу? Нет, это был кинжал - шпагу он выпустил после падения. После того, как на него рухнул медведь. Охотник за головами оглядел себя. Всё было в крови: одежда, руки, кинжал, разумеется, тоже.
"Кровь... в первую очередь нужно остановить кровь"
Используя перевязь в качастве жгута, Джакоза перетянул руку и занялся другими ранами.
Все шло, как надо. Почти. Впрочем, зажаренный в своих доспехах Гарри тоже не был запланирован... "Вот вам и неуязвимый капитан." - успел подумать Волькер, отразив выпад одного из нападающих. Которых, между прочим, становилось все меньше. Айзенец видел, что осталось совсем немного, и победа придет к "Альбатросы". Матросы тоже это видели. Отчаяние ушло.
- Держаться! Еще немного и мы победим! - подбадривал своих боцман. Он верил, что сможет. Несмотря на то, что несколько отчаянных пиратов в попытке пробиться на помощь к своему капитану, смогли сильно ранить Дорка. К пуле в плече добавилось пара царапин. Мелочи, в общем.
Третья волна с "Акулы" с воинственными криками вновь набросилась разбирать "коробочку" бывшего речника. Это еще ничего, а вот выпутавшийся из сетей озлобленный и слегка дымящийся крещент с саблями - это плохо. Он на ломаном воддачанском проорал что-то о родственных связях с ослами и шакалами, после чего бросился на капитана. Впрочем, Дорк тоже оказался в центре внимания.
- Держать строй! Раненным и уставшим уйти вглубь и перезарядить пистоли! - крикнул своим уроженец Фишлера. Вдруг он заметил, что к нему летит что-то. Это что-то было отбито панценхендом и печально звякнуло о палубу. Кто-то из пиратов кинул нож.
- До конца!! - от избытка чувств крикнул айзенец. Сейчас все решится.
К предводителю "коробочки" прорывалось сразу трое явно не последних воинов. Да и остальные тоже хотели отрезать хоть кусочек от тела боцмана. Впрочем, матросы с "Альбатроса" защищали своего предводителя.
Один из бравой тройки на редкость удачно подставился: кто-то из своих отбил его удар, да причем так, что клинок ушел вниз.Дорк воспользовался случаем и попробовал схватить лезвие шпаги панцерхендом, после чего кольнул своей рапирой врага в грудь, целясь в сердце.
"Получи!"
Действие:
Трачу кубик драмы на захват вражеского оружия, после чего Волькер атакует приспешника. Да, он не обучен этому приему, но ведь один раз может получиться?
Лусия с ужасом смотрела на окровавленного человека, который пытался себя перевязать. Потом, словно очнувшись, она, пригибаясь, подбежала к нему, выудила из сумки всё ту же склянку темного стекла и сунула ее к самым губам Джакоза:
- Быстро, сударь, глотните пару раз.
И, дождавшись, пока тот сделает пару глотков, занялась его ранами. Чуть ослабила повязанный уже жгут, подцепила ножом несколько завязок на одежде и получила доступ к ранам. В воздухе резко запахло спиртом. Джакозо ощутил, как горький напиток, прокатившись по пищеводу, разорвался в желудке огненным шаром. Жидкое пламя разлилось по всему телу, возвращая силы. Голова перестала кружиться, и вскоре он смог свободно дышать.
- Пожалу, пока всё, - Лусия оглядела дело своих рук и вынула из пальцев раненого склянку. - Кровь остановилась. Но всё же вам не надо двигаться. Потерпите немного. сейчас я помогу вам устроиться.
Девушка подхватила Джакоза под мышки и, напрягая все силы, перетащила его (раненый отталкивался здоровой ногой) к бочкакм, у которых уже сидело и лежало несколько матросов с окровавленными повязками.
Пристроив Джакоза, Лусия в очередной раз с отвращением глянула на перепачканные кровью ладони и, почти не пригибаясь, быстро пошла по палубе. Обходя мертвые тела, упавшее оружия, какие-то обрубки и обломки, она добралась до юта и наткнулась на сидящего на палубе Фехтовальщика.
- Сударь, вы ранены? - Лусия присела рядом, вглядываясь в бледное лицо.
Рука Ренцо была прижата к груди. Девушка потянула руку на себя. Тот вздрогнул, посмотрел на нее непонимающе, потом взор капитана прояснился. Он послушно выпил из все той же склянки и позволил Лусии сделать перевязку. Тугая повязка стянула ребра. Лекарство подействовало быстро, боль ушла, но дышать все равно было не легко.
Лусия с сомнением посмотрела на Ренцо.
- Вам, сударь, стоило бы прилечь. Но вы ведь не согласитесь...
План, несмотря на некое своё безумие, сработал.
Сработал, да так, что я даже невольно пожалел о своих действиях.
Масло полыхнуло, и мне пришлось срочно отпрыгнуть в сторону, обжигаясь, отряхивая занявшиеся капли и «забивая» пламя на камзоле, а спустя несколько секунд раздался вопль Гарри. Несмотря на свои изрядные познания в айзенском, то, что кричал пират, было настолько потрясающе, настолько невоспроизводимо и завораживающе, что явно заслуживало отдельного исследования учёными господами, занимавшимися проблемами высокой и низкой словесности.
Все эти многочисленные сравнения, эпитеты и метафоры привели часть команды «Акулы» в ступор – матросы недоуменно смотрели на внезапно появившийся на палубе факел.
А Гарри кой-как выполз из изрядно разодранной сети…и попытался встать, и это меня не устраивало совсем.
Выглядело это величественно – огромная «консервная банка», охваченная пламенем, издавая дикий рёв вперемешку с отборной руганью, медленно стала подниматься с палубы, распространяя аромат палёного волоса, кожи и мяса. Жар, исходящий от неё, чувствовался с нескольких шагов.
Взвизгнула сталь - «ауфсписпапир» заскользил по охваченному пламенем доспеху, и, в конечном счёте нашёл искомое - острие нырнуло в щель, я, отбросив дагу, телом навалился на рукоять, чувствуя нарастающую боль в груди, и заставляя сталь уйти глубже в плоть. Ещё…
Гарри дернулся, но клинок был неумолим, рапира цепко держала свою жертву.
«Достаточно…» - решил я, когда жар, исходящий от доспехов, начал опалять лицо. Отпустить рукоять и взявшись за крестовину двумя руками – повернуть. И ещё раз, и ещё – до тех пор, пока изделие айзенских оружейников не будет вращаться свободно…
… Ругань и рёв капитана «Акулы» перешли в хрипение, пират схватился за шлем, словно силился оторвать его вместе с головой, и начал заваливаться лицом вперёд, мне же пришлось вцепиться в рукоять и тянуть клинок в сторону юта. «Ауфсписпапир» неохотно покидал тело – ступени были скользкими от крови, дохлый айзенец тянул вниз, и я чувствовал себя героем столь излюбленной матросами забавы «перетяни канат».
В конце концов Кровавый Гарри, который теперь имел полное право на прозвище Вratwurst*, упал с лестницы, сбив с ног нескольких своих матросов. Кто-то из абордажной команды «Акулы» бросился к нему, а ещё несколько человек рванулись ко мне, наверх по скользким ступеням. Как только первый жаждущий познакомиться поближе с моей скромной персоной вступил на ют, первое, что его встретило – была толстая рея бизани, на которой я решил "прокатиться".
Выглядело это презабавнейше – тело пирата ещё рвалось вперёд, а голова, встретившаяся с толстой деревяшкой, уже начала движение назад, опрокидывая незадачливого головореза на палубу. Спрыгнуть, схватить упавшего за ноги, и спустить с лестницы, заодно сбив с неё остальных – было делом нескольких секунд.
Сознание мельком отметило, что неизвестный одноглазый пассажир выкарабкивается из-под (дохлого?!) медведя, Дорк по-прежнему руководит матросами, а это значит, что можно заняться своей царапиной, напоминавшей о себе во время последних акробатических этюдов.
Привалившись спиной к бизань-мачте, я вытянул второй и последний уцелевший платок из кармана, положил рапиру вместе со снятыми перчатками на бочонок рядом, и, с трудом разодрав ткань на полосы, попробовал перетянуть рёбра так, чтобы новая повязка заставила вторую рубашку из тонкого шёлка плотнее прилечь к ране. А вот с болевым «симптомом» сделать ничего не удавалось – стоило только "дёрнуться" посильнее, и дыхание перехватывало, и висках начинали знакомо стучать молоточки.
Единственное, что я мог малодушно позволить себе – это небольшой отдых на юте под мачтой, где меня и нашла давешняя юная кастилийка, которой прислуживал Баюн. Отказываться от её помощи не стал, позволив перевязать себя (что она явно неплохо умела), и выпив какую-то мерзость из склянки. Впрочем, результат был вполне положительным…
Цитата:
- Вам, сударь, стоило бы прилечь. Но вы ведь не согласитесь...
- Не соглашусь. Бой не окончен, синьора, - я поднялся с места.
«Надо же, а в ней ещё нет той настороженности, осторожности кастильцев по отношению к иноземцам…»
На палубе из сети с трудом выбрался изрядно помятый крещент, и что-то прокричал, обращаясь ко мне.
Неторопливо натянув перчатки, я полушутливо-полусерьёзно отсалютовал противнику рапирой, и, спустившись с юта на палубу, подобрав дагу, принял приглашение.
"Дерись, если можешь, Ренцо. Трус ничего не добьётся в этой жизни. Ни - че - го."
___________
* - жареная сосиска (как правило, жареная над костром на палочке) (айз.)
Спол:
Ренцо занимается самолечением.
Лусия лечит Ренцо.
Ренцо принимает вызов этого...как его... Шараха.
Что бы пройти десять футов до вант, Фаррелу пришлось, не считая ударов и парирований рапирой, пару раз кого-то пнуть, разрядить один свой пистолет, наступить на босу ногу сапогом, получить длинную царапину на руку и потерять левую перчатку. О'Брайен так и не понял, что это было за голодное недоразумение, в росте едва достигающее молодому чародею до груди, но в комплекте с перчаткой оно получило удар эфесом. Когда же начал наконец он стал подниматься наверх, какой-то рыжеволосый пират ухватил Фаррела за ногу. Не желая потерять сапог так же как и перчатку инисморец разрядил второй свой пистолет.
Взбираясь по вантам Фаррел заметил юнгу, сидевшего на рее. Помедлив миг и оценив высоту О'Брайен, решил перебрался по этой же рее ближе к мачте, идея взобраться на самый верх уже перестала казаться такой заманчивой - на высоте все сильнее ощущалась качка. Раскат грома. Внезапный порыв холодного ветра едва не сбросил стрелка вниз, заставив из-зо всех сил вцепиться в такелаж. Раненая рука отозвалась болью.
- Доброго утра, - Фаррел невозмутимо поприветствовал юнгу на авалонском и устроился на рее. Начав по быстрому себя перевязывать он огляделся. На горизонте уже занималась заря и гасли звезды, а внизу, подобно некой необратимой химической реакции, кипела битва, словно волна плеснула реактив из одного сосуда столкнувшегося в другой. Эта бурная реакция между двумя гетерогенными растворами сопровождалась выделением дыма и пламени, выпадением осадка мертвых тел, шумом. Треск, лязг, крики! Лежит аморфной кучей медведь, лежит металичискими кристаллом одетый в доспехи Гарри, его голова объята пламенем. Кто-бы потушил, получиться очень неудачно, если из-за него загорится палуба. Капли битвы уже проникли на пиратский корабль: вот матросы "Альбатроса" атаковали вражеских стрелков, а вот большой кот отходит от тела павшего противника. Кажется это была Луиза.
- Синьору опосля опасенье взяло - девка-то боцманова ведьмой судьбы оказалась. А ну еще какую пакость подготовила?
- Сорте Стрега? Настоящая?
- Да кто ж их разберет? Синьора говорит, ведьма была. Уссурца приворожила, корабль прокляла, да только супротив нашей слабовата оказалась. Синьор капитан и остальные верят ей. А капитан у нас... Ух, не дурак у нас капитан новый!
- А что с бумагами?
Девушка напустила на лицо то самое глуповатое выражение.
- Мое дело маленькое, сэ-эр. Бумаг для ряженого боцмана искать не стал тогда, ничего не знаю-не ведаю. То ли ему самому они дюже нужны были, то ли приплатил кто с лихвой... Не могу знать, сэ-эр!
Пороховой дым, сдутый было ветром, снова начал укутывать палубы кораблей, скрывая сражающихся. Кое-как покончив с перевязкой Фаррел начал перезаряжать свое оружие. В звуки боя вплелась новая мелодия: на вражеском корабле пела боцманская дудка.
- Что значит это сигнал?
На палубе пираты пошли в отчаянную и осмысленную атаку на ют. Решив, что один из пиратов, особо рьяно нападающий на айзенца - вожак, О'Брайен прицелился в него и выстрелил
Три темные тени, с ног до головы перемазанные дегтем, Волькер Дорк увидел, только когда они приблизились вплотную.
Первая из теней скользнула вперед, опережая остальных на шаг. Волькер изловчился и ухватил клинок нападающего панцерхэндом. Тот дернулся, пытаясь высвободиться, но у него не получилось. Пират ощутил, как лезвие айзенца пронзает его плечо, вскрикнул, выпустил свое оружие и вынужден был спешно ретироваться за спины подельников.
Некоторое время нападавшие осыпали боцмана Акулы градом ударов, тот медленно отступал, тщательно защищаясь.
Слева под ребрами неожиданно кольнуло острой болью. Внутренности опалил огонь. Волькер судорожно раскрыл рот, пытаясь сдержать крик и чуть не пропустил второй удар.
– А-а-а!
Айзенец стиснул зубы и продолжил драку. Огонь терзал его внутренности, мешая сосредоточиться.
«Я сумею забрать хоть одного с собой»
Боль мешалась с растущей слабостью. Наверное, Волькер упал бы на палубу, если бы его не подпирали сзади свои же матросы. В сознании он удерживался только благодаря охватившему его бешенству, но долго ему так не протянуть. В ушах противно зазвенело. Сквозь этот звон он смутно различил нарастающий тяжелый шум и бряцание металла.
Шум приближался.
Магнус ап Ларсфолк решил, что трое на одного – это не совсем честно. Северянин рубанул наотмашь, и в следуюшее мгновение один из пиратов оказался едва не разрублен пополам. Второй едва успел сосредоточиться, чтобы поставить блок, не давая превратить себя в кровавый кусок мяса.
Глаза вестернманнавеньярца светились жаждой убийства.
Словно через слой ваты, Волькер услышал, как звучит звук выстрела – еще один пират схватился за грудь. Паренек, засевший с аркебузой на рее, точно разрядил свое оружие. Волькер попытался атаковать последнего пирата – и потерял сознание.
***
Из спутанного клубка сети на палубе с трудом выбрался изрядно помятый крещент и что-то прокричал, обращаясь к Ренцо.
Неторопливо натянув перчатки, водаччианец полушутливо-полусерьёзно отсалютовал противнику рапирой и, спустившись с юта на палубу, подобрав дагу, принял приглашение.
"Дерись, если можешь, Ренцо. Трус ничего не добьётся в этой жизни. Ни - че - го."
Надвигающийся громила оскалил щербатый рот в улыбке. Крещент был обнажен до пояса, и стальные мышцы перекатывались буграми под кожей.
Громила выматерился на своем непонятном языке и бросился на Ренцо, работая двумя саблями сразу. Ренцо ласточкой поднырнул под один из клинков, второй принял на дагу и атаковал ведущей рукой.
Крещент оскалил щербатый рот, взревел и обрушил новую серию ударов. Ренцо торопливо отступал назад, не желая попасть под этот грубый сабельный «вентилятор».
Нападавший был силен, очень силен и быстр для своей комплекции. Но он привык, что его сила и скорость компенсируют огрехи ведения боя. Какое то время водаччианец просто кружил по палубе, уклоняясь от крещента. Он немного надеялся, что тот выдохнется, и можно будет взять его измором.
Очередной удар достал Ренцо. Сабля коснулась руки Фехтовальщика и окрасилась кровью. На доски палубы потекла новая порция алой влаги. Крещент язвительно расхохотался:
– Эй, Фехтовальщик, да ты, я посмотрю, ничего не умеешь!
*продолжение следует*
Техническое:
Волькер ранил трех нападавших приспешников и потерял сознание
Магнус и Фаррел присоединились к этой сцене, а значит, могут добить нападавших, первый, причем, обязан получить некоторое количество ранений. Зависит от отыгрыша сцены.
Ренцо проигрывает крещенту в скорости, потому ему не выгодно пользоваться уклонениями и блоками. Нужно описать эпичное "мясо". Когда оба соперника максимально атакуют и калечат друг друга. Кстати, крещент использует воздействие "Насмешка". Ренцо может ответить...
Пират вертелся, как уж на сковороде, и рапира вместо сердца нашла лишь плечо. Впрочем, добралась она глубоко...в любом случае тот с криком боли отскочил за спины своих дружков, оставив на память свою шпагу. Бесхозный теперь клинок звякнул о палубу, освобождая панцерхэнд, которым так удобно было парирвать удары оставшихся двух противников...
Те, к слову, оказались неплохими бойцами, в отличие от беглеца. Впрочем. последний вскоре вернулся с другим клинком и пытался помочь остальным, но было ясно, что он ни до, ни после бойцом не являлся. Ну кто же так оставит свое оружие, к которому он привык? Хотя, кто знает...
Блок перчаткой, парирование...опять перчатка, чуть было не удалось схватить...кто-то из матросов отразил удар, направленный в Волькера...вспышка боли.
Айзенец скривился от боли, и чудом отразил следующий выпад. Впрочем, не так, как надо было: он открылся.
- А-а-а! - все таки не удержался Дорк от крика. Впрочем, он стиснул зубы и продолжил драку.
"Трое? Я не сдамся! Хоть одного, но заберу с собой в Бездну!" - кипел бывший речник. Его охватила ярость, которая помогла продержаться ему некоторое время "на плаву", несмотря на потемнение в глазах и огонь во внутренностях. все звуки будто притихли.
Взмах...не удалось...парирование...
Один из тройки, торжествуя, собрался добить боцмана, но внезапно развалился едва ли не пополам. Второй этой участи смог избежать, каким-то чудом отведя двуручник северянина в сторону или увернувшись. Потемнение мешало разглядеть...
Звянк! Удалось отбить перчаткой ее один удар. Подранок пытался отомстить.
Какой-то грохот...подранок ушел к праотцам. получив пулю в сердце вместо доброй стали. И зачем уворачивался...
"Я должен...хотя бы одного...не так уйти, как просто..." - мысли были отрывочными. Кажется, уже скоро.
Айзенец со стоном сделал длинный выпад в последнего из троицы...если все получится, то он тоже долго не протянет...
Звянк!
Рапира упала на палубу из обессилевшей руки. Ее хозяин едва не рухнул рядом, но матросы не дали упасть и быстро втащили своего командира вглубь построения.
"А я же обещал..." - но сожаление не удержало сознание воина от падения в темноту.
– Чертов кошак! Будь ты проклят!
Черное небо вспороли две голубые вспышки и ударили вниз. Через несколько секунд раздался звук грома, налетел порыв ветра.
Баюн пошатнулся и начал медленно отступать от толпящихся возле тела убитой предводительницы пиратов. Те неверяще смотрели на скорченное в судороге тело. «Так не бывает!» «Не может быть!» «Нельзя так просто взять и перегрызть горло Сорте Стрега!» «Ублюдок.» «Да кто он такой?»
Баюн поспешил покинуть место схватки. По доскам за ним тянулась прерывистая красная полоса. Уссурца мутило и подташнивало.
Ульдерига моргнула и недоуменно закрутила головой. Привычный вид окружающего мира неожиданно сменился черной пустотой, ватной и непроницаемой. А спустя всего один удар сердца пустота раскрасилась пятицветным спектром. Алые нити мечей, золотисто-желтые нити монет, голубые нити чаш, зеленые нити посохов, белые нити мироздания слепяще-яркими полосами постоянно сменяли друг друга, сплетаясь по спирали и образуя более сложные узоры Судеб. Цвета были настолько яркие, что ей резало глаза, и во всем этом буйстве красок образовался черный провал – обрыв нитей Судьбы Луизы Кораддини. Из этого провала потянулись несколько Черных нитей, начиная оплетать нити судьбы уссурца.
Дышать было тяжело. Разноцветный воздух казался вязким и ядовитым для дыхания. На миг накатила паника, но Ульдерига постаралась не поддаваться ей. В конце концов, она знала, что происходит. Ведьма произнесла смертельное проклятье, и сейчас Черные нити смерти опутывали цель. Такие нити нельзя оборвать, но опытные Сорте Стрега могут натягивать или ослаблять их, правда, только для самих себя. Нельзя прикасаться к чужой черной нити. Это азы, которым учила ее Наставница *подставьте имя*. К черной нити прикасаться нельзя, но сейчас, пока она еще не успела вплестись в узор, можно попробовать дернуть за нити судьбы уссурца. Если повезет, если очень повезет, то у нее может получиться вырвать их из под влияния проклятья. Если же нет… что произойдет, если она окажется неосторожна, Ульдерига тоже прекрасно знала. Каждый раз, влияя на мироздание, Сорте Стрега рискует собственной Судьбой.
Техническое:
Ульдерига может не вмешиваться, а может попытаться повлиять на судьбу оборотня. Во вором случае будет брошен кубик на успешность действия. 1-2 будут означать провал попытки и проклятие затронет саму Ульдеригу, 9 и 10 будет означать успешное избавление от проклятия. Средний результат - черные нити затронут только часть нитей оборотня. Одну, две или три из четырех возможных.
Момент ключевой. Любой вариант действий Сорте Стрега, включая невмешательство, повлияет на игровой сюжет.
Баюн поспешил сбежать с Акулы, что не представляло сложности для юркого зверя, формой которого он пользовался.
На палубе Альбатроса, залитой кровью и покрытой копотью, он нашёл Лусию – девушку, к чьей врачебной помощи уже не раз довелось прибегать. У ее ног лежал раненый Джакозо, лицо его покрывала свинцовая бледность, он постанывал с закрытыми глазами, вытянувшись на палубе в полный рост. Джакозо тяжело дышал, и с каждым вздохом с его потрескавшихся губ слетали капельки крови. Около раненого хлопотал один из матросов, помогая Лусии.
Несколько минут уссурец молча сидел рядышком, сожалея, что люди, созданные по образу и подобию Теоса, употребляют свой ум и способности, чтобы убивать друг друга.
Закончив перевязку водаччианца и устало вздохнув, Лусия опустилась на колени перед следующим раненым и, без паузы на передышку, продолжила заменять судового врача. Она предпочла бы, чтобы Баюн был в человеческой форме, но тот наотрез отказался перекидываться и демонстрировать даме нижнее бельё. Забавная стеснительность, учитывая репутацию молодого человека. Лусия приказала принести ножницы, чтобы выстричь и обнажить изуродованный бок барса, а затем использовала чистое полотно и все, что требовалось для перевязки.
Четверть часа спустя, когда последняя отчаянная волна пиратов ворвалась на палубу Альбатроса, Лусия все еще занималась раненым, не обращая внимания на звон оружия и грубые крики. Однако громит, притаившаяся в засаде на мачте, проявила серьёзную озабоченность. До сих пор причастность Эссильт к событиям касалась в основном хитрых планов и попыток сохранить собственное здоровье, но при виде опасности, угрожающей молодой кастилийке и раненым под ее присмотром, авалонка заметно разволновалась.
В пылу сражения за жизнь боцмана защитники пропустили момент, когда человек восемь пиратов, возглавляемых угрюмым типом в черной рубахе и красной бандане, прорвались к юту с другой стороны. Только тяжело раненый Джакозо поднялся и остался стоять с дрожащим в руке клинком в полувызывающей позе, а безоружный матрос, помогавший Лусии, испуганно отпрянул в сторону. Баюн, все еще лежавший у ног кастилийки в форме барса, обернулся и взглянул на приближающийся сброд.
Офицер, командовавший группой пиратов, приказал головорезам убить здесь всех немедленно. Позвякивая пистолетами и метательными ножами в подвязках, и сжимая перчаткой эфес сабли, он первым преодолел несколько шагов, отделявших пиратов от раненых членов команды.
Я никогда не был так спокоен, как сейчас. Даже слишком спокоен. Возможно, это - воздействие той дряни, что дала мне кастилийка, хотя больше подходила версия, что бренное тело, утомленное искренне наплевательским отношением в критических ситуациях хозяина к нему, все-таки смирилось с означенным и решило пока все свои жалобы отложить на потом.
Крещент активно размахивал ятаганами, время от времени норовя меня оцарапать, и выкрикивая что-то (скорее всего оскорбления) в мой адрес. Впрочем, через эту странную пелену, словно бы затянувшую восприятие, звуки доходили в весьма искажённом виде. Может быть, это просто была некая концентрация, во время которой изрядно подуставший мозг подсчитывал все возможные варианты выхода из ситуации?
Разобрать удалось лишь последнее, и то – частично.
Цитата:
- …ничего не умеешь, фехтовальщик!
- Ты был восемнадцатым, кто думал именно так… - моя мягкая улыбка, возможно, была способна вывести крещента из равновесия.
А план, тем временем, был готов.
Разорвать дистанцию. Разорвать её не окончательно, свести к предельной. Пусть любитель шинковальных железяк помучается в попытке нанести эффективный удар, а не царапину. Рапира длиннее, и с какой частотой не маши ятаганами, в этом случае будет сложно избежать её укуса.
Следующие несколько минут боя прошли по вышеописанной схеме – пират норовил наскочить на мою скромную персону, и переработать её на рубленое мясо, но жало «Ауфсписепапира» не давало ему развернуться в полную меру, упорно доказывая, что мясо на шампуре ничуть не хуже, и вынуждая каждый раз разрывать дистанцию.
Заканчивалось это всё многочисленными царапинами, пока что не опасными.
Вторая часть наступила, когда в ходе нашего «веселого» прыганья по палубе мы добрались до скопления бортовых вант. Пришлось позволить оппоненту, испортившему немалое количество такелажа в ходе поединка своей манерой боя (несколько довольно увесистых блок-талей* на канатах уже раскачивались над палубой), добраться до дистанции рубящего удара. Всё, что выпадало на мою душу, я отвести не мог, но очень старался, «спихивая» ятаганы крещента на тросы, чуть выше уровня человеческого роста, а иногда вместо защиты от ударов сверху используя выбленки**.
Последний штрих – разыграть противника.
Вот радостный, но изрядно исцарапанный крещент пытается зарубить некоего водаччанца в очередной раз, замахивается, вкладывает в удар всю свою силу, и…
Встречает обыкновенный прямой блок, на 2\3 длины клинка рапиру поддерживает дага.
***
Пират прикладывал значительные усилия, а мне именно это и было нужно. «Ауфсписпапир» недовольно скрежетал – клинку явно не нравилось, что его "грызут" аж в паре мест какими-то ятаганами, да ещё и исполняет это человек, чьё телосложение и сила гораздо крупнее хозяина.
«Ещё, ещё!»
Оппонент давил уже практически всей своей массой, норовя оттолкнуть меня к борту и зарубить.
«Ещё…пора!»
Оттолкнуться, оттолкнуть от клинка, и вправо, оставив левую ногу, должную сыграть роль импровизированной подножки на месте, а затем прокатиться по палубе, марая её своей кровью из многочисленных царапин и пары ран посерьёзнее.
Сопротивление исчезло из-под клинков слишком внезапно, а вот сила, вложенная в давление - нет, и крещенту, чтобы её погасить, потребовалось несколько шагов, первый из которых и закончился плачевно – споткнувшись об неожиданную преграду, любитель рубить, всё что попало, кувырком полетел в то самое испорченное скопление вант. Блок-тали, удерживающие его внизу у борта, были целы, уцелела и немалая часть выбленок. А вот наверху…всё, как и я, держалось на честном слове.
Такого издевательства над собой тросы не выдержали, лопнули, и импровизированная сетка осела на оппонента, впрочем, мне было этого мало – толкнуть тяжеленный одиночный таль, так, чтобы тот огрел пирата по спине – дело недолгое…
___________________________
* - корабельный ворот из двух блоков, между которыми проходит канат .
** - "ступеньки" на вантах, как правило, пеньковые.
Техническое:
Это, в принципе, не сетка, она не столь плотна, но вот разорвать это практически невозможно при его оружии (там нужна способность не рубить, а резать или пилить - для этой цели неплохо бы подошёл кинжал) , только выпутаться. Хотя даже будь у него кинжал - пришлось бы повозиться - толщина канатов там весьма значительная, недаром Ренцо долгое время заставлял Шараха их "грызть".
Светало медленно. Куда медленней чем остывало лязгающее и рычащее человеческое варево у подножия мачт. Казалось, у покойного Гарри в недрах корабля припрятан легендарный Пуйлов котел, стократно приумножающий все, что попадает в его расписное нутро - головорезы с почти неразличимыми в рассветных сумерках лицами и не думали заканчиваться. К счастью, вверх они не смотрели. Притаившись под сенью парусов, Эсси пристально наблюдала за схваткой, не давая себе раскрыть засаду раньше времени. Она до последнего надеялась, что лезть в это неаппетитное месиво не придется. Зря. Вот упал несгибаемый айзенец, бившийся во главе строя вчерашних врагов. Парни тут же втянули его в "коробочку".
Капитана припер к борту наголо бритый мавр, размахивающий двумя саблями как мельница на штормовом ветру. Тут все впорядке - сверху видно, что задумал водаччианец. Образина тоже это поймет, но будет поздно.
Что происходило на вражеском корабле девушка не видела из-за парусов, но туда за каким-то дьяволом ушла синьора. Плохо. Одноглазый водаччианец, беспробудно пивший в каюте напару с гигантом-северянином (и откуда только силы брались) заколол здоровенного медведя (?!), рвавшего матросов как тряпичные куклы.
Хорош! В Марках медведей было мало, но ходили на их только с копьями. Особыми такими, с широким лезвием на толстенном древке. И с перекладиной - чтобы уж наверняка не достал. И то редко, очень редко обходилось без жертвы.
Пай-девочка из Кастилии... Стоп, а она-то что тут делает?! Эсси присмотрелась - девушка сноровисто перевязывала раненых вместо корабельного доктора. Что с ним, интересно? Тут нечто заставило авалонку вцепиться в рею обеими руками - откуда-то появился огромный кот, за которым тянулся кровавый след. И тяжелый, давящий шлейф "дурной смерти". Точь-в-точь, как за отцом в ту приснопамятную ночь... Девушка прищурилась - по вантам долго, да и мимо схватки как-то придется как-то пробираться.
Как назло с вражеского корабля прорвался свежий отряд и устремился в сторону кастилийки, хлопотавшей над раненым матросом. Раздумывать было некогда. Эсси срезала канат, соединявший грот и бизань, обернула толстую просмоленную пеньку вокруг левой руки и прыгнула в лязгающую бездну.
Скрытый текст - дальше много натуралистичной жестокости, насилия и цинизма:
Удар пяток пришелся в грудь верзилы в красном головном платке. Тот отлетел на своих людей, повалив троих, а прицел его пистолета сбился. Только поэтому пуля попала не в грудь девушки, а лишь вырвала кусок мяса из правого плеча. Кинжал при падении отлетел в сторону - некогда искать. Зажав рану, Эсси вскочила и, исподлобья глядя на барахтающегося пирата, процедила:
-Is feidir le cailini gearrtha agus wounded Amhain? Drochlaoich! Ta tu ag fanacht sna chunna ifreann oighreata.* Подхватив с окровавленной палубы чей-то кортик, она нырнула вперед. Метательный нож просвистел возле уха и ушел куда-то в гущу схватки.
"Он опасен. Берегись. Подберись вплотную и выруби. "
Короткий тычок в живот, снизу вверх - дьявол, подонок успел подставить бедро. Из широкой раны хлынула кровь, а ухмылка на загорелом лице пирата впервые пропала. Он отбросил бесполезный пистолет и перекатился в сторону, доставая из перевязи новый нож. Эсси осталась лицом к лицу с опомнившимися абордажниками.
- Seas ar ais, mac!** Ланниган прыгнул с кормовой надстройки, оказавшись рядом с девушкой, и сделал широкий полукруг клинком баллока, заставив пиратов отшатнуться. Благодарить было некогда. Потом. Непременно потом, за кружкой эля...
"Мы еще споем, Ланниган. Всё споем." Вперед. Поднырнуть под летящий нож. Сократить расстояние. Одноглазый водаччианец поднялся - куда же ты, дружище, ты уж сегодня отвоевался... Это мой бой. Звон клинков за спиной - это Ланниган сдерживает врагов.
Один.
Семерых.
Ты нужна ему. Поспеши.
Штаны пирата с одной стороны почернели почти под стать рубашке.
- Щенок! Я тебе сердце вырежу!
Новый нож. Не увернуться. На боку расцвела кровавая роза. Больно. Силы уходят. Ухмыляется, тварь.
Вперед! Только бы добраться! Собрав все силы, Эсси прыгнула вперед, разом сокращая расстояние. И пнула уже уверенного в победе пирата в голень. Ребром ступни.
Когда у того перехватило от неожиданности дух, она коротко замахнулась левой и ударила кулаком в угол челюсти. Голова пирата дернулась - даже под щетиной было видно, как челюсть вылетела со своего законного места... И сейчас же, не давая опомниться, добавила правой - снизу вверх, кулаком. Шея мужчины отвратительно хрустнула, а глаза закатились. Но сил его хватило на последний, пусть и слабый бросок.
Он был мастером, это безвестный метатель. Даже последний, смертный удар пришелся в цель.
Нож наполовину вонзился в грудь с правой стороны. Эсси захрипела и схватилась за рукоять.
"Почему я еще жива?"
- Не трогай! Sacaras - moriras!***
Обернувшись, девушка увидела только огромные черные глаза на бледном лице кастилийки. Та забилась между бочек и судорожно теребила какую-то тряпицу. Раненый уссурец в облике огромного дымчато-серого кота с толстым хвостом лежал, отгораживая ее от боя, и пристально смотрел прямо на Эсси.
Она сплюнула на палубу и направилась было к ним, как услышала короткий крик, полный боли. Ланниган.
Тот оседал на палубу, где уже валялось четверо нападавших. Один из оставшихся наклонился - добить, а остальные, глухо рыча, ринулись к ней.
Эсси заорала и швырнула кортик в парня, напавшего на бесчувственного (ведь он жив! жив!) десятника. То ли отчаяние придало ей сил, то ли Виланд расщедрился на удачу напоследок, но тяжелый клинок угодил прямо в шею убийцы. Тот странно хлюпнул и оросил тело Ланнигана ярко-красной кровью, прежде чем упасть сверху. Оставшиеся двое злобно ощерились:
- Ты труп, пащенок!
В глазах плясали черные мушки. Их становилось все больше. Правая рука слушалась все хуже, каждое движение отдавалось болью в груди и боку. Нужно держаться. Ведь никто не сможет защитить Ланнигана, девчонку, водаччианца и его, если она свалится...
Эсси закружила по палубе, не подпуская убийц на расстояние удара. Те разделились и начали крадучись обходить ее с двух сторон, прижимая к борту. Неужели конец? Нет.
Нет.
Пальцы босой ноги почувствовали холод.
Гораздо холоднее, чем обычный металл.
Когда девушка выпрямилась, она была спокойна.
- Ni bheidh hellhounds tu fiu a ithe! Nil siad ag ithe cac!****
Она бросилась на палубу - прямо на чьи-то внутренности - оттолкнулась и проскользила под ближайшим пиратом. Тот хрюкнул и упал на собственные выпавшие кишки. Встать Эсси не дали. Оставшийся успел кортиком пригвоздить ее к залитым кровью доскам. И благо бы только одежда - лезвие прошло сквозь уже раненый бок.
- И что ты теперь будешь делать, цыпленочек? - Убийца, не торопясь, поднял клинок убитого товарища и вернулся к лежащей девушке. Расхохотавшись, он ногой загнал метательный нож глубже в грудь Эсси.
- Чего не плачешь, пацан? Не просишь пощады? - пират занес кортик, чтобы прикончить наверняка. - Может и получишь, если хорошо попросить...
Девушка молча оскалилась и подняла кинжал.
- Еще трепыхаешься?
Дзинь-нь!
Гладко срезанный кусок кортика звякнул о палубные доски.
Дзинь-нь!
Дзинь-нь!
Клинок в его руке становился все короче, а челюсть пирата опускалась все ниже. Эсси схватилась за рукоять кортика, не дававшего подняться, и, всхлипнув, выдернула одним движением.
- Сам дерьмо, и оружие у тебя говенное... - Девушка, выплеснув струйку крови, расхохоталась в стремительно бледнеющее лицо убийцы и неуловимым движением приблизилась вплотную. - Я даже нож об тебя марать не стану!
В следующее мгновение она обхватила голову пирата раненой рукой, словно хотела поцеловать, и с размаху ударила его в лицо головой. Нос несчастного ушел глубоко внутрь, глаза вылезли из орбит, но Эсси этого было мало. Левой рукой она схватила умирающего за кадык
- Тебя отправила в ад женщина, ублюдок... Сдохни униженный! - прошептала девушка и вырвала "адамово яблоко". Ей, на спор гнувшей пальцами монеты, это не составило никакого труда даже в нынешнем жалком состоянии.
Когда мешок с костями, только что бывший человеком, осел на палубу, Эссильт пришлось собрать всю гордость, чтобы не рухнуть рядом. Медленно, тщательно переставляя ноги, она побрела к Ланнигану. Медленно, очень медленно, опустилась на колени возле него. Совсем медленно приложила немеющие пальцы к шее десятника.
Еле различимо билась жилка.
"Мы еще споем, buddy. Luaithe againn bury go foill.*****
Эсси казалось, что она сейчас встанет. Что уже встает. Но всех ее усилий хватало только чтобы не завалиться на тело товарища.
Техническое:
Дайсы боя . Положенные 4 критических ранения получены, 4 фрага завалены. Нужна квалифицированная медицинская помощь. Если Лусия не захочет, придется вытаскивать из закромов оф родина штатного доктора). Или в суровом кельтском духе загибаться от кровопотери и сепсиса.
*Только и можешь, что девчонок и раненых резать? Трус! Тебя уже ждут гончие в ледяном аду. (гаэльск.)
** Посторонись-ка, сынку! (гаэльск.)
*** Вытащишь - умрешь! (кастильск.)
**** Вас даже адские гончие жрать не станут! Они не едят дерьмо! (гаэльск.)
*****дружище. Рано нас еще хоронить! (гаэльск.)
Ночная мгла, наконец, рассеялась, и взгляду открылись все подробности отчаянной схватки на палубах «Альбатроса» и «Акулы». Полное поражение нападавших заняло немногим более часа. Они не были готовы ни к картечным залпам в упор, ни к смерти Гарри и его офицеров. Непобедимый айзенец оказался пойман в ловушку, заколот и буквально зажарен, словно утка в фольге. Его офицеры одним за одним были убиты, Сорте Стрега, приносившая удачу Акуле, почти разорвана в клочья. Команда пиратов в отчаянии пыталась отступить на свою шхуну, но и там их с ревом преследовали вооруженные матросы и пассажиры с водаччианского судна-контрабандиста.
Уверенность корсаров в победе так же быстро сменилась отчаянием поражения, как пуля рано или поздно пронзает грудь безрассудного дуэлянта. Пираты, еще недавно отпускавшие кровожадные шуточки и строившие весьма далекие от благочестия планы на будущее пленных и пленниц, сами оказались в положении загнанного зверя. Пассажиры, новоиспеченные офицеры и команда Альбатроса мужественно дали отпор атакующим. Те, никогда ранее не встречавшие тактических приемов и серьезного сопротивления в рукопашном бою, потеряв командиров, окончательно растерялись, устрашившись того, с каким опасным и отчаянным противником связались. Под натиском обученных Фехтовальщиков последние способные передвигаться бойцы отступили на нос Акулы. Один из контрабандистов срубил фал, на котором держался пиратский флаг, а Ренцо, как тряпку, срубил боцмана Акулы. Группа с Альбатроса во главе с Гаем Хопкинсом, Роджером и присоединившимся к ним Магнусом захватила верхнюю палубу и трюмы вражеского корабля, пираты побросали оружие и сдались. Ожесточенный бой кончился.
Пленные толпились на верхней палубе и ждали решения капитана Альбатроса: позволят ли им забрать раненых и отплыть на Акуле, дадут шлюпку или закуют в кандалы и отправят на материк?
Лусия, потеряв дар речи, с лицом, окаменевшим от усталости, выслушивала стоны и жалобы раненых. Джакозо все еще сжимал меч железными пальцами. Волькер пришел в себя и из импровизированного лазарета на палубе раздавал указания матросам.
– Спокойно, ребята! – твердил он слабым, но уверенным голосом. – Хватит крови. Обыщите судно и поступите с выжившими так, как достойно победителей. Там уж капитану решать, что с ними делать?
Тем временем, море начинало волноваться, ветер с минуты на минуту грозил перейти из шквалистого в штормовой. Небо затягивали тучи.
Пассажиры какое-то время неуверенно смотрели друг на друга, не зная, что теперь. Никто из них, кроме, возможно, Роджера, не занимался захватом и грабежом судов. До них только еще доходила мысль, что все закончено.
– Что будем делать? – спросил наконец, Роджер Весельчак у Ренцо? – Капитан?
Синьор Ди Анджелис горько ухмыльнулся и пожал плечами.
Голова его была повязана белой тканью, и рубаха заляпана кровью: не понятно, где своей, а где чужой. Эссильт, каким-то чудом уцелевшая в драке, вертелась рядом, прислушиваясь к разговору «старших».
Баюн, по прежнему остававшийся в шкуре большого кота, рыскал по палубе Акулы, что-то вынюхивая среди трупов и обломков рангоута.
*ваш ход, господа пассажиры, обсудите текущее положение дел и решите, что делать с пленными*
Техническое:
Акула: 10 матросов сдались в плен. 51 убитых. 39 раненых. (8 легко, 31 тяжело)
Альбатрос: 16 матросов в строю, 13 убитых. 21 раненых. (4 легко, 17 тяжело)
В трюме и капитанской каюте вражеского корабля найдено определенное количество гильдеров (Тейянских денег, если кто еще не в курсе), карты и пару книг на айзенском и старом-айзенском, небольшой запас солонины, большой запас пресной воды и рома, порох, оружие грубой ковки и несколько необычных, видимо, трофейных образцов.
Дележку и раздачу слонов устрою вместе с раздачей опыта за сцену, в течение завтрашнего дня.
Допилка крещента коротко:
Крещент, изрядно потрёпанный несколькими моими уколами, буквально вырвался из мешавшей толком парировать сетки, и рванулся ко мне, явно намереваясь всё-таки склонить исход боя в свою пользу. Ятаган для левой руки пират потерял, и теперь намеревался ткнуть меня уцелевшей железякой.
Мы, изрядно истрёпанные боем, сошлись. Первая ошибка была моей, но она же стала для любителя экзотического фехтования последней удачей в его жизни.
Неуклюжий колющий удар был мной пропущен, клинок противника распорол останки камзола, обе рубашки и кожу, плоть и уперся в рёбра.
Боцман попытался надавить, но сил ему не хватало.
Бросив кинжал и не боясь порезаться, я цапнул ятаган правой рукой, и стал тянуть в обратную сторону. Противостояние закончилось поражением пирата – клинок медленно и верно отступал назад, рукоять выскользнула из рук крещента.
Взвизгнула рапира, четырёхгранный клинок с хрустом вошёл в левый бок боцмана, тонкое острие выскочило из правого плеча, противник начал заваливаться назад и тем самым окончательно добил себя - «ауфсписпапир» с трудом покинул тело, вспоров брюхо с грудиной наискось и явив всему миру синеватые кишки, белые осколки рёбер и ещё бьющийся комок в грудине, который затих буквально через пару ударов.
«Готов…»
Через пелену, окутавшую зрение, с трудом было видно, как сдаются уцелевшие матросы «Акулы».
«Неужели всё?»
Идти вдоль борта, цепляясь за ванты, перешагивая через чьи-то останки, и оскальзываясь на лужах крови было неудобно, а без опоры путь мой был бы недалёк – навалилась странная сонливость, а где-то на границе сознания плавала боль от полученных ранений.
Кой-как найдя отброшенный в ходе боя пистолет, я с трудом поднялся на ют.
– Что будем делать? Капитан? – немного потрёпанный Роджер глянул на меня.
- Берём всех на борт, «потрошим» «Акулу» и уходим, - сухо откликнулся я, и повернулся к уцелевшим матросам шхуны. – Готовьтесь к переноске тяжестей. Одного десятника – на беседу с пиратами, варианты их дальнейшей судьбы им сейчас обрисую вкратце.
Изрядно помятый рупор с «Альбатроса» вновь очутился в моих руках.
Пленные выглядели весьма и весьма угрюмо, впрочем, это не было чем-то из ряда вон выходящим.
- Итак, «господа», дальнейшие варианты вашей судьбы таковы – те, кто хочет вступить в наш экипаж, и при этом будут приняты моими матросами, окажутся на борту шхуны в качестве таковых. Те, кто не имеют желания или не будут приняты – в вашем распоряжении несколько вариантов: если вас наберётся достаточно – будете погружены в шлюпку с не очень большим запасом еды и воды, подойду поближе к берегу – и можете проваливать на все четыре стороны; в качестве другого варианта – необитаемый остров или трюм до ближайшего порта, но имейте в виду – в последнем случае вы попадёте в руки местных властей, а что они сотворят с вами – мне неведомо. Раненых мы берём на борт, варианты их судьбы по окончании лечения я уже разъяснил выше. Времени на раздумья вам – погрузка. Здоровые пленные переносят вначале своих раненых товарищей, потом чистят палубу от лишнего «мяса».
Я вновь повернулся к пассажирам.
- Берём всё ценное, что только можно, и уходим – скоро шторм. Порядок переноски: карты, книги, навигационные инструменты, деньги – в первую очередь. Потом – еду и воду. Потом оружие абордажной команды и пушки. Синьора, - последовал кивок в сторону Лусии, - Волькер – на вас и корабельном докторе раненые, постарайтесь, чтобы они выжили и не перемёрли во время грядущей болтанки. Не забудьте прихватить тела...или головы пиратских главарей. Вьюноша, - я повернулся к юнге, - пройдемте со мной.
Уже в своей каюте, облачаясь в штормовой плащ с полузатёртой эмблемой Бернулли, и морщась от боли, я спешно объяснял самому молодому члену экипажа его задачу.
- Возьмешь ботинки у мертвеца из нашей команды, лучше у того, кого знал лично, и знал хорошо, кто был достойным моряком, и любым способом повесь их на концы верхней реи брифока. Привяжи, приклей, да хоть приколоти – если потребуется – гвозди и молоток возьми у корабельного плотника. Когда ты туда полезешь – сейчас или перед началом шторма, после «посещения» «Акулы» - мне не важно, главное, чтобы они к тому моменту, как начнётся качка, там были. Сам бы влез, но, увы, состояние не то. И да – если лезть больно – попроси, чтобы юная синьора из Кастилии осмотрела тебя вне очереди.
Удостоившись молчаливого кивка, я поспешил на палубу, где пленные таскали на «Альбатрос» своих раненых, пассажиры обыскивали пиратский корабль, с которого по цепочке матросы шхуны спешно перегружали провизию.
Лусия напряженно кивнула в ответ на указание Ренцо. Она оглядела палубу. Матросы и пассажиры, которых она перевязывала, были живы и большинство из них выживут и, возможно, довольно быстро придут в себя. Не зря же она каждому из них давала глотнуть чудодейственный напиток из склянки темного стекла. Лусия заглянула в саквоях. Ещше две склянки осталось, про запас, как говорится. Напиток был и впрямь непростой. Ведьма бы его, явно, оценила. Но каким образом он попал к ней, девушка не скажет, или скажет, но попозже. Впрочем, возможно, никто и не поинтересуется.
Джакозо, пришедший в себя ненадолго, опять побледнел. Повязки, к счастью, болше не мокли, и существовала надежда, что Бруно выкарабкается.
Баюн, на котором все заживало как...хм...на собаке, уже вполне пришел в себя, хотя Лусия была уверена, что коту не так уж и хорошо.
С Эсси и Волькером тоже пришлось повозиться, остонавливая кровь и накладывая повязки. Кстати, Лусия никак не отреагировала на то, что Эсси оказался...хм...не совсем мальчиком. Вернее, совсем не мальчиком. Впрочем, это не ее дело. Главное, что чудодейственный напиток и перевязанные раны давали и Эсси и Волькеру возможность чувствовать в себе силы продолжать двигаться хотя бы сутки. Позже, конечно, им будет не так уж и хорошо, но, по крайней мере, их жизнь в неопасности. Волькер же, вообще как будто и не обратил внимание на ранения, тут же принялся помогать корабельному доктору, который, наконец, выбрался из своей норы, осматривать раненых.
Лусия закончила перевязывать Гая, к нему подошел Магнус, успевший побывать в руках доктора, и они принялись устраивать раненых.
Боцман пришел в себя уже в лазарете. Несмотря на некоторое затемнение, он мог видеть. И увиденное могло обрадовать. Сражение закончилось, команда "Альбатроса" оказалась сильнее "Акулы".
- Победили. - выдохнул айзенец и скривился от боли: раны дали о себе знать. впрочем, в могилу они его не свели и ладно, потом ими займутся. Вон, костоправ и дворянка, как же ее звать?, старались, как могли.
- Жив! боцман жив! - крикнул кто-то.
- Да, жив. Каким-то первым попавшимся пиратам меня не извести. - ответил Волькер слабым голосом. Все же, несмотря на похвальбу, зацепило его знатно. Могли бы и извести...так. а что там за суета?
- Спокойно, ребята! – твердил бывший речник слабым, но уверенным голосом. – Хватит крови. Обыщите судно и поступите с выжившими так, как достойно победителей. Там уж капитану решать, что с ними делать?
"Так, а где капитан?" - заволновался было айзенец, но тут он услышал голос Ренцо.
Дальше все было неплохо. Сам жив, капитан и команда тоже не ушли на тот свет, ранами скоро займутся, чего же еще желать? Встать бы только...
Пассажирка (какая честь) занялась ранами айзенца. Швы были налажены, от той странной жидкости, хоть и дрянной на вкус, боль притупилась, а пуля с правого плеча была извлечена.
- Не выбрасывайте...отдайте мне ее. - уже окрепшим голосом попросил лекаршу Дорк. Увы, немного поздно, унция свинца покатилась по палубе. К счастью, далеко не укатилась и потянувшись, уроженец Фишлера смог ее достать.
- Чтобы другие обходили стороной. - пояснил он свой поступок и убрал злополучный кусок свинца в карман. заодно проверил, все ли ключи в связке на месте? "Все. Ффух, теперь можно встать." - подумал боцман и...встал, словно не ему едва не выпустили кишки.
Небо подозрительно хмурилось. "Как же не вовремя. Будет штормить." - отметил про себя Волькер. Стоять без дела он не стал и принялся помогать корабельному костоправу.
- Раньше приходилось повязки накладывать. - пояснил он сухонькому, но крепкому старичку в ответ на скептический взгляд. Впрочем, с первым перевязанным скепсис исчез вовсе, не сменившись ничем, к счастью. Дорк делал все правильно, а работы еще было много, стольких так ранило...
Айзенец нашел взглядом морщившегося от боли капитана.
- Неважно выглядите что-то. Давайте-ка перевяжу вас, что ли. - предложил боцман. Воддаченец отказываться не стал.
Впрочем, занимаясь ранами (чужими по большей мере, свои стали беспокоить меньше), бывший речник не забывал поглядывать в сторону матросов: справляются ли7 Впрочем, куда больше его заботило, что делать со сдавшимися пиратами из "Акулы". Попробовать кого-то перевербовать? А оставшимся оставить "Акулу" и часть запасов. если та после шторма не уйдет на дно на радость тамошним жителям...
Когда все закончилось, когда смолк последний выстрел и пираты побросав оружие стояли сдавшиеся на своем корабле, Фаррел спустился с марсовой площадки и отправился искать наставника.
Своего профессора он обнаружил в трюме вместе с другими несражавшимися пассажирами. Там не было плача и криков, только приглушенные разговоры, никто не бился в истерике, но все равно место навевало мрачные мысли. Оно давило низким потолком, затхлым воздухом и темнотой. Профессор Альфред Гойн рассказывал сказку детям: "Убежал я от двух старух, от хитрой лисы, от зайца быстроногого, от вас-то уж точно убегу! – ответил пирожок и дальше побежал". Мальчик и две девочки, старшей из которых не было и десяти лет, сидели возле археолога, опасливо косясь на раненого О‘Брайена.
- Профессор Гойн, - тихо позвал студент, - мы отбились, пираты уже сдались, но у нас много раненых.
Поднявшись в свою каюту, Фаррел первым делом снял посеченную верхнюю одежду и умылся. Затем убрав постель с рундука, открыл его и извлек на свет небольшой расписанный сундучок окованный железом. Следом, немного повозившись, достал еще один сундук раза в три больше предыдущего. Исследователи везли в нем неизрасходованный запас лекарств экспедиции. Когда Фаррел поднял крышку, на него глянули пузырьки с настойками и порошками, коробочки с сушеными травами и кореньями, керамические ступки, несколько небольших бутылей. Осторожно касаясь, словно опасаясь разбудить, О’Брайен стал перебирать содержимое, откладывая необходимые лекарства для раненых. Порошки мирры и буры, мази из кумина и из руты. Подорожник. Вот небольшая бутыль. “Если кто-нибудь нуждается в сильном опьянении для облегчения боли в каком-нибудь органе, то следует добавить к вину настоя плевела”, - всплыли в памяти слова медицинского трактата.
Содержимое маленького сундучка было выложено на стол – разное научное оборудование и химическое стекло, включая несколько мензурок и пустых пузырьков. В один из них Фаррел отлил немного настоя плевела пьянящего и отставил в сторону. Бутыль и остальные выбранные лекарства инисморец уложил в сундучок и запер, затем надел целый костюм и, подхватив сундучок, отправился на палубу.
Профессор был уже там, отрешенно смотря на творящююся на двух кораблях суету и кутаясь в плащ от свежего ветра.
- Прошу прощения, сеньорита, - на кастильском обратился Фаррел к врачу из пасажиров и протягивая сундучок, - Здесь лекарства, возможно Вам пригодятся.
Передав лекарства он отошел к профессору.
Нужно подняться. Черт подери, нужно подняться! Бой закончен - пираты сдаются. По капле уходит жизнь - ее кровь смешивается с кровью бесчувственного Ланнигана, теперь они самые настоящие побратимы. Растрескавшиеся губы девушки кривит горькая усмешка. Воткнув кинжал в мачту, она с усилием поднимается. Остатки сил уходят на то, чтобы не упасть обратно. Пальцы сковывает холодом, перед глазами все плывет. Эсси, пошатываясь, бредет прочь - с палубы, подальше от мертвых тел, раненых, подальше от бойни. Она еще не знает, что это утро будет снова и снова возвращаться в снах. Девушка приваливается к переборке и переводит дух. Тут ее и находит кастилийка - тянет обратно, хочет позвать на помощь...
Эсси еле ощутимо сжимает ее локоть, шепчет "Не надо... других..." и теряет сознание.
... пряно пахнущая жгучая жидкость льется в глотку, заставляя закашляться и прийти в себя. Первым делом Эсси осматривается вокруг - никого, кроме усталой и измученной сеньориты в пустой каюте нет. Та отмывает окровавленные по локоть руки в медном тазу. Услышав за спиной движение, кастилийка оборачивается и ободряюще улыбается. Эсси против воли улыбается в ответ. Дышать легче, несмотря на очень тугую повязку, и, против ожиданий, больше не хочется немедленно сдохнуть. Рядом валяется окровавленный метательный нож.
- Сильно меня... того?
- Ты везучая. Этот El malvado* метил в шею. Если б попал, ты осталась бы без капли крови еn unos minutos**. А так даже легкое не задето. Кровь я откачала, новой не будет. Побереги руку и будешь как новенькая.
Я никому не скажу про твой секрет. - вытирая руки, кастилийка приблизилась - И да... Спасибо тебе.
Не дожидаясь ответа, девушка прошуршала к выходу.
"Seo ceacht. Na breitheamh daoine ag amharc."***
Эсси поднялась и осторожно пошла следом.
На палубе она едва успела осмотреться, как капитан велел подойти. Что ж. Пока не выдохлось кастильское зелье, она будет работать. Надвигается шторм - каждые руки на счету. Не склочную же бабку-пассажирку на марсы отправлять, в самом-то деле! Представив балансирующую на рее вредину, одной рукой подтыкающую юбку, а другой дергающую канат, кричащую, что пропал зонтик, а парик съехал, девушка даже развеселилась.
Впрочем, веселье испарилось, стоило только подойти к груде тел. Почти все ее товарищи из десятки Ланнигана оказались среди павших. Но ни у кого из них не нашлось ботинок. Босиком куда сподручней карабкаться по вантам. С этими мыслями Эсси споткнулась о ногу добряка Мерсье. Десятник монтеньцев был разрублен почти надвое - последняя жертва крещенита с двумя саблями. Прошептав "Прости, дружище", девушка стащила с коченеющих ног щегольские башмаки. КИнжалом она прорезала подошвы и продела в дыры тонкий линек. Потом обвязалась канатом и осторожно, почти не двигая правой рукой, вскарабкалась на грот. Отдышалась и накрепко привязала башмаки - теперь их можно было лишь отрезать, причем от подошв. Теперь вниз. Эсси отхлебнула из фляжки - там остался один глоток. Тяжело вздохнув, она полезла вниз. Успеть бы до шторма утянуть хоть полоску мяса из камбуза...
Техническое:
Не знаю, насколько успешным было лечение, описал так, чтобы требуемые действия были хоть сколько-то логичными. Все, о чем просили, выполнил. Микки, надеюсь, ты простишь беспардонное использование твоей героини и приписывание ей реплик и поступков.
*злодей (кастильск.)
** в считанные минуты (кастильск.)
*** Вот тебе урок. Не суди о людях по их виду. (гаэльск.)
Стоя на заваленной трупами, коих на глазок было больше трех десятков, палубе, Магнус Эрикссон аф Ларсфолк смотрел на отрубленную голову и завидовал черной завистью. Как известно, отрубить голову врагу в бою, это самый героический способ сражаться - хоть сейчас скальдов зови!
Вестенец грязно выругался и захромал к пленным пиратам, охраняемым аж двумя моряками с "Альбатроса". Остальные пытались привести в порядок палубу, заваленную трупами, раненными, оружием и непонятно откуда взявшемся медведем.
"Проклятый медведь! Чтоб его... - Пираты смотрели хмуро, ожидая недоброго, - Бруно справился бы лучше, - буркнул Магнус себе под нос.
-Ты! - он ткнул в ближайшего пирата пальцем, - Ты идешь со мной! На свой корабль! И показываешь, где у вас там что лежит! Или твоя разбойничья башка летит за борт!
-Ты! - он ткнул в ближайшего пирата пальцем, - Ты идешь со мной! На свой корабль! И показываешь, где у вас там что лежит! Или твоя разбойничья башка летит за борт!
Пирату потребовалась пара минут, чтобы понять, о чем говорил северянин, а поняв, он вспылил:
– Больше всех надо?! Команда должна делить все по договору! Как ты посмеешь нарушить Кодекс?
– Дружище, что бы ты знал, пиратский кодекс на меня мало действует. – Выражение лица Магнуса было сама невинность. – Впрочем, башка тебе, чтобы думать, не нужна.
Магнус лгал. Точнее сказать, немного лукавил. Не в его правилах было убивать безоружного пленного. Но поскольку за последние несколько минут, а так же лет, он отправил на тот свет не одного спорщика, то голос и слова его звучали достаточно убедительно. Ростом он немного не дотягивал до двух метров, и пирату приходилось разговаривать с ним, сильно запрокидывая голову. Пленный непроизвольно скользнул взглядом по одежде северянина – насквозь мокрой от крови – и повел в оружейную каюту.
Магнус хохотнул и смерил его уничижающим взглядом:
– Вот и молодец. И, давай, пошевеливайся. Если кости мне не лгут, через час здесь будет не море, а ледяная купель Имира.
Не найдя ничего достойного внимания в оружейке, северянин совершил набег на камбуз и каюту с продуктовыми запасами Акулы, где и вооружился большой головкой сыра, бочонком эля и куском вяленой свинины.
Пока остальные члены команды, кутаясь в штормовые плащи и в заплатанные куртки, спешно переносили на Альбатрос сундучок с "казной" Гарри, бочонки с пресной водой, оружие и пушки, ветер разбушевался не на шутку. Волны захлестывали палубу, переваливаясь через фальшборт и нехотя, вспениваясь, с клокотанием растворялись в отверстиях портиков. Начинало холодать, Магнус Эрикссон ап Ларсфолк ощутил настоятельную потребность укрыться в каюте, иначе даже для него существовал самый настоящий риск замерзнуть.
***
Когда шторм набрал такую силу, что абордажные крючья, сцеплявшие два судна, начали трещать и рвать фалы, была отдана команда к погрузке на Альбатрос. Лишь только последние тросы и крючья, соединявшие его с Акулой, были разрублены – опустевшая Акула скрылась за пеленой ливня и кипящих волн. Вдвоем с Волькером Ренцо постарался организовать остатки своих матросов и пленных пиратов. И те, и другие были сильно деморализованы, обе команды понесли огромные потери. Все устали и замерзли. Часть матросов просто падали на палубу и отказывались подняться, а всплески ледяных валов готовы были унести их с собой заживо. Это был случай, когда применение угроз и силы против людей бесполезно. Надвигающаяся стихия была абсолютно безразлична к тому, кто прав, кто виноват. Одно осознание этого факта замораживало мысли.
Те, кто еще мог двигаться и нести вахту, под командованием Ренцо остались на верхней палубе. Пленных загнали в трюм – качать помпы. Раненые и обессиленные матросы были размещены по каютам, корабельный врач, Лусия и несколько матросов, немного набивших руку в перевязках, делали все возможное, чтобы больные не присоединились к тем, кто уже был похоронен за бортом.
Надеяться на то, что безумная стихия успокоится так же быстро, как разбушевалась, было бессмысленно. Но больше надеяться было не на что.
Ветер и волны швыряли корабль в неизвестном направлении примерно сорок восемь часов. Только по прошествии этого времени ливень, наконец, стих, и измученные качкой и работой на помпах пассажиры, стали робко выглядывать на палубу. Ренцо обнаружил, что рулевой ворот дал трещину, корабль не слушался штурвала и безнадежно сбился с курса.
Скрытый текст - Техническое:
Простенькая задачка по математике:
1) Шторм бушевал 48 часов.
2) Есть 20 матросов, способных нести 12-ти часовую вахту.
3) Им нужно отдыхать хотя бы 12 часов в сутки, иначе от усталости начнут вываливаться за борт.
4) Один Персонаж в состоянии заменить 2-х матросов на палубе. Но каждая вахта нанесет 2с2 невылечиваемого Первой помощью урона - холодом. Впрочем, раны, полученные таким образом, автоматически устранятся после 12-ти часового отдыха в тепле. Кроме того, влияния холодной погоды можно избежать, если Герой тепло одет. Но внезапное наличие шубы в гардеробе потребует траты 1 Кубика Драмы.
Сколько Персонажей должны отстоять сколько вахт, чтобы матросы не погибли?
Дополнение к условиям задачи: Баюн отстоит 2 вахты из 4. Первую и третью. Роджер 2-ю и 4-ую.
В первую вахту дежурил Баюн, заступивший на смену в восемь утра. Он с десятником Николо успел стать приятелями, и знал, что тому понадобится помощь, чтобы менять паруса и натягивать вырывающиеся из рук фалы.
Каждый, кто по экстренной надобности отправлялся наверх, привязывался веревкой. Также в начале вахты матросы натянули вдоль бортов канат, чтобы было за что ухватиться в шторм. За него можно держаться обеими руками, передвигаясь по палубе. И все равно люди с трудом добирались из одной точки до другой. Закончив вахту и дойдя до двери матросского кубрика, Баюн стукнулся головой о косяк и, охнув, захлопнул дверь. Ветер больше не задувал желтоватую масляную лампу. Шторм продолжал греметь за переборками каюты.
– Aoire an ifreann a nach raibh tu*! – буркнула Эссильт, отдернув ногу, которую теребил уссурец. Она натянула одеяло и осторожно повернулась на бок, мечтая проспать хотя бы сутки. Не тут-то было - сильный продольный размах шхуны ударил девушку лбом о переборку и заставил очнуться.
Она с ненавистью выглянула из-под одеяла, и, поморщившись от накатившей боли в боку, прищурила глаза. Темно-серые, они казались черными в кубричном полумраке. Разглядев, кто перед ней, Эсси стиснула зубы, надеясь, что тусклый, прыгающий свет лампы скроет внезапно вспыхнувший румянец.
Уссурец полуобернулся, не желая пялиться на девушку, предоставив ей изучать угловатый профиль. Глаза его все равно время от времени косили в сторону авалонки, слегка задумчивые.
– Подъем, матрос, – ухмыльнулся он в характерной язвительной манере, – не спи, замерзнешь.
– Простите, синьор! Что-нибудь случилось?
– К вечеру брифок убрали и четвертый излохмаченный топсель поменяли. Капитан всю смену был наверху, – сообщил безразлично Баюн.
Помолчав, прибавил неожиданно несколько издевательским тоном:
– Давеча ребята сказывали на баке, ваше хулиганское высочаство, будто похоже на то, что шторм настоящий только начинается. Ветер так и гудит в снастях... Волна – и гуд бай, крошка. Покатаешься на морском дьяволе...
– Зря вы так... беспечно. Накличете, не ровен час. - Девушка завернулась в захваченное на "Акуле" одеяло и поджала босые ноги. Брызги долетали даже сюда. "Agus cad ba mhaith aige?"
– Что, не боишься шторма, а?
– Нет. Один раз помирать, а море - не самая злая судьба. - Эсси скрипнула зубами, вспомнив тела на палубе. - Кому суждено быть повешенным, тот не утопнет, синьор. Я точно знаю.
– Куртку мою куда дела?
– Погодите, я же под дверь...
– Ну, и бог с ней, – хмыкнул уссурец.- Замерзнешь – приходи в мою каюту. - подмигнул он.
Девушка промолчала и отвернулась к переборке. Она готова была провалиться сквозь койку и деревянную обшивку судна прямо в гостеприимные объятия Могилы Моряков. "Nios mo mocks... Conas is feidir a bheith?"***
*Катись к черту, кто бы ты ни был! (гаэльск.)
** И чего ему надо? (гаэльск.)
*** Еще издевается... Как же быть? (гаэльск.)
Волькер очнулся ближе к вечеру. Действие снадобья кастилийки закончилось, и режущая боль от ранений расползлась по телу. Он постарался отключиться от нее. Он должен, должен выжить. Любой ценой. Он будет работать, помогая матросам. Он будет нести вахту ночами. Но он выживет. Он должен исправить старую ошибку, совершенную почти четыре года назад. И вернуть в этот мир несколько невинных душ.
Айзенец оделся и привычно проверил, на месте ли шкатулка с документами? Шкатулка была на месте, но в каюте не хватало зеркала. Он точно помнил, что оставлял его у прикроватной тумбочки. Не могло же оно провалиться в щель среди досок или ускользнуть под дверь?
***
Ульдерига готовилась отойти ко сну с помощью прислуживавшей ей синьоры Феллегрини. Чертова клуша никак не могла найти стеганное одеяло, уложенное предусмотрительной и привычной к комфорту аристократкой.
***
Вечер для Фаррела тоже не задался.
Ученик профессора словно пытался загипнотизировать пустой ящик. Тот, разумеется, не мог ответить, почему аптечка, в которой была припасена большая фляжка с медицинским спиртом, оказалась пуста. Кто мог забраться в чужие вещи? Кастилийка? Джакозо? Ненасытный северянин? Или проклятый варвар?
***
Раненный водаччец в это время сыпал такими отборными матами, которые прорывались сквозь шум штормового ветра и волн. Гильдеры, гельдерушки, золотко его ненаглядное. Все, что нажито непосильным трудом. Все же украли. Два кошелька замшевых, импортных. Нет. Три...
Техническое:
На корабле стали происходить загадочные пропажи вещей. Начиная от более-менее важных, вроде денег, документов и других личных припасов, еды, столовых приборов, одежды, и заканчивая вообще непонятными случаями, вроде исчезновения плашек, которыми драят палубу. Понятно, что не все пропажи можно списать на волны и случай. Пока судно в пути, желающие избежать новых потерь могут попытаться приступить к активным действиям... Вопросы можно задавать, как обычно: в оргтеме.
Мишель дю Саж закончил проговаривать очередное слово заклинания и тут же ощутил движение за спиной.
Молодая на вид Сеидхе, посланница королевы Небес, следовала за Мишелем тенью, отслеживая каждое действие. Девушка с нереально белоснежной кожей и островерхими ушами, одетая в легкое, не по дворцовому фасону платье, волновала воображение мужчины и одновременно пугала его.
Изначально маг предполагал смухлевать и произнести заклинание с ошибками, что не позволило бы ему вызвать портал, но посланница Благого Двора оказалась чересчур дотошна. А маркизу нужно было сделать вид, что он поддерживает планы Двора. Ему нужно было, чтобы они считали, что он на их стороне. Пока они будут разбираться с другими персонами, у них будет меньше сил на игру в Монтень. А значит, у его стороны повышаются шансы добиться своих целей.
Хотя, с другой стороны, играть с сидами, значило играть с огнем. Причем, судя по всему, так считали и они сами.
После прибытия посланницы Брин Бресайл в замке маркиза началась форменная паника.
– Мишель, пожалуйста, не делай этого! Не вступай в игры с народом Фаэ! – Зрачки у его супруги были расширены, отчего глаза казались осколками темного стекла.
– Все будет в порядке.
Маркиз дю Саж не был в этом уверен, но как раз начал изучать переданные листки, на которых был изображен план судна и мелким почерком сделаны сноски. Документы! Ну зачем, скажите на милость, такая срочность? Захват судна ровно настолько же эффективен, гарантия результата выше, а проблем меньше. Или у Королевы Фаэ старческие проблемы начались, и она путает жалких матросов с сирнетскими демонами?
– Послушайте, я могу провести вас с собой, и вы возьмете все, что вам нужно! Который раз предлагаю!
– Месье, у вас короткая память? – Она подняла голову, отрываясь от созерцания карт, разложенных на столе в гостиной маркиза. Фаэ чувствовала, что в месте, которое посетил маркиз, было холодное железо. Кто-то из людей еще помнил его секреты, но сообщать о собственной слабости маркизу сеидхе не считала нужным.
– Вы не смогли найти для себя что то ценное? Мы вознаградим вас иначе.
Маркиз нахмурился. Он поправил прическу:
– Да я верю, что вы не лжете. Не лжете прямо, но мне непонятно, чего вы добиваетесь, предлагая мне такую цену.
– В прошлый раз вы говорили, что хотите этого… нет, так нет… я найду другого человека, способного выполнить маленькую просьбу. Впрочем, пока предложение все еще в силе.
– Безумно мило с вашей стороны. Не нравится мне все это… но я попробую еще раз.
Капля крови упала на роскошный крещентский ковер. Символы на нем засветились мягким светом. Какое то время ничего не происходило, затем в воздухе образовался проем, пахнущий гнилой плотью и затхлым воздухом. Мишель дю Саж ощутил, как кожу покалывает изнутри, и шагнул в портал.
В одном из выходов он увидел высокого парня со странной прической и двуручным топором за спиной, он тормошил матроса в кубрике. Выходить на виду у двоих пассажиров, пусть даже и занятых собой, маркизу совершенно не улыбалось. Он проверил другой выход.
«Какая приятная неожиданность!» На той стороне виднелись контуры женской фигуры. Лусия Торрес, уставшая от забот дня, беззаботно спала в каюте. За окном бушевал шторм, кровать вместе с палубой выделывала немыслимые акробатические номера, но кастилийка настолько выдохлась в результате непрерывных перевязок и операций, что спала как убитая.
Маркиз шагнул в каюту, портал за его спиной, сочащийся по краям кровью, закрылся, и монтенец приступил к противной его благородной натуре, но абсолютно необходимой процедуре обыска.
Техническое:
Лусия может проснуться, а может не делать этого, тогда действовать будет маркиз.
- Это не корабль, а какой-то плавучий притон! Сборище мошейников и негодяев... - Джакоза вздохнул и добавил с мрачным сарказмом, - а чего можно ожидать, когда в команде контрабандисты да захваченые в бою пираты.
"Все-таки это корабль, деревянное корыто среди волн, бежать с него некуда, а значит, вор найдется"
Подобные мысли немного успокоили охотника за головами. Впрочем Джакоза слишком хорошо знал, что под лежачий камень гильдеры не закатываются, поэтому сидеть сложа руки не собирался.
-Магнус, я открываю охоту на воров, - заявил одноглазый авантюрист пошатываясь то ли от ран, то ли от шторма, - сперва опрошу пасажиров, выясню, одному ли мне так повезло. Заодно может кто вдруг и признается, кто их знает?
Джакоза на ходу составлял план действий. В первую очередь нужно было навестить самых подозрительных лиц, а самые подозрительные - это, конечно, колдуны и...
Для того чтобы представить себе Сорте стрега ворующей кошельки, нужно было по-настоящему богатое воображение. Хотя она наверняка могла чем-то помочь.
"Ну да, давай, заявись к Ведьме судьбы, идиот"
Играть с судьбой это последнее дело.
Кого еще на корабле вызывал подозрения? Безусловно, дикарь уссуриец. Джакоза поморщился. Еще одного оборотня ему сегодня не одолеть, даже связыватся не хотелось. Хотя кто знает, вдруг он сможет найти вора по запаху?
Корабль качнуло и охотник за головами, не удержавшись на ногах, налетел на дверной косяк.
"Все-таки проклятый медведь меня славно отделал. Слава Теусу, на корабле оказался хороший врач. То есть оказалась. Та кастилийка. Могла что-то видеть".
Думать о том, что она могла бы и прикарманить его деньги было верхом неблагодарности. Джакозе, впрочем, случалось покорять в своей жизни и не такие вершины.
- Впрочем, вор может и подождать, - отлепившись стенки, он обернулся к Магнусу и спросил, - ты не знаешь, где каюта той милой дамы, что занималась моими ранами? Я хотел бы её поблагодарить.
- Алваро! Где же ты, несносный мальчишка! - Лусия в раздражении топнула и с опаской заглянула в люк, ведущий в подвал. - Если ты там, сейчас же ответь!
В свои десять лет Лусия все еще оставалась отчаянной трусихой и ни за что не хотела лезть в темную дыру. Но желание отыскать брата было столь велико, что девчушка, не дождавшись ответа, глубоко вздохнула и сделала первый шаг на скрипучую лестницу.
На самом деле там, куда она спустилось, не было очень темно, приятно пахло деревом и чем-то сладковатым, и было очень тихо. Прбираясь между мешков и ящиков, девочка дошла до небольшой железной двери, ведущей в винный погреб. Та, разумеется, оказалась закрытой, и Лусия, посопев, начала озираться.
В этот момент маленький твердый шарик ударил ее по щеке.
- Ай! - девочка подпрыгнула, схватилась за щеку и сердито уставилась на мальчишку, сидящего на самом верху штабеля из ящиков. - Больно же!
Алваро хохотнул, покрутил в руках плевательную трубку и пробасил, пытаясь придать голосу мужественную хрипоту:
- Ты пленница ужасного пирата Ледяное сердце! Сейчас ты умрешь, несчастная!
Он дунул в трубку, но Лусия отскочила в сторону, и горошина ударила в пол у ее ног.
- Фи, пират...они же все неотесанные и ужасно грубые, - Лусия надула губы. - А я-то думала, ты сыграешь со мной в крокет.
- Надоело! Твои девчачьи игры больше мне не подходят, - мальчишка ловко спустился с ящиков и подобрал с пола горошины. - Так что отправляйся к кузинам. Ой, а кто это?
- Где?
- Да вон, у тебя за спиной, дуреха!
Лусия стремительно обернулась и увидела человека, который наклонился над баулом. Её баулом.
Рывком сев на постели, кастилийка несколько раз моргнула, быстро вытащила из-под подушки пистолет, наставимла на незванного гостя и хриплым со сна голосом спросила:
- Кто вы? И что делаете в моей каюте?
Рывком сев на постели, кастилийка несколько раз моргнула, быстро вытащила из-под подушки пистолет, наставила на незванного гостя и хриплым со сна голосом спросила:
- Кто вы? И что делаете в моей каюте?
– Оуч, кха-хка. – незваный гость закашлялся и обернулся на голос кастилийки. – Я маленький бешеный мышь, заблудился норкой, – в его голосе прозвучали явные насмешливые нотки.
– И, в конце концов, не из-за чего поднимать крик и направлять на меня эту штуковину, – маркиз щелкнул пальцами и расслабленно выдохнул. – Все равно она не заряжена.
Из его ладони выпал свинцовый шарик и покатился по доскам пола.
– Не кричите на меня. Пожалуйста. Это негуманно – кричать на маленького заблудившегося мышонка.
Лусия подумала, не начался ли у нее бред? Вроде бы за последние несколько часов она не получала ударов по голове. Но, может быть, парочку таких пропустил незнакомец? О чем она его и спросила. Тот не замедлил с ответом:
– Наверное. Говорят, в детстве меня роняла кормилица.
Лусия стиснула кулачок, с трудом сдерживаясь, чтобы не нажать на курок второй рукой.
– Извините, я не представился. Мишель, – незнакомец, не поднимаясь с коленей, слегка поклонился, тряхнув длинными черными локонами. – Мишель дю Саж к вашим услугам.
– А что я делаю в вашей каюте? Да вот, запонка под кровать закатилась...
Дю Саж коснулся кончиками пальцев стены и поморщился:
– Ну и холодина тут у вас. Я так полагаю, что просить вас, прекрасная мадемуазель, умолчать о моем визите бесполезно?
- Умолчать о визите? Да кто вы такой? - Лусия спустила с кровати ноги, осторожно поднялась и сделала шаг к "мышонку".
- Я точно помню, что запирала дверь. Вы - тот самый вор, о котором все только и говорят...- девушка бросила быстрый взгляд на саблю, что лежала прямо на конторке, и сделала еще один шаг вперед.
- Умолчать о визите? Да кто вы такой? - Лусия спустила с кровати ноги, осторожно поднялась и сделала шаг к "мышонку".
Маркиз перешел на шепот:
– Вы прекратите кричать или нет? Хорошо, пусть я вовсе не маленький и даже не не мышь, но это еще не повод надо мной издеваться!
Маг хмыкнул и снова поморщился. По руке его скатилось несколько капель крови.
- Я точно помню, что запирала дверь. Вы - тот самый вор, о котором все только и говорят...- девушка бросила быстрый взгляд на саблю, что лежала прямо на конторке, и сделала еще один шаг вперед.
– Я не собираюсь с вами спорить, мадемуазель, но я вовсе не вор! – Он скрипнул зубами. – Я могу ответить на все ваши вопросы! Мне просто очень нужно... мм... найти одного человека, точнее... мм... одну вещь.
Разумеется, Лусия не стала бы убивать незнакомца вот так, сразу, но, вероятно, испугалась. Какой мерзкий тип!
– Не надо брать шпагу, а то я умру от сердечного приступа. Вы разобьете мне сердце своей… мм… холодностью. Один мой друг потерял одну мм… вещь. Я не знаю точное место, где она оказалась, и вынужден искать наугад. Но я не могу открыть вам, что ищу, если вы не поклянетесь хранить тайну.
- Поклясться? - Лусия вздернула брови и даже чуть улыбнулась. - Неужели вам, сударь, не известно, что ради удовлетворения любопытства женщина поклянется всем, чем только возможно. Но вот сдержит ли она клятву...
Кастилийка внимательно посмотрела на незнакомца и вздохнула.
- Вам проще довериться мне без всяких условий. Иначе...иначе я закричу так громко, что сюда сбегутся все, кто может передвигаться.
Она набрала в грудь воздуха и вопросительно посмотрела на ночного гостя.
- Поклясться? - Лусия вздернула брови и даже чуть улыбнулась. - Неужели вам, сударь, не известно, что ради удовлетворения любопытства женщина поклянется всем, чем только возможно. Но вот сдержит ли она клятву...
Кастилийка внимательно посмотрела на незнакомца и вздохнула.
– Ха-ха! – неожиданно прыснул маркиз, – вы чертовски правы, мадемуазель. Мне не понаслышке известна цена женским клятвам, – в голосе его прорезался сарказм.
- Вам проще довериться мне без всяких условий. Иначе...иначе я закричу так громко, что сюда сбегутся все, кто может передвигаться.
Она набрала в грудь воздуха и вопросительно посмотрела на ночного гостя.
– Хорошенькое дельце! То есть я вот так, за здорово живешь, должен предать своего друга ради удовлетворения любопытства первой встречной? – Дю Саж покраснел или искусно сделал вид. – Ох, простите, я ведь вас тоже не знаю, хоть вы и весьма очаровательная особа, и я бы с большей радостью записал себя в число и ваших друзей.
Рука его двинулась было к кинжалу на поясе, но затем отдернулась назад. Он добавил:
– А вы не самый великий мастер договоров. Не надо пытаться на меня давить. Я могу уйти еще быстрее, чем пришел, и уйти не один, а с вами, но мне бы хотелось разрешить вопрос мм… дипломатией.
Лусия помедлила. Ей чувствовалось во всем сказанном что-то неправильное, какая-то маленькая лживая нотка, но в том, что маркиз запросто может выполнить свою угрозу, сомнений не возникало.
– Хотите вы этого или нет, мадемуазель, вам придется помочь мне. Что я могу сделать для того, чтобы вы захотели этого сами?
Дю Саж медленно поднялся с коленей, цепляясь ладонью за переборку и оставляя на ней едва заметный кровавый след.
– Поймите меня правильно. Я забрался к вам в каюту не из любви к насилию. Вещь, которую я ищу, достаточно важна для мм… людей, которые в состоянии предложить в награду нечто большее, чем деньги.
Маркиз решительно посмотрел Лусии в глаза:
– Вы боитесь, что я вас обману, я чувствую это, но скажите, у вас есть мечта?
- Ести ли у меня мечта? - Лусия нахмурилась, продолжая рассматривать гостя. - Даже если и есть, что вам за дело?
Он не нравился ей все больше. Странный человек. От него веяло угрозой и силой. Его вежливый, порой почти сладкий голос вызывал нервную дрожь.
- И помогать вам в слепую я уж точно не буду. Так что вы можете просто убираться прочь. Иначе вам точно придется меня убить. Но я так просто не сдамся, вы же понимаете.
– Ести ли у меня мечта? - Лусия нахмурилась, продолжая рассматривать гостя. - Даже если и есть, что вам за дело?
Маркиз удивленно покачал головой:
– Мне нет дела до ваших фантазий, и именно потому я тот, кто может помочь их осуществить, – маркиз эмоционально взмахнул руками. – Способ, которым я попал в вашу каюту, вызывает в вас недоверие к тому, что я могу вам предложить. Это нелогично. Ведь я могу и сдержать слово.
Он не нравился ей все больше. Странный человек. От него веяло угрозой и силой. Его вежливый, порой почти сладкий голос вызывал нервную дрожь.
– И помогать вам в слепую я уж точно не буду. Так что вы можете просто убираться прочь. Иначе вам точно придется меня убить. Но я так просто не сдамся, вы же понимаете.
– Ага, – безмятежно согласился монтенец. – Проблема в том, что мне совсем не хочется никого убивать. Я, знаете ли, в какой-то степени альтруист и гуманист. Ну, знаете, любовь к ближнему, как к самому себе, все такое.
Он нервно вздохнул.
– Merde! Далась мне ваша жизнь? Я пришел не за ней, а иначе мы бы с вами не разговаривали, согласитесь.
Второй раз маркиз вздохнул еще тяжелее.
– Простая сделка. Вы называете мне свое желание. Например: «Найти плюшевого мишку». Я демонстрирую вам, что оно выполнимо. Затем вы верите мне и помогаете в моих поисках. После чего я исполню ваше действительно заветное желание. Chiche? Годится?
- Ммммммммм...- Лусия облизнула губы и пожала плечами. - Что ж... Тогда очень простое задание. Найдите моего брата.
Она с вызовом глянула на "мышонка", прикидывая, может, все же закричать? Погромче, чтобы действительно, все сбежались. Но, во-первых, этот ловкач вполне может улизнуть. Ведь как-то он проник в закрытую каюту? А, во-вторых, ей ужасно было любопытно, что же этот тип все-таки ищет на корабле и в ее каюте?
Монтенец закатил глаза кверху с видом ватицинского мученика.
– Ничего себе, простое желаньице! Вы даже не сказали мне, как вас зовут, мадемуазель, а хотите, чтобы я взмахнул руками и явил вам брата? Здесь что, клуб фанатов Дэвида Копперфильда? – Он задумчиво потеребил завитые усы и тонкую бородку по последней дворцовой моде. Худые длинные пальцы его при этом дрожали.
Маркиз усмехнулся.
– Впрочем, я держу слово. Осталось только выяснить, хочет ли ваш брат, чтобы его нашли?
Неожиданно в дверь постучали. В шуме штормового ветра и скрипе старых досок, трещавших от постоянной нагрузки, шаги подошедшего нельзя было расслышать заранее. Зато четко был слышен голос водаччианца, которому так кстати приспичило высказать кастилийке какие-то слова благодарности.
Дю Саж лениво пожал плечами и отвернулся к стене, всем своим видом демонстрируя безразличие.
– Я слышу, ваша фамилия Торрес, мадемуазель, точнее синьорита Лусия? Если к завтрашнему дню никто не узнает, что я у вас был, то я найду вашего брата.
Он пробормотал какие-то слова на монтеньском.
– А сейчас лучше закройте ваши очаровательные глазки. То, что они могут увидеть внутри, сгубило не одну душу.
В воздухе образовался сочащийся кровью проем, монтенец закрыл глаза и шагнул внутрь. Рваная дыра затянулась за ним, не оставив никаких следов. Если бы в каюте не висел едва уловимый запах смрада и крови, Лусия могла бы подумать, что ее разбудил стук Джакозо, а все остальное – привиделось. Может быть и правда, это был сон?
Гость исчез, Лусия коснулась ладонью стены, мотнула головой, прогоняя навалившуюся вдруг дурноту, и подошла к двери, в которую стучали уже сильнее.
- Доброй ночи, сударь, как вы себя чувствуете? - быстро проговорила она, узрев на пороге водаччианца, которому совсем недавно перевязывала раны.
Девушка не слишком внимательно слушала то, что говорит ей еще один позднипй гость, потому что была растеряна и смущена. Она понимала, что надо бы найти капитана и рассказать о странном визите. но, с другой стороны, "мышонок" обещал ей рассказать о брате. Возможно ли подождать? Наверное, да.
Айзенец очнулся, некоторое время полежал и потом, протерев глаза, решил встать...
- Ох-х…шайне! – выругался Волькер. Тело решило показать хозяину, насколько плохо с ним обращались вчера, и, надо сказать, это ему удалось сделать. Болело много чего и сильно. Но бывало и хуже а, если и нет, то Дорк все равно был нужен наверху, так что нужно терпеть.
Одевшись, боцман проверил шкатулку и ключи к ней (Все на месте), взял трофейную шпагу (своя рапира оказалась сломана. Или потеряна…), одел наручи из драхенайзена, которые ему передал кто-то из матросов (наверняка Ренцо подсуетился) и…
- Чего-то не хватает…а, зеркало! Я же точно помню, что оно на тумбочке стояло! – обнаружил пропажу Волькер. Осколков нигде не было, значит оно не разбилось.
- Хм… - боцман одел теплую куртку, которую на всякий случай взял с собой в путешествие и дернул дверь. Она была закрыта. Значит вор…
- Чепуха какая-то. – сказал на родном языке уроженец Фишлера и вышел из каюты. Шкатулку перед этим спрятать не забыл. Панцерхенд и деньги – тоже. На ум пришел какие-то разговоры о пропажах вещей.
«Надо бы поймать этого вора за руку. На всякий случай, а то стащит еще что-нибудь ценное…
«После вахты все проверю. А может, и до нее переговорю с кем…» - подумал айзенец, идя наверх. Он был нужен именно там.
Тяжелый день все никак не хотел заканчиваться. Мало было пиратов, мало было шторма, так после ужина Фаррел обнаружил, что "ящик с лекарствами" стал "ящиком из под лекарств". Отойдя от первого удивления, он обыскал всю каюту: больше ничего не пропало, но и следов вора не обнаружилось.
Когда пожилой археолог вернулся в каюту, О'Брайен сообщил ему печальную новость:
- Профессор Гойн, кажется на корабле завелся воришка.
Среди личных вещей и бумаг Альфреда так же ничего не исчезло.
- Профессор, Вы останетесь в каюте? С вашего разрешения я пройдусь по кораблю.
Пиратский корвет «Эль Мангоста» медленно раскачивался влево-вправо, то поднимаясь на волну, то зарываясь в нее носом. Где-то на юге, видно, крепко штормило, ветер был свежим, море шалило, и отдельные волны лобызали шпигаты.
Альваро Торрес отходил ото сна, солнце над западным побережьем Кастилии уже поднялось над горизонтом. Он глотнул холодного вчерашнего крещентского чаю, одел куртку и как раз с ударами колокола, отбивавшего семь утренних склянок, вышел на палубу.
При существовании магической версии дальней связи – Порте – кому нужны часы на корабле? Каждый день, когда солнце поднимается в зенит, монтеньский штурман открывает портал и достает из него свои помеченные кровью часы. Поскольку на борту будет полдень, а дома, в Монтени, к примеру, два или три часа, то он определяет, на каком градусе долготы судно.
Благодаря данной методе, благородные монтеньцы – лучшие шкиперы на Тейе, и у них самые точные карты и часы.
«Чего это боцман или штурман раньше восьми растрезвонился?..» – пронеслось в голове молодого пирата.
Он вышел на палубу и сразу очутился в центре внимания. Обычно вахтенные матросы в своих просмоленных парусиновых штанах и заплатанных рубахах молчаливы и серьезны. Держатся за снасти или лежат в повалку на палубе, травят сальные анекдоты или старые байки. Когда старший по вахте окрикнет командой, они отряхиваются от соленых брызг и вперевалку отправляются выполнять указание. К примеру, убрать марсели и поднять топсель, а затем снова лениво смотрят на океан, курят, угрюмо молчат или возвращаются к неспешным разговорам. В этот раз вахтенные все до одного уставились на кастилийца и о чем-то шептались.
– Слышь, Альваро, тут к тебе пришли. Дуй на мостик.
Молодой человек хмыкнул и поднялся на мостик, с равнодушным видом, точно к нему каждое утро приходят по воде посланцы Пророка.
Там, широко расставив ноги, стоял сухощавый монтеньский шкипер, держась руками за поручни. Он был спокоен и посматривал то на горизонт, то на паруса. Рядом с ним крутился невесть откуда взявшийся франт, разодетый по последней монтеньской моде.
«Обычно к Дю Россу мамочка приходит проведать..» – язвительно подумал Алваро. Горячие пирожки от мамочки Росса были одновременно предметом насмешек в сторону неюного монтеньца и гастрономической любви всей команды «Эль Мангосты». «Неужто у Жана еще кореша остались на суше?»
Шкипер повернулся к Алваро и пожелал доброго утра.
– Доброго утра, синьор Торрес, тут его благородие маркиз дю Саж передает привет от вашей сестры.
Вверх.
«Альбатрос», на мгновение задрав бушприт, подмял под себя очередной иссиня-черный гребень с белым «барашком», разлетелись подхваченные промозглым ветром брызги.
Вниз.
Шхуна ныряет в ложбину между парой волн, и вновь начинает неторопливый подъём.
Вперёд, к горизонту, которого, впрочем, сейчас толком и не разглядеть – темные цвета воды и небес смешиваются, растворяются друг в друге.
Впрочем, несмотря на дурную погоду, я восхищаюсь тем, что вижу . За десяток лет своего плавания мне довелось видеть немало штормов, и этот, несмотря на внешнюю свирепость – не самый страшный. Наоборот, самое то, чтобы и насладиться гневом морской стихии, и не присоединиться к утопленникам.
Очередная волна идёт навстречу, смещаясь к правой «скуле» корабля. Жест паре матросов, под перчатками оживает канат, норовя вырваться из рук, ослабленный, полощущийся на ветру второй кливер на мгновение натягивается, сапоги скользят по мокрой от солёной воды палубе, корабль довольно резко поворачивает носом к волне. Простейший фокус с парусами на противоположном галсе при штормовом ветре позволяет довольно легко совершать простые маневры, навроде поворотов, даже без участия штурвала, а большего пока и не надо - сориентироваться в море в шторм без видимых объектов – будь то небесны светила или берег – крайне сложно.
Мы ослабляем хватку, кливер вновь хлопает на ветру, словно простыня на просушке, «Альбатрос» продолжает свой ход в неизвестность.
Следовало бы, конечно, выбить к Легиону перо руля, чтобы не мешало парусам, но от этой затеи я отказался – даже если предположить, что мы сумеем привязать, например, уссурийца так, чтобы его, болтающегося под кормовой настройкой не расплющило о корпус или не смыло в море – не факт, что он справится с наружными петлями. Даже если представить, что это всё обернётся удачей – простуду охотник точно заработает, как и десятка три-четыре ушибов.
«На фрегате всё это было бы гораздо проще. Даже в подобный шторм минут за сорок управились бы, правда, недосчитались бы некоторого количества матросов… Впрочем, для такой туши, как корабль пятого ранга – это был бы вопрос выживания, а шхуна потерпит».
Очередной порыв ветра бросил в лицо веер брызг, волна вяло перевалилась через носовую фигуру, с трудом взобралась на бак, и пробежала по палубе. Матросы явно были этим недовольны, мне же – наоборот, это скорее нравилось. Несмотря на то, что штормовой плащ мало защищал от подобных сюрпризов, а вода, как и ветер, была практически ледяной, я чувствовал себя так, словно оказался на палубе во время дневного перехода рядом с империей Крещентов, и лишь стихия время от времени как-то сбивала ощущение жары.
Рубашки я сменить так и не успел – лишь оставил в каюте разодранный в клочья камзол, рапиру да пистолет – время поджимало, моё наблюдение требовалось на погрузке, айзенец же оказался неплохим доктором, украсив мою скромную персону по меньшей мере полудюжиной повязок.
Впрочем, после манипуляций наёмника самочувствие улучшилось, что и позволило отстоять вахту до конца, а затем, объяснив очередной смене, что и как делать, уйти к себе в каюту.
Уже в родимых четырёх стенах тело решило напомнить некоему синьору ди Анжелису, что обращаться с ним нужно осторожно. Кой-как переборов озноб, я забил в пистолет очередной заряд, затолкнул оружие под подушку, и, содрав с себя превращенные не пойми во что рубашки, попытался лечь и уснуть. Впрочем, сон был недолог – о себе напомнили приключения прошедшего дня. Соль явно попала на повязки, и следовательно – в незатянувшиеся раны, которые немедленно ответили на подобное хамство стойким ощущением методичного поджаривания на сковородке, к ним присоединились старые шрамы, начавшие болеть, чесаться и кровоточить. Кровь шла густая, бордовая, с сукровицей и характерным островатым запашком, позволявшим придти к выводу, что процесс воспаления пошёл, а там недолго и до горячки.
Злой, как поднятый из могилы покойник, я с трудом выбрался из каюты, и марая всё содержимым своих жил, добрался вначале до камбуза, а затем и до кладовой. Результатом похода стали пара бутылей – с водой и вином, хлеб с мясом и кусок парусины.
Завернувшись в последний, я принялся за нехитрую трапезу у себя в каюте, после чего, глядя в пространство красными от недосыпа и усталости глазами взялся за вино.
Но простейшие действия по спасению собственной шкуры к успеху не привели – ночью стало совсем плохо, настолько, что я в приступе сентиментальности извлёк из дальнего угла сундучка медальон, подаренный мне когда-то давно, и заброшенный подальше, с глаз долой, словно надеясь, что человек, подаривший мне эту безделицу, почувствует мою боль, и может быть – поможет.
В подобном абсолютно разбитом состоянии мне и удалось уйти в царство Морфея.
«… Раскачивается вправо-влево погасший фонарь под потолком каюты. Через щель между ставнями пробивается лунный луч, в его свете тускло поблескивает «Ауфсписпапир», лежащий на столе, чудом не упавшие бутылки рядом. Всё та же каюта на «Альбатросе», моя каюта…
Но помимо моей скромной персоны, здесь ещё трое – двое мужчин и одна женщина, их лица слабо различимы.
- Нельзя всё время добиваться своего, Ренцо, - говорит первый, растворяясь в воздухе, буквально развоплощаясь в наполняющей каюту темноте. Я хорошо знаю его голос. Глава моей семьи, и мой отец, Армандо Анжелис.
- Нельзя всё время переступать через себя и других, граф, - сухо говорит второй, Кристиан Бруно, виконт де Лефевр, заколотый мной на дуэли почти семь лет назад. Кровь стекает по его белоснежному камзолу, капает на доски пола, губы мертвеца шевелятся, выдавливая ставшие вдруг такими сложными слова.
Второй визитёр исчезает следом за отцом.
- Нельзя быть постоянно правым, mia care* Renzo, - звучит тот самый, ненавистный, и в то же время - любимый, почитаемый и божественный голос. Зеленые глаза смотрят пристально, но не надменно, устало, и словно бы сожалея о чём-то, тонкие руки со столь белой кожей, что сквозь неё просвечивают синеватые прожилки, неторопливо обрывают лепестки роз, лежащих на белом платье на коленях.
- Spento!** - я почти что начинаю шипеть, словно ядовитая змея, которую кто-то оскорбил до глубины души (если, конечно, у этих тварей есть душа), наступив на хвост.
- Ты злишься, mia care. Злишься… потому что тебе плохо, - каблучки щёлкают по доскам, тонкие светло-карминово-розовые губы собеседницы складываются в невеселую улыбку, женщина подходит ко мне.
- Spento! – повторяю я, глядя гостье в глаза. Поединок взоров заканчивается моим поражением.
Букет поцелуя – странная, терпкая смесь из свежести мяты, пряной корицы, немного кислинки лимона и горечи, той, что отдаёт кладбищенская полынь, когда её пробуют на вкус.
- Sonno, mio amore***… - говорит гостья, целуя меня второй раз - в лоб. В последних двух словах, когда-то столь радовавших меня, и ныне столь ненавидимых, можно наряду с иронией уловить некую грусть. - Засыпай. Когда ты проснёшься, уже будет лучше…
Женщина растворяется во тьме, а темнота, та, которой наполнен обычный глубокий сон, наваливается со всех сторон…»
____________________
* - мой дорогой (ит.)
** - прочь! (ит.)
*** - спи, любовь моя (ит.)
23 июля 1667 АВ (Anno Veritas – начало современности). Примерно час пополудни.
Жуткая качка изнуряла и бывалых матросов, и пассажиров, ни мало не способствуя крепкому сну. Но Баюн проснулся не от болтанки. Его организм быстро приспосабливался к любым условиям: если бы понадобилось, он бы смог спасть стоя, лежа, на бегу и в прыжке. Баюна подняло шестое чувство – словно ударило изнутри. На душе орали и скребли кошки, предупреждая о чем-то страшном. Ему хотелось взвыть и немедленно бежать с корабля. Уссурец собрал волю в кулак, поднялся с кровати, надел сапоги и вышел на палубу.
Солнце, которое должно было стоять в зените, не пробивалось ни единым крохотным лучиком через плотные тучи и пелену ливня. Гром грохотал, практически не переставая, молнии прорезали черные тучи зигзагами, освещая бушующий океан и палубу. Шхуна металась по волнам во все стороны, и большая часть волн свободно перекатывалась через палубу. Одну из шлюпок смыло. Шторм достиг своего апогея и трепал шхуну, стараясь ее уничтожить, но та не поддавалась и боролась за жизнь, скрипя всеми досками, словно постанывая от боли. Матросы толпились на шканцах и на юте, держась за специально протянутые канаты – леера. По временам, при грохоте грома, уже никто не вздрагивал, но некоторые молча крестились.
Ренцо стоял у штурвала, рядом с еще четырьмя матросами и, перекрикивая шторм, указывал, как править со сломанным балером – при помощи одних парусов. Он старался держать судно к волне носом, чтобы Альбатрос не перевернуло. Свет молний периодически выхватывал из темноты его изможденное и серьезное лицо.
«Что-то надвигается!» – нашептывало предчувствие оборотню.
Он первым увидел черный силуэт за пеленой дождя и молча стоял, уцепившись за первый попавшийся фал, потрясенный и побелевший.
– Теус, помилуй! – раздался рядом голос вахтенного. – Капитан, смотрите-смотрите!
В первые минуты молодого человека охватил жестокий страх, но потом ужас сменился каким-то покорным безразличием. «От мертвых не сбежишь».
При свете блеснувшей молнии, на недалеком расстоянии показался силуэт черного фрегата. Уссурец невольно зажмурил глаза и открыл еще раз – фигуры призраков на палубе и на вантах никуда не исчезли.
Снова сверкнула молния и озарила океан. Страшное судно было уже совсем рядом.
Баюн перекрестился. Скорбные стоны и крики нескольких человек раздавались рядом.
– Черный фрегат! – произнес чей-то голос. – Мы пропали!
Вот огромная волна подняла фрегат на гребень. Нет, это уже давно не фрегат, это только остов корабля. Ветер свистит между ребрами шпангоутов. Сломаны мачты, перепутаны канаты. Но до отказа надуты ветром рваные паруса. Не матросы сгрудились на его палубе – призраки. А вот и проклятый капитан – привязан на месте носовой фигуры, лицо его застыло в вечной гримасе боли. Он предал свою команду, и теперь судно, ведомое душами, обреченными на бесконечные скитания, мстит всем, кто наживается на том, что отправляет моряков в морскую могилу.
При следующей вспышке молнии Черный фрегат оказался на расстоянии кабельтова от «Альбатроса», но больше не приближался. От фрегата отвалила лодка. Пронзительно заскрипели уключины, когда навалились на вёсла матросы-призраки. Люди на «Альбатросе», словно окаменели. Лодка подошла совсем близко, и на палубу упал холщовый мешок. Ветхий холст расползся, и по палубе рассыпались письма. И тут же как сгинула лодка. Исчез и «Черный фрегат». С ужасом смотрели моряки на эти письма, не смея подойти к ним.
Техническое:
Делайте что-то.
Памятка:
Получение Знаний из книг/документов:
Бросок с Разума и навыка "Исследование" (есть в умении Ученого) мог бы ответить на многие вопросы... Впрочем, можно провести расследование, пользуясь и одним Разумом, но получить штраф в -2 кубика, что довольно серьезно усложнит задачу поиска полезной информации в этих письмах. К примеру, человек с Разумом 3 без навыка "Исследование", будет бросать не 3с3, а 1с1 кубиков.
Человек с профессией Моряк, имеющий навык "Рассказчик" мог бы добавить ученому несохраняемый кубик на бросок, или нивелировать один кубик штрафа для "неученого" исследователя, но моряков на борту, сведущих в морских легендах, нет. Преимущество "Острые чувства" в этом случае так же даст либо несохраняемый кубик к броску Исследователя, либо нивелирует кубик штрафа для, если таковой есть.
Результат броска Поиска информации 10 - даст общие сведения о предмете. Вроде: кем и кому написаны письма.
15 - как лучше с письмами поступить?
20 - есть ли на борту родственники адресатов
25 - "родственник" узнает интересный секрет
30 - "родственник" получит магический предмет в наследство
35 - очень редкие сведения. Навроде ключа к шифру Сирнетов
Вахта спокойной не была: палуба так и норовила выскочить из под ног. "Хорошо, что привязался." - подумал Волькер, пытаясь удержаться на ногах. Хвала бурным рекам, на которых в свое время удалось побывать и набрать сноровку, эту удалось. Айзенец нес вахту наравне с матросами, а заодно присматривал за ними, вдруг кого-то потребуется заменить, а то и вынуть из ледяной воды?
Кроме холодного ветра и еще более холодной воды, которая лилась на борт со всех направлений, уроженца Фишлера беспокоил холодок иного рода. Сродный тому, когда находясь недалеко от Черного Леса или у озера Зюдлахе ощущаешь пристальный взгляд в спину, а когда оборачиваешься. то никого не видишь. Или видишь, что обычно оборачивается куда хуже, чем блаженное неведение. Дорк сталкивался с этим...несколько раз. И он предпочитал об этом не вспоминать...
"Ох, Теус..." - подумал боцман, увидев, ЧТО было причиной его беспокойства. Черный Корабль, известный любому, кто хоть как-то интересовался морем. Айзенец оцепенел и лишь крепче сжал рукоять шпаги, хотя понимал, что она не поможет. Остается уповать лишь на Пророков и миролюбие призраков. Хотя на последнее надеяться не принято...
Бывший речник не отрывал взгляда от лодки мертвецов, отправленной к "Альбатросу". Еще бесконечно долго, хотя на деле прошла лишь пара минут, он смотрел на письма, которые призраки "попросили" передать. А что остается сделать?
- Они хотели, чтобы мы передали это...кому-то... - хриплым голосом промолвил Волькер и сделал первый шаг в сторону писем.
- Я слышал что-то такое. Главное, чтобы эти письма вскрыли и прочли только те, кому они предназначены. Иначе... - дальше было понятно.
Еще несколько шагов. И еще один.
Боцман с трепетом подобрал письма, вскользь посмотрев, кому что нужно было передать. Он надеялся, что послания прямиком из Бездны не предназначены никому на этом корабле.
Боцман с трепетом подобрал письма, вскользь посмотрев, кому что нужно было передать. Он надеялся, что послания прямиком из Бездны не предназначены никому на этом корабле.
Неожиданно Волькер услышал карканье ворона. "Дурной знак!" - поежился айзенец и вдруг заметил, что по палубе ковыляет черная птица. Неоткуда ей было взяться! Никак с проклятого корабля, тварь.
Ворон волочил за собой крыло и изредка каркал. С птицей что-то было не в порядке. Первой мыслью айзенца было пристрелить вестника смерти. Накаркает еще. Волькер машинально потянулся за пистолетом.
Скрытый текст - Техническое:
Волькеру нужно совершить бросок со Стойкости против сложности 15 или потратить Кубик Драмы, чтобы противостоять проклятию: "Враждебность с животными"
Дорк молниеносно вскинул пистолет, поймал птицу на прицел. Вот-вот одной пернатой тварью станет меньше...
"Остановись! Это птица! ПТИЦА, а не зверь! Хочешь, чтобы на тебя еще и они бросались?!" - кричал здравомыслящий Волькер внутри айзенца, пытаясь не допустить если не роковую ошибку. то грубую ошибку точно. Мужчина с усилием убрал пистолет обратно и подобрал письма, которые положил обратно в еще не рассыпавшийся до конца мешок. Потом он подошел к птице. Шаг, еще...
Птица посмотрела на человека и что-то каркнула. Просила помощи или просила убраться куда подальше? Или еще что-то? Айзенец решительно взял пернатую вестницу смерти в руки. Очень хотелось свернуть шею этой твари, но Дорк сдержался. лучше уж было тогда застрелить.
"А еще можно выкинуть ее за борт. На откуп Морскому Королю." - всплыло обломком корабля еще одно решение проблемы.
- Эй! Это же ворон! - крикнул кто-то из очнувшихся матросов.
- Выкинь его! За борт! -вторил второй.
- Да, это ворон. Больной и раненный ворон. - ответил боцман, мельком осмотрев птицу. Та почти что не пыталась вырваться. Пару раз клюнула наручи и все. Поняла, что бесполезно? Или надеялась, что человек ей поможет?
- И не хватало мне еще с птицами поссориться. И так уже от собак и коней шарахаюсь. - пробормотал уроженец Фишлера сквозь зубы. Кто-то услышал, кажется. Ветер вполне мог донести эти слова и принести кому угодно.
- Если что-то должно произойти, то принимаю это на себя. Только на себя! - сказал айзенец, пристально глядя на ворона. Тот промолчал.
- Так, вернусь к себе в каюту и перевяжу тебя там. Пока не встанешь на крыло, побудешь у меня . - уже обыденно-спокойным тоном сказал бывший речник птице. - Или у уссурца, он вроде что-то в этом мыслит...но лучше самому.
- И передайте письма капитану. Их нужно сохранить до Монтеня, а там уж найдем, кому они предназначены. - бросил он матросам, уходя. Птицей надо было заняться побыстрее.
Апокриф:
В стародавние времена, когда о людях эти острова еще и не слыхивали, жили тут два племени. Ненавидели они друг дружку лютой ненавистью. Даже люди, на что уж злобная порода, и те так не умеют. Одно племя звалось фомор, владели они водой. На лицо они были ужасные, а увидеть их можно было только наполовину - один глаз, одну руку, одну ногу; другая-то половина завсегда там оставалась, кроме праздника Samhuinn, когда этот народец мог целиком тут появляться.
Другие, враги их, известны как Tuatha De Danann. Вот если все баллады про мудрых правителей и храбрых воителей собрать и в одну слепить, это как раз туата и получится. Владели они здешними землями, а фомор с ихними притязаниями били смертным боем. И длилось то не одну тысячу наших лет.
А как люди появились, устои-то и рухнули. Третья сила пришла, Завет приняли. Одного туата не учли - люди из совсем другого теста оказались. Фомор, что фомор, - сильные да глупые. Только стали они за людьми наблюдать, чтобы через них с врагами своими расправиться. Подлостям обучаться помаленьку. И среди туата нашлись недовольные решениями старейшин. Впервые у них такое вышло, раскол то бишь. В открытую их и слушать никто не стал, одно за другое, - вот и сговорились вчерашние ненавистники. В одну из дымных ночей Сауин, когда сила туата слабеет, мятежники впустили фоморских королей-колдунов и заточили прежних правителей в таком мире, куда и фомор - то заходить не отваживаются. Остальным объявили, что, дескать, король умер, да здравствует король. Набольшие решили уйти, просили не искать. А они, оставшиеся, теперь известны как Благой двор. И преступление их всегда будет им напоминанием - по условиям сговора фоморы получили право жить на островах. Так и живут - Благой и Неблагой двор. Благие - что сидами прозвались на новый лад и Неблагие - фоморов отродье. Да только то ли заточенные истинные туата прокляли предателей, то ли фомор постарались, а не видать сидам прежней красоты и стати. Под чарами скрываются, а у смертных глупых дух от красы нечеловеческой захватывает. Тьфу!
-А как же...
- Спать!
Эсси поежилась и осмотрелась. Матросы, отстоявшие свое, лежали на койках как мертвые. После ночного визита спалось скверно, некстати вспомнилась одна из отцовских историй... Квентин запрещал записывать их, заставлял учить наизусть. Еще в детстве девочка удивлялась, зачем, если можно придумать свое, тайное письмо. Но времени на это занятие так ни разу и не нашла. Чертов уссурец!
Девушка достала припрятанные бинты, стиснула зубы и сорвала старые. Морщась от боли, она перевязала бок и грудь заново. Получилось почти так же туго, как у кастилийки. На снятых повязках были только следы крови - раны не гноились. Пока.
Эсси быстро переоделась, достала из сундучка теплый клетчатый плед - в клановых цветах МакЛаудов - завернулась в него и перехватила конструкцию отцовским поясом. Хотя бы не потеряется. Лезть под струи ледяной воды в одной рубахе было бы самоубийством.
Наскоро подкрепившись, она поднялась на палубу.
Сколько времени прошло, она не знала. В памяти остались только жесткие, пропитанные соленой водой канаты, рвущиеся из рук куски парусины, ветер, готовый сорвать с вантов и швырнуть в пенящуюся воду, и одна-единственная мысль. "Если мы ошибемся, то погибнут все". Наконец десятник-водаччианец погнал всех ужинать по очереди. Плетясь среди продрогших матросов в камбуз, девушка услышала кусок разговора о пропажах. Дескать, пассажиров обворовывают, и пропадают всякие безделицы. Думают на новичков с пиратского корабля.
"Странно. Куртку я положила, когда еще об "Акуле" ни сном ни духом..."
Как закончилась вахта, как дотащилась до кубрика, Эссильт не поняла. Сил хватило только чтобы кинуть на сундучок мокрый плед и завернуться в отсыревшее одеяло.
Проснулась она от шума. Но не раскаты грома или не канонада были его источником. Прожженные морские волки вопили словно городские девицы, завидевшие мышь. Ни о чем не думая, девушка взлетела по лестнице на палубу и остановилась только у грот мачты, сжимая кинжал.
Черный Фрегат.
Затаив дыхание, она следила за высадкой десанта. Эсси была готова драться. Живой она им не дастся. А мертвым уже все равно. К счастью, зловещее судно явно спутало потрепанный "Альбатрос" с почтовиком...
Цитата:
Ульдерига моргнула и недоуменно закрутила головой. Привычный вид окружающего мира неожиданно сменился черной пустотой, ватной и непроницаемой. А спустя всего один удар сердца пустота раскрасилась пятицветным спектром. Алые нити мечей, золотисто-желтые нити монет, голубые нити чаш, зеленые нити посохов, белые нити мироздания слепяще-яркими полосами постоянно сменяли друг друга, сплетаясь по спирали и образуя более сложные узоры Судеб. Цвета были настолько яркие, что ей резало глаза, и во всем этом буйстве красок образовался черный провал – обрыв нитей Судьбы Луизы Кораддини. Из этого провала потянулись несколько Черных нитей, начиная оплетать нити судьбы уссурца.
Дышать было тяжело. Разноцветный воздух казался вязким и ядовитым для дыхания. На миг накатила паника, но Ульдерига постаралась не поддаваться ей. В конце концов, она знала, что происходит. Ведьма произнесла смертельное проклятье, и сейчас Черные нити смерти опутывали цель. Такие нити нельзя оборвать, но опытные Сорте Стрега могут натягивать или ослаблять их, правда, только для самих себя. Нельзя прикасаться к чужой черной нити. Это азы, которым учила ее Наставница. К черной нити прикасаться нельзя, но сейчас, пока она еще не успела вплестись в узор, можно попробовать дернуть за нити судьбы уссурца. Если повезет, если очень повезет, то у нее может получиться вырвать их из под влияния проклятья. Если же нет… что произойдет, если она окажется неосторожна, Ульдерига тоже прекрасно знала. Каждый раз, влияя на мироздание, Сорте Стрега рискует собственной Судьбой.
Юному убийце Ведьмы Судьбы не повезло. Ульдерига не позволила Проклятию De la basura lasciva затронуть ее саму, но Баюн за свою неразборчивость в связях заплатил сполна. Линия Чаш намертво переплелась с Проклятием. Senora Litta Arese могла бы сделать вид, как будто она не видела ни смерти ненавистной Луизы Карридини, ни опасности для Баюна. Жалость к малознакомому мальчишке, которого она совсем недавно благословила и попыталась натравить на шлюху, попыталась постучать Ульдеригу по плечу, но трусливо ретировалась. Желание уничтожить все, что было связано с сильной, но недавно почившей авантюристкой, вот что стало главной причиной вмешательства в действие Проклятие.
Сожаление о том, что сил не хватило на ликвидацию del diablo подарка гнусной Луизы, вот и все, что чувствовала senora Litta Arese после всего.
Цитата:
Ульдерига готовилась отойти ко сну с помощью прислуживавшей ей синьоры Феллегрини. Чертова клуша никак не могла найти стеганное одеяло, уложенное предусмотрительной и привычной к комфорту аристократкой.
Живое воображение senora Litta Arese тут же нарисовало следующее картину: корабельный коновал, крадучись, пробрался в каюту почтенной матроны, она даже видела себя со стороны дородной и с тремя подбородками, выкрал несчастное одеяло, дабы порвать его на бинты. Вздохнув так, что все три воображаемых подбородка пришли в движение, Ульдерига уснула под собственным плащем, который добрейшая Тереза, обладательница всего двух подбородков, заботливо подоткнула со всех сторон.
Последней мыслью senora Litta Arese было досадное воспоминание о безрезультатных поисках бумаг и предвкушение завтрака.
Проснувшись, я долго глядел в потолок. Ночная посетительница, которая не то приснилась, не то примерещилась, не солгала – общее состояние более - менее выправилось. Содрав с себя кусок парусины с подсохшими кровавыми подтёками, и заменив повязки на особую рубашку из сундучка, принялся одеваться.
Медальон, который был за время сна мной из рук так и не выпущен, перекочевал на шею.
"Мерзкая и в то же время прекрасная безделушка, напоминающая о давно прожитых годах..."
Рапиру с пистолетом брать не стал – оружие на палубе сейчас было бесполезным грузом.
Ещё раз поправив воротник камзола и удостоверившись, что всё более-менее в порядке, наскоро поел, набросил штормовой плащ и поспешил на палубу.
***
Шторм продолжался, шхуна упорно подминала белые гребни под себя. Оставленная вахта справлялась, относительно вовремя разворачивая «птичку» носом к волне.
Неприятный сюрприз море подбросило позже.
Цитата:
– Теус, помилуй! – раздался рядом голос вахтенного. – Капитан, смотрите-смотрите!
Из-за очередной волны не столь далеко от «Альбатроса» вынырнуло нечто. Тренированный взгляд не сразу распознал в чёрной туше с неясным скоплением рангоута и такелажа корабль пятого класса, близкий к фрегату. Чуть ближе – и стали видны повреждения, даже для такого гиганта должные стать фатальными.
Цитата:
– Черный фрегат! – произнес чей-то голос. – Мы пропали!
- Отставить панику! – недовольно рявкнул я. – И учтите – убью первого, кто возьмётся за клинок или дёрнется к орудиям!
Знаменитый корабль-призрак приближался довольно медленно, времени было достаточно, чтобы разглядеть его в деталях.
«Э, приятель… Года четыре назад, при нашей встрече между Айзеном и Венделем ты выглядел куда как ближе к ординарному судну, а не непонятным скоплением обломков…»
Страха перед этим легендарным предвестником неудач практически не разделял. И на то были свои причины.
Было видно, что несмотря на штормовые волны, готовится к спуску шлюпка. Пара минут – и она неторопливо отваливает от фрегата. Гребцы работали идеально, практически синхронно.
«Ну и?»
Мертвые руки забросили на палубу до боли знакомый серый мешок, при падении на палубу прорвавшийся по одному из швов.
Первым до него добрался Волькер, принявшийся собирать выпавшие письма и передавший их матросам, а затем покинувший палубу с непонятно как очутившимся на борту вороном в руках.
«Конфисковав» у матросов поступившую на борт посылку, я поспешил к себе в каюту, задержавшись лишь на мгновение возле юнги, явно видевшего получение «подарка»:
- Испугались, вьюноша? А напрасно. Я не зря гонял вас на рею с башмаками мертвеца. Ван Дер Деккен этого не любит, и только в случае крайней нужды – такой как почтовое сообщение, рискнёт подойти к судну с подобным «украшением». Впрочем, и без них призрак безобиден, при условии, что его капитан хочет отправить весточку куда-либо. Поверьте моему опыту – я встречался с этим «чудом» два раза до этого. Если захотите, потом расскажу вам пару легенд…
Вернувшись в каюту, мне первым делом надо было удостовериться, что письма идут в Монтень. Это оказалось проще простого – язык адресов на конвертах и сами адреса свидетельствовали об этом. Осторожно сложив мешок на свою койку, пообещав себе разобрать их в минуты отдыха, заперев каюту, я вновь поспешил на палубу.
Вахта подходила к концу. Уссурец убедил себя в том, что ему нужно разбудить смену. На самом деле в матросский кубрик Баюна притягивал другой магнит.
Эссильт спала. Коротко остриженные волосы разметались по валику, подложенному под голову, спутанной мочалкой. На лице, под глазами залегли усталые круги. Чумазая кожа казалась смуглой. Левая рука была закинута за голову, правая лежала вдоль тела. Шрамы от ножа пирата виднелись красными пятнами на белых полосах бинтов. Эссильт что-то пробормотала на иниш и пошевелилась во сне. Одеяло сползло с ее бедер. Авалонка спала в одежде, но Баюн сглотнул, в животе собрался тугой комок. Она же спит и не узнает, так? Он провел ладонью по ее волосам, убирая упавшие на глаза пряди. Не отдавая себе отчет в том, что делает, свободной рукой уссурец осторожно дотронулся кончиками пальцев до ноги Эсси. Ее одежда была еще влажной от морской воды. Ощущение тепла от ее тела было слабым и приятным. Жара не было. Пахло от девушки здоровым духом и кровью. Откуда-то изнутри пришло импульсивное желание высушить чужую шерсть, пока она не превратилась в маленький ледник. Он медленно повел рукой вниз, как вдруг ощутил движение – и тут же убрал руку, отпрянув к противоположной стене кубрика. Глаза Баюна, обычно ясные и светлые, были словно подернуты серым туманом.
– Это начинает становиться привычкой. – Он резко помотал головой из стороны в сторону, пытаясь стряхнуть наваждение. – Если мы через пару дней не причалим к берегу, я кого нибудь покусаю.
Баюн почему-то передумал будить авалонку и вышел из кубрика украдкой, тихо притворив дверь, словно боялся, что его застанут на месте преступления.
***
Сложно сказать, какой диалог произошел днем в нескольких сотнях милях к северо-востоку, на борту «Эль Мангосты»? Но вечером 23-го числа, ровно в 22.00 (по Хринвичу, бгг) маркиз дю Саж появился в каюте Лусии Агилар Дель Торрес, вывалившись из монтеньского портала напомаженный, припудренный и надушеный, в парадном камзоле, как будто собрался на прием к Монтеньскому Императору.
– Залезайте в портал со мной, синьорита. Ну же, быстрее! – На его губах виднелась кровавая капля. – Ну? Чего вы так смотрите на меня? Я отведу вас к брату! Живой он, живой, здоровый, только давайте быстрее, мне сложно поддерживать проход для двоих.
Лусия ошарашенно смотрела на вывалившегося из стены маркиза. Она только что вернулась в свою каюту, убедившись, что раненые, которых она перевязывала, живы, накормлены и некоторый даже уже в состоянии выполнять свою работу на корабле. В мыслях у нее было только одно: добраться до подушки и хотя бы немного поспать. Но появление давишнего "мышонка" рушило все планы.
Девушка наощупь нашла свой пистолет и шпагу, недоверчиво поглядывая на маркиза приблизилась к порталу и боязливо заглянула в отверстие. Легкий толчок под локоток заставил ее сделать шаг вперед...
- О, Теус Всемогущий, - взвыл маркиз. - Какое дилетантство! Вы что, ни разу в жизни не слышали о Порте? Ах да, в вашей стране последние несколько лет популярны идеи Инквизиции. Не думал, что все так далеко зашло.
Монтенец, изысканно и изобретательно матерясь, попытался проинструктировать Лусию о технике безопасности при пользовании перемещением. В конечном счете, главных правил всего три: 1. Не открывать глаза. 2. Никогда не открывать глаза. 3. Ни за что не открывать глаза.
- Держите меня за руку крепче. Без меня вы заблудитесь на Аллее и... - маг не стал завершать мысль.
Взявшись за руки, двое шагнули в портал, на пол каюты упали несколько капель крови, и проход закрылся.
***
Дю Саж вел Лусию, как школьницу, взяв за руку. Ей было немного страшно, но и дико любопытно. Раньше ей никогда не доводилось пользоваться Аллеей. Земля под ногами пружинила, но точно не была покрыта травой. Скорее это напоминало ощущение живой плоти. Лусии стоило больших усилий не открывать глаза, но внезапно она услышала тонкий и жалобный детский голос.
- Идите к нам, идите сюда. Помогите нам, мы заблудились. Не бросайте нас здесь, пожалуйста. Нам так страшно!
В темноте за закрытыми веками словно плакали дети, и сердце доброй самритянки разрывалось на части.
Монтенец, как будто не слышал голосов, молча и решительно вел Лусию за собой.
Техническое:
Лусии придется сделать бросок со Стойкости против сложности 10 или потратить Кубик Драмы, или она навсегда останется на кровавой Аллее
Не уверенная в том, что поступает правильно, кастилийка постаралась не обращать внимания на крики, постепенно они стихли. Минуты через две шаги дю Сажа замедлились, он быстро выпалил:
– Мы пришли. Помните о том, чего делать нельзя, а теперь осторожнее выходите наружу, синьорита. – В голосе Дю Сажа слышалось неподдельное облегчение. – Самое сложное позади. Просто не споткнитесь и не упадите на выходе, уровень "пола" там и здесь редко совпадает.
В ноздри ударил знакомый запах моря, но вместо морозного шторма, повеяло жарким ветром. Лусия открыла веки, но перед глазами плясали серые тени и круги. Вот только еще не хватало потерять сознание.
Кто-то осторожно подхватил ее под руки и прижал к груди. Кастилийка возмутилась такой бесцеремонности и отвесила непрошенному помощнику оплеуху. Звуки его смеха показались Лусии знакомыми, она почувствовала, как горло сдавливает рефлекторный спазм, а на плохо еще видящие глаза наворачивается предательская соленая влага.
– Привет, малышка. Не пытайся проделать во мне вмятину. – Алваро Торрес обнимал родную сестру и смеялся. – Не хватало еще ходить с синяками. Каким ветром тебя унесло из дома? Что-то случилось? Что нужно от тебя этому типу? Нужно кого-нибудь убить?
Маркиз тяжело вздохнул.
- Не хочу мешать этой идиллической сцене, но я уже объяснял, синьор, и вам, и вашей сестре, что мне нужно найти одну вещь. Этого хочет моя жена. Да. Вещь эта принадлежит ей, но по несчастливому стечению обстоятельств попала в руки авалонских пиратов, те обратились к воддачийским, и далее ее точный след потерян. Но мой человек, эмм, Сорте, клянется, что искомый предмет на борту Альбатроса.
Маркиз второй вечер продолжал исходить на вздохи, один грустнее другого:
- Не уверен, что синьорита Торрес сможет мне помочь, но могла бы по-крайней мере не мешать. Возможно, вы убедите ее остаться на борту "Эль Мангосты"? Уверен, с вами она будет в большей безопасности. На 20 северной широты и 80 западной долготы сейчас серьезный шторм и вообще, общество незнакомых людей довольно сомнительная альтернатива семейному воссоединению.
"Все-таки, капитиан - славный малый, хоть и из Водачче." Заметил и даже не пожалел доброго слова. С этими мыслями Эсси хотела уже брести обратно, как передумала. Прихватив в камбузе эля и солонины, она отправилась в одну из кают, где разместили тяжело раненых. Надо проверить, как там Ланниган. Как бы не доконала его лихорадка, коль скоро пиратские сабли не смогли...
Найти каюту не составило труда - по хору интернациональных ругательств, сопровождавших особенно сильные волны. Девушка отряхнула мокрые волосы и вошла. Ланниган лежал чуть в глубине и смотрел в потолок. Услышав шаги, он повернулся и еле заметно улыбнулся. Эсси опустилась на колени у койки - даже так чувствовался жар.
- Fos beo, kid... Go leor dar basanna?
- Nios mo na leath. Beagnach gach ar deich barr ...
Десятник скривился и отвернулся к стене.
- Toisc nach raibh muid abalta a mhalairt Lannigan! Nach bhfuil muid ag threigean a gcuid. - Эсси осторожно пожала плечо Ланнигана. - Na smaoineamh air. A ligean ar dul ar ais, go dti an feast sochraide ceart. Anseo, ithe nios fearr - thug me feoil agus beoir.
Десятник с явной неохотой заставил себя съесть немного солонины, зато эль выпил до дна жадными глотками.
- Ni mor duit a chodladh. Agus dom. Go gairid mo faire. * - с этими словами девушка хотела уходить, но несколько раненых тоже попросили пить. Пришлось снова сбегать в камбуз. Пробежка по качающейся палубе с шестью полными глиняными кружками вымотала девушку сильнее, чем можно было ожидать. Оставшиеся до вахты несколько часов она проспала крепким, но беспокойным сном. Там, во сне, они сидели в "Румяном крабе", а Финнеган спорил с мэтром Болоньетти, чьи (гэльские или водаччианские) ругательства более красочны, образны и поэтичны. Эсси тоже хотела поучаствовать, но синьор Андреа нахмурился и укоризненно покачал кудрявой головой - мол, так ты навсегда и останешься неотесанной деревенщиной; дальше кубрика и кузницы не пойдешь... Странно, старый боец оказался во всем с ним согласен.
Из сна, где все было хорошо, ее бесцеремонно вырвала старая знакомая - толстая тетка, которая прислуживала синьоре. И ведь не побоялась спуститься в кубрик.
Наскоро пригладив растрепанные волосы, Эсси накинула плед и поспешила за ней. Нужно бы успеть до начала вахты...
* - Жив, курилка... Много наших положили?
- Больше половины. Нашу десятку почти всю.
- Мы ведь не могли иначе, Ланниган! Мы своих не бросаем. [...] Не думай об этом. Вернемся, справим тризну. Вот, лучше поешь - я принес мясо и эль.
-Тебе нужно поспать. И мне. Скоро моя вахта. (гаэльск.)
В это же время, Инисмор, Королевский дворец.
Сюжетный:
Королева Авалона, Элейн, была еще совсем молода, немногим больше двадцати, но в ее голосе, взгляде и поведении крылась сила, ощутимая на расстоянии. Движения ее были медленны и полны достоинства, так что неважно, что на ней было одето – а одето было красное бархатное платье, украшенное черным жемчугом – в женщине угадывался правитель с первого взгляда. Волосы королевы длинными завитыми прядями обрамляли лицо, глаза были серо-голубы и прозрачны. Тонкие пальцы Элейн сложила в замок, слушая своих верных советника и помощника.
Дервиддон, хотя и обладал силой Чар, не меньшей, а то и большей, чем у Элейн, выглядел несколько отвратительно – дело было не в черном друидском балахоне, прикрывающем его сморщенное тело – бесконечно мудрое выражение лица портилось хищной улыбкой и дьявольским глазом, светящимся красным цветом. Он выглядел стариком, но никто не мог точно сказать, сколько ему лет, да и сам он этого не знал. В памяти его были живы события далекого прошлого, когда первые люди шагнули на острова Авалон, видения будущего переплетались со знанием минувшего. В этом мороке существовал Дервиддон – друид, наводящий страх на королевский двор своими темными предсказаниями.
Борс МакАлистер был единственным из собравшихся, кто ментально присутствовал в зале: мысли и королевы, и друида витали неизведанными путями.
Горец поежился. Эта их особенность до сих пор вызывала у него мурашки по коже. МакАлистер в разговоре с искренне любимой королевой и ее советником никогда не был уверен в том, что его слышат.
К сорока двум годам он слегка сдал. Его светлые каштановые волосы засеребрились на висках, а голос стал чуть более хриплым, но искорки мудрости в глазах и подвижный ум все еще прятались за маской безразличия. Исполняя поручения короны, он продолжал носить традиционный горский килт; это вводило людей в заблуждение, заставляя принимать его за дремучего дикаря.
Простоватый на вид горец служил своего рода «черным рыцарем», исполняя тайные задания, которые другие не стали бы (или не должны были бы) исполнять. Элейн редко облачала вопросы, которые решала с его помощью, в форму прямого приказа. Она просто описывала ему ситуацию и приподнимала бровь; затем он устранял проблему. Она никогда не спрашивала, что именно произошло, а он никогда не рассказывал. Все, что ей нужно было знать – проблема решена. Усмиренные фундаменталисты, припугнутые политические противники, случайный Монтеньский убийца, найденный мертвым… Тем или иным способом Борс заботился о них.
– Капитан Джеремия Берек. Я слышал, Глава Ватицинской церкви отдал приказ о его поимке вслед за указом их величества короля Кастилии?
– Ерунда… – Элейн небрежно отмахнулась алебастровой ладонью. – Их величества король Кастилии сейчас так же беззуб, как и его святейшество.
– Я чувствую изменения в силе. Что-то, что еще не обрело форму, но может расстроить будущее Авалона, – мрачно изрек Дервиддон.
МакАлистер нахмурился:
– Из некоторых источников в Монтень я получаю информацию противоречивого толка, которая требует немедленных действий. Хотя… если ваши ощущения – всего лишь ощущения…
– Сир, а почему бы вам не передать эту информацию непосредственно заинтересованным сторонам? – Элейн плотно сжала губы и отвела взгляд от горца, словно разговаривала не с ним.
– Если вы прикажете, я сделаю это немедленно, но тогда вы точно будете знать, моя королева. А Главе государства посол Монтени нужен живым…
– Мы не знали, что он чем-то насолил тебе, Борс. Но их величество уверены, что вы найдете наилучшее решение конфликта, – голос Элейн не выражал ничего.
– Это не изменит расклад, – снова подал голос друид. – Я вижу странные вещи. Как будто на этот раз наш противник не в Монтень. Он не сид, и он не человек.
– Если я убью его… он будет мертвым, – пожал плечами горец.
– Если ты будешь действовать необдуманно, ты никогда не найдешь этого ммм… человека. Он не то, что позволит так просто поймать себя.
– Ты знаешь, что за дела у них с Монтень?
– Нет. – Дервиддон резко наклонился вперед, почти касаясь крючковатым носом лица Борса. – Мне недоступны мотивы Монтень и других сторон. Меня интересует только благополучие Авалон. Я чувствую, что на этот раз опасность с той, другой стороны.
Горец пожевал тонкие губы, размышляя.
– Слишком мало информации. Я посмотрю, что можно сделать, и свяжусь с вами не позже, чем через несколько часов, Дервиддон.
С легким шелестом одежды МакАлистер поклонился королеве, развернулся и вышел быстрым шагом. Почти сразу же затихли и шаги, отчеканенные по каменному полу.
– Он сделает больше, чем нужно. Это очевидно, – констатировала Элейн.
– Да, он сделает, что сможет человек, – кивнул Дервиддон. – Но этого недостаточно.
***
Боцман, неожиданно расчувствовавшийся, вот ведь шутка, в отношении дурацкой и вредной птицы, принес пернатую тварь в каюту и осмотрел. Птица явно замерзла, так что почти не отбивалась, и странно волочила крыло. Видать, повредила. Но как же все-таки чертов ворон мог попасть в такой шторм на судно? Отогнав вопросы, на которые не было ответов, Волькер Дорк, как сумел, обработал крыло ворона и сходил за куском ветчины на камбуз.
- На, жри, если хочешь выздороветь. Само только здоровье проходит.
Тем же днем айзенец показал птицу уссурцу. Тот пожал плечами, мол не ветеринар, но поворковал о чем-то с покрытым перьями существом и сказал, что затруднился понять птицу так далеко от Уссуры. Мол, язык этого племени слишком запутан для него, но, судя по всему, птица хочет попасть домой. Слово "дом" звучит везде одинаково.
Черный Фрегат, Фаррел увидел в илюминатор. Шторм мешал разглядеть подробности, но на мгновение показалась и пропала шлюпка, идущая к Альбатросу . Когда таинственный корабль исчез, О'Брайен надев плащ, отправился на палубу.
В коридоре он встретил водачианца.
- Прошу прощения капитан, что это было?
Уже посреди коридора, по пути на палубу меня застал ученик профессора, тот, что со всем юношеским пылом предлагал свою помощь в прошедшем сражении.
Цитата:
Сообщение от Талер
- Прошу прощения, капитан, что это было?
- Ничего особенного, любезный. Просто к нам "на огонёк" заглянула довольно-таки зловредная легенда, но на наше счастье, сегодня у неё абсолютно не злобные намерения - нас попросили выступить в роли почтового судна. Мелочь, если не вскрывать письма, - я осторожно поправил воротник - цепочка от медальона натирала шею с непривычки.
"Давно не носил...".
- Если желаете на них глянуть - препятствовать не буду. Смотрите, главное, не открывайте и не пытайтесь читать - закончить своё путешествие на морском дне будет очень неприятно. Только принимайте решение - "изучать" или "не изучать", побыстрее - моя вахта на палубе ещё не окончена.
Капитан явно спешил, но все таки остановился, что бы ответить на вопрос.
Цитата:
- Ничего особенного, любезный. Просто к нам "на огонёк" заглянула довольно-таки зловредная легенда, но на наше счастье, сегодня у неё абсолютно не злобные намерения - нас попросили выступить в роли почтового судна. Мелочь, если не вскрывать письма.
- Если желаете на них глянуть - препятствовать не буду. Смотрите, главное, не открывайте и не пытайтесь читать - закончить своё путешествие на морском дне будет очень неприятно. Только принимайте решение - "изучать" или "не изучать", побыстрее - моя вахта на палубе ещё не окончена.
- Мое решение изучать.
Де Анжелис, кивнул и повел Фаррела к себе в каюту.
- Среди книг Гарри профессор нашел упоминание о новом месторождении драхенайзена. А тот, кто найдет и сможет удержать новый рудник, станет айзенфюрцем.
Поймав удивленный взгляд капитана, инисморец добавил:
- Разумеется, нужно быть айзенцем.
- Семейное воссоединение? - Лусия, не отрываясь, смотрела в лицо брату.
Ее глаза расшимрились, гнубы сжались в узкую порлоску. Она медленно высвободилась из объятий Алваро, отступила на шаг и окинула взглядом всю его фигуру.
- Здравствуй, братец. Давно не виделись, - голос девушки дрогнул, она торопливо провела рукой по влажной щеке. - А ты почти не изменился. Только стал еще самоувереннее. Впрочем, амбиций тебе всегда было не занимать.
Лусия повернулась к маркизу и чуть поклонилась.
- Благодарю вас, сударь, за столь щедрый дар. Вы и представить себе не можете, как я мечтала повидать этого мерзавца.
Она снова резко повернулась к брату, лицо которого выражало, на этот раз, легкое недоумение.
- Ты спрашиваешь, каким ветром меня занесло сюда? Ветром перемен, мой милый, ветром перемен. Ты да я - все, что осталось от семьи дель Торрес, если тебя это еще волнует. Впрочем, семья для тебя никогда не была важна. Так радуйся! - ты свободен. На этот раз окончательно. От всего: от долга, от забот, от любви. Живи счастливо. Я рада, что ты жив и здоров. Действительно, рада, ведь ты мой брат. По краней мере, у нас с тобой одно лицо, а имя...я не удивлюсь, если ты поменял его. Теперь я могу строить свою жизнь дальше с чистого листа. Моя единственная мечта сбылась: ты жив и я сказала всё, что о тебе думаю, глядя прямо в глаза. Прощай.
Лусия резко отвернулась от Алваро.
- Сударь, вы можете вернуть меня в мою каюту?
– Семейное воссоединение? – Лусия, не отрываясь, смотрела в лицо брату.
Ее глаза расширились, губы сжались в узкую полоску. Она медленно высвободилась из объятий Алваро, отступила на шаг и окинула взглядом всю его фигуру.
– Здравствуй, братец. Давно не виделись, – голос девушки дрогнул, она торопливо провела рукой по влажной щеке. – А ты почти не изменился. Только стал еще самоувереннее. Впрочем, амбиций тебе всегда было не занимать.
Скрытый текст - На борту "Эль Мангосты":
– Все не так… не совсем так… – тихо пробормотал Алваро, делая шаг назад.
Маркиз, наблюдавший за этой сценой, не вмешивался и натянуто улыбался. События разворачивались не так, как он представлял.
Лусия повернулась к маркизу и чуть поклонилась.
– Благодарю вас, сударь, за столь щедрый дар. Вы и представить себе не можете, как я мечтала повидать этого мерзавца.
Она снова резко повернулась к брату, лицо которого выражало, на этот раз, легкое недоумение.
– Ты спрашиваешь, каким ветром меня занесло сюда? Ветром перемен, мой милый, ветром перемен. Ты да я – все, что осталось от семьи дель Торрес, если тебя это еще волнует. Впрочем, семья для тебя никогда не была важна. Так радуйся! – ты свободен. На этот раз окончательно. От всего: от долга, от забот, от любви. Живи счастливо. Я рада, что ты жив и здоров. Действительно, рада, ведь ты мой брат. По крайней мере, у нас с тобой одно лицо, а имя...я не удивлюсь, если ты поменял его. Теперь я могу строить свою жизнь дальше с чистого листа. Моя единственная мечта сбылась: ты жив и я сказала всё, что о тебе думаю, глядя прямо в глаза. Прощай.
Лусия резко отвернулась от Алваро.
– Сударь, вы можете вернуть меня в мою каюту?
– Сестра, послушай, я могу объяснить…
Алваро протестующе поднял руку, он с трудом подбирал слова, известие о смерти отца потрясло его:
– Все не так. Все абсолютно не так с тех пор, как эти авалонские собаки потопили нашу армаду. – Глаза кастилийца при взгляде на сестру по-прежнему были теплыми, но метнули молнию в сторону монтеньца. – А кое-кто решил этим воспользоваться.
Дю Саж принужденно рассмеялся:
– Вообще-то, генерал Монтегю изгнал войска Кастилии из столицы Монтень. – маркиз приложил платок к губам. – Кастилии не должно быть дела до того, кто на троне чужого государства. Вы устроили кровавую резню магов в собственной стране и собирались провести геноцид в нашей?
– Да, черт возьми!!! – неожиданно взорвался Алваро.
– Вот как? Ну уж нет… К тому же, вижу, вам незнакомо чувство не только такта, но и элементарного самосохранения. – Маркиз улыбнулся, положив руку на эфес шпаги.
Шкипер капера мгновенно стал между ними, перекрывая доступ спорщиков друг к другу.
– Вы не притронетесь к оружию!
– Трону, и еще как! – ощерился Алваро.
– Дуэли на борту запрещены! Это закон.
Кастилиец медленно скрестил руки на груди.
– Пф! Что ж… в другой раз преподам этому спесивцу урок…– последние слова сопровождались вызывающим смехом.
Лусия вздрогнула, физически ощутив всплеск магической активности со стороны маркиза. Она не думала, что злость может иметь такую осязаемую форму.
– Нет!!! – заорал шкипер, хватая дю Сажа за руку. – Уходите, сударь. Вы получили свое.
Маркиз слегка пошатнулся, глубоко вздохнул, закрыв глаза, и снова нацепил маску безразличия.
– Прошу прощения синьорита! – с трудом выдавил он. Лусия недоуменно уставилась на него. – Мне следует быть более снисходительным к молодости. Уверен, ваш брат не плохой человек, но не понимает всей картины. Власть – ничто. Страна – это все. Надеюсь, время залечит раны, которые суверены наносят своим государствам.
Маркиз сдвинул на лоб парик, схватил Лусию за руку, и, не говоря ни слова, рухнул в портал.
– Что тут творится? – недоуменно спросил один из пиратов, глядя на судорожно застывших шкипера и кастилийского пирата.
– Не знаю. Кажется, Алваро с сестрой и ее другом чего-то не поделили, – в голосе шкипера все еще звенело напряжение. – Жаль, она симпатичная.
Алваро скрипнул зубами и со всей силы заехал шкиперу по физиономии. Остаток вечера и следующий день кастилийцу пришлось провести на гауптвахте.
Лицо Лусии стало совершенно бледным, ее тошнило, и она едва не теряла сознание на обратном пути. Маркиз чуть не силой дотащил ее по Аллее до каюты на Альбатросе.
– За что мне это все?! – вздохнул он, обращаясь неизвестно к кому.
Недуг, поразивший кастилийку, назывался портальной болезнью. Она вспомнила, что слышала и читала о нем в книгах, описывающих побочные эффекты использования магии крови… Бесполезно сопротивляться. Лучшее, потому, что единственное лекарство – постельный режим. Несколько раз Лусии казалось, что она вот-вот заснет. Она взглянула на монтеньца. Взгляд ее сам говорил «Оставьте меня, синьор».
В очередной раз в каюте, кроме Лусии и ее скромных пожитков, остались лишь кровать, пустой воздух и запах крови.
Скрытый текст - Техническое:
Лусия больна портальной болезнью на сутки. С точки зрения механики это слабость, которая уменьшает все броски на два кубика.
Маркиз продолжает по ночам обыскивать другие каюты, разговор с Лусией он отложит до утра, когда ей станет лучше. Главный его вопрос: согласна ли кастилийка помочь ему в поисках в обмен на магическую помощь ей с его стороны. По словам маркиза, на его стороне могущественный маг Судьбы. В зависимости от ответа: да или нет, устрою революционно шустрое развитие событий.
***
Свеча мигнула и погасла. Растопленный воск давно переполнил небольшую глиняную миску-подсвечник и аморфной лужицей растекся по столу. Баюн пошарил у себя в пожитках, выискивая новую свечку. Он вполне мог бы читать и в темноте, но ему не хотелось лишний раз трансформироваться.
Уссурец чиркнул спичкой у фитиля новой свечки, и тот послушно возгорелся, рассеивая темноту. На столе беспорядочной кучей были навалены исписанные на полях кипы книг. Наверху лежала энциклопедия всех известных в Уссуре и за ее пределами животных. Сперва Баюн не понял, что его смущало в птице, подобранной айзенцем, сейчас он был уверен, что это не ворон. Но что это за существо? Книги ни на шаг не приблизили его к ответу. Он должен быть, но где его искать?
Легкий шум шагов за дверью отвлек внимание уссурца. Он бросил поспешный взгляд на дверь и беззвучно выругался.
Дверь со скрипом распахнулась.
– Василий, уже очень поздно, – удивился Николо, подходя к его стулу. – Ты собираешься спать?
Баюн вернул истрепанное перо в чернильницу и уставился на свои испачканные пальцы. Хотелось облизать их при водаччце, он одернул себя.
– Да, конечно, собираюсь… - Баюн неожиданно замялся.
Николо вздохнул:
– Утро вечера мудренее. Нам еще вахту стоять. Давай-давай. Бросай эти учености.
– Не могу спать один, – отшутился оборотень и подумал, что ироничнее всего именно то, что люди меньше всего верят в правду.
Интересно, прогонит в этот раз синьорита дель Торрес или нет, если он еще раз проделает трюк с превращением в кота?
Ученик профессора неторопливо разглядывал и ощупывал конверты.
Цитата:
Сообщение от Талер
- Среди книг Гарри профессор нашел упоминание о новом месторождении драхенайзена. А тот, кто найдет и сможет удержать новый рудник, станет айзенфюстом. Разумеется, нужно быть айзенцем.
- С таким приданным можно женить нашего Волькера на Пезен, и спокойно собрать Айзен под единым началом. Хотя, думаю и сей синьоре, и нашему наёмнику будет не до того, - невесело пошутил я. - Вы уже говорили Дорку о находке? Впрочем, полагаю, успеете это сделать.
Молодой человек на редкость тщательно осматривал конверты, процедура грозила затянуться надолго.
- Время поджимает. Берите письма к себе, и занимайтесь их изучением сколько вашей душе угодно, главное - не вскрывайте, - с этими словами я вручил всю охапку гостю, после чего, покинув вместе с ним каюту, запер дверь и поспешил на палубу.
"Будем надеяться, что он найдёт что-нибудь полезное, и при этом не утопит нас..."
Фаррел заперся в каюте профессора и вдвоем они занялись тем, о чем в приличном обществе больше говорят, чем делают: работой :) Они кропотливо пересмотрели все адреса и имена на конвертах с Черного фрегата, старательно проверяя, нет ли среди них знакомых фамилий и имен. Как ни странно, одно такое среди просмотренных оказалось: Магдалена Гейн, проживающая (точнее проживавшая давным-давно) в Айзене, в провинции Хайнцль, г. Прэхтиг, улица и дом подозрительно совпадали с теми, в которых родился и провел детство сам профессор Альфред Гейн.
Айзенец вскрыл конверт и заглянул внутрь. Пожелтевшая от времени пергаментная бумага дрожала в его руках. Ученый в задумчивости погладил бороду и пожевал усы.
Письмо моряка:
Привет, Магда!
На прошлое неделе мы с Фридрихом отправились искать для тебя самую красивую жемчужину на берегу Седьмого моря. Вместе с нами увязался Бим, наш старый корабельный пес, которого корабельный плотник, уссурец, обучил выполнять команды, а еще ходить на задних лапах. Старый капитан остался в лагере на берегу, чтобы доделать сиренетту - ловушку для сирен, я тебе потом расскажу, как опасно и весело ловить этих тварей (после того, как приплыву домой и обниму). Так вот. Шагаем мы с Фридрихом по берегу океана, Бим гоняется за черепахами, переворачивая их вверх томашками одну за другой, а они смешно прячутся, а потом перебирают лапами в воздухе. Благодать, солнце светит, мы напеваем 15 человек на сундук мертвеца.
Так и дошли до Бухты Драхенов, где водятся жемчужные ракушки, как вдруг слышим запах костра и шум голосов. Мы подобрались поближе, притаились в кустах. На берегу вокруг огня плясали индейцы племени обмю-обмум - самые злобные индейцы побережья. Они каждый месяц приезжают на какой-нибудь необитаемый пляжик, совершают свои дикие обряды и приносят жертву!
О ужас!!! Что же нам делать? Если они нас заметят, они обязательно принесут нас в жертву - сварят прямо в котле!!! Надо срочно бежать к старому Зигу, чтоб он спускал паруса и уплывать подальше от этих мест.
Потихонечку мы стали отползать, колючая гагава как-будто не пускала нас - цеплялась за одежду, за волосы... И тут ударили барабаны! Это индейцы начали свой ритуал! Наш Бим, услыхав барабаны, залился громким лаем. С улюлюканьем и гиканьем из зарослей высыпала целая армия индейцев обмю-обмум и окружила нас!
Вперед вышел вождь:
– ЕИКАТ ОТК? (язык индейцев обмю-обмум очень простой – надо читать слова наоборот)
Мы отвечаем:
– ЫТСИРУТ!
Вождь не знал такого слова и позвал своего шамана. Шаман открыл большую книгу, она называлась АГИНК ЯАНРАНИЛУК, и стал листать ее. Через некоторое время на его лице расплылась злобная ухмылка, он поднял палец вверх и прочитал:
– Туристы – самое вкусное блюдо! Рецепт: Тщательно вымытый турист помещается в кипящую воду. По вкусу добавляется змеиный яд и паучьи глаза! Варить до полной готовности! (Я сразу перевел, чтоб легче было читать!)
Представляешь наш страх – из нас сейчас будут готовить еду!!!
Опять зловеще забили ЫНАБАРАБ, ну вот, я уже заговорил на индейском...Зловеще забили барабаны, нас повели к костру, где висел огромный котел с кипящей водой, повар раскладывал ножи и разные баночки со специями, кетчупом и майонезом... Это конец! Казалось, что мы оглохли от этого ужасного барабанного боя и ничего не слышали. Нет! Просто стало тихо! Почему? Я открыл глаза и увидел стоящего на высоком камне нашего пса Бима! А все индейцы упали на колени и кланялись ему... Что это значит? И я вспомнил старую легенду индейцев о маленьком мохнатом существе с острыми зубками и висящими ушками, которая издает нечеловеческие звуки, способном ходить на задних лапах... совсем как наш Бим!!! И тогда я попросил пса показать то, чему его научил корабельный плотник! Бим встал на задние лапы и пошел по кругу мимо индейцев, а они кланялись ему. А когда пес подошел к нам и подал лапу, вождь сказал:
– ХИ ЕТИТСУПТО!
Нас освободили, и мы побежали прочь от этого места.
Уже поздно вечером, любуясь закатом и попивая молочный коктейль мы увидели, как эскадра индейских лодок уплывала от нашего острова.
А жемчужин нам дал сам вождь. Посмотри в конверте.
Целую. Ганс.
Дочитав письмо, профессор Гейн запустил руку в конверт и достал оттуда фантастически светлую нитку жемчужин, внутри которых словно светились искорки.
Техническое:
Жемчужный браслет (артефакт сирнетов): Этот браслет Ганс какое-то время носил на руке. Когда однажды он потрошил рыбу, нож соскользнул и порезал руку. Браслет засветился искоркой, и рана закрылась сама собой.
Один раз за сцену браслет излечивает у владельца 10 поверхностных ран. Это всегда первые раны, нанесенные владельцу в этой сцене, и они закрываются немедленно, так что не учитываются во время броска на ранение.
Первая часть Мерлезонского балета
- Заходите, Mi amigo joven, - senora Litta Arese откинула вуаль на лоб с лица, чопорно откусывая от ломтя хлеба и куска мяса, особыми изысками завтрак, собранный почтенной сеньорой Фелегрини, не отличался, сыр и разбавленное теплое вино.
Стараясь на чавкать, Ульдерига подняла глаза на своего утреннего гостя и тут же подавилась. Выпучив глаза и посинев, она как рыба открывала рот, рукой пытаясь указать себе за спину, вуаль упала на лицо и частично скрыла позор сеньоры.
Получив молодецкий удар промеж лопаток, senora Litta Arese облегченно вздохнула и вновь явила миру свое лицо. Прищурившись, Ульдерига вперила тяжелый взгляд поверх головы Юнги.
- Ты - мужеложец?, - медленно осведомилась сеньора.
- Ась?, - ответил "ее юный друг".
- Я спрашиваю, ты - любитель мужчин?, - senora Litta Arese бледнела на глазах, голос начинал срываться на визг.
- Синьора, о чем Вы говорите, - юноша пятился к двери.
Опрокинув стул, Ульдерига рывком оказалась подле Юнги и прижала его к двери:
- Я вижу линии, которые связывают людей, - шипела она, разбрызгивая слюну и теряя всякое достоинство, - Ты - мерзкое отродье, твоя линия страсти стремится к некому вшивому кошаку.
Ульдерига осеклась, вспомнив, что так и не сообщила Баюну о его проклятии. После нападения пиратов senora Litta Arese затаилась и старалась никому не попадаться на глаза. Сразу после сражения Баюн нашел Ульдеригу и передал ей прощальный подарок Луизы Карридини: моток ниток.
- Мало того, что я вынуждена жить с одним из ваших, так еще и, убравшись черт знает куда, я вынуждена терпеть это бестыдство?
Лицо юнги побледнело, в глазах выступили слезы, он медленно опустился на пол к ногам senora Litta Arese.
- Синьора... кто еще видит эту... линию?, - слова давались мальчишке с огромным трудом, - Вы ведь можете избавить меня от этого... Я... я... никогда раньше... мне нельзя, это... это смерть...
Ульдерига опустилась на колени перед парнишкой, попутно выдрав из его рук кусок подола:
- Ну-ка, посмотри на меня! Да ты - не Юнга, - охнула senora Litta Arese и резко опустилась на многострадальный зад. Зад, залеченный кастилийкой, заныл, - Девочка, да как же тебя угораздило? Да как же тебе удается не выдать себя?
Эсси молчала, лишь лицо ее становилось все пунцовее.
Взяв себя в руки, senora Litta Arese, кряхтя и морщась от боли, поднялась на ноги и вернулась за стол. Жестом указав на еду, она прикрыла глаза рукой. Вуаль нелепо топорщилась на лбу.
- Я не смогу разорвать твою линию Чаш, даже несмотря на то, что она только формируется. Мне просто не хватит умения, - Ульдерига потерла переносицу и отняла руку от лица. О черной линии, которая слепо тыкалась в поисках Эссильт Ульрига умолчала, - Но я могу предложить тебе свое покровительство, если твой обман раскроется. Забирать тебя в услужении сейчас не благоразумно, возник слишком много вопросов.
Вторая часть Мерлезонского балета
Штормило. Ульдерига нашла Баюна на палубе и поманила к себе. Стараясь сдержать тошноту от качки, она, не глядя в лицо юноше, поведала ему о прощальном подарке их общей с убиенным Боцманом любовницы.
- Проклятие затрагивает твои линии Чаш, это первое, что пришло мне в голову.
Баюн молча слушал и ничего не говорил, напротив, он порывался уйти, senora Litta Arese буквально вцепилась в его рукав.
- Подожди, это не все. Проклятие жаждет распространения, я вижу, как его линия рыщет в поиске жертвы.
Баюн замер.
- Юнга, она испытывает чувства, и это грозит ей погибелью, - Ульдерига вздохнула, - Я не могу разорвать ее формирующуюся Линию Чаш, не могу спрятать от Проклятия. Ты сам можешь решить, как поступить. Нитки, что ты дал мне, возможно, позже, научившись, я смогу выткать тебе новую Судьбу, помочь, раз уж не смогла уберечь.
Заговорщики
- Я нашла бумаги, они у Роджера Весельчака, и он носит их с собой, - senora Litta Arese внимательно смотрела в лицо Эссильт, - Нам нужно заполучить их.
Штормило. Ульдерига нашла Баюна на палубе и поманила к себе. Стараясь сдержать тошноту от качки, она, не глядя в лицо юноше, поведала ему о прощальном подарке их общей с убиенным Боцманом любовницы.
– Проклятие затрагивает твои линии Чаш, это первое, что пришло мне в голову.
Баюн молча слушал и ничего не говорил, напротив, он порывался уйти, senora Litta Arese буквально вцепилась в его рукав. Оборотень чувствовал, как горят щеки. «Это… проклятье, это не может быть правдой!»
– Подожди, это не все. Проклятие жаждет распространения, я вижу, как его линия рыщет в поиске жертвы.
Баюн замер.
Да, верно, это похоже на последствия магического излома Судбы. Такое уже однажды случалось, но тогда он выкарабкался.
– Юнга, она испытывает чувства, и это грозит ей погибелью, – Ульдерига вздохнула, – Я не могу разорвать ее формирующуюся Линию Чаш, не могу спрятать от Проклятия. Ты сам можешь решить, как поступить. Нитки, что ты дал мне, возможно, позже, научившись, я смогу выткать тебе новую Судьбу, помочь, раз уж не смогла уберечь.
Перед глазами все поплыло. Каждый вдох давался с усилием. «В смысле, юнга испытывает чувства? Что-а? А что, если это не она. Это я в ее сторону?.. И, получается, проклятье… Вот дерьмо!»
Нет. Когда это могло случиться? Баюн попытался вспомнить и не смог. Ему казалось, он только пожалел ее пару раз – и все. Ну, может еще разок обратил внимание на смелость да смекалку. Или два раза. Или три. Откуда такая слабость при мысли об этой пигалице? Словно ведьма все-таки права…
Что же теперь делать, будь все проклято? То есть наоборот. Проклятью нужно время, чтобы сработать, но рано или поздно, через неделю, через месяц, через год – это случится... Убежать от Судьбы? Возненавидеть авалонку? Смешно, даже если приказать самому себе было бы возможно, может быть как раз этого неведомой магической силе и нужно? Может быть, эти мысли – это уже и есть проявление проклятия?.. Если все так, как говорит ведьма, то через этот самый гипотетический месяц он или сам прирежет девчонку, или кто-то другой нанесет последний удар. И хорошо, если только ножом.
Мысленно уссурец уже слышал голоса присяжных и судьи, зачитывающих приговор. «Пятнадцать проникающих ранений в брюшную полость, нанесенных острым предметом типа когти».
А может быть, она поскользнется на подсолнечном масле? А возможно, окажется, что у нее есть двоюродный брат, который заколет на дуэли моего брата, а я убью его. А она после этого примет яд, и я заколю себя сидским кинжалом на ее холодеющем трупе.
Так-так-так. Надо успокоиться. Так, может… пусть уж лучше только я сам? По крайней мере, можно умереть быстро и без мучений. Ну уж нет. Буду бороться до победного, пока останется хоть один глаз и один коготь. Должен быть способ снять проклятье, а пока. Пока придется очень внимательно осматривать скользкие ступеньки и проверять, не отравлена ли еда. А Эссильт? А что Эссильт?.. Наверно, лучше ее пока избегать. Авось, пронесет.
Где-то в глубине души Баюну было немного, самую малость, мерзко. Он знал из книг, что появление Черной нити всегда означает смерть. Но не всегда смерть того, кто ее "носит". Он уже успел изучить девчонку, успел понять, что через чувство долга ей можно манипулировать. Он также прикидывал, что его опыта хватило бы, чтобы принудить ее подарить ему тепло и любовь. И если она действительно хоть немного… Тогда… хм... Добровольная жертва - это сильнейшее воздействие на судьбу, которое никакая ведьма сможет переплюнуть. Впрочем, если на авалонку не свалится кирпич, или он сам не перегрызет ей горло в порыве страсти, рано или поздно можно будет найти способ избавиться от Черной нити. Нужно хотя бы попытаться.
– Мы все умрем, – мелькнула оптимистичная мысль.
Закончив вахту, Баюн укрылся в каюте и пытался отвлечься чтением книг. Помогало слабо.
Ничто не предвещало такого удара. Синьоре хватило одного взгляда, чтобы увидеть истину, в в которой Эсси отчаянно отказывалась признаваться даже себе. Безумная надежда, вспыхнувшая было, в следующий миг разбилась в пыль.
-Я не смогу разорвать твою линию Чаш, даже несмотря на то, что она только формируется. Мне просто не хватит умения.
Что ж. "Придется самой. Придется перебарывать, если хочешь жить дальше." Девушка стиснула зубы так, что заиграли желваки, а ее высокие скулы побелели.
- Вы очень добры, синьора. Почти так же, как красивы. Но ведь не за тем вы меня позвали! - Что угодно, какую угодно работу, только бы не говорить больше об этом.
- Я нашла бумаги, они у Роджера Весельчака, и он носит их с собой. Нам нужно заполучить их. - Аристократка испытующе смотрела в глаза девушки. Эсси тряхнула головой, отбрасывая отросшую прядь, и кивнула.
- могу я сказать, что думаю, синьора? - Получив утвердительный ответ, девушка продолжила, - Этот человек - изрядный ловкач. Он почти ничем себя не выдает. Словно забыл о своем деле. Умеет не думать, чтобы подозрений не вызывать. Сдается мне, не первый раз этот хват такие дельца обстряпывает. Значит, не ошибется по-глупому. Ваша правда - не глухой ведь, слышал, что вещи у пассажиров исчезают. Если важное что, верней всего при себе это держать станет. Особливо теперь. - Эсси замялась. - Может, сеньорита из Кастилии нам помочь сможет. Не зря же этот Роджер вокруг нее хвостом крутился... Если позволите, я могу с ней потолковать, авось и поможет. Она же травы знает, может, зелье какое состряпает, чтобы парня этого в беспамятство на время погрузить - в аккурат, чтобы обыскать.
На лице Ульдериги появилась заинтересованность...
***
Прикрыв за собой дверь, Эсси тяжело вздохнула. На душе скребли кошки. Она не замечала порывов ледяного ветра и волн, перекатывающихся через палубу. Нельзя столько времени запираться даже от себя...
Не обращая внимания на матросов, она полезла на грот. Кто-то окрикнул - она даже не заметила, как и привычной уже ноющей боли ран. Выше, выше, на самый верх. "Воронье гнездо" пустовало - вокруг не было видно ничего, кроме валов и грохочущего черного неба. Девушка подставила лицо дождевым струям и брызгам волн и закрыла глаза.
Распугиваем сирен и корабли-призраки:
The wheels of life keep turning
Spinning without control
The wheels of the heart keep yearning
For the sound of the singing soul
And nights are full with weeping
For sins of the past we've sown
But tomorrow is ours for the keeping
Tomorrow the future is shown
And whose is the hand who raises
The sun from the heaving sea?
The power that ever amazes
We look but never will see
Who scattered the seeds so life could be?
Who coloured the fields of corn?
Who formed the mould that made me
Before the world was born?
Ей было все равно, даже если бы кто-то вдруг и услышал песню за ревом воды и раскатами грома - списали бы на развлечения Морского народа.
Мокрые волосы замерзли маленькими сосульками, а одежда хрустела при малейшем движении. Девушка прекрасно понимала теперь, что именно чувствовал капитан Черного Фрегата, пока еще был жив. Странное дело, но после дурацкой выходки ей удивительным образом полегчало на душе. Подышав на пальца, она полезла вниз.
- Сирены, наверно. Нет, не видно ничего - вон какая чертова погодка! - В ответ на недоуменный взгляд незнакомого бородатого матроса девушка только усмехнулась.
Теперь можно и навестить кастилийку. Прихватив в камбузе лепешек, мяса и кувшин разбавленного вина, она постучалась в каюту Лусии.
- Простите, сеньорита, я могу войти?
Затворив за собой дверь, Эсси осторожно подошла к постели Лусии. Та лежала, натянув одеяло почти по самые брови - видно было, что ей нездоровится.
- Что с вами стряслось, сеньорита? Я вам еды немного принесла да, видно, вам не до того... Может, позвать доктора?
Лусия несколько мгновений выжидающе смотрела на Эсси, потом села, чуть скривив посиневшие губы.
- Ничего, я справлюсь, - девушка сморщила нос, глянув на лепешки и мясо. - Еда мне, действительно, противопоказана. А вот вино...
Кастилийка потянулась к кувшину, который Эсси охотна ей протянула, сделала пару глотков и вздохнула. Краски постепенно стали возвращаться на ее лицо.
- Вот...стало получше...Ты не волнуйся, я сейчас встану. Всё равно мне надо поговорить с капитаном. А ты что-то хотела?
-Тут такая оказия вышла... Сеньорита, помните пройдоху, что возле вас в первые дни все вертелся и авансы делал? Я-то по приказу боцмана покойного к пассажирам присматривалась, с рей очень заметно было, вы только не обижайтесь... Разбойник покойный велел мне бумаги какие-то важные отыскать. Ради них-то он "Альбатрос" и захватил, еще до того, как мы на него сели, - Эсси виновато посмотрела на Лусию.
Та кивнула:
- Я слышала о бумагах.
-Так по всему выходит, что у Роджера они. А с тех пор, как вещи пропадают, он их при себе носить стал, тут могу об заклад побиться, ежели не совсем он дурной. А дурному-то такую ценность не доверили бы. Словом, не оставят нас в покое, пока бумаги те не отыщем и не узнаем, что же в них такого важного. Водят нас втемную, как слепых кутят. Это синьор капитан с синьорой из Водачче надумали, что отыскать нужно. А силой те бумаги взять, так риск уж больно велик...
Лусия во все глаза смотрела на Эссильт и нервно сжимала пальцы.
- Вот и подумалось мне, что можно иначе за дело взяться. Вы, сеньорита, девушка смелая, духом сильная... Отчего бы вам не предложить? Скрывать не буду, затея не из приятных. Вот бы притворились вы, что совсем не прочь на Роджеровы авансы благосклонней взглянуть! Согласились для виду лютневую музыку позапрошлого века послушать или на парсуны-гобелены какие взглянуть (не знаю я, чем господа благородные девиц прельщают обычно, уж не обессудьте). А там слово за слово и опоили бы его каким зельем сонным, да обыскали бы по-быстрому. После-то "Прости, мил друг, сон тебя сморил, а мне и подумалось, что негоже девице одной с мужчиной незнакомым живопИсью любоваться, как бы дурного не подумали. Вот, мол, и ушла восвояси, знать ничего не знаю, ведать не ведаю... " - Эссильт умолкла и устало провела рукой по лбу.
Кастилийка несколько минут молча разглядывала ее, потом потянулась за кувшином и выпила еще пару глотков вина.
- Помнится, сей кавалер дважды приглашал меня посмотреть на его коллекцию, но все не случилось никак. Третий раз - самый верный, - Лусия откинула одеяло и, покачнувшись, встала. - Разумеется, я пойду к Роджеру. И сонное зелье у меня есть, в саквояже.
Она шагнула к секретеру и выудила из недр своего баула темную склянку с фиолетовой пробкой.
- Так...надо привести себя в порядок...ты поможешь мне?
Эсси кивнула, и примерно через четверть часа Лусия дель Торрес, умытая, причесанная и затянутая в свое лучшее платье, прятала за корсаж заветный флакон.
- Что ж...интересная бледность не повредит, - кастилийка глянула в зеркало. - А пока я буду выполнять щекотливое поручение, у меня будет к тебе маленькая просьба. Скажи, пожалуйста, капитану, что я видела вора. Это маг, и он ищет какую-то определенную вещь, принадлежащую, как он говорил, его семье. Ну, всё, пора...
- Ба! Сеньорита! Каими судьбами? - распахнув дверь на робкий стук, Роджер удивленно вздернул брови и радостно улыбнулся. - Рад видеть вас в добром здравии.
- Взаимно, синьор, - Лусия улыбнулась. - Помнится, вы обещали показать мне свою коллекцию. Все эти ужасные события и шторм утомили меня. Вот, надеюсь, что ваши сокровища вернут мне доброе расположение духа.
Весельчак пропустил девушку в каюту и запер за ней дверь. Кастилийка сделала вид, что не услышала, как щелкнул замок, и с любопытством оглядывалась. А Роджер между тем, не переставая рассыпаться в комплиментах, раскрыл лежащие на столе деревянные ящички. Чего только в них не было: жемчужины, кусочки янтаря, раковины разных форм и цветов, серебряные безделушки, выполненные так искусно, что у кастилийки дух захватило. Она притрагивалась то к одной, то к другой вещице, а Весельчак хвастливо рассказывал, как к нему в коллекцию попал очередной шедевр. Он так и норовил коснуться то локтя, то пальцев девушки, и Лусия благосклонно позволяла.
- Очень красиво! Очень, - она оторвалась от созерцания драгоценностей и посмотрела Роджеру в глаза.
- Что вы, сеньорита, красота вовсе не в бездушных вещах, - Весельчак сделал шаг вперед, обвил руками талию девушки и коснулся губами ее губ.
Лусия подалась мужчине навстречу, и поцелуй вышел долгий, глубокий, страстный...
- Здесь так жарко, - пролепетала кастилийка, когда снова обрела способность дышать.
- У меня есть прекрасное вино. Оно легкое и прохладное и остудит ваш жар! -Роджер разлил по бокалам рубиновый напиток и сладко улыбнулся. - Вы прелесть, Лусия, я восхищен.
- Вы меня смущаете, - девушка опустила глаза. - Но я не смогу пить вино просто так. Может быть, у гостеприимного хозяина найдутся фрукты?
- Разумеется! - Весельчак кинулся за ширму, а Лусия в мгновение ока вынула из-за корсажа флакон, с силой открутила пробку и вылила его содержимое в бокал. Так же быстро спрятав флакон обратно, она взяла другой бокал и пригубила.
Роджер вернулся с блюдом, наполненным виноградными гроздьями. Кастилийка ахнула, отщипнула ягодку и отсалютовала хозяину каюты бокалом.
-Пью за цветущий миндаль! - Роджер залпом выпил вино, оторвал от грозди синюю ягоду и поднес к губам Лусии.
Острые зубки прокусили тонкую кожицу, сладкий сок брызнул на её губы, и Весельчак не преминул попробовать их на вкус.
Поцелуй, как показалось Лусии, длился вечность. Роджер умудрился увлечь свою гостью на кровать, но не успела его спина коснуться покрывала, как руки мужчины безвольно разжались, и он провалился в крепкий сон. Сердце девушки стучало громко-громко. Она глубоко вдохнула, потом выдохнула и принялась проворно ощупывать одежду гостеприимного хозяина.
Лусия, дождавшись, когда Роджер уснет, обыскала его и обнаружила, что небольшое пузо – это не всегда пузо. Иногда, это плотный запечатанный пакет, обмотанный полотняной повязкой. Повязка полетела на пол, и через пару минут кастилийка держала в руках письмо, помеченное двумя парами инициалов: Д.Б. и Б.А. Если бы синьорите Торрес были доступны правила авалонской орфографии, то она смогла бы прочесть следующее:
«Привет, Центр!» — писал неизвестный Д.Б. — «Поздравляю с прошедшим Д.Р. и желаю тебе всего самого от Теуса. Передавай мои пламенные приветы и заверения в вечной преданности К. Теперь к делу.
Наша террористическая организации потребовала от Кастилии пятнадцать миллионов гильдеров и сирнетский махолет. Где они их достанут, нас не интересует. Если же через неделю не достанут, мы взорвем замок-другой в таком-то городе, чисто для разминки. А в перспективе можем взорвать и поджечь еще кучу церквушек и домиков в разных городах и весях этой чудной страны. Так что пусть думают, откуда деньги взять.
В прошлый раз все прошло не совсем так, как планировалось. Риласиаре кричали: "Крещенцы! Крещенцы! Теллах Акбар бабах кирдык!" и даже войну с ними думали затеять. Пришлось минировать новый дом и посылать второе письмо, авось со второго раза дойдет. Опасайся людей в камуфляже, они больно бьют дубинками и увозят в контору в лесу считать почки. Хорошо, что лес тоже горит.
Если правительство будет жадничать, то спалим несколько резиденций у самых высокопоставленных синьоров, пока не скинутся по мильончику. Блюдечки с голубой каемочкой уже ждут. Да благословит нас Теус и К.
P.S. Да, отправили своего шпиона к ним во дворец. Обнаружить его они никогда не смогут, он неотличим от придворного. Роется в королевском грязном белье и ходит выспрашивает всякие интересные тайны. Тайн у них никаких нет – все рассказывают подробно и в красках.
Пока лазутчик все записывает. Пошел пятнадцатый том.»
Роджер мирно храпел на кровати, а Лусия быстро пролистала загадочные письма. Понятны были только отдельные слова и имена собственные. Без переводчика вряд ли кастилийка смогла бы понять, что перед ней прошение на королевский офицерский патент, запрос на продление каперского свидетельства на имя Джеремия Берека. Так же приложенный список потопленных кастилийских и местами слегка монтеньских, водаччских, уссурских, вендельских, крещентских судов и награбленного с благословления Авалонской короны добра.
Вероятно, сторона, заполучившая такой компромат на правительство Авалона, могла бы выставлять ему некоторые условия. К примеру, потребовать отсыпать гильдеров или ожидать участия авалонского "миротворческого" контингента в какой-нибудь заварушке...
Осталось только найти кого-то, кто поймет, что перед ним, или дождаться появления того, кто уже примерно в курсе... Маркизу дю Сажу этим вечером сильно икалось.
Осмотр ворона уссурийцем (которого, кстати, зовут Василием Баюном) ничего толкового не дал, разве что он подтвердил кое-какие слухи о том, что в Уссурре с животными разговаривают и те даже отвечают в ответ, причем довольно внятно. Ну еще и слово "дом".
- Понятно все с ним...заживет крыло - отпущу. - сказал Волькер, чуть усмехнувшись. Потом Баюн куда-то ушел, и речник остался наедине с черноперой птицей.
Во всю ширь встал вопрос: где держать эту птицу? Понятно, что в комнате, чтобы не смущать суеверных матросов, но вот просто так оставить и все? Клетку тут навряд ли найдешь...Хотя какой-нибудь вскрытый ящик с высокими стенками вполне сойдет. Только брать надо побольше, на всякий случай.
- Так, сиди тут и ничего не клюй. Это я про подушку. - сказал айзенец ворону и покинул каюту. Нужный ящик отыскался быстро, и вскоре он вернулся. Убедившись, что пернатый ничего не успел натворить, хоть и перекочевал с тумбочки на кровать, уроженец Фишлера взял перевязанного в руки и положил в коробку, которую потом наполовину прикрыл крышкой.
Ворон такой смене обстановки не был рад и возмущенно каркнул, но надолго его не хватило, а вырываться он не мог - силенки не те, да и здоровье.
- Спи давай, подранок, быстрее встанешь. А я потом вернусь и покормлю. - сказал в ответ на укоризненный взгляд айзенец. Следом в ящик отправилась поилка с пресной водой. Все же это не альбатрос, чтобы морской водой обходиться.
Поилка была заполнена чуть меньше, чем наполовину, чтобы сильно не разлиться. Удовлетворенно хмыкнув, Волькер переставил ящик с вороном подальше от входа и ушел, заперев дверь. Проверить шкатулку и все остальное он не забыл. Вдруг кто-то не ограничится зеркалом?
"Так, с вахты вернусь...посмотрим. Но нужно поговорить со всеми, а то еще ворона украдут...ха! Кому он на корабле нужен, кроме меня, да и то в этом я сомневаюсь..." - размышлял боцман, поднимаясь на палубу. Прерванная вахта продолжилась.
Бумага, грубая и жесткая, вся из небольших комочков, с вкраплением посторонних фрагментов, хотя и пожелтела от времени, оставалась крепкой. Сколько лет этим письмам? Написаны ли они во время, когда Черный Фрегат был обычным кораблем, или рука выводившая эти строки, уже была рукой мертвеца? Спросить у водачианца, что тот знал, не удалось - капитан торопился вернуться на палубу.
В Лирр Валли Жану Фурнье с Прямого переулка.
Для Пауля Ру, судьи из Прево.
Ни в Лирр Валли, ни в Прево инисморец не был, и сами эти имена ему ничего не говорили. Следующее письмо. "Альбатрос" рухнул вниз с особо большой волны, и Фаррел подхватил несколько писем, слетевших со стола. Одно, на незнакомом языке, где удалось разобрать лишь имя Gunnlaugur Halldorsson, он передал профессору. Взгляд О'Брайена зацепился за надпись на следующем конверте: "В порт Буше, Дом под башней на Часовой улице, Коналлу Лефевру от графа Люсьена Лаваля де Кюсси". Имя адресата было не монтеньским в отличии от фамилии, еще одним моментом был титул отправителя. Граф Флорантен Бланк дю Кюсси, известный как участник крестовых походов, а также как строитель и инженер, погиб в 1315 году в результате несчастного случая на охоте: переправляясь через ручей упал с лошади и смертельно поранился своим мечом. Бланк не имел прямого наследника и кому тогда перешел замок Кюсси, перестроенный и хорошо укрепленный прошлым хозяином, Фаррел не помнил.
Сияние люстр и зыбь зеркал. Великолепный зал с изящными колоннами залит светом множества свечей, благоуханием духов. В волнах музыки по натертому до блеска паркету плавно скользят пары, дамы кажутся легкими, воздушными, как птицы, а кавалеры, полные мужественной отваги, гремят шпорами и каблуками. Джулия Алуа дю Крэ проводит Весенний бал.
- Думаешь, сможешь ли спрятаться на свету? - Сьюзен Баркли нашла Фаррела на галерее. Сьюзен - очаровательная авалонка, голубоглазая, с золотистыми, светящимися волосами и очень светлой кожей. Она неожиданно была одна, без сопровождения поклонников.
- Думаю, можно ли пригласить Вас на следующий танец.
Девушка спрятала улыбку под веером:
- Пригласи.
Они спускались с галереи, когда Фаррел заметил, как в красиво в замедленном повороте проходит Алуа дю Крэ с неким стройным отроком.
- Кто этот юноша?
Сьюзен склонила голову и с интересом поглядела на О'Брайена:
- Ты пропустил представление? Даниэль Наур дю Касси, это его первый выход в свет.
- Нам с Марком пришлось решать чужие глупости, - О'Брайен улыбнулся, - Причем, я бы сказал, не менее глупыми способами.
- Это несколько неожиданно, - обескураженный голос профессора вырвал Фаррела из воспоминаний. Альфред Гейн удивленно смотрел на очередной конверт.
- Вы что-то нашли?
- Да, видишь ли, - профессор протянул запечатанное письмо, взглянув на которое О'Брайен лишь качнул головой, - ах, ты же не знаешь айзенского. Письмо... здесь указана моя фамилия и мой старый адрес. Магдалена, Магдалена кто-же это...
Цитата:
Айзенец вскрыл конверт и заглянул внутрь. Пожелтевшая от времени пергаментная бумага дрожала в его руках. Ученый в задумчивости погладил бороду и пожевал усы.
Дочитав письмо, профессор Гейн запустил руку в конверт и достал оттуда фантастически светлую нитку жемчужин, внутри которых словно светились искорки.
- Странно, ожерелье, оно не прощупывалось через конверт, - вложив нитку бусин обратно, профессор помял конверт, - а теперь ясно чувствуется.
Лусия еще раз бросила взгляд на спящего Весельчака, сложила бумаги обратно в пояс, а его повязала вокруг своей талии, покрепче запахнула плащ и, отщипнув на последок ягодку с виноградной грозди, вышла из каюты.
В коридоре было пусто и тихо, если можно так сказать. По крайней мере, пока кастилийка добиралась к себе, она никого не встретила.
В ее каюте на краю кровати сидела Эсси. Она вскочила при виде Лусии, но ничего не говорила до тех пор, пока кастилийка распутывала пояс и выкладывала на стол письма.
- Вот...это было у Роджера под рубахой... Письма, похоже, на авалонском...Я не смогла прочитать, - Лусия устало опустилась на стиул. - А ты сможешь? Или просто понесешь их синьоре из Водачче?
"Nil an damsel chomh simpli. Comhaontaithe Guy Okrut agus ni raibh blush fiu. Ni mor duinn a bheith curamach leis ...*" С этими мыслями Эсси постучалась в дверь капитанской каюты. Потом еще раз постучалась. Как бы не пришлось на виду всей команды говорить с ним... Как в воду глядела. В каюте царила тишина. Придется искать на палубе... Впрочем, долго блуждать не пришлось - синьор капитан обнаружился на своем законном месте. Не поднимая взгляда, девушка передала водаччианцу слова Лусии. Об авантюре с документами она не стала ничего говорить - пусть они с синьорой сами как-нибудь. Лучше не сказать нужного, чем сболтнуть лишнего. Стать помехой в водаччианских игрищах Эссильт хотела бы меньше всего.
Когда синьор позволил уйти, она вернулась в каюту кастилийки. Внезапно проснувшийся азарт доводил до озноба, а в голове крутилась только одна мысль - как же эта домашняя аристократочка там сможет обвести тертого жизнью хлыща вокруг пальчика. Вся эта сложная гамма эмоций вызвала головокружение. Девушка присела на краешек кровати, борясь с искушением упасть ничком и хоть на минуту зарыться в мягкие одеяла и подушки. К счастью, почти сразу скрипнула дверь.
- Вот...это было у Роджера под рубахой... Письма, похоже, на авалонском...Я не смогла прочитать. А ты сможешь? Или просто понесешь их синьоре из Водачче?
Эсси вскочила, как ужаленная.
- Простите, сеньорита, я не хотела... - Она приблизилась, чтобы посмотреть на бумаги, но разочарованно покачала головой. - Эх, нет, тут я не мастак. Я знаю только oghaim** и старые руны, сеньорита. Простите... Давайте отнесем это все госпоже из Водачче, уж она-то в таких делах разбираться должна, ведь при дворе, небось, тёрлась...
По дороге к каюте Ульдериги девушке чуть не смыло особенно высокой волной. Не успев даже понять, что происходит, Эсси ухватила Лусию за талию здоровой рукой, а раненой намертво вцепилась в леер. Когда вода схлынула, она помогла кастилийке подняться и насколько возможно отжать юбки. К счастью, бумаги за плотным корсажем даже не промокли.
Только вот к ознобу авалонки прибавилась еще и дергающая боль в ранах. Похоже, они снова открылись.
Медленно переступая под порывами ветра, заговорщицы добрались до нужной каюты и скрылись внутри.
И тут Эсси осенило.
- О! Третьего дня заговорил со мной один из ваших, пассажиров то бишь. Тоже с Авалона, земляка признал. - Она улыбнулась и продолжила - Этот парень, который со старичком-книжником все время. Уж он-то умеет по-авалонски читать, к бабке не ходи! Велите позвать?
*Девица не так проста. Согласилась окрутить незнакомого мужика и даже не покраснела. Надо с ней поосторожней... (гаэльск.)
** огам,
Историческая справка:
ОГАМ – оригинальное, крайне геометризованное письмо с неясными генетическими связями. Один из самых рафинированных алфавитов мира. Огам структурно близок скандинавским рунам (См). Огам бытовал на Британских островах и обслуживал ирландский язык (Gaeilge) индоевропейской семьи и до сих пор не расшифрованный пиктский язык. Огам представлял собой комбинацию параллельных линий и напоминал скорее искусственно изобретенный секретный код или запись музыкальных нот, чем естественно сформировавшийся алфавит. Название этого письма (древнеирландский ogham, среднеирландский ogom, ogum) происходит от имени ирландского бога красноречия Огмы. Изобретение огама очевидно восходит к 1 в. Древнейшие надписи датированы 3-4 вв., большая их часть – восходит к 5-6 вв. (к т.н. «огамическому периоду» ирландского языка), а самые поздние – к 9-10 вв. В основном это краткие эпитафии, граффити. Обнаружено около 500 таких надписей, содержащих главным образом антропонимы, теонимы; найдено несколько апеллятивов. Известно также около 20 латино-огамических билингв из Южного Уэльса и Корнуолла. Впервые надписи на огаме собрал и опубликовал S. Ferguson.
Во время нашествия норманнов в 8-9 вв. огам вытесняется сначала рунами, а к 12 в. латинским унициалом. Однако знание огама сохранялось до 19 в. Огам стал синонимом тайнописи. Указание по чтению текстов на нем дается в древнейшем трактате по древнеирландской грамматике «Auracept na n-Eces» (Наставление для мудрых), составленной в 1917 М. Кальдероном.
Некоторое время назад...
Проводив Бруно до искомой каюты (Вот это по нашему! Как вскочил - так сразу и по бабам!), Магнус сам было решил воспользоваться его примером, но тут его осенило: кто ж тогда будет охотится на воров?!
Воров вестенец никогда не любил, главным образом потому, что они - как колдуны, - раз! - и денег нет. А поймать их за руку не так уж легко. Но трудностей бояться не надо! Так, кто у нас наверняка вор?! А кто разбойник - тот и вор! Оба, как говорится, из одной канавы и от одной суки. Руководствуясь этой народной мудростью, Магнус совершал обход корабля, пока не наткнулся на знакомую рожу. Рожа сия принадлежала тому пирату с "Акулы", что недавно пел дивные песни про свой Кодекс - и вроде бы остался чем-то недоволен, возможно тем, что его не вздернули за разбой?
- А ну, стой, сукин сын! - рявкнул сын Эрика пирату, пытающемуся при виде вестенца убраться с палубы.
-Завелась у нас тут корабельная крыса. И таскает чужое, - Магнус навис над пиратом как гора, - думается мне, что это кто-то из вас, разбойников!
- Я не....
-Молчать! - с горы начали сыпаться мелкие камни, предвещая землетрясение, - вы собаки, будете отнекиваться и друг дружку покрывать! Ха! Может, и на кого из честных моряков укажите, аль на пассажиров - мол, - они воры, да?!
Магнус приказал бы пирату вывернуть карманы - да их не было.
-Я выслушал твои оправдания,- заявил он, - если визг пойманной в чужом огороде свиньи можно считать оправданиями. Так что берегись! - с этими словами гора развернулась и, по-видимому раздумав сегодня превращаться в вулкан, продолжила свой путь по "Альбатросу".
Возможно, пираты тут ни при чем, - размышлял Магнус про себя, - надо думать, что теперь висельник попросит помощи у своих, хотя бы в сочинении более-менее пристойного оправдания. Или решит с их помощью избавиться от меня. Ха! Так или иначе, круг подозреваемых сузится. И останутся...
И тут он поймал себя на том, что не помнит всех членов экипажа, а с командой так и вовсе не знаком!
Фаррел поднимался на палубу, когда был перехвачен юнгой с сообщением, что его хотят видеть у синьоры из водачче.
Когда он постучал в каюту senora Litta Arese, впустила его кастилийка, она же поведала о письмах на авлонском, которые нужно было прочитать.
Цитата:
«Привет, Центр!Поздравляю с прошедшим Д.Р. и желаю тебе всего самого от Теуса. Передавай мои пламенные приветы и заверения в вечной преданности К. Теперь к делу.
Наша террористическая организации потребовала от Кастилии пятнадцать миллионов гильдеров и сирнетский махолет. Где они их достанут, нас не интересует. Если же через неделю не достанут, мы взорвем замок-другой в таком-то городе, чисто для разминки. А в перспективе можем взорвать и поджечь еще кучу церквушек и домиков в разных городах и весях этой чудной страны. Так что пусть думают, откуда деньги взять.
В прошлый раз все прошло не совсем так, как планировалось. Риласиаре кричали: "Крещенцы! Крещенцы! Теллах Акбар бабах кирдык!" и даже войну с ними думали затеять. Пришлось минировать новый дом и посылать второе письмо, авось со второго раза дойдет. Опасайся людей в камуфляже, они больно бьют дубинками и увозят в контору в лесу считать почки. Хорошо, что лес тоже горит.
Если правительство будет жадничать, то спалим несколько резиденций у самых высокопоставленных синьоров, пока не скинутся по мильончику. Блюдечки с голубой каемочкой уже ждут. Да благословит нас Теус и К.
P.S. Да, отправили своего шпиона к ним во дворец. Обнаружить его они никогда не смогут, он неотличим от придворного. Роется в королевском грязном белье и ходит выспрашивает всякие интересные тайны. Тайн у них никаких нет – все рассказывают подробно и в красках.
Пока лазутчик все записывает. Пошел пятнадцатый том.»
Кроме письма было.
Цитата:
Прошение на королевский офицерский патент, запрос на продление каперского свидетельства на имя Джеремия Берека. Так же приложенный список потопленных кастилийских и местами слегка монтеньских, водаччских, уссурских, вендельских, крещентских судов и награбленного с благословения Авалонской короны добра.
- Вы уверены, что боцман хотел получить именно эти бумаги? - хотя внешне Фаррела был невозмутим, словно речь шла о списке блюд на ужин, он с некоторым опасением поднял взгляд на кастилийку. Сеньора Агилар смотрела расширенными глазами на бумаги в руках О'Брайена. На вопрос поспешила ответить хозяйка каюты, сославшись на свои способности ведьмы судьбы и интуицию. Получив утвердительный ответ инисморец задумался.
- Если эти бумаги - действительно то, что здесь написано, ими можно устроить большой скандал. Можно попытаться шантажировать Гленэйр, но для этого нужно иметь большую дерзость, а лучше большую силу за плечами. Например, какое-нибудь другое правительство.
- Мне не нравится ни то, что письмо написано открыто без всякого кода, ни его путь. Если бы оно было более невинным, можно было предположить - зашифровано. Или использованы невидимые чернила.
Возможно, какой-нибудь секретарь по оплошности отправил бумаги не туда. Или, оскорбившись, решил так отомстить своему господину, а Роджер был отправлен вернуть их.
- Если же письмо подложное... Либо Роджера хотели подставить, либо это всего лишь приманка.
- Приманка...но кого приманивают? - Лусия растерянно взглянула на хозяйку каюты и Фаррела. - Конечно, если бумаги настоящие, то их вполне можно было бы пустить в ход...вот только имеются ли у нас для этого возможности? И если Роджера подставили, это одно, а если бумаги специально подсунули нам - это совсем другое. Надо посоветоваться...может быть, с капитаном?
Senora Litta Arese усмехнулась и пожала плечамим. Кастилийка снова посмотрела на Фаррела.
- Может быть, сударь, вы будете столь любезны и пригласите капитана? Или, мы можем просто пойти к нему и все рассказать. Или...
Цитата:
- Приманка...но кого приманивают? - Лусия растерянно взглянула на хозяйку каюты и Фаррела. - Конечно, если бумаги настоящие, то их вполне можно было бы пустить в ход...вот только имеются ли у нас для этого возможности? И если Роджера подставили, это одно, а если бумаги специально подсунули нам - это совсем другое.
- Нам? Нет, как цель приманки вероятнее тот, кто и нанял боцмана добыть эти бумаги.
Цитата:
- Надо посоветоваться...может быть, с капитаном?
Senora Litta Arese усмехнулась и пожала плечамим. Кастилийка снова посмотрела на Фаррела.
- Может быть, сударь, вы будете столь любезны и пригласите капитана? Или, мы можем просто пойти к нему и все рассказать. Или...
- Я схожу и позову, полагаю капитан должен знать с какими проблемами мы можем еще столкнуться.
Фаррел аккуратно, что ненароком не не быть сбитым очередным качанием корабля, вышел из каюты. Позвать капитана - это был хороший повод взять паузу и перевести дух.
"Конечно, если бумаги настоящие, то их вполне можно было бы пустить в ход...вот только имеются ли у нас для этого возможности". Инисморец не знал конкретного расклада кастилийской политики и отношения к ней сеньоры Агилар, но простейший вариант пришедший ему в голову - был передачей этих писем, например, Инквизиции. Насколько же он знал о Её Величестве Королеве Эйлин - политические требования кого-либо с континента о наказании её рыцарей - будут уже причиной этого не делать. Публично. А вот в буре, что поднялась бы потом, О'Брайен мог не только сам пострадать, но и подвести семью.
Хлопок паруса и холодные брызги приветствовали O'Брайена, когда он поднялся на палубу юта. Буря заствавляла повышать голос, что бы собеседник стоящий в шаге хоть что-то услышал и она же могла разнести слова слишком далеко.
- Капитан, - на монтеньском почти прокричал Фаррел, - Вас просят к senora Litta Arese. Собственно, ей плохо, и зовет Вас доктор.
Иинисморец намеревался в каюте ввести де Анжелиса в курс дела, а затем, вооружившись лупой, изучать бумаги и слушать.
«Письма с фрегата, теперь ещё и вор, причём не простой, а маг, скорее всего, родом из Монтени – искусство мгновенного перемещения – их прерогатива…»
Ситуация начинала выглядеть все более и более интересной.
«Ну, и зачем ты согласился на всё это?»
«Альбатрос» неторопливо переваливался с волны на волну. Шторм продолжался, но гребни шли пологие, что превращало обыкновенные «скачки» в относительно плавные подъёмы вверх, и столь же плавные, неторопливые движения вниз.
«Вор…вор…вор…пираты…бумаги, разыскиваемые покойным боцманом, бумаги, бумаги. Стоп! Бумаги!»
Картина происходящего начала складываться, но получающийся пейзаж отнюдь не радовал. Боцман искал у пассажиров документы; напавшие пираты якобы хотели заполучить «Альбатрос», а теперь появился любитель мгновенных перемещений, разыскивающий некую пропавшую вещь. Совпадения, совпадения, совпадения из тех, за которые в Водачче можно получить кинжал в спину, или яд в вино, просто потому что подобные стечения обстоятельств, скорее всего, не случайны.
Очередная раскачка шхуны на гребне заставила меня поморщиться – канат постарался вырваться из левой руки, причём довольно резко и грубо, а на подобное действие сразу же отозвались старые и новые заживающие раны.
«Поймаю любителя корреспонденции – выброшу за борт вместе с его почтой. Если количество жаждущих получить её в свои лапы не убавится – даже и не знаю, что предпринять… кроме крайне радикальных мер».
Впрочем, чем более я пытался размышлять на эту тему, тем более путались мысли. Да и палуба в шторм – не лучшее место, для поисков ответов на подобные вопросы.
Очередная волна довольно грубо «толкнула» корабль.
«Интересно, а на берегу в Терамо, или в Мантуе сейчас холодно? И, несмотря на это, тебя ждали, Ренцо…»
Из внутренних помещений вынырнул ученик профессора.
- Капитан, вас просят к senora Litta Arese. Собственно, ей плохо, и зовет Вас доктор.
- Хорошо, спускаюсь, - откликнулся я.
***
В каюте Сорте Стрега, помимо самой ведьмы, находилась кастилийка, выглядевшая бледнее обычного. Следом за мной пришёл и авалонец, оставив своего патрона – светило от мира науки в одиночестве.
- Надеюсь, что вы меня не зря беспокоили, дамы и господа. Слушаю вас внимательно, - я прислонился спиной к стене, прищурился, коснулся правой рукой медальона на шее.
Цитата:
- Надеюсь, что вы меня не зря беспокоили, дамы и господа. Слушаю вас внимательно.
- Мы смогли найти бумаги, которые неудачно искал предыдущий боцман, - сеньоры рассказали как они добыли эти бумаги, а затем Фаррел зачитал письмо.
- Инициалы Д.Б. вероятно означают Джеремию Берека, - О'Брайен достал лист с прошением на продление каперского свидетельства, - Эти бумаги могут быть опасны, но я не могу понять их путь из Водаччче и незашифрованость письма. И чем больше я думаю о реакции Королевы, тем меньше верю, что она подастся на шантаж. А посол, что войдет в Гленэйр, размахивая этими бумагами, обратно - убежит. Конечно можно расстроить отношения Берека с Королевой и, еще, с вендельцами...
Фаррел прервался, просматривая список ограбленных кораблей, затем продолжил:
- Но самое интересное окажется, если капитаны этих судов заявят, что их никто не грабил, и вообще, они в это время в порту стояли.
- Все это может быть, как чудовищной в своей нелепости накладкой, так и тщательно спланированной интригой - а нам теперь нужно решить, что со всем этим делать.
Я аккуратно принял из рук ученика профессора документы, скользнул взглядом по ничего не говорящим мне строкам.
Кто-то неизвестный где-то далеко заключил в эти ровные буковки очередную грязную тайну, и так уж несчастливо сложилась судьба, что сий секрет оказался на борту "Альбатроса», тем самым принеся бедствия всем нам. Чистенькая, беленькая бумажка, синие чернила, в обмен на липкую, красную кровь.
- Слишком много совпадений, вьюноша, - мне с достаточно большим трудом удалось побороть в себе желание вышвырнуть документы за борт немедленно. – Они уже превратились в закономерность. Боцман, пираты, вор… Кстати, у кого это… изъято?
- У Роджера, - негромко ответила Ульдерига.
- Прекрасно. Теперь , по крайней мере, мы знаем, кто у нас был источником всех проблем. А утащили их, синьора, вы? – я поднял глаза на кастилийку. – Давно не были на родине? По глазам вижу, давно, и стремитесь ей помочь… Итак, дамы и господа, два варианта – либо мы вышвыриваем эту мерзость за борт, или же отдаём их добытчице. Можно, конечно, вернуть их Роджеру, но это меня мало устраивает – рано или поздно жаждущие заполучить эти бумажки доберутся и до него, а отсутствие документов станет для них «приятной» неожиданностью. В любом случае, у кого бы они не были – это серьёзный риск, и в Монтени с Авалоном о подобном «грузе» лучше не распространяться... Заберёте эту пакость, юная особа? – улыбка чуть тронула мои губы.
Заберёте эту пакость, юная особа?
Лусия внимательно посмотрела на капитана. Его глаза смеялись. Он явно не воспринимал ее всерьез. И его вопрос на самом деле не был вопросом. Капитан твердо решил избавиться от этих писем, и он избавится. А если она их возьмет, то избавится вместе с ней. Кастилийка на мгновение вспомнила о нереализованной возможности остаться с братом далеко от этого корабля и от этих людей. Но только на мгновение. Она вздохнула и пожала плечами:
- Вы ошибаетесь, синьор. Я вовсе нее стремлюсь обладать этими бумагами. Раздобыть их - это был план синьоры Ульдериги. И мне очень жаль, если он не совпал с вашими представлениями о том, как нужно было разыскать эти письма. Что касается родины, то она вполне обходилась без моей помощи все эти годы. Значит, обойдется и в этот раз. Делайте с бумагами то, что сочтете нужным.
Цитата:
- Делайте с бумагами то, что сочтете нужным.
- Хорошо, - я неторопливо свернул документы.
«Надеюсь, Бернулли найдёт им достойное применение».
- Итак, с этим покончено. Остаётся побеседовать с Роджером, и с пассажирами по поводу вора. Юная синьора, полагаю, вы способны разъяснить ситуацию? Тогда… вьюноша, будьте столь любезны, соберите их где-нибудь, лучше – в одном из помещений юта, где-нибудь через полчаса. Да, наш пассажир из Вестена понимает только монтеньский, учтите это, - оброненная фраза успела проскочить в ещё не захлопнувшуюся за моей спиной дверь каюты.
Пассажиры один за одним собирались в одной из кают. Стало ясно, сейчас начнётся очередная тайная вечеря. Ужин в компании молодой кастилийки, роковой колдуньи и горячей авалонки – это ли не счастье? Но Баюна не пригласили. На выставке котов Баюну бы дали приз за самый жалостливый взгляд. Он ободряюще вздохнул и подумал, ну и ладно.
Проходя мимо авалонки, Василий почувствовал необычный запах, хотел было уже прицелиться носом к его источнику, но промахнулся. Судно качнуло. Баюн мог бы опереться на Эсси, но не стал этого делать и грохнулся на мокрую палубу. При этом угодил рожей в какую-то металлическую деталь переборки… Тут надо напомнить, что если уссурского охотника стукнуть лицом об острый угол, вряд ли он произнесет искрометную и отдающую благородством фразу. От его краткого и емкого вскрика краснеют палубные доски и падают чайки. Это национальная особенность языка, дело тут даже не в воспитании.
Авалонка, видимо, уловила не только суть намерений уссурца, но и суть тирады, посмотрела на национальную особенность угрожающе, но простила. Наверно. В общем, всё закончилось хорошо. Мальчики пошли налево, девочки направо. Баюн - в свою каюту, Эсси - в лазарет. О чем думала Эссильт, Баюн не знал, но имел сильное желание разнюхать. Сам он размышлял о том, что стало причиной сбора, и прикидывал, откуда лучше подслушать?
А еще думал о женских фигурах. И мокрых досках палубы.
***
Маркиз Дю Саж в это же время обедал в родовом гнезде и бросал сосиски в своих охотничьих собак. Двое лаяли и ловили на лету, одна давилась счастьем молча. Маркиз поглядывал на часы, за окном шелестели буки, скрипели телеги и матерились дворовые.
Жена маркиза, дама очень симпатичная, спросила, приказать ли подать салат. Дети обедали молча и вели себя послушно. Очень трогательно. Маркиз благодарил и потом пил чай с уссурскими пряниками. Потом посол заперся у себя в кабинете, и никто не знал, чем он там занят и о чем разговаривает с важной гостьей. Всё-таки, иметь свой замок - это прекрасно.
Глаза у маркизы дю Саж были грустные, почти как у Баюна, которого тоже не пригласили на совещание, но, как и Баюн, маркиза не собиралась сидеть сложа руки.
Когда я, распахнув дверь, перешагнул порог одной из пустовавших не столь давно кают юта, то сразу же убедился, что ученик профессора выполнил свои обещания, собрав почти всех. Для полного комплекта не хватало разве что уссурийца – надо будет потом полюбопытствовать, почему авалонец упустил охотника… Хотя, зная врождённое чутье последнего – можно было предположить самостоятельное появление лучника.
Судя по прихваченной с собой еде, пассажиры вознамерились устроить коллективный ужин.
«Неет, не сейчас…»
- Дамы и господа, трапеза откладывается, - с усмешкой бросил я, закрывая дверь, и прислоняясь к переборке рядом. – Вначале – насущные проблемы, затем – заботы более обыденные. Итак, самое главное - на борту – вор. Неизвестно, кто это, неизвестно, что он ищет. Тем не менее – ваши ценные вещи – под угрозой. План простейший – всё в одну каюту под охрану надёжного человека. Другие предложения?
Шхуна продолжала неторопливую раскачку, а вместе с ней её начинала спрятавшаяся где-то на задворках сознания боль.
филлер чистейшей воды:
Девушка решила не возвращаться в каюту синьоры. Знобило все ощутимее, а морская соль с мокрой одежды жгла раны. "Agus bas tamall gairid. Ni mor duinn a cheangal go dti fester."* После минутного колебания - в кубрик, или к корабельному врачу, разжиться корпией и нитками, Эсси побрела к лазарету. Каждый шаг давался с трудом, хотелось упасть и больше никогда не вставать. Но она заставляла себя передвигать ноги. Искушение отпустить леер - и в море, кататься на спине Морского дьявола, или как там этот чертов дружок seidhe говорил, было чертовски велико. Рядом заковыристо выругались на неведомом языке. При виде поднимающегося с палубы уссурца, девушка вспыхнула и отвернулась. Ni bheadh ??Just a bheith faoi deara!** Спасительная дверь была совсем рядом, и она ввалилась в душный и наполненный стонами полумрак почти с облегчением.
- Это ты, leanbh?
Ланниган. Не спит.
- Что шторм?
Эсси опустилась на пол у постели десятника.
- Стихает... вроде... Мы... держимся мы. Сдюжим. - Язык ворочался в глотке, как колода. В голове поселился настойчивый дятел.
- Эй, малый, принеси-ка кувшинчик с камбуза, в горле пересохло! - С койки у стены подал голос дюжий водаччианец. Судя по зычному реву, он стремительно шел на поправку.
- Парень, да ты весь горишь! Куда тебе... кормильцу! - На лоб девушки опустилась жесткая сухая рука, и тут же отдернулась. - Тебя не в камбуз гнать, а в койку самое время, не то ноги протянешь... Ну-а, пошли!
Эсси вздернули на ноги и поволокли к серому окошку.
-Да у тебя кровь! - Ей наконец удалось разглядеть говорившего. Доктор.
- Дайте... snaithe agus bindealain... нитки ... и иглу... и бинтов, если не жалко... Я... сам!
- Не дури. Дай посмотрю. Хм, повязки ...вполне, вполне. Пошли.
Перед глазами все плыло. Кажется, каюта с ранеными осталась позади - в лицо снова ударил ветер, щедро сдобренный льдистыми капельками. Новая дверь. Незнакомая каюта.
- Ложись. Снимай рубашку, я тебя осмотрю.
Эсси стиснула зубы и отчаянно замотала головой.
Доктор улыбнулся в усы.
- Хорошо, закатай рукав, начнем с руки. Рассечение кожного покрова и musculus deltoideus, рана резаная, нанесена чистым острым лезвием с небольшим усилием. Повреждение имеет следы обработки... хмм... кастильский узелок... Неплохо, сеньорита далеко пойдет, все очень грамотно выполнено... Что ж, придется зашить заново. В твоем состоянии нельзя принимать опиаты или крепкий spiritus vini, так что терпи. Дать палочку в зубы?
Девушка снова покачала головой. Потерпит.
Прошла, казалось, целая вечность, наполненная болью. Доктор сначала промывал рану чем-то, напоминающим по запаху отборный первач из Финнегановых погребов, потом сноровисто заштопал кривой иголкой, наложил на рубец остро пахнущую кашицу и сноровисто перевязал.
- Покажи бок.
Эсси медленно выдохнула, сдерживая стон, и задрала рубашку. До середины живота. Повязка была почти чистой, если не считать нескольких ярко-красных пятнышек. Все повторилось.
- Почему, синьор?
- Что почему? Раны почему открылись?
- Почему...вы со мной возитесь?
Доктор молчал. Потом отвернулся и проговорил:
- Если бы не ты, у меня было бы меньше пациентов. А у парусного мастера больше работы... Я все видел, не думай. Не задирай нос, а то и его оцарапаешь. Теперь спи. Сон, он лечит...
Потрепав девушку по затылку, доктор положил ей на лоб мокрую тряпку, отвернулся и как ни в чем ни бывало начал собирать инструменты.
Эсси осторожно, не веря своей удаче, свернулась на чистой и не отсыревшей постели, накрылась теплым одеялом и тут же уснула.
Бредовые видения:
Музыка, полная сурового кельтского фатализма
Она стояла среди бескрайней вересковой пустоши. Низкие серо-зеленые тучи неслись, почти задевая обомшелые валуны на вершинах холмов. Ветер пронизывал насквозь и толкал в небо. Она раскинула руки и взлетела.
Вокруг, насколько хватало взгляда, простиралось одно лиловое поле. И огненно-рыжее пятно у большой скалы. Это Эринн. Распустила волосы, так, что они укутали плащом, и медленно танцует. Стоило моргнуть, и кружащихся фигур стало две. Второй, с еще более длинной гривой, одетый в зеленое, взял Эринн за руки. Огненное, зеленое, серое, зеленое, огненное...
Фигуры скрылись, словно в костре.
Эринн лежит в середине вытоптанного круга. Ее лицо бледно, в волосах застрял сор, босые ноги в ожогах. В руке пригоршня золотистых листьев. У нас нет деревьев, на которых растут такие листья. Она не скажет больше ни слова, не съест ни крошки и проживет еще три недели.
Маленький курган. Там, под серыми камнями она - Эринн. Самая красивая девушка клана. Среди скорбящих родных Эсси видит оборванного и грязного, но упитанного золотоволосого крепыша лет пяти. Никто не обращает на него внимания, словно вообще не замечают. Она хочет подойти и поиграть с малышом, но того уводит смутно знакомый господин в зеленых бархатных одеждах. И огненно-рыжей шевелюрой до пят.
Она бежит за ними, крича, что нашла убийцу, но как ни старается, не в силах настичь.
Seidhe.Так вот какие они...
*Так и сдохнуть недолго. Надо перевязать, пока не загноилось.(гаэльск.)
** Только бы не заметил! (гаэльск.)
Техническое - персонаж исключительно крепко спит в каюте корабельного врача. И будет спать около 10-12 часов. Повезло, сепсис отменяется. Утром будет слабенькая, но бодрая.
-Есть предложение. Найти мерзавца и спустить с него шкуру, - процедил Джакоза сквозь зубы. Он покрутил головой (единственный глаз не давал полного обзора) стараясь рассмотреть как отреагировали другие пасажиры на сообщение о воре.
Кем бы ни был неизвестный ловкач, если он заглянул не в одну каюту, то ему наверняка досталась приличная сумма. И он вот так вот запросто уйдет с ней? Ну уж нет!
-Это всё-таки корабль, если вор не прыгнул за борт, то он всё еще здесь. И украденое либо при нем, либо где-то спрятано. Если, конечно, негодяй не побросал всё в воду!
Охотник за головами скрестил руки на груди, пытаясь успокоится, и поморщился от боли в напомнивших о себе ранах. Проклятый медведь! А ведь с него даже шкуры не осталось. Колдовство? Слишком много колдовства на одну посудину. Слишком много тайн.
Когда Камилла дю Саж вошла в его каюту, Алваро Торрес встал и поклонился. Какое-то мгновение они молча смотрели друг на друга. Затем женщина закрыла за собой дверь и, покраснев, что было удивительно для такой высокопоставленной особы, как супруга посла, сказала:
– Я… я… добрый день, синьор, мое имя Камилла дю Саж. Месье дю Росс сказал, что мой муж встречался с вами и, если это не противоречит вашим возможным обязательствам, я бы хотела узнать у вас, зачем?
– Меня не связывают обязательства, – ответил Алваро, – но и помочь вам нечем. – Заметив, как женщина побледнела и вздрогнула, он поспешил уточнить: – Даже если бы захотел, я мало что могу сказать, мадам. Господин маркиз имел какое-то дело к моей сестре, кажется, связанное с поиском некого предмета на Альбатросе – судне, на котором она путешествует в Монтень. Это то, что было озвучено вслух. Каковы бы ни были точные мотивы и цели вашего супруга, мне они неизвестны.
Камилла сложила руки в замок и о чем-то задумалась.
– С… с… спасибо за откровенность. Мой муж ищет документы… – Приблизившись на несколько шагов, маркиза заговорила шепотом. – И они могли бы вас заинтересовать.
Алваро недоверчиво взглянул на неё.
– Что-то я не пойму, с какой стати вам сообщать мне об этом? – поинтересовался он язвительно.
– Вы мне не друг, но и не враг, – ответила Камилла, пытаясь улыбнуться. – Как и я вам. Монтеньский престол не пошатнется без переписки Авалонской короны с Братством морских псов, а вот жизнь моего мужа, вероятнее всего, подвергается опасности из-за упомянутых бумаг.
Женщина замялась.
- Единственный способ эту опасность отвести – это сделать так, чтобы бумаги исчезли. По-крайней мере из поля зрения тех, кто их ищет. Уверена, смелый человек мог бы извлечь выгоду из этой ситуации.
В воздухе повис вопрос:
– Хотели бы вы оказать услугу своей короне?
Алваро хмыкнул.
– Кажется, я знаю, кто может помочь вам… и кастильской короне.
Скрытый текст - Коротко:
Маркиза ищет кого-то, кто помешает ее мужу выполнить сделку с фаэ. Эта подводка написана для того, чтобы ввести персонажа Corsaire в игру. Ход Корсара.
Алваро постучал в дверь каюты.
- Abierto!* – донеслось из ее внутренностей.
Лейтенант кастилийского капера сам не до конца понимал, что натолкнуло его на мысль обратиться именно к этому человеку. На вид он выглядел не старше самого Алваро. Более того, спроси любого на корабле и он не ответит, какая цель стоит перед этим кастилийцем. Сам молодой человек неоднократно говорил что, «целью его странствий является собрать как можно больше разгадок, к тому ребусу, что люди унаследовали от Теуса» и что он «путешествует, дабы прославить Кастилию, ее престол и Ватицинскую церковь на весь мир» и прочую пафосную ерунду. По мнению Алваро так мог говорить только желторотый глупец или ловкач желающий выставить глупцами всех окружающих. Пассажир же дураком явно не был и, как показали несколько заварушек, в которых довелочь участвовать каперу, был человеком не только храбрым, но и благородным. Впрочем, если бы необычный постоялец покинул Эль Мангосту, никто больше не докучал бы команде расспросами и требованиями изменить маршрут, так что офицеры еще поблагодарят Алваро за смекалку.
Сеньор Торрес открыл дверь и вошел в каюту, госпожа дю Саж, как фрегат сопровождения, держалась позади него.
Пассажир лежал на кровати, уставившись в потолок. При этом он играл с небольшим кожаным мячиком, подбрасывая и ловя его одной рукой.
– Эмм, сеньор… У меня к тебе новое предложение... – Начал Алваро.
Хозяин каюты вздохнул: – Кажется, я уже отказался от всех предыдущих, указав достаточно веские причины. Но так и быть, ради тебя, повторю. – Мячик продолжал движения вверх-вниз. – Во первых. У меня осталось очень много связей на суше, я не готов вот так легко разорвать их!
- Но посл…
- Во вторых, – быстрый речитатив с которым говорил постоялец, не оставлял Алваро ни единого шанса – Если я стану пиратом, то у моей мамы случиться сердечный приступ. А я люблю свою мамулю!
- Послушай, я всего лишь хочу…
Пассажир в очередной раз подхватил мячик и резко бросил но не вверх, а назад. Тот, преодолев небольшое расстояние, стукнул лейтенанта по плечу, заставляя умолкнуть, и устремился к дощатому полу. Но ловкач резко выкинул руку назад и подхватил предмет на лету.
- И в третьих, ваш кок просто отвратительно готовит!
- Как у тебя это получилось? – Алваро был и поражен и возмущен поступком гостя – Ты ведь даже не оглянулся!
- Alcornoque!** Над койкой висит ЗЕРКАЛО!
Постоялец, похоже, все-таки решил взглянуть на своего собеседника и обернулся: - Почему ты не сказал что с тобой сеньорита?!
Кастилиец вскочил с койки и разгладил шерстяное одеяло: – Прошу вас садитесь.
– Merci, – маркиза прошествовала к предложенному месту.
– Por favor,– появившийся на лице пассажира свет исчез, и он бухнулся на табурет. Мячик перекочевал из его рук на старую подгнившую бочку, которую предприимчивые пираты приспособили под тумбу.
– Вы жонглер? – полюбопытствовала дама.
– Знаю некоторые трюки, – отмахнулся хозяин каюты: – но уже продолжительное время не практиковался. Например, только что я целился этому amigito в лоб.
– Вы хорошо говорите на монтеньском.
– Он входил в университетский курс.
– Ох, мне следовало… - Маркиза немного ссутулилась и собрала пальцы в замок. – Мое имя Камилла дю Саж и у меня есть информация способная вас заинтересовать.
Кастилиец молчал, и Камилла сбивчиво начала пересказывать ему подробности истории с бумагами.
– Понимаете, мой муж…
– Me rompes el corazon!***
– Простите что?
– Не мог подумать, что вы замужем! Продолжайте.
– Ах. Мой муж, маркиз Мишель дю Саж, посол Монтени в Авалоне, по роду службы обязан выполнять порой достаточно щекотливые поручения, в которые ни я, как его супруга, ни кто бы то ни было не должен вмешиваться, но недавно он ввязался в очень опасную игру с ши… В данный момент мой муж пытается найти тайную переписку между Гленейром и братством Морских Псов…
– Погодите! А мне какое дело до исподнего королевы неверных?!
– Это, как вы выразились, «исподнее», напрямую касается вашей державы. Если вы хоть немного слышали о том, чем занимается братство Морских Псов.
Кастилец помрачнел: – Продолжайте!
– Мой муж заключил сделку с ши, дабы добраться до этих бумаг! И теперь… - маркиза готова была расплакаться – ...ему угрожает опасность! Сиды избавятся от него, как только добудут письма! Я уж не говорю о том, что у авалонских пиратов длинные руки, легион забери всех этих Береков и Борсов! – Маркиза уже не на шутку всхлипывала. – Прошу вас, мне нужно всего лишь, чтобы бумаги куда-то пропали. По-крайней мере вам удастся выиграть время и у моего мужа не получиться выполнить условия сделки. Тогда мon pauvre Michelle**** сможет вернуться домой живым и здоровым! А мне большего и… и… – Маркиза закрыла лицо руками.
– Если вы пришли сюда, только ради того, чтобы попросить кастилийца спасти монтеньца, то вы совершенно безумная, авантюрная, cabronazo, женщина, – молодой человек слегка наклонился вперед – Мне это нравится!
Он, кажется, хотел похлопать даму по плечу, но передумал.
– Как выглядит этот ваш Мишель?
Маркиза начала успокаиваться: – Он высокий, худой, обычно носит голубой камзол с позолоченной вышивкой и накрахмаленный парик…
- О Теус всемогущий! Мне что же теперь, вообще не драться с монтеньцами?!
Гостья изменилась в лице. Поняв, что он сболтнул лишнего, пассажир сменил тактику:
– Где сейчас ваш муж?
– Он может быть где угодно. Он мастер Порте…
– Так что, мне по всему миру за ним бегать?!
– О, в этом вовсе нет необходимости. Как я говорила он охотиться за бумагами, нужно спрятать их или уничтожить.
– Хорошо, где эти легионовы письма?
– Этот молодой человек, – рука маркизы протянулась в сторону Алваро, – утверждает что они, скорее всего, находятся на другом корабле.
– O dios mio! Вы точно пришли сюда поиздеваться надомной! Как же я попаду на другой корабль? Вплавь?
Дама улыбнулась: – Точно так же, как я попала сюда. – Она поднялась с кушетки, – Если вы согласны, собирайтесь. Я… хм… проведу вас… – и направилась к выходу.
Алваро посторонился, чтобы дать маркизе пройти. А пассажир бросил вдогонку аристократке:
– Если вдруг ваш муж, по возвращении домой, какое-то время будет отказываться сидеть и станет спать на животе, это будет признаком того, что мы с ним все уладили…
__________
* Открыто! (исп.)
** Болван! (исп.)
*** Ох, вы разбиваете мне сердце! (исп.)
**** мой дорогой Мишель (фр.)
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
План простейший – всё в одну каюту под охрану надёжного человека. Другие предложения?
Капитан вопросительно взглянул на собравшихся.
Лусия вздохнула и уже собралась заговорить, но тут вмешался Джакоза, и кастилийка промолчала. После слов охотника за головами в каюте поднялся ропот, кое-кто был согласен с капитаном, некоторые тоже решили, что слишком много тайн. И Лусия все же решилась. Она поднялась и, дождавшись, когда все взгляды будут обращены к ней, заговорила:
- Вор ищет что-то определенное. Более того, мне кажется, я точно знаю, что именно. Некие бумаги, - девушка быстро взглянула на капитана и продолжила. - Этот человек владеет магией Порте, он появляется и исчезает на корабле, когда ему вздумается. Маркиз...да, именно маркиз предложил мне сотрудничество. Он просил меня помочь ему найти нужную вещь, и, кажется, мне удалось это сделать. Наш вор появится в моей каюте, возможно, уже скоро. Я не знаю, как поступить в данной ситуации. Возможно, вы можете дать совет?
Она нервно сжала руки и оглядела присутствующих.
- Этого ворюгу-колдуна надо сразу по голове бить, - поделился богатым жизненным опытом Магнус, - еще опоить можно. Но по голове - это наверняка. Потом - вязать. Колдуны на море опасны - я бы ему рот заткнул, глаза завязал, в уши воску - да в трюм. А в Монтень приплывем, там и вытрясем из него все. А если тут его испросить хотите, то я бы ему уксуса в глаза налил и перцем осыпал - чтоб колдовать ему было несподручно.
« Синьора, ну и зачем? Зачем вы это сказали? Не хватало ещё только наводить порядок среди начавших паниковать из-за визитов колдуна пассажиров…»
- Поступим так, дамы и господа – колдуна в любом случае надо ловить. Из того, что мне известно о Порте – в принципе, нашего гостя достаточно оглушить и связать. Пользоваться вашим крайне богатым жизненным опытом, - я повернулся к варвару, стараясь не выказывать своей неприязни, - пока что не требуется, к тому же у нас всех есть к нему вопросы… и претензии, - последовал кивок в сторону одноглазого пассажира, заколовшего медведя. – Но помощь потребуется в любом случае. А для вас, - я повернулся к кастилийке, - отдельная просьба. Вижу, что вы особа весьма бойкая, но попрошу быть крайне осторожной – не хотелось бы, чтобы вы были использованы в качестве живого щита. Разыграйте спектакль, а там уже мы подтянемся… А теперь - вопрос – знает ли кто-то из присутствующих другие способы предотвратить появление портала , кроме как выведение из строя самого колдуна?
- Теоретически, - подал голос Фаррел, - существуют сирнетскийе артефакты, вроде Печати Талаузи, блокирующие магию; теоретически, магия Порте не действует в присутствии призраков. А можно просто найти метку колдуна и уничтожить.
Итак, вор был колдуном. И,таким образом, мог свободно посещать корабль из того места где он сейчас находится.
Джакоза поморщился. Это уже не поимка корабельного воришки. Колдун наверняка подготовлен к тому, что на корабле его могут ждать неприятные сюрпризы. Ловить и допрашивать колдуна - опасная игра, в которой у них было не так уж много козырей. Кроме магнусовских уксуса да перца...
Цитата:
- Теоретически, - подал голос один из сидящих за столом, молодой человек с светлыми глазами, - существуют сирнетскийе артефакты, вроде Печати Талаузи, блокирующие магию; теоретически, магия Порте не действует в присутствии призраков. А можно просто найти метку колдуна и уничтожить.
-Если у кого-нибудь из присутствующих есть ручной призрак или случайно завалялся сирнетский артефакт, печать Тала (как её там?)... хотелось бы сейчас об этом услышать.
Охотник за головами с сомнением оглядел присутствующих. В конце концов на корабле собралась пёстрая компания, Теус знает, что у них есть, а чего нет. Взять хотя бы ту же молодую кастилийку, которая и сообщила о воре-колдуне. Воре-колдуне-маркизе. Почему он связался с ней?
Цитата:
- Теоретически, существуют сирнетскийе артефакты, вроде Печати Талаузи, блокирующие магию; теоретически, магия Порте не действует в присутствии призраков. А можно просто найти метку колдуна и уничтожить.
Цитата:
- Если у кого-нибудь из присутствующих есть ручной призрак или случайно завалялся сирнетский артефакт, печать Тала (как её там?)... хотелось бы сейчас об этом услышать.
- Насколько помню, метка невелика по размерам, и, как правило, является каплей крови. Мы замучаемся её искать – сутки назад на этом корабле сией жидкостью было забрызгано и залито всё, что только возможно забрызгать и залить. В любом случае, нам нужен человек с опытом организации засад… Вьюноша, - я повернулся к ученику профессора, - почему вы не пригласили охотника из Уссуры? Полагаю, что его помощь была бы весьма кстати. Если вас не затруднит, исправьте сие недоразумение, а мы пока что подождём. Как он явится - изложу план действий.
"Будем надеяться, стрелок найдёт его быстро..."
Дю Саж вздрогнул от мелькнувшей в сознании мысли, что может произойти, когда он скажет фаэ о том, что не смог выполнить условия сделки. Он понимал, что время вышло, и все вдруг стало маркизу безразлично.
— В чем дело, человечек? — спросила она. — Ведь ты же все обмозговал, верно? Кишка тонка? Может, ты думал, что я не узнаю о том, что происходит?
Маркиз посмотрел на нее с ненавистью. Сейчас он не понимал, как раньше мог находить фаэ привлекательной? Она была отвратительна, как чужеродное холодное создание.
— Я скажу то, что хотел сказать тебе сразу: выметайся! Вон из моего дома!
Фаэ следила за выражением лица человека.
— До чего же вы отчаянны! – она попробовала изобразить смех, но вышло похоже на квакание. – Отчаянны, только если вас загнать в угол. Твоя жена у меня. Но ты еще можешь выкрутиться.
Она подняла со стола шкатулку, пошарила в ней и вынула кожаный футляр для драгоценностей.
— Смотри, как красиво!
Большой прозрачный камень тускло светился в полумраке комнаты. Приглядевшись, внутри камня можно было увидеть крохотную женскую фигурку.
- Выбирай! Ты говорил, что хочешь всегда быть с ней вместе! Вы можете быть с ней вместе в сфере иллюзий, или… Мы вдвоем начнем новую жизнь.
- Жизнь? С тобой? - маркиз содрогнулся. Холод пробрал его до костей. - Верни мне Камиллу. Ты, чудовище. Ты не можешь быть посланницей королевы Небес. Она никогда бы не совершила такое!
Фаэ сперва застыла, затем чуть подалась вперед. Ее зеленые глаза горели безумием.
— Несчастный дурак, — сказала она. — Неужели ты вообразил, что я позволю тебе кому-нибудь об этом рассказать?
Фаэ с присвистом втянула в себя воздух, совершая заклинание. Маркиз схватился за шпагу в приступе неистовой ярости, но фаэ, казалось, не заметила, как сталь пронзила ее насквозь. Ее тело словно было из воздуха, а не живой плоти.
— Я тебя предупреждала, балбеса, — произнесла сеидхе словно про себя.
Маркиз закричал, выронил оружие, обхватил двумя руками голову и без чувств свалился на ковер.
***
Примерно в это же время, когда Эссильт распласталась на койке в каюте корабельного врача, а Баюн примостился на похожей в одной из кают юта «Альбатроса», в этой самой каюте вместе капитаном ди Анджелисом находился Волькер Дорк, синьорита Литта Аресс, Магнус ап Ларсфолк, Фаррел, Лусия и другие пассажиры, которых удалось собрать. В нескольких словах Ренцо и Лусия рассказали остальным о найденных у Роджера бумагах, о том, что, судя по сведениям, добытым Сорте Стрега, в них причина злоключений, преследующих корабль и его пассажиров, а так же о том, что злоключения эти еще не закончились, ибо и сейчас некто продолжает их искать. Следует ли вернуть бумаги Роджеру или передать дю Сажу, если нет, то как с обоими поступить? И чем может обернуться каждое из решений? Общая проблема связала между собой пассажиров и создала подобие дружбы или приязни, которая при других обстоятельствах вряд ли была бы возможной между столь разными по происхождению и убеждениям людьми.
Лусия склонялась к тому, чтобы поставить дю Сажа в известность о том, что бумаг тому не видать, и ждать дальнейшего развития событий. Магнус и Джакозо, впрочем, имели, что сказать маркизу. Как и другие пассажиры, чьи личные вещи оказались бесцеремонно перерыты или пропали.
Чтобы изловить «мерзавца» было решено устроить засаду. Ведь, если блокировать действие порте, то маркиз не сможет ускользнуть в портал, и вынужден будет ответить на все вопросы. Проблемой было осуществить задуманное, но, как это часто бывает, помог случай. Не известно по какой причине, но за Волькером Дорком увязался призрак с Черной Жемчужины - ворон. Вреда от него до сих пор не было никакого, а пользу можно было извлечь. Присутствие в комнате призраков не позволяет магам порте использовать способности и рвать ткань мироздания.
Таким образом, собравшись в назначенный час у каюты Лусии, мужчины ждали появления ночного гостя. Вместо вина, корзинок с сыром и фруктов, было приготовлено угощение в виде веревки и увесистого кулака Магнуса. Волькер Дорк со своим призрачным «питомцем» был рядом.
Время шло, но ничего не происходило, и собравшиеся уже начинали клевать носом, когда со стороны юта раздался истошный крик.
Техническое:
Матрос, случайно оказавшийся рядом с каютой врача, где сейчас пытается выздороветь Эсси, оказался убит. Кровь несчастного, который разорван пополам, стекает через шпигаты за борт и привлекает сирен.
Абсолютно не понятно, кто или что могло убить матроса, ибо на палубе никого не видно. Хотя призрак ворона в руках боцмана очень странно себя ведет, каркает и словно порывается что-то показать.
Когда Волькера позвали (послав за ним одного матроса), тот немного удивился. И удивление не переставало расти. На собрании ему рассказали (ну или он смог услышать, на слух ему жаловаться пока не приходилось) об очень ценных документах, которые вез Роджер. И о маркизе – мастере Порте, который в их поисках перерыл весь корабль. Только вот зачем ему понадобились зеркало и фляга чистого спирта – этого Дорк никак понять не мог. Разве что вслух предположил о втором маге, который ведет себя куда более приземленно.
Вопрос – как поймать монтеньца оказался несколько проще, чем ожидал айзенец. Юная кастилийка призналась, что маркиз говорил с ней и он вскоре (в пределах этих суток) должен прийти еще раз. А уссурец рассказал о том, что ворон, которого пригрел Волькер, не такой уж и ворон…
- А я-то думал, что призраки только человеческими бывают, и птицами не становятся… - протянул боцман. Впрочем, выбрасывать птицу за бор он не собирался – взялся ведь выхаживать, ну и проклятие… оно может усилиться. Наверно. Только о своей особенности бывший речник никому не сказал пока. А в засаде участвовать согласился.
В назначенный час Дорк вместе со своим пернатым ручным (почти) привидением ждал сигнала. Основная группа находилась недалеко от каюты Лусии, а боцман с призраком, похмыкивая, стоял поодаль. Нужно, чтобы монтенец смог прийти, а потом уж входить с вороном в комнату…
«Чего уж не ожидал, так это того, что я когда-нибудь буду выхаживать призрака. Шайне, до такого даже Хайнцль не додумался!» - думал айзенец, посматривая на ворона. Тот помалкивал и смотрел на человека в ответ. Находился призрак у Дорка в руках. На плечо садить потустороннее существо боцман опасался.
Шло время. Маркиз пока не появлялся (Заблудился, что ли?). От слипающихся глаз всех присутствующих спас предсмертный вопль матроса. И ворон, который раскаркался и пытался куда-то отвести непонятливых бескрылых.
- Шайне, что это было? И ты что раскричался? – с этими словами бывший речник посмотрел на птицу. Потом он все понял и пересадил ее на плечо.
- Нет, это так оставлять нельзя... кто со мной к юту?– Волькер оглянулся на остальных членов засадной группы.
Нет ничего более утомительного, чем ожидание. Особенно если событие, которое должно произойти, неизвестно по своей временной привязке, а также по вероятности его свершения – гадать, когда телепортирующийся вор посетит нашу скромную компанию, можно было очень и очень долго. А значит… оставалось только одно – торопить время, в надежде, что либо любитель чужого имущества проявит себя, либо закончится шторм.
Участники засады занимались своими делами из тех, что не мешали участвовать в означенной.
Предпринимались и попытки отоспаться, но от этой идеи мне пришлось отказаться сразу – стоило задремать, и видение пустого коридора между каютами с крохотной женской фигуркой в конце мигом возвращало к реальности. Подобные сны приносили множество дурных мыслей…
Результат ожидания оказался несколько неожиданным – с откуда-то сверху донёсся вопль, весьма громкий, и заставлявший думать о том, что человеку, издавшему этот звук, определенно, плохо.
Первым отреагировал айзенский наёмник:
Цитата:
- Нет, это так оставлять нельзя... кто со мной к юту?
- Я, синьор Дорк. Господа, подъём! Кто-нибудь, останьтесь с синьорой из Кастилии, остальные – прошу глянуть, что это было. Догоню вас на палубе, только заберу рапиру… мало ли.
Не дослушав капитана, Джакоза сорвался с места и устремился к юту. Похоже, вор стал еще и убийцей. То, что причиной шума был "маркиз" не вызывало у охотника за головами в тот момент никаких сомнений. Вот и ворон айзенца расшумелся, видно, почуял волшебство. Колдун ведь не обязательно должен был появится прямо в каюте кастилийки. Метка могла быть в любом месте.
"Маркиз" рисковал, навещая корабль. До этого дня ему везло. Но сейчас его удача кончилась.
Фаэ была красива и холодна, как лед. Высокая, с бледной кожей, абсолютно нагая, если не считать того, что было прикрыто длинными бесцветными волосами с зеленоватым отливом.
Матросы проходили практически сквозь нее, на миг застывая и удивленно глядя по сторонам. Сейчас люди не могли ее видеть, но у большинства из них инстинктивно просыпалось чувство страха перед чем-то необъяснимым в присутствии сида. Мужчины поеживались и сторонились, не решаясь приблизиться к телу своего товарища, разорванному пополам.
Фаэ же, зная, что невидима, и сама словно никого не замечала. Не торопясь, ровно держа голову, она шла по кораблю, словно на приеме у королевской особы. Для нее люди были чем-то вроде забавных насекомых, на которых можно не обращать внимания, пока они не мешают, но лучше раздавить, если попробуют укусить.
Она пересекла шкафут – широкий центр палубы, окруженный окошками носовых и кормовых кают – в направлении юта. Медленно, покачивая бедрами, девушка направлялась к каюте корабельного врача, туда, где ощущала присутствие хладного железа, и где свернувшись клубочком на узкой койке спала Эссильт О’Лири.
Фаэ уже было потянулась к двери, как её тонкая ручка замерла на полпути, когда она увидела Джакозо и Волькера, спешащих из коридора. Ворон над плечом Волькера издал яростный клекот, и внезапно чары невидимости, наложенные сидом, рассеялись. Фаэ с любопытством посмотрела на мужчин и попыталась состроить гримасу, долженствующую выражать веселье, но вышло похоже на лицевую судорогу.
Она остановила их жестом:
– Замри или умри!
С этими словами Фаэ открыла дверь каюты и исчезла за ней, а мужчины почувствовали, словно ноги их покрываются льдом.
– Не двигайтесь, – громко произнес Баюн, внезапно нарисовавшийся за спинами Волькера и Джакозо. Эта зараза наложила гейс недвижимости: сделаете шаг раньше утра – будет то же, что с тем матросом.
Уссурец мрачно кивнул на труп на шканцах.
Эссильт проснулась от шума на палубе и разглядывала гостью, вломившуюся в дверь нагишом. Спросонья авалонка даже не сразу смогла сообразить, кто она такая. Но сомнения ее длились недолго, мысли Эссильт кружились, словно ветер в шторм, и создавали инверсионный след, затягивающий в себя любые эмоции, кроме страха. К горлу авалонки подступил предательский комок. Сейчас она жалела, что покинула берег.
Отец. Почему старейшина МакЛеод так ужасно кричит на него? Не разобрать ни слова, словно чаячий гвалт на берегу. Отец отвечает. Крик ястреба вырывается из его груди, он надвигается на старейшину, теснит его, бьет себя кулаком. Может это птицы заглушают ссору? Нет. Они сами как птицы. Спорщики машут крыльями, не видя, как крадется к ним котище, огромный словно валун. У кота человеческие глаза, лукавые, зеленые. Кот подмигивает ей и бросается на добычу. Новый крик, отчаянный, смертный. В когтях зверя изуродованный труп отца - как в ту ночь. Кот слизывает кровь с манишки и широко улыбается. Она не может даже пошевелиться... Он здесь, у ее постели. Он нашел ее.
Задыхаясь, Эсси приоткрывает глаза. В неверном лунном свете она видит незванного гостя. Гостью. Гостья словно соткана из соленых брызг и серебристого сияния луны. В этом мире нет подобных ей. Это видение на границе сна и яви.
"Проклятый уссурец, неужели seidhe накликал?! Но как он смог?"
Эсси состроила на лице самое восторженное выражение, на которое была способна и прошептала:
- Вы чудитесь ли мне, предивнейшая леди? Чем заслужил я счастье видеть вашу красоту?
Фаэ замерла и внимательно посмотрела на авалонку. Если бы сиды умели испытывать эмоции, то можно было бы сказать, что фаэ испытывает сомнения. Она наклонила голову близко-близко к Эссильт, так, что ее дыхание касалось лица авалонки и ответила вопросом на вопрос:
- Счастье для тебя связано с красотой?
- Здесь, в открытом море, среди грубой черни, нет места красоте. Если вы снитесь мне, то не будите, будьте милосердны!
Скрытый текст - разрыв эльфийского шаблона:
Trathnoinin deanach i gcein cois leasa dom.
Taimse i m’ chodhladh is na duisigh me.
Sea dhearcas lem’ thaobh an speirbhean mhaisiuil.
Taimse i m’ chodhladh is na duisigh me.
Ba bhachallach pearlach dreimreach barrachas
A carnfholt craobhach ag titim lei ar bhaillechrith
‘S i ag caitheamh na saighead trim thaobh do chealg me.
I am asleep and don’t wake me.
*это настоящий ирландский эшлинг 19 века, но я привожу только половину (английский подстрочник откроется при наведении курсора), потому что дальше леди-Ирландия начала продстрекать грезящего поднять восстание против гадов-англичан и выкинуть их с острова нафиг.*
Некоторый эффект действо все же возымело. Девушка не зря общалась с мэтром Болоньетти - хитрые водаччианские модуляции, лишь чуть-чуть исказившие древний aishling, сбили незванную гостью с толку. Впрочем, ненадолго.
- Что же привело вас в сон смертного, дивная госпожа? - Эсси честно пялилась на выдающиеся и неоспоримые достоинства фигуры seidhe, как и должен был на ее месте поступить любой нормальный парень.
- Дорога в Авалон, - ответила фаэ так, чтобы ничего не ответить. - Скажи-ка, деточка, откуда у тебя этот пояс?
Она с непередаваемым выражением брезгливости на личике указала на металлические звенья, свешивающиеся с края кровати.
- Какой пояс, светлоокая леди? Вот этот вот пояс? - Эсси извернулась, выудила ремень из-под скатки и споро обернула вокруг талии. - Да это отцова памятка. Оставил его мне родной батюшка, хоть я ему не сын.
- Да ты никак смеешься надо мной? - фаэ уставилась на громита с подозрением. - Как такое может быть, отвечай, негодник!
Девушка развела руками
- Как я смею? У людей такое сплошь и рядом.
- Если отец тебе родной, то и ты ему тоже. - безапелляционно заявила фаэ. - Какие же вы все-таки нелогичные! С вами невозможно вести дела.
Неожиданно о чем-то задумавшись, фаэ сменила тон.
- Ох, прости, юноша. Если ты не родом из Монтень, то наверняка еще не привык к тому, что к тебе в окно залазят голые женщины.
Закончив фразу, Фаэ произнесла еще несколько непонятных слов и мгновенно оказалась одета в не слишком закрытое, но все-таки платье.
...продолжение воспоследует, как только допишу диалог.
Раздался восхищенный вздох.
— Вам очень идет! — ахнула Эсси, хлопая ресницами.
— Если ты считаешь, что лесть тебя спасет, то ты ошибаешься — холодно ответила фаэ, и Эссильт тут же почувствовала магическую волну, разбившуюся о круг железа. «Сейчас начнется!» — авалонку бросило в пот.
— И почему я должна терять время и играть с тобой в загадки? — презрительно поинтересовалась пришелица и придвинулась к авалонке.
— Потому что вы не успели еще оценить все преимущества знакомства с таким ценным человеком, как я, — быстро выпалила Эсси и, внезапно для себя самой предложила: — А играть в загадки очень интересно. Они могут сказать все, чего у мертвеца не выспросишь. Первую я уже задала. Ответ на нее – дочь. Видите, как просто!
Фаэ на миг застыла и задумалась — Хм. Так ты не мальчик? Спасибо, и это все? — она присела на край эссиной койки, и свесив ноги, прикоснулась к Эсси рукой.
— Ох-х, — сказала Эссильт, чувствуя, что словно время замедляется сжимается в комок и исчезает. Движения ее сковала сила чар, стало тяжело дышать. – Это только начало. Можете загадать мне загадку. Если отвечу на вашу загадку, загадаю свою. Кто первый ошибется, тот сдается. А выиграете, просите, чего хотите. Идет?
Фаэ прикусила губу, так что Эсси даже показалось, будто сиды умеют чувствовать сомнения.
— Так, значит, я могу загадать?
Эсси осторожно отвела руку фаэ в сторону и кивнула головой:
— Угу.
Слабость отступила. В ожидании слов фаэ, ее сердце забилось чаще.
— Пять свечей зажгли, две упали, сколько осталось?
"Она злится. Ну погоди, котяра, если выберусь живой, ты об этом пожалеешь, будь ты хоть трижды уссурский лорд!"
— Пять свечей зажгли, две упали, сколько осталось?
Эсси бросила на противницу быстрый взгляд из-под ресниц. Та наслаждалась моментом, поэтому девушка изобразила на лице напряженнейшую работу мысли. Лихорадка еще давала себя знать: по виску побежала капелька пота.
- Никак пять свечек и осталось, леди. Две упали, а не совсем пропали-то! - На лице seidhe появилась довольная гримаска, видимо, ответ был не верен.
Эсси прикрыла глаза и приготовилась встретить свою судьбу.
Фаэ окинула авалонку самодовольным взглядом. Человечек ожидаемо проиграет! Откуда-то изнутри фейри послышался тихий рокот — словно эхо морских волн. Прислушавшись, Эсси поняла, что это смех.
— Нет, — сказала фаэ. — Упавшие свечи потухли, значит сгорели только три, а остались две. Как ты неразумна, а мне хочется поиграть подольше. Ладно. На твою первую загадку я не ответила, так что мы квиты. Давай еще по одной. А там — один неверный шаг и…
Фаэ отвернулась, не договорив, но Эсси самостоятельно закончила мысль.
— Еще! — поторопила фаэ. — Загадывай!
И точно. Сиды обожают танцевать и играть. Это же каждый ребенок знает. Нужно дать фаэ то, что она хочет. Эсси облизнула пересохшие губы.
- Три еще горят, две упали. Осталось пять. Вот через некоторое время те три сгорят, тут ваша правда, леди. Но тогда и две, что упали, тоже свечками быть перестанут, как только воском от сгоревших их зальет сплошняком. - Эсси почесала в затылке. - А уж если свечки из жира сделаны, так упавшие первыми и пропадут - мыши да крысы до сальца великие охотники. Да и восковые они портят, только в путь! Тут бабушка надвое сказала... А если от упавших пожар займется? Свалятся они, положим, на кудель или льняные очесы, так весь дом и займется враз. Все сгорит, не только ни одной свечки не останется, а и весь скарб непосильно нажитый выгорит подчистую!
Ее понесло.
- Да и, если так дело повернуть, свечки-то сгоревшие тоже никуда не деваются. Ведь что есть свеча? Кусочек воска, кусочек льняной веревки. Воск и пепел от сгоревшей свечи остаются на столе. Бережливые хозяйки собирают их и делают новые свечи. Так одна и та же свеча может вечно возрождаться, чтобы вновь и вновь сгорать... - Девушка на мгновение задумалась, не пора ли начать ковырять в носу для пущего эффекта, но миг спустя отбросила идею как явное лицедейство.- нам не дано знать, сколько раз уже горели эти пять свечей, и сколько еще будут гореть...
Представительница Дивного народа выглядела слегка ошарашенной, как если бы пыталась жонглировать готовыми обделаться младенцами и одновременно декламировать сложносоставный кеннинг на придворном диалекте туата а дананн. Поэтому Эссильт сочла за лучшее закруглиться, пока противница не потеряла терпение.
- Вот так мы видим, что свечной вопрос слишком сложен, чтобы такой мудрой и знатной леди обсуждать его с глупой девчонкой из смертных. Вот моя загадка, леди. "Есть у моего отца дом из двух досок и камня. У дома ограда, цветник, подвал. Но не выходит отец из своего подвала ни на цветы полюбоваться, ни иное какое дело сделать. Не двигается он, не ест, не пьет." Вы знаете, почему, леди?
— Шутница, — хмыкнула фаэ, выслушав пассаж о круговороте свечей в природе.
Наглость авалонки сиду пришлась по нутру. Цель игры — получить удовольствие. А какое удовольствие было бы от пинания тряпки?
Загадка авалонки заставила фаэ задуматься:
— Есть у моего отца дом из двух досок и камня. У дома ограда, цветник, подвал. Но не выходит отец из своего подвала ни на цветы полюбоваться, ни иное какое дело сделать. Не двигается он, не ест, не пьет. Вы знаете, почему, леди?
В этот раз молчание фаэ было долгим. Она то поглядывала на Эссильт, то подходила к одной из переборок каюты, порой присаживалась на корточки, порой начинала ходить из угла в угол. Наконец, фаэ прервала молчание.
— Я когда впервые людей обнаружила, никак не могла понять, что такое время? Только сейчас начинаю смекать, что к чему?
Фаэ посмотрела в глаза Эссильт.
— Тебе крупно повезло, если ты загадала не его.
Сжав кисть в кулак, фаэ произнесла что-то на древнем наречии и в ее ладони оказались сжаты часы.
— Две стрелки — две доски? Ось — камень? Циферблат — ограда? Цветника тут нет, но отец в подвале — это время, которое отсчитывают часы. Конечно, оно не ест и не пьет, и никуда из часов не выходит.
— Признавайся, чертовка, решила смухлевать, спросив о том, чего я не могу знать? — фаэ, казалось, уже не так безразлично смотрела в сторону авалонки. Может ли быть, что фаэ ее… боялась? Несмотря на требовательный тон собеседницы, на миг Эссильт померещилось, будто фигурка в прозрачном платье поежилась, а в глазах промелькнул страх.
Мерещится, конечно. Фаэ снова торопила:
— Ответ правильный? Ну же. Говори, живо!
- Нет, леди. Такой дом ждет каждого из людей в конце его пути. Вот и мой отец умер и похоронен... Ваша правда, бессмертные жители Фаэ не знают в лицо Разрушительницу Собраний. Я лишь по скудоумию своему об этом не подумала. - Унылая и покаянная рожа Эсси должна была подсластить пилюлю для незванной гостьи. Неуверенность опасной противницы подарила ей тень надежды. В затуманенной лихорадкой голове авалонки родился новый безумный план. "Рано себя хоронишь. Деревянный пирожок еще успеет начинку получить. Вот черт же меня дернул признаться, что я не мужчина... Теперь все будет куда трудней. Да, задним-то умом все крепки!"
— Хм. Никогда не любила инисморцев, — покачала головой фаэ. — Ты изначально собиралась играть нечестно?
Авалонка в этот момент, вероятно, думала о том, что хитрость — это единственный эффективный инструмент переговоров с сидами.
— Смерть, говоришь? — сказала фаэ ровным тоном. — Это ты удачно придумала. Поиграем по твоим правилам.
Эссильт с ужасом подумала, что последняя шутка оказалась последней в ее жизни, но она ошиблась. Фаэ задумала что-то свое. Не успела Эссильт испугаться, как соперница уже загадывала новую загадку:
— Четыре изящных птицы и один пингвин путешествуют вместе по дорогам, что ведут и в трактир, и во дворец, и в поле. Выберут три дороги — идут пешком, да по-уссурски галдят. Шесть — порхают да щебечут на кастильском. А если увидишь их в карете, то что споют?
- А я и не с Инисмор, леди. Сейчас я из Водачче, а росла в Марках... - Эсси широко улыбнулась, всем видом излучая открытость и добродушие, и кивнула на тартановый плед, свешивающийся с края кровати. - Ваша правда, в команде было много ребят с Изумрудного острова, словечек ихних да говора я нахваталась по горлышко.
Выслушав загадку, девушка задумалась. По виду фаэ было ясно, что долго размышлять над ответом та не даст.
- Простите великодушно, сиятельная леди, но кто такой пингвин?
Незванная гостья презрительно усмехнулась и ничего не ответила.
- Если подумать, то четыре птички и этот...пингвин, который неуклюжий, больно на пальцы смахивают. Они же, как у нас говорили, и в пир и мир. Три уссурские дороги... хмм... Наверно, babalaika. Этих ребят, болтают, хлебом не корми, дай только на babalaika играть целыми днями. И чтоб непременно медведи плясали vprisyadku. Дикие люди, чего с них взять.
Шесть кастильских дорог тогда будут ихней гитарой-шестистрункой. Видала я как в Водачче ловкачи-трюкачи на них наяривают - аж корпус дымится!
С каретой-то уж вы мне задали жару, леди. То ли диковина какая, в которую пальцы совать нужно, то ли такой инструмент, на котором руки ездят. Был у нас в прежней команде на скрипке играть мастак. С Инисмор, кстати. Бывало, как начнет на ней шпилить "Инисморского Бродягу", так даже марсовые на вантах приплясывают, ничего с собой поделать не могут. Так мой ответ - руки, которые играют на скрипке инисморские джиги с рилами.
Женщина недовольно прищелкнула языком и качнула головой.
— Загадала то я вовсе не джиги… — глаза фаэ опасно сверкнули. Тем временем крики и гвалт на палубе приблизились к каюте.
— А ну-ка впускай нас! Живо! — приказал знакомый голос и раздался требовательный стук в дверь.
В тот же миг под ударами топора начали ломаться в щепы мореные доски, заставляя фаэ повысить голос.
— Но все же их, как и баркаролы, тоже играют на скрипке. Так что ответ верен. Ты, видно, слыхала только трактирные пьесы да песни, я же обожаю капризы Ниньо Пагани, сонату до минор и особенно третью часть сонаты ми мажор Иоанна Траха.
Еще до того, как в образовавшуюся в досках щель просунулась рука, Фаэ задала последний вопрос:
— Ты победила в игре, значит имеешь право просить желание. Но не испытывай мое терпение — только одно, после чего мы закончим нашу беседу. Итак, твое последнее желание?
После слова "последнее", Эсси почувствовала, как к горлу вновь подступил комок, и ладони покрылись потом. Ее мысли понеслись с лихорадочной быстротой. Сид может обмануть на деле, если формально слова обещания можно будет считать соблюденными. Но явно не держать слово да еще и бесчестить себя отказом соблюдать правила игры, ни один уважающий себя сид не станет. Его изведут собственные сородичи.
"Sin an deis!* Думай, голова, думай, шапку куплю!" Эсси осторожно, чтобы не тревожить подживающие раны, поднялась с кровати и приблизилась к противнице.
-Вы и впрямь прекрасны, госпожа. Я не лгала. - Девушка стала обходить фаэ по кругу, не отводя от нее больших честных глаз. - Поклянитесь, что сейчас вы покинете судно, не причинив никому вреда, и впредь ни вы, ни ваши наймиты, холопы или друзья не вернетесь на этот корабль или не станете преследовать всех, кто сейчас на нем есть, любым другим способом.
*Вот он, шанс! (гаэльск.)
- Вы и впрямь прекрасны, госпожа. Я не лгала. - Девушка стала обходить фаэ по кругу, не отводя от нее больших честных глаз.
- Можешь подержать меня за руку и взять автограф, – ехидно заметила «госпожа».
- Поклянитесь, что сейчас вы покинете судно, не причинив никому вреда, и впредь ни вы, ни ваши наймиты, холопы или друзья не вернетесь на этот корабль или не станете преследовать всех, кто сейчас на нем есть, любым другим способом.
Обдумывая эдакую дикость, фаэ взвешивала, что выгоднее – согласиться или нет. Размышления ее были недолги.
- Да, пожалуйста. В будущем я и пальцем вас не трону. Если только вы сами не начнете преследовать меня. Так будет честно, согласна?
Эсси нервно кивнула, все еще не веря в собственную удачу и глянула на дверь, которая уже открывалась мужской рукой.
- Стой! – крикнула Эссильт уссурцу. – Не нападай.
Возможно, подвох был именно в том, что фаэ предвидела действия мужчин. Тем не менее, уссурец замер, бросил на Эссильт вопросительный взгляд, но затем, только что не высунув язык, уставился на наряд волшебницы.
- Что? – глупо вытаращился оборотень.
В каюту также проскользнул Ренцо, а за их спинами виднелись приближающиеся Джакозо и Волькер, с которых спали чары гейса недвижимости. Очевидно, фаэ, как и обещала, отменила их действие.
- Здесь становится тесновато, - заметила она.
***
В каждом уважающем себя портовом городе, тем более, в портах Водачче, найдутся люди, которые за деньги достанут любую инфомацию о грузе и пассажирах судна. В день, когда Эссильт О’Лири ступила на борт Альбатроса, женская фигура, закутанная в плащ подошла к одному из бродяг на пирсе, вручила ему горсть золотых монет и через несколько минут, когда бродяга вернулся в место условленной встречи, фаэ отправилась на борт корабля, боцман которого так не любит платить матросам заработанные потом и кровью деньги. Мало кто сокрушался, когда узнал, что старый хрыч пошел на корм сиренам.
Если бы Эссильт умела путешествовать во времени, и если бы она оказалась рядом в день, когда ее отец узнал, что такое месть сидов, то женскую фигуру в плаще она узнала бы из тысячи, даже через много лет.
***
- Было приятно познакомиться, Эссильт О'Лири, - церемонно кивнула фаэ. - Мы еще встретимся.
Авалонка в ужасе молчала. Она ведь точно не называла своего имени. Но нити реальности уже потянулись по выбранному пути. Память сида, существа вне времени, послушно предоставила хозяйке все, что ей полагалось знать в этой реальности.
Присутствующие замерли в ожидании слов фаэ, но уже после того, как сид вытянула руки вперед и, сложившись ласточкой, бросилась в окно, из моря донеслось три слова:
- Меня зовут Даркли...
Боевой азарт, заставлявший сердце Эсси биться втрое чаще, а голову - мыслить ясно, разом схлынул, когда фаэ назвала ее имя. Девушка могла поклясться всеми каменными крестами Инисмор, что не называла его никому. Кроме Фиделио и мэтра Андреа, но они знали, что она - не парень, а seidhe нет, иначе не купилась бы на первую загадку. Тяжело дыша, она бездумно водила взглядом по каюте, где вдруг стало очень людно, пока не уперлась в мечтательную физиономию уссурца. Тот все еще смотрел в окно, где скрылась ночная посетительница.
Злость толкнула Эсси на очередной дурацкий поступок. Прыгнув с места, она сбила охотника с ног, несмотря на значительную разницу в габаритах, и прорычала:
- An bhfuil go bhfuil tu, cat tattered, ar a dtugtar anseo na seidhe? * - Спохватившись, девушка перешла на водачче. - Говорите правду, синьор кот-фейри, здесь все свои. Это вы призвали свою подружку-фаэ?
*Какого...., котяра драный, ты вызвал сюда сида? (гаэльск)
Холод сковал ногии, кажется, покалывал все тело. Предупреждение уссурца пришлось очень кстати, иначе бы Дорк попытался бы рвануться вперед… наверное. Что сидхе его шпага? Так, пустяк. Впрочем, множество пустяков вполне могут… ну и стоило попытаться хоть что-то сделать, а не смиренно ждать своей гибели?
Но пока Волькер мог только скрежетать зубами и мысленно бранить весь этот корабль и возникающих невесть откуда волшебников со всеми их фокусами. Одноглазый наверняка делал так же… или нет. Да и смотреть, как уссуриец-оборотень тихо подкрадывается к двери, за которой исчезла сидхе. Только вот что ей там было нужно? Не спирт же с бинтами? Или… там кто-то лежит, так?
«Эх, парень, что ж тебе не повезло так, а?» - с сожалением подумал боцман, отвлекшись от поругания всего на свете. Впрочем, как оказалось, паренек был весьма удачлив или смекалист. Холод куда-то пропал и не обещал вернуться, и айзенец сделал шаг вперед. Ничего. Все в порядке. Можно…
… просто перевести дух. Сидхе выпрыгнула в окно. Ворон-призрак что-то каркнул вслед. «Чтоб ты утопилась!» на-вороньем, наверно. Впрочем, вместо покинувшей борт недоброй леди уссурийцу пришлось разбираться с недовольным юнгой, обвинявшем его во всем произошедшем.
- Парень, слезь с уссурийца и отдышись. Второй раз родился ведь и отмечать это по-другому нужно… и с чего ты это взял? Фея поцеловала? – поинтересовался айзенец, опустив шпагу. «Что же это за шлюп такой? Не призраки, так монтеньцы –клептоманы с подру… стоп…»
- А эта… она не с нашим вором-монтеньцем пришла, нет? – больше себе сказал Волькер. Видимой связи вроде нет, но как-то слишком много событий для одного корабля. И… скорей бы вернуться. Вдруг тот монтенец уже приходил.
Забрать «Ауфсписпапир» со столика было минутным делом, а вот пистолет я предпочёл оставить – поди воспользуйся им, когда за бортом шторм и всё мокро от брызг и пены. По этой же причине добираться до юта через палубу совершенно не хотелось - внутренние помещения в данном случае были более удачным путём.
Источник вопля, вернее останки источника обнаружились на шкафуте, рядом с люком. Беглый осмотр давал абсолютно невероятную картину – вахтенный не то лопнул, не то попал на зуб чему-то крайне прожорливому и голодному, и это что-то долго-долго его пережевывало, словно бы загадочному гостю доставлял удовольствие сам процесс перемалывания человеческой плоти.
Бросать мертвецов, даже в таком состоянии, не принято – если бы шторм по-прежнему бушевал с той же силой, что и раньше, море бы само похоронило одного из своих незадачливых слуг, а так ошмётки лишь впустую перекатывались по палубе.
Кой-как сумев «отгрызть» при помощи даги довольно крупный кусок парусины от чехла на ставший бесполезным штурвал, я, ругаясь, на чём свет стоит, правда, в основном себе под нос, принялся за выполнение многочисленных акробатических этюдов целью которых был сбор «вахтенного», преуспев минут через пять, измазавшись в чужой и своей крови – тело в очередной раз намекнуло хозяину, что с ним поступают не должным образом.
Спихнув сочащуюся кровью «котомку» в люк рядом со шкафутом (позже похороним по всем правилам), я устремился вниз, чтобы увидеть, как одноглазый пассажир и Дорк спешно направляются, по всей видимости, к каюте врача. Путь был срезан крайне простым образом – прыжком через ограду юта на палубу.
В каюте находилось трое – юнга, только что вошедший охотник, и синьора, которую мне не довелось видеть среди пассажиров. Впрочем, неудивительно – некоторые черты лица выдавали в ней кого-то из Благих или Неблагих, с кем, слава Теусу, мне не приходилось иметь дела.
Цитата:
- Здесь становится тесновато, - заметила незваная гостья. - Было приятно познакомиться, Эссильт О'Лири… Мы еще встретимся.
С этими словами синьора спешно покинула наше общество через иллюминатор, а юнга вцепился в охотника.
Цитата:
- Говорите правду, синьор кот-фейри, здесь все свои. Это вы призвали свою подружку-фаэ?
Цитата:
- Парень, слезь с уссурийца и отдышись. Второй раз родился ведь и отмечать это по-другому нужно… и с чего ты это взял? Фея поцеловала? А эта… она не с нашим вором-монтеньцем пришла, нет?
– вмешался в зарождающуюся потасовку боцман, вошедший в каюту чуть позже меня.
- В самом деле, вьюноша, не стоит пытаться задушить нашего незадачливого оборотня, - я пытался оттереть перчатки от крови, правда без толку – содержимое человеческих жил лишь ещё больше расползалось по ним, - вы оставите синьориту Торрес без слуги… Кстати, это наша гостья разодрала вахтенного, или у нас на борту бродит ещё что-нибудь с размышлениями в духе «кого б ещё съесть?»
Когда Мишель дю Саж добрался до ворот летней резиденции королевы Элейн, было уже далеко за полночь. Маркиз обозлился, потому что прокинуть портал через стену оказалось невозможно, и ему пришлось надорвать горло, чтобы разбудить стражников, которые, как и полагается добропорядочным слугам закона, спали мертвецким сном. Чтобы расцветить унылые требования открыть ворота, маркиз чередовал их с проклятиями в адрес стражников и их родни до десятого колена на монтеньском и авалонском. Разбуженный начальник караула отвечал монтеньцу на одном языке, но не менее красочно. Разумеется, о том, чтобы ночью попасть к Дервиддону, нечего было и мечтать. Вместо того, чтобы проводить маркиза к советнику королевы, его оставили в одной из комнат кордегардии, где дю Саж мог бы отдохнуть, если бы его не подстегивали страх и еще кое-что. Нельзя сказать, чтобы монтенец был без ума от своей супруги, в конце концов, династические браки крайне редко заключаются из сентиментальных соображений, и все же, к чести маркиза стоит признать, что с тех пор, как он увидел свою супругу заточенной в сфере иллюзий, мысли о карьере и благополучии стыдливо ушли на второй план. Монтеньца мучили муки пострашнее любви – муки совести. Именно он втянул Камиллу в историю с сидом.
Время шло, а в кордегардии, кроме маркиза, не было ни души. Ушедший стражник, казалось, снова отправился видеть сны, и Мишель уже подумывал о том, чтобы вновь попробовать воспользоваться порталом и поискать Дервиддона самостоятельно. К счастью для дю Сажа, ему не довелось узнать, какими последствиями оказалась бы чревата подобная попытка. В комнате появилось лицо, которое он знал, не друид, а другой человек, немолодой, в теле, с окладистой бородой, в простой шерстяной одежде и в килте, но державшийся с достоинством, присущим лордам. Борс Мак Алистер, доверенное лицо королевы Элейн, «черный рыцарь» двора. Борс, как хорошо было известно маркизу, был уполномочен выслушивать сведения, предназначенные исключительно Элейн и Дервиддону. Маркиз учтиво поклонился и извинился за поздний визит. Горец лишь отмахнулся и поинтересовался причинами переполоха.
— У вас послание от короля Луи?
— Нет, милод. У меня к друиду личное дело, не терпящее однако отлагательств.
— Вы ведь уже немного знакомы с Дервиддоном и должны понимать, что в общении с ним вам все равно понадобится посредник. Выбора у вас нет, так что предлагаю свою кандидатуру и перейдем к делу. Выкладывайте, маркиз, почему у вас язык на плече, сапоги в пыли и камзол в крови?
Через два часа, когда "черный рыцарь" двора, закончил долгий разговор с послом Монтени в Авалон, его брови были нахмурены, а пальцы задумчиво водили по стеклу окна. Непохоже на то, чтобы маркиз соврал ему. За долгие годы службы тайным советником, Мак Алистер научился отличать людей, которыми движет страх или жажда наживы, от тех, кто действует за совесть. Во многом именно это умение и способствовало тому, что обладая средствами, значительно уступающими возможностям кровных магов, люди на службе Борса добивались значительных успехов там, где другие терпели крах. Все еще в задумчивости, горец водрузил свое грузное тело за письменный стол и, тщательно выбрав перо, приступил к составлению короткого послания.
"Борс — Джеремии, — выводил Мак Алистер, прищуриваясь. — Первое: время ушло, операцию «Монтенец» отменить. Второе: Вор во Дворе, до особых распоряжений активных действий не предпринимать, выходить в рейд только с друидами третьего круга".
Перед рассветом гонец был за воротами. Всадник пришпорил жеребца и послал в галоп. Гонец ненадолго перевел дух лишь у круга фей, в который шагнул, даже не расседлав и не привязав породистого скакуна.
Время торопило.
***
- Говорите правду, синьор кот-фейри, здесь все свои. Это вы призвали свою подружку-фаэ?
- Парень, слезь с уссурийца и отдышись. Второй раз родился ведь и отмечать это по-другому нужно… и с чего ты это взял? Фея поцеловала? А эта… она не с нашим вором-монтеньцем пришла, нет? – вмешался в зарождающуюся потасовку боцман, вошедший в каюту чуть позже Ренцо.
Последний тоже поспешил разнять громита и охотника.
Уссурец был не против того, чтобы авалонка посидела на нем еще немного. Он густо покраснел и не делал абсолютно никаких попыток освободиться, только защитил глаза руками. Кошки в ярости имеют нехорошую привычку выцарапывать все, до чего дотянутся. Сейчас глаза уссурца уставились на тугую повязку, стягивавшую грудь Эссильт, а поток его мыслей из всех событий, требовавших немедленного анализа, выбрал вопрос о том, что скрывается за ней.
- Eist, leanban, - Баюн перешел на низкий гортанный шепот. - Ni feidir liom ga cabhair Seidhe a defeat... leat.*
Оборотень почувствовал, что если продолжит, то может сказать что-нибудь лишнее, потому, неожиданно разозлился.
- Слезь уже с меня, идиотка. И сиды, и ты, и ваши закидоны, у меня уже вот здесь, - Баюн продемонстировал где, проведя рукой по шее.
- В самом деле, вьюноша, не стоит пытаться задушить нашего незадачливого оборотня, - Ренцо пытался оттереть перчатки от крови, правда без толку – содержимое человеческих жил лишь ещё больше расползалось по ним, - вы оставите синьориту Торрес без слуги… Кстати, это наша гостья разодрала вахтенного, или у нас на борту бродит ещё что-нибудь с размышлениями в духе «кого б ещё съесть?»
- Да, я бы не против перекусить, - раздался новый голос из-за плеч мужчин, - но едва ли стану кусать матросов.
На палубе "Альбатроса", оперевшись на шпагу в ножнах, стоял маркиз дю Саж в обществе еще одного неизвестного человека. Как и маркиз, он был высок и худощав, но был куда моложе и вместо белого завитого парика носил смоляные волосы до плеч, а вместо отороченного вышивкой голубого камзола - кожаное одеяние и шпагу, выдававшие в нем кастильца.
В воздухе раздались удивленные возгласы, нестройный хор голосов разразился криками: "Откуда они здесь взялись? Кто вы такие? Что за чертовщина?"
- Прошу прощения за необъявленный визит. Маркиз Мишель дю Саж к вашим услугам, - произнес первый.
- Кажется, мы немного опоздали, что ж, давайте знакомиться: Риккардо Пронто де Гайегос, - добавил второй.
______________________________________
* Ni feidir liom ga cabhair Seidhe a defeat leat. - Чтобы одолеть тебя, помощь Сида мне не нужна.
Ругая себя, что не прирезала сразу, девушка освободила уссурца. Подчеркнуто не глядя в его сторону, она поклонилась Ренцо.
- Синьор, позволите поговорить с вами наедине?
Выйдя из каюты, Эсси вполголоса рассказала, что произошло.
- Если эта seidhe и явилась спервоначала за бумагами Роджеровыми, то она нашла кое-что поинтересней для себя. Не любит это племя чародейное наш род. Дело-то старое, да только плевать им на давность. У вас-то в Водачче тоже, сказывают, такая вражда бывает - до последнего кровника.
Беду я принесу, вот что. Эта леди хоть и поклялась не вредить никому на корабле и холопов с наймитами впредь по нашему следу не пускать, а всё может найти лазейки в клятве. Позвольте мне взять лодку с припасами, как шторм кончится, синьор. Не дело это, чтобы из-за моей-то вражды всех товарищей подставлять. Наше оружие супротив них - так, чих комариный.
Потупясь, она продолжила.
- А что до уссурца, так он выболтал, что связи имеет с миром ихним, сидским. Сами посудите - как эта ведьма могла наш корабль посреди моря отыскать, да путь прокинуть, если не навел кто-то? Да только не вяжется кое-что. Она мое имя знала. А уссурец - нет. Может и напрасно я его...того... Присмотритесь к нему, синьор. Все же нечисто что-то с ним.
Цитата:
- Да, я бы не против перекусить, но едва ли стану кусать матросов.
Я привычно повернулся на каблуке.
Пара мужчин – первый, в белом парике, судя по произношению – монтенец, во втором – темноволосом, кариглазом с определённым трудом можно было узнать уроженца Кастилии.
Цитата:
- Прошу прощения за необъявленный визит. Маркиз Мишель дю Саж к вашим услугам.
- Кажется, мы немного опоздали, что ж, давайте знакомиться: Риккардо Пронто де Гайегос.
«Вор кого-то притащил. Посмотрим, что ты нам скажешь…»
Поднявшийся шум я прекратил одной-единственной фразой, резкой и грубой, сорвав заодно своё плохое настроение и раздражение от очередного кровоизлияния:
- Панику отставить и заткнуться всем!! Магов никогда не видели?
Повернулся к боцману:
- Синьор Дорк, сопроводите наших визитёров в мою каюту, разговор будет не из простых.
Отозвал юнгу в сторону.
Цитата:
- Если эта seidhe и явилась спервоначала за бумагами Роджеровыми, то она нашла кое-что поинтересней для себя. Не любит это племя чародейное наш род. Дело-то старое, да только плевать им на давность. У вас-то в Водачче тоже, сказывают, такая вражда бывает - до последнего кровника. Беду я принесу, вот что. Эта леди хоть и поклялась не вредить никому на корабле и холопов с наймитами впредь по нашему следу не пускать, а всё может найти лазейки в клятве. Позвольте мне взять лодку с припасами, как шторм кончится, синьор. Не дело это, чтобы из-за моей-то вражды всех товарищей подставлять. Наше оружие супротив них - так, чих комариный. А что до уссурца, так он выболтал, что связи имеет с миром ихним, сидским. Сами посудите - как эта ведьма могла наш корабль посреди моря отыскать, да путь прокинуть, если не навел кто-то? Да только не вяжется кое-что. Она мое имя знала. А уссурец - нет. Может и напрасно я его...того... Присмотритесь к нему, синьор. Все же нечисто что-то с ним.
- Значит так, вьюноша, - я стянул перчатки и цапнул мальчишку за подбородок, заставляя юнгу поднять голову и смотреть мне в глаза, что на моей не столь далёкой родине фактически считалось вызовом, но в данной ситуации было лишь попыткой понять собеседника, скорее всего не знавшего об этой особенности. Цапнул, совершенно позабыв о заляпанных в крови руках, и с удивлением отметил, что кожа под пальцами кажется слишком… нежной? - Никакой шлюпки, никакой высадки. Тут у каждого по полторы сотни либров грязи за душой, и то, что на хвосте у тебя сидит фаэ, меня абсолютно не волнует. Ты – один из экипажа, один из семьи, и вышвыривать тебя на верную гибель я не имею ни желания, ни права – морской кодекс запрещает подобное. Так что – прекрати нести глупости - свободен. Марш на очередную перевязку, и спать! – рявкнул я, глядя в янтарные глаза юнги. Что – то в лице его мне казалось неправильным, но думать об этом не было сил и времени…
Отпустив собеседника, вновь отряхнув руки, и ругнувшись про себя, я торопливо отправился к нашим визитёрам.
Цитата:
Сообщение от голос из-за спины
- Да, я бы не против перекусить, - раздался новый голос из-за плеч мужчин, - но едва ли стану кусать матросов.
Волькер резко обернулся, отчего ворон или ворона недовольно каркнул, пытаясь удержаться на плече человека. Взгляду предстали вполне себе обыкновенные люди... если не считать монтеньца-портиста. Ну кто еще может появиться из ниоткуда, не считая сидов?
Впрочем, с вороном... но кто сказал, что они прямо тут вышли?
Хотелось сказать что-то, вроде6 "Буфет в другой стороне и меонтеньских булоче у нас нет", но синьор Ренцо опередил айзенца.
Цитата:
Сообщение от капитан
- Синьор Дорк, сопроводите наших визитёров в мою каюту, разговор будет не из простых.
- Идемте, сеньоры. - сказал боцман, выполняя приказ капитана. Хотелось расспросить прямо здесь, что магу с подручным тут понадобилось, но... ну и они же не пленные! Пока...
Краем глаза Дорк заметил, как капитан с юнгой отошли в сторону о чем-то поговорить. Ну и одноглазый... кажется, если бы взгляд мог убивать, то монтенец (несомненно, причастный к краже кошелька Джакозы, как и других вещей) бы моментально превратился в кучку пепла. Ну или бы снесло, словно пушечным ядром... Взгляды остальных матросов были помягче... в какой-то мере. Вещей же немало пропало...
Волькер молча и ни о чем пока не спрашивая провел гостей до каюты капитана. Ворон при этом косился на адепта Порте, словно подозревал его в желании присвоить себе его фамильный сервиз и все сбережения в придачу.
- Combien a vue d'?il les tout a change*. Я подрядился помочь вашей жене спасать вас, в итоге помогаю вам спасать жену. Занятно!
- Только я не просил вас о помощи.
- Вы не сделали это вербально.
-…?!
- А кто это так красиво поет?
- Ну, вы же всегда можете открыть глаза и проверить…
Маркиз наконец-то остановился, да и Риккардо перестал чувствовать, будто идет по блевотине, и ощутил подошвами своих сапог неровные доски. Молодой человек открыл один глаз. Монтенец не соврал, они и правда, находились в носовой части небольшого корабля. Волны методично били о борт, будто бы хотели забраться на корабль, но моряков беспокоили совсем другие гости. Они в ужасе уставились на пришельцев. Рик абсолютно их понимал, они испытал нечто подобное, когда пошел за маркизом в его чародейскую дыру. Но, по крайней мере, он пережил это путешествие и позволил себе открыть второй глаз.
Разношерстные лица, пялящихся на него, матросов выдавали явную торговую принадлежность судна. Ветер свистал в вантах, разнося громкие крики… ворон?! Кастилец потряс головой: «Ну откуда воронам взяться среди моря!», он поднял голову и посмотрел на небо. Небо было затянуто свинцовыми тучами, и лишь краешек постепенно светлел. Тучи ветер и волны совместно говорили о том, что не так давно здесь бушевал шторм, но, как и все мирское, он сходил на нет. Если верить слухам, то в Седьмом Море небо венчают солнце и луна, а вовсе не тучи, потому эту версию тоже можно было отбросить. «Наверное, это кричат чайки, просто у меня проблемы со слухом из-за проклятого монтеньского колдовства!» И правда, с тех пор как парень ступил в зев портала, его внутренности будто перемешались.
Тем временем, маркиз, который явно так же не знал, что делать дальше, двинулся прямо. Увы, этот маневр ему не совсем удался, так как стоило дю Сажу сделать несколько шагов и его начало шатать вместе с кораблем. Риккардо, который в отличие от попутчика не испытывал подобных проблем, двинулся вслед за ним. Сопровождаемые отборной руганью матросов, которые, к счастью, решили не тягаться с колдуном, попутчики спустились с баковой надстройки и достигли юта.
В итоге стратегия маркиза оказалась выигрышной, так как в одной из кают кормовой надстройки происходило занятное действо. Какой-то паренек, местный юнга или громит, добивал светловолосого человека одетого в меха, явно северянина. Вокруг них суетились еще трое, толи судьи поединка, толи зрители. В глубине каюты, рядом с окном, стоял человек, судя по резким чертам лица – айзенец, точнее сказать было трудно. Рядом с дерущимися копошились два водаччианца, один – толстяк с темными усами и седеющей головой, второй – высокий с пепельными волосами. Еще один, с темными неаккуратными волосами и многодневной щетиной, стоял возле входа, окидывая новоприбывших суровым взглядом единственного глаза, и, похоже, охранял происходящий поединок. Толстяк сыпал ватицинскими терминами всуе на чистом тейянском языке, видимо его боец проиграл. Высокий пытался разнять дерущихся и выяснить что происходит. На удивление, ответил ему маркиз.
«Проклятый квакун, тебе еще хватает наглости шутить о еде!» - Риккардо не знал, от чего его мутит больше, от недавнего колдовского путешествия, или от запаха монтеньской парфюмерии, которой попутчик явно поливал себя без меры.
- Прошу прощения за необъявленный визит. Маркиз Мишель дю Саж к вашим услугам, - представился монтенец.
Кастилец решил не отставать - Кажется, мы немного опоздали, что ж, давайте знакомиться: Риккардо Пронто де Гайегос, уроженец славной Кастилии… - «маркиз Мишель дю Саж» ощутимо ткнул его ножнами в ступню. Похоже, попутчик решил, что говорить будет только он.
Пепельный оглядел новоприбывших и отдал несколько приказов на водаччианском. Судя по последнему, он должен быть большим офицером на этом маленьком судне, если пришельцев отведут в его каюту, наверное, старпом или капитан. Стоявший в глубине айзенец вышел из каюты, и стало возможным разглядеть короткие темные волосы, короткие темные усы и ворону, сидящую у человека на плече. Она была… ЗДОРОВЕННОЙ!!! «Наверное ворона тоже из Айзена и уж точно не испытывает недостатка в пище», подумал молодой человек: «По крайней мере, хоть карканье мне не почудилось». Кастилец вытаращился на ворону, а она на него. «Интересно, кто кому более любопытен, я вороне, или она мне?» задумался Рик.
- Идемте, сеньоры. - Айзенец повел их по кораблю. Маркиз, по дороге, сдал и начал идти, держась за переборки, стены, леера и встречные предметы. Учитывая, что любитель тыкать в людей ножнами был вне досягаемости, молодой человек решил воспользоваться моментом и выяснить ответы на некоторые, интересующие его, вопросы.
- Занятного попутчика вы выбрали для морского путешествия герр Дорк. – обратился Риккардо к провожатому – У вас в трюме часом нет ручного драхена?
Цитата:
Сообщение от помощник монтеньца
- Занятного попутчика вы выбрали для морского путешествия герр Дорк. – обратился Риккардо к провожатому – У вас в трюме часом нет ручного драхена?
- Шлюп у нас не самый большой, так что припасов немного, а кормить драхена провинившимися матросами нельзя - капитан запретил... Но вниз все равно не заглядывайте, - полусерьезно на монтеньском ответил Дорк, посматривая на монтеньца. То ли ворон так действует, то ли укочало, то ли притворяется... Впрочем, ни айзенец, ни ворон-призрак бдительности не ослабляли.
- Здесь. Подождите капитана. Он скоро придет, - остановился Волькер у двери, ведущей в каюту капитана.
Ругая себя, что не прирезала сразу, девушка освободила уссурца. Баюн убрал руки с ее талии, и авалонка поднялась. Подчеркнуто не глядя в его сторону, она поклонилась Ренцо.
- Синьор, позволите поговорить с вами наедине?
Баюн, который слишком давно был в море, наслаждался каждым подарком судьбы, даже если это всего лишь прикосновение к женскому телу. "Освобожденный" человек-кот зажмурился и сжал кулаки от сожаления. Она, понятно, этого не увидела. Выйдя из каюты, Эсси вполголоса принялась рассказывать о том, что произошло. Как оборотень не напрягал слух, услышать, о чем речь, не удавалось. Мешали другие голоса.
– Занятного попутчика вы выбрали для морского путешествия, герр Дорк, – обратился Риккардо к провожатому – У вас в трюме часом нет ручного драхена?
- Шлюп у нас не самый большой, так что припасов немного, а кормить драхена провинившимися матросами нельзя - капитан запретил... Но вниз все равно не заглядывайте, - полусерьезно на монтеньском ответил Дорк.
Черноперая птица, сидевшая на плече Волькера, склонила голову и глянула на кастилийца круглым немигающим глазом. Мужчина невольно поежился.
- Тикарр! - сказала птица.
- Что?
- Имм-ииим! Тик-а-а-арр!
Кастилиец вытаращился на ворона.
- По-моему, он говорит, что от тебя много шума, - буркнул Баюн, бывший до сих пор немым свидетелем сцены. Он изо всех сил старался не улыбаться.
- Имм-Трр!
- Я же пошутил. Прикрой-ка клювик.
Птица безразлично уткнула клюв в перья и принялась их ерошить.
Когда через несколько минут Ренцо присоединился к Волькеру, проводившему дю Сажа и его спутника в отдельную каюту, маркиз попросил беседы с капитаном с глазу на глаз. Сговорились на том, что в каюте также задержится Волькер и Риккардо. Остальные, в том числе и Баюн, настороженные, под различными предлогами остались вблизи каюты.
- И что же вы имеете нам сказать? - капитан поставил стул совсем близко к маркизу и внимательно смотрел в серые глаза, которые выдержали взгляд, а затем опустились.
- Дело это весьма деликатное, - маркиз пожевал краешек платка. - Нельзя его изложить в двух словах. Тут придется положиться на взаимное чувство долга. Не знаю, могу ли я доверять вам, и пойдете ли вы навстречу мне, но выбора нет.
- Начните хотя бы.
- Это и есть самое трудное. Если бы я знал, с чего начать? – улыбнулся маркиз.
- У господина посла нет слов, - Ренцо улыбнулся в ответ. - Кто бы мог подумать? Ну, можете попробовать жестами.
Настал черед маркиза бросать испытующие взгляды на капитана. Расценивать ли его шутку, как насмешку или как попытку разрядить атмосферу? Маркиз пришел к выводу, что интуитивно капитан ему нравился, светловолосый и какой-то светлый в целом, безупречно вежливый, энергичный. Он не смердел, как те пираты, что обычно бороздят эти воды, манера говорить и держаться подчеркивала в нем дворянина не только по фамилии, но и по воспитанию. И все же, он из Водачче… Маркиз отогнал навязчивое ощущение тревоги и, наконец, приступил к рассказу:
- Как я уже имел честь сообщить синьорите Лусии дель Торрес, в данный момент я являюсь послом их величеств Короля Луи в Авалон. По долгу службы мне приходится выполнять поручения большей частью дипломатического характера, однако, мы с вами все в курсе, что это лишь часть работы посла.
Маркиз глянул на Ренцо и Волькера: понимают ли они, о чем речь? Мужчины внимали с вежливым любопытством. Риккардо слушал рассказ дю Сажа не менее заинтересованно.
- О чем я?.. Ага. Думаю, синьор де Гайегос как никто другой в курсе, что Монтень сейчас в состоянии войны с Кастилией и с Уссурой. Армия генерала Монтегю осаждает Новогоров, а флот Кастилии, разгромленный авалонской эксадрой, еще не успел оправиться от удара, потому западное побережье Кастилии стало легкой целью для высадки монтеньского десанта с моря. Нам удалось захватить ряд важных портов, однако, сухопутные войска Кастилии понемногу стягиваются к фронту, и дальнейшее продвижение невозможно без тяжелых потерь. Обе армии завязли в ложных маневрах и атаках, ожидая перемещения противника с целью поймать его артиллерию на марше. Уссурская армия, напротив, не имеет достаточной численности для открытого контрнаступления, но отряды их гуэриллас успешно сковывают действия монтеньских войск в тылу, а Новгоров может выдержать осаду не менее полугода, в то время, как армия Монтегю уже испытывает проблемы со снабжением и медикаментами. Сложно сказать, кто выдержит дольше? Сейчас на фронтах установилось временное равновесие, которое может быть нарушено малейшим вмешательством извне. Айзен только что пережил гражданскую войну, он истощен, и Конрад Фаунер Пезен сохраняет нейтралитет, не желая терять людей в военной авантюре. Княжества Водачче и торговцы Венделя также не вмешиваются в боевые действия, тем не менее, успешно зарабатывая на торговых поставках всем сторонам конфликта. Нужно ли говорить о том, что монтеньский двор имел основания искать способ повлиять на позицию Авалон по отношению к текущему, хм, состоянию дел?
Кастилец, слушавший маркиза, выругался на родном диалекте, и Мишель дю Саж развел руками, как бы говоря: «Эх, война!» Затем на минуту замолчал, приложив руку ко лбу, словно в задумчивости.
- Чтоб мне провалиться, если бы еще третьего дня я знал, как это сделать? Элейн далеко не глупа, чтобы ввязываться в войну, когда два извечных соперника Авалон впервые за добрых пару сотен лет сошлись на поле брани друг с другом. Даже во сне не предполагал, что ответ сам придет ко мне домой.
В каюте раздалось только удивленное «хм». Мужчины ловили каждое слово маркиза.
- И ответ этот оказался очень необычен, - продолжал маркиз задумчиво. Мысленно он перебирал воспоминания, которыми сейчас выборочно делился. – Ши. Фаэ. Сиды. Я знаю о них совсем немного, кроме этих названий. Но до сих пор мне казалось, что это те, кто должен поддерживать Элейн, так что я порядком удивился, когда некто Даркли третьего дня появилась в моем замке с предложением помочь королю Луи в его поиске способов влияния на королеву Авалон. Если подумать, переписка короны с авалонскими пиратами – едва ли тот самый способ, но именно ее предложила мне раздобыть фаэ. Возможно, мы чего-то не знаем об этой переписке или об истинных целях ши, но факт остается фактом. Даркли искала некие бумаги и готова была передать их в Монтень. По ее словам, Элейн вынуждена была бы пойти на уступки континентальному соседу, ради возврата этих и других бумаг. О каких других бумагах речь, можно только догадываться, но вероятно, речь снова идет о чем-то компрометирующем корону. Между прочим, одним из условий поиска было сохранить участие фаэ в тайне.
- Так значит, исчезновение личных вещей на «Альбатросе» - это ваших рук дело, маркиз?
- О, мне кажется, этот способ лучше, чем высадка десанта мушкетеров или личный визит ши. У меня не было лучшей возможности провести обыск, чем переносить вещи в портал. Смею вас заверить, что теперь, когда карты открыты, я верну все до последнего носового платка.
Голос маркиза неожиданно набрал громкость. Казалось, он разрешил какие-то внутренние сомнения, и это придало ему сил.
- Вещи – ничто. Господа, как вы думаете, почему я здесь и так откровенен с вами?
- Думаю, потому, что вам нужны эти чертовы бумаги.
Горло маркиза издало смешок, но выражение лица осталось мрачным.
- Будь проклят тот день, когда я встретил ши. Да, мне нужны эти бумаги. Я собираюсь передать их непосредственному адресату... В Авалон.
Вор пришёл с предложением. Надо сказать, весьма и весьма неожиданным.
Слушал я маркиза спокойно, неторопливо отирая руки о платок. Настолько холодно и безразлично, насколько вообще возможно – то ли усталость, то ли обширная кровопотеря заставили эмоции уйти на дно, затаиться, скрыться, а оставшийся чистый разум взялся за анализ услышанного.
Цитата:
- Будь проклят тот день, когда я встретил ши. Да, мне нужны эти бумаги. Я собираюсь передать их непосредственному адресату... В Авалон.
«Вот даже как?»
- Хм… пожалуй, начну издали. Во – первых, ши побывала здесь до вас, но ничего не добилась. В частности, скорее всего, что бумаги так и остались на борту. Да, Волькер, - бросил я наёмнику через плечо, - будьте столь любезны, проследите, чтобы матросы убрали останки вахтенного, столкнувшегося с сидом, из люка рядом со шкафутом. Но это позже. Второе, - мой взгляд вновь вернулся к маркизу, - откуда столь благородное желание? Мне казалось, что вы должны воспользоваться столь удобной оказией, и надавить на Авалон при первой же возможности? И третье – вы уверены в своём спутнике? Абсолютно ничего не имею против любви к отчизне, но бумаги, после того, как окажутся у вас, могут в один прекрасный момент перекочевать к нему… - я неторопливо поправил высокий воротник, на мгновение запустив пальцы за плотную ткань – проверить, продолжают ли кровоточить старые раны.
Все это время Риккардо стоял, подпирая стену, и старался изображать предмет мебели, предоставив возможность высокопочтенным господам вести беседу. Он время от времени бросал взгляд на айзенца и герр Дорк отвечал ему взаимностью, чего нельзя было сказать о вороне, сидящей у того на плече. Птица показательно не смотрела в сторону молодого человека, демонстрируя полную заинтересованность переговорами. "Такое впечатление, будто тот весельчак-северянин вовсе не шутил и я действительно ей не нравлюсь" подумал Рик, но тут же отогнал глупую мысль, ну какое могло быть дело до него какой-то там вороне.
Цитата:
Сообщение от Капитан Посмотреть сообщение
Абсолютно ничего не имею против любви к отчизне, но бумаги, после того, как окажутся у вас, могут в один прекрасный момент перекочевать к нему…
В этот момент молодой человек кивнул, по видимому своим мыслям, и уголки его губ легонько приподнялись. Он тоже абсолютно ничего не имел против любви к отчизне, а так же, по видимому абсолютно ничего не имел против того, что обсуждаемые документы "могут в один прекрасный момент перекочевать к нему…"
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Цитата:
- Тикарр! - сказала птица.
- Что?
- Имм-ииим! Тик-а-а-арр!
Кастилиец вытаращился на ворона.
- По-моему, он говорит, что от тебя много шума, - буркнул Баюн, бывший до сих пор немым свидетелем сцены. Он изо всех сил старался не улыбаться.
- Имм-Трр!
- Я же пошутил. Прикрой-ка клювик.
Айзенец с подозрением посмотрел вначале на уссурийца, потом на ворона. Оба упорно делали вид, что... Ну, уссуриец что-то недоговаривал, это понятно. Впрочем. стоит лезть в птичьи тайны, если есть монтеньские? Или это тайна призрака... тогда тем более. Ну и кажется упорно, что это какой-то пустяк. Волькер решил пока что придерживаться этого мнения...
А в разговоре с вором-магом (он сам признался) выяснились очень интересные подробности о бумагах. "А это не мои?.. Нет. Даже если и так, то все равно нет," - решил для себя боцман. Во время переговоров он только помалкивал, да поглядывал за остальными присутствующими. Аристократы же беседу ведут.
На просьбу капитана айзенец просто сказал:"Я прослежу". Только еще выходить не пора было.
"А сиды же, кажется, более-менее неплохо к авалонской короне относятся и помогают ей. Ну, так говорят. Или это просто заблуждение, а этим все равно? Но зачем им тогда бумаги? Обычно они конкр...мда. На трезвую голову не поймешь, но до ближайшей земли столько..." - размышлял наемник, наморщив лоб. В общем, было видно, что боцман все слышит и обдумывает что-то тяжелое.
Но беда в том, что жизнь (год-два) в Водачче разбираться в интригах бывшего речника еще не научила... и навряд ли он этому скоро научится.
Когда монтенец начал свое кваканье, Риккардо решил, что разумно будет прикинуться, будто он не понимает водаччианского языка. Но по мере того, как маркиз изливал свое красноречие, кастилец забыл не только про разницу языков, но и все те важные вопросы, которые он хотел задать айзенцу все это время. К концу маркизовой тирады все присутствующие были поражены, в том числе и ворона.
"Будь я на родине, ни за что бы, ни ввязался в эти колдовские штучки, но это море…" Рику вспомнились слова сеньора Оруньо "В море человек вынужден, мирится с морскими законами, а они не всегда соответствуют ватицинским", или как Алаваро, более доступно интерпретировал своего капитана "Это не суша, здесь все можно!" Впрочем, водаччианец-капитан был поражен меньше всех, что не удивительно. В Водачче царили жесткие нравы, судя по словам отца, подобные казусы там творились через день, а раз в неделю и похлеще... В таких условиях быстро учишься ничему не удивляться.
Потому не удивительно, что капитан сразу же задал несколько каверзных вопросов своему собеседнику. Риккардо тем временем придавался своим мыслям, но из этого состояния его вывело странное чувство…
Молодей человек поднял взгляд и заметил, что ворона снова уставилась на него. Вдоль хребта знакомо промаршировали мурашки. Рик хотел было сказать птице что-то язвительное, но в присутствии трех мужчин это выглядело бы глупо! "И все-таки это, наверное, ворон" подумал кастилец "уж больно он здоровый, как для самки".
Но вовсе не это было причиной беспокойства молодого человека, по крайней мере, он хотел так думать. Риккардо казалось, что их кто-то подслушивает. Вот и пернатый обратил внимание на вход в каюту, в то время как взгляды остальных членов команды были прикованы к маркизу. Последний натянуто улыбнулся капитану и продолжил свое кваканье. Кастилец же решил, что к тому моменту, как его попутчик закончит, стоит медленно и плавно, не привлекая лишнего внимания, переместится ближе к входу.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Маркиз подошел ближе к капитану и понизил голос.
- Безусловно, возврат бумаг в Авалон – это не попытка загладить вину. Я бы передал их, куда считаю нужным, если бы фаэ не оказалась столь непредсказуема. Сейчас моя жена зачарована ею, и мне пришлось обратиться к другому, хм, сиду, чтобы снять чары, – голос маркиза был холоден. – Будем считать, что безопасность гонца и сохранность бумаг –плата за работу.
- Вот даже как? - мысленно удивился капитан.
- У меня есть пара строк, начертанных тем, кто должен встретить гонца. Найдите мне этого гонца, капитан, и я ваш должник. Я ценю свою службу монтеньскому двору не только из любви к желтому металлу, и мне знакомо чувство долга по отношению к стране и короне. Но, выбирая между ними и семьей…
Дю Саж не закончил. Он покраснел и с видимым трудом выдавил из себя два слова:
- Помогите мне.
Цитата:
- Помогите мне.
А вот и причина. Банальнейшая, надо сказать… если, конечно, гость не изображает трагедию вперемешку с драмой и прочими театральными и не очень театральными жанрами, что также очень может быть.
- Pourquoi pas*? – я задумчиво потеребил воротник, чувствуя, как стекают по пальцам крупные липкие капли вперемешку с сукровицей, - но с условием. Выдавать своего пассажира неизвестно кому – признак, мягко говоря, дурного тона. Поэтому, чтобы не нарушать морские обычаи, да и в целом не действовать как обыкновенный морской разбойник, поступим следующим образом . Приведите сюда кого-нибудь из авалонского двора – можно из известных придворных, а можно из военного флота. Думаю, что курьер, которому мы объясним ситуацию, и подготовим его к вашему визиту, в таком случае окончательно удостоверится, что последовав за вами, он попадёт по месту назначения – в Авалон, а не непонятно куда. Заодно это сыграет и на руку вам – сможете сочинить красивую сказку для подданных королевы Элейн о том, как искали посыльного и уговаривали меня отправить его с вами, - я хмыкнул, глянул на испачканную руку, утёр кровь платком. – И да – посоветуйте им быть честными в плане сделки – если сюда придёт абордажная команда, судно они захватят…но вот бумаг – не получат.
___________________________
* - почему бы и нет? (монт.)
- Это невозможно, - покачал головой маркиз.
Сперва он не собирался объяснять капитану подробностей отказа, но при виде его замешательства, добавил:
- Вы же понимаете, что будь человек, которому адресовано письмо, публичным, мы оба были бы здесь? Однако, и я прекрасно понимаю, что курьер, перевозящий бумаги, вряд ли рискнул бы соваться в портал с монтеньским маркизом. Для того, чтобы убедить его в том, что я пришел из Авалон, у меня есть вот это.
Дю Саж показал на выглядывавший из-под камзола краешек письма.
- Так вы поможете мне найти гонца? – мысленно маркиз добавил: «или мне придется бегать за каждым из пассажиров самостоятельно?», но вслух дипломат добавил лишь слово «господа». Голос дю Сажа был спокоен, выражение лица благожелательно, а поклон учтив, но костяшки пальцев на эфесе шпаги побелели.
- А на письме, насколько понимаю, тоже нет никаких признаков того, что оно родом из Авалона? - в моей интонации мелькнула нотка ехидства. - Забавно будет, если курьер вам не поверит... Впрочем, я уговаривать его тоже не намерен, всё в ваших руках. Синьор Дорк, - брошенная через плечо фраза, казалась повисла в загустевшем, тревожном воздухе, - будите этого растяпу, Роджера и ведите сюда. Скажете, что к ему прислали депешу. Прошу вас, а не юнгу, потому что означенный субъект может быть... в несколько неуравновешенном состоянии. А вам господа, - я повернулся к "гостям", - остаётся только ждать. Увы, особых кулинарных изысков предложить не могу, всё холодное, но есть неплохое вино, если желаете, - я откинулся спиной к стене и прикрыл глаза.
- Да, капитан, - отозвался Волькер и вышел. По рассеянности - вместе с вороном на плече, но ведь маркиз пока никуда не денется, так ведь? Он и сам в этом не заинтересован пока... Пара встреченных матросов говорила, что из своей каюты Весельчак еще не выходил, а большего знать айзенцу и не нужно было.
Шторм вроде бы потихоньку начинал стихать (тьфу-тьфу), но все равно пару фокусов выкинуть смог. На очередном повороте Дорка сильно качнуло. Неужели, волны? Или он так устал.
-Ккаррам!! - недовольно каркнул ворон прямо в ухо человеку, еще и ударив крылом, пытаясь удержаться. "Не дрова несешь! И крыло больно!" - наверно так это переводится. И уссурцем быть не надо, чтобы понять.
- Тихо ты, шайне, и без тебя у всех голова болит...
- Крр...
Дальше человек с птицей шли молча. Вскоре боцман нашел нужную каюту и постучал. Вежливо. Но все равно громко. Судя по звуку, там кто-то был живой. А здоровый или не совсем - это детали. Идти до каюты капитана недалеко.
- Роджер! Вы здесь? Или нет уже? - осведомился Волькер. - Вас капитан звал по важному делу.
Роджер нечасто видел сны, да и те, что случалось, проснувшись, не помнил. Если только это не были кошмары...
Из клубка каких-то неясных, но вызывающих дрожь фигур, странных и насекомоподобных выступил образ красивой девушки. Ее светлые, развевающиеся волосы отливали изумрудным оттенком, таким, какой можно увидеть у aes Sidhe. Роджер хотел предупредить ее о надвигающейся опасности, но не смог сказать и слова. А она, казалось, не замечала серые тени, с обворожительной улыбкой подошла к нему и обняла, унося мысли дальше и дальше в дебри страстного безумия. Руки ее были холодными, но ласковыми, а поцелуй долгим. Внезапно, Роджер осознал, что в этом поцелуе нет жизни, что ему нечем дышать, и что только что казавшиеся нежными руки впились в кожу когтями хищной птицы.
Мужчина не мог вырваться или закричать. Мог только мысленно взмолиться предкам и смотреть, как изо рта незнакомки вырывается тьма
- Изыди! - мысленно приказал он наваждению. Но ничего не изменилось. На плечи и грудь его навалилась тяжесть, время исчезло, превратив эту тяжесть в бесконечную пытку. Роджер смог закричать. лишь когда проснулся. Крик был громким и пронзительным. Мужчина не сразу пришел в себя.
Волькер, стучавший в каюту корсара, вздрогнул от неожиданности и приоткрыл дверь.
Роджер какое-то время лежал неподвижно, все еще во власти кошмара. Затем вытянул из-под подушки мешочек и ощупал живот. Гильдеры, полученные на дорогу, были в кошельке, а пакет, пакет с бумагами пропал. Пакет, который он должен был доставить в Авалон. «Тысяча чертей и одна каракатица! Кастильская сучка!»
Волькер уведомил незадачливого ухажера о том, что капитан желает видеть его по важному делу. Как некстати этот вызов, когда нужно бежать искать кастилийку. Впрочем, куда она денется с корабля то? Скрепя сердце, Роджер поспешил к капитану. Короткий путь до каюты Ренцо мужчина провел в раздумьях об обманчивости женской внешности.
У корсара были основания подозревать, что предстоящий разговор с капитаном будет отличаться от званого обеда. Однако, Роджер не ожидал, что отличие будет настолько велико. Кроме синьора ди Анджелиса, в каюте находились невесть откуда взявшиеся монтенец и кастилец; первый налегал на вино, второй на фрукты и сыр.
- После этой чертовой солонины, нормальная еда кажется райским нектаром, - кастилец интенсивно работал руками и челюстями. – Буэнос диас, синьор, - кивнул он вошедшему, не отрываясь от стола. Дю Саж отставил в сторону вино и поднялся навстречу новому участнику беседы.
Предложение последовало после долгого, откровенного и эмоционального разговора. Разговора, который временно стер налет гордыни и ожесточения между Монтень и Авалон. Предложение дю Сажа оказалось для Роджера неожиданным, но не настолько, чтобы последний долго думал, стоит ли его принять? В иных ситуациях дипломат умел настаивать так, что каюта сотрясалась даже в шторм и со стен сыпалась пыль, но, поскольку Роджер достаточно быстро утвердился во мнении, что его собеседник говорит правду, использование силы не понадобилось.
После прочтения письма от Борса, корсар согласился бы на любое предложение маркиза. Даже на перспективу хлебнуть чашечку кипящего металла в компании древнего Драхена.
- Есть только одна проблема, - крякнул Роджер. И, опустив несколько важных деталей вечерней беседы с Лусией, высказал предположение о том, у кого сейчас бумаги?
Дю Саж вскинул бровь:
- Так значит, синьорита все же нашла бумаги? Если так, то отведите меня к ней.
Обоих, Роджера и маркиза, внимательно слушали капитан и Риккардо, из темного угла каюты мужчин осматривал неприятным, вызывающим беспокойство взглядом зеленых глаз, полосатый котяра...
Дорк, к моему вящему удивлению, управился довольно быстро - видимо, пират, обнаружив пропажу бумаг, оклемался в мгновение ока.
Гости неторопливо уничтожали снедь, я же к еде даже и не притронулся - хотя следовало бы "уничтожить" пару - тройку кусков мяса - организм остро нуждался в материале для производства крови, но бумажки были важнее.
Упрямиться Роджер не стал, довольно быстро согласившись на предложение монтеньца, но сделав акцент на одном маленьком нюансе - отсутствии требуемых документов.
Цитата:
- Так значит, синьорита все же нашла бумаги? Если так, то отведите меня к ней.
- Думаю, что это не потребуется... - я поднялся с места, и прошествовал к сундучку, лязгнул ключом в замке, стукнул крышкой с выцветшей эмблемой, вытянул сверток после непродолжительных поисков, бросил Роджеру. - Полагаю, это ваше, проверьте. Р-редкостная дрянь, скажу вам. Ради этих белых листочков с синими чернилами пролилось огромное количество липкой и красной крови. Предлагал синьоре из Кастилии оставить их себе по праву добытчика - отказалась. Счастье, что не выбросил за борт, хотя надо было бы...
Прощание маркиза с командой Альбатроса было кратким. У него ушло какое-то время на то, чтобы извлечь из магических «карманов» пожитки матросов и пассажиров, экспроприированные ранее. После завершения этой процедуры, Мишель дю Саж достал из внутреннего кармана камзола серебряные часы и молча протянул их Лусии дель Торрес.
Та взяла подношение и вопросительно посмотрела на маркиза.
– Это не мои.
– Возьмите. Если я вам понадоблюсь, сотрите одну из меток. Одна на крышке, одна на циферблате, – сухо произнес маркиз. Считая, что сказанного достаточно, монтенец предложил Роджеру «Весельчаку» Коулдриджу забрать личные вещи, и через пару минут обоих мужчин ждал сочащийся кровью портал.
- Погодите, я отправляюсь с вами! - напомнил о себе Риккардо. - Я дал слово, и я его сдержу!
Маркиз удивленно остановился. Говоря по правде, он напрочь успел забыть о существовании кастилийца, увлеченный мыслями о скором возвращении к Борсу. Не тащить же этого бретера за собой в Авалон.
- Я не могу взять вас обоих в Портал, - соврал дю Саж, не поморщившись.
- Эмм… А что же мне делать? Вы же вернетесь за мной?!! - Рик перестал находить ситуацию занятной. Похоже, проклятый квакун нашел способ отделаться от кастилийца.
- Что ж, если вы твердо намерены держать слово, - маркиз отстегнул от пояса шпагу и протянул ее Риккардо, - то это вам пригодится. Я вернусь за вами, как только смогу. Если же Даркли станет искать меня здесь... вы сможете сдержать обещание.
- Что ж, тогда пишите письма… Или лучше не пишите! Пускай это сделает ваша супруга, если дело выгорит, - кастилец сообразил, что ведет себя слишком вольно и добавил: - Благодаря провидению Теуса.
Дю Саж и Роджер уже не слушали кастилийца. Они были на пути в резиденцию Элейн.
Пассажиры и команда Альбатроса разбрелись по каютам, многие из них предварительно заглянули к Ренцо, чтобы забрать одежду, кошелек или чемодан. Последней вещью из возвращенных маркизом, осталась замшевая куртка, о которой уссурец успел забыть.
Сам капитан безразличный к судьбе чужих вещей провел вечерние часы у штурвала, погруженный в свои мысли. Дождь уже не лил, как из ведра. Небо на востоке казалось светлее, и складывалось впечатление, что шторм теряет силу.
К утру Альбатрос качался на все еще неспокойных волнах, но шторм прекратился. Взгляду моряков открывался вид на затянутый дымкой островной архипелаг. Один из островов был покрупнее, в подзорную трубу можно было разглядеть бревенчатый частокол, окружавший поселение. От него тянулись несколько дорог, уходящих в джунгли. Кое-где наблюдались мелкие группы мужчин – по всей вероятности буканьеров – которые разделывали мясо. На втором по величине острове виднелся замок, очертаниям которого не хватало архитектурной завершенности. Озадачивало только то, что окрестности замка были безлюдными. Третий остров выглядел совершенно обыденным куском суши. Остальные были слишком малы, чтобы искать кораблю стоянку. Тем более, что рулевой ворот был поврежден, и при более детальном исследовании архипелага с моря была опасность разбить корабль о рифы.
Десятник поинтересовался у Ренцо, указывая на сушу:
– Знаете, что это за острова?
Ренцо отрицательно покачал головой.
– Пока могу предполагать. Нужно узнать, на какой широте мы находимся?
– Причалим в бухте у форта?
Капитан снова покачал головой.
– Вы хоть представляете, чей это форт, и кто может нас там встретить?
– Ни в малейшей степени. Похоже на поселение охотников – вот и все, что я могу сейчас сказать. Судя по всему, в джунглях еще есть дорога, идущая вглубь острова. Раз есть дорога, значит, наверняка, там есть, что возить. Я имею в виду, будут торговцы.
– Логично.
Ренцо указал рукой в сторону замка.
– Вот здесь зато никого не видно. Сюда-то нам и надо. Судя по всему, замок заброшен. Вряд ли его обитатели попробуют взять нас на абордаж. Причалим с западной стороны, чтобы не попадаться на глаза буканьерам, а затем выясним у местных, кто сейчас на острове? Или есть другие соображения?
Десятник пожал плечами. – Вы здесь босс, – он полушутливо отсалютовал капитану и поспешил отдать указания матросам на вантах.
К обеду корабль был поставлен на якорную стоянку, и на воду спустили шлюпки. В одну из них соскользнул по канату Баюн...
- Хочу почувствовать под ногами твердую почву, - объяснил он свое нетерпение. – Кто со мной?
Цитата:
– Кто со мной?
- Я! – громко заявил отважный сын Кастилии…
С тех пор как маркиз отбыл, Риккардо шатался по палубе незнакомого корабля, название которого так и не удосужился узнать. Матросы, сначала, зыркали на него из подлобия, но затем совсем перестали обращать внимание, как будто и не было незнакомого кастилийца рялом с ними. Похоже, решили, что раз этот человек гость капитана, то это его головная боль, а не команды, у нее и так забот было по горло. Незнакомый корабль, преодолев шторм, подходил к незнакомым островам.
Риккардо, тем временем, ожидал, что монтенец вернется. Юноша, топтался по мокрым доскам, с сумкой, полной личных вещей (и вот-вот грозящей оторвать ему плечо к демонам) вертя в руках подарок дю Сажа. Но час следовал за часом, а маркиз, похоже, не спешил сдерживать обещание.
- Проклятый квакун! – в очередной раз в сердцах выругался кастилиец, - Надеюсь, чародеи уже испепелили тебя! – при этом он испытал очередной порыв, швырнуть монтеньскую сталь за борт.
Единственное, что удерживало молодого человека от такого кощунственного поступка, то, что он не знал, насколько клинок хорош. Он даже не мог толком сравнить его с водаччианской рапирой, которую купил еще во время обучения в colegio*. Вот если бы это была пушка! Ну, или, хотя бы что-то из огнестрельного оружия, в чем бывший студент кое-что понимал. Но о холодном оружии он знал только то, как им резать и колоть оппонентов.
Тем временем, труд tripulacion** возымел плоды! Корабль (так и остававшийся для Риккардо незнакомым) вплотную подошел к одному из островов. Клочок суши был с избытком переполнен холмами покрытыми растительностью, но гораздо менее плотной, чем соседний остров, с которого тянулись в небо тонкие струйки дыма. Один из берегов острова (скорее всего восточный, хоть кастилиец не имел с собой компаса, но годы обучения подсказывали, что именно восточный берег всегда самый крутой) представлял собой сплошную скалу, увенчанную "похоже" старым и "похоже" заброшенным замком. Более подробно с такого расстояния молодой человек ничего не мог сказать.
"Возможно, в этих холмах я найду…", Рик улыбнулся своим мыслям, он уже давно скучал по старым друзьям. Но чтобы отправится на сушу, нужен был повод, и довольно «весомый» повод мирно стоял на скале, даже не думая никуда убегать. Так что, если кастилец будет полезен местному контингенту, то и команда будет полезна ему. По крайней мере, капитан не дурак, и точно станет с большей охотой рисковать незнакомцем, чем членами экипажа.
- Я! – громко заявил отважный сын Кастилии, глядя через борта на чудного северянина, который ловко забрался в шлюпку, - …разбираюсь в arquitectur***, и могу помочь вам с тою громадиной, – небрежный жест шпагой в сторону замка. Риккардо искренне надеялся, что его возьмут на берег, и при этом не станут оставлять одного на незнакомом острове.
_______________
*университете (исп.)
**экипажа (исп.)
***архитектуре (исп.)
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Ну вот и все. Монтенец ушел восвояси, не забыв вернуть все до последнего гроша, а Волькер направился на палубу, где произошла злополучная встреча с Ши. Следовало выполнить приказ капитана, что вскоре и было сделано.
К вечеру шторм начал стихать. «Слава Теусу,» - подумал айзенец. Сил у него совершенно не оставалось и хотелось поскорее заснуть. Желательно на пару дней, чтобы отоспаться впрок, но все равно не получится. Впрочем, до следующего утра боцман имел право отдохнуть, только вначале надо к костоправу зайти сменить перевязку. ..
Разувшись в своей каюте и в очередной раз проверив шкатулку, Дорк лег спать. Ворон же устроился в коробке, следуя примеру человека. Кажется, глаза сомкнулись еще до того, как голова коснулась подушки…
Сон, просто сон:
Темно. Волькер недоуменно посмотрел на свои руки, на которых были одеты кандалы. Он не помнил, при каких обстоятельствах он получил это украшение. Да, можно и так выразиться: на простого наемника не будут тратить драхенайзен, из которого они и были сделаны… Слишком легкие для простого железа… но… он не ржавеет же, нет? А на нем было характерное пятно. Или это просто железо?
- Ну вот и первый шаг за весь этот год, - произнес кто-то очень знакомый.
- Адриан? Но… как?
- Так. Именно так. – из темноты выходит товарищ. Мертвый, как и все остальные из «Железных Рук». Кроме Волькера.
- Но… святые Пророки! Ты-то откуда? Зачем?
- А не очевидно? – улыбнулся мужчина и делает шаг назад, скрываясь во тьме. Странно, но вскоре все стало видно куда лучше. Лес что-то неразборчиво шепчет. Или это ветер? Что верней?
Где-то каркает ворон.
- Зачем? – еще один голос. Уже сзади.
Айзенец оборачивается, выхватив нож. Да-да, нож, кандалы этому будто-бы и не препятствовали. Этот голос он тоже знает. Одноглазый…
- Что?! – не смог удержаться от крика Волькер. Нет никакого одноглазого, только его лицо, изображенное на том самом лесном алтаре из дерева, камня и костей оленя.
- Зачем… Зачем… - шепчут голоса.
- Замок. –еще один голос. Но вдалеке. И другой.
- Нет.. Прочь, прочь! Теус, именем Пророков твоих да разразятся… - нож вонзается в нарисованное лицо. Оно сразу скалится в жуткой ухмылке, теряя все человеческие черты.
-Не-ет! – Волькер бежит. Как и тогда… И на ноже кровь. Как и тогда…
Пришел в себя айзенец только покинув лес. Тяжело дыша, он видит старый замок, которому не хватало человеческой заботы долгое время. Хотя и без нее он сохраняет свое величие.
Айзенец, поддавшись наитию, входит через распахнутые ворота. Там что-то важное. И ворон каркает вслед. И оковы с первым шагом вперед начинают ржаветь.
Комната… вторая… десятая…
Лестница вверх. Сколько же тут ступенек…
Да, здесь. Здесь драхенайзен буквально на глазах покрывается трещинами. Только открыть дверь.
- Карр! – ворон? Там держат ворона?
Дверь открывается медленно и со скрипом.. Волькер шагает вперед.
Нет, клеток тут нет. Тут кроме окна и мусора в угле вообще ничего нет. Да и окно было разбито давным-давно. Айзенец шагает вперед, осматриваясь
- Карр!!! – раздается вдруг.
- Краррр!!! – огромный ворон неизвестно каким образом влетает в разбитое окно. Хотя нет, оно в самый раз. И комната в саамы раз для великана… А уроженца Фишлера птица хватает своими лапами…
- Крарр!!!
-Аакх! – человек наконец-то проснулся к вящей радости проголодавшейся птицы.
- Тьфу ты, - оглянулся на ворона боцман. Ладно, новый день начался, следует идти к матросам. И ворона покормить, а то устроит чего… То, что это не совсем птица, айзенец упорно «забывал».
День выдался довольно хороший. Волны неспокойны, но это пустяки по сравнению с тем, что было еще вчера. Ну и земля по курсу, что не может не радовать, пусть это и просто острова. Но и они дадут приют на время ремонта, который понадобится «Альбатросу» после всех приключений.
- Там замок какой-то
-…он заброшен.
Эти обрывки разговоров заставляют боцмана замереть.
- Schloss , - еле слышно произнес Волькер на своем родном языке. Что-то во сне говорило, что ему туда нужно. Необходимо, если он хочет избавиться от одного груза…
Уссуриец словно услышал чаяния бывшего речника – пригласил всех желающих на снаряженную шлюпку для исследования острова. Также к нему присоединился Риккардо, которого монтеньский маг забыл на корабле.
- Я с вами, - произнес боцман. Кто-то с намека посмотрел на места ранений. От боя с пиратами Дорк еще не полностью оправился.
- Так нужно, - айзенец настаивал на своем.
Schloss - замок (дворец) (нем.)
Черно-серый замок на вершине серо-зеленой скалы, поросшей мхом вперемешку с вьющимися растениями казался пустым, безлюдным, вымершим. Впечатление от взгляда невооруженным глазом не изменилось даже после весьма длительного наблюдения через подзорную трубу. Впрочем, назвать это «подзорной трубой» у меня не поворачивался язык. Нет, конечно, инструмент когда-то был высококачественным и весьма вероятно, если судить по полустёршимся клеймам, дорогим наблюдательным прибором, но судя по его нынешнему состоянию, предыдущий хозяин либо был персоной любознательной и однажды разобрав трубу, свинтил её кое-как, посчитав часть линз лишними деталями, либо использовал для вколачивания каких-либо знаний в матросские головы, а возможно и гвоздей куда-нибудь. Оставшиеся стёкла со своими обязанностями явно не справлялись, показывая помимо окружающего пейзажа, несколько десятков царапин и клочок паутины, но даже через подобный набор эффектов было видно, что замок сохранился неплохо – уцелела большая часть машикулей, почти все зубцы на стенах, да и сами стены – никаких оползней, битых камней и прочего. Вполне можно обитать, после некоторого ремонта.
В целом, внешний вид только подтверждал сделанный выбор - заброшенное укрепление доартиллерийской эпохи. Нет, оно, конечно, и сейчас могло служить военным целям, но пришлось бы проводить капитальную реконструкцию, чтобы приспособить его к военным условиям современной эпохи.
Ниже, возле грота на берег уже собиралась небольшая экспедиция – прошёл к шлюпке уссуриец, за ним – новоприбывший кастилец…как его…Риккардо? К ним довольно неожиданно присоединился Дорк.
Я неторопливо сошёл с юта, направляясь к жаждущим встречи с землёй.
- Ничего не имею против, но постарайтесь собрать максимум полезных сведений, господа. И да – посматривайте по сторонам – мне бы не хотелось, чтобы вы попали к кому-нибудь на обед. Отдельная просьба к вам, синьор охотник, – я опёрся о фальшборт, - зная ваше пристрастие к зверям, в частности, к кошкам, - не притаскивайте на борт никого из них, одного охотничьего леопарда* нам достаточно. Если так уж хочется – можете принести речного дракона**. В случае встречи с агрессивными туземцами – возвращайтесь, мы их сможем припугнуть, если потребуется. Удачи! – короткий взмах рукой символизировал моё одобрение высадке в целом.
Распределив вахтенных и предупредив, что без причины, то есть без неожиданных известий\нападения пиратов\очередного шторма и прочая, прочая, прочая меня НЕ БУДИТЬ ранее чем через двенадцать часов, я направился к себе, попутно прихватив со склада очередной кусок парусины.
Уже в каюте, недовольно ворча себе под нос и ругаясь, содрал камзол и обе рубашки, нижняя из которых сменила расцветку с «белой» на «белую с бурым орнаментом», проверил повязки, кой-как догрыз - по другому я бы это не назвал – фрукты, запив их большим количеством воды, и, завернувшись в парусину, устроился на койке с медальоном в руках, раскачивая его на длинной цепочке словно маятник.
«Не найдёшь тех широт на карте, где пропал я с верной командой… Хотя насчёт верной трудно сказать, а вот насчёт координат… Впрочем, неважно. Потом, всё потом».
Обернув цепочку безделушки наподобие браслета вокруг запястья правой руки, прикрыл глаза и задремал.
___________________________
* - гепард
** - крокодил
25 июля 1667 АВ. Канальские острова
(не существующий в сорсбуках архипелаг хде-то у побережья Водачче).
Грег проснулся простуженным. Никогда раньше он не подумал бы, что может простудиться, но в горле першило, а из носа капало.
- Аппчхи! – он поежился, вылезая наружу. – Буээ. Ну и утречко. Могильный холод.
- И не говори, в морге и то теплее, – покивал головой сосед справа. Тот проснулся раньше и чистил метелкой забор от налипшей грязи. – Колдовской был шторм, не иначе. Я их уж сколько повидал, знаю, о чем говорю.
Два дня, которые бушевал ливень с громом и молниями, оба не казали носов наружу. Впрочем, в этом были свои преимущества. Как оказалось, если никто не беспокоит, в тишине очень удобно думать. Главное начать. Если пораскинуть мозгами, Грег за всю свою жизнь столько не думал. О мозгах. Когда-то еще удастся покушать свеженьких? Какие вкуснее: мужские или женские, лобная доля или височная? Как лучше поймать обед и не нарваться на упокоительный топор? Нападать всем скопом или из засады? Да и мозгов последнее время попадалось все меньше. Бывает, приплывут какие пираты, а жрать нечего. Пираты еще ладно, а вот гос.служащим совсем не выдают порой. Эхх. Тяжела жизнь зомби.
Сосед закончил мести и начал протирать тряпочкой плиту. Надпись на надгробии гласила: «Изяяк Шухер, 1621 – 1666.»
- Есть чо? – Грег вопросительно посмотрел на соседа. Тот отрицательно покивал головой. Череп, с которого местами слазила кожа, сверкнул в лучах утреннего солнца.
- У самого трубы горят.
- Может, попробуем разжиться у профессора?
- У него на обед макароны дают, - скривился Шухер. Разве что после обеда спать ляжет, но Бэлла же.
- Предательница, - прошипел Грег. Опять на раскопках заставит пахать. Работаем за еду, как какие-нибудь гастарбайтеры.
- В городе было покушение на Вурста, - зомби ни на секунду не сомневался, что оно оказалось безуспешным, – в замке должны быть новенькие.
Грег продолжил сомневаться:
- Не факт. С тех пор, как отрастил бороду, Вурст сам не свой. Мягкотелый какой-то. Я бы даже сказал, женственный.
- Цыц, малява, договоришься – прикрикнул Шухер.
- А что я сказал? Мог пощадить, - пожал плечами Грег. – Я слыхал, он недавно вообще... ПО-НАСТОЯЩЕМУ воскресил. Гребаный романтический злодей. Устроил тут замок с привидениями для туристов.
Грег не верил в романтических злодеев. Для Грега важнее всего было удержаться на новом месте и сделать карьеру. В клубе зомби он с соседом были относительно недавно, около года, и первые соревнования по добыванию мозгов не прошли.
Сидеть же на земляной диете долго не рекомендуется. Вредно для цвета лица. Да и сами представьте себе - солидный зомби и вдруг травку жует!
Грег наклонил голову и замер, всматриваясь вдаль.
- Глянь-ка, Шухер. Никак, еще туристы.
С западной стороны острова виднелись мачты со спущенными парусами. Ритмично плеская веслами, к берегу приближалась шлюпка. Сосед мечтательно закатил глаза. Точнее то, что от них осталось.
- Будем надеяться, это не археологи. – Шухер выразительно потрогал шрам от осинового кола в груди. - Поднимай парней!
- Мозгии!
***
- Присаживайтесь за стол, сэр - Бэлла указала хозяину на кресло, - вы сегодня выспались?
Тот отрицательно мотнул головой и зевнул:
- Бэлла, у меня было вдохновение, - он потянулся за плохо настроенной гитарой и принялся перебирать Аm-Dm. Вот послушай:
Rise like a phoenix
Out of the ashes
Seeking rather than vengeance
Retribution
You were warned
Once I’m transformed
Once I’m reborn
Как феникс, я восстану
Из пепла-а-а. Лааа-аа.
Мужчина безбожно фальшивил, но пел с большим чувством и экспрессией.
- Хм, от одного из учеников Мастера я ожидала большего, - покачала головой Бэлла, - Сэр Томас, вы вообще, не забыли, зачем вы на острове? Вот, освежите память... - На столе оказался свежий выпуск «Зомбо Вестей» и «Вестника Водачче».
- За последний месяц от рук нежити не погибло ни одного человека. Ну и самое паршивое, они как-то пронюхали про это, - она кивнула на водаччийскую газету, - у команды рыбаков, атакованных пиратами, зажили смертельные ранения, приросли отрубленные конечности и даже головы, исчезли ожоги и вернулись съеденные рыбами внутренности. Насчет целой команды преувеличили, конечно, но так не пойдет! – адъютант сорвалась на крик.
- Практикующий некромант, Профессор черной магии – это еще куда ни шло, уважаемая профессия, но чудеса творить? Понтифик не потерпит конкуренции. С первыми петухами сюда прибудет инквизиция!
- Ах, Бэлла, ты такая мужественная, когда злишься, - номинально, сэр Томас был могущественным сенатором, практикующим запретные техники, и хозяином замка, он собственноручно оживил девушку, но временами Вурст ее побаивался... зомби сохранила на удивление живой характер. - Ну, прости-прости, ты же знаешь, как у нас стало с вакансиями. Нелюдей стало слишком много. Не хватает рабочих мест. Не хватает кладбищ, чтобы разместить вновь прибывших. Ты видела могилки, где ютятся безработные мертвяки? Им тоже нужно хорошо питаться, чтобы не разваливаться на ходу и не гнить замертво. Им нужно хорошее место для жизни - где достаточно сухо и в меру холодно. У них тоже есть старики, женщины и дети, мужчины в конце концов...
После этих слов Томас как то странно, томно вздохнул. - А эта демонстрация на прошлой неделе. Ты читала их плакаты: «Нет нам жизни и после смерти!», «Где обещанный вечный ПОКОЙ?» «Нежить тоже люди»...
- Вы знаете способ решить проблему.
- Женщины так жестоки, – сэр Томас укоризненно посмотрел на адъютантку. - Конечно, привидениям и духам не нужна пища, и они тысячами способны разместиться в одном зеркале... Но ты бы знала, как Я ИХ БОЮСЬ!! Они же. Они подглядывают, когда я переодеваюсь.
- Сэр Томас, вы неисправимы, - костлявая рука поднялась ко лбу, Бэлла издала обреченный вздох. – Поговорим о работе после завтрака.
- Ваша овсянка, сэр.
***
Путь шлюпки к суше был не близким, но через час путешественники с Альбатроса добрались до песчаного пляжа и разглядывали остров. Баюн, Риккардо, Волькер и несколько матросов выбрались на берег. Шестое чувство подказывало некоторым из них, что от того, какой маршрут выберут, их ждут совершено различные развлечения (%
Мало ли сколько дюжих молодцев уместятся в кустах у берега? Стоит ли на нем задержаться и исследовать? Насколько безопасна дорога к замку? Что за странный зеленый туман тянется из леса? Его характерный гнилостный аромат разит плесенью и сыростью. Баюн не торопился выбирать маршрут, предпочтя отдать инициативу боцману или даже кастильцу.
- Че-то я очкую, мужики, то есть, это я хотел сказать, господа, чует мой нос, что-то не то с этим островом. Может, вернемся?
Скрытый текст - техническое:
Вспомнил старый добрый принцип выбора трех дорог.
Направо - кладбище, условно налево - берег, прямо - дорога к замку, окруженная лесом. Как бы очевидны преимущества последнего варианта, но это смотря для кого :D
Цитата:
Господа, чует мой нос, что-то не то с этим островом. Может, вернемся?
- Вы очень странный человек, первым хотели попасть на землю, а теперь передумали! Я все же, хотел бы узнать что находится там. - кастилец указал вглубь острова.
Скрытый текст - техническое:
Риккардо предлагает пойти в сторону замка. Сам он собирается искать апельсиновые деревья в холмах. Замок его не интересует.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Вы очень странный человек, первым хотели попасть на землю, а теперь передумали! Я все же, хотел бы узнать что находится там? - кастилец указал вглубь острова.
Баюн смерил фехтовальщика одним из взглядов из барского арсенала.
- Что-то не припомню, чтобы выбирал место стоянки.
Он упер руки в бока и сцедил каплю слюны сквозь зубы на землю.
- Да, черт с ним. Нам нужны корабельный лес и провизия, и самый простой способ их найти - это найти людей.
Он развернулся лицом к замку и направился по дороге, не глядя, следуют ли Волькер и Риккардо за ним.
- Идемте.
Дорога, проложенная по просеке, говорила о том, что люди на острове живут.
- Мне кажется, или лес какой-то странный? Я слушаю, но не слышу животных, а из птиц, почему-то одни крумкачи.
- Ого, какой вампир! – прошипел уссурец, раздавив крупного комара на шее. – Неужели это комары всю живность распугали?
К счастью, судьба милостиво послала навстречу несколько мужчин, судя по лохмотьям, которые они носили, и лопатам, которые несли – крестьян.
- Э-эй! Эгегей! – помахал рукой уссурец издали. Крестьяне нашли внезапное развлечение в том, что начали резво размахивать заступами и бежать навстречу. Характерное покалывание в спине снова дало уссурцу понять, что что-то здесь не так. Он внезапно остановился, так что Волькер и Риккардо наткнулись на него.
- Что-то мне в них кажется знакомым. Не пойму, что?
Скрытый текст - Техническое:
Кхм, Волькеру и Риккардо самое время проявлять изобретательность в использовании навыков наблюдательности, знания легенд, здравого смысла и прочая-прочая.
Жду действий.
Дорк, как и собирался изначально, вместе со всеми пошел к замку, несмотря на не до конца зажившие раны.
"Тихо. даже слишком," - насторожился Волькер. Молчащий лес озадачил не только его одного. баюн тоже насторожился. Вспомнился тот запах... кладбища. Но животных то болезнь не должна всех под корень извести? Комары не в счет.
И не давал покоя тот странный сон. Неужели, он еще и с лесом как-то связан? Ну с замком уж точно.
На монтеньский десерт достались крестьяне, которые повели себя очень странно6 взялись за кирки и понеслись к отряду вооруженных моряков. "Голову потеряли? И у нас искать бегут..." - мелькнула мысль.
Нет, так разумный и не слишком вооруженный человек в любом случае поступать не будет, а на неразумных островитян-папуасов, по скромному мнению айзенца, эти люди не были похожи.
- Стоять! Совсем головы потеряли?! - крикнул на воддаческом бывший речник, направив в сторону "крестьян" пистолет. Должны остановиться. Ну и повторить на монтеньском и айзенском не проблема. Только печенка чуяла, что с этими людьми что-то нечисто...
Броски:
Roll(4d10)+0:
1,10,4,10,+0
Total:25
Roll(2d10)+0:
2,7,+0
Total:9
25+9=34
Разум+ выживание
Roll(2d10)+0:
8,5,+0
Total:13
Разум
Roll(3d10)+0:
2,3,9,+0
Total:14
Запугивание
Так же применяется преимущество "Обостренные чувства"
- Стоять! Совсем головы потеряли?! - крикнул на воддаческом бывший речник, направив в сторону "крестьян" пистолет. Должны остановиться. Только печенка чуяла, что с этими людьми что-то нечисто...
Печенка нашептала айзенцу, что он уже встречал подобных существ в Шварцвальде - Черном лесу. Большинство из них - безрассудные монстры, поднятые неизвестным колдовством, опутывающим провинцию, однако, он слыхал, что попадаются и разумные мертвецы. К примеру, легенды о Черном фрегате, оказались правдой.
Попавшиеся приключенцам навстречу бродячие мертвецы, явно относились ко второй категории нежитей. При виде пистолета, они бросились в рассыпную.
- А-а! Лю-юди!
- Во дела! - ахнули кастилиец с уссурцем.
У Баюна при ближайшем взгляде на ходячих мертвецов волосы на затылке зашевелились, но увидев паническое бегство страшных нежитей от людей, он едва удержался, чтобы не рассмеяться.
- А ну, стоять!
- Не стреляй, мил человек! - начал разговор самый смелый из «комитета по встречам», который был владельцем не только самой целой одежки, но еще и более-менее полного комплекта зубов. - Что вам нужно, люди добрые? Если ищете графа Томаса, так они дома сейчас, костлявая рука указала на замок на вершине холма.
Этот нежить даже начинал в каком-то смысле нравиться уссурцу. Если бы все мертвецы были так любезны и разговорчивы, то Баюн просто из любви к обществу обыскивал бы кладбища в поисках компании.
- Слышь, Шухер! - прошепелявил кто-то из кустов. - Шо-то они такие шпокойные. Непось, магией зашшитной оплошились...
- А этот ваш граф, он как вы? Или хоть на человека похож?
- Их сиятельства человек, человек, - закивал зомби. - Разве вы не в их замок с привидениями приплыли?
- ЧТО?
Кажется, у приключенцев могут возникнуть сомнения, стоит ли идти дальше? Баюн так точно подумывает делать ноги.
Как оказалось, встреченные ими люди оказались вовсе не людьми, а жуткими, богопротивными тварями. Молодого кастильца передернуло. Замок с привидениями на острове живых мертвецов, вот куда они попали! В то время жирдяи в рясах колесят по Тейе в поисках какого-то несчастного трудяги ученого, чтобы прикончить его…
- …ну и на к-кой нам такая инквизиция! – уже в слух пробурчал под нос Риккардо.
Впрочем, человеческого в головах нелюди осталось достаточно много, чтобы при виде пистолета мертвяки бросились врассыпную. Со стороны это выглядело, и правда, смешно.
- Мне не нравится это гнилое место, его гнилая рожа мне тоже не нравится, - кивок в сторону особо разговорчивого мертвяка – и, кажется, пора выпить. Пойдемте-ка отсюда сеньоры.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Хотя история с колдуном разрешилась благополучно и практически без кровопролития, творящаяся на корабле бесовщина вызывала стойкое желание пропустить чего-нибудь покрепче; Джакоза даже и не собирался противостоять этому позыву. В конце концов в этом и заключается одно из преимуществ пассажира на корабле. Команде не дают пьянствовать, на них орет боцман, а еще...
Да, боцман. Мысли Бруно привычно теряли связь между собой под воздейтвием алкоголя, это позволяло им с легкостью перескакивать с одного предмета на другой. Боцман на "Альбатросе" завел себе птицу-призрака. Птицу, которая якобы подавляла волшебство. Впрочем, с таинственной гостьей, посетившей их корабль, птица совладать не смогла. Колдовство- колдовство... Он никогда не любил колдовство.
Память услужливо подбросила подходящий фрагмент из его богатой на нелепые события биографии.
...Заброшенная мельница, пятерка свежих трупов, коллега по ремеслу разводит руками:"Он исчез! Это какое-то колдовство!".
Филлерота:
Смерть должна была прийти к ним с первыми лучами солнца.
Банда Жака Железной Шкуры считалась самой опасной в этих местах, поэтому охотники за головами не хотели давать бандитам хотя бы один шанс. Переждав ночь в небольшой рощице неподалеку , отряд должен был нагрянуть на мельницу с рассветом и перебить негодяев (Джакоза настоял, чтобы они не лезли туда ночью, боясь как бы главарь не удрал в темноте). Таков был план.
Дело не заладилось с самого начала. Выставленный часовым сопляк уснул на посту и в результате они штурмовали мельницу практически в полдень. Впрочем, бандиты всё равно оказались не готовы к их появлению и были перебиты прежде чем успели оказать сопротивление.
Вот только самого Жака они так и не нашли. По краиней мере среди трупов не было никого, кто точно отвечал бы описанию - один был слишком высок, другой был слишком широк, кто-то не имел бороды или вовсе был лысым.
...Жак, к слову, был весьма заурядным негодяем. Его брат-сапожник обьезжал ярмарки и собирал информацию о торговцах, подпаивая их в трактирах и вызнавая, кто какой дорогой возвращается с ярмарки и с насколько большой компанией. Жак выбирал цели побеззащитнее, не гнушался и крестьянскими телегами. Однажды ему посчастливилось ограбить подручного городского главы, тот попался бандитам совершенно случайно. Тогда-то к Жаку и пришла слава. За его голову обьявили награду, а шее грозила петля. Так как терять ему уже было нечего, Жак перестал отпускать ограбленных бедолаг, боясь, что те помогут охотникам выйти на его след. В лесах стали пропадать люди, а по трактирам поползли невероятные слухи. И вот уже Жак стал Железной Шкурой, а подручный городского главы в устах сплетников превратился в графскую дочку, ограбление - в оргию, а банда голодранцев - чуть ли не в войско. Всё это (и кое-что еще) рассказал Джакозе брат Жака, когда одноглазый авантюрист начал ломать наводчику бандитов пальцы. Впрочем, Бруно все равно решил перестраховаться и собрал для охоты на бандита целый отряд...
В конце концов они отрезали голову наиболее похожему бандиту и присовокупив к ней найденное у одного из негодяев дорогое по виду кольцо и снятую с другого кожанный жилет с устрашающими наклепками обьявили это "Головой Опасного Разбойника Жака Железная Шкура".
Когда докторская каюта, наконец, опустела, Эсси забралась под одеяло, накрыла голову подушкой и принялась себя накручивать. Внутренний голос упражнялся в красноречии насчет ее умственных способностей. Отдельно паршивец прошелся по неубедительной попытке набить морду уссурцу. А мог бы тактично не заметить.
Мысль тем временем вполне закономерно перетекла на "гостью". Если та знает ее имя, то почему не поняла первую загадку и вообще позволила себя задурить с полом? И почему тогда не убила сразу, как нашла? Эсси не доводилось слышать даже легенд о том, как seidhe отпускает МакИчерна с миром...
Девушка вскинулась, заметив тень движения у койки, но то было отражение тучи в мутноватом зеркальце.
Воровато оглянувшись, она уселась перед стеклом.
Бледное лицо, пересохшие губы, глубокие тени вокруг глаз, запавшие щеки, рожа мрачная, на голове - воронье гнездо... Краше в гроб кладут. Впервые в жизни ее уколола зависть к царственной, нечеловеческой красоте ночной гостьи. Под зеркалом обнаружился медный тазик и кувшинчик, наполненный водой. Когда девушка засыпала, их не было. Преисполнившись благодарности к врачу, она наскоро привела себя в порядок и даже умудрилась расчесать просоленные непослушные вихры.
Лицо посвежело, но призрак гроба еще маячил где-то неподалеку.
" К черту все. Пойду надерусь."
Наскоро прибрав постель, Эсси покинула каюту. "Альбатрос" бросил якорь неподалеку от какого-то паршивого островка. Второй, покрупнее, виднелся на горизонте. Над ним в ясное синее небо тянулись длинные хвосты дымов.
"Ну, слава Виланду, теперь и провианта поднаберем, и леса на борта."
Однако, разговорившись с парой скучающих парней из Водачче, она не смогла удержаться от ругательств. Несколько часов назад шлюпка с черт-те откуда взявшимся кастильцем, айзенцем и неугомоным уссурцем отправилась вовсе не на остров с поселением. А на тот самый паршивый островок. А это значит, что ни жратвы, ни починки не будет. А что капитан? Капитан обмолвился вроде, что на дальнем острове могут и дружки недоброй памяти Жареного Гарри отыскаться и как бы чего не вышло.
Девушка плюнула и пошла в камбуз. Если надо будет, она готова была запугать кухаря до полусмерти и вышибить дно у бочонка с виски раненой рукой. "Fuck u I`m drunk! And I`m going to be drunk till the next time I drunk!"
Техническое:
Персонаж мрачно бухает в камбузе. Готова алкоголировать совместно с желающими, чтобы совместно дойти до авантюрной идеи. Иными словами, ожидается волонтерская алкогольно-разведывательная миссия на буканьерский остров силами ограниченного контингента.
Мертвяки оказались разумными и очень даже помнящими свое досмертие - на что Волькер и понадеялся. Ну еще и сыграл свою роль типичный командный голос - навык этот выработался со временем. Так, и что теперь дальше?
Цитата:
Сообщение от Баюн и мертвецы
- А этот ваш граф, он как вы? Или хоть на человека похож?
- Их сиятельства человек, человек, - закивал зомби. - Разве вы не в их замок с привидениями приплыли?
- ЧТО?
"Что он делает?! Они же опомнятся!" - мелькнуло в голове у вйзенца, и он поспешил вмешаться:
- Рядовой, отставить!
И грозно сверкнул глазами, чтобы уссуриец понял, что свою неосведомленность на показ лучше не выставлять. Особенно при таких свидетелях. Кстати...
- Это он вас поднял?! И сколько?! - спросил вполне очевидную вещь Дорк. Ну не удержался...
- Так, возвращаемся на корабль и докладываем об увиденном, - сказал своим спутникам боцман, после чего обернулся к неупокоенным. - А вы - оставайтесь здесь и за нами - ни шагу!
Уверенность в себе - одно из главных условий выживания при столкновении с подобным.
А замок... к сражению с некромантом следует подготовиться. И неплохо бы раны залечить для начала. Иначе все надежды на избавления от проклятья не сбудутся.
Лусия вышла на палубу и поежилась. То, что корабль не плыл, а стоял, перестало казаться благом. Было скучно и тоскливо. Она снова принялась самоедствовать, вспоминать свою встречу с братом и...тосковать. Да...Алваро всегда же был рядом...Они все детство были как один человек. А когда вредный мальчишка сбежал из дома, Лусия долго не могла прийти в себя. И только неприятности семьи заставили ее взять себя в руки.
Лусия оторвалась от созерцания острова и пошла по палубе. Может быть, стоит что-нибудь съесть наконец? Дверь на камбуз открылась довольно легко. Девушка перешагнула порог и встретилась глазами с Эсси.
Корабль тихо покачивается и постанывает на волнах, а в голову лезет всякая чушь. Гувернанка учила меня держать подбородок паралельно полу, но что бы она потребовала на судне в шторм, когда этот пол танцует? Должна ли только голова качаться вслед за ним или всё тело??
Еще в голову лезли мысли о после и фаэ. Вор обменял корсара на своего спасателя, сидхе искала бумаги, а нашла юнгу. Вот такая странная сторона дипломатических отношений Авалона и Монтеня.
Когда крик возвестил о неудаче плана с засадой, и все побежали выяснять что случилось, Фарелл остался караулить каюту Лусии. Не угадал - и пропустил самое интересное, что пришлось потом выяснять с чужих слов. Но точно знал: маг явился не в каюте. И если верить кастилийке, возникает вопрос: сколько меток мага на корабле?
Фаэ... Искала бумаги, отмахнулась от бегущих к ней людей и разбудила юнгу что бы пообщаться. С чего такой интерес к нему? Можно списать на странности пресловутой логики сидов, можно попытаться понять эту логику. Исследователи ведь интересуются не только сирнетами. Осторожность напомнила, что только сирнеты не реагируют на чужой интерес. Наверное.
В иллюминаторе проплыла отходящая шлюпка, она направлялась... О'Брайен подошел к иллюминатору и открыв его выглянул. Шлюпка, в которой было человек шесть, кажется отправлялась к острову с неким замком. Моряки шли исследовать остров. Фарелл улыбнулся своим мыслям: можно порассуждать об исследовании, как преодолении страха неизвестности, а можно пойти и спросить... какую-нибудь чушь.
Наверное всётаки стоит пройтись по кораблю.
Кухарь, морально уничтоженный Эсси еще в ночь боя с Гарри, сбежал, стоило ей замаячить на пороге с робким вопросом "А нельзя ль чего-нибудь съесть, любезнейший?" Кладовая и камбуз остались в полном ее распоряжении. "Надо бы Ланнигану харчей отнести не забыть..."
В миске вымачивалась солонина, бочка с мочеными яблоками была открыта. Мешок с сухарями нашелся в кладовой и... о чудо! Анчоусы! Девушка подставила кувшинчик под кран бочонка с символом маклеодской винокурни, и принялась уничтожать снедь с аппетитом выздоравливающего.
Мысль о том, что никто не помешает, не погонит работать, наполняла душу приятной теплотой и даже умиротворением. "Не зря господа все большие проблемы решают на пирах, ой не зря..."
И ровно в этот момент на пороге полуразоренного камбуза возникла Лусия.
От неожиданности Эсси чуть не поперхнулась асквибо*.
- О! Сеньорита! - брякнула она. И поправилась. - Чем могу услужить?
* асквибо - скаженное aqua vitae - сленговое название той эпохи для особо качественного шотландского виски.
В полушутку-полусерьезно посетовав, что не захватили с собой исследователя, который мог бы взять образцы, провести трепанацию и изучение в интересах науки удивительных нежитей, Риккардо, Баюн и Волькер развернулись и, опасливо поглядывая по сторонам, осторожно отправились обратно на шхуну. Позади еще долго слышалось, как мертвецы лопочут и стучат заступами, до тех пор, пока путешественники снова не вышли на берег и шум прибоя заглушил остальные звуки. Мужчины решительно направились к месту, где была оставлена шлюпка, но не обнаружили ни ее, ни гребцов – они пропали.
- Черт возьми, - выругался Баюн. – Только не говорите мне, что на острове сейчас время завтрака. Сэр Томас, с кислой миной ковырявший в этот момент овсянку у себя в замке, выразительно икнул.
- И что делать, возвращаться на корабль вплавь? - Попробуем найти наших матросов. Как знать, может быть их уже превратили в зомби, а может их что-то напугало и они отчалили, не дождавшись?
Баюн закрыл глаза и сосредоточился:
- Можете отвернуться, - предупредил он спутников. Те напротив, с интересом уставились на уссурца, ожидая того, что должно произойти. – Ну, и да, разговаривать в этой форме я не смогу.
Техническое:
2014-06-28 14:59:56 BayuN: 1V10 => 9 ; 6 ; 4 ; 7 ; 3 ; 6 ; 7 #бросок 7с6 (выносливость, шкура барса +1КД) на превращение в барса. Сложность 35 превышена – действие успешно.
Черты оборотня вновь подернуло серой дымкой, они начали расплываться, одежда стала превращаться в густую светло-серую шерсть, ноги и руки утоньшаться и становиться лапами, пальцы – когтями – зрелище впечатляющее, хотя художественно малоубедительное, и вот уже на берегу стоит хищный зверь. Барс подергал хвостом из стороны сторону, моргнул янтарными глазами и принюхался к следам на песке. Низко рыкнув, он пошел по берегу ленивой трусцой. Боцман уже знал, чего ожидать от уссурца, для кастилийца же увиденное было в новинку, но последние несколько дней были насыщены такими событиями, что оба уже почти ничему не удивлялись. Мужчины переглянулись и поспешили за необычным товарищем.
В кустах неподалеку обнаружилась шлюпка, но матросов не было, а оборотень, не останавливаясь, продолжал идти, держа нос по ветру, в направлении леса. Какое-то время приключенцам пришлось перебираться через валежник. Вскоре поваленные деревья исчезли, а тропинка, обнаружившаяся в лесу, став заметно шире, резко пошла под уклоном вверх. Видимо, она тоже вела к замку, находившемуся на вершине холма. Мужчины поравнялись с двумя зомби, но те уступили дорогу и почтительно склонили головы; впереди слышались мычание и разговоры их собратьев. Неожиданно лес вокруг и подъем закончились, люди выбрались на вершину холма, и у них перехватило дыхание. Перед ними находились высокие цилиндрические башни из черного камня, диаметром в пятьдесят, а высотой различной: стопятьдесят и даже триста футов; многие из них были под странным наклоном, но в этих ассиметричных различиях просматривался замысел архитектора, а не признак разрушения. Во все стороны от центрального здания к башням расходились сводчатые галереи, а вход в него, футов в двадцать высотой, зиял пустотой. Путь, ведущий в здание, охраняло двое скелетов, закованных в латы, с плюмажами из ярко-красных перьев на матово-черных шлемах. При приближении людей, стражники отсалютовали приподнятыми копьями, затем снова замерли и больше не шелохнулись, не проявляя признаков «жизни» и не делая никаких попыток атаковать.
Баюн что-то проворковал, не столько для того, чтобы оказаться понятым, сколько, чтобы продемонстрировать, что понимает, что делает. Не давая спутникам времени на раздумья, уссурец прошел мимо стражей…
Под сводом большой залы, которой явно пытались придать ухоженный вид, висели летучие мыши, которые не обращали никакого внимания на белесые тени, сновавшие через потолок и стены – зал был полон призраков, по углам и стенам, вместо светильников, горели болотные огоньки. В их свете бродили незрячие и ко всему равнодушные скелеты, одетые в пажеские ливреи. В дальней стене зазывно чернел лестничный проем, приглашая подняться в башню.
Из зияющего отверстия, казалось, тянуло теплом и запахом жареного мяса, Волькеру даже почудились струйки пара и аромат хмеля. Кого же еще, кроме зомби и призраков, скрывали эти каменные стены и эти бесконечные галереи, связывающие залы и высокие башни? Мужчинам пришло в голову, что сейчас их матросов могут жарить на медленном огне, но так же идущие с кухни запахи могут быть как раз признаком присутствия живых людей.
- Доброго утра, господа, - навстречу путешественникам вышла девушка в элегантном закрытом бархатном платье с оборками и бантом в виде розы на талии. Матово-черный цвет платья контрастировал с пепельно-бледным цветом лица. Черты лица ее были правильными и красивыми, но безжизненными, впрочем, макияж с использованием черных и белых тонов намекал, что человек она или нет, но женщина продолжает следить за собой.
Баюн, все еще в форме зверя, смешно отвалился на задние лапы и сел, разинув рот.
- Что привело вас в нашу скромную обитель? – казалось, или девушка вложила в свои слова сарказм?
Дурацкий день и не думал сбавлять обороты.
Вернувшись к берегу, кампания не обнаружила ни шлюпку, не моряков, которые оставались ее стеречь, не каких либо следов. Будто их всех смыло волнами.
Ну а дальше… все стало только хуже. Постоянно веселящийся северянин в мгновение ока трансформировался в дикого зверя. Молодой кастилец копнул мокрый песок носком сапога, помянул имя господа и сплюнул. Очевидно, было, что родиной этого… существа были далекие заснеженные леса Уссуры, земли, где люди охотятся в стаях вместе с волками, спят в обнимку с медведями (так значительно теплее студеными ночами) и пьют без меры.
Тем временем, большой кот, чем-то похожий на леопарда из далеких западных колоний, но со шкурой гораздо более светлой (должно быть удобной, для охоты в заснеженной местности) взял след и очень быстро вывел людей к лодке, которую моряки спрятали в кустах. Но зверюга не успокоилась и ломанулась дальше в лес.
Пробираясь через заросли, Риккардо вспомнил, что многие Уссурцы, обладающие способностью к трансформации, так же способны понимать языки зверей, птиц и прочих божьих тварей. Это значило, что уссурец вполне мог не шутить и ворону герра Дорка действительно не нравится Рик. Кастилец покосился на айзенца, как хорошо, что тот оставил своего питомца на корабле.
Цитата:
Неожиданно лес вокруг и подъем закончились, люди выбрались на вершину холма, и у них перехватило дыхание. Перед ними находились высокие цилиндрические башни из черного камня, диаметром в пятьдесят, а высотой различной: сто-пятьдесят и даже триста футов; многие из них были под странным наклоном, но в этих асимметричных различиях просматривался замысел архитектора, а не признак разрушения. Во все стороны от центрального здания к башням расходились сводчатые галереи, а вход в него, футов в двадцать высотой, зиял пустотой. Путь, ведущий в здание, охраняло двое скелетов, закованных в латы, с плюмажами из ярко-красных перьев на матово-черных шлемах.
Техническое:
=> 7 ; 6 ; 16 ; 8 #бросок (Разум+Архитектура) чтобы "понять" увиденную конструкцию
Результат: 31
Риккардо присвистнул. С вершины холма открывался действительно удивительный вид. Больше всего, расположенная внизу конструкция, напоминала какой-то древний храм, которые сила ватицинской церкви вытеснила в подобные забытые и отдаленные места. Пятнистый провожатый двинул прямиком внутрь, вовсе не обращая внимания на бродящих в округе мертвяков. У Рика похолодело внутри. Появилось желание схватить зверя за хвост или крикнуть ему «?Que estas haciendo?»*. Но белый леопард был слишком быстр, а говорить с ним сейчас было бесполезно, уссурец сам предупреждал.
Внутри было бы еще мрачнее, чем снаружи, если бы не запахи с… кухни?! «А нужна ли мертвым пища», - призадумался Рик, - «и ЧТО они едят???». Тем временем, навстречу незадачливым авантюристам вышла привлекательная сеньорина, выглядящая наиболее живой (или наименее мертвой, если вы пессимист) из всех встреченных ими до сих пор. Подбор одежды и макияжа, указывал, что она пытается поддерживать иллюзию жизни в своем внешнем виде.
Цитата:
- Что привело вас в нашу скромную обитель? – казалось, или девушка вложила в свои слова сарказм?
Скрытый текст - Техническое:
А тут я сильно жалею, что пожертвовал наком Соблазнение ради какого-то другого. Но, как говорится, нет худа без добра.
- Позвольте. – Риккардо попытался выйти вперед. Для этого ему пришлось легонько толкнуть герра Дорка. Белый леопард не мешал кастильцу, он то ли устал от постоянного бега, то ли был поражен(!) увиденным… если зверь может быть поражен хоть чем-то. Впрочем, то, что его разум должен был, постоянно переключатся, то на человека, то на зверя полностью объясняло чудачество северянина.
Скрытый текст - Техническое:
=> 5 ; 3 ; 2 ; 1 #бросок (Характер+Этикет) чтобы расположить к себе встреченную сеньориту
Результат: 10 (если мертвяки используют Кастильский или Водаччианский этикет) или 8 (если любой другой)
- Достопочтенная госпожа, простите за беспокойство. Мы всего лишь искали наших друзей, и наш… мохнатый товарищ привел нас сюда. У вас тут занятный замок в традиционном Айзенском стиле. Должно быть, архитектор долго искал нужное место, и не дожил до завершения строительства… кхм. Кажется, я забыл о приличии, да простит меня Теус, позвольте представиться. Я – Риккардо Пронто де Гайегос дель Кастилья, а мои спутники… эммм… - кастилец наконец то позволил айзенцу выйти вперед, что до огромного кота, он так и сидел высунув язык, толи от усталости, толи… от чего-то еще. Дождавшись, что попутчик назовет себя, молодой человек снова влез в разговор – А вы должно быть хозяйка этого места? Может сможете помочь нам в нашей беде?
__________
* Что ты творишь?! (исп.)
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
А вернуться на корабль сегодня было не судьба: матросы со шлюпкой словно испарились.
Превращения уссурийца так и не стали для боцмана чем-то обыденным, но и не удивляли. Человек на глазах превратился в большую белую кошку. Кажется, подобные звери жили в горах... но не важно. Важно то, что Баюн взял на себя роль ищейки (Кот-ищейка, дожил!), после чего вся троица отправилась на поиски хотя бы шлюпки.
Ну. шлюпку нашли, а вот люди где? Кот повел прямо к замку. Встречная нежить была настроена миролюбиво и уважительно, даже скелеты в доспехах отсалютовали гостям, а не бросились на них. День становился все интереснее. Баюн в образе горной кошки решительно направился в замок, так что ничего не оставалось, как идти за ним.
А в замке... ничего. Скелеты в ливреях чинно расхаживали по залу, словно слуги, а встречать вышла весьма интересная дама. Только... безжизненная какая-то. Роль дипломата взял на себя Рикардо, что позволило выкроить время для детального осмотра. Кстати, пахло кухней и... выпивкой? "Кто-то живой пьянствует. Вопрос: сколько этих живых тут и нет ли среди них наших матросов?" - подумал Волькер.
А уссуриец явно выпал из реальности. Ну не видел айзенец никогда котов, с открытым ртом глазеющих на кого-либо.
Кстати, пришел его черед представляться.
- Волькер Дорк, - представился боцман и замолчал, давая кастилийцу оттянуть разговор на себя. Дворянин же. Ну, что-то в поведении женщины говорило о ее высоком статусе. Хотя бы здесь. Надо быть внимательнее. может, что еще приметить удастся... и сколько на кухне человек пьет, а?
Скрытый текст - бросок:
Разум+ Обостренные чувства 3с2 10,5,10,3,4 =27
Обе персоны интересующие Фаррела нашлись на камбузе.
- Доброго дня, - поприветствовал их О'Брайен. Не увидев хозяина помещения добавил:
- Обед сегодня добываем сами?
... но не успела кастилийка что-то ответить, как в камбузе появился новый гость.
"Ait eigin bhfaca me e. Ar an gcaoi cheanna a chonaic me gan dul go dti an ait seo.*" Виски делал мир красочней, но вытворял какие-то кунштюки с памятью.
Точно. Тот самый книгочей, который помогает старому умнику.
- Да, сэр, так точно, сэ-эр. Вы голодны, или старый мистер послал за снедью? Кухарь-дармоед еще и не стряпал ничего. Вот как бывает, когда боцман в отлучке...
*Где-то я его уже видела. Точно видела, не сойти мне с этого места. (гаэльск.)
Лусия быстро оглядела камбуз, кивнула Эсси и только собралась ответить, что заглянула сюда просто так, от скуки, как появился молодой человек, который так прекрасно читает письма на разных языках.
Кастилийка кивнула и ему и присела на лавку у стола.
Эсси затараторила, обращаясь к вновьприбывшему, а Лусия потянула носом, посмотрела на кувшин, взяла с полки кружку и плеснула немного себе.
После этого вопросительно посмотрела на присутствующих.
Цитата:
Сообщение от Franka Посмотреть сообщение
- Да, сэр, так точно, сэ-эр. Вы голодны, или старый мистер послал за снедью? Кухарь-дармоед еще и не стряпал ничего. Вот как бывает, когда боцман в отлучке...
Фаррел несколько секунд помолчал, осматривая камбуз. Похоже было, что сначала в нем собирались готовить, но затем решили провести тщательный обыск.
- Надеюсь нашего боцмана покормят в замке, но ведь есть еще и капитан. Да и остальных голод вряд ли обрадует, - сказав это инисморец вслед за кастилийкой плеснул себе из кувшина. Посмотрев не требуется ей еще либо что, вновь обратился к юнге, - как твое здоровье?
"У каждого предприятия должен быть хороший план!" внушал когда-то давно в одном кабаке Джакозе знакомый контрабандист. Собственно, план путешествия при всей своей простоте казался безупречным - провести время преимущественно в состоянии алкогольного опьянения.
Сейчас, когда инциндент с вором-невидимкой вроде бы был исчерпан, вполне можно было вернуться к плану. В конце концов, разве впереди у них не скучное путешествие в Монтень?
Джакоза вошел в камбуз. Там оказалось несколько оживленнее, чем предполагалось. Что ж, тем лучше.
Цитата:
- Надеюсь нашего боцмана покормят в замке, но ведь есть еще и капитан. Да и остальных голод вряд ли обрадует, - сказав это инисморец вслед за кастилийкой плеснул себе из кувшина. Посмотрев не требуется ей еще либо что, вновь обратился к юнге, - как твое здоровье?
-Здоровья честной компании. И удачи. Что еще нужно... - Джакоза заглянул в кувшин и, пробурчав себе под нос "разве что промочить голо", плеснул содержимое себе в кружку, - в море? Удивлен, что ты не отправился в замок - разве копателям древностей не интересны подобные вещи?
Последний вопрос был скорее риторическим, он бы и сам не полез бы в замок бесплатно ибо был сыт по горло чудесами.
Я – Риккардо Пронто де Гайегос дель Кастилья, а мои спутники… эммм… - кастилец наконец-то позволил айзенцу выйти вперед.
- Волькер Дорк, - представился боцман.
– А вы, должно быть, хозяйка этого места? Сможете помочь нам в нашей беде?
– М-м-м, можете звать меня Бэлла, - протянула женщина. – Признаю, вы удивили меня, хоть я и знала о вашем визите, – не обращая внимания на вскинутую бровь собеседника, она совершила подобие книксена и довольно неожиданно закончила разговор. – Пользуясь случаем, имею честь пригласить вас на обед к сэру Томасу Вурсту.
– Но позвольте… - начал было Риккардо, но Бэлла посмотрела на него таким взглядом, что молодой человек осекся и прикусил язык.
Женщина повернулась к барсу, подошла к нему и посмотрела в глаза. Тот утробно рыкнул, но не шелохнулся. Неожиданно Бэлла наклонилась и поцеловала животное между ушей.
Техническое:
2014-06-30 20:27:22 Sunny: 1V10 => 8 ; 3 ; 7 ; 5 ; 12 ; 3 ; 6 ; 2 ; 3 ; 4 #бросок 10с5 - создание нити Чаш
2014-06-30 20:29:33 Sunny: 1V10 => 7 ; 2 ; 6 ; 6 ; 2 ; 6 ; 12 ; 3 ; 6 ; 1 #бросок 10с5 - создание нити Чаш
2014-06-30 20:29:37 Sunny: 1V10 => 8 ; 9 ; 7 ; 6 ; 4 ; 1 ; 2 ; 4 ; 8 ; 3 #бросок 10с5 - создание нити Чаш
2014-06-30 20:29:42 Sunny: 1V10 => 2 ; 14 ; 9 ; 4 ; 7 ; 18 ; 7 ; 8 ; 2 ; 2 #бросок 10с5 - создание нити Чаш.
С четвертой попытки (4 кубика Драмы) Сорте Стрега удалось создать новую нить Судьбы
«Что она делает? Неужели она?..» - мелькнула смутная догадка в голове кастилийца. «Дело дрянь». Девушка потрепала лохматый загривок барса и снова повернулась к людям.
– Прошу вас воздержаться пока от вопросов и следовать за мной.
Баюн поднялся на четыре лапы и, клацая когтями по каменному полу, послушно поплелся за хозяйкой дома. Боцману и бретеру не оставалось ничего другого, как последовать за ними. Как ни старался Риккардо по дороге разговорить странную женщину и как ни силился разглядеть что-нибудь в полумраке комнат Волькер, им все же не удалось получить сведений, которые могли бы удовлетворить любопытство. Ни прямые вопросы, ни намеки не возымели действия. В конце концов, мужчинам пришлось удовольствоваться полученным приглашением на обед и молча следовать по коридору за хозяйкой.
Оба рассудили, что раз следы, по которым шел оборотень, привели в замок, то судьба пропавших матросов вскоре выяснится.
В зале, в который они вошли, находилось около десятка странных созданий. Некоторые из них были еще вполне человечны, большая же часть высохла до состояния скелетов, с пустыми глазницами, у двоих, напротив, были жуткие светящиеся глаза. Они выстроились вокруг стола или прохаживались вдоль зала и, похоже, ожидали появления хозяина дома, чтобы сесть после него, как того требовала традиция. Казалось, существа незаметно смотрят на вошедших, последние тоже с опаской и любопытством изучали комнату. Она была украшена гербовыми знаменами, черными гобеленами с изображением нежитей и ярких расцветок крещенитскими коврами. На двух больших столах дымились котлы с горячим и теснились блюда с холодными закусками, салатами, рыбой, креветками и икрой; корзины с хлебом, сыром и фруктами и кувшины с элем дополняли сервировку.
Словно только их и ждал, в дверь с другой стороны зала вошел среднего роста щуплый мужчина. О том, что это мужчина, говорила густая, ухоженная черная борода. Костюм его был фривольным по меркам любого двора и являл собой женское платье неприлично розового цвета со шнуровкой спереди, открывавшей впалую волосатую грудь. Длинные черные волосы, не связанные повязкой, ниспадали на плечи, глаза были подведены, а губы накрашены.
Волькер и Риккардо, которые еще недавно считали, что их уже ничем не прошибешь, замерли, как вкопанные. Баюн зарычал, шерсть на его загривке встала дыбом.
- О, какой милый котик!
Мужчина в женском платье взял фужер с красным вином с подноса и повернулся к гостям:
- Что же вы стоите, господа? Присаживайтесь за стол и давайте знакомиться, – он подмигнул мужчинам, отчего кастилиец густо покраснел, - меня зовут сэр Томас Вурст. Но для друзей просто… сэр Томас.
Сэр Томас пригубил вино и опустился на стул во главе стола. Бэлла осталась стоять позади господина, а нежити поспешили последовать его примеру и занять свои места. Один из скелетов, помельче ростом и в ливрее слуги отодвинул от стола два стула, жестом приглашая людей присоединиться к трапезе. Вурст загадочно улыбнулся и попытался разговорить гостей.
- Что же вы стесняетесь? Так редко удается побеседовать с живыми людьми, прошу, господа, окажите мне такую любезность!
Тем временем в камбуз зашел еще один пассажир - одноглазый победитель медведя.
Цитата:
Сообщение от Shkloboo Посмотреть сообщение
- Удивлен, что ты не отправился в замок - разве копателям древностей не интересны подобные вещи?
- Как выяснилось, я пропустил приглашение.
Лусия оглядела присутствующих, опустошила кружку и предложила:
- А не прогуляться ли нам? Тут, кажется, недалеко селение есть.
При этом она вопросительно смотрела на Фаррела.
- Предположительно пиратское. Вы хочите приключений?
- А вам нравится скучать здесь, на корабле? К тому же, возможно, эта вылазка может оказаться полезной? - тут в голосе кастилийки прозвучала неуверенность, и она посмотрела на Эсси и Джакозу, потом опять на Фаррела и чуть пожала плечами. Щеки девушки раскраснелись, глаза блестели.
Удивленный напором Лусии, Фаррел замер, задумчиво глядя ей в лицо.
Последний раз редактировалось Талер; 01.07.2014 в 00:51.
Девушка с вежливым удивлением наблюдала, как кастилийка, не поморщившись, глотнула первосортного виски, каковому случалось вышибать слезу даже из прожженных инисморских пьянчуг своей ядреной можжевеловой крепостью. "Breathnaionn mhaith iad seo an virtues an chuid is mo i bhfolach."*
Хмыкнув, она хотела отобрать кувшин, но ученик профессора успел первым.
Цитата:
Сообщение от Фаррел
- Надеюсь нашего боцмана покормят в замке, но ведь есть еще и капитан. Да и остальных голод вряд ли обрадует. Как твое здоровье?
_Тут уж бабушка надвое сказала. Может покормят, а может и скормят кому. Замок-то этот страховидный, это ж самое то место, чтоб там всякие непотребства творились. Или селились. Ну, боцман наш хват, кому попало себя сожрать не даст. Да и не один он, я чую, отправился... - Эсси проводила взглядом кувшинчик и, улучив момент, снова им завладела. Никаких сомнения - асквибо никуда не делось, и ядрености в нем не убавилось. Может, господ тоже думы какие гложут? Она потерла перевязанную руку. - Здоровье-то? Так, копчу помаленьку, сэ-эр. Вы очень добры, сэ-эр. Бывало и получше, это верно.
Цитата:
Сообщение от Джакоза
-Здоровья честной компании. И удачи. Что еще нужно в море?
- к импровизированной пирушке присоединился бесстрашный погубитель медведов. Выглядел он куда лучше, чем когда Эсси видела его в последний раз. Теперь уроженец Водачче не шатался. Но явно намеревался это исправить. Глядя, как в его разверстую пасть льется виски, девушка вздохнула. Она наполнила кувшин снова и протянула Джакозе:
- И вам добрейшего здоровьичка, синьор. Вздрогнем?
Тем временем, выпивка, похоже, пробудила в Лусии спящий до поры авантюризм.
Цитата:
Сообщение от Лусия
А не прогуляться ли нам? Тут, кажется, недалеко селение есть. Вам нравится скучать здесь, на корабле? К тому же, возможно, эта вылазка может оказаться полезной?
Эк оно как.
- Да скорей всего пиратское и есть, сеньорита. Иначе капитан послал бы туда шлюпку. Нам ведь и лес корабельный нужен, и харчи свежие, и вода, и в команде... - Эсси поморщилась, вспоминая штормовые вахты почти без отдыха, - ... нехватка зверская. Ан нет, не послал. А ну как там дружки Гарри, и знали те дружки, что Гарри на наше судно охотится почал. И перережут нас тогда, как поросят молочных, как Гарри с нами не окажется. Оно, конечно, если Гарри там ни при чем, альбо вообще на ножах с местными... автохтонами... тут совсем другой коленкор выходит.
Она снова отхлебнула из кувшинчика и почесала в затылке.
- Я вот что думаю - зря капитан этого колдуна монтеньского просто так, за здорово живешь с бумагами отпустил. Надо было его лазутчиком на остров заслать. Что разнюхал обстоятельно, что да как. Верно говорю, господа хорошие?
Виски творил чудеса. Он стирал сословные различия и открыто насмехался над правилами приличия. А также вызывал к жизни фонтаны красноречия, тем более обильные, чем меньше оставалось можжевелового зелья.
Девушка обвела присутствующих острым взглядом.
- Кто как, а я в разведку хоть сейчас. Только Ланнигану провианта отнесу скоренько. "Аgus ar shiul o se..."**
Техническое:
Героиня поддерживает инициативу. Кстати, взять гребцов мы не сможем, т.к. для этого надо будет отпрашиваться у капитана.
А еще в кувшинчике чистый, неразбавленный виски.
* Видать, это и есть те самые скрытые достоинства. (гаэльск.)
** И подальше от него. (гаэльск.)
Слушая паренька Джакоза добрался до закуски. Закусь была недурна, чего нельзя сказать о их положении - кораблю, оказывается, нужен ремонт (проклятый шторм!), да и пополнить припасы было бы не лишним. Еще и команда из раненых да пленных пиратов.
Цитата:
- Я вот что думаю - зря капитан этого колдуна монтеньского просто так, за здорово живешь с бумагами отпустил. Надо было его лазутчиком на остров заслать. Что разнюхал обстоятельно, что да как. Верно говорю, господа хорошие?
-Колдун бы нам так разведал, что мы бы потом не то что его - себя бы не нашли, - несогласился охотник за головами наполняя себе кружку, - а вот посетить остров может быть хорошей идеей. В конце концов, если уж говорить о мести "друзей Гарри", то у нас этих "друзей" пол корабля. Не удивлюсь, если на суше никто и не слышал о его встрече с нами. И если нашим новым товарищам не дать сойти на берег - так и не услышат.
-И все-таки определенный риск в этом деле есть, - Джакоза покосился единственным глазом в сторону то ли Фаррела, то ли Люсии и залпом осушил кружку.
- Так что же мы сидим? - виски явно лишило Лусию застенчивости и сдержанности.
Она вскочила, чуть покачнувшись, и с воодушевлением взмахнула руками.
- Что зря говорить о риске? Риск есть всегда, когда отправляешься в неизвестное место. Мы будем осторожны и внимательны, и ничего с нами не случится.
-Похвальный энтузиазм, - отметил решительность кастилийки Джакоза и не без некоторого сожаления поднялся из-за стола. Покидать застолье не хотелось, но все-таки прогулятся к буканьерам (у которых тоже есть кабак) было бы весьма полезно.
Даже если у Гарри и были друзья, лучше будет узнать о них раньше, чем те узнают о "Альбатросе". А если "друзья Гарри" уже знают о его атаке на "Альбатрос", то в любом случае безопаснее столкнуться с ними на острове, чем в морском бою. Корабль поврежден, много раненых и полкоманды пиратов... как раз с корабля того самого Гарии, будь он неладен.
-Смелость города берет, - отметил одноглазый охотник за головами, - и все таки не забудьте вооружится. Лишним не будет. Я буду ждать на палубе.
Самому ему еще предстояло захватить из каюты шпагу (кошелек от теперь таскал при себе, а вот шпага скрепя сердце оставлял в каюте - мешалась). Мероприятие вовсе не казалось особенно опасным,(что творит с людьми алкоголь!) в конце коцов юнга, как показало "Сражение за госпиталь", неплохо управлялся с ножем, да и сам Джакоза несмотря на раны был опасным противником.
Цитата:
Сообщение от Джакоза
-Смелость города берет, и все таки не забудьте вооружится. Лишним не будет. Я буду ждать на палубе.
- Нам бы взять шлюпку малую, что по левому борту. Такая, с красной полосой. Эта целая, я же и конопатил, еще до заварухи. В аккурат вчетвером с ней управиться сможем. Я провианту соберу, чтоб нам там, на суше кору жрать не пришлось, не ровен час.
Безумная эскапада на глазах станвилась все реальнее и ощутимее. Эсси это очень нравилось - ощущение, что она сама распоряжается собственной судьбой, а не тупо исполняет чьи-то приказы.
Цитата:
Сообщение от Лусия
-Что зря говорить о риске? Риск есть всегда, когда отправляешься в неизвестное место. Мы будем осторожны и внимательны, и ничего с нами не случится.
- Эх, сеньорита, эти бы речи да вашему Пророку бы в ... уши. - Эсси ухмыльнулась и оценивающе оглядела точеную фигурку кастилийки. - Если этакая мисс-Я-вчера-из-под-маменькиного крылышка-выглянула заявится в моряцкий поселок, то надо бы ей восьмифутовый шест лупильный заготовить сразу, чтоб... оборочки на платьице не помялись. Очень вы там приметной особой окажетесь, словом. В аккурат лакомый кусочек. И на наши головы через то может тумаков достаться сверх всякой меры. Чтоб, сталбыть, не встревали. Тут иная одежа потребна, сеньорита. - Со значением подытожила девушка и посмтрела на Фаррела. Тот молчал. Она пожала плечами и принялась собирать в большую плошку мясо, яблоки и размоченные сухари. Налила эля в глиняную кружку с крышкой, наполнила кувшинчик виски, поставила плошку на голову и сообщила:
- Звиняйте, господа, мне старшОго подкормить надо. Где головорезы не справились, там жажда с голодухой преуспеть могут. Мигом обернусь и к шлюпке прибуду. Одна нога здесь, другая там! - Подхватив кружку и кувшин, Эсси отправилась в лазарет. Она лавировала между канатными бухтами, подныривала под приспущенные снасти и балансировала на сходнях, не позволяя ни кусочку выпасть из плошки.
Ланниган сегодня выглядел куда бодрее. Он полусидел на койке и травил пошлые байки.
- А он ей и отвечает " Да я только чуть краешек килта приподнял!" - закончил он очередную под гогот выздоравливающих. Эсси хмыкнула - эта история про пьяного парня из Марок, которому веселые девицы повязали бантик (понятно, на какое место), ходила и по Маркам и по графствам Инисмор как быль про близкого знакомого каждого рассказчика.
Ланниган, тем временем, со значением принюхался.
- Глянусь громом! Запахло пойлом старого Ангуса МакЛеода, черт меня подери! - возопил он, под одобрительные возгласы с соседних коек. Уворачиваясь от цепких лапищ, девушка подошла к его постели и улыбнулась.
- Dia duit, Lannigan. Conas ata do shlainte? Thug me tu rud eigin a ithe.*
- Is e sin ceart. Ach gan an guys Nil me ag dul go dti.** Парни тоже жрать хотят, верно?
Хор почти десятка глоток был ему ответом. Эсси притворно покачала головой и пустила плошку по койкам. Скоро туда же последовал и кувшинчик. Глаза раненых довольно заблестели - нечасто им в море выпадал случай вспомнить вкус первосортного виски из Марок.
- Как же ты старого Челюстино уломал на такое царское застолье? - крикнул рябой монтенец с дальней койки. - Этот Un vieux ladre*** за гнилой сухарь удавится!
Эсси хитро улыбнулась.
- Скажем так, я нашел до того, как кухарь потерял. Только вот, - мрачно собщила она, - бочонок тот и без меня дно показывал. И мешки с сухарями тоже не сегодня завтра. Как бы шнуровку от сапог капитанских жрать не пришлось. Якорь мы бросили в виду у островка одного. Там, похоже, харчами разжиться можно.- Дождавшись радостного отклика, она продолжила под пристальным взглядом Ланнигана. - Только есть одна закавыка - как бы на островке этом пиратских дружков Гарри не оказалось. Если б нашелся хват, чтоб на землю эту шлюпкой метнуться, да разузнать все как есть...
Ланниган не выдержал:
- ...и ты, в каждой бочке затычка, решил этим хватом и стать. Эх, выдрать бы тебя, сопляка, за все твои проделки...
- Не замай мальчишку, десятник. - Подал голос закутанный в бинты по самые брови чернобородый здоровяк. - Станет нечего жрать, придется на рожон лезть. А он мелкий, что твой хорек в любую дыру пролезет, все узнает. Безобидный он на вид - чего от такого скрывать? Хорошее дело удумал пацан.
- Точно!
- Верно!
- Пусть сидит, совсем стыд потеряли! Детей на погибель посылать, а самим в тепле задницы просиживать?
- Этому сопляку палец в рот не клади, по плечо отхватит! Пусть идет!
Ланниган помрачнел. Он понимал, что девушка ловчит и манипулирует, но общественное мнение было вовсе не на его стороне.
- Слушай сюда, засранец. Если через двое суток ты не вернешься сюда и не попросишь прощения за то, что сейчас учудил, я поплыву за тобой, найду тебя, и отлуплю так, что неделю сидеть не сможешь. Пшел прочь, чтоб глаза мои тебя не видели. Жратвы только возьми, и одежу потеплей, наказанье ты мое...
Эсси было стыдно, так, что горели уши. Но она понимала, что лучше больше ничего не говорить, иначе о добром расположении Ланнигана можно забыть. Узнай он, что все было решено заранее, ни в жизнь бы не простил.
Девушке почему-то очень не хотелось терять симпатию этого грубоватого, но славного и по-своему доброго человека.
Кивнув, она выбежала из лазарета.
В кубрике она достала из сундучка теплый плед, чистые бинты, положила в поясную сумку последнюю горсть анчоусов. Когда пальцы наткнулись на круглую коробочку, Эсси прикусила губу. Она так и не смогла выбросить его подарок. Не могла и теперь. Ругая себя последними словами, девушка засунула пряно пахнущую штучку поглубже в сумку.
Теперь за припасами!
Вскоре Эсси, волоча за собой узел с мясом, сухарями и бочонком пресной воды добрела до шлюпки и перевела дух.
Техническое:
Героиня тонко намекает Лусии на необходимость временно сменить имидж. Она также поставила команду в известность о намечающемся рейде. Это даст надежду на спасательную операцию в случае провала.
Опишите, пожалуйста кто-нибудь дорогу до острова и высадку, а?
*Привет, Ланниган. Как здоровье? Я тебе поесть принес. (гаэльск.)
** Это правильно. Только без парней я есть не стану. (гаэльск.)
*** старый скупердяй (монтенск.)
Кастилец и айзенец сочли правильным воспользоваться приглашением дворянина. После всех увиденных странностей Риккардо охватило сильнейшее безразличие. Не смотря на, авантюрную натуру, сейчас молодой человек сильнее всего жалел, что покинул родину.
Бывший студент взял графин с вином и пригубил прямо с горла. Закончив, он вернул сосуд на прежнее место и взялся за очистку апельсина. Откинувшись на стуле, кастилец обратился к аристократу.
- Сэр Томас, какой занятной персоной вы являетесь. Судя по имени и титулу, вы авалонец, если судить по имени рода то вы айзенец, а если по внешнему виду, - тут молодой человек попытался придать своему лицу надменный и безучастный вид, что пир виде графа в дамском туалете было не так просто, - вы должно быть монтенец? На той неделе, когда я покидал материк, в Шаруа был популярен куда более пышный фасон. До вас тут, наверное, новости редко доходят?
Техническое:
Цитата:
=> 2 ; 2 ; 9 ; 4 #бросок 4к3 (разум+стиль) то ли чтобы впечатлить графа, то ли чтобы понять ЧТО он(оно) из себя представляет
Результат: 15
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Лусия вслед за Эсси тоже покинула камбуз. Слова о другой одежде не шли из головы. Конечно, "юнга" прав. И даже выпитое виски не мешало кастилийке понимать это.
Добравшись до каюты, она раскрыла свой баул и вынула сверток, из которого как-то достала для Баюна рубаху брата. Теперь, когда Лусия знала, что Алваро жив-здоров и даже благоденствует, она разложила на кровати одежду без всякого трепета. Выбрав штаны и рубаху самого простого покроя, она переоделась, добавив к наряду высокие сапоги и длинный жилет со множеством карманов. Волосы заплела в косу и спрятала ее под платок, узел которого завязала над левым ухом.
Прихватив пистолет и шпагу, Лусия внимательно посмотрела на себя в зеркало, вздохнула и пошла на палубу, туда, где, по ее рассчетам, должна находиться шлюпка с красной полосой.
Так как все сборы Джакозы включали в себя только экипировку шпагой, то у шлюпки он оказался быстрее своих товарищей по экспедиции. Таким образом, он успел засвидетельствовать как похвальную запасливость Эсси, так и чудесное преображение Люсии.
-Вы владеете шпагой, сеньорита? -отметил Джакоза арсенал последней (а вот замечания по поводу её потрясающей похожести на парня-пирата он умудрился удержать за зубами), - вы полны талантов.
Теперь, когда приготовления были позади, можно было начинать экспедицию.
С самого появления на острове, Баюн чуял запах тлена и разложения. Замок, стоявший на холме, был его центром, источником, а от женщины, вышедшей навстречу ему и двум его спутникам, веяло дыханием самой смерти – поэтому уссурец настойчиво пытался изучить ее получше, рассмотреть, унюхать звериным носом любую опасность. Животная интуиция подсказывала, что женщина опаснее всего, с чем он сталкивался раньше. Но, к вящему удивлению оборотня, чуткий нос не почуял в незнакомке абсолютно ничего, что могло бы стать предупреждением о том, что случится позже. Глаза и нос видели перед собой обычную женщину, чуть более бледную и холодную, чем это позволяет больной покидать постель, но без запаха разлагающейся плоти и влажной земли, пропитанной грибными спорами, который шел от зомби, встреченных ранее. Определенно, женщина перед ним была странной. Что она такое? Если зомби или живой труп, то как понимать аромат монтеньских духов, модное платье и учтивые фразы, произнесенные с едва заметным придыханием и выдержкой театральных пауз? Так по-женски…
Когда женщина представилась и наклонила голову к зверо-человеку, он заерзал на полу, но, не зная, чего ожидать, не пошелохнулся.
- Ты мой, - посмотрела в глаза чародейка. – Н-не-е-ет. - Мысленно ответил уссурец, одновременно испытывая удивление, страх, злость и непреодолимое желание согласиться.
Бэлла едва заметно коснулась его губами и потрепала по загривку. Прикоснувшись к нитям чужой судьбы, Сорте Стрега любовалась результатом своей работы...
- Прошу вас воздержаться пока от вопросов и следовать за мной.
Все еще испытывая смешанные чувства, Баюн обреченно поднялся на четыре лапы и поплелся за женщиной, которая явно щеголяла платьем и фигурой. Он не мог бы сказать, что произошло, но внезапно Бэлла показалась ему кем-то забытым и близким, вроде старой знакомой кошки, ведущей котенка. Умудреная опытом, знающая, ей можно довериться, иди за ней… Разум шептал, что эти ощущения - наваждение и обман, но сердце гоняло кровь по кругу, и мышцы сами двигали тело вперед.
Банкет в большом зале оказался столь же гротескным и неправильным, как весь остров. Из живых гостей за столом присутствовали лишь люди с «Альбатроса» и, кажется, хозяин замка, но уссурец предпочел бы иметь дело с еще одним упырем. Томас Вурст явно был сумасшедшим. Пользуясь тем, что хозяин замка, вероятно, принял его за ручное животное, уссурец обнюхивал комнату и ее «обитателей» не столько в поисках чего-то конкретного, сколько «по привычке».
Скрытый текст - Техническое:
1V10 => 4; 4; 8; 8; 5 #бросок 5с2 на проверку восприятия (нюх) Баюна. Результат 16 - чуть выше среднего. Ничего особенного не унюхано, кроме, безусловной принадлежности всех присутствующих к нежити, за исключением гостей и Вурста. Ч.т.д.
Вурст тем временем забавлялся беседой с людьми, кастилец отвечал ему в том же полушутливом-полудерзком тоне.
- Сэр Томас, какой занятной персоной вы являетесь. Судя по имени и титулу, вы авалонец, если судить по имени рода то вы айзенец, а если по внешнему виду, - тут молодой человек попытался придать своему лицу надменный и безучастный вид, что пир виде графа в дамском туалете было не так просто, - вы должно быть монтенец? На той неделе, когда я покидал материк, в Шаруа был популярен куда более пышный фасон. До вас тут, наверное, новости редко доходят?
- Верно, - согласился граф, - я бы много отдал за нормальное сообщение с материком, но моих подопечных там не жалуют, а почтовые корабли обходят остров стороной. Удивлен, что вы добрались до замка, не переполошив все местное население. – Граф хмыкнул, сделал паузу и попробовал поднесенный ему сервантом стейк. – М-м-м. Ist lecker... Но мода – тема скорее для юных монтеньских дев или будущих выпускниц пансиона Вестини. То, о чем я хотел бы с вами поговорить, мне кажется, больше интересно мужчинам...
Волькер не был уверен, но ему показалось, что причиной смены темы разговора стало еле заметное движение руки Бэллы, стоявшей за плечом господина. Во время возникшей паузы она наклонилась к уху графа и шепнула ему пару слов. Тот, не оборачиваясь, кивнул головой и, немного подумав, задал гостям вопрос:
- Как вы относитесь к науке?
- О, да! – воскликнул немного невпопад Риккардо. – Я к ней отношусь!
- Es Ist Prachtig! Прекрасно-прекрасно! – Вурст радостно потер руки и взглянул на кастилийца дружелюбнее. – В таком случае вы меня поймете. Я, знаете ли, врач, и могу поднимать мертвых, но, как видите, - он обвел рукой комнату, указывая на нежитей-слуг, - результат пока не совершенен. Я могу восстанавливать поврежденные и отмершие ткани, но не умею оборачивать время вспять и возвращать в тело душу. Не сочтите за богохульство, уж не знаю, существует ли душа на самом деле, но налицо некоторые побочные эффекты, затрагивающие разум пациента, работу нервной и секреторной системы, а также костных тканей. Но, чувствую, подробности вам малоинтересны.
Риккардо попробовал возразить, но граф лишь отмахнулся и не дал себя перебить.
- Благодаря помощи моей очаровательной Бэллы, мы в состоянии компенсировать некоторые недостатки работы… - тут Вурст запнулся, словно чуть не сказал лишнего, - моей работы, но все же мне нужен новый материал для исследований. Возможно, духовные связи уссурцев с разумом или душой животных могли бы стать тем сокровищем, которого не хватает в копилке наших знаний. Это большая удача, что, наконец, к нам заглянул живой и почти здоровый маг из заснеженной страны!..
Граф окинул гостей оценивающим взглядом, задержав его на барсе, в напряжении замершем в углу, и продолжил:
- Сокровищнице замка, смею уверить, позавидует любой принц Водачче, а кухне – монтеньский Король. И мои скромные запасы в вашем полном распоряжении. – Вурст усмехнулся в бороду и вытер ее салфеткой, откидываясь на спинку стула. – Просто потому, что вы мне нравитесь. Вы... и ваш лохматый друг.
Звуки смеха перекатились по залу, и их эхо показалось Баюну страшнее прямых угроз. Он осторожно начал пятиться к выходу.
Волькер сжал железный кулак, а рука Риккардо легла на клинок…
Скрытый текст - Техническое:
Вурст недвусмысленно предлагает путешественникам продать ему Баюна :D
Чего-чего айзенец не ожидал, так это… в общем, как должен выглядеть некромант? Ну, Волькеру бы пришел на ум черный балахон, посох, и прочее в том же духе, но вот платье… мужчина в платье…. Это было уже слишком!
Ну, мало ли как кто одевается, может, это была типичная жертва анекдотов про монтеньскую моду… но поведение показывало, что все еще хуже. Боцман взглянул на потолок, спрашивая: кто там устроил им подобную встречу?
Впрочем, Дорк не отказался сесть за стол, хотя к вину не притронулся.
Дальше – пуще. Некромант предложил продать уссурийца. Ну, то, что он догадался о подлинной природе кота, не было удивительным, маг же, но вот такая сделка…
- Нет. Мы не крещенты, и никогда не промышляем работорговлей. И... вам бы это тоже было бы невыгодно. Просто с котом всегда идет одно… ну, приложение. И не самое лучшее, - ответил Волькер.
Теперь вопрос: насколько этот ученый стремится быть гостеприимным и насколько ему нужен новый подопытный?
Ну, фраза про «приложение»… если ученый все решил, то хотя бы должен поинтересоваться, что айзенец имел в виду. Не факт, что тогда история сработает и отобьет у него желание покупки, но почему бы не попытаться?
Хотя бы блюдо с горячим супом или фужер с вином можно успеть пододвинуть к себе поближе. А потом и погреметь железом и чьими-то костями. Это всегда успеется.
Как ни странно, граф не стал настаивать. Будто ничего не случилось, он спокойно взял с тарелки зажаренную до хрустящей корочки птичью тушку и отломал кусок.
– Самая вкусная дичь – перепел, – сообщил граф Волькеру доверительно, для наглядности взмахнул в воздухе перепелиным крылышком и невозмутимо продолжил жевать. – А знаете, почему я не люблю на них охотиться?
Волькер отрицательно помотал головой. Баюн затравленно осматривался по сторонам, Бэлла, казалось, не смотрела на гостей и делала вид, что ей интересны развешанные в зале гобелены.
Покончив с одним крылышком, граф отбросил косточку на блюдо и отломил второе крыло от румяной тушки.
– Перепела слишком ленивы. Даже если промахнуться, птица взлетает недалеко и тут же снова садится. Не обязательно использовать собаку, не обязателен даже меткий лук. Слишком просто. Птицу можно даже поманить колокольчиком – и вуаля, она уже подошла ближе, прицелиться становится совсем просто. Младенец попадет.
Взяв бокал с вином, услужливо наполненный слугой-нежитью, Вурст залпом опорожнил его и громко водрузил обратно на стол. С удовольствием причмокнул губами и провел по ним салфеткой.
– Простите, – вновь обратился он к боцману. – Но я запамятовал ваше имя? Помню только, что оно тоже айзенское?
Боцман напомнил.
– Дорк, – медленно повторил граф, и боцману показалось, что его фамилию смакуют, как перепелиное крылышко. – Знавал я одного Дорка, хороший был парень… но любил деньги. Слишком просто охотиться на перепелов. И все же мне действительно нужно закончить работу. Даже, не знаю, как быть? Постарайтесь помочь мне в решении проблемы, хм, добровольно, – сказал он, не вдаваясь в детальное объяснение. – В конце концов, это в ваших же интересах. Кстати, что вы имели в виду под приложением?
Техническое:
Пока вторая пати тянет резину, потяну и я сцену с графом еще один постик. Кстати, граф выиграл встречный бросок ораторства с двойным подъемом у Рика, следовательно должен убедить всю пати в том, что последствия отказа будут критичны... уж попробуйте отыграть хоть минимальный испуг или злость и работу мысли. Получите драму. И, возможно кое-что еще... Увидимся)
Под шум волн и скрип весел лодка приближалась к берегу. Физический труд (а Джакоза работал веслом) и свежий воздух стимулируют мыслителный процесс, поэтому охотник за головами выдал несколько свежих идей.
-Если нас будут спрашивать, лучше не называть наш корабль, а придумать что-нибудь, другое название, там "Чайка" какая-нибудь, или "Пеликан", - посоветовал он своим товарищам по приключению, - а еще можно распросить местных про Гарри, так мы найдем его друзей и союзников - чтоб им провалится! - раньше, чем они нас.
"Давненько я не работал веслом, - размышлял Джакоза, - помнится, главное - это смазать уключины маслом".
Охотник за головами покрутил головой, его единственный глаз искал нет ли у острова другого корабля, кроме "Альбатроса", не ждет ли их на берегу отряд благодарных аборигенов?
Шлюпку спустили на удивление быстро и удачно, если принять во внимание состояние героев. На помощника профессора асквибо подействовало сильнее всего: он впал в философические размышления и некоторую апатию, которая благополучно завершилась на дне шлюпки. Молодой человек свернулся калачиком, стянув со скамьи клановый плед Эсси, и тихонько засопел. Кастилийская сеньорита порывалась тоже сесть на весла, но одноглазый водаччийский рубака скривил такую зверскую рожу, что та отступилась. Девица очень убедительно перевоплотилась в молодого паренька из благородной семьи, который сбежал из-под родительского крылышка на поиски приключений. Эсси довелось делить с таким пайку на прежнем судне. Этот Антонио, или как там его, рыдал как девчонка после первой же ночной вахты. И списался в первом порту, только пятки засверкали. На пристани блудного сына уже ждала карета с каким-то вычурным гербом.
Лучше уж пусть кастилийку примут за такого начитавшегося красивых историй желторотика, чем за выпускницу пансиона. Девушка усмехнулась и налегла на весла. Работа разгоняет кровь, не дает ей загнивать - то, что надо.
Цитата:
Сообщение от Джакоза
-Если нас будут спрашивать, лучше не называть наш корабль, а придумать что-нибудь, другое название, там "Чайка" какая-нибудь, или "Пеликан", а еще можно распросить местных про Гарри, так мы найдем его друзей и союзников - чтоб им провалится! - раньше, чем они нас.
- Ваша правда, сеньор. Я-то вообще ни словечка не брякну, покамест не спросят. Для таких людей, как Гарри и его шатия-братия, вы среди нас главным и получаетесь. Вам, стало быть, и слово...
Усилиями Джакозы и Эсси лодка быстро приближалась к берегу. За белой песчаной полосой виднелись высокие деревья. Показалось, или в них кто-то есть? Вроде бы двое мужчин. Жаль не видно, вооружены ли?
- Гляньте, вроде бы люди там, в кустах копошатся?
Техническое:
Эсси признает старшинство Джакозы и говорит ему об этом. Она привлекает внимание всех к неким гражданам в кустах.
Маурицио выдохнул и протер лоб рукавом камзола, от чего импровизированная повязка из куска каната немного съехала. Разделка свиной туши была, наконец-то, окончена.
- Синьора, ваша диадема норовит вот-вот стукнуть вас по носу. – Брякнул Луиджи и тут же начал глупо ржать, за что схлопотал подзатыльник.
- Займись-ка лучше печью, stupido, - сказал Маурицио, поправляя повязку, - даст Теус, до темноты управимся.
Зоркий глаз не подвел юнгу, от кромки леса в небесную гладь протянулась очередная струйка дыма. То, что на берегу есть люди стало ясно даже молодому исследователю, который в данный момент чувствовал себя ni an-mhaith.
Цитата:
- Гляньте, вроде бы люди там, в кустах копошатся?
-Зоркий у тебя глаз, парень, - пробурчал Джакоза, силясь разглядеть копошащихся аборигенов.
Несомненно, в лесу были люди - судя по дыму они развели огонь. Что ж, во всяком случае им не придется блуждать в джунглях в поисках поселения.
Охотник за головами греб, пока лодка не "нашла" дно.
-Сейчас вытаскивать лодку не будем, - сообщил Джакоза своим товарищам,- может только чуть втащим, чтобы быстро удрать можно было.
Отложив весло он выпрыгнул из лодки и, зачерпнув сапогами воду и помянув Теуса, огляделся.
-Может, это не буканьеры, а дикари, жарят попавшего к ним ватицинского проповедника на обед! - пошутил одноглазый авантюрист.
План действий представлялся ему довольно простым - оставив исследователя и кастилийку в лодке, самые проворные члены "экипажа "Чайки""(к ним водачемонтеньский шовинист относил себя и юнгу) разведают береговую линию. Остальные проследят за лодкой, что позволит быстро отплыть в случае опасности. Как только выяснится, что берег более-менее безопасен, можно будет втащить лодку и уже полным составом исследовать остров, то есть посетить местного корабела и непременно - трактир!
Последний раз редактировалось Shkloboo; 10.07.2014 в 16:06.
Что-то запахло могильной сыростью… хотя, показалось. Или нет, раз рядом мертвяки расхаживают в ливреях…
И айзенцу очень не понравилось упоминание перепелов. Что-то в этом скрывалось недоброе… по определению. Ну и что еще можно было услышать в словах безумного ученого, которому не дают завершить исследования?
Цитата:
Сообщение от некромант
– Дорк, – медленно повторил граф, и боцману показалось, что его фамилию смакуют, как перепелиное крылышко. – Знавал я одного Дорка, хороший был парень… но любил деньги. Слишком просто охотиться на перепелов. И все же мне действительно нужно закончить работу. Даже, не знаю, как быть? Постарайтесь помочь мне в решении проблемы, хм, добровольно, – сказал он, не вдаваясь в детальное объяснение. – В конце концов, это в ваших же интересах. Кстати, что вы имели в виду под приложением?
Ну а дальше все очень прозрачно. Даже очень. Но... "Эхх, сколько же этих тут? И ведь со смертью хозяина они не падут сразу. Слишком уж все здесь, слишком... Но все равно. Надо будет попытаться..." - размышлял Волькер. Что-то говорило, что это все плохо закончится... но сдавать товарища - еще хуже. Ну и есть одна история... может и вытянет из моря.
- Кхм. История эта будет долгой. С чего бы начать? - начал рассказывать боцман. - Ну, вы знаете, мы не просто с соседнего острова на лодке приплыли, а с корабля. А на том корабле случилась одна история с участием... приложения. Вы слышали что-нибудь о легендах Авалона? Или даже были там? Ну, Баюн там точно был, он рассказывал. И завел там одно очень странное знакомство... с приложением. Сам уссуриец нам признался во всем недавно, иначе бы на корабль он бы не попал... Ну, в общем, что-то с... как он это называл... фаэ? да, Как-то так, сам не очень в этом разбирался. В Фишлере своего хватает, хоть в другие страны вывози... Ну так вот, как я понял (уссуриец не очень много говорил об этом. Неприятно ему, что ли...), он для фаэ... Ну, то ли она о нем заботится, то ли наоборот, сжить со свету хочет.. И ей не нравится, когда кто-то хоть как-то пытается на ее... ну, в общем, много чего в этот перечень входит. Отношения, долгое сидение на месте... хотя нет, это не то... А мы об этом узнали только когда одного матроса на куски при всех порвало, это каждый из команды подтвердит, хотя всего им не рассказывали, чтоб не волновались. И меня бы тоже... того, но случай спас. И его знание, и какая-то безделушка в каюте... На корабль, она не сунется, это так, а сюда? И когда, интересно? Ну и... что-то было с проклятьем. Ну это чуть раньше и я точно не помню. У пиратов Ведьма Судьбы была...
Да, это рискованно, да, но иного варианта Волькер не видел. Тем более, что некоторая часть истории была правдой. И про фею тоже немного правды было.
- Баюн, может дальше сам все расскажешь про ту ведьму? - обратился к оборотню айзенец. "Я уже и не знаю, что соврать еще," - мысленно продолжил он.
Как-то полегчало. Не нужно было больше придумывать, не нужно было пытаться вспоминать воддачийские приемы (тем более, он их почти не помнил), все теперь сказано, а дальше или всех выпустят, или будет драка, а драться бывший речник умел, в отличие от плетения словесной паутины или как там искусная ложь зовется... Только надо еще кое-что прояснить.
- Кстати, а что с матросами, которые с нами приплыли? Я понимаю, что остров для живых и непосвященных людей является очень страшным местом, но без лодки на корабль вернуться было бы невозможно... - айзенец вопросительно глянул на Бэл. Точнее, на некую точку рядом с ней. Кажется, тут многое она решала... и смотреть на нее было все равно легче. ну или рядом с ней, если быть точным, но мужчина в платье... увольте.
- Синьор, вы хотите пойти к ним? Я с вами, а то после МакЛеодской "водицы" у не привычных к ней из ног правда, бывает, уходит... - девушка вытерла пот со лба и оглянулась на спящего земляка. Тот умиротворенно посвистывал и не похоже, чтобы был способен враз пробудиться. - Сеньорита, прикроете нас, если там и правда дикари?
Одноглазый рубака помотал головой. Нет, объявил он. Кто-то должен остаться в лодке и вывести ее на глубокую воду, если вдруг туземцы решат нас порешить. Или если в соседних кустах скрывается еще пол-племени, и они решат, что одного ватицинского проповедника на обед маловато. И что из жилистого уроженца Водачче получится наваристый бульончик, мелкий авалонский пройдоха пойдет на рагу по-флибустьерски, а сеньорита... Сеньорита должна будет остаться и скрашивать аборигенам недостаток куртуазного общения и культуры. Как луч света в темном царстве. Спящего помощника ученого примут за пледик и расстелят на полу хижины.
Правдами-неправдами Лусию удалось убедить подождать в лодке. И даже достать и положить поближе верный пистоль.
Двое разведчиков с разной степенью изящности выпрыгнули из лодку с двух сторон и, черпая воду сапогами и разбрызгивая босыми пятками, зондеркоманда двинулась к подозрительным типам.
Лусия очень не хотела оставаться в лодке. Она не протестовала, но так посмотрела на сотоварищей, что ее мысли на этот счат стали тут же обоим понятны. Нет, она не боялась остаться одна, тем более, что Фаррел и не думал просыпаться, просто ей ужасно хотелось сойти на твердую землю. Да и любопытно было, кто те люди в кустах.
Кастилийка поглаживала рукоять пистолета и смотрела в спину уходящим, потом вздохнула и подумала, что дикари, как сказал одноглазый, могут выскочить из любых кустов. Поэтому взгляд девушки начал общаривать весь видимый ей берег.
Техническое:
> 19 ; 14 ; 9 ; 8 ; 7 #бросок на наблюдательность Лусии 5к5
Сеньорита тщательно осмотрела весь доступный ее взору кусок суши. Из леса доносились крики зверей и птиц. Вот на самой окраине пляжа кусты потревожил кто-то из местных. Возможно, если бы Лусия пригляделась она смогла бы увидеть, кто из лесных обитателей это был, но девушка искала взглядом людей. И никакой скрытой угрозы ей обнаружить не удалось. Только двое мужчин отделились от импровизированной печи и двинулись в сторону пляжа. Они вовсе не были чернокожими туземцами о которых летели слухи по всей цивилизованной Тэйе. На первый взгляд они могли сойти за дальних родственников одноглазого попутчика кастилийки, такими же неопрятными и страшными водаччианцами были те двое. Кроме того, один из мужчин нес с собою мушкет, что могло означать только неприятности.
Туземцы, жарившие миссионера ватициника, а может даже не одного, отрядили встречную зондеркоманду. На удивление, она состояла из двух водаччианцев.
Первый был высоким с длинными каштановыми волосами, которые поддерживала повязка из куса каната, одетый в старый потрепанный камзол неопределенного цвета, на поясе у него болтался окровавленный тесак.
Второй был полнее, смуглее и ниже, с короткими темными усами и щетиной. На голове у пухлого был повязан красный платок, одежда его была вполне обычной, льняная рубаха, штаны из мешковины и сандалии, зато в руках он крепко сжимал мушкет, косясь то на путников, то в сторону лодки, то в сторону печи, которую буканьеры оставили позади.
- Эй рыбаки! - начал вместо приветствия высокий, - Далеко же вы заплыли!
Техническое:
=> 9 ; 10 #бросок Фаррела на наблюдательность 2к4 против сложности 9
И не надо напоминать мне про обостренные чувства! И так выпало не слабо!
Тем временем, молодой исследователь начал понемногу приходить в себя. В голове Фаррела гудело как в авалоницком соборе во время колокольного звона. Парень обнаружил что лежит на дне лодки накрытый пледом, неподалеку сидела кастилийка-доктор. Одетая в мужскую одежду, она нервно поглаживала рукоять пистолета и вглядывалась куда-то.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Цитата:
- Эй рыбаки! - начал вместо приветствия высокий, - Далеко же вы заплыли!
-Кому далеко, а по мне - в самый раз! - ухмыльнулся Джакоза и двинулся навстречу незнакомцам, как бы невзначай придерживая шпагу. Когда имеешь дело с парнями вооруженными мушкетом, лучше держаться к ним поближе. В своей способности уложить буканьера Джакоза был вполне уверен, а вот в его способности промахнуться - нет. "Не бегай от мушкетера - умрешь уставшим", так поговаривал один его монтеньский знакомый (как говорят, когда мушкетеры за ним пришли, бедняга рванул так, что только его и видели).
-Я смотрю, вы тоже на промысле, - отметил одноглазый охотник за головами, разглядев кровь на тесаке, - ну, и какова же рыбалка в здешних водах? Клюет?
Последний раз редактировалось Shkloboo; 14.07.2014 в 12:00.
- Хех, наша то цель - свинюшки, а их на удочку не поймать. Приходится брать чего потяжелее! - собеседник водамонтеньца кивнул головой намекая то ли на вес своего товарища, то ли на его вооружение.
Тем временем полный буканьер едва не тыкал дулом мушкета в грудь подошедшего близко Джакозо.
- Эй, аккуратней с пухкалкой Луиджи, - высокий ткнул его локтем, - а то понаделаешь в почтенных господах лишних дырок. Меня кстати звать Маурицио, а у рыбаков есть имена?
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Мясо! Синьор, у этих добрых людей есть мясо! - Эсси состроила самое наивное и восторженное лицо и захлопала ресницами. Она даже подергала Джакозу за рукав. - Может, добрые люди даже согласятся обменять немножко хрюшкиной тушки на звонкие монетки!
Девушка восхищенно переводила взгляд с одного буканьера на другого, не забывая при этом окрестные кусты. Кажется, еще десятка таких же коптильщиков поблизости не затаилось.
Техническое:
Героиня пытается умилить охотничков и заставить их расслабиться. Если надо что-то бросить, то я прошу помощи, потому что уже забыла что и с чего бросается.
Цитата:
-Меня кстати звать Маурицио, а у рыбаков есть имена?
-Бруно, - представился Джакоза, - приятно, однако встретить соо...да уймись ты, малец! (он покосился на внезапно оживившегося юнгу) Вижу, охота была удачной. Остров богат дичью? Хм, да, и убери от меня ружье, толстяк. Побереги порох для свиней.
-К слову о свиньях, -охотник за головами едва не ляпнул "на которых ты так похож", но чудом удержался, видно был еще не совсем пьян, - нас собственно интересует всё, что может любезно предоставить ваш остров - разумеется, не бесплатно. Почему бы нам не присесть и не обсудить наше будущее сотрудничество?
Свиньи не слишком волновали Джакозу, а вот информация о поселении на острове интересовала его куда сильнее. Наверняка на этот остров заплывал и Гарри. Есть ли у него тут друзья? А враги? Последнее его также интересовало.
Всё это время Лусия внимательно следила за берегом. К ее радости, новая знакомая и страшный тип смогли уболтать двух других страшных типов. Это значило что никакой опасности на пляже не предвидится. В лесу тоже не было никаких туземцев-людоедов. Только приземистый зверь с цветною мордой прекратил бродить в кустах и выбрался наружу. Это точно был барсук, молодая кастилийка много раз видела их в книгах а также на картинах и гобеленах. И хотя зверь не очень уверенно чувствовал себя на песке, нос уверенно вел его к небольшой кирпичной постройке, которая и была источником виденного раньше дыма...
- Кто тебе сказал что я толстый?! Я не толстый!!! У меня просто широкая...
- Padre de Dios, успокойся ты, никто тебя ни в чем не обвинял! - то ли Бруно показалось, то ли патлатый трапер ему подмигнул.
Толстяк успокоился, но оружие убрать не спешил.
- Что ж, пока синятина готовится, мы могли бы прийти к определенному согласию, - продолжил пират по имени Маурицио, - потому прошу вас и других рыбаков проследовать в мой кабинет. - он повернулся приглашая собеседников пройти в сторону печи.
- Сhe cazzo! Барсук!!! Стреляй идиот!!!!!
Грянул выстрел! Пуля просвистела в нескольких дюймах над головой у Эсси.
- Да не в них! В зверя bastardo! Почему ты не следил за печкой?!!
Услышав звук выстрела виновник происшествия понял что раскрыт, схватил кусок мяса и бросился наутек. Тем временем Луиджи принялся мямлить что-то неразборчивое и махать разряженным и абсолютно бесполезным мушкетом в сторону джунглей.
- Агггрх! - Маурицио выхватил тесак. - Бегом за этим мохнатым stronzo!
Коптильщики стремглав бросились в лес, кажется, позабыв об своих недавних собеседниках так же как и о драгоценном мясе.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Дела шли ни шатко ни валко. Пули свистели над головой. Когда горе-стрелки помчались за невиданным зверем, Эсси выдохнула:
- Синьор, давайте осмотримся без свидетелей! Есть у меня думка, как бы это мясцо прежде чем в печь попасть, не "Караул" кричало... - Она устремилась к ближайшим зарослям.- Погляжу, нет ли одежи окровавленной поблизости или костей человечьих.
Скрытый текст - техническое:
Эсси ищет доказательства каннибализма или их отсутствие.
Лусия, с любопытством наблюдавшая за действиями енота, аж подпрыгнула, когда загремели выстрелы. Она схватила пистолет и уже хотела мчаться на помощь товарищам, когда стрелявшие скрылись в зарослях, а новоявленные остались озираться на песке.
Кастилийка вздохнула и снова уселась на банку, поглядывая на Фаррела, который открыл глаза и пытался сфокусировать на ней взгляд.
- Чисто, синьор. Эти человечину не жрут...- объявила девушка, помахивая трофейной деревянной ногой. - Тут тропинка есть. Крепко же она проторена, скажу я вам. Две телеги разъедутся. Сдается, что по ней до ихнего форта, иль чего там есть, добраться можно. И без всяких-яких провожатых. А что, если шлюпку нашу в кустах схоронить для верности, а нашей смелой команде туда и дернуть? Чует мое сердце, толку с этих свиноедов мы так и так не добьемся.
Озадаченное потоком сведений выражение на лице рубаки с натяжкой можно было счесть за одобрение. Эсси побежала к лодке, разбрызгивая воду и пугая разноцветных мальков.
- Сеньорита, сэ-эр, мы нашли тропу. Эти туземцы... не очень они смекалистые, ничего мы от них не узнали. Им зверей бить милей всего на свете. Ну, хоть людей не едят, и то славно. Давайте лодку спрячем и в поселок двинем!
Подходящее место нашлось в десятке ярдов. Пока Лусия и Эсси, сдержанно поругиваясь, затаскивали лодку в заросли, Фаррел нашел большую ветку и неловко замел следы. Теперь буканьеры, буде придет в их дубовые головы такая блажь, по следам могли бы установить, что большой куст зачем-то решил теперь переселиться в море. Чтобы не потерять схрон, Эсси положила среди веток найденную деревянную ногу, чтобы та служила указателем.
Можно было выдвигаться.
Скрытый текст - Техническое:
Команда в сборе, теперь (наконец-то уже) все могут активно действовать.
Закончив сборы и, так и не дождавшись своих новых знакомых, зондеркоманда выдвинулась к своей цели. Только Джакозо немного отстал.
Охотник за головами, лишь подивился расточительности юнги. Деревянный протез, даже старый и поношенный стоил денег, тем более в таком месте, куда они направлялись. Водаччеанец подобрал деревянную ногу, а чтобы усилия по маскировке лодки не прошли даром, он оставил зарубку на ближайшей пальме.
Техническое:
Shkloboo, может более детально описать действия персонажа. Может он матюки какие на дереве изобразил 8)
Сразу наперед: В процессе пути ничего сверхъестественного замечено не было. Море шумит, звери шумят и тому подобное...
Напоследок Бруно собирался захватить с собой аппетитный свиной окорок, оставленный без присмотра, но его товарищи отошли достаточно далеко. Без его надзора, пара сосунков и девица на подпитке могли серьезно вляпаться. Потому хищение мяса решено было отложить до лучших времен.
Путники двигались по тропинке, идущей вдоль кромки пляжа и леса. Возможно, если две телеги не шибко нагрузить и поставить их на бок, они вполне смогли бы разойтись, так что матрос не соврал.
Спустя неполный час, путники уже смогли разглядеть кривые хибары неизвестного поселка. Между ними сновали какие-то люди. С места где находились авантюристы, видно было что вдоль пляжа расположились несколько прилавков.
Неподалеку от них, на берегу, стоя по колено в воде, какой-то человек, по виду крепкий старик, удил рыбу. Подле него, вне досягаемости волн, на песке стоял поднос. Издали трудно было сказать, но судя по занятию хозяина, на подносе хранились рыболовные снасти. Рыбак был так увлечён, что не заметил путников. Наверняка, он не обратил бы внимания, даже если бы кто-то взял и унес всё его рыбацкое барахло.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Лусия с любопытством рассматривала показавшиеся впереди строения поселка. По правде сказать, дорога уже несколько утомила ее. Было жарко, ветра почти не было, злые мухи так и норовили сесть на разгоряченное лицо. Но кастилийка упрямо шла вперед вслед за Эсси и иногда искоса поглядывала на Фаррела, которому путешествие тоже давалось нелегко.
Поселок оказался убогим, и девушка тут же наморщила нос. Но тут же сделала каменное лицо. Ее сотоварищи равнодушно оглядывались по сторонам, и ей не стоило выделяться.
Поселок, к которому привела "козья тропка", мало чем отличался от сотен других паршивых дыр, в которых доводилось бывать авалонке. Путем нехитрых умозаключений она вывела, что в таком всеми богами забытом месте просто обязан отыскаться хоть завалящий кабак. Ибо всякий уважающий себя моряк, сойдя на твердую землю, в первую очередь устремляется на поиски его, родимого. И лучше бы питейному заведению найтись...
Почесав в затылке, девушка растерянно огляделась. Ни у одной из хибар не валялись счастливые выпивохи, не видно было и вывесок. Она решительно заступила дорогу прохожему.
- Синьор, о, синьор, укажите жаждущим дорогу к местечку, где нальют холодного пивца, иль чего покрепче! Кабак у вас где?
Цитата:
Сообщение от Franka
Она решительно заступила дорогу прохожему. - Синьор, о, синьор, укажите жаждущи...
- С дороги! САЛАГА!!!
Увесистый толчок отправил уступающую по габаритам Эссильт в грязь (3 поверхностных ранения). Это заставило, сидящего на бочке близ одной из хибар, краснокожего толстяка ржать как пьяная лошадь. Остальные прохожие, коих было не много, не обратили внимания на происшествие, как будто юнга был для них невидимкой.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
"Всадить ему нож в печень? У этого говнюка могут найтись друзья, тогда не видать нам ни провианта ни леса. Колено подрубить? Аthru ar an flea.* В челюсть приложить? После таких ран с ним не сладить. Вот оно что..."
Подчеркнуто медленно Эсси встала и отряхнулась так, чтобы пыль запорошила лицо и одежду наглеца.
- Да что с вами, синьор? Неужто и в этих краях святоши все пабы позакрывали? Обознался я, хотел выпить да доброго человека, что дорогу подскажет, угостить, а тут такая оказия... - звонко произнесла она.
Девушка была готова к любой атаке, рукоять кинжала она подвинула так, чтобы незаметное в складках одежды оружие можно было выхватить в нужный момент.
*ничуть не лучше (гаэльск.).
Увы, виновник происшествия не обратил внимания не на слова не на действия Эссильт и продолжил свой путь. Вообще, к тому моменту когда член команды Альбатроса поднялась на ноги широкоплечий детина отошел так далеко, что девушке довелось повысить голос.
От этого краснорожий тип начал так заливаться хохотом, что едва не свалился со своей бочки.
Пара беседовавших на ходу бородатых моряков окинули крикливого юнгу полными презрения взглядами, после чего он снова перестал для них существовать и они продолжили свой путь.
Все наводило на мысль что возможно проблема не в аборигенах, а в самой Эссильт.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Лусия, положив руку на рукоять пистолета, подошла к юнге и дернула за рукав.
- Может быть, не стоит задирать их? - она покосилась на хохочущего типа. - Возможно, меня здесь кто-нибудь услышит?
Она приблизилась к краснорожему и, пнув по бочке, спросила, стараясь сделать голос пониже:
- Где у вас здесь кабак?
"Надеюсь, он все же ответит, и по возможности вежливо...а то я точно его пристрелю...не хватало, чтобы мы брели дальше, как побитые собаки"
Краснорожий тут же соскочил с бочки и вмиг посерьезнел. Тщательно отряхнувшись, буканьер обратился к Лусии:
- Вы уж пардоньте, почтеннейшая госпожа, что тащился с вашего Салаги. Уж страшно ржачно было за ним наблюдать. Парень будто с неба свалился. Откель мне было знать, что вы не из Местных…
Кабак... У нас тут собснно два кабака… Да только оба они в центре, ближе к Бухте. Идете вдоль берега. Так вы обойдете трущобы, а то, знаете ли у нас не все к Чужакам хорошо относятся, хе-хе… То есть я уверен что вы способны за себя постоять и можете идти куда хотите, но вдоль берега, оно спокойней выйдет.
А как дойдете до торговой улицы, уж её то вы не пропустите, так на ней стоит «Allegro impiccato». Третья халупа с правой руки, ежили спиной к заливу стать… Но вы и так его по вывеске опознаете. В нем собснно Чужаки часто сидят… Токо туда еще Вольные захаживают, потому придется раскошелиться.
Из всей услышанной тарабарщины Лусия поняла три вещи:
- Красноносый извиняется.
- Этот негодяй как-то опознал в ней женщину, а значит маскировка не эффективна.
- Чтобы добраться до ближайшего трактира нужно идти вдоль берега.
Возможно, услышь всю эту белиберду, какой любитель хитрых словечек или знаток подобной породы людей он смог бы узнать больше.
Тем временем собеседник Лусии явно решил ретироваться по добру по здорову.
Техническое:
У вас всех снизились штрафы от опьянения.
Пират толкнувший Эсси уже ушел, так что не отвлекайтесь особо на бряцанье железом.
Краснолицый буканьер собирается свалить.
Лусия может попробовать пересказать услышанное Фареллу и Джакозо, если захочет.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Спасибо, любезнейший... - Лусия вернулась к своим спутникам и скорчила гримасу. - Этот тип опознал во мне женщину. Боюсь, что и остальные могут быть так же проницательны.
Она вздохнула и продолжила.
- Если мы хотим добраться до кабака, то нам нужно идти вдоль берега, к Бухте. «Allegro impiccato», по всей видимости, нам подойдет. Там бывают Чужие и Вольные... Что скажете?
-А мне нравится этот остров. Столько радушных людей.
Охотник за головами усмехнулся, вспоминая встреченных ими охотников. Было бы здорово увидится еще раз, поблагодарить за меткую стрельбу.
Против ожиданий, поножовщины не вышло - новая встреча с местными и новое разочарование.
Цитата:
- Если мы хотим добраться до кабака, то нам нужно идти вдоль берега, к Бухте. «Allegro impiccato», по всей видимости, нам подойдет. Там бывают Чужие и Вольные... Что скажете?
-Почему бы и нет? Идем, конечно. Пошли, парень, на твой век еще хватит драк... мы же идем в кабак, в конце концов, - обнадежил Джакоза юнгу и уже тише пробурчал под нос, - Что там еще за "Вольные", интересно... забавное название для банды.
Эсси придирчиво оглядела худо-бедно очищеную одежду и буркнула:
- Приветливые какие тут ватажнички-то... Чует мое сердце, самые приветливые сейчас в этой ихней ... распивочной собрались. Ваша правда, синьор, пойдемте уже...
"Распивочная" оказалась добротно сколоченным срубом. На утоптаном глинобитном полу были навалены сухие пальмовые листья. Относительно свежие - можно было пройти и не вляпаться в остатки чьего-то ужина с выпивкой. Упавшего, или запросившегося обратно. Вместо столиков стояли бочки и бочонки, а вдоль одной из стен тянулся сколоченный частокол футов четырех высотой. Над ним вполне красноречиво висела пара сабель и мушкетон со здоровенным раструбом. Хозяина заведения за частоколом не оказалось.
Стоило компании расположиться вокруг одной из бочек, как рядом нарисовался сутулый человек в кожаном фартуке, от которого несло скверным кислым вином. То ли многократно облитый передник благоухал, то ли его хозяин навеки сроднился с ароматами бродильного чана.
Взгляд корчмаря трудно было назвать дружелюбным, но любопытство явно побеждало. Он ждал, когда чужаки заговорят.
Скрытый текст - техническое:
...а я жираф...
В общем, взяла на себя смелость и привела всех в "рюмочную", и набросала ее интерьер. Может хоть со скрипом двинем уже таки этот чертов сюжет...
Лусия с любопытством разглядывала интерьер заведения. Она раньше не бывала в продобных местах, и все ей было в новинку. Когда к ним подошел корчмарь, девушка непроизвольно сморщила нос, но тут же, спохватившись, выдавила улыбку.
- Скажите, любезнейший, может наша компания подкрепиться? Или здесь подают только крепкие напитки?
На самом деле есть кастилийке вовсе не хотелось. Но надо же было как-то обосноваться здесь.
Хозяин вытер руки тряпицей, от чего те стали казалось бы еще грязнее.
- Могу предложить вам бутылку пива и копченую свинину или рыбу, ничего более. У меня к сожалению дел по горло...
Вдруг, неожиданно, как черт из табакерки, непонятно откуда выпрыгнул замызганый парень, и выпалил:
- Гозподин Альберто, гозпожа Сандра зовет вас!
В ответ тавернщик только махнул рукой и вновь обратился к посетителям:
- Прошу вас заказывать поскорее и расплатится наперед. Я очень-очень занят!
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Ох, синьор, да после того, что мы надысь видели, нам не меньше пинты первосортного пальмового шмурдяка выпить надо! Каждому! И свинины! К черту рыбу! - Эсси обхватила себя руками, стараясь не задеть рану. - После этого чертова Призрачного Фрегата только славный кабаний бок и поможет землю прочуять. Чудом ушли, хвала Пророку и всем добрым богам!
Девушка посматривала по сторонам из-под спутанной челки. Может, хоть тут найдутся любопытные...
Скрытый текст - техническое:
Любой ценой нужен контакт. Из всех имеющихся карт, ИМХО, разыграна самая нейтральная.
Цитата:
Сообщение от Franka
- Ох, синьор, да после того, что мы надысь видели, нам не меньше пинты первосортного пальмового шмурдяка выпить надо! Каждому! И свинины! К черту рыбу! - Эсси обхватила себя руками, стараясь не задеть рану.
Ото входа через который зашли авантюристы послышались возня и шум. Через мгновенье двое пыхтящих буканьеров вкатили в корчму здоровый бочёнок. Снова, то ли протерев, то ли запачкав руки тряпицей, хозяин обратился к новоприбывшим:
- Какого хрена!?
- Альберто! Мы то подкатили бочку к заднему входу, но твой вонючий, черножо... обезьяна!!! Он нас не пропустил, пришлось катить эту дуру сюда.
Щеки у Альберто надулись и он повернулся к посетителям, одновременно разведя руками и покачав головой, якобы выражая свое отношение к ситуации, благо без слов.
И тут взгляд тавернщика наткнулся на его юного помощника:
- А ты чего стал столбом?! А ну иди помогай!
Вчетвером они затолкали бочёнок куда-то за ограду, при этом паренек схлопотал несколько подзатыльников от одного из грузчиков и был безсчётное количество раз назван "Салагой".
Еще не стихли грохот бочки и ругань пиратов, как к ним добавился новый, весьма мелодичный звук:
- Buenos dias!
Наблюдая за злоключениями бочки, герои не сразу заметили человека, который подошел к их столику.
Он не был похож не на бывалого морского волка, ни на отребье населяющее этот поселок. Правда, высокие сапоги, штаны, подвязанные кушаком, кожаный жилет, шелковая рубаха и широкополая шляпа, не слишком отличали этого странствующего кастильца от того, которого зондеркоманда могла недавно лицезреть на палубе своего корабля. Разве что, у незнакомца были усы...
- Вы позволите подсесть к вам сеньорита? - обратился кастилец к Лусии. После чего пододвинул себе табурет от другого стола и уселся между соотечественницей и Эссильт.
- Мальчик, я слышал каждое твоё слово! Это... правда???
Техническое:
Цитата:
Сообщение от Franka
Любой ценой нужен контакт.
Слушаю и повинуюсь моя госпожа!
Вы получаете контакт, почти такой-же бесполезный, как и ваши персонажи, вот только, точно что не нейтральный.
Цитата:
=> 2 ; 9 #бросок кастильца на опознание в Лусии женщины против сложности 9
Давайте продолжать!
еще одно важное уточнение о котором я забыл:
Franka, кастилец обратился к твоему персонажу на авалонском языке, потому последнюю фразу поняли только Эсси и Фаррел.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Странное место. Странные люди. Трактирщик и ухом не повел, словно Черный Фрегат чалится на этом островке каждую декаду, а команда в полном бесплотном составе является надираться и орать шэнти прямо пред его мутные очи. И он самолично разносит им свое хваленое пойло, покрикивая на оболтусов-помощников, чтоб, сталбыть, шевелились.
Девушка начинала звереть, но к счастью послание все же дошло. Правда, не понятно, куда. Франт, наподобие того, который прилетел на маркизовом хвосте, направился к их столу. Он не походил на местных свежевателей кабанов, но все же...
- Вы позволите подсесть к вам сеньорита? - типус ловко вклинился в их маленький отряд. Сюрпризы на этом далеко не кончились. Идальго обратился к ней на, хоть и неважнецком, но все же авалонском.
- Мальчик, я слышал каждое твоё слово! Это... правда???
Эсси опешила. Ее водачче, конечно, был далеко до выговора того же Фиделио, но по акценту уроженку Авалона в ней распознавал далеко не каждый. Те, кто много времени проводят в море среди разношерстной команды, обкатываются, словно камешки в морском прибое, и метка родины постепенно стирается из их речи...
Чтобы выиграть время, она почесала в затылке и поерзала на бочонке.
- Эх, сеньор... у вас чертовски тонкий слух... Да, не сойти мне с этого места, коли вру. Моя вахта как раз была, а боцман, зверюга, велел в оба следить всем вахтовым. Слышал он в порту, что на нашем пути вроде бы Кровавого Гарри видели, а у него не то дело какое общее к этому парню было, не то наоборот, но все на одно выходило. Сначала в шторм попали, да такой, словно сирены змеем морским море взбивают, навроде сливок к ужину. Потом холодно стало: паруса остатние колом вспучились, канаты задубели, ресницы замерзли - глаза не продрать... Десятник наш велел самые что ни на есть старые и заношенные башмаки с портянками к мачте приколотить. Слыхал он, что привиды, что бабы - портяночного духа не переносят. Меня в аккурат на мачту с гвоздями и отрядили. А потом ОНО! Как из ничего по правому борту появилось! Только не было, а тут - здрасьте вам через окно! - Кто-то из помощничков корчмаря принес криво нарезанную свиную ногу, кружки и щербатый кувшин с характерным запахом. Девушка плеснула себе, не дожидаясь разрешения старших товарищей, и продолжила. - Что тут началось! Пошли мы галсами. Всю команду боцман пинками на мачты выгнал. Виляли мы как кролики на лисьей охоте, только успевали паруса менять... А эти... страховидла черные, не отстают. А на палубе у них скелеты щерятся, на реях огни зеленые мигают - страсть! Словом, гнали они нас, но близко не подходили. А как с подветренной стороны так будто и отставали. Видать, не врут про портянки-то. Почитай, до самых сумерек, пока буря утихать не начала, тикАли мы от этих... Как на рифы не налетели, одному Пророку и благим богам ведомо. Эти, упокойнички-то, сказывают, нас всех в команду свою завербовали бы. Навеки.
Вот оно как, сеньор. Выпейте с нами за наше счастливое избавление, кто б вы ни были!
Скрытый текст - техническое:
Кулстори рассказана на водачче, поскольку этот язык является своего рода эсперанто в нашей небольшой команде. И больше шансов, что какие-нить посторонние поймут и заинтересуются.
Парень, притащивший посетителям еду, не спешил возвращаться на кухню. Кажется его больше интересовали моряцкие байки, нежили выполнение своих обязанностей.
Он так и остался стоять опустив поднос. Когда же юнга взялся за кувшин и плеснул в кружку бормотухи, глаза официанта округлились. Заметить это могли только Бруно и Фаррел, сидящие к нему лицом, но скорее всего предположили, что это вызвано историей о призраках.
- О Теус всемогущий! Как ты можешь позволять все это темное колдовство! - возмутился кастилец!
- Вот оно как, сеньор. Выпейте с нами за наше счастливое избавление, кто б вы ни были!
- С удовольствием подыму бокал за спасение ваших душ, господа! - путник протянул к юнге руку, явно чего-то ожидая...
Повисло какое-то неловкое молчание. Осознав, что кружка наполненная Эссильт предназначается не для него, собеседник быстрым взглядом окинул зал харчевни и обратился к юнге:
- Мой юный друг, я искренне надеюсь, что ты не собираешься это пить!
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Еще как собираюсь, синьор. Там, откуда я родом, впитывают асквибо вместо молока матери. Сыро, у нас, холодно... - В доказательство своих слов Эсси длинным глотком осушила кружку и вызывающе посмотрела на кастильца, потом перевела взгляд на Джакозу, Фаррела и Лусию. Она надеялась, что товарищи поддержат беседу - много болтающий, когда не спрашивают, мальчишка привлечет слишком много лишнего внимания.
Скрытый текст - техническое:
По логике вещей, спрашивать идальго кто он, откуда, и зачем ему нужен Черный Фрегат, должны авторитетные старшие товарищи.
Лусия с сомнением смотрела на поданное мясо, а запах, распространявшийся от напитка, налитого Эсси себе в кружку вызывал только тошноту. Но, однако, кастилийка улыбнулась и смело отрезала себе кусок жесткого мяса. Слушая беседу на незнакомом языке, она пыталась по мимике и жестам Эсси определить, о чем она рассказывает незнакомцу. Когда юнга закончил рассказ и вопросительно взглянул на товарищей, Лусия спросила сидящего рядом мужчину:
- Мне очень жаль, что я не могу говоритьс вами на том же языке, но позвольте полюбопытствовать: кто вы и откуда и почему с таким пристрастием расспрашиваете нашего младшего товарища?
Цитата:
- Мне очень жаль, что я не могу говоритьс вами на том же языке, но позвольте полюбопытствовать: кто вы и откуда и почему с таким пристрастием расспрашиваете нашего младшего товарища?
"Так это был не кастильский"-подумал охотник за головами, "сколько же языков знает этот расфуфыреный петух? Легион ему в, и я еще считал себя полиглотом!".
-И что, собственно, не так с выпивкой?- поддержал разговор Джакоза, задав наиболее логичный, с его точки зрения, в данный момент вопрос. Не то чтобы его не интересовало что за человек их очередной знакомый на Острове Гостепреимства, однако допрос всегда лучше начинать с менее значительных вопросов. Возможно, это недавно наблюдаемые манипуляции с бочкой (а скорее - недавнее употребление) подсказали этот вопрос.
Цитата:
Сообщение от Franka
Эсси длинным глотком осушила кружку и вызывающе посмотрела на кастильца
Юноша с подносом, который обслужил авантюристов, при виде этого действа широко распахнул рот, но видимо все звуки застряли у него где-то внутри. Кастилец одарил парня мрачным взглядом, после чего помощник трактирщика закрыл рот и, не оборачиваясь, задом двинулся в сторону входа на кухню, в результате чего едва не перекинул перегородку.
Цитата:
Сообщение от Mikki
- Мне очень жаль, что я не могу говоритьс вами на том же языке, но позвольте полюбопытствовать: кто вы и откуда и почему с таким пристрастием расспрашиваете нашего младшего товарища?
Цитата:
Сообщение от Shkloboo
-И что, собственно, не так с выпивкой?
- Да все в порядке, - незнакомец плеснул напиток из графина в щербатую кружку и сделал большой глоток, после чего его лицо скривилось так, будто человека скрутила судорога, - за исключением того, что подобным пойлом, даже полы мыть в приличном обществе не станут. Как погляжу, вы чаще всего пользуетесь водаччианским языком, по определенным причинам, - франт как-то косо взглянул на Джакозо, когда выделял интонацией последние слова, - разумнее всего будет продолжить беседу на нём.
- Дитя, я не сомневаюсь, что в туманных землях, откуда ты родом, люди сызмалу привыкли греться, употребляя горячительные напитки. И, несомненно, они помогают вам смирится с особыми условиями жизни. Но ты ведь не на родине.… Здесь же проживают несколько старомодные люди, если можно их так назвать, к тому же они очень суровы. Потому я бы не рекомендовал тебе не то что пить, но даже прикасаться к выпивке в присутствии кого-то из головорезов, если не хочешь расстаться с зубами или головой в целом. – Собеседник громита картинно провел большим пальцем по горлу – Кроме того, старайся первым не говорить, не перечить, а так же не смотреть прямо на какого-то мерзавца, в особенности если говнюку посчастливилось служить на каком-либо корабле. Представители этой породы пользуются на острове таким уважением, что могут позволять себе что угодно, даже Береговому Братству не всегда удается совладать с ними.
- Кстати, с моей стороны было несколько опрометчиво подсесть к вам не представившись. Моё имя - Фелипе, я торговец и посещал многие уголки континента. От дворцов до дыр, даже хуже чем эта. Я присоединился к вам, потому что заметил, что вы здесь такие же чужаки, как и я. Иначе и быть не могло! Если ваш юноша отвечает за трёх взрослых да еще и пьет в придачу, вы просто не можете быть частыми посетителями на этом острове, с местными то нравами.… Да и ваша одежда выдает вас, сеньора. – Кастилец подмигнул Лусии. – Может быть, теперь вы представитесь и расскажете, откуда вы и с какой целью прибыли на этот, проклятый пророками клочок суши, если уж за вами гоняются столь примечательные суда.
Незнакомец перевел свой взгляд на притихшего громита.
- Хочешь что-то сказать парень? Не стесняйся, я не стану вредить тебе, в отличии от местных головорезов...
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Лусия оглядела примолкших товарищей, пожала плечами и, обращаясь к торговцу, небрежно уронила:
- Разумеется, сударь, мы не местные. Это видно всем и каждому, так что свою проницательность вы демонстрируете совершенно зря.
Она обезоруживающе улыбнулась и повертела в пальцах нож, которым пару минут назад готовилась отрезать себе кусок поданного им мяса.
- Нашего младшего товарища обижать не стоит. Тем более, что ваш наставительный тон не уместен. вы же не знаете, кто мы, так почему же торопитесь читать нам мораль? По праву человека, который все знает и все повидал? Вы, синьор Фелипе, взяли неверный тон. Конечно, мы вам должны быть благодарны за то, что пытаетесь нас предостеречь. Но вот ваша любознательность, граничащая с любопытством, настораживает. Впрочем, мы вовсе не таимся. Попали сюда случайно. Хотели бы понять, что это за место и чем промышляет здешний народец. Задерживаться надолго не собираемся, впрочем, как повезет.
Лусия перевела дух и снова улыбнулась.
- Что ж, сеньора, я не пытаюсь вызнать цели вашей компании, просто, мне кажется, что тот кто вас сюда отправил, мог бы проинформировать своих людей получше. В конце-концов, ведь никто нигде не оказывается случайно и ничего не происходит просто-так. - Фелипе отодвинул свой стул. - Если моя компания кажется вам навязчивой, то не смею больше мешать. Отвлекать незнакомых людей от их трапезы было бы краем неприличия с моей стороны.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Простите, сударь, если задела вас, - Лусия положила руку на руку Фелипе, держащую спинку стула, и тут же отдернула, словно обожглась. - Я вовсе не желала вас обидеть. Нам всем, безусловно, очень интересно было бы узнать о здешних обычаях. Тем более, что мы все собираемся выбраться отсюда живыми.
Девушка усмехнулась и тотчас умоляюще глянула на нового знакомого.
- Если моих извинений будет достаточно, то прошу вас, не уходите. И ваши слова о неизбежности происходящего, разумеется, очень интересны. Редко удается встретить торговца, который увлекается философией.
Цитата:
- Баюн, может дальше сам все расскажешь про ту ведьму? - обратился к оборотню айзенец. "Я уже и не знаю, что соврать еще," - мысленно продолжил он.
- Кстати, а что с матросами, которые с нами приплыли? Я понимаю, что остров для живых и непосвященных людей является очень страшным местом, но без лодки на корабль вернуться было бы невозможно... - айзенец вопросительно глянул на Бэл.
- Запутанная история в на редкость пространном изложении, - хмыкнул Вурст, обращаясь в Волькеру и его спутникам. - Если честно, я ничего не понял, кроме того, что ваш уссурский знакомый как-то связан с фаэ.
Тихонько вздохнув, граф сказал:
– Все в порядке. А с вашими матросами все в полном порядке. И это еще говорят, у меня черное чувство юмора, ведь мог... Да уж... – Граф прервался на половине фразы, улыбаясь собственным мыслям. Временами он был вполне самодостаточным собеседником.
Возникла пауза, из тех, которые называют неловкими, которую все участники разговора поспешили заполнить обедом. Волькер и Риккардо про себя отметили, что в замке отнюжь недурная кухня - пауза в беседе продлилась до смены блюд, и только тогда Волькер, наконец, раскрыл рот, решившись нарушить молчание.
- Кажется, наш кот гуляет сам по себе, граф. - Дорк первым обратил внимание, что Баюна больше нет в зале. Он заметил, как уссурец скользнул в коридор еще две минуты назад, но выдержал драматическую паузу, которая бы сделала честь актеру театра.
– Я вернусь через некоторое время, милорд, – сказала Белла, направляясь к двери.
– Белль, – окликнул ее граф, а когда она остановилась, многозначительно кашлянул. – Пусть гости чувствуют себя как дома. А нам с вами еще нужно будет просмотреть те бумаги. Возвращайтесь скорей.
Белла утвердительно кивнула, и ее фигура растворилась в полумраке коридора.
Волькер с Риккардо переглянулись и взялись за Вурста вдвоем:
– Что ж, с уссурцем или без него, мы можем обсудить дело, которое у вас к нам, и... некоторые мелочи, которые привели сюда нас?
– Вообще-то у меня тоже была не одна, а две цели, даже три – ответил Вурст с улыбкой. – Во-первых, я хотел устроить для вас угощение. Вы вполне его заслужили, составив мне компанию в этом месте. Во-вторых, я вас немного испытал... – Он потеребил бороду сначала одной, потом другой рукой, собираясь с мыслями. - А в третьих, в третьих...
– Продолжайте, мы вас слушаем.
– Как я уже говорил, - граф замялся, - мне требуется помощь в одном деле, но не совсем верно обрисовал его суть. Для начала мне нужны люди или человек, который мог бы откровенно высказать свое мнение...
– Звучит интригующе. Мнение о чем?
– О моем искусстве.
Волькер и Риккардо чуть не задохнулись, пытаясь сдержать протест. О, нет! Неужели он хочет устроить концерт?!
– Что с вами, господа? – Граф испытующе посмотрел на них. – Похоже, я удивил вас своей просьбой.
- Нет-нет, что вы, чудесное намерение, продолжайте.
Вурст, ободренный видимой поддержкой спросил:
- Что до дела: услуга за услугу - я помогу вам покинуть архипелаг, а вы найдете для меня одну пропажу...
Скрытый текст - Техническое:
Ребята, обсудите пока сами, как и где мог пропасть персонаж Адейны.
I'll be back. Завтра во второй половине дня.
Цитата:
– Все в порядке. А с вашими матросами все в полном порядке.
Хотя кастилец даже не знал пропавших моряков, судьба людей на этом кошмарном острове волновала борца за справедливость. Стоило помощнице графа выйти за дверь, Рик обратился к серу Томасу.
- Позвольте, но если с нашими друзьями все в порядке, то почему они не присоединились к нам за столом?
К слову еда была восхитительной и удивляла своим разнообразием, по-видимому, у хозяина были связи на материке. Единственное что выводило из себя, это сам хозяин. Поведение графа было все более и более вызывающим и провокационным.
Цитата:
Во-вторых, я вас немного испытал... – Он потеребил бороду сначала одной, потом другой рукой, собираясь с мыслями.
Последнее замечание, кажется, совершенно вывело кастильца из себя. Пока граф гладил бороду, бывший студент пошел в контрнаступление:
- Простите, но по какому праву, вы смеете ставить под сомнение м… нашу компетенцию?! – вспылил молодой человек. В глазах Риккардо гнев был абсолютно оправдан, только сер Вюрст вряд ли мог предполагать с кем имеет дело. – Что еще за испытание такое? И зачем вам нужно было его проводить?! – южный темперамент, похоже, окончательно завладел парнем. Рик даже привстал за столом, в результате чего хозяину замка пришлось его успокаивать.
Цитата:
- Что до дела: услуга за услугу - я помогу вам покинуть архипелаг, а вы найдете для меня одну пропажу...
- Мне кажется, что мы как-то уж справимся с тем, чтобы выйти в море. По крайней мере, когда мы сошли на берег, не похоже было, чтобы наш корабль тонул. Не так ли герр Дорк? – обратился кастилец к боцману, уж он то лучше знает свое судно. – Что до вас, благородный сер, все что мы требуем это верните наших людей… в том числе и нашего, так сказать… питомца. Заодно можете поделиться, что именно вы потеряли и где в последний раз это видели. Думаю мы, уж я то точно, при случае сделаем все возможное, чтобы помочь вам в вашей беде!
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Эсси молча жевала похожее на старую подметку мясо. Она корила себя за то, что не взяла шлюпку и не отправилась на остров в одиночку. Большая разношерстная компания привлекла столько внимания, сколько не перепадало бродячим цыганским балаганам, сподобившимся добраться в долину Маклеодов в Марках. О том, чтобы тихо и, как любил говорить пройдоха-боцман на прежнем судне, "без пИли - без шЮму" разузнать, что к чему, уже не могло быть и речи.
Кастильский франт, отчитавший ее как несмышленого ребенка, был во многом прав. Много говорящий мальчишка при взрослых привлечет лишнее внимание. Значит, настала пора стать одиноким мальчишкой. С этой мыслью девушка нарочито неловко выбралась из-за стола.
- Пойду-ка до ветру, господа хорошие... - она "споткнулась", привалившись на миг к Джакозе, и шепнула "Приду сюда на закате".
***
Резкий бриз, живительный после спертого духа корчмы, взъерошил отросшие волосы на затылке. Эсси перешла в тень и побрела прочь. Она намеревалась отыскать кузницу и наняться на работу.
Ушибленный после встречи с недоброй памяти грубияном бок давал о себе знать. Что-то в поясном мешочке неудобно легло. Девушка уселась под ближашим деревом и зарылась в недра сумки. Докучливый предмет нашелся быстро - маленькая круглая коробочка, пахнущая кошачьей мятой. Сердце словно сжала когтистая лапа, сжала - и несколько раз с удовольствием выпустила лезвия. Эсси уже давно забыла о драке на сходнях и его мимолетном подарке, и первым побуждением ее было вышвырнуть коробку с глаз долой. Стиснув зубы, чтобы не зареветь, она собиралась засунуть подарочек обратно, как кто-то толкнул в бок. Крупный белый котяра с урчанием терся об девушку, умильно заглядывая в лицо. Глаза зверя были разного цвета - один голубой, второй цвета янтаря. Усмехнувшись, Эсси оценила сильно запавшие бока животного, рваное ухо и подозрительно короткий хвост, и открыла коробку. Кот зарылся мордой в пахучую пыль и чихнул.
- Будет с тебя, бродяга. - Несмотря на умоляющий кошачий взгляд, сокровище исчезло в мешочке. - Как же с тобой быть-то?
В корчму возвращаться не хотелось. Девушка достала остатки анчоусов и по одному скормила их зверю.
- Ну вот, бродяга, теперь нам обоим будет нечего жрать. Нарекаю тебя Пангур-Бан, ныне, тскзть, присно и во веки веков. Будешь мне помогать, животинка? Пошли, заработаем нам на рыбку.
Не дожидаясь ответа, она посадила кота на здоровое плечо и двинулась дальше.
Кузница нашлась быстро по характерному звону. Эсси помощилась -отец нещадно гонял подмастерьев за такой разброд, как тут. Двое дебелых парняг лупили заготовку вразнобой и уже давно. Девушке хватило нескольких мгновений, чтобы понять - тесаком этому не бывать. Перекаленная полоса металла должна была лопнуть через несколько ударов.
- Береги-и-и-ись! - от крика девушки кот спрыгнул на землю и отбежал подальше. Но не ушел.
- Чего тебе, клоп? - буркнул лысый мужичок, появляясь из раскаленых недр кузницы.
- Скажи своим орлам, чтоб не долбили больше, не то осколки из своих телес вытаскивать устанут.
- Чего? А ну, давай отседова, пискарь прему...- в это момент второй подмастерье, который не утратил задора, особенно неудачно опустил молот, и с наковальни брызнул веер осколков. Первый парень со стоном схватился за грудь. Его руки и лицо покрылись кровавыми ручейками. Кожаный фартук почернел и мерзко заблестел. Эсси подбежала к нему, открыла фляжку с асквибо:
- Выпей, парень! Сейчас накроет болью, выпей, пока не поздно! - Она обернулась к хозяину - Ему лекаря надо, пока кровью не истек!
Скрытый текст - техническое:
перс будет действовать на свой страх и риск. Котега оставлю себе, хе-хе) Пост наверно допишу, как перс устраивается в эту кузницу и приводит ее в соответстивем инисморским ГОСТам.
- Ах ты ж едрить каракатицу в ухо, !!!, Маркус, бегом хватай Рэма! - услышав приказ начальника, один из подмастерьев отшвырнул кувалду в сторону и бросился к стонущему товарищу. Но попытка поставить пострадавшего на ноги провалилась, это была явно непосильная ноша для одного. Бородатый кузнец окинул взглядом Эсси но как-то обнадежено махнул на нее рукой, как будто отмахнулся от насекомого и подхватил раненого под другую руку.
- Надо срочно, тащить Рема к Знахарю, старый хрыч все-ровно из дому почти не выходит, - обратился бородач к подмастерью. - А ты, мелочь - кузнец ткнул похожей на лопату ладонью в сторону громита - остаешься здесь, пока мы не вернемся. Будут спрашивать, акула мне под хвост, то ты новый помошник мастера Галса. Если чего починить, пусть сваливают в углу. А иначе - гони их взашей, говори мол "Не велено пускать".
Двинувшиеся к дыре в стене из пальмового листа здоровяки вдруг остановились в самом проёме. Кузнец обратился к Эсси - А коль набедокуришь, или сопрешь чего, так я даже к Братству обращаться не стану! Я ЛИЧНО найду тебя, и живьем шкуру спущу!!! Ты понял?!! - не дождавшись ответа хозяин исчез за поворотом.
Ободранный котяра потерся о босую ногу Эссильт и уселся, вопрошающе уставившись на неё. Так как предложить новому другу было нечего, инисморка занялась осмотром местного бардака. От увиденного у неё на глазах начали наворачиваться слёзы, так как это место едва тянуло на свинарник. Раздосадованная юнга уселась на пенек и уставилась на дверной проём (или место, которое потенциально, могло бы им быть). Именно тогда она и заметила их.
Трое подростков стояли на улице, Эсси бы и не обратила внимание, если бы один из них не указывал пальцем в её сторону. Присмотревшись героиня узнала парня, который совсем недавно обслуживал её с друзьями за столом. Стоящий рядом с ним смуглый юноша шепнул что-то помощнику корчмаря и хлопнул его по плечу, после чего последний просто растворился в толпе. Двое парней что остались двинулись прямиком в кузню.
Техническое:
Цитата:
Сообщение от Franka
Пост наверно допишу,
Ахха, кто ж тебе даст.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Глядя на скверно обустроенную кузню, девушка осознала, какая же хорошая мастерская была у них с отцом. Подобного убожества она прежде не встречала. Не было привычных склянок с минералами и веществами, которыми улучшают металл, весы тут тоже были не в заводе. Крицы и чушки удалось найти лишь случайно - они были свалены в углу и накрыты промасленной кожей. Сверху нарос приличный слой копоти и грязи, видно, залезали под шкуру редко. Точильного круга не было вообще, обнаружился только треснувший точильный камень. Не нашлось и литьевых форм. Зато у входа, как и сказал хозяин, был навален металлический хлам. Эсси присмотрелась - основную массу кучи составляли абордажные тесаки разной степени целостности и рогатины с копьями. Скверный металл, многие перекалены, как недоброй памяти заготовка...
Словом, в таких условиях создать хороший новый клинок граничит с чудом. Но, очевидно, здесь это никому не нужно. Кроме нее.
Нарисовавшиеся через дорогу хлыщи насторожили. Чего им надо?
- Чего вам угодно, господа хорошие? - Девушка испытующе вертела в руках покрытое зазубринами копье, время от времени щелкая по лезвию ногтем в поисках слабины. - Оружие навострить? Мастер Галс велел вон туда его складать. А ежели так, от безделья, так велел не пущать никого.
Шедший впереди парень, по виду сверстник Эссильт, с едва отросшими усами и бородкой. Как-то косо оглядел громита, после чего насмешливо фыркнул:
- Ага, оружие, - акцент посетителя был похож на тот которым говорил встреченный в трактире торговец.
Собеседник и его товарищ как ни в чем не бывало двинулись вглубь мастерской.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Уж не напекло ли вам головы, господа хорошие? Велено же никого не пускать. Придет мастер, с ним и потолкуете. Возле горнов-то всякое приключиться может - сомлеете еще с непривычки... - Девушка подобрала у наковальни несколько осколков и взвесила их на ладони. - А надысь подмастерье кузнецов работу запорол, так железка лопнула и чуть его без потомства не оставила... Вот так дело было.
С этими словами она запустила стальные лепестки в бревенчатую стену перед парнями - один за другим осколки воткнулись в древесину и противно загудели.
- Опасно у нас тут. Кузнеца дождитесь, больше толку будет.
Старший лишь надменно пронаблюдал полет осколков к стене, в то время как младший отшатнулся от них. Заметив это первый буркнул ему что-то на непонятном языке и подошел к метательнице железяк.
- Парень, хватит кипишь разводить. Нам всего то и нужно что с десяток сабель. Мы их заберем и уйдем, будто и не было нас. Хочешь, можешь пойти с нами, а нет, так ты же у нас морячок - то ли Эссильт послышалось то ли в словах молодчика и правда скользнула зависть - успеешь дернуть с острова еще до того как жирдяй-кузнец успеет заметить пропажу. Они тут такие тупые, что и считать толком не умеют.
техн.:
Бросать кубики на метание железяк в стену кажется мне пустою тратой времени, если считаете что я не прав то можете не стесняясь писать в оргтему.
Franka, не беспокойся, я дам персонажу поработать в кузнице, только это не будет такая-вот простая кузнецкая рутина, игра все-таки в приключенческом жанре проходит.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Эсси склонила голову набок.
- Морячки тоже хотят жрать, а мне еще и кота кормить надобно. Хозяин сказал, что ежели пропадет чего, он даже в братство не пойдет, а сам из-под земли меня достанет. И потом, нет тут сабель. Тут одно ржавое дерьмо, которое ломается от косого взгляда. Ежели вы их перепродать надумали, то ваши покупатели, или дружки их вас же и взгреют за такой поганый товар. А если себе, так оно вам вдвойне боком выйдет, в первой же стычке.
Она поворошила копьем кучу хлама, указывая на глубокие щербины, следы старых починок поперек клинков и подобные дефекты.
- Я сам-то кузнец, и говорили, неплохой. Клинки ковал раньше, чем ходить научился. Ежели оружия вам надобно, можем столковаться. Пара годных клинков уж куда лучше десятка никудышных железок будет, парни.
Техническое:
Нет смысла боросать кубики на полет железок в стенку) Это стенка, с чего бы в нее не попасть?
Персонаж предлагает чотким поцонам сделку - она сделает им "мимо кассы" по клинку, а они не тронут имущество кузницы и поделятся инфой.
- Да ты свой парень, мне не соврали, и выпивку хлещеш и добром делится готов. Да только железяки нужны нам этой ночью. А для дела, даже кривой тесак получше чем палка или каменюка... Знаешь если ты уж так печешься о местном железе, уговор. Мы возьмем десяток сабель, а завтра к утру вернем их, как ни в чем не бывало. Думаю "Санчез" будет не против. - собеседник Эсси взглянул на своего товарища. Парень, до того ковырявшийся в ухе, чинно сложил руки на груди и важно кивнул. Усатый повернулся обратно к юнге.
- Если согласишься с нас бутылка! Ну может еще чего тебе перепадет, поглядим.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Да положат вас с этим дерьмом прямо на месте. Сам смотри! - Эсси выудила из кучи пару тесаков, на которых кроме многочисленных выбоин не было видимых повреждений, и вручила один усатому. - Отбивай, верзила!
Взяв клинок в левую руку, девушка замахнулась. Парень ловко парировал удар, но лезвие в его руках сломалось пополам.
- Сами глядите - тут вся сталь перекалена. Отменно точится, но не прочней толстого стекла. Мастер, не в обиду ему будь сказано, мало что смыслит в своем деле. Или прежде он всю жизнь работал с другой рудой и другим железом... Не хочу я, чтоб ваши дружки завтра с меня спрашивать пришли за ваши и ватажников смерти.
Усатый как-то мрачно осмотрел остаток тесака и выпустил из руки, рукоятка упала, жалобно звякнул.
- Похоже все идет не по плану, так что мы либо и правда грабим склад Братства, либо засаду придется отменить. Как сам думаешь Санчез? - обратился он к товарищу.
Парень с кудрявыми волосами ответил что-то на кастильском. Перекинувшись парой фраз на этом языке визитеры двинулись к выходу. Обождав когда Санчез уйдет, усатый обратился к Эссильт.
Ты это... спасибо. Ежи ли кто будет создавать неприятности, приходи к старому туземному могильнику.
Техн.:
Будут вопросы к усатому? Если нет, то кузнец с помощником возвращаются, и для продолжения работы им явно нужен третий.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- И славно, что помогнуть смог. И на добром слове спасибо. А только, чтобы неприятностей на свою голову не нажить, спросить хочу кой-чего. Я тут человек новый, не знаю ничего, могу брякнуть кому-нито что-нито не то, и без башки останусь. Скажи, добрый человек, что такое это Братство, где мастер Галс управу искать хотел? - Девушка состроила самое невинное лицо, какое только могла. Кажется, хоть что-то удастся узнать...
Скрытый текст - техническое:
в зависимости от ответов усатого хочется вырулить на Гарри, но это опционально)
Усатый вытаращился на собеседника так, будто вместо юнги с ним заговорила обезьяна:
- Ты с какого корабля сполз приятель? Неужели никогда про Береговое Братство не слыхал? Они сейчас заправляют в форте и пытаются установить свои порядки в поселке. Было бы неплохо, только живущие тут скоты противятся. Но их время пройдет, рано или поздно, - говоривший со всей силы пнул стену, от чего, казалось бы, зашаталась вся мастерская, - уж мы то постараемся.
Усатый уже выходил, но вдруг остановился и уперся спиной об один из краёв прохода:
- Кстати. А ведь это очень интересный вопрос: "Откуда ты взялся?". Ребята судачат что с позапрошлого дня в бухту не входил не один корабль. И тут вдруг появляется сразу несколько наемников. Уж не на плоту ли вы бороздите морские просторы?
Техн.:
Цитата:
Сообщение от Franka
хочется вырулить на Гарри, но это опционально.
Понимаешь, добыча информации, как торговля. Чем больше вопросов задаешь ты тем больше их зададут тебе, так можно ступить на весьма не прочный лед.
И самое главное:
Книга наций "Пираты", стр. 34
Береговоё Братство:
Бич южных морей, Береговое Братство охотится на торговых маршрутах у берегов Монтени и Водачче (изредка добираясь и до Авалона). Их капитан, Альенде, предпочитает беседовать со своими противниками, вместо того чтобы сразу отправлять их ко дну. Каждый захваченный ими корабль увеличивает его постоянно увеличивающиеся сокровища, доступные всем членам братства. Братство это союз моряков, живущих по собственным законам, без ограничений типа короны, веры или страны происхождения.
Возникновение букканьеров
Расположенная на острове Ла Палабра де Диос, ла Букка была одной из самых известных тейянских тюрем. Сегодня остров служит домом для пиратского государства Альенде, Берегового Братства. Ла Букка была захвачена заключенными с помощью фальшивой вспышки Белой Смерти. Их лидер называл себя Альенде. Сегодня он известен как Король-пират.
Братство составляют множество кораблей, на каждом из которых свой капитан. Корабль самого Альенде, «Висельник», обычно занимается грабежами у монтенских берегов, тогда как остальное Братство охотится на парусники в водах Водачче и (изредка) Кастилии.
Что касается организации, Братство богато на парадоксы. С одной стороны, основное их кредо – абсолютная свобода, с другой же все эти моряки связаны обещанием, которое не могут нарушать. Хартия, составленная Альенде и подписанная каждым членом Братства, это строгий кодекс, которому следуют все, кто находится на кораблях Братства. Моряки знают, что если сдаться кораблю под флагом Братства без боя, то никого из команды захваченного корабля не тронут. Из-за этого многие, завидев флаг «Висельника», предпочитают сразу сложить оружие. Те, кто отказываются последовать этому примеру, встречаются в бою с кораблем, команда которого считается одной из самых опытных на всех морях.
Союзники
У Братства есть несколько союзников, хотя в Кастилии за ними идет охота: кардинал Вердуго подозревает всех и каждого. Один из его
самых доверенных охранников сообщил, что Альенде замечен в отношениях с Эль Ваго, что заставило верховного инквизитора задуматься – так ли прост Король-пират, как может показаться на первый взгляд.
Некоторые из кораблей Братства также берут полномочия против Монтени у королевы Элейн (официальная форма «право на трофеи с тонущих кораблей»). Королева взимает 10 процентов от всей добычи и предоставляет безопасные стоянки любым кораблям, капитаны которых подписали данное соглашение.
Флаг
Корабли Братства могут ходить под любым флагом, но помимо своего флага они также должны поднимать знак Братства. Обычно личный флаг расположен на мачте прямо над флагом Братства. На флаге Берегового Братства три костяные руки, в кулаке каждой зажат нож, а клинки опущены в общую чашу, сделанную из человеческого черепа.
________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Волькер начал было настраиваться на добрую драку и уже прикидывал, как сподручней кинуть кувшин с вином в графа, но тот изменил мнение.
Оставалось только налить себе в бокал и делать вид, что он так и намеривался сделать. А дальше оживился кастилец, так что боцману оставалось лишь поддакивать и держать кувшин при себе.
Цитата:
Сообщение от кастилец
- Мне кажется, что мы как-то уж справимся с тем, чтобы выйти в море. По крайней мере, когда мы сошли на берег, не похоже было, чтобы наш корабль тонул. Не так ли герр Дорк? – обратился кастилец к боцману, уж он то лучше знает свое судно. – Что до вас, благородный сер, все что мы требуем это верните наших людей… в том числе и нашего, так сказать… питомца. Заодно можете поделиться, что именно вы потеряли и где в последний раз это видели. Думаю мы, уж я то точно, при случае сделаем все возможное, чтобы помочь вам в вашей беде!
- Да уж, точно, не похоже, - подтвердил айзенец. - Постараемся, конечно.
С красноречием у бывшего речника было плохо. Особенно при мысли о странном искусстве. Скольких мертвецов этот тип на ноги поставил? И сколько у него в шкафу еще припрятано на черный день?
Эсси скривилась. Она надеялась, что неудавшиеся вымогатели не подумают об этом. Но ответ был заготовлен.
- Еще вчера мы на корабле плыли. А потом... Корешок-то твой из корчмы не все тебе рассказал, как погляжу. Боцман наш, что теперь рыб кормит, только Кровавого Гарри и опасался, что вроде в этих водах отирается. А бояться другого следовало. Черный Фрегат нам дорожку пересек, парень. А дальше мы сам-четверт насилу сюда на шлюпке догребли...
Она сплюнула и продолжала:
- Я сам-то с севера, у нас Псы Морские при королеве Элейн службу несут. Совсем другой коленкор выходит. Про Крещенитов вот слыхать доводилось да про бородачей белоглазых, что умеют бури с туманами при ясном небе накликать. А про Братство ваше не доводилось. Этот Гарри пресловутый, он тоже из Братства?
Техн.:
=> 27 #броскок Эссильт на то, чтобы обмануть собеседника, против сложности 15
Еще техническое:
Эсси, кстати, не сказала ни слова лжи. Она недоговаривает, передергивает и соскакивает с темы)
Они действительно еще вчера были на корабле, Боцман (переодетый капитан) Альбатроса действительно мертв, о Гарри действительно ходили слухи. и так далее) Из кусочков правды формируем параллельную реальность)
- Парень, да ты кажись, на солнце перегрелся! Такую чепуху порешь. Может рановато ты бухать начал, - усатый лукаво усмехнулся. – Отоспись ка получше морячек. Свидимся.
Собеседник развернулся и покинул помещение. Похоже, он не очень то поверил в историю Эсси, либо считал себя слишком умным, либо юнга испортила впечатление о себе незнанием порядков в южных морях. Говорить всю правду и срывать миссию не хотелось, потому инисморка лихорадочно размышляла, как убедительнее соврать когда она догонит усатого незнакомца, когда услышала знакомые голоса.
- … акулу ему на камбуз! Рассчитается с нами, когда вернётся к работе, пусть скажет спасибо что жив остался. – Бородатый кузнец и его здоровый помощник вошли в кузницу. Мастер Галсо огляделся, тщательно проверил углы, осмотрел место возле горна и обратился к громиту. – Вроде все в порядке. А теперь дуй отседово, шмакодявка, пока ничего тяжелого на ногу себе не уронил. А то мы сегодня уже Рема к знахарю таскали, хватит несчастных случаев, ёрш тебе в компот. И животину свою забери, не место ей на кузне. – Кузнец повернул голову в сторону помощника. – А я пойду найму кого-то из этих праздно шатающихся бухарей, левиафан их всех подери, чтобы был на подхвате.
***
Цитата:
Сообщение от Mikki
Редко удается встретить торговца, который увлекается философией.
Фелипе громко рассмеялся.
- Никогда не думал, что услышу подобные слова от соотечественницы. Вы выглядите довольно благородной сеньоритой, жаль я так и не удостоился узнать ваше имя, как и имена окружающих, потому не понаслышке должны знать о качестве кастильского образования. Философствующий торговец, философствующий корабельный плотник, философствующий работник виноградника... У нас действительно страна достойных людей, благословленных светом Теуса. Уверен, что Кастилия скоро встанет с колен и сможет побороть все невзгоды.
Цитата:
Сообщение от Franka
- Пойду-ка до ветру, господа хорошие...
Некоторое время кастильцы обсуждали свою родину, пока торговец не заметил что его собеседнице эта тема неприятно.
- Похоже наш юный друг нас покинул. Надеюсь он осознает все те опасности, которые ожидают его в этой грязной дыре, по ошибке считающейся посёлком. Может быть и нам следует последовать его примеру? Хотя бы отыщем вашего юнгу, господа?
Судя по их лицам, господа не торопились куда-либо уходить (в особенности молодой археолог, который все время держался за голову и даже не прикоснулся к спиртному).
Скрытый текст - еще больше технического:
Franka, впредь прошу меня не передергивать. Из написанного я сделал вывод, что твой персонаж врет. Хотя тут вопрос стоял не верит тебе собеседник или нет (потому-что в подобное ему в принципе поверить тяжело) а поймет он что ты врёшь ему или нет.
Народ, чтобы подобные казусы не повторялись, описывайте подробнее действия персонажей, хотя бы в том же техническом.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Когда б не я, мастер Галс, у вас было бы двое раненых. Я не просто мимо проходил, а ищу работу. У нас с отцом была кузня в Марках, я работаю у горна с четырех лет. - Девушка вынула из ножен кинжал и легкими движениями разрезала им остатки злополучной заготовки, так и лежавшей на наковальне. Потом отвернула рукав и срезала волоски на предплечье, покрытом шрамами от старых ожогов. - Мехи качать я сейчас не могу, правда ваша. Но на это много ума и не надо. А вот чтобы довести до ума этот хлам... Испытайте меня, мастер!
Скрытый текст - совсем техническое:
Я тебя не поправляю и не предъявляю претензий, не подумай. И действий твоих тоже не оспариваю. Написала справочно, скорее чтобы констатитировать курьезность ситуации.
- Что ж, сударь, я вполне могу составить вам компанию, тем более, что беспокойство о судьбе нашего юного друга действительно гложет меня.
Кастилийка поднялась и окинула взглядом своих спутников.
- Если мои друзья не желают расставаться со скромным ужином, не стоит их заставлять, я думаю. И, прошу прощения, я действительно не представилась. Меня зовут Лусия. Вы мне расскажете подробности о здешних местах?
- О конечно! – ответил Фелипе, - Сам то я знаю немного, но с радостью перескажу то что узнал от Местных. Если у вас возникнут вопросы, не стесняйтесь их задавать.
Пара кастильцев поднялась из-за стола. Одноглазый водаччианец, даже на стал проводить их взглядом, ковыряя инструментом, по форме напоминающим вилку в остатках свиной туши. Молодому учёному вообще было не до того.
На входе Лусия и её новый знакомый натолкнулись на парочку пиратов, причем довольно случайно. Торговец зацепил одного из заходивших в корчму и тот, развернувшись, зарычал:
- Тебе что, плечо укоротить, крыса сухопутная?! – пират ухватился за ручку тесака, весящего на поясе. Вообще, разглядывая его, Лусия заметила, что этот человек выглядит куда аккуратней всех, кого она видела на этом острове до него. Желтая повязка на голове, пиджак, когда-то бывший дорогим, а теперь с оторванными пуговицами, карманами… и рукавами, а так же грязные просоленные башмаки. На плече у головореза было видно довольно откровенную татуировку, изображающую торс девушки, держащей по сабле в каждой руке. Будучи врачом и притом женщиной, кастилийка могла сказать, что в природе не бывает столь выдающихся форм. Фелипе, подталкивая спутницу в локоть, увел спутницу подальше от задиры, в сторону бесчисленных торговых лотков, стоящих вдоль самой широкой дороги посёлка, одной стороной исчезающей в джунглях, а другой в море.
- Не сочтите за любопытство, но может быть, расскажите что заинтересовало, на этом грязном клочке земли, такого профессионала как вы. Во имя Теуса, заклинаю вас, не стоит выдавать мне тайны, ни ваши, ни вашего нанимателя, я человек мирный и не хочу проблем. Честно говоря, мне достаточно тех опасностей, которые естественно связаны с моей деятельностью. Просто в зависимости от ваших целей мы можем совместить и работу и замечательную прогулку, если синьорина находит замечательной возможность гулять по логову зверя.
***
- Что ж, - кузнец пригладил бороду, - мести пол возле горна или подбрасывать деревяшки в жерло, много ума не надо. Не так ли? Или папенька еще и молот ему подносить позволял? – Здоровый помощник кузнеца хохотнул, а мастер снова погладил бороду. – Видеть то, как работать с металлом, ты видел, спору нет. Только здесь еще и руки, растущие из плечей нужны! Городишко то тут весёлый, ты и сам знаешь, мелочь. Если не грабят, то убивают, если не убивают, то грабят, акулий хвост ему… работы всегда полно, тем болеё что мастерских всего три, – кузнец почесал в затылке и глянул на помощника, ища поддержки. Рослый Маркус только пожал плечами. – Решено, будешь у нас на подхвате, работу прекращать нельзя. Растопите-ка даму ребята, чтобы горячо в ней было как на дне бездны!
Скрытый текст - Перед тем как что-то писать открой:
потому что, когда я вернусь домой может быть расширю пост.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Прфессионала? - Лусия с недоумением глянула на Фелипе. - Честно говоря, не понимаю, о чем вы. Ничем профессионально я не занимаюсь. Собственно говоря, я просто пассажир судна, которое оказалось почти захваченным пиратами. Мы сумели выстоять, и теперь кораблю нужен ремонт, а команде и нам - провизия и вода. А здесь мы оказались, наверное, из любопытства. И...о каком нанимателе идет речь? Я совсем запуталась.
Девушка вздохнула и принялась разглядывать окрестности.
Цитата:
Сообщение от Mikki
- Честно говоря, не понимаю, о чем вы. Ничем профессионально я не занимаюсь.
- Простите, но если судить по внешнему виду, вы с одноглазым господином явно наемники, работающие в паре. Кроме того, ваш клинок – спутник указал на ножны Луси, - кастильская сталь высокого качества. Обычные девушки используют более традиционные украшения.
- Впрочем, я не заметил у вас с товарищем значков фехтовальщиков. Впрочем, вы ведь не обязательно должны быть фехтовальщиками, верно? Судя по выговору, вы из провинции Торрес. Научились извлекать выгоду из текущего положения дел у себя дома? Фехтовальный стиль вашей родины, насколько мне известно, все еще не сертифицирован гильдией. Как будто мы, кастильцы, для них люди второго сорта! По поводу вашего партнера судить не берусь, о фехтовальных школах других стран мне мало что известно.
Чем больше Лусия вслушивалась в речь собеседника, тем больше ей казалось, что словоблудием он пытается скрыть свои истинные намеренья.
Цитата:
Сообщение от Mikki
Собственно говоря, я просто пассажир судна, которое оказалось почти захваченным пиратами. Мы сумели выстоять, и теперь кораблю нужен ремонт, а команде и нам - провизия и вода.
- Знаете-ли, сегодня я дважды проходил вдоль гавани, утром и перед самим обедом. И не заметил не единого нового судна со вчерашнего дня! Если у вас действительно такие потребности то экипаж совершает ошибку, причаливая к пустынному берегу! Капитану стоит направить корабль к поселку. Хоть здесь и живут мерзавцы, плата за вход в Бухту весьма символическая, да и о мастерстве корабельного плотника, живущего здесь, отзываются весьма неплохо.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Нет, сударь, вы ошибаетесь. Я вовсе не наемник. Фехтованию я училась у брата. Клинок - наследство, полученное от отца. Что касается фехтовальной школы, то, к своему стыду, знаю о ней я прискорбно мало. Впрочем, это не мешает мне время от времени защищаться при помощи клинка. О намерениях же капитана мне ничего не известно.
Лусия вздохнула и искоса глянула на Фелипе.
- Боюсь, сударь, вы мало что сможете узнать от меня, ибо сама я несведуща во многих вопросах.
И все-же вы создаете впечатление серьезной, деловой женщины. Или это все из-за вашего одеяния. - лицо торговца озарила улыбка. - Потому давайте перейдем к делу.
Какой-то настойчивый торгаш, с ну очень незначительным количеством зубов, попытался втюхать проходящим кастильцам "ну очень свежую" тушу кабана. Паре пришлось спасаться бегством от навязчивого головореза.
- Как видите, с едой здесь проблем не возникнет. Вот чистая, родниковая вода обойдется даже дороже чем выпивка. Понимаете-ли у пиратов возникли трения с аборигенами. Они хоть и безбожники, но сражаться умеют. Так вот, если вы побывали в стычке с пиратами, значит плывете на вполне обычном судне. Вся эта морская саранча редко нападает друг на друга. За исключением случаев, когда они пытаются разрешить личную неприязнь стрельбою из пушек. Может быть ваш капитан согласится взять еще одного пассажира, как вы думаете? Этот пассажир сможет хорошо заплатить!
- Хм, уж не о себе ли вы говорите, сударь? - Лусия чуть запыхалась от быстрой ходьбы и оперлась на руку спутника. - Я не знаю, что ответит этому человеку капитан, но, думаю, возражать не будет, если этот пассажир аргументирует свою просьбу. Не думаю, что наш капитан охоч до денег, но все может статься.
Лусия вздрогнула от резкого крика очередного зазывалы и сморщила нос.
- А вы хотите убраться отсюда подобру-поздорову, как я погляжу?
Очнулась Адейна на кровати, в помещении, освещённом мягким светом. Однако рассмотреть подробности окружающего мешала раскалывающаяся от боли голова. Когда боль немного утихла пиратке удалось принять вертикальное положение и помотать головой по сторонам.
Осмотрев комнату, девушка не нашла ни окон, ни дверей и никакого намека на них, если не считать того, что стены были обвешаны картинами и уставлены шкафами с книгами. "Красивая клетка", - отметила она про себя, - "только для пленника едва ли привлекательна самая красивая тюрьма. Стоп. Пленница? Но чья"? Неожиданно, сквозь стену просунулась полупрозрачная голова, скорчила рожу и снова исчезла. Девушка нервно икнула, моргнула глазами и уставилась на стену.
Значит, это вот и есть замок с привидениями? Конечно, Адейна с детства мечтала о волшебном приключении: с таинственными замками, чудовищами и благородными рыцарями и магами, прискакивающими сквозь тернии и полчища врагов. Но, как это часто случается, получить желаемое именно таким, как представлялось, оказалось невозможно. Как то вот не плачется от счастья. Волшебников не видать и кушать хочется. Положение незавидное. Неизвестно, что с кораблем, и где он? Как выбраться, непонятно. Кто и зачем ее схватил – тоже тайна покрытая мраком. А тут еще что то прогромыхало цепями и плавно пролетело из угла в угол. «У-у-у! Фрид, Фрид! Я есть Фрид» Ой, мамочки! Хватит с меня этой романтики. Я домой хочу!
Когда-то давно ей попалась книга про сокровища сирнетов, всякие там ловушки, загадки и тайные ходы. Она прикинула, что если сюда попала, то точно кто-то ее доставил. И так как люди сквозь стены ходить не могут, то тайный ход просто обязан где-то быть. Для начала пиратка простучала стены и пол. Однако усилия ее были тщетны, если тайный ход и существовал, то был тщательно замаскирован. Прям как будто тайный. Адейна уже и шкафы и картины, и канделябры со светящейся неведомой фигней подёргала по нескольку раз - всё без толку. От всего этого возникло сильное желание кричать, издавать мольбы о помощи, но понимание, что от этого может кто-нибудь придти, останавливало крик в горле. Адейна не понимала, что от неё понадобилось неизвестным похитителям? От страха неизвестности она сжалась в комочек в дальнем углу комнаты и смахнула слезинку, украдкой, чтобы никто не видел.
__________________
Свобода - моё второе имя
Вставлено пять копеек от ведущего.
Цитата:
Сообщение от Mikki
- Хм, уж не о себе ли вы говорите, сударь?
- А вы невероятно проницательны caro* Лусия. - кастелец улыбнулся собеседнице.
Цитата:
Сообщение от Mikki
- А вы хотите убраться отсюда подобру-поздорову, как я погляжу?
Что же, своего пренебрежительного отношения к этому месту, его обитателям и ихнему образу жизни я не скрываю, ну почти. А так-как я завершил на острове свои дела, самое время отправляться в путь. И чем скорее тем лучше.
Другой вопрос, станете ли вы помогать соотечественнику? Должен признаться, я уже было договорился, о том, чтобы покинуть пиратское гнездо, но судьба распорядилась иначе.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Я помогу соотечественнику, ведь в том, чтобы уехать отсюда, нет ничего плохого. К тому же вы при желании прекрасно справитесь и без меня. Так что если нужно будет замолвить капитану словечко, я, пожалуй, сделаю это, - Лусия снова поморщилась.
На этот раз они проходили мимо прилавка, заваленного полусгнившими плодами, совершенно неопознаваемыми по виду.
- А куда вы хотите направиться? Или вам все равно, лишь бы покинуть остров?
Цитата:
Сообщение от Mikki
- А куда вы хотите направиться? Или вам все равно, лишь бы покинуть остров?
Я планировал отправится в Империю Полумесяца, но увы, - Фелипе потер одну ладонь о другую, - ветер переменился и я потерял всякую возможность убраться отсюда, пока не появились вы с друзьями. Во истину, всемогущий Теус послал вас ко мне, как посылал пророков нашим предкам, дабы указать верный путь истинному ватицынику!
Что до направления, то мне по профессии приходилось бывать в различных, даже удивительных местах. Потому меня не волнует куда вы держите путь. За исключением разве-что, если вы направляетесь к какому-то другому пиратскому гнезду... ну, или в Монтень. В этой богопротивной стране нечего делать истинным патриотам Кастилии, как мы!
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Увы, сударь, боюсь, что судьба и все Боги не благоволят вам. Мы как раз направляемся именно в Монтень. По крайней мере, когда я садилась на корабль, он отплывал именно туда, - Лусия пожала плечами. - Не хотелось вас разочаровывать, но увы...Если только вы уговорите капитана направиться куда-либо еще.
Кастилийка усмехнулась и замерла перед прилавком, на котором в несколько рядов были выстроены самые разнообразные фигурки людей и животных.
- Покупать? - оживилась сидящая за прилавком темнокожая женщина с платком на голове, тыча палкой в фигурку то ли лошади, то ли собаки.
- Но корабль ведь будет делать остановки? В Пуэрто де Сур, Сан-Фелипе или Сан-Теодоро? Иначе зачем вам, почтенной сеньорите, плыть в страну, которая ограбила и изна... испоганила вашу родную землю? - глаза кастильца загорелись праведным пламенем, - Нет спасибо, - бросил он аборигенке и повернулся к Лусии. - Если вам интересно, я знаю одну синьору, приторговывающую замечательными бусами из ракушек. - Фелипе пошел вперед показывая дорогу.
- Пожалуйста... покупать! - вскрикнула торговка. - Не платить взнос... Братство... прогонять! Покупать?!
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Лусия поспешила за спутником, несколько раз оглянувшись на причитающую торговку.
- Вообще-то я не собиралась ничего покупать. Так что не стоит беспокоиться. А остановки...Честно говоря, я не знаю, меня не посвящали в планы... Это путешествие должно было пройти гладко. Меня ждал новый дом и...в общем, ничего неожиданного в своей жизни я не ожидала. и то, что происходит сейчас для меня приключение, да еще какое...
Она замолчала, вдруг подумав, не слишком ли разоткровенничала с первым встречным.
- Вся наша жизнь, это одно большое приключение! – Резюмировал кастилец. – Кажется, будто каждый человек решает свою персональную загадку, и от успехов каждого верующего зависит решение ребуса, составляющего наш мир. Да простят святые отцы мои смелые слова! Я просто пытаюсь сказать, что вам точно есть о чем поведать, даже задолго до того, как вы попали в логово к пиратам. Неужто с вами не происходило ничего запоминающегося и удивительно за годы жизни? – Фелипе уверенно вел Лусию через толпу. Нельзя было сказать, что местный люд вызывал сильное отвращение, но порядка в поселении точно не хватало.
- Относительно денег не волнуйтесь, расценивайте это как подарок. Обычно я не делаю подарков малознакомым сеньоритам, но возможно это хоть как-то развеет ваше смущение.
Спустя несколько минут ходьбы кастильцы вышли к прилавку, заваленному украшениями народного творчества. Здесь были как просто большие и красивые раковины, так и предметы ремесленного дела. Пепельницы, всевозможные украшения из раковин от бус до браслетов, шкатулки облепленные раковинами и прочими дарами моря. Среди всего этого нашлась даже бутылка из прозрачного стекла с пожелтевшим от времени и соли посланием внутри.
Хозяйкой лотка оказалась широкоплечая водаччийка. Темные волосы скрывались под белым головным убором. Одета торговка была в кожаный фартук поверх старого, покрытого заплатками, платья, из под которого выглядывали смуглые морщинистые руки. Её прилавок располагался так, что идущее на закат солнце заставляло женщину щуриться, но судя по выражению глаз, она видела все, вплоть до происходящего у нее за спиной. (По крайней мере, желающих проверять это не было.)
- Что такое ювелир, - произнесла торговка скрипучим голосом, - мои товары больше не кажутся тебе хламом?
- Боже упаси, синьора Бьянка! И вы подумали так лишь потому, что я назвал их дешевыми?! – возразил Фелипе.
Торговка громко хмыкнула и уперла руки в бока, пока посетители принялись разглядывать прилавок. Товар и вправду оказался дешевым, вряд ли отец или мать Лусии стали бы покупать нечто подобное. Пробежавшись по всевозможным поделкам взгляд девушки, вдруг остановился на бутылке. Она могла поклясться, что мгновенье назад бумага была потертой и негодной, теперь же лист был белым и свежим, будто его только что вынули из письменного стола. Героиня почувствовала разгорающееся любопытство по поводу этой бумаги, и поняла, что скоро его будет трудно сдержать.
- Вот, посмотрите на эту. – Фелипе протянул ей украшение. Это была красивая половинка устричной раковины, вокруг которой, на бечевку, было нанизано несколько мелких ракушек попроще. – По-моему выглядит вполне неплохо.
Техническое:
Лусия закрыла свое прошлое, выполнив долг чести (нашла брата) и теперь у нее есть преимущество Связь (Союзник - Алаваро Торрес) (а еще, временно, свободные ОО становятся -3, что подводит меня к мысли, что после приключений в пиратском поселке, все персонажи участников получат 10 ОО)
_________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Симпатичная безделушка, - Лусия дотронулась пальцем до раковины. - У вас есть вкус, сударь. Но... если уж вы так хотите сделать мне подарок, то я бы хотела получить вот это.
Она ткнула пальцем в бутылку, сквозь темное стекло которой просвечивала скрученная бумага.
- Мне бы очень хотелось узнать, что содержит этот свиток, - девушка смущенно улыбнулась. - К сожалению, мое любопытство часто заводит меня в такие дебри...но не могу удержаться, увы...
- Читать не советую! – буркнула водаччианка. – Мой муженек частенько вытравливает такие сетями. Дак там столько бранных слов! Весь поселок – одно сплошное бескультурье. – Женщина смачно сплюнула куда-то под прилавок. – А как украшение для стола знатного господина смотрится роскошно. Всего три дублона.
Фелипе, опустивший руку в кошель резко бросил взгляд на торговку.
- Синьора Бьянка! Но это грабеж!
- И не мараведи меньше! Братство нынче с лоточников мзду дерет, хочет, чтобы нас меньше стало. Да какие они после этого пираты! Нормальные пираты прогнали б лишних торгашей пинками! В первую очередь черножо… - лоточница сплюнула еще раз.
В результате этого нескладного торга деньги перекочевали в руки Бьянки, а бутылка в руки Лусии. Спустя несколько ковыряний кастильской сталью и один удар о дерево бумага была извлечена наружу.
- О, похоже на монтеньский. – Фелипе пробежал по листу глазами. – Надеюсь вы разбираетесь в монтеньском?
Скрытый текст - Письмо:
Сеньорита Лусия. Как ваши дела? Искренне надеюсь, что всё хорошо. Вы часто поглядываете на часы? Кстати, на Канальском архипелаге сейчас неспокойно, много пиратов Морского Братства и других, весьма странных опасностей. Хотя когда там в последний раз было спокойно? Будьте осторожны.
На днях я обсуждал наше знакомство с моими новыми друзьями. И они показали мне прилюбопытнейшие документы. Вы то сами знаете, к какому интересному персонажу ваш родственник устроил вас в качестве гувернантки? Или мне не стоит портить вам сюрприз до прибытия в Монтень?
Я обычно не вмешиваюсь в дела двух взрослых людей, но вы моя хорошая знакомая. Я считаю своим долгом предупредить вас. Понимаете, об экстравагантности мсье Жофруа и о его охочести до молодых мадмуазелей ходят слухи по всей южной Монтени. Причем самые наименее пошлые докатываются даже сюда, в Карлеон. Подумайте, разве 2500 гильдеров помогут вам с дядей спасти семью, учитывая какой ценой вы их получите?
Мышонок
Глава третья
Тут, издав скрип, одна из книжных полок уехала куда-то внутрь. Адейна вжалась в стену еще сильнее, но из прохода появились люди. Впереди шел смуглый, темноволосый и тяжелогруженый парень. В одной руке он держал рапиру, в другой канделябр. Вслед за ним появились мрачный тип с темными волосами и в темной одежде и парочка моряков. Не похоже, что это были матросы с каперского корабля, по крайней мере, девушка видела их впервые.
- Хм, не похоже на выход, - обратился смуглый к товарищам, - согласно планировке проход должен быть сквозным, а это какая-то комната. Нооо, по крайней мере, герр Дорк мы нашли еще одного из вашего экипажа. – Парень направил оружие в сторону Адейны, и та сжалась еще сильнее. – Точнее, еще одну.
Тем временем… Томасу Вюрсту кое-как, катаясь по ковру вместе со стулом, удалось стащить с головы разбитую гитару. Как говориться «художника обидеть может каждый, а вот…», продолжить мысль графу не удалось, так как он горько заплакал… уже в пятый раз после того как пришел в себя. Никто… НИКТО в цивилизованном обществе не смеет так платить за гостеприимство!
Теперь серу Томасу оставалось только освободиться от стула, а тогда.… Тогда он собирался мстить.
- Белла! БЕЛЛА!!! – Истошный крик наполнил полупустые коридоры замка. Толстый монах с огромным куриным окороком в руке откусил от него несуществующий кусок и покинул покои графа, выйдя прямо сквозь окно.
Тем временем, на соседнем острове… Эссильт открыла глаза и сладко потянулась. Ну и денек выдался накануне.
Сквозь многочисленные дыры в стенах халупы кузницы проникали лучи восходящего солнца. Один из них светил громиту прямо в глаз. Прикрывшись рукой, девушка огляделась. Она лежала подле пресловутой кучи железяк, накрытая пальмовыми листьями. Неподалеку от дыры в кузницу, обнявшись с молотом, посапывал крепкий помощник кузница. Самого мастера нигде видно не было, как и нового товарища инисморки. Кстати о товарищах…
Девушка вскочила на ноги. Похоже, труд не только облагораживает, но и валит с ног покрепче некоторых сортов виски! Эссильт пропустила вечернюю встречу с товарищами. А они, в отличие от кота, явно способного позаботиться о себе, могли влипнуть в неприятности. Ну а пока начальства всё равно нет, настало время идти на разведку…
Неподалёку, в канаве… Бруно Джакозе тоже встречал утро. Открытие глаз сопровождалось звоном, способным заглушить колокола собора… даже в неделю пророков. В надежде заглушить боль он предпринял попытку схватиться руками за голову. Это дало результат. Наемник узнал, что его голова ничем не выделяется. Всё тело болело одинаково! Более того, лицезря рукав, его хозяин заметил несколько новых дырок, как будто его расстреляли шрапнелью, прямой наводкой, в упор, и следы крови.
Рискнув подняться, охотник за головами заметил, что с него сыплется какая-то белая грязь, а из под камзола выпали несколько осколков свинца и… мрамора!? Мерде! Какой хренью он занимался этой ночью?! Сидя прямо в грязи воддачианец огляделся.
Он находился всё в том же пиратском поселке. Было раннее утро, туда-сюда сновали одинокие мрачные типы, ниже по улице старушенция расставляла товар на прилавке, а канава через дорогу кажется, была тоже занята. Кстати, сам Бруно разделил ложе с учеником книжника с корабля. Парень всё-еще дрых на боку и наемник предпринял максимум возможных усилий, чтобы дернуть его за плечо и разбудить.
Парень повернулся к Бруно лицом. Остекленевшие глаза и рваная рана на шее показали что от него Джакозе ответов не получит… а жаль.
Ужасно техническое:
Бруно Джакозе - 20 поверхностных ран
Shkloboo, я все-таки надеюсь что ты передумаешь. Думаю Бруно теперь тоже надеется *смайлик-дьявол* *злобный смех*
Вылетает: Фаррел МакОуэн О'Брайен
Следующий на очереди: Вас... А почему я вообще должен вам говорить? Я ведь всё-таки злобный и жестокий ГМ! Вон как с графом Томасом обошелся! *еще больше злобного смеха* Те, кто беспокоятся о своих персонажах пускай скорее возвращаются. А те кто не беспокоятся, показывают что им ихний персонаж не нужен.
Ах да, чуть не забыл.
Влетает: Адейна Редстелл
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Письмо:
Сеньорита Лусия. Как ваши дела? Искренне надеюсь, что всё хорошо. Вы часто поглядываете на часы? Кстати, на Канальском архипелаге сейчас неспокойно, много пиратов Морского Братства и других, весьма странных опасностей. Хотя когда там в последний раз было спокойно? Будьте осторожны.
На днях я обсуждал наше знакомство с моими новыми друзьями. И они показали мне прилюбопытнейшие документы. Вы то сами знаете, к какому интересному персонажу ваш родственник устроил вас в качестве гувернантки? Или мне не стоит портить вам сюрприз до прибытия в Монтень?
Я обычно не вмешиваюсь в дела двух взрослых людей, но вы моя хорошая знакомая. Я считаю своим долгом предупредить вас. Понимаете, об экстравагантности мсье Жофруа и о его охочести до молодых мадмуазелей ходят слухи по всей южной Монтени. Причем самые наименее пошлые докатываются даже сюда, в Карлеон. Подумайте, разве 2500 гильдеров помогут вам с дядей спасти семью, учитывая какой ценой вы их получите?
Мышонок
Лусия снова перечитала письмо. Потом еще раз. А затем подняла на Фелипе полные изумления глаза:
- Ничего не понимаю... Кто такой Мышонок, и с чего он решил, что я стараюсь спасти семью? Моя семья - это только я!
Она снова пробежалась по строчкам.
- И какова была вероятность того, что это письмо попадет мне в руки?
Волькер с хмурым выражением лица (в шторм небо бывает яснее) шел следом за кастилийцем. Ему не нравился ни замок, ни ожившие мертвецы в нем, ни его хозяин. Особенно, его хозяин.
Собрать бы людей побольше и отправить его к Легиону, но…
Так, а это кто?
- Только если… вы согласны стать матросом нашего корабля? Когда к нему вернемся… - ответил боцман, одновременно обращаясь к еще незнакомой девушке. – Если только у вас нет собственного. Вы тоже… гостья здесь?
Пауза. Ну да.
- Шайне. Этот замок и все в нем… Волькер Дорк, - представился даме айзенец. При желании можно было увидеть шпагу, панцехенд и металлические наручи, чьим хозяином Дорк и являлся.
Вопрос: кто в наше время носит наручи? Хотя, один из них уже представился…
Сердце Адейны часто стучало, но испугалась так сильно она отнюдь не того, что толпа незнакомых людей вошла в её камеру. Больше всего девушка опасалась, что это мог оказаться хозяин замка. Но судя по вопросам, которые матросы задавали, они тоже оказались здесь волей случая. К тому же на мертвецов не походили.
- Сложно назвать себя гостьей этого ожившего кладбища, особенно если не помнишь, чтобы перешагивала порог, - ответила девушка взяв себя в руки. - Благодарю, что нашли место место моего заточения, и я с радостью присоединюсь к вашей команде.
Адейне хватило силы воли, не закатить истерику, вряд ли мужчины оценят её обморочное состояние, как признак женственности. Не то место и не то время, и незачем. Однако несмотря на всё своё самообладание девушка почувствовала дрожь в руках. И чтобы Волькер не заметил её слабости Адейна покрепче сжала кулаки.
- Адейна Редстел, - представилась девушка окончательно придя в себя.
__________________
Свобода - моё второе имя
Боцман помолчал.
- Не помните? - произнес он. - И как вообще на этом остове оказались?
А насчет заточения... у Волькера была пара не слишком приятных мыслей. Например, служанка в компанию... "Охх... какой-то... не помню. И как мы вообще сюда пришли? Нас за какой-то пропажей отправляли..." - обнаружил он некоторые пробелы в памяти. Кажется... нет, с едой все в порядке... а с замком - нет, не только из-за мертвецов, задержавшихся на этом свете по прихоти нероманта.
- Это я помню прекрасно, - ответила Адейна.
Рассказ, как корабль, на котором она служила потрепало штормом, после чего тот естественно требовал ремонта - много времени не занял. Девушка описала, что нужную древесину они нашли почти сразу, но вот ежедневная пропажа людей требовала поторапливаться и что сейчас с кораблём и людьми она не знает.
Однако больше всего её сейчас тревожило то, что стены отчего-то стали раскачиваться, словно качели. Чтобы обрести устойчивость пришлось опереться на эту шатающуюся поверхность, которая к слову и не думала никуда отъезжать.
"Интересно, сколько я здесь нахожусь"? - внезапно подумала девушка. - "Ведь я кажется сегодня проснулась в этой каморке? Или не сегодня?"
- Интересно, как долго я тут сижу? - Неожиданно для самой себя это вопрос Адейна произнесла вслух.
__________________
Свобода - моё второе имя
Тем временем, кастилец поставил подсвечник на тумбу возле кровати и подошел к картине, висящей прямо напротив их импровизированного входа. Полотно изображало женщину, в знатных одеждах, держащую на руках испуганную лисицу. Произведение искусства так заинтересовало молодого человека, что тот несколько раз ткнул даме в глаза, а затем, вернулся за своим «факелом» и принялся на четвереньках осматривать пол под картиной, как будто что-то искал.
Один из матросов подошел к Волькеру и стал рассматривать узницу замка. Он так и таращился на девушку, хмуря брови, когда через всю комнату проскакал какой-то мужик на коне, громко при этом вопя.
Другой моряк подошел к низкому столику, на котором стояла птичья клетка, явно золотая, и предпринял попытку опереться на него локтем. Учитывая разницу в росте, вышло у него не очень.… Тогда матрос завел руки за спину и принялся насвистывать под нос мелодию. Поняв, что ужасно фальшивит, он развел руками, и просто схватив клетку подмышку, вернулся туда, где стоял.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Стоило немного отвлечься на разговор, и началось. Среди простых моряков точно.
- Так... - впрочем, Дорк вспомнил что-то о сне с птицей и смягчил тон. - Конечно, хозяин тот еще... но если одна из вещей заговорена, то оправдывайтесь там сами. И если помешает побегу, бросите немедленно.
- И, сеньор Рикардо, когда закончите поиски, представитесь? - обратил внимание он на кастилийца. Впрочем, если он что-то искал...
Мимо пробежал всадник. Айзенец посмотрел ему вслед, а потом обернулся к остальным:
- Так, осмотрите комнату. Вы же люк или что ищете? - вопрос к кастильцу. - И быстро, иначе станем тут еще одними... Айдена, что у вас с фехтованием? Хозяин будет очень злым и его слуги тоже.
В осмотре комнаты Волькер постарался помочь, чем мог.
(если точно понял, Разум и обостренные чувства: 3с2=9,8,4, 9+8=17)
Адейна равнодушно наблюдала за тем, как разоряют её темницу, но у самой желания взять что-либо на память не было. Да и зачем? Чтобы потом тревожили не очень приятные воспоминания по ночам или чувство омерзения, когда она в очередной раз будет смотреть на сомнительный трофей?
Когда мимо пронёсся какой-то всадник девушка невольно вздрогнув, поморщилась.
- Многие фигуры и приёмы знаю, но до высот ещё далеко, - честно ответила девушка на вопрос Боцмана, и осмелилась добавить, - я уже искала потайной выход.
По опущенной голове и плечам Адейны можно было догадаться, что успеха в этом деле она не достигла.
__________________
Свобода - моё второе имя
Риккардо даже не обратил внимания, что к нему обращаются. Кастилец стоял на коленях и гладил стену. Видимо это оказалась очень породистая стенка!
Осмотр комнаты указал на то, что они оказались в… комнате, причем богато украшенной! Не было стены, на которой бы не весела картина с людьми в знатных одеждах. Окон, к сожалению так же не было, хотя это исключало возможность появления всяких птиц! Из картины, изображающей богатого купца, показалась детская голова, скорчила айзенцу рожу и так же быстро спряталась.
На столике, помимо экспроприированной клетки осталась стоять ваза с какими-то мелкими цветочками. Кажется, это был вереск. Какой жестокой иронией нужно обладать, чтобы поставить эти цветы в комнату с пленным авалонцем?!
У одной стены стоял внушительный книжный шкаф, одна из секций которого с громким скрипом вернулась на место, всполошив моряков стоящих возле него. Полки были довольно плотно набиты книгами. «Funfundneunzig Postulate Thomas Lieber» гласила айзенская надпись на одной из брошюр.
Пол был украшен роскошным ковром. На потолке висела богатая люстра на дюжину свечей. Половину из них как будто только сменили. В противоположном от Волькера углу расположилась кровать. Постель была помята, будто у кого-то были не самые приятные сны. Рядом с кроватью, на тумбе, возле которой копошился кастилец, был аккуратно сложен знатный плащ.
Моряки принялись изображать активную деятельность. Двое, у книжных полок, гремя свежеуворованой клеткой, взялись скатывать ковер.
- Ох, не нравиться мне это место, сэр, - пробурчал стоявший возле Волькера альбатросовец, теперь шатающий одну из картин, - и девка эта тоже не нравиться! Может того…? Оставим ее здесь, да и с концами!
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Так... - Волькер хмуро посмотрел на скатывающих ковер моряков. - Хотя бы под ковром смотрели?
- И все тяжелое оставим здесь! - это уже морякам.
- Замок мне тоже не по нраву, но оставлять тут кого-либо я не собираюсь. Если кто сам не захочет остаться, - это уже говорливому. - Кстати, Рикардо, ты все-таки объяснишь, чем эта стена та на кошку похожа?
Так, теперь о пленнице замка... гостья... нет, пленница-таки. Ну не верилось в иное, печенка же помалкивала!
- Со стрельбой как? Хозяин будет не очень в настроении отпускать кого-либо... - тем временем спросил боцман девицу.
Хотя, что все тут изменит.
Услышав, что её предлагают оставить здесь, Адейна передёрнулась не особо хотелось становиться таким же ходячим покойником. А что могло прийти ещё в голову хозяину замка? Представлять как-то особо не хотелось, да наверно у девушки на это и фантазии бы не хватило. Она собралась было уже хотела было выпалить какую-нибудь нравоучительную тираду, как Волькер перебил её мысли.
- Со стрельбой неплохо, - уверенно ответила Адейна. - в любом случае не промажу.
В памяти всплыли моменты в самом начале её становления пираткой, когда на корабле пиратов её учили стрелять. "Не промажешь - уже хорошо" - кто-то похвалил её успехи, когда она кажется с сороковой попытки попала в центр мишени.
__________________
Свобода - моё второе имя
– Как скажете, сэр. – Болтливый бородач подергал пустующий настенный светильник. – Только вот рожа её мне откуда-то знакома… - дальше последовала водаччианская ругать, потому, как светильник все проделанные манипуляции игнорировал. Где-то позади боцмана было слышно, как моряки простукивают половые доски рукояткой ножа.
Спасенье было невероятно близко, Адейна буквально могла это почувствовать. Оно направилась к своему ложу, чтобы забрать одежду и… сложить постель?! Впрочем, кто знает об этом лучше её.
Когда девушка проходила мимо кастилийца, абсолютно игнорировавшего внешние раздражители, тот издал вопль "Ага!", резко вскочил и ткнул в глаза лису, изображенную на картине. Со скрежетом часть стены уехала вверх, и взору честной компании предстал затемненный коридор, посреди которого стоял скелет в костюме пажа с подносом, полным всякой снеди в руках. Похоже, слуга не ждал такой масштабной встречи, да и молодой человек с другой стороны тоже опешил от увиденного. Воспользовавшись промедлением, нежить швырнула в кастильца подносом и бросилась бежать. Риккардо окатило супом, жареным картофелем, курицей и фруктами. Части курочки и какого-то пудинга долетели даже до Адейны. С криком "Ах ты ж каналья!", бывший студент бросился преследовать обидчика.
Скрытый текст - техническая часть:
В плащ Адейны кто-то очень аккуратно и чтобы не было сразу заметно, завернул мешок с её личными вещами и ранее братова, а теперь её сабля. В мешке, помимо личных вещей, лежат деньги, три ножа в ножнах и пояс с петлей из сабли. Какая-то странная забота о пленнице.
Группа осталась без света, так как кастилец унес подсвечник с собой. Проход, в который он убежал, закроется через пару минут. Вообще из комнаты ведут два прохода и Волькер знает как открываться оба, и тот через который они вошли и тот в который Риккардо погнал скелета.
Вот.
Теперь стало ясно, почему кастилец так заинтересовался стенкой.Только зачем в одиночку гнаться за скелетом?!
- Стой! Шайне! - крикнул боцман, но Рикардо не расслышал и продолжил погоню за мертвым лакеем. Безрассудный...
- Всем встать рядом! У кого есть огниво? У меня... кажется... Если есть, быстро зажгите что-нибудь! - стал собирать матросов Волькер.
Он точно не помнил, было ли у него огниво или что-то подобное, но без света в этом замке не обойтись. И без огня тоже.
А после добычи света следовало идти по новому проходу. В предыдущем ничего интересного нет, а вернуться тем же путем... Вначале нужно найти кастилийца, да и там трупов будет по сто штук на каждого и все злые, а легионеры.
Обычные можно потерпеть, но таких в замке мало. Если они вообще есть.
Повторять дважды не понадобилось. Жалобно звякнув на прощанье, ваза разбилась на множество осколков. При этом все четыре ножки были нагло отодраны от туалетного столика, после чего пришла очередь кровати. Простыня была выдрана, при этом постель разлетелась по всей комнате, и изрезана на тряпки. Откуда взялась бутыль с "горючей жидкостью" никто (даже сам Волькер) не заметил, да и не придал этому особого значения.
Огниво, конечно же, нашлось в одном из карманов куртки боцмана. В результате слаженной работы, всего через несколько минут весело полыхали четыре факела. Осталось только дождаться даму.
Адейна тем временем склонилась над своей одеждой. Во время суматохи кто-то (возможно, тот мрачный тип) сбросил её плащ. И из него выпал плотно набитый мешок, а подойдя ближе, девушка заметила рукоять сабли. Её сабли! Но этих вещей не должно здесь быть! Она ведь пленница! …или как?!
Скрытый текст - техническое:
Волькер тратит кубик драмы на свет
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- Так-то лучше, - ободряюще хмыкнул айзенец. Огонь - это свет, жизнь. Побольше бы его, Волькер слышал, что мертвецы пламени боятся. И еще больше, чтобы этот замок спалить дотла.
Но сначала своих вызволить нужно... только Айдена копается в каком-то плаще. А она не из Монттеня случайно?
- Собираемся, быстро! Хозяин мог уже очухаться... - поторопил боцман. Еще полминуты и можно открывать проход, куда ускользнул кастилец. Первым пойдет Дорк, потом матрос, Айдена и остальные.
Лиса на картине смотрела как-то злобно, желая всем тут остаться и пополнить ряды слуг. Размечталась... Впрочем, так могло показаться только айзенцу с его непростым отношением к животным.
Адейна с удовольствием бы поломала голову над тем, откуда взялись все эти вещи. Возможно потом, когда будет время она и займётся этим вопросом. Но сейчас нужно было решать вопросы более насущные, а именно уходить - со всеми. Что-то подсказывало девушке, что промедли она хоть на одно мгновение, и останется в этом замке уже навечно.
Сейчас Адейна схватив одной рукой саблю а другой плащ и вещевой мешок не очень соображала, что делает. Единственное, что знала девушка, так это что не желает знакомиться с хозяином замка.
Показалось или нет, что сейчас кто-то сказал про её страну? Разбираться не хотелось время будет потом, сейчас она была готова последовать за кем угодно и хоть на край света, только подальше от замка, подальше от острова...
Непонятный шорох отвлёк девушку от мыслей обернувшись Адейна узрела несколько мертвецов, нагло ухмыляющихся. Выругавшись сквозь зубы девушка бросившись на врага проткнув одного. Непонятно подействовала это на него или нет, так проткнутый немедленно куда-то исчез.
- Сюда, - подала она голос, чтобы привлечь внимание мужчин на новую опасность.
Как бы ей не хотелось отомстить этой нежити за весь пережитый страх за последние сутки.
Однако Адейна, сражаясь старалась не забывать, что медлить нельзя и старалась отступать к двери.
__________________
Свобода - моё второе имя
Вопросы Лусия, казалось, задала в пустоту. Фелипе пожал плечами и отвернулся, сделав вид, что поглощен разглядыванием базарной толпы. Девушка еще раз перечитала письмо, фыркнула, сунула его обратно в бутылку, заткнула горлышко пробкой и, развернувшись, решительно стала пробираться сквозь покупателей.
Она краем глаза заметила, что ее неожиданно замолчавший спутник последовал за ней, но не подала виду.
Выбравшись из базарной сутолоки, кастилийка резко остановилась.
- Вы хотели, сударь, отправиться в плавание на нашем корабле. Что ж, я могу замолвить за вас словечко перед капитаном, если вы найдете способ добраться до корабля. Мои спутники... думаю, они вернутся сами, хотя мы можем попробовать их отыскать. так как?
Она обернулась и в упор посмотрела на Фелипе.
- Что ж сеньорита, хотите искать товарищей - дело ваше...
Техническое:
Буквально Mikki! Хочешь большей активности товарищей - присоединяйся к торомошению их форумных хозяев!
Кастилец прижмурился, от ярких лучей заходящего солнца.
- А раз уж я собираюсь оплатить плавание на корабле, то нанять рыбацкую лодку на несколько часов - плёвое дело. Но утро вечера мудренее. Позвольте угостить вас ужином, или хотя бы сопроводить к месту вашего ночлега. Ведь здесь не самые приятные места для поздних прогулок, - торговец снова бросил взгляд на веселящуюся толпу, только более суровый.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
Шорох...
- Шайне! - н-да, покойнички, уже нашли беглецов. Один на свою голову. Вон, пятки... то, что от них осталось, виднеются. Или показалось?
- Быстро в проход! - иногда кому-то следует говорить очевидные вещи. Три особо смелых мертвеца вышли вперед... кажется, их не настолько много пришло... но скоро придет все неживое население, и тогда придется по-любому остаться на этом острове.
Чего и врагу не пожелаешь.
- Вы! Назад!! - рявкнул боцман мертвецам, памятуя свой прошлый опыт встречи. Двое слуг некроманта остановились, один нет... и получил горящим факелом куда-то, отчего с хрипом отскочил. Горловые связки прогнили.
После такого мертвые замерли.
- Факельщикам - не дать им подойти. Все в проход! Быстро - скомандовал айзенец. Он опасался появления раненных (саблям и прочему оружию слуг замка было столько же, сколько Дорку, но ржавчина еще не полностью все съела) и... неизвестно, сколько будет на выходе их ждать.
В проходе оказались все, а проем заперся сам.
- Так, передайте мне факел. Я впереди, распорядился Волькер.
- О замке и его... видели. Они боятся огня, да и без головы и рук воюется плохо. Главное - не бояться и не паниковать. И... помолитесь. Поможет, - постарался подбодрить своих матросов бывший речник.
Дальше все прошли в сопровождении тихого шепота, обращенного к Теусу и его Пророкам. Айзенец тоже что-то почти неслышно шептал, моля о заступничестве.
Так и дошли до развилке. Боцман сделал знак остановиться.
- И... куда нам? - спросил говорливый. Тот самый, что тогда про пленницу замка говорил. Кстати... нет, потом. Ей тут тоже не очень нравится.
- Хмм... - протянул Дорк. Ничего не слышно, никаких знаков не видно. И как выбрать?
Хотя... потянуло чем-то жареным. Где-то была кухня... слева, да.
- Идем туда, - решил Волькер и пошел в сторону запаха. Там их ждать не должны. А если найдется масло... вот из-за масла и вообще из-за хоть чего-то известного Дорк и направился на запах.
У стены беглецы стояли недолго. Рычаг тут не для красоты был. Осталось узнать сколько всего местных жителей ждет их на кухне. И где Рикардо?
Адейна вбежав в проход, тяжело переводила дыхание, ощущая, как по спине стекает противный холодный пот. Девушка от всего сердца в своих мыслях ругала бурю, остров, мертвецов, замок.
Пиратка не успела как следует перевести дыхание, как её спасители двинулись вперёд, стараясь не обращать внимания на запахи доносящиеся с кухни и настойчиво лезущие в нос.
"Интересно, скоько я здесь находилась"? - Пронзило девушку как стрелой. - "Сутки? двое"? Паника готова была вот-вот затопить сознание,чтобы неподдаться ей, Адейна стала вспоминать всё,что могло отвлечь её от панических мыслей. Книги, которые когда-то читала дома, теперь это казалось было в прошлой жизни. Разговоры с братом, название морских узлов и как их правильно завязывать.
Затем на полдороге её посетила одна мысль, которой она поспешила подклиться с боцманом:
- Сударь, там наверняка не будет пусто, может стоит кому-нибудь из нас пройти вперёд и разведать обстановку? Чтобы знать наверняка что может поджидать впереди?
Пока моряк с золотой клетью подмышкой, его товарищ, а ныне обладатель серебряного подноса, того самого, боцман и пленница обсуждали кто-же пойдет на разведку, ворчливый бородатый тип куда-то исчез.
Вернулся он держа в одной руке факел, а в другой жареную баранину. Отхватив большей кусок мяса и прожевав его, бородач объявил:
- Там это, ваш кастилиец требует вас позвать. А еще там Тимми из десятки Ланигана в фартуке! Материт этого вашего на чем свет стоит. А еще, должен вам признаться, там, на кухне, жуткий бардак! - добавил моряк, откусив еще один кусок.
__________________
"У хорошего капитана должны быть интуиция и горячее сердце. У настоящего капитана их быть не должно!" (с)
Франческа! Я вернулся!!!
- До вашего прихода был? - уточнил боцман. - Идем.
Ну, хотя бы кастилец нашелся. А вот выход - еще нет... понять бы, как от кухни до главного входа дойти.
Хотя, у этого входа будут ждать... и не с цветами. Наверное.
Адейна, начинавшая понемногу чувствовать голод изо всех сил старалась не смотреть на баранину. Однако девушке голод переносить удавалась легко, так как она по какой-то причине не доверяла еде в этом доме.
"Мало ли каким образом наши предшественники стали такими, может магия, а может и ещё что! Нет, что угодно, но только ничего не брать в руки, ничего не есть и не пить, вот выйдем, тогда может быть, а пока необходимо собраться"! - примерно так думала девушка пробираясь вслед за спасителями.
Пираты Седьмого моря
© Copyright: Александр Мухлынин, 2026
Свидетельство о публикации №226011500264
Свидетельство о публикации №226011500264
Рецензии