Greenland acquisition

SOVEREIGNTY MEMORANDUM: GREENLAND ACQUISITION – STATUS UPDATE FOLLOWING WASHINGTON COLLOQUY

From: Methamonk Angelblazer, as recorded upon analysis of the White House dialogue's aftermath.

Transmission Origin: Wakashan Island, Cascadia
Date: 2026-01-14

Executive Context: The Danish Foreign Minister's post-negotiation declaration of a 'fundamental disagreement' regarding the Trump administration's resolve to secure Greenland substantiates the core thesis: allied temporization is the primary strategic vulnerability. Concurrent NATO pledges to 'boost defensive resources' on the island are tactically negligible and strategically confirm the insufficiency of the current leasehold model. This impasse not only validates the imperative for sovereignty but quantifies the diplomatic inertia that must be overcome.

The current geopolitical paradigm, defined by the existential threat of Russian hyper-sonic delivery systems (specifically the Oreshnik-class and its successors), necessitates a radical re-evaluation of North American defense architecture. The only strategically viable, permanent solution is for the United States to secure full sovereignty over the island of Greenland. This is not a matter of imperial ambition, but of thermodynamic and geometric inevitability in the missile age.

1. The Inescapable Threat Geometry:

The shortest flight path for a Russian hyper-sonic strike on the continental United States transits directly over the Arctic polar region. Current ballistic missile defense (BMD) systems, reliant on interceptors in Alaska and California, engage threats in their terminal phase — a near-impossible task against maneuverable hyper-sonic glide vehicles (HGVs) following unpredictable trajectories. The critical vulnerability window is the boost and mid-course phase, before the post-boost vehicle deploys multiple independent re-entry vehicles (MIRVs) or HGVs. Once this "bus" begins its "separational flight," the defensive problem becomes exponentially more complex, reducing interception probability to negligible levels.

2. The Greenland Solution:

A Thermodynamic and Kinetic Imperative.
To defeat a hyper-sonic threat, one must intercept it earlier in its flight envelope, while its trajectory is more predictable and before it releases its lethal payload. This requires forward-based sensors and interceptors of unprecedented capability, placed in the direct threat corridor.

Sensor Dominance: A network of Over-the-Horizon Radars (OTHR), Space-Based Infrared System (SBIRS) relay stations, and advanced X-band radars on Greenland's northern and eastern coasts would provide 15-20 minutes of additional early warning and continuous tracking compared to current North American Aerospace Defense Command (NORAD) assets. This data is the lifeblood of any successful intercept.

Interceptor Nexus: Positioning ground-based interceptors (GBIs) or directed-energy platforms in northern Greenland allows for "boost-phase" or "early mid-course" intercept. At this stage, a single interceptor can destroy the entire missile bus, negating all subsequent warheads. The kinetic advantage of this forward position is irrefutable — it shortens our reaction timeline and lengthens the enemy's exposure to our defenses.

3. The Fatal Flaw of the Current Model: Temporal Insecurity.

Denmark, while a steadfast NATO ally, lacks the fiscal capacity, technical expertise, and singular strategic focus to host, maintain, and defend a multi-hundred-billion-dollar, century-scale BMD ecosystem. NATO itself is a consortium of varying priorities and budgetary constraints. The defense of the American homeland cannot rest on the shifting sands of allied political cycles, budgetary debates in Copenhagen or Brussels, or the legal ambiguities of a defense treaty.

The facility required is not a simple "base." It is a permanent, integrated, sovereign defense infrastructure — a sprawling complex of deep-earth command centers, hardened silos, power generation facilities, and support ecosystems intended to operate and evolve for a minimum of 100 years. It is the Maginot Line of the 21st century, but one built on sound physics.

4. The Trumpian (and Foundational) Capital Principle:

The administration, and any rational custodian of American capital and security, adheres to an iron law: one does not make permanent, monumental investments in temporary or foreign-held land. Leases expire. Political winds shift. Sovereign hosts can impose restrictions or deny access. To invest a nation's treasure in a century-defining project on territory one does not own is the height of strategic folly. It transforms a critical asset into a perpetual vulnerability subject to foreign consent.

Conclusion:

The acquisition of Greenland is not a real estate transaction; it is a strategic enclosure of a critical battlespace. The laws of physics dictate that the hyper-sonic missile threat from the Arctic can only be reliably neutralized from Greenland. The laws of economics and strategy dictate that an investment of this magnitude and permanence requires absolute sovereignty. To cede this logic to sentimentalism or transient diplomatic convenience is to willfully accept a catastrophic vulnerability in the American defensive perimeter. The United States must own the ground from which it defends its sky.

Recommendation:

Initiate immediate and direct negotiations with the Kingdom of Denmark for the purchase of full sovereignty over Greenland. The offer must be of such magnitude — encompassing debt relief, guaranteed Danish access to strategic minerals, and a continued defense guarantee — as to be economically and strategically irresistible. Time is the one variable not in our favor.



МЕМОРАНДУМ О СУВЕРЕНИТЕТЕ: ПРИОБРЕТЕНИЕ ГРЕНЛАНДИИ – ОБНОВЛЕНИЕ СТАТУСА ПОСЛЕ КОЛЛОКВИУМА В ВАШИНГТОНЕ

От: Метамонах Ангелблазер, по итогам анализа диалога в Белом доме.

Источник передачи: Остров Вакашан, Каскадия
Дата: 2026-01-14

Контекст для руководства:

Заявление министра иностранных дел Дании после переговоров о «принципиальном разногласии» касательно решимости администрации Трампа обеспечить контроль над Гренландией подтверждает основной тезис: тактика промедления со стороны союзников является главной стратегической уязвимостью. Одновременные обещания НАТО «увеличить оборонные ресурсы» на острове тактически незначимы и стратегически подтверждают несостоятельность текущей модели аренды. Этот тупик не только подтверждает императив суверенитета, но и позволяет оценить масштабы дипломатической инерции, которую необходимо преодолеть.

Современная геополитическая парадигма, определяемая экзистенциальной угрозой Российских гиперзвуковых систем доставки (в частности, класса «Орешник» и его преемников), требует кардинального пересмотра архитектуры обороны Северной Америки. Единственное стратегически жизнеспособное и постоянное решение – обеспечение Соединенными Штатами полного суверенитета над островом Гренландия. Это не вопрос имперских амбиций, а термодинамическая и геометрическая неизбежность в век ракет.

1. Неизбежная геометрия угрозы:

Надо знать, что кратчайшая траектория полета Российского гиперзвукового удара по континентальной части США пролегает непосредственно над Арктическим полярным регионом. Современные системы противоракетной обороны (ПРО), использующие перехватчики на Аляске и в Калифорнии, поражают угрозы на терминальной фазе – что является почти невозможной задачей против маневренных гиперзвуковых планирующих аппаратов (ГПЛА), следующих по непредсказуемым траекториям. Критическое окно уязвимости – это фаза разгона и среднего участка полета, до того как разгонный блок выпустит несколько боеголовок индивидуального наведения (РГЧ ИН) или ГПЛА. Как только этот «автобус» начинает «отделение», задача обороны становится экспоненциально сложнее, снижая вероятность перехвата до незначительного уровня.

2. Решение – Гренландия. Термодинамический и кинетический императив.

Для нейтрализации гиперзвуковой угрозы необходимо перехватить её на более раннем этапе полета, пока её траектория более предсказуема и до выпуска боевого оснащения. Это требует передовых сенсоров и перехватчиков беспрецедентных возможностей, размещенных непосредственно в коридоре угрозы.

Доминирование в сенсорах:

Сеть загоризонтных РЛС (ЗГ РЛС), ретрансляционных станций космической инфракрасной системы (SBIRS) и передовых радиолокационных станций с фазированной решеткой (X-диапазон) на Северном и Восточном побережье Гренландии обеспечит на 15-20 минут больше времени раннего предупреждения и непрерывного отслеживания по сравнению с текущими средствами Командования воздушно-космической обороны Северной Америки (НОРАД). Эти данные – жизненная основа любого успешного перехвата.

Узел перехватчиков:

Размещение наземных перехватчиков (GBI) или систем направленной энергии в северной Гренландии позволит осуществлять перехват на «фазе разгона» или «раннем среднем участке». На этой стадии один перехватчик способен уничтожить весь ракетный блок, нейтрализовав все последующие боеголовки. Кинетическое преимущество этой передовой позиции неоспоримо – оно сокращает наше время реакции и увеличивает время нахождения угрозы в зоне действия нашей обороны.

3. Роковой изъян текущей модели: Временная небезопасность.

Дания, будучи верным союзником по НАТО, не обладает финансовыми возможностями, техническим опытом и единственной стратегической целью для размещения, обслуживания и обороны многокомпонентной, оцениваемой в сотни миллиардов долларов, экосистемы ПРО, рассчитанной на столетие. Само НАТО является консорциумом с разными приоритетами и бюджетными ограничениями. Оборона Американского континента не может покоиться на зыбучих песках политических циклов союзников, бюджетных дебатов в Копенгагене или Брюсселе, или правовых неопределенностях оборонного договора.

Требуемый объект – не простая «база». Это постоянная, интегрированная, суверенная оборонная инфраструктура – обширный комплекс подземных командных центров, защищенных шахт, энергогенерирующих мощностей и вспомогательных экосистем, предназначенных для работы и развития как минимум 100 лет. Это как линия Мажино XXI века, но построенная на здравой физике.

4. Трамповский (и основополагающий) принцип капитала:

Администрация, как и любой рациональный хранитель Американского капитала и безопасности, придерживается железного закона: не делают постоянных, монументальных инвестиций во временно арендованную или иностранную территорию. Аренда истекает. Политические ветры меняются. Суверенные хозяева могут налагать ограничения или отказывать в доступе. Инвестировать национальное достояние в определяющий столетие проект на территории, которой не владеешь, – верх стратегического безрассудства. Это превращает критический актив в постоянную уязвимость, зависящую от иностранного согласия.

Заключение:

Приобретение Гренландии – не сделка с недвижимостью; это стратегическое замыкание критического театра военных действий. Законы физики диктуют, что угрозу гиперзвуковых ракет с Арктики можно надежно нейтрализовать только с Гренландии. Законы экономики и стратегии диктуют, что инвестиции такого масштаба и долговечности требуют абсолютного суверенитета. Уступить эту логику сентиментализму или преходящим дипломатическим удобствам – значит добровольно принять катастрофическую уязвимость в американском оборонном периметре. Соединенные Штаты должны владеть землей, с которой защищают своё небо.

Рекомендация:

Немедленно начать прямые переговоры с Королевством Дания о приобретении полного суверенитета над Гренландией. Предложение должно быть столь масштабным – включая списание долгов, гарантированный Датский доступ к стратегическим минералам и продолжение оборонных гарантий – чтобы стать экономически и стратегически непреодолимым. Время – единственная переменная, не в нашей пользу.


ANGELBLAZER & ANGELBLAZER, 2026