Прощайте. Будьте счастливы. Владимир

картинка принадлежит marshruty.ru

Там, на Ангаре, после этой невероятной встречи с геологами, за время короткого общения с людьми, посетившими нас, мы обменялись адресами, чтобы продолжить знакомство в более подходящей, мирной   обстановке.

Помню, что заинтересовали наши гости Командира - Игоря Николаева, - он дал старшему геологу свой адрес... Потом геолог протянул блокнот со своим адресом мне. Правда адрес москвича, насколько я помню, тогда был простой: Москва, главпочтамт . До востребования. Позже, после нескольких лет переписку мы писали ему уже на домашний московский адрес, но тогда это значения не имело. Важно было сохранить контакт.

Мы тоже дали тогда нашим нежданным знакомым свои адреса. Когда я передавала с плота в руки сидящего в лодке старшего геолога, у меня из кармана выпали в воду штурманские часы, скрепленные короткой металлической цепочкой с маленьким компасом...

Часы, играя солнечными бликами на глазах у всех нас уходили на дно реки, а мы как завороженные смотрели на это. Хотя достаточно было просто протянуть руку, чтобы взять их. Не взяли. Часы ушли на дно Ангары....Может быть так мы расплатились с рекой за свои жизни.

Мы прошли все пороги, все испытания на реке и Ангара отпустила нас....Правда, уже в самом конце путешествия Ангара держала и кружила нас по воде больше 10 часов, не желая отпускать. Формально это называлось: Енисей запер Ангару, но от того, как это называлось, нам нн было легче. Было ужасно холодно. Мы были все насквозь мокрые, от нас шел пар, но выйти из Ангары в Енисей мы не могли. Берегов видно не было. А вокруг была только ледяная вода реки..
Так вот наша переписка с геологом длилась после этой встречи много лет. Я описывала в письмах нашу студенческую жизнь, передавала приветы от ребят, бывших тогда на плоту, а мой визави описывал все, что происходило с ним во время дальних геологических партий, сопровождая это рисунками. Так я побывала тогда во многих местах, даже на Памире и мне было действительно интересно это общение. Пикантности добавляло и ещ одно условие, которое я выдвинула в самом начале... Мы не должны были никогда встретиться в этой жизни. Мне казалось, что это условие сделает наше общение еще интересней. Человек был намного старше меня, намного умнее, и намного взрослее. Он не был для меня мужчиной в традиционном понимании этого слова. Он был для меня Другом, в каком-то смысле даже зеркалом...
Однако, несмотря на довольно интересное для меня общение, ничего, кроме своей дружбы я предложить не могла. Сердце мое было занято прочно и навсегда. а вот старший мой товарищ был человеком нормальным и через несколько лет прписки начали проскальзывать в его письмах нотки влюбленности. К этому врмени я уже жила в Москве  и иногда вместо писем, или вместе с письмом на Главпочтамте мне в окошке До востребования выдавали букет живых цветов... Не знаю, может быть он и сидел в толпе на Главпочтамте, в ожидании того, как я прийду за письмом, может быть он и приносил на почтапт эти цветы, чтобы опознать меня среди других людей, подходивших к окну за письмами, мое условие общения с этим человеком оставалось прежним. Мы не должны были с ним встречаться в жизни. Это длилось довольно долго и однажды мне принесли телеграмму: «Прощайте. Будьте счастливы. Владимир».

Наверное, это был естественный вход из сложившейся ситуации. Но это я понимаю теперь, когда жизнь уже прожита и многие вещи видятся сегодня уже в другом свете. Я понимаю, что в жизни нет абсолютных величин и понятий.Всегда сть какие-то тени, полутени, и рано, или поздно человек понимает, что он не может, не должен быть один. Вместе с тем можно быть бесконечно одиноким, имея целую кучу жен и детей.
Правда, эти выводы никак  не касаются случая, описанного выше.
После многих лет нашего общения с человеком, с которым на Ангар мы не разговаривали и 15 минут, но переписывались долгие годы,  пришла такая телеграмма:

 «Прощайте. Будьте счастливы. Владимир».

Эта телеграмма подводила черту. Заканчивала наш давний, начатый еще на Ангаре разговор. Я не могла ответить этому человеку взаимностью. Сердце мое было занято... Но и этот человек уже занимал в моей жизни определенное место. Я привыкла к нему. Он был бескорыстен и щедр по отношению ко мне... Когда я как млодой специалист приехала работать во Фрязино и встал вопрос с общежитием, этот человек предлагал оформит на меня дарственную на дом в Тайнинке... Этот дом достался ему по наследству от тетушки... Вот такие у на с были дела с человеком, встреченным однажды в глухой ангарской тайге во время сплава...

Так появилось стихотворение-ответ:

 «Прощайте. Будьте счастливы. Владимир».
О, если б, счастье так легко давалось!
О, если б, все на свете удавалось!
Мы б по миру бродили, как «владыки»...

Прощайте? Ну, пожалуйста. Судьба?
Нам суждено честнее стать и чище...
«Прощайте» и «простите», - только вспышки.
Но будет ночь тревожная. Судья.

О счастье. Ну о чем тут говорить?
Ведь это будет также беспредметно.
Пусть где-то на сердце лежит тугая места...
Огонь без кислорода не горит...

Ну вот и все. Счастливых вам дорог.
И встреч. И расставаний. И распутий.
И спутника, что б был не просто спутник,
А, чтобы в час отчаянный помог...

Спасибо вам, вы были так щедры...
Живите с Богом, радуйтесь, грустите.
Не знаю что, но что-то мне простите.
Я остаюсь «знакомой с Ангары».