Предатели из спецслужб. Глава. 47 Публицистика

Глава. 47         Токийский разворот майора КГБ Левченко.


С жизнью обращайтесь так, будто она нечто такое, что предстоит изваять.

Ларри Нивен (имя при рождении — Лоренс ван Котт Нивен) — американский писатель-фантаст.

Родился 30 апреля 1938 года в Лос-Анджелесе (штат Калифорния)


Чем дольше агент жил в Японии, чем чаще общался с японцами и представителями других стран, тем сильнее он разочаровывался в коммунистической идеологии.

Она стала казаться ему архаичной, абсолютно утратившей связь с реальным временем.
Но до поры в этой войне майору КГБ Станиславу Левченко отводилась завидная роль рыцаря плаща и кинжала, сражающегося на передовой.

Четыре года он провёл в Токио. Курировал 10 агентов, четверых из которых завербовал лично. И всё, казалось, складывалось отлично.

К тому же, у Левченко появился персональный враг — полковник Владимир Пронников, являвшийся заместителем резидента. Неизвестно, что именно послужило причиной конфликта двух разведчиков.

По одной версии, Пронников чувствовал колебания Левченко, но никак не мог доказать, что шпион - журналист мог стать предателем.

По другой, заместителя злила успешность Левченко. Так или иначе, но советские агенты не сработались. Пронников постоянно издевался над Левченко, старался вывести его из себя и всячески обесценивал его работу.

Сложившаяся напряженная обстановка лишь подтолкнула Левченко к предательству.
У Левченко, как раз, подходил к окончанию пятилетний срок загранкомандировки.

Вскоре следовало возвращаться на Родину. Домой же он, полной грудью надышавшийся заграничным воздухом, совсем не хотел.

И здесь мы смело можем говорить о предательстве. Откровенном и наглом. Без лишней рефлексии. Потому что опытный сотрудник разведки прекрасно знал, как работает «Система».

Понимал, что жена и сын, находившиеся с ним в Японии, должны уходить вместе с ним или будут вынуждены остаться навсегда за «Железным занавесом».

«В то время она была довольно патриотичной, и она не знала, что происходит в моем сознании, потому что я не мог поделиться с ней многими вещами», - признавался позднее Левченко.

Это позже он обвинит Советский Союз в беспощадном и безнравственном удержании в стране членов своей семьи. Станет обвинять в бесчеловечности и истязаниях.

А тогда, в октябре 1979 года, он свой выбор сделал. Разом, избавившись и от страны, и от близких. И едва ли это стало случайностью.

О том, чтобы переметнуться к потенциальным врагам, он стал задумываться всё чаще и чаще.

Известно, что изначально Левченко хотел перейти на службу в японскую разведку. Но передумал. Он боялся, что японцы будут медлить, а то и вообще выдадут его СССР. Поэтому вариант оставался один — посольство США в Токио.

Левченко обладал ценной информацией о работе советских шпионов в Японии, поэтому не сомневался в своей полезности для американцев. Участь коллег его особо не интересовала.

 К тому моменту агент окончательно разочаровался в системе и считал, что его товарищи заслужили наказание.

Просить политического убежища в Японии предатель не собирался. Ему хотелось попасть в США: светоч демократии и воплощение сытой жизни на Западе.

Прекрасно понимал, что ему есть, что предложить американцам - сюзерену, у которого нация гордых самураев довольствуется ролью вассала.

Вот беда только, что прекрасно ориентируясь и имея массу знакомств среди местных политических и бизнес - кругов, прямых выходов на ЦРУ у него не было вовсе. А использовать посредника в столь деликатном деле казалось крайне рискованным.

«Я не хотел ехать в посольство США, - рассказывал историю своего бегства Левченко в интервью корреспонденту «Вашингтон пост». - Посольство охраняется японской полицией...

Да, там есть несколько морских пехотинцев, но снаружи находятся японцы. Многие из них уже знали мое лицо...

Конечно, я мог в конечном итоге поговорить с одним из молодых дипломатов в посольстве, но тот мог испугаться и принять неправильное решение, что стало бы естественной человеческой реакцией...».

Это стало бы фатальным для беглого майора КГБ. А если бы его визит в посольство зафиксировали свои - успешной карьере пришел бы конец. А то и жизни. За госизмену в СССР карали строго. Вплоть до расстрела.

«Поэтому моя логика подсказала, что лучшим способом было связаться с кем-то из военных, потому что в военной психологии все, что бы ни случилось, что бы вы ни думали об этом, подчинено правилу «иди и отчитывайся», - говорил Левченко. - Именно это и произошло...».

Он отправился в отель, в котором проживали офицеры с ближайшей американской военной базы, нашёл капитана, с которым его связывало шапочное знакомство, и попросить уделить пару минут.

В случае чего, коллегам Левченко легко объяснил бы встречу вопросами службы.
«Мне потребовалось тридцать секунд, чтобы объяснить ему, кто я и чего я хочу. Он какое-то время молчал...».

Беглеца сопроводили в номер, где с ним остались два военных полицейских. То ли охрана, то ли конвой... А спустя 5 часов он узнал, что положительное решение принято.

В сопровождении сотрудников ЦРУ, обладавших дипломатическим иммунитетом, Станислава Левченко доставили в аэропорт, откуда на самолёте авиакомпании «Пан Ам» он вылетел в США.

В течение нескольких недель после его прибытия предатель жил в квартире в пригороде Мэриленда под охраной спецслужб.

Продолжение следует …