Дьяволы карибского моря. Глава 4 часть 4

Солнце, словно раскалённый медный щит, медленно тонуло в пурпурных водах Карибского моря. Горизонт дрожал в знойной дымке, и лишь силуэты кораблей английского флота чётко вырисовывались на фоне багрового заката. Десять парусников — от внушительных фрегатов до юрких шлюпов — держали курс к острову Тортуга. Их флаги с королевским гербом трепетали на ветру, будто бросая вызов пиратской вольнице, укрывшейся за коралловыми рифами.

На мостике флагмана «Непокорный» стоял губернатор Вутс Роджерс. Его седые волосы, тронутые морской солью, развевались на ветру, а взгляд, острый как клинок, скользил по волнам, выискивая признаки опасности. Рядом, скрестив руки за спиной, замер капитан Томас Блейк — его верный помощник, человек, чьё хладнокровие не раз спасало экспедицию от гибели.

— Ну что, Томас, — проговорил Роджерс, не отрывая взгляда от горизонта, — видишь тот мыс, где пальмы склонились к воде? Там они нас ждут.

Блейк кивнул, прищурившись:

— Пираты не станут встречать нас с колокольным звоном. Скорее уж с ядрами и картечью.

Губернатор усмехнулся, постучав пальцами по планширю:

— Именно поэтому я взял тебя с собой. Ты ведь помнишь, как мы брали Нассау? Тогда ты предложил обойти бухту с юга — и вот мы здесь, а не на дне.

Капитан провёл ладонью по гладко выбритому подбородку:

— Нассау был детской забавой. Тортуга — это логово. Скалы, пещеры, лабиринты троп, где каждый куст может скрывать стрелка. А ещё — эти их «сюрпризы»…

Роджерс резко обернулся:

— Сюрпризы?

— Бочки с порохом, замаскированные в зарослях. Ямы с кольями. Даже ловушки с ядовитыми змеями — пиратская фантазия не знает границ.

Губернатор хмыкнул, но в глазах его мелькнула тревога:

— Значит, будем идти медленно. Каждый шаг — как по минному полю. Но мы не имеем права отступить. Корона ждёт результатов.

Океан вокруг них жил своей жизнью. Волны, увенчанные белоснежными гребнями, бились о борта кораблей, а в небе кружили фрегаты и олуши, будто наблюдая за людской суетой с высоты божественного безразличия. Вдалеке, за линией прибоя, уже проступали очертания Тортуги — остров поднимался из воды, словно спина спящего дракона, покрытая изумрудной чешуёй лесов.

— Смотрите! — воскликнул Блейк, указывая вперёд.

На горизонте, между зубцами скал, мелькнул дымок. Затем ещё один. Пираты разжигали сигнальные костры — предупреждали своих о приближении врага.

— Они знают, — тихо произнёс Роджерс. — Но знают ли они, что мы готовы заплатить любую цену?

Капитан молча положил руку на эфес шпаги. Ветер усиливался, принося с собой запах соли, тропических цветов и пороха — запах грядущей битвы.

Флот продолжал движение. Корабли, словно стальные хищники, скользили по воде, их тени удлинялись в лучах закатного солнца. Впереди, за коралловыми рифами, притаился остров — крепость без стен, где каждый камень хранил эхо пиратских песен и стоны жертв.

— Томас, — вдруг сказал губернатор, понизив голос, — если сегодня я не вернусь…

— Не говорите так, сэр, — перебил Блейк. — Мы вернёмся. Все. И привезём короне головы тех, кто осмелился бросить вызов закону.

Роджерс улыбнулся — впервые за долгие часы:

— Хорошо. Тогда вперёд. Пусть ветер будет нашим союзником.

Корабли легли на новый курс, направляясь к бухте, где среди мангровых зарослей уже мерцали огни пиратских лагерей. Ночь опускалась на Тортугу, окутывая остров тайной и опасностью. Но в сердцах англичан горел огонь решимости — огонь, который не погасит ни шторм, ни пули, ни сама тьма
Флот замер в полумиле от бухты Тортуги. Десять кораблей встали на якоря, словно стальные стражи, оградившие остров кольцом стали и пороха. Паруса были убраны, чтобы не стать мишенью для пиратских стрелков; орудийные порты раскрыты, и из тёмных зев выглядывали жерла пушек, готовые извергнуть огонь. Матросы в полной боевой готовности сновали по палубам: одни проверяли фитили, другие подносили ядра, третьи натягивали канаты — каждый знал: стоит прозвучать первому выстрелу, и море превратится в ад.
Вутс Роджерс стоял на мостике «Непокорного», вцепившись в поручни. Его лицо, обычно бесстрастное, сейчас выдавало внутреннюю бурю: брови сдвинуты, губы сжаты в тонкую линию, а в глазах — смесь ярости и тревоги. Он понимал: штурм острова обойдётся дорого. Но ещё он знал — отступать нельзя. Корона ждёт победы, а история не простит слабости.
— Они не сдадутся без боя, — пробормотал он, не оборачиваясь.
Капитан Томас Блейк, стоявший рядом, кивнул:
— Пираты скорее взорвут свои сокровища, чем отдадут их нам. Но… может, стоит попробовать переговоры?
Роджерс резко повернулся:
— Переговоры? С этими отбросами?
— Сэр, — спокойно возразил Блейк, — если мы покажем силу, но предложим милость, некоторые могут дрогнуть. Не все пираты — безумцы. Есть те, кто мечтает о тихой гавани, а не о виселице.
Губернатор задумался. Ветер играл его плащом, принося с берега запах дыма и соли. Вдалеке, среди скал, мелькали тени — пираты готовились к обороне.
— Хорошо, — наконец произнёс он. — Мы спустимся в шлюпке. Но если это ловушка…
— Тогда мы вернёмся на корабль и откроем огонь, — закончил Блейк. — Но сперва дадим им шанс.
Небольшая шлюпка с двумя гребцами отделилась от флагмана и скользнула по зеркальной глади залива. Вутс Роджерс сидел на корме, облачённый в парадный мундир — символ власти и непреклонности. Рядом, с рукой на эфесе шпаги, расположился Блейк. Ветер трепал их волосы, а солнце, клонившееся к закату, окрашивало воду в кроваво;золотые тона.
— Смотрите, — тихо сказал Блейк, указывая вперёд.
На берегу, у самой кромки прибоя, собралась группа пиратов. Их потрёпанные шляпы, рваные камзолы и сверкающие клинки создавали зловещий контраст с безмятежной красотой тропического пейзажа. В центре стоял   — Джеймс а слева от него всё та же взволнованная блондинка.
Шлюпка коснулась песка. Роджерс первым ступил на берег, выпрямившись во весь рост. Его голос, громкий и твёрдый, разнёсся над волнами:
— Я — Вутс Роджерс, губернатор Ямайки, уполномоченный короной. Предлагаю вам сложить оружие и сдаться. Взамен — помилование или ссылка. Сопротивление бессмысленно.
Пират с повязкой усмехнулся, обнажив золотые зубы:
— Милость короля? Ха! Мы знаем, что ждёт нас в Нассау — верёвка и воронье. Нет, господин губернатор. Тортуга — наша земля. И мы будем защищать её до последнего вздоха.
Роджерс сжал кулаки, но сдержал гнев.
— Вы ошибаетесь. Если вы сдадитесь сейчас, ваши имена не станут легендой. Но если прольёте кровь — история запомнит вас как безумцев, погибших за ничто.
Джеймс медленно вытащил шпагу. Лезвие блеснуло в закатном свете.
— История уже написала нашу судьбу. А ваша… ещё в пути.
Блейк шагнул вперёд, положив руку на рукоять оружия:
— Последний шанс. Опустите клинки.
Тишина повисла над берегом. Ветер стих, будто затаив дыхание. Затем пират резко взмахнул шпагой, и его соратники вскинули мушкеты.
— Назад! — крикнул Роджерс, отступая к шлюпке.
Грянул выстрел. Пуля взрезала песок в шаге от губернатора. Гребцы рванули вёслами, и шлюпка, покачнувшись, устремилась к флоту.
— Они выбрали свою участь, — холодно произнёс Роджерс, глядя на удаляющийся берег. — Пусть будет так.
Над морем прокатился гул орудийного залпа. Первый снаряд взметнул фонтан воды у пирса. Война началась.
Шлюпка с Роджерсом и Блейком едва успела достичь флагмана, когда первые ядра с «Непокорного» вспенили воду у берега. Вутс Роджерс, едва ступив на палубу, тут же взлетел на мостик. Его лицо пылало не только от закатного солнца — в глазах горела холодная ярость, но разум оставался трезв.
— Полный вперёд! — рявкнул он, ударив ладонью по планширю. — Поставить корабли в линию баталии! Пушки правого борта — к бою!
Его голос, стальной и чёткий, разносился над палубой. Матросы, словно шестерёнки отлаженного механизма, бросились выполнять приказы. Одни разворачивали орудия, другие подносили заряды, третьи натягивали канаты — каждый знал своё место в этой смертоносной симфонии.
Роджерс обернулся к Блейку, указывая на берег:
— Видел её? Девушку среди пиратов?
Блейк прищурился, вглядываясь в смутные фигуры на песке:
— Да, сэр. Светлые волосы,  ухоженное лицо. Кто она?
— Вот уж воистину загадка, — процедил Роджерс. — Среди этих отбросов — и вдруг дама. Узнай, кто она. Возможно, ключ к их слабостям.
Корабли медленно сближались с берегом, их пушки рычали, выплевывая ядра. Вода вокруг вскипала от взрывов, песок взлета;л в воздух, а пальмы, словно раненые воины, падали под ударами металла. Но… ответного огня не было.
Роджерс поднёс к глазу подзорную трубу. Его пальцы, сжатые на латунном корпусе, побелели от напряжения. Он всматривался в каждую тень, в каждый изгиб скал — но берег был пуст.
— Что за чертовщина?! — вдруг выкрикнул он, резко опустив трубу. — Где они? Куда исчезли?
Блейк молча покачал головой. На берегу не осталось ни следа пиратов — только дымящиеся воронки от ядер и обломки пальм.
— Сэр, — тихо произнёс помощник, — это ловушка. Они не стали принимать бой. Ушли вглубь острова.
Роджерс ударил кулаком по поручню. Его глаза метали молнии.
— Проклятье! Они играют с нами, как кошка с мышью! Почему не приняли бой? Боятся? Или… знают что;то, чего не знаем мы?
Он резко развернулся к артиллеристам:
— Прекратить огонь! Полный стоп! Выслать дозорных на берег. Нужно понять, куда они скрылись. И найти эту девушку — она не могла уйти далеко.
Ветер, до этого несущий запах пороха и моря, вдруг стих. Тишина, тяжёлая и зловещая, опустилась на залив. Флот замер, словно гигантский хищник, упустивший добычу. А где;то в глубине джунглей Тортуги, за скалами и зарослями, притаились пираты — и их планы оставались тайной.
Роджерс сжал подзорную трубу так, что костяшки пальцев захрустели.
— Томас, — проговорил он сквозь зубы, — мы не уйдём отсюда, пока не найдём их. Ни один из них не уйдёт живым.
Блейк кивнул, его рука невольно потянулась к шпаге. Где;то вдали, среди шелеста пальм и криков птиц, затаилась угроза — и оба понимали: настоящая битва ещё впереди.