Ключ от всех дверей, часть 15

Глава 15

Пропажа

Немного согревшисьи просушив вещи, Лия предложила перекусить. Она полезла в свою верную сумку.

— Ушастик, возьми, — сказала она, протягивая ему увесистый кусок ароматного копчёного мяса из запасов эльфов, а себе достала плоскую, плотную лепёшку.

Но вдруг её движения стали резкими, беспокойными. Она начала напряжённо копаться в сумке, перебирая и перекладывая с места на место всё её содержимое, ощупывая дно.

— Ой, Ушастик! — её голос сорвался на высокой, испуганной ноте. — Я не могу найти карту!

Она судорожно принялась ощупывать все карманы своей шубки, выворачивая их, затем снова бросилась к сумке, вытряхивая из неё всё на сухую траву. Лепёшки, мясо, амулет, ключ ,астролябия Рорина… Но пергаментного свитка с начертанным маршрутом не было.

Вскочив на ноги, она стала водить руками по земле, где только что сидела, раздвигая траву, заглядывая в каждую щель между корнями на их островке. Напряжение нарастало с каждой секундой, а пропажа так и не находилась.

— Нигде… Её нигде нет! — прошептала она, и в её голосе прозвучал леденящий ужас. Она подняла на медведя широко раскрытые, полные паники глаза. — Она же была в сумке… Я её там видела...

— Неужели… — она хлопнула себя ладонью по лбу, и в глазах её мелькнуло осознание. — Мы её потеряли, когда я чуть не утонула! Когда мне слышались голоса… она, наверное, выпала из сумки прямо в ту трясину…

— Теперь уже поздно что-либо искать, — с глубокой грустью пробасил медведь, опуская голову. Без карты их шансы выбраться верной дорогой таяли с каждым вздохом.

— Не унывайте! — неожиданно звонкий и бодрый голосок Лианы прозвучал прямо над головой Лии. Фея выпорхнула из капюшона и уселась ей на плечо. — Нам осталось только пройти это болото, а там уже, я чувствую, почти пришли! Я видела с высоты — край топи не так далеко. Мы справимся!

Её слова, полные уверенности, немного согрели Лию. Та вздохнула, но уже не так безнадёжно, грустно села обратно на землю и принялась поедать свою лепёшку, механически отламывая от неё крошечный кусочек и протягивая фее.

Доев свой крошечный кусочек, Лиана, всё такая же бодрая и энергичная, закружилась вокруг Лии и Черноуха.

— Пока не стемнело, я покружусь здесь рядом, поищу самый безопасный путь к краю болота! — защебетала она и, не дожидаясь одобрения, взмыла вверх, её светящееся тельце быстро растворилось в плотной белесой пелене тумана.

Но время шло. Минуты складывались в часы. Туман начал медленно приобретать розово-оранжевый оттенок заходящего солнца, которого они не видели, но чувствовали по смене света. Стало темнеть, сгущаться, а знакомого сияющего огонька всё не было видно.

Не выдержав, Черноух и Лия начали кричать, их голоса, полные тревоги, глухо уходили в сырую мглу:
—Лианаааа! Лиана! Отзовись!

Но в ответ — лишь бульканье трясины и нарастающая, зловещая тишина.

— Что-то тут не так… — обеспокоенно, почти шёпотом проговорила Лия, бесцельно ходя по островку туда-сюда. Она даже сделала несколько неуверенных шагов к краю, пробуя соседние кочки ногой, как бы собираясь идти на поиски.

Но её остановил медведь. Он мягко, но настойчиво перегородил ей путь своей огромной лапой.
—Лия, не стоит. Сейчас окончательно стемнеет, и мы точно где-нибудь увязнем. Без её света мы слепы здесь.

— Но я не могу бросить её в беде! — в голосе Лии прозвучали слёзы. — Может, ей угрожает опасность… может, она ранена и не может лететь…

Но с каждым мгновением становилось темнее и холоднее. Туман, словно остывая, начал медленно опускаться, клубясь у самой земли и создавая причудливые, стелющиеся облака среди кочек и коряг. С его отступлением в разных сторонах болота начали проясняться слабые, зеленовато-жёлтые огоньки — вероятно, светились местные жуки или гнилушки. И, наконец, над их головами, сквозь редкие прорехи, показалось тёмное, усыпанное звёздами небо.

И тут зоркий глаз Черноуха, привыкший к полутьме, уловил вдалеке, почти у самого горизонта топи, другую вспышку. Это была маленькая точка света, но не тускло-зелёная, как у жуков, а другая — серебристо-белая, слабая и, что самое страшное, она мерцала. И с каждым новым всплеском это мерцание становилось всё медленнее и тусклее, словно жизнь из неё утекала.

— Лия, — тихо, но очень чётко проговорил медведь. — Мне кажется, я её вижу. — Он поднял лапу, указывая точно в ту сторону.

— Где? Где, Ушастик? Я не вижу! — забеспокоилась Лия, вглядываясь в указанную темноту.

— Да там. Надо проверить.

— Я с тобой!

— Не стоит, — стал отговаривать её Черноух, его голос был полон тревоги. — Вдруг это не Лиана, а какая-нибудь болотная приманка…

Но Лия была непреклонна. Она не могла просто стоять, когда этот последний огонёк, возможно, её друга, медленно угаснет. Усевшись на спину медведя, она твёрдо произнесла:
—Мы идём.

И они тронулись навстречу слабому, умирающему мерцанию, оставляя позади относительно безопасный островок и погружаясь в самую сердцевину ночного болота.
И, не обращая внимания на то, что то и дело проваливались по брюхо в ледяную трясину, чтобы затем, с трудом выбравшись, карабкаться на очередные зыбкие кочки, они упрямо продвигались навстречу этому свету.

И вот он уже совсем близко. Теперь даже Лия различала его — слабый, серебристый огонёк, который буквально на глазах угасал, как последний уголёк в пепле.

Выбравшись на очередную, казалось бы, прочную кочку, Черноух неосторожно наступил на что-то мягкое и упругое. Раздался глухой, влажный хлопок, и в воздух вырвался новый, ещё более тошнотворный запах — смесь гнили и горечи. Тёмные, как сажа, клубы едкого дыма взмыли им прямо в морду и лицо, заставив медведя и Лию зайтись в мучительных приступах чихания. Глаза мгновенно заслезились и зажглись, в горле запершило.

Ослеплённый и дезориентированный, Черноух, отпрянув, промахнулся мимо следующей кочки. Его передняя лапа с глухим чавканьем ушла в трясину, а за ней поползло и всё тело. Лия, едва не слетев со спины, инстинктивно вцепилась в его шерсть мёртвой хваткой. Чихая, кашляя и жмурясь, они с огромным трудом выкарабкались на тот самый бугорок где они увидели её.

Лиана лежала неподвижно на огромном, кожистом листе какого-то болотного кустарника. Всё вокруг, включая её крошечное тельце, было покрыто тонким слоем той же чёрной, похожей на сажу пыли, что вырвалась из лопнувшего гриба. Её крылышки были безвольно сложены, а свет, который они так яростно искали, теперь был лишь едва тлеющей искоркой на её груди. Возможно, она, летя в тумане, попала в клубы их спор и, отравленная, потеряла сознание, прежде чем упасть сюда.
Лия сразу же соскочила со спины медведя и устремилась к фее. Вся в слезах, она с невероятной нежностью и заботой подняла крошечное тельце с холодного листа и прижала к себе.

И тут она заметила, как Лиана чуть пошевелилась. Её крохотная, почти прозрачная ручка слабо потянулась к Лии.

— Лия… Лия… — прошептала она, и её голосок был тонким, как паутинка, и практически неслышным. Но в гробовой тишине болота Лия уловила каждое слово. — Я… со мной… будет всё в порядке…

В её обещании звучала такая усталая, но твёрдая надежда, что Лия, всхлипывая от облегчения и страха, лишь кивнула. Она аккуратно, как самую драгоценную реликвию, опустила фею за спину, в укромный, тёплый и сухой капюшон своей шубки, безопасное гнездышко.

И — о чудо! Резь в глазах уже пропала, и они, оглядевшись, увидели, что стоят совсем недалеко от твёрдой, сухой земли. Вдали, под звёздным небом, уже виднелись тёмные силуэты деревьев и даже проблескивал кое-где оставшийся снег.

Это был выход. Спасение.

Собрав последние силы, они выбрались из цепких объятий топи, и их лапы и ноги наконец ступили на твёрдую, надёжную почву. Выбившиеся из сил, покрытые грязью и сажей, но неразлучные, они сделали последние шаги, оставив Мёртвое Болото позади.

Теперь впереди, в ночной темноте, их ждали очертания гор, к которым они так стремились. Путь к таинственной Кузнице, где хранились ответы на все их вопросы, лежал наконец то  теперь по твёрдой земле.;