Бездна 19

19. Abiens, abi! (Уходя, уходи!)

Бодрственное состояние
имеет аналогию с прилагаемым к делу знанием,
сон – с знанием, присущим душе,
но не обнаруживающимся в действии.
Аристотель. «О сне и бодрствовании»

- Где Вас носило? – спросил Вадик без тени укора: он был слишком рад видеть Вакха, чтобы обижаться на него.
Вакх был весел, расхристан, в его глазах еще не погасли искры недавней плотской любви, судя по уголкам губ, вздернутым загадочно, по-монализовски, любви довольно яркой.
- Виски? – принюхался Вакх, громоздясь рядом у стойки. - Убиваете благородный напиток яблочным соком? Коньяк Вы тоже виноградным разбавляете? А лимон тут откуда?
- Лимон – не мое, от безвременно ушедшего товарища осталось, - отвел нарекания Вадик. - Мы же прыгали вместе. Почему я встретил здесь немало довольно странных людей, а Вы появляетесь только сейчас?
- Надо было все-таки взяться за руки, - Вакх осуждающе поднял бровь.
- Вы сами испросили позволения прыгать раздельно, - напомнил Вадик.
- Надо было возразить, надо было настоять, - отмахнулся Вакх и заказал у смуглого бармена текилы. – Ошиблись на старте. Вот нас и раскидало по Вашим глубинам. Нет ничего более запутанного и непоследовательного, скажу я Вам, чем личная бездна. Кстати, а вот и они.
- Кто? – не понял Вадик.
- Ваши «довольно странные люди», - Вакх указал за спину, и Вадик обернулся.
В отельный бар чредой входили ученый Фридрих, фройляйн Элли, деловой и собранный Штольц. Последним появился Малыш. Вадик не сразу узнал мальчишку из джунглей, Малыш преобразился радикальным образом: его волосы были коротко и аккуратно пострижены, а вместо набедренной повязки Малыш теперь был облачен в школьные брючки и пиджачок синего цвета поверх белой праздничной рубашки.
- Все в сборе, - Вакх пересчитал вошедших и расплылся в довольной улыбке. – Смотрю, погуляли Вы с немалой пользой. И для себя, и для бездны. Однако в вашем списке, составленном, как я понимаю, коллективно, не хватает еще одного пункта.
- Какого? – поинтересовался Фридрих.
- Главного, - ответил Вакх. - Бога. Ну, или богов, тут все зависит от личных предпочтений. Вспомнили всех, а про бога забыли.
- Бога ищут затем, чтобы обрести смысл в жизни, - сказал Малыш со взрослым выражением. - Человек, преисполненный творческой энергии, разумный и добрый, человек созидающий, человек творящий, не ищет бога, ибо сам таковым является.
- Браво! – зааплодировал Вакх. – Позвольте выразить восторженное уважение Вашему детству, молодой человек. Устами младенца, как говориться… Видите, каждый может стать богом, а нам тут вручили неоспоримую истину, что бог один.
- Это случилось, когда самые безбожные слова были произнесены одним из богов – слова: «Бог един! У тебя не должно быть иного Бога, кроме меня!» Старая борода, сердитый и ревнивый Бог до такой степени забылся, - сказал Фридрих с улыбкой, проглядывающей сквозь смоченные в виски усы.
- Или напротив, - вмешался Штольц, тоже усаживаясь за барную стойку. - вначале утеряли единого Бога, а потом стали выдумывать богов. Богосознание заменилось богоизобретением.
- Почему нет? – поддержал Вакх. – Тоже вариант. А что Вы думаете по этому поводу, милая девушка?
- Я думаю, - послушно ответила Элли, - что боги, как мухи, собираются вокруг того, кто приносит жертвы. Когда из курильниц поднимается фимиам от веточек мирта, тростника и кедра, то ни один бог не устоит пред силой такого аромата.
- Восхитительно! Это просто восхитительно! – Вакх сиял счастливой улыбкой. – Так было всегда, так будет до скончания века: боги и феи отмирающих религий постепенно превращаются в дьяволов и ведьм пришедшего этим культам на смену монобожия, равно как священные ритуалы превращаются в запретные шабаши. Однако наш шабаш подходит к концу. Пора принимать решение, молодой человек, - Вакх обратился к Вадику, протянул ему свою стопку, Вадик автоматически чокнулся своим виски. – Итак, принимайте же решение. Принимайте быстрее, пока не вернулся этот, - Вакх махнул в сторону коридора, где скрылся Шпак.
- Какое решение? – недоумевал Вадик. – Однажды я уже принял тут решение и погубил круизный лайнер.
- Какая жалость! – Вакх сделал грустное лицо. – Надеюсь, это досадное происшествие не омрачило ваше удовольствие от пребывания в бездне?
- Нет, - подумав, ответил Вадик. – Хорошего было больше. В целом, моя бездна оставила позитивное впечатление. Люди здесь хорошие. За редкими исключениями.
Штольц и Фридрих поочередно пожали Вадику руки, Элли благодарно обняла и положила голову Вадику на плечо. Даже Малыш насупился и протиснул свою стриженую головку Вадику под руку.
- Значит, Вы не прочь остаться? – спросил Вакх.
Все замолчали, выжидательно глядя на Вадика. Молчание затянулось. Вадик пребывал в абсолютной растерянности. Выручил Фридрих.
- Оставайтесь, - неожиданно предложил он.
- Где? – на всякий случай уточнил Вадик.
- Здесь, - Фридрих широко повел рукой, - в моих пенатах
- В Ваших пенатах? – Вадика удивило слово «моих».
- Да что это я? Какие глупости говорю! – Фридрих расстроился. – Это же Ваши пенаты, бездна Ваша. Оставайтесь. Тут. Со мной. Со Штольцем, с Элли, с Малышом. Вакх будет периодически заглядывать на огонек. Ведь будете, достопочтенный?
- Безусловно! – заверил Вакх. – Разве может бог обойти вниманием такого верного своего служителя?
- А Вы – бог? – спросил Вадик.
- А как Вы думаете, молодой человек? – прищурился Вакх. – Каждый сам решает, видеть ли бога в своем собеседнике, в своем собутыльнике, в своей жене, в своих детях.
- Но что я буду здесь делать? – растерялся Вадик. – Бесконечно падать? То, что в бездне не бывает дна, я уже понял.
- Мы будем чудесно проводить время в беседах, настолько же глубоких, насколько глубока Ваша бездна, - предложил Фридрих.
- Отправимся на Старые острова, будете моим помощником. Мы таких дел тут наворотим! – пообещал Штольц.
- Я буду счастлива приносить пиво тебе по утрам, - сказала Элли и еще сильнее прижалась к Вадику.
- Буду радовать успехами в школе, - пообещал Малыш, глядя в сторону. – Главное, побыстрее сбежать с острова, пока эта семейка не обокрала нас по-тихому.
- У нас ничего нет, - напомнила Элли.
- Не важно, - настаивал Малыш. – Если останемся, мне придется дружить с их детьми, и я попаду под их дурное влияние.
- Дети не виноваты в грехах родителей, - заспорила Элли.
- Заманчиво, - осторожно прервал споры Вадик. – Вы предлагаете мне провести выдуманную жизнь в выдуманной компании?
- Поначалу. Потом мы Вас оставим, - предупредил Фридрих. – Но лишь тогда, когда Вы сможете беседовать исключительно сами с собой. Тогда Вам попросту будет не нужна наша компания.
- Сам с собой? – усмехнулся Вадик. – То есть сойду с ума?
- Что Вы! – возмутился такой несуразице Фридрих. – Самодостаточность – это вовсе не сумасшествие. Самодостаточность – это такая степень цельности, монолитности, здоровой самоуверенности, когда влияние на разум извне крайне затруднено.
- Невозможно?
- Нет, так не бывает, - Фридрих покачал головой. - Если разум в активном состоянии, то всегда можно найти лазейку – через прочитанную книгу, через услышанное слово, через пережитое событие. Даже совершенно замкнувшись в себе, Вы все равно будете находится под влиянием своей памяти: инстинктов, рефлексов, привычек, внутренних ритуалов, заученных аффирмаций, устоявшихся паттернов и таинственных подсознательных процессов.
- Это Вы и называете «беседовать с самим собой»?
- Именно так. Если человек не имеет сил или желания покинуть свою бездну, если ощущает комфорт и гармонию только здесь, если все его жизненные цели, задачи, программы, планы, ориентиры, мечты и фантазии обитают в этой самой бездне, то рано или поздно человек достигает именно такой степени самодостаточности – мыслительного монолита.
- Это плохо? – поинтересовался Вадик.
- Это замечательно! – обрадованно сообщил Вакх вместо Фридриха. – Только цельные люди могут упорядочивать хаос ноосферы. Такие интеллектуальные монолиты как бы несут в себе первоэлементы, из которых слагается коллективное мышление всего человечества как единого организма. Атомы мысли, кирпичики культуры, основа цивилизации.
- И Вы предлагаете мне стать таким кирпичиком?
- Ваше решение! – заверил Вакх.
- Пожалуй, воздержусь, - Вадик обвел взглядом бесконечность собственной бездны и поморщился, представив себе перспективу поселиться здесь навечно. – Читал в детстве повесть про смешного человечка, его звали Моццикони.
- Конечно! - узнал Фридрих. – «Окурок» переводится. Эту повесть написал итальянец Луиджи Малебра.
- Этот Моццикони как-то решил придумать емкость, компактную по объему, но при этом вмещающую в себя весь мир.
- Удалось? – деловито спросил Штольц.
- Как сказать, - Вадик пожал плечами. – Моццикони разрезал стенку консервной жестянки. Так, по его мнению, банка, оставаясь маленькой, вместила в себя весь окружающий мир.
- Понимаю аналогию, - Фридрих ощетинил усы и сделал умное лицо. – Вы сравниваете с банкой Моццикони свою собственную бездну?
- Да и тяжело Вам будет выбраться, молодой человек, - предупредил Вакх. - Вы так низринулись, что я все извилины стоптал, Вас разыскивая.
- Сами понукали – «прыгнем, прыгнем, раз-два-три», - пожурил Вадик.
- Кто ж знал, что Вы такой устремленный – в самую что ни на есть непроглядную тьму, к основам основ. Я Вам что предлагал? Развеяться, развлечься, с томной легкостью, по верхам, по пленке, так сказать, натяжения, по эпидермису души. Провожатого Вам определил без лишнего груза, - Фридрих благодарно кивнул, - для легкого чтения – в меру помудрствовать, в меру посмеяться, поболтать о том о сем, немножко любви (Элли смущенно потупилась), немножко дела (Штольц расправил плечи), подумать о будущем (Малыш хмыкнул), но больше ни о чем. А Вы что?
- А я что?
- А Вы – лопату в руки и – копать, копать, копать, - Вакх сделал несколько соответствующих движений воображаемой лопатой. – Так и путь назад забыть недолго. Нет, Вы как хотите, но я думаю, что пора Вас вытаскивать из этого лабиринта.
- Я не против, - признался Вадик, радуясь, что все опять решили за него.
- Кто-нибудь составит нам компанию в дороге? – Вакх обвел собравшихся любопытным взглядом.
- Избавьте! – Фридрих в шутку прикрыл висок, как от боксерского удара. – Спасибо, конечно, за беседу, но на ближайшую вечность я наговорился.
- Ах, оставьте! – замахал плотными ручками душечка Вакх. – Какие могут быть дела у философа?
- Всяческое «умное делание», - Фридрих заговорщицки подмигнул Вадику, напоминая о Писемском и его «Масонах». - Может, Штольц?
- Дела, знаете ли, зовут… - замялся Штольц. – Надворный советник обязан явится в срок на Старые острова. Долг службы, так сказать.
- Как я могу оставить свое кнайпе? – Элли совсем незаметно снова облачилась в дирндль.
- Мои джунгли – мои правила, - Малыш снова зарос космами и остался в одной набедренной повязке.
- Как знаете, как знаете, - Вакх не стал возражать и заторопился. – Нам пора, этот подвальчик скоро закроют, - Вакх легко, но настойчиво постучал по барной стойке, требуя повторить.
- Закроют этот, откроют другой, - сказал с улыбкой им вослед растаявший во тьме пустого зала Фридрих.
- Еще по одной, - уже громко потребовал Вакх у молчаливого юного бармена с синими неразборчивыми наколками на руках.
- Спасибо, но я, пожалуй, пойду, - засобирался Вадик.
Дома ждала девушка, с которой он жил. Скандал неминуем, но что поделать? Да и той, к которой захаживал, тоже нужно было позвонить.
- Не смею задерживать, не смею, - закивал с рассеянной улыбкой Вакх.
- А Вы?
- А я здесь до последнего посетителя, - Вакх небрежно пожал плечами.
Про Вадика он уже успел забыть.

Одесса, 16.07. 2026.

   

Другие книги автора

Фэнтэзийная трилогия «Змее-Week»:

1. «Унаги с маком» (2015)
2. «Братство революционного декаданса» (2016)
3. «Бюро вечных услуг» (2016)

Педагогические подростковые романы:

1. «Сказки фея Ерофея» (2017)
2. «Путь Аграфены» (2019)

Современные любовные романы:

1. «Кодекс боевой подруги» (2017)
2. «Будь другом, свет мой, или Нега лакшери-паскудства» («БДСМ, или НЛП») (2020)

Антиутопия:

1. «Жена последнего друида» (2021)

Романы-диалоги:

1. «Коротко о длинном» («КоД») (2021)
2. «Чревоугодие» (2022)
3. «Бездна» (2026)

Фэнтезийная трилогия «Сага равнины»

1.«Трубадур» (2022 - 2023)
2.«Жрец» (2023)
3.«Военком» (2023 - 2024)