Мировая паутина

      «В Париже тихо, и наши граждане счастливы» –  Наполеон Бонапарт.
             Over all Spain the is cloudless…

 В августе 2024 года в Париже был задержан и допрошен владелец контакта Павел Дуров. Это ординарное событие напомнило нам, где находился изначальный центр мировой паутины. В то время паутина была оптической, и теперь она в значительной степени осуществляется по оптическому кабелю. Наполеон, которому приписывается революция Европы, пришёл к власти в 1799 году на волне буржуазной революции во Франции.  Уже в 1794 году во Франции начал работу оптический телеграф братьев Шаппа. К 1800 году, началу эры Наполеона Париж имел связь с Дюнкерком, Лиллем, Лионом, Брестом, Страсбургом. С приходом Наполеона к власти сеть развивалась быстро, особенно, в военных и коммерческих целях. Париж обозначился как центр Евросоюза. Многие европейские системы связи строились для предупреждения серии военных конфликтов. Игнатий Шапп надеялся, что его изобретение способно превратить Париж в финансовую столицу Евросоюза. И оно точно послужило толчком к развитию науки кибернетики, изначально искусству управления обществом (Анри Ампер).
Техническое устройство оптического телеграфа включало в себя вышки связи с наблюдателями вооруженными оптикой и порядком обработки информации, протоколом, говоря современным языком. На вышках находилась семафорная  мачта с подвижными элементами – перекладина, на концах которой были два подвижные боковые крыла. 36 возможных положений этой системы охватывали латинский шрифт и десять цифр десятичного счёта. Во Франции в это время вводится общая метрическая система мер и весов. Положения оптической азбуки Морзе, наборы сигналов, привязывались к стандартным сообщениям, а нестандартные передавались буквами и цифрами. Такая система связи не только передавала информацию за 20 минут на 1000 км, но формировала язык пользователя в пользу протокольного содержания. Также, как современная сеть формирует наш язык в пользу терминов сети. Только первая паутина делала это гораздо основательней. Семафорная связь не передаёт эмоции отправителей и нюансы событий, формализуя живую речь в мёртвый язык. Даже теперь использование только текстовой переписки часто приводит к конфликту в чате.
Дело в том, что язык общения изначально предназначался для общения во всем комплексе возможностей, а паутина использовала и формировала его как систему связи с однозначной, верной информацией. За стандартом и достоверность наблюдали протокол и стандарт. В результате русский, например, язык для его современного использования потерял до десятка символов и обрел сотни дежурных, протокольных фраз.  Сама идеология информационного  общения менялась. Так почти любая русская народная поговорка изначально двусмысленна, типа, бабушка надвое сказала. А начиная с басен Крылова, всё изменилось в пользу однозначной морали и одного общего смыслового шаблона. В своей работе «Ключи Марии» Сергей Есенин пишет о ключевом значении символов славян в формировании их языка и письменности. Понятно, что после появления телеграфных символов языки всего мира тяготеют к общему знаменателю. А китайский и японский языки с иероглифами нуждаются в дополнительном деловом языке общения.
Телеграф братьев Шаппа был не единственным решением такого рода. В Испании, Швеции, России технически информационное устройство выглядело иначе, но принцип кодирования и протокол были схожим.
Первым оптический телеграф в России применил Наполеон. Он в 1812 году захватил Москву, и пока она горела, с колокольной башни Кремля семафорил армии, что «Над Испанией безоблачное небо». После сошествия Наполеона  на остров Елены, о паутине задумались русские цари.
Первую систему нашей связи в 1794 г. изобрёл Кулибин, с его открытием было как обычно  - в стол. Лишь в 1833 на крыше Зимнего дворца в Питере появилась станция оптической связи Жака Шато. Технически семафор упростился до Т образного указателя с фонарями на концах Т фигуры. Люди, которые работали смотрителями этих маяков, быстро теряли зрение от напряженной работы на станциях оптической связи. Система протокола и дозора была похожа на аналогичные системы Европы, а вот сеть была принципиально другая. Европейская сеть была паутиной, охватывающей Европу, а русская сеть удочкой, заброшенной в Европу,  в Варшаву. Длинной удочкой в 1200 км с коленцами в Пскове, Даугавпилсе, Вильнюсе, Гродно, Варшаве. Пётр рубил окно в Европу, но прострелил только лунку, а вот удочка получилась явно не в зимнем варианте. Она успешно выуживала информацию и товары из Европы до 1854 года. За хорошую плату даже гражданам можно было послать приветы родственникам в Варшаву. В 1854 на 150 лет технически победил электромагнитный паучок связи, а сейчас снова тяготеем к оптической паутине. Между континентами проложен оптический кабель, а спутники Старлинка работают уже в диапазоне 30 ГГц.

На заставке башня с Т образным семафором.

Тезисы статьи

1. Историческое значение оптической связи:
В статье проведена параллель между современными интернет-технологиями и первыми оптическими сетями, появившимися во Франции в конце XVIII века (оптический телеграф Шаппа). Эти системы стали прообразом “мировой паутины” — быстрого обмена информацией между городами.

2. Связь технологии и политической власти:
Оптический телеграф стал инструментом для укрепления централизованной власти и ускорения военных, финансовых, административных решений. Это сделало Париж не только политическим, но и информационным центром Европы аналогично тому, как современные IT-гиганты влияют на глобальную коммуникацию.

3. Стандартизация и формализация языка:
Передача сообщений по оптическому телеграфу требовала строгого протокола. Это формализовало естественный язык, минимизируя эмоции и нюансы — как и современные интернет-технологии влияют на структуру и содержание общения, стандартизируя и обедняя его смысл.

4. Влияние технологии на культуру и язык:
В статье показано, что развитие сетей связи приводит к унификации языков, исчезновению неоднозначности, распространению стандартных фраз и, отчасти, к стиранию культурных различий (напр., исчезновение букв в русском алфавите, сокращение двусмысленности в пословицах).

5. Сравнение европейских и российских информационных сетей:
Французская сеть — паутина, связывающая множество центров, русский проект — “удочка”, направленная на Европу, с другой логикой построения сети. Символично отмечается разница в информационной культуре и стремлении к интеграции с Евросоюзом.

6. Цикличность развития технологий:
После электромагнитной эры (телеграф, телефон) человечество возвращается к оптическим технологиям (кабели, спутники), что отражает повторяющиеся паттерны в истории коммуникации.


Вывод

Статья предлагает глубокий исторический и культурный анализ: от первых оптических сетей и их роли в формировании власти и культуры до современных аналогий с интернетом как “мировой паутиной”. Мы видим, что технические решения изначально формируют не только способы передачи информации, но и влияют на структуру, смысл и эмоциональность человеческих сообщений — как тогда, так и сейчас коммуникация движется к стандартизации, нередко ценой утраты богатства смыслов, свойственных живому языку.

Особо важно понимание того, что “паутина” — не просто техническая инфраструктура, а структура, формирующая наше восприятие и даже саму личность человека, его мышление, язык, систему ценностей. Попутно проявляется разница национальных и культурных стратегий интеграции в мировой поток информации.

С этой позиции открытым остается вопрос:
В какой степени современные технологии связи действительно связывают нас, а в какой — стандартизируют и обедняют наше внутреннее многоголосие? И не утрачиваем ли мы по пути в “общечеловеческое” нечто уникальное и свое, пусть и менее функциональное?

Истина, как видно, остается неуловимой, меняющейся с каждым новым витком развития коммуникаций. Мы стоим перед дилеммой: принимать стандарты ради эффективности или защищать многозначность и богатство содержания общения, осознанно выбирая как быть с каждым новым “информационным протоколом”. Думающий читатель сам определит свою точку баланса между этими полюсами.

Редактор: simple4o с сайта ЯП.