Цапля верховодит сказка на злобу дня

ЦАПЛЯ  ВЕРХОВОДИТ
( сказка  на  злобу  дня)
         Напрасно    болото  называют  гиблым:  никто  и  ничто  там  не  погибает,  наоборот,  все  и  всё  там  живет,  процветает  и  благоухает.  Густые,  непролазные  заросли   ивняка,  дебри  камыша  и  буйство  осоки,  ласковый  ковер  ряски  на  мелководье,  это  лишь  толика  всего  того  разнотравья,  которое  украшает  его.  И  в  этом  зеленом  царстве  живут  и  благоденствуют  многие-многие  одушевленные  существа.  Многоликие  букашки  шустро,  не  потопая  и  не  окунаясь,  свободно  бегают  по  водной  глади,  рыбная  мелкота,  типа силявок,  резвится,  выпрыгивает,  тревожа  поверхность  тут  же  затухающими  кругами,  какофония  лягушачьих  кваканий  полонила  эфир,  извилистые  ужи  и  пиявки,  подражая  друг  другу,  не  торопясь,  ищут  жертву,  чтоб  присосаться  или  обвить  её.   Пернатые  тоже  нашли  здесь  пристанище:  летают,  кружатся,  гнездятся,  не  дают  покоя  ни  бабочкам,  ни  стрекозам,  ни  комариным  скопищам  кровопийц.  Вон,  пролетел  болотный  хвастун-кулик,  неприметная  выпь  спряталась  в  кустах  под  кочкой  и  оглушает  округу  громогласными  звуками,  порхнул  вездесущий  воробышек,   раздражающе  каркнула  ворона.  Иногда  к  ним  присоединяется  стрекочущий  треск,   залетевшего  сюда  на  трапезу  кумира  всех  родившихся,   аиста.   Гостят  тут  и  другие  птицы,    прописанные  по  иным  адресам.
    Невольно  возникает  вопрос:  почему  все  они  выбрали  такое,  хоть  и  внешне  приличное,  но    малопригодное  для  жизни  место:  ведь  есть  и  другие,  более  благоприятные  и  комфортные   края?  Но,  это  их  отчий  дом,  здесь  их  родина,  здесь  они  появились  на  свет,  здесь  все  привычно,  удобно,  налажено:  здесь,    хоть  и  трудная,    не  всегда  приятная,   но  своя  родная   обитель.
     Ходят  слухи,  что  кое-что  кроется  в  том  болоте  внутри,  в  его  недрах.  Кто-то  унюхал  запах  загадочного  газа,  кто-то  узрел  расплывшиеся  жирные  пятна  на  поверхности.  Досужие  головы,  помешавшиеся  на  золотой  нефтяной  лихорадке,  предположили,  что  под  ним  таятся  ископаемые  залежи.  Правда,  вскоре  выяснилось,  что  те  пятна  от  солярки,  пролитой  непутевым  трактористом.  Но,  миф  о  недрах  не  затихает  и  дразнит  воспаленные  воображения  наивных  мечтателей.
     Вот,  на  такую  таинственную,  укромную  и,  одновременно,  загадочную земную  благодать  однажды  залетела  цапля - особа  важная,   напыщенная,  решительная  и  самоуверенная,  давно  мечтавшая  явить  себя и  осчастливить этот  уголок  природы.  Осмотрелась,  оценила  все  опытным  взглядом  и  чуть  не  поперхнулась  от  восторга.  Красота  растительности,  обилие  пищи,  отсутствие  более  сильных  и  напористых  конкурентов,  что  еще  надо,  для  жаждущей  верховодства  и  власти,   завистливой  души.
  Взгромоздила  свои  костлявые  конечности  на  самую   высокую  кочку  и  громогласно  заявила:
   - Объявляю  это  болото  зоной  насущных  интересов  моего  цаплячьего  гнездовья.   Отныне  ваша  вольница  отменяется,  жить  будете  не  по  законам,  а  по  нашим,  единственно  верным  правилам,  моим  хотениям  и  понятиям:  все  ваше,  и  особенно,  недра,  должно  служить  в  первую  очередь  мне,  моему  окружению  и  частично  лояльным  нам   собратьям.   Уж,  очень  падкой  она  оказалась  на  ископаемые:  да  еще - за  так,  на  халяву.  Видать,  прослышала  про  ту  молву.
    Далее  показательно  схватила  зазевавшуюся  лягушку,  которая  безмятежно  грелась  на  солнце,  и  перед  тем,  как  проглотить,  прочитала  ей  нотацию,  с  укором  процедив  сквозь  клюв:
  - Ты,  я  вижу,  совсем  не  благодарна  мне.  Вместо  того,  чтоб  вырываться  и  бесполезно  дрыгать  лапами,  лучше  бы  спокойно  подумала  и  осознала,  кто  тебя  вытащил  из  болота,  поднял  и  дал  возможность  посмотреть  на  мир  с  высоты.  Могла  ли  ты  до  меня  даже  думать  о таком  благе.  Если  бы  не  я,  квакала  бы  ты  вечно,  бултыхаясь  в  этом  гнилом  зловонном  месиве,  пока  бы не  попалась    в  пасть  или  в  утробу  голодного  ужа  или  еще  кого  из  нежелательного  и  недружественного  мне  гнездовья  коварных   завистников.  Я  принесла  вам  свободу  действий  и  нравов:   хочешь -  отлеживай  бока,   мучайся  от  безделья,  хочешь  -  плодись  и  размножайся   на  радость  себе  и  мне  на  потребу.   Живёте  вы    неправильно,  не  по-нашему:  без  меня  вы  пропадете.
    И  посыпались  упреки,  увещевания  и  нарекания:  почему  ворона  каркает  не  на  того,  кто  мне  противен,  почему  кулик  хвалит  только  свое  болото,  а  не   меня любимую,  почему  воробьи  чирикают  о  чем  угодно,  а  не  обо  мне  и  моей  благородной  миссии.  Я  научу  вас  мыслить  по-новому,  без  глупостей  кажущейся  вам  правды  и  достоверности,  изгоню  дремучесть  и  ссылки  на  надуманную   порядочность.  Я  защищу  вас  от  возможных  посягательств  гусиных  стай  из  восточных  азиатских  краев  и  строптивых   лебединых  доброхотов  из  других  недалеких  мест.
    Тирада  благих  слов  и  лестных  обещаний,  предшествовавшая  поглощению  очередной  жертвы,  всегда  лилась  бурным  елейным  потоком.  В  месиве  сообщений  часто  мелькали  слова:  выгодная  сделка,  удачный  бизнес, хороший  парень,  приятель,  партнер  и  прочие  обнадеживающие   названия  и    соблазнительные  намерения.

     Вот  такая  получилась  сказка.  Улавливаете  обязательный  по  традиции   для  нее  намек?   Не  напоминает  ли  вам  заносчивая  и  нахальная  цапля  одного  воинственного  деятеля,  страстно  жаждущего  завладеть  всем  миром,  даже  любым  болотом  или  обледенелым  закутком,  якобы,  для  обеспечения  собственной   безопасности  от  мифических,  надуманных  угроз  его  курятнику,  поправ  при  этом  волю  тамошних  обитателей,  законы  и  любимые им  же  правила?  А   вознаградить  себя  за  все  это  он  мечтает: не  много,  не  мало  -  венком    лауреата    Нобелевской  премии   мира.

     Да,  забыл  в  качестве  оправдания  сказать,  что  в  болоте  водится еще  и  всякая  нечисть.  Вот  она  и  спокусила  меня  на  написание  этих  бредней.  Это  ее  проделки,  я  тут  ни  при  чем:  алиби  мне  не  помешают.  Сознаюсь:  побаиваюсь,  как  бы  он,  прочитав  сей  рассказ,  не  выкрал  меня  прямо  с  постели  и  не  одного,  а  вместе  с  супругой  -  заточит  в  застенки  своего  гнездовья,   и  прощайте  мои  писательские  потуги.  Он  это  умеет.
  -