Воспоминания. Я матом вышибал страх из людей...

               
  Это необычное название главы, цитата из повести «Страницы жизни Трубникова» писателя Ю Нагибина по которой был снят замечательный фильм «Председатель». Совсем недавно я в который раз с удовольствием посмотрел этот фильм и как-то в эпизоде с этой цитатой подумал о месте мата в нашей повседневной жизни. А проще говоря нецензурных слов в нашей жизни. Конечно же я немало в жизни выслушал мата в самых различных его формах, проявлениях и искусства. И, увы, конечно же и сам неоднократно его применял. Нет, я не «вышибал» им страх у людей, поскольку за всю свою производственную жизнь занимая разные должности больше испытывал страх за них и нередко из-за этого страха, сам не только принимал решения, но и делал работы, связанные с большой опасностью (особенно в шахте). В армии я однажды даже получил в рожу за неуместный мат от грузина салаги-солдата, за то, что я помянул «его мать». Почему по роже, а не в лицо? Да потому что заслужил. А с ним мы позже даже подружились, потому что он был не шибко богат здоровьем и пришлось иногда его прикрывать.
  А так, я и окружающие меня люди (в основном, конечно, мужчины) применяли мат, как говорится «для связки слов», чтобы лучше была понятна ситуация и что нужно сделать, чтобы её исправить. Правда некоторая её часть использовала её уже без всяких на то причин, по привычке.
   Говорят, что мат, это чисто русское изобретение, но это не правда, у каждого народа есть свой мат и свои «лидеры» в этом искусстве.
   Лично я знаю, что не всегда мат применяют для личного оскорбления кого-то, хотя и не без этого. Но из жизненного опыта и из своего личного, могу заявить, что иногда и простыми словами можно так оскорбить и унизить человека, что лучше бы высказались матом…
   Известный и очень мною любимый поэт Расул Гамзатов, в своей, не менее мною любимой книге: «Мой Дагестан» описал вот такой случай. Однажды ему рассказали об одной злоязычной старухе, что подобной нет на свете. Гамзатов очень заинтересовался этим и решил посетить её. Жила эта старуха высоко в горах. Хотя и сам Расул жил в горах, а она ещё намного выше. И вот он вышел в путь и с огромным трудом отыскал аил, где она проживала и направился к её дому, как ему сказали. Старуха явно удивилась такому гостю, но узнав причину его прихода разразилась такой получасовой гневной тирадой оскорблений и унижений, что Расул не смог вставить и словечко. Он терпеливо выслушал её и сказал: «Спасибо тебе добрая женщина!» и ушёл под вновь пробудившую ярость гнева старухи, осыпавшего его новыми оскорблениями ни повторившихся ни словом…
   Ну, а очень воспитанные старушки других национальностей, в случаи необходимости всё-таки применяют русский мат.
  Как например это сделала одна бабушка, когда на улице, где она проживала, случился пожар, и пока пожарные приехали дом сгорел почти дотла. «Пусле пужара х… насос» - сказала с досадой она командиру пожарников.
  Впрочем, и других национальностей есть такие словечки, которые они применяют даже не просто так, а они входят во всякие там поговорки и иные премудрости.
   Меня, например удивила такая: «И у дочери муллы бывают мозоли в руках, но только тогда она х… в руках держала» (подстрочный перевод – Прим. автора). Эта поговорка убивает сразу две цели: она о ленивых людях и тут же имеется и социальный подтекст. Неплохо, правда?
     Однажды, когда я ещё работал на шахте одна из бригад нашего участка плохо выполнила наряд, можно сказать не выполнила совсем. В бригаде были почти все парни казахи, в том смысле, что среди них был один русский парень. Наш начальник, внушительного размера парень-казах устроил по этому поводу на наряде внушительный разнос. Он целых полчаса, как та женщина от Гамзатова разносил бригаду в пух и прах, что даже если бы все закрыли уши как в фильме «Председатель» по его жестикуляции было видно, как и о чём он говорил, вернее кричал. Кричал он на казахском языке, сверху обильно перемешивая свою гневную речь русским матом.  Когда он закончил, устало смахнул пот с лица и взглянул грозным взглядом на всех, кто был на наряде, чтобы ни у кого не возникло желания думать, что это к ним не относится. И тут он заметил, того русского парня из этой же бригады.
«А-а, Игорь! – сказал он устало. – Извини, я про тебя и забыл!», как бы извиняясь, что он говорил только на казахском языке.
«Да я всё понял!» - ответил ему этот Игорь, махнув рукой.  И все грохнули от смеха. Смеялись долго и от всей души, что даже начальник не выдержал и смеялся вместе со всеми. И все с хорошим настроением поехали в шахту, в том числе я по своим проблемам. Я всегда был против разносов в начале работы, чтобы не портить настроение и настрой рабочих, но в этот раз он получился к месту…
    Ну а в конце приведу уж совсем бытовой пример мата.
   Было это очень давно. Я, молодой зять, был призван весной мамой-тёщей, помочь соседям собрать трубы на улице для полива огородов. И тогда и многие годы позже, мы проделывали эту работу, не забывая при этом отметить это дело не только в конце её, но и с самого начала, так что некоторые из нас уходили домой и не помнили на другой день, собрали мы эти трубы или нет. Но это было в первый раз, и я с интересом включился в работу оценивая смекалку и умение каждого из соседей. И мимо нас часто проходили жёны и дети соседей высказывая слова поддержки, отмечая наш сбор, как сбор грачей на картине Саврасова, мол мы как примета - весна пришла.
   И вот, спустя некоторое время, мимо прошла женщина, которая одобрительно взглянула на нас и вдруг заявила: «А мой-то х… и не знает об этом. Пойду, погоню его к вам!» И ушла. Я, от таких слов, невольно оглянулся на мужиков, но не увидел на их лицах никакой реакции. Вскоре, действительно, появился ещё один мужчина, потрясая в руках бутылку водки и завёрнутую в газету закуску.
   Впрочем, и в тот день и многие годы, пока он не умер, этот мужик только и занимался тем, что бегал в близлежащий магазин за спиртным.
   Да ладно, сегодня мы не об этом.  Дело в том, слова, которые я услышал от женщины о своём муже, оказались совсем не случайными. Женщина эта оказалась очень общительной, и стоило кому-то встретится с ней на улице, то никто не обходился просто так: «здрасте-досвиданья». Едва выслушав, обычно собеседницу она тут же принималась рассказывать с подробностями о том, что же с ней случилось за три последние дня, а также, что она планирует в предстоящие три дня, при этом уделяя большое внимание своему мужу, которого неизменно называла: «мой х…». Оказалось, что к такому наименованию ею своего мужа все давным-давно привыкли, как к «печенье-сахар» и «вода-хлеб». Постепенно привык и я, оказывается и такое возможно. И ничего в этом мире от этого не изменилось. Разве что, когда её муж умер, она вместо «мой х…» стала уточнять: «когда мой х… был живой».
    Последний крупный спектакль, который мне пришлось наблюдать с упоминанием с «мой х…» был следующим.
   Прекрасный посёлок, в котором жила моя мама-тёща и само-собой разумеется эта женщина, был лакомым куском для самых крутых олигархов нашей Республики. Правда дело было не в самом посёлке, а то, что находилось под ним – богатейшее медное месторождение, которое эти олигархи уже выгребли, но оставшиеся залежи можно было извлечь только выселив из этих мест жителей этого посёлка, чтобы организовать здесь карьер.
   Повторюсь, посёлок был прекрасный, настоящий зелёный оазис среди полупустыни в Центральном Казахстане, где солнце выжигает траву уже в мае месяце, и температура колеблется от -40 зимой до + 40 летом. Многие, родились здесь и прожили всю жизнь. Борьба за сохранение посёлка была нешуточной, но не равной. Жителям посёлка противостояла крупнейшая корпорация страны и конечно государственные органы. Митинги и так называемые незаконные сборища были постоянным явлением.     Чтобы как-то разрядить обстановку, сюда часто приезжали всякие комиссии, которые играли в демократию и либерализм, якобы сочувствуя населению, а на деле выслеживая инициаторов протестов и подкупая особо «борзых». И вот на одном таком стихийном собрание я случайно побывал. Кроме народа здесь были крупные начальники корпорации, делегаты мажилиса (типа Госдури), местная областная администрация и даже одна из ведущих в стране телекомпания. Выступали горячо все кому не лень, но настоящее наслаждение мы получили от выступление этой самой женщины. Она заявила: что прожила с «моим х…» здесь всю жизнь; и с «моим х…» вся их трудовая деятельность связана с этой самой корпорацией; что, дети её и «моего х…» выросли и учились здесь;  утверждала - когда «мой х…» был жив он активно участвовал  в субботниках и других мероприятиях;  и если бы «мой х…» был бы жив, он бы никогда не согласился уехать из этого посёлка! Да! Это было настоящее наслаждение слушать это и наблюдать, как вытягивались от удивления лица представителей всех здесь властей, не столько от её слов, сколько от того, что толпа была совершенно спокойна и никто и не подумал ей сделать ей замечания!
    И всё-таки людей выселили и посёлок снесли. Но эта уже совсем другая история.
  Из мемуаров "Воспоминания мальчика из деревни" на этом же сайте автора.