Глава 28

Вика пролежала ещё неделю и за эту неделю быстро набрала вес, до восьмидесяти килограммов — многовато для молодой девушки. Приходила мама с обильными передачами. Вика отмалчивалась или односложно отвечала:

— Ты сама всё знаешь, зачем спрашиваешь? Или спрашиваешь, чтобы только что-то спросить?

Мать с виноватыми глазами смотрела на дочь и, не засиживаясь, уходила. Чаще приходил Олег. Подолгу сидел у её кровати, молчал. Вика выпроваживала его:

— Иди, не сиди здесь, я поднимусь.

Он уходил понуро, опустив голову. У двери оборачивался, с надеждой смотрел на неё. Вика, чтобы успокоить мужа, с улыбкой слала воздушные поцелуи.

Больше всего ей приносила радость Наташа. Она всегда шумно врывалась в палату, в распахнутом халате, наполняя больничную комнату запахом дорогих духов и неугомонным всплеском слов. Как сорока на ветке, перескакивала с темы на тему, в междометиях подбадривала Вику и бесконечно, звонко смеялась!

После этих посещений Вика снова оставалась одна со своими мыслями, в которых чаще стали всплывать образы Сеньки и Вадима. И она мысленно беседовала с ними.

За десять дней до Нового года Вику выписали, и она вернулась домой. Олег за ней приехал с цветами, но Вике его внимание было уже совершенно безразлично.

Потеряв ребёнка, она стала жить надеждой на встречу с Вадимом и в настоящий момент просто хотела вычеркнуть из жизни навязанного мужа. Да так, чтобы ничего не напоминало о нём и об этом кошмарном годе замужества!

Так думала она, сидя с Олегом на заднем сиденье такси. Дома, за ужином, она сказала ему:

— Я от тебя уйду, нас теперь ничего не связывает.

Она ждала грубых обвинительных слов, но Олег спокойно ответил:

— Я ждал этого. Но позволь узнать — куда ты пойдёшь?

— Не знаю… Пока не знаю.

— К маме?

— Нет. К ней я тоже не пойду!

— Тогда куда? К Вадиму?..

— К Наташе!

— Глупо! Ты не девочка, живи здесь. Я скоро уеду насовсем.

— Куда?

— Домой, на родину!

Она смотрела на него без боли, просто подумала, что навсегда ушёл тот срок, когда они были близки и навязано вместе…

И если сейчас у неё самой что-то не так пойдёт, то она будет выглядеть со стороны безнравственной и виноватой во всём. И во всём виноватой сочтут лишь только её — и только её.