перевод на русский...

что мне дорого в дальневосточной философии?
действенность созерцания;
что мне дорого в японской эстетике?
возможность ввести в обиход как эстетическое то, что у европейцев тоже наличествует, но не актуально, а находится в стороне;

есть особое очарование в ветхом, то, что рушится, забывается, проходит:
заброшенный дома с провалившейся крышей, старый мосток, на котором осталось несколько дощечек и перебираться по нему через кипучую воду после обильных дождей невозможно, потёртое до тонкости старое крылечко старого дома и его стареньких хозяев, зарастающая тропинка в лесу, по которой давно уже никто не ходит…
в чём это очарование?
ничто не совершенно
ничто не закончено
ничто не вечно…
на смену уходящему и неповторимому
придёт вновь единственное и неповторимое;
это – прекрасно, жаль только, что там нас уже не будет;
а в утешение – но ведь и до нас – было…

осмыслить невозможно, а вот пережить…
беречь и лелеять каждое единственное мгновение…

в сегодняшнем бытии, простом и сложном, есть вся вселенная;
в капле росы – все смыслы…

жёлтые листья берёзки на чёрной воде пруда,
кисти калины, рдеющие в лучах солнца
и уходящий в голубое сентябрьское небо горький голубоватый дым костра…

неполнота, недосказанность, мимолётность всего…
когда ты в этом потоке, когда ты в естественности – большего и не надо,
лишь посмотри как цветёт и увядает настурция, в окружении опавших дубовых листьев…

прекрасное – в естественности, в обыденности, незамысловатости…

ничто не вечно
ничто не закончено
ничто не совершенно

осенний сад, одиночество и запустение;
сад как совершенное воплощение в материальном совершенно нематериального…
освобождение, выход за пределы суетного и тщеславного к простой жизни:
испечём картошку в костре, почаёвничаем…

совершенное несовершенство…

старые люди, старые дома,  старые вещи, старые инструменты, старые явления, старые сады, старые ветхости…
и одиночество, и печаль, и умиротворение,
и высшая созерцательность –
просветление…

уходящее…
деревянные серебристые заборы,
забытые баньки и стайки,
заброшенные сады, густо заросшие свилеватыми яблонями и вишнями,
ветхий  дощаный настил к речке,
стародавний колодец, из которого редко кто берёт воду;
вал основательно погрызен цепью, цепь поистёрлась, бадейка побитая, а дужка вот-вот вылетит из держалок;
колодец много послужил людям, а теперь – в запустении …
но там, в глубине вода;
вода – живая…

сад в октябре в погожий день…
серебристый забор с Хранителями
избушка стародавняя
заповедная банька по-чёрному
хвоя  берёзовые и дубовые листья на камнях
осенние дерева и кусты осенние
поникшие травы
столы и скамейки омытые дождями
простые люди, скромные, весьма скромные, бедные строения,
печка в избушке – сколько в ней тепла…
дровник
ольховые берёзовые осиновые дрова
мастерская с чурбаками-заготовками
музыканты лесные
дворик хозяйственный сплошь усыпанный толстым слоем листвы
причудливые лесные существа ручной работы
годовые кольца на стародавних пеньках
пространственные движения ветра
горы-леса
голубой купол…
всё здесь без прикрас, естественно и просто…

по дебрям, по дремучестям, перебираясь через ели-колоды, пролезая меж ветвей-сучьев, как меж рёбер допотопного зверя, меж диких камней-валунов, обильно заросших мхом, взбираться наверх по каменистой россыпи, продираться сквозь заросли в сплошь переплетенных  кустов, чтобы взобравшись наверх, меж рябин, елей и берёзок, выбрать приглядное местечко, развести костёр, безмысленно созерцать кривые, горбатые, побитые снегами, ветрами ели и пихты, заросли рябинника, согнутые в дуги и несообразные кривули берёзы с неоднократно обломанными снегом вершинами, искалеченные, изверченные невзгодами, созерцать огни костра, пылающие угли, слушать шелест ветра и потрескивание горящих веток и поленьев, вкушать горбушку черного хлеба с солью и запивать родниковой водой…
неутоляемая жажда,
пронзительная, щемящая печаль-просветление…

ничто не вечно
ничто не совершенно
ничто не закончено

ваби-саби…
переживание прошедшего и настоящего
душевность единение лад –  естественность…

*графика - работа автора