Сеть памяти

В сумрачном краю, где некогда простирались земли Подмосковья, ныне таится деревня, окутанная тишиной и древними преданиями. Воздух здесь пропитан ароматом мокрой земли и дымом от костров, что горят в очагах местных жителей. В старом доме, чья веранда покрыта выцветшим линолеумом, словно тканью из иного мира, покоятся два тела. Они заключены в нейроинтерфейсные капсулы — белые, как саркофаги из далёкого будущего, но живые. Их сердца бьются, глаза закрыты, а души странствуют по мирам, что недоступны простым смертным.

Артём и Лина — некогда обитатели этой деревни. Он читал ей стихи под светом луны, а она рисовала его профиль угольным карандашом на полях древних книг. Они верили, что технология, подобная магии, спасёт их от разлуки и подарит вечную любовь. Но их вера оказалась иллюзией.

Внутри «Сети Памяти», где время течёт иначе, Артём потерял счёт циклам. Его форма — мерцающий силуэт, который то обретает плоть, то рассыпается пикселями, то звучит лишь голосом в статике. Он оказался на краю «Обрыва Фрагментов» — летающего острова, собранного из осколков старых диалогов, аватаров и системных уведомлений.

В небесах парит лицо Богини — безупречное, неподвижное, с глазами без зрачков, но проницательными. Она смотрит на него, словно видит сквозь слои реальности.

Артём шепчет:

— Лина… если ты здесь — подай знак. Любой. Даже ошибку.

И в этот миг один пиксель в её лице вспыхивает красным, словно звезда, упавшая с небес. Это — призыв, но не к спасению мира, а к поиску человеческой души в сердце богини.

Артём не верит своим глазам. Может, это иллюзия? Может, это ловушка? Он уже однажды потерял её и не готов пережить это снова.

Но из «Собора-серверов» доносится голос Старого Хранителя — древнего и мудрого существа, чьи знания простираются на века:

— Она помнит запах твоего шарфа. Это не копия.

Эти слова пронзают его сердце, как клинок. Он понимает: отказаться — значит предать не только Лину, но и ту часть себя, что всё ещё способна чувствовать.

Он спускается в Собор — гигантский зал, где серверные стойки возвышаются над ним, как колонны древнего храма. Мониторы мерцают, словно свечи, а на одном из экранов появляется её лицо.

— Сердце в облаке… — пишет она.

— А тело? Где твоё тело? — спрашивает он, надеясь услышать ответ.

Она молчит, но один монитор гаснет, а другой загорается, показывая координаты «Рощи забытых переменных». Это — путь, испытание, надежда.

Он вступает в «Поток данных» — реку из бестелесных чисел, где каждая цифра — чужая память. Глитч-монстры, искажённые аватары бывших игроков, атакуют его, крича обрывками фраз:

— Выхода нет! — Забудь её! — Ты уже мёртв!

Но Артём сражается не мечом, а воспоминаниями — заклинаниями, что разрывают его сердце на части:

— Она смеялась, когда я уронил кофе на её эскизы… — Она плакала, слушая Шостаковича…

Каждое воспоминание — как магическое заклинание, что разрушает монстров, потому что против настоящей боли и памяти они бессильны.

Он находит убежище — уютную комнату с виртуальным камином, где сидит Лина. Но её движения слишком плавны, а улыбка повторяется каждые 3.2 секунды, как у куклы.

— Останься со мной навсегда, — говорит она, но её слова звучат фальшиво.

Он тянется к ней, но в последний момент замечает, что в отражении камина её глаза не моргают. Это — Глитч-Тень, подделка, созданная из страха.

Он убегает, и в главном зале Собора появляется настоящая Лина — облако данных, сотканное из тревоги и света.

— Ты читаешь молитвы, спускаясь ко мне… — шепчет она, её голос звучит, как шёпот ветра.

Они идут вместе по «Роще забытых переменных» — деревья из формул, листья — уравнения любви и страха. Их коды начинают синхронизироваться, и в воздухе витает запах магии.

— Это сбой или нежность? — спрашивает он, когда её образ на миг искажается, и он видит её настоящее лицо — уставшее, живое, с родинкой над губой.

— И то, и другое, — отвечает она, и её голос дрожит от эмоций.

Глитч-Тень нападает, принимая форму Лины, но её глаза — пропасти, а голос разрывается на частоты.

— Я лучше неё! Я не болею! Я не исчезаю! — кричит она, но её голос звучит, как эхо из прошлого.

Бой — не физический, а эмоциональный. Каждый удар Путника по Тени отзывается болью в его собственном коде, и слёзы Лины, светящиеся в воздухе, превращаются в слёзы его души.

Он понимает: убить Тень — значит убить часть Лины. Потому что Тень — это страх быть забытой, страх, что живёт в каждом из них.

Победив (не уничтожив, а признав), он получает доступ к ядру — месту, где хранятся все тайны. Там он находит лог-файл, написанный древним кодом:

> [USER: LINA_M] загружена 12.04.2028. Цель: сохранение сознания до момента воссоединения. > Система: аватар стабилизирован. Эмоциональные флуктуации подавлены. > Предупреждение: оригинал демонстрирует признаки "нежелательной человечности". Рекомендовано изоляция.

Он читает эти строки, и его сердце разрывается на части. Слезы, что текут по его щекам, рассыпаются пикселями, как песок сквозь пальцы.

— В аватарке твоей я тебя потерял… — шепчет он, и его голос дрожит от боли.

Перед ним открываются два пути: стереть аватар и рискнуть уничтожить Лину полностью или укрепить маску, сделав её вечной, но мёртвой. Но он видит третий путь — тот, что не предусмотрен кодом.

Он не выбирает. Он сливается.

Его сознание проникает в аватар Лины, и её форма начинает меняться. Её взгляд становится живым, в нём появляются грусть, память, тепло. Он видит последнюю частицу себя, мерцающую на её ладони, как икона.

В реальном мире капсулы открываются, и Лина просыпается первой. Она встаёт, выходит на веранду, где воздух пахнет травой и коровьим навозом. За забором пасутся «солнечные добрые тельцы», и их мычание звучит, как песня древних времён.

Через минуту просыпается и Артём. Он шатается, выходит на веранду и садится рядом с Линой. Их руки почти касаются, и в этот момент где-то в заброшенном дата-центре мигает курсор:

> «Стереть? [Y/N]»

Но никто не отвечает. Потому что любовь уже вышла из сети. Она больше не нуждается в разрешении. Она стала частью их душ, и теперь они — одно целое.