История о купце, который стал дервишем

Часть первая. О том, как купец увидел во сне то, чего не было

В городе Ширазе жил купец по имени Юсуф ибн Дауд. Был он богат, как султан, но скуп, как ростовщик, ибо считал, что золото — единственная вещь на свете, которая не обманет. Он спал на шёлковых подушках, ел из золотой посуды, но сердце его было пусто, как сундук после нашествия воров.
Однажды ночью Юсуфу приснился сон. Будто идёт он по базару, а навстречу ему — девушка в одеянии из лунного света. Лицо её было скрыто вуалью, но глаза её были как два колодца, в которых отражались звёзды. Она протянула руку, и на ладони её лежала жемчужина — такая, что от одного взгляда на неё у Юсуфа перехватило дыхание.
— Возьми, — сказала она голосом, похожим на звон колокольчиков. — Это твоё.
Юсуф протянул руку, но пальцы его схватили воздух. Девушка улыбнулась — печально, как улыбаются люди, знающие, что их никогда не поймут.
— Ты ищешь то, чего нельзя удержать, — сказала она. — Но разве ты не ищешь то, что уже имеешь?
Юсуф проснулся в холодном поту, сердце его колотилось, точно птица в клетке. Он сел на постели, сжимая в кулаке край одеяла, и вдруг понял: сон не отпускает его. Тень той девушки всё ещё стояла у его ложа, и хотя он знал, что её нет, глаза его видели её яснее, чем собственную ладонь.
Он встал, накинул халат и вышел на балкон. Шираз спал, но Юсуфу уже не хотелось спать. Он смотрел на город, на спящие дома, на тени кипарисов, которые качались, точно танцуя под музыку, и думал: Что это было? И почему я не могу забыть?
На базаре, куда он отправился наутро, всё было как всегда: кричали торговцы, блеяли овцы, звенели монеты. Но Юсуф не видел ни товаров, ни людей. Он искал глазами, искал сердцем — и не находил. А когда вернулся домой, то обнаружил, что жемчужина из сна лежит на его столе.
Она была настоящей.

Юсуф схватил её, поднёс к свету. Жемчужина переливалась, как живая, и в глубине её он увидел отражение той девушки из сна. Она смотрела на него с укором, и Юсуф понял: это не подарок.
Он спрятал жемчужину в ларец, но сон не отпускал его. Каждую ночь она приходила к нему — то стояла у окна, то сидела на краю постели, то шла рядом по базару, невидимая для других. И всякий раз она говорила одно и то же:
— Ты ищешь то, чего нельзя удержать.
А Юсуф отвечал:
— Но я уже нашёл.
И тогда она качала головой и исчезала, оставляя после себя лишь запах лотоса.

Однажды Юсуф не выдержал. Он отправился к старому суфию, который жил в пещере за городом. Суфий сидел у входа, перебирая чётки, и глаза его были закрыты.
— Учитель, — сказал купец, — мне приснился сон. И теперь я не могу понять: сон это или явь?
Суфий не открыл глаз.
— А что изменилось бы, если бы ты понял?
Юсуф растерялся.
— Я… я не знаю. Но это мучает меня. Я вижу её каждую ночь. Она говорит со мной. А сегодня я нашёл у себя жемчужину — такую же, как в том сне.
Суфий усмехнулся.
— Ты думаешь, что нашёл жемчужину. Ты просто не знал, что она была у тебя.
— Что это значит?
— Ты искал её вовне, — сказал суфий, открывая глаза.
Юсуф молчал. Он не понимал.
— Возьми эту жемчужину, — сказал суфий. — И отнеси её на базар. Продай её первому, кто спросит о цене. Но не бери денег. Возьми только то, что предложит взамен.
— Но… зачем?
— Потому что, — ответил суфий, снова закрывая глаза, — иногда, чтобы найти то, что ищешь, нужно сначала отдать то, что имел.

Юсуф вернулся в город. Он шёл по базару, сжимая жемчужину в кулаке, и чувствовал, как сердце его бьётся всё сильнее. Кто спросит о цене? И что он предложит взамен?
И вдруг он услышал голос:
— Сколько за эту жемчужину?
Юсуф обернулся. Перед ним стояла девушка — та самая, из сна. Но теперь она была не в лунном свете, а в простом платье из синей ткани, и волосы её были распущены.
— Ты… — прошептал Юсуф.
— Сколько? — повторила она.
Юсуф молчал. Он не знал, что сказать.
— Я не хочу денег, — сказал он наконец.
— Тогда что ты хочешь?
— Я хочу… я хочу понять.
Девушка улыбнулась.
— Тогда возьми это, — сказала она и протянула ему зеркало.
Юсуф посмотрел в него и увидел не своё отражение.
Он увидел её.


Часть вторая. О зеркале, которое показывало не лицо, а судьбу

Юсуф взял зеркало дрожащими руками. Оно было холодным, как утренний камень, и тяжёлым, точно отлитым из ртути. В нём не отражалось ничего — ни базара, ни неба, ни даже его собственных пальцев. Только она. Девушка из сна стояла внутри зеркала, как в окне, и смотрела на него так, словно знала его всю жизнь.
— Кто ты? — спросил Юсуф.
— Я та, кого ты искал, — ответила она.
— Почему я не могу коснуться тебя?
— Потому что ты ищешь руками, а не сердцем.
Юсуф хотел возразить, но слова застряли у него в горле.
— Что мне делать? — спросил он наконец.
Девушка улыбнулась.
— Иди за мной.
Юсуф протянул руку, и его пальцы прошли насквозь, не встретив сопротивления. Он прошел сквозь зеркало, как сквозь воду, и замер, оказавшись внутри зеркала.
— Не бойся — сказала она, взяла его за руку, и Юсуф пошел за ней.

Где не было ни дня, ни ночи

Мир за зеркалом был не таким, как Шираз. Здесь не было базара, не было минаретов, не было даже неба — только бесконечная равнина, поросшая травами, которые светились, как угли и шелестели на ветру, точно страницы древней книги. Вдали поднимались холмы, покрытые зеленым кустарником, а над ними висело не солнце, а что-то другое — не круглое, не жёлтое, а словно расплавленный по краям диск серебра, который медленно двигался по невидимому небосводу, оставляя за собой след, похожий на дым.
Юсуф огляделся. Он стоял на тропинке, выложенной белыми камнями, которые светились изнутри, как жемчуг. Девушка шла впереди, и её платье больше не было синим — оно меняло цвет, как вода под луной: то серебрилось, то становилось прозрачным, то вдруг вспыхивало алым, точно уголь в очаге.
— Где мы? — спросил Юсуф.
— В том месте, где сны не отделены от яви, — ответила она. — Здесь время течёт не так, как в твоём мире. Один шаг здесь может быть годом там.
— Почему ты привела меня сюда?
— Потому что ты искал меня, — сказала она.
Они шли долго, а может, и нет. Наконец тропинка привела их к озеру. Вода в нём была неподвижна, как стекло, и отражала лица, которых Юсуф никогда не видел, места, где он никогда не был, мгновения, которые ещё не наступили.
Девушка остановилась у самого берега.
— Посмотри, — сказала она.
Юсуф наклонился. В воде он увидел себя — но не таким, каким был сейчас. Он увидел себя стариком, сидящим на пороге дома, которого не узнавал. Рядом с ним сидела женщина с седыми волосами, и они смеялись, глядя на закат. Потом картина сменилась: он увидел себя в толпе на базаре, но не купцом, а нищим, протягивающим руку за милостыней. А потом — себя в пустыне, идущего за караваном, и солнце жгло его спину, а впереди не было ничего, кроме песка.
— Что это? — прошептал он.
— Это ты, — ответила она.
Юсуф отшатнулся.
— Я не хочу этого видеть.
Она протянула руку, и вода в озере заволновалась, как от ветра. Отражения исчезли, и вместо них появилось одно-единственное — его собственное лицо, но не такое, каким он привык его видеть. Оно было старше, мудрее, и в глазах его светилось что-то, чего Юсуф не мог понять.
— Кто я? — спросил он.
Она не ответила, а только коснулась воды, и озеро вспыхнуло, как зеркало, в которое попало солнце. Юсуф зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел, что стоит на базаре в Ширазе, а рядом с ним — та самая девушка, но теперь она была не в синем платье, а в простом одеянии служанки, и держала в руках корзину с гранатами.
— Ты?… — удивился он.
Но она приложила палец к губам.
— Не здесь, — сказала она. — Не сейчас.
И растворилась в толпе.

Что осталось после сна

Юсуф вернулся домой, но дом больше не был прежним. Зеркало исчезло, жемчужина тоже. Только на столе лежал один гранат — спелый и сочный.
Той ночью он снова увидел её во сне. Она стояла на том же берегу озера, но теперь на ней было платье из лунного света, а в руках она держала зеркало — то самое, в которое он заглядывал.
— Ты вернулся, — сказала она.
— Я не уходил, — ответил Юсуф.
— Нет, — возразила она. — Ты ушёл очень далеко.
— Нет, — ответил он, — это ты ушла.
Она молча протянула ему зеркало.
— Посмотри ещё раз.
Юсуф заглянул в него и увидел не своё лицо.
Он увидел её.
Но на этот раз она не исчезла.


Часть третья. О гранате, который был сердцем

Юсуф проснулся оттого, что кто-то тихо стучал в дверь. Солнце ещё не встало, но в комнату уже проник серый предутренний свет. Он встал, накинул халат и открыл дверь.
На пороге стояла та самая девушка с базара, с корзиной гранатов. Но теперь в руках у неё был не плод, а глиняный кувшин с водой.
— Ты пришёл за мной, — сказала она.
Юсуф молчал. Он не знал, что ответить.
— Ты боишься? — спросила она.
— Нет, — солгал он.
Она улыбнулась.
— Тогда иди за мной.
Они вышли из дома и направились к окраине города, туда, где кончались улицы и начиналась пустыня. Юсуф шёл следом, и с каждым шагом ему казалось, что он возвращается в тот мир за зеркалом. Воздух пах травами и дождём, хотя небо было безоблачным. Песок под ногами светился, как угли в очаге.
Наконец они подошли к одинокому дереву, которое росло посреди пустыни. Оно было невысоким, с корявыми ветвями, но на одной из них висел гранат — единственный, крупный, как сердце.
— Возьми его, — сказала девушка.
Юсуф протянул руку и сорвал плод. Кожура была тёплой, почти горячей, как будто внутри горел огонь. Он разломил гранат, и из него брызнул сок.
— Съешь, — сказала она.
Юсуф заколебался.
— Что будет, если я съем?
— Ты узнаешь то, что уже знаешь.
Он взял одно из зёрен и положил в рот. Вкус был сладким и горьким одновременно, как воспоминание о счастье, которое уже прошло. И в тот же миг мир вокруг него изменился.
Он снова стоял на берегу того озера, но теперь оно не было пустым. В воде отражались люди — сотни, тысячи лиц, и каждое из них было его лицом. Одни улыбались, другие плакали, третьи смотрели с равнодушием. И все они были им.
— Кто все эти люди? — спросил Юсуф.
— Это ты, — ответила девушка.
— Но почему я вижу их только сейчас?
— Ты не был готов.
Она взяла его за руку, и они пошли вдоль берега. Вода в озере забурлила, и из неё поднялась фигура — высокая, седая, с глазами, как два колодца мудрости.
— Кто это? — прошептал Юсуф.
— Это ты, — сказала девушка. — Тот, кем ты станешь, если пройдёшь этот путь до конца.
Старик улыбнулся и протянул руку. Юсуф коснулся его пальцев и почувствовал, как что-то внутри него раскрылось — не сердце, не разум, а что-то третье, то, что было глубже и того, и другого.
— Теперь ты понимаешь? — спросил старик.
— Нет, — ответил Юсуф.
Старик улыбнулся. И растворился в воздухе, как дым.

Возвращение

Юсуф очнулся на том же месте, под деревом в пустыне. Девушка стояла рядом, и в руках у неё снова была корзина с гранатами.
— Ты вернулся, — сказала она.
— Я не уходил, — ответил Юсуф.
Она улыбнулась.
— Теперь ты знаешь.
Они молча пошли обратно в город. Юсуф больше не задавал вопросов.
Когда они подошли к его дому, девушка остановилась.
— Теперь ты должен идти один, — сказала она.
— А ты?
— Я всегда буду с тобой. Даже когда ты не будешь меня видеть.
Она протянула ему корзину с гранатами.
— Возьми. Они помогут тебе помнить.
Юсуф взял корзину и вошёл в дом. Внутри всё было как прежде — шёлковые подушки, золотая посуда, сундуки с монетами. Но теперь он смотрел на них другими глазами.
Он сел на пол и взял один гранат. Разломил его. Зёрна блестели, как капли крови.



Часть четвёртая. О купце, который раздал всё золото

Наутро Юсуф проснулся с гранатом в руке. Кожура уже подсохла, но внутри зёрна ещё хранили влагу ночного откровения. Он встал, омыл лицо водой из кувшина и вышел на улицу.
Шираз встретил его привычным шумом базара, криками торговцев, блеянием овец. Но теперь Юсуф видел всё иначе. Каждый человек на улице был не просто покупателем или продавцом — он был зеркалом, в котором отражались те жизни, что Юсуф мог бы прожить. Вот старик, сгорбленный под тяжестью лет, — это он, если бы не нашёл в себе силы измениться. Вот нищий, протягивающий руку за милостыней, — это он, если бы не преодолел страх. Вот девушка с кувшином воды, улыбающаяся прохожему, — это она, та самая, что приходила к нему во снах.
Он шёл по базару, и на душе у него было спокойно, как никогда прежде. Он знал, что должен сделать.

Золото, которое жгло руки

Юсуф вернулся домой и открыл сундуки. Золото лежало там, холодное и тяжёлое. Но теперь оно жгло ему руки. Он взял первый мешок и вышел на улицу.
Первым, кого он увидел, был старик-нищий, сидевший у ворот мечети. Юсуф подошёл к нему и высыпал золото к его ногам.
— Это тебе, — сказал он.
Старик поднял глаза, и Юсуф увидел в них удивление.
— Зачем? — спросил нищий.
— Чтобы ты мог жить, — ответил Юсуф.
Старик начал собирать монеты. А Юсуф пошёл дальше.
Следующей была вдова с тремя детьми, которая торговала лепёшками у дороги. Он отдал ей второй мешок.
— Хватит на всю жизнь, — сказал он.
Женщина заплакала, но Юсуф уже шёл дальше.
Он раздавал золото всем, кто попадался ему на пути: торговцу, потерявшему товар при пожаре, разорившемуся ремесленнику, даже стражнику, который когда-то обманул его на таможне. Тот побледнел, когда Юсуф протянул ему мешок.
— Я не могу взять, — пробормотал он.
— Бери, — сказал Юсуф. — это милостыня.
Стражник взял золото и опустился на колени.

Когда золото кончилось

К полудню сундуки Юсуфа опустели. Он стоял посреди базара, и руки его были пусты. Вокруг собиралась толпа — одни смотрели с насмешкой, другие с жалостью, третьи с недоверием.
— Ты сошёл с ума, — сказал ему старый торговец пряностями. — Золото не возвращается.
— Я знаю, — ответил Юсуф.
— Что ты будешь делать теперь? — спросил другой.
Юсуф улыбнулся.
— Жить.
Он повернулся и пошёл прочь. За спиной слышались голоса, но он не оборачивался. Он знал, что сделал то, что должен был сделать.

Встреча на закате

Вечером Юсуф сидел на крыше своего дома и смотрел на город. Солнце садилось, окрашивая минареты в золотисто-розовый цвет, и воздух был полон запаха жасмина и роз.
Кто-то коснулся его плеча. Он обернулся.
Это была она.
Девушка из снов стояла рядом.
— Теперь ты свободен, — сказала она, улыбнувшись. Взяла его за руку, и они молча смотрели на закат.

Эпилог. О том, как купец стал дервишем

На следующий день Юсуф покинул Шираз. Люди говорили, что он сошёл с ума, что его обманули, что он растратил состояние на пустые мечты или что это было по наущению шайтана.
Но Юсуф не слушал их.
Он шёл по дороге, и с каждым шагом ему становилось легче. Иногда он останавливался у деревень и давал гранаты детям. Иногда садился у колодца и рассказывал путникам истории  о том, что нельзя удержать.
Однажды его спросили:
— Кем ты был раньше?
— Купцом, — ответил Юсуф.
— А теперь?
Он улыбнулся.
И пошёл дальше.