ознакомит отрывок. роман Солдат из прошлого. Генез

-Долго мы еще будем бегать?
Лаки озвучил вопрос, который интересовал всех, не только пириков, но и тех, кого они вытащили из подземной тюрьмы. Ведро с ответом не спешил. Не потому, что нечего было сказать – не знал, с чего начинать, чтобы их бандитское братство не развалилось в такой неподходящий момент.
-Командир, не молчи.
Лаки, который больше остальных успел прочувствовать приближение перемен, торопил мягко, но настойчиво. Ему самому не терпелось узнать, почему Ведро после недавней отлучки вернулся другим. Как к командиру претензий к нему не было, наоборот, казалось, что он перенял стиль Солдата, старался копировать его даже в мелочах. Надо отдать должное – получалось неплохо, не то же самое, но близко по духу. Это определение уже прижилось среди пириков, несмотря на абсурдность – какой еще дух у бездушных. Однако ж…
-Что вы хотите от меня услышать? Что я там увидел? – Ведро усмехнулся, представив, как пирики слушают его рассказ о том как он сначала чуть не обделался, когда его плющило, как таракана, потом, как он жрал и пил вместе с котом, размером с БМП.
- Это, как хочешь, дело твое. Не сердись, Ведро, в душу к тебе никто из нас не лезет. У нас так не принято, - тут же поправился Лаки, произнеся «нехорошее» слово. – Что дальше? И с этими что? Они, как котята, без нас не выживут. Да и пожрать бы не мешало.
«Котята», которые прислушивались к беседе, осознавая, что решается их судьба, дружно закивали. Сравнение никого не обидело. Лаки мог назвать их более обидным словом, хоть «говном». На этой войне в принципе отношение к жизни поменялось. В ее ценность больше никто не верил. Надеялись на счастливый случай, волшебство, воплощением чего сейчас Лаки и являлся, поскольку представил убедительные доказательства. Что осталось за кулисами этого представления, никто не знал, ибо человеческое сознание такой правды о том, что может быть, а чего нет, не переварило б.
Это касалось не только того места, где земля горела под ногами, а людей разрывало на куски в одно мгновение. Кровавая бойня отражалась на тех, кто в ней не участвовал напрямую. Косвенно, взрывая мозг ужасом происходящего, стыдом за свою трусость и жаждой выжить любой ценой, даже ценой предательства. Последнее, кстати, давалось проще остального, поскольку общество с некоторых пор освободило себя от стыда, подменив «голос бога в душе» целесообразностью и возможностями. Одинаково хорошо получалось не у всех. Недаром шизофрения в последние времена стала более распространенным диагнозом у врачей, которые пытались приспособить свои знания к новой реальности. Мудрость про меньше знаешь, крепче спишь, обретала смысл панацеи от многих бед, от дурки уж точно.
- Мозг не напрягаем. Пользуемся моментом – отдыхаем. Все, - Ведро многозначительно посмотрел на Лаки, дернув при этом головой в сторону. Лаки понял сразу. Кивнул. Расход энергии был, а качественно пожрать не удалось, торопились. Ведро, судя по его виду, эту проблему решил и его намек на «отдых, пользуясь моментом» был понят однозначно.
- «Для них харчи найду. Вы - сами. И морды почистить, когда вернетесь», - предупредил по «сети» на всякий случай. – «И без трофеев, бл…».
- Разумеется, командир, мы ж не дети.
Вежливость Лаки позабавила и Ведро позволил себе улыбнуться. Потом спохватился – если так пойдет, забытая привычка скалиться без нужды, а не когда требовалось деморализовать противника, вернется. Это плохо, поскольку улыбка в таком контексте была своего рода переключателем эмоций, которых у пириков по идее, не должно было быть. Улыбка открывала путь и для них.
- «Что б меня», - Ведро выругался и посмотрел на Анну, которая все это время не сводила с него глаз. - Ты чего? – спросил он, чтобы дать себе время придумать, что делать, пока его парни будут «заправляться». Они уходили один за другим, как только находили объект охоты. Для этого не нужно было рыскать по развалинам – противник в серой зоне мог быть везде и считался законной добычей.
- Вы нас не бросите? Я правильно поняла? Вы же об этом сейчас говорили?
- И об этом тоже. Есть хочешь?
Девушка кивнула.
- Тогда посиди с остальными, пока я сбегаю.. в буфет.
Анна на шутку не отреагировала, просто кивнула. Ведро понял, что все, кого они спасли, вероятно, не ели несколько суток.
Буфет оказался поблизости. И снова выручил Лаки, который «маякнул» ему:
- «Здесь полно всего, приди, забери»
- «Принеси!»
- «Не могу. Я занят. Это близко, тебе пара минут. Я уже все приготовил. Забери хотя бы часть, остальное принесу».
Как выяснилось, Лаки навестил скрытый блиндаж, на который они чуть было не напоролись. Остановка спасла жизнь многим. Их ждали, чтобы расстрелять в упор.
- Не обожрись, - фыркнул Ведро, видя, как Лаки припал к открытой ране на туловище, которое с его помощью лишилось головы.
Тот что-то промычал в ответ и показал на вещмешки, которые аккуратно стояли в стороне, накрытые брезентом, чтобы не испачкать. Подхватив пару из них, Ведро окинул взглядом блиндаж, понял, что Лаки оказался тут как нельзя кстати: оружия было навалом, тропа, по которой они шли, просматривалась отсюда идеально. Пирики бы уцелели. У остальных шансов не было.
Потом заметил что-то и подошел рассмотреть. В руке одного их убитых был зажат клочок бумаги. Лаки скосил глаза, наблюдая затем, что делает Ведро, почему не уходит. Если хочет присоединиться, не жалко, вон их сколько, молодых и свежих. Некое наличие в крови опиатов не мешало – десерт.
Ведро расправил смятый листок. Фотография, на ней какие-то люди. Боец рассматривал ее, когда в блиндаж заявилась смерть в обличие Лаки.
- «Я его не трогал. И не собирался».
Комментарий Лаки был нелишним, поскольку Ведро интуитивно угадал в покойнике одного из тех, кто должен был выжить в соответствии с кодексом Солдата. Если Лаки, как хорек, забрался в курятник и тупо убил всех, это плохо. Заглянув в застывшие глаза, Ведро убедился, что Лаки не вводил его в заблуждение – боец умер от страха, увидев, что стало с остальными. Сердце не выдержало. Ведро был разочарован еще одной бессмысленной смертью. Если бы он пришел раньше…
- «Забей. Ты ни в чем не виноват. Он тоже и мертв теперь, как и ты. Мы. Долго не задерживайся, надо уходить. Эта засада не последняя».
Ведро подавил в себе желание закрыть мертвецу глаза. Какой смысл? Пусть смотрит. Возможно, в новой жизни встретятся. Ведро сплюнул себе под ноги, что означало – у него появилось еще одно дело, долг, который требовалось доставить по адресу, который он увидел на обратной стороне фотографии. Где это, пока не представлял. Показалось, что в России. Ну и ну…
Бывшие пленники на банки с тушенкой набросились, как стая голодных собак, расталкивая друг друга. Он выхватил из образовавшейся свалки пачку галет и банку паштета, протянул все это Анне.
-Ешь давай, если не можешь вместе со всеми…
Он не хотел обидеть, но Анна посмотрела на него и отвернулась.
- Ешь!
- Не хочу.
- Почему? Ты же голодная. Или тебя кормили отдельно?
Намек был небезосновательным, но неуместным. Ведро обругал себя за неумение вести беседу. Вот же, не имел ввиду ничего плохого, предположил потому, что многие в ее положении отдавались за еду. Голод и боль ломают и не таких. А она обиделась.
- Я поняла ваш намек. Нет, меня не кормили, только… а потом били.
- Хватит. Я не ..
- А я хочу. Я должна сказать вам, что вы не правы, думая так о нас. Ваше презрение неуместно. Мы не видели еды больше двух недель. Ели крыс. Но их было немного. Если бы не вода, не знаю, как бы выжили. Они никого не кормили. Чтобы ср..и меньше. Так объясняли. Наша партия - это все новые. Вы нас спасли. Больше всего боялась, что мы начнем есть друг друга… Не перебивайте, я хочу договорить. Потом могу не решиться. Или не успею… Вы так смотрели на них, когда они набросились на еду, будто презирали. Наверное, сравнили с собаками голодными? Да? Думаете, почему я не стала хватать тоже? Вы угадали – испугалась, что меня оттолкнут, а потом им будет стыдно, когда поймут.. Вот почему. Но я их не презираю. Вы не знаете, что такое голод.
Девушка замолчала.
- Заберите это, - она отодвинула его руку с галетами и паштетом. – Я не буду это есть. Отдайте им.
- А ты?
- Они наедятся и вспомнят про меня. Сами. Мне это важно. Мы люди. И я хочу, чтобы мы ими оставались.
- Я тебя услышал. Хорошо, что предупредила.
Теперь времени оставалось еще меньше до того момента, как организм пленников начнет реагировать на еду. Пирик не подумал об этом, когда нес провизию, забыл, что такая проблема у живых существует. Теперь надо было приготовиться к последствиям. На то, чтобы раскидать жующих и отобрать у них то, что успели ухватить, потребовалось пара минут. Подоспевшие пирики помогли. Объяснять, в чем дело, не пришлось. 
- Не обижайтесь, - приговаривал он. – Это все для вас, потом дохаваете, парни. Надо постепенно, чтоб не сдохнуть. Мы ж не доктора. «Мы убийцы. Возимся тут с вами…».
После привала ситуация ухудшилась. Все, за исключением девушки, выворачивали свои внутренности на спины впереди идущего. Пирики только успевали поднимать и взваливать себе на спины то одного, то второго. Анна, видя, что на Ведро нагрузили четверых, вызвалась идти сама. Ее покачивало, но она держалась. Ведро не выпускал ее из виду, шел и думал над тем, что она ему сказала, главное – как.
- «Была бы у меня такая подруга, ни за что не связался бы с Мохом».
От этой мысли размеренный шаг пирика сбился. Анна посмотрела на него с тревогой, спросила:
- Вам плохо? Устали?
- «Если бы… Интересно, как она себе объясняет то, что мы, как буйволы тащим на себе по несколько здоровых мужиков и премся по этим каменным джунглям?» Смотри под ноги, Маруся, - хмыкнул Ведро и выровняв шаг, бодро зашагал вперед, чувствуя на себе взгляд девушки, который приводил его в замешательство.
- Я Аня, - прошептала девушка и улыбнулась. – Дурак.

Роман "Солдат из прошлого" в двух книгах публикуется на Литрес.