И будут два одною плотью Мф. , 19 5

«Папа, я буду участвовать в эксперименте по увеличению рождаемости».

- «Господи, что ты ещё придумал, я надеялся, что поступишь в университет и нам с матерью будет спокойнее, а ты опять вляпался не знаешь сам во что».

- « Нет, мы с Фёдором изучили условия на каких принимают, они нам полностью подошли и только тогда подписали соглашение на три года».

Отец молчал, думая, что это очередной розыгрыш, но он  хорошо знал своего сына и сразу по его восторженному поведению понял, что это правда и очередная его головная боль.

- «Георгий, расскажи кратко обо всём, что вы тут без меня натворили».
- «Ничего мы с Федькой не натворили, как ты выразился: учимся хорошо, даже начали отрабатывать практику на стройке, но вдруг узнали из газеты, что в нашем городе хотят провести эксперимент о целесообразности увеличения количества детей без женщин.» - «А, вы то тут причём?»
 
-  «Папа, там набирали пятьдесят человек - по возрасту были и молодые и не очень, скоро с нами будет работать психолог и тогда я тебе всё подробно расскажу».
Отец взял сигареты и вышел на балкон.

Я быстро собрался и побежал к Федьке узнать рассказал он своим или нет.  Он сказал, что не говорил, зачем их беспокоить пока сами не разобрались: «А ты растрепал уже?» - « Да  я всё рассказал отцу, только знаю совсем немного, но привык ему всё рассказывать, так как  он запретил всякими глупостями тревожит мать».
 
На следующий день нас собрали в холле гостиницы и подробно объяснили цель эксперимента, а также  наши права: каждому предоставляется возможность покинуть его по личным соображениям, материальная сторона - это бесплатное проживание в гостинице,  питание и  ежемесячное пособие.
Всем раздали пропуски для посещения определённых помещений.

 Мы решили с Фёдором сходить в демонстрационный зал (некоторые называли его - зал любви).
Пришли, предъявили пропуск, зарегистрировались,  к нам подошёл молодой врач - представился -  Леон, и провёл в зал.

Зал был круглым и по кругу располагалась демонстрационная часть его: медленно двигалась автоматическая линия с большими стеклянными шарами, внутри которых фотографии девушек, когда шар приближался к нам, то включалась подсветка, и мы  видели девушек во всей красе.

Леон взял пульт и начал демонстрировать нам каждую и зачитывать информацию, которая тут же прилагалась.  Девушки, как на каруселях проплывали мимо нас, улыбаясь, а некоторые подмигивали, но Леон сказал, что это лампочки перегорают и создаётся такой эффект.
В конце ознакомления Леон пояснил, что для размножения отбирают материал только у здоровых, хорошо обследованных женщин,  главное проекта -  это рождение здоровых детей.

Больше никуда он нас не повёл, сказав, что дальше располагаются операционная, научная лаборатория, барокамера  и  вход туда только по специальным пропускам.

Фёдор спросил Леона: «А можно узнать адрес девушки и посмотреть на неё живую?- на что Леон сказал: «Адресов нет и, вообще,  живы ли они или нет всё засекречено».
 
- «Леон, можно нам ещё посетить этот «зал любви», - он ответил: « Конечно можно, в мою смену приходите, вызов- кнопка -Леон», - «Почему Леон?» - «Прозвище  в медакадемии дали, а так Леонид».

Наступило лето, мои родители уехали в отпуск на Байкал, там у отца родня. Мне они предлагали поехать с ними, но я отказался, так как надо отработать практику на стройке, да и участие в эксперименте тоже обязывало остаться.
 Что говорить, - и на стройке платили, и на проекте выплачивали пособие, я как бы стал независимым от родителей, даже сам оплатил обучение за последний год в университете.

Вчера поехал в деревню к деду, пока родителей нет, надо ему рассказать, что происходит на проекте нашем.

Дед слушал меня очень внимательно, а потом сказал: « Ты сам принял решение участвовать в этом? - я ответил: « Сам, никто не давил  на меня».
-« Это хорошо, что впервые в жизни ты сам принял решение, но хочу тебе посоветовать -никому у нас в посёлке не говори об этом, подумают, что ты герафродит. Тебя здесь с малых лет знают, и потом будешь перед каждым оправдываться, а мирская молва самая злая и липучая».

Я рассмеялся над этим предупреждением, но согласился.

Мы ещё много раз приходили к Леону и общались на ту же тему. Один раз он спросил: «А вам какие девушки нравятся? - я ответил: «Блондинки, красивые, стройные. умные».  Фёдор добавил: « Добрые», - на что он ответил: « Вот они все - выбирайте, но за ум, блондинистость и доброту не ручаюсь».

Леон демонстрировал фото разных девушек и красивых, и не очень, смешно комментируя , а над нами отрывался по полной: « Вы выбираете девушек красивых, а ведь они сейчас уже могут быть дремучими старушками или вообще уже  нет, а вы возрождаете их, а вдруг у вас родятся дети быстро стареющие, ведь биоматериал тоже может преобразовываться и по своей природе стареть.

А кроме красоты, ещё нужен и  характер, и ещё много чего, а всё потом отразится в ваших детках, но будет уже поздно. Самое страшное - родительница давно под землёй, а от неё чадо рождается - может это не человек , а дух в облике человека или призрак умерших».
Леон захохотал, а Федька застыл от этих прогнозов.  Леон подмигнул мне и попрощался с нами: «Счастливо размножаться, ребята», -  и захлопнул за нами стальную дверь.

 Мы шли в гостиницу молча - может Леон врёт, а может и правду говорит - кто их врачей разберёт.
Я несколько раз приглашал Леона к нам в гости, отец всегда охотно с ним общался, и один раз сказал : « Леонид будет хорошим врачом, много у этого парня в голове и он непременно осуществит свои мечты». Я верю отцу, ведь он архитектор, и многое видит совсем по-другому.
 
Случилось у нас на проекте совсем непредвиденное - в трёх случаях произошли неудачные операции: врачи озадачены сильно и не могут понять, что произошло, где ошиблись.
 Мы с Фёдором побежали к Леониду, узнать хоть что- нибудь. Он сказал: «Сами врачи пока разбираются и прекратили все операции до выяснения». - «А что ты думаешь лично, ведь учился на врача трансплантолога?» - « Я думаю, что неправильное хранение биологического материала, а может быть и инфекция какая-нибудь, но скорее всего при последней перепроверке  обнаружены повреждения генетического материала у мужчин, -  шепчутся все об этом. В подробности вас не посвящаю - вам этого не понять».

Прошло ещё  месяца три.  И тут  женщины поднялись после этих неудачных экспериментов. Они угрожали выкинуть детей из себя, говорили, что они не кенгуру какая-то, чтобы так эксплуатировать их. Через некоторое время всё постепенно успокоилось, но слух прошёл, что некоторые направления будут закрывать.
 Фёдор  хотел сразу расторгнуть  договор, но я ему сказал: « Не торопись, пусть всё идёт по их плану, ведь нам было интересно здесь, и ежемесячные отчеты  не слишком обременяли нас».

И вот, наконец, объявили, что эксперимент по искусственному оплодотворению  приостанавливается, так как собрано достаточно материала, чтобы сделать выводы.
 
Собрались все у нас дома, даже дед приехал. Обсуждали этот проект и его досрочное закрытие, отец спросил Леона, почему он согласился участвовать в нём, хотя имел противоположное мнение:  «Старенькие учёные в нашей лаборатории сказали - «Нам  уже неприлично участвовать в этом эксперименте, а тебе, Леонид, кстати, пора». -  И вот я здесь оказался. По окончании проекта возвращусь в свою лабораторию и буду выращивать органы человека, и вместо демонстрационного зала с фотографиями девушек, у нас будет зал с фотографиями и описаниями трансплантируемых органов  - печени, селезёнки, почки и других.

По случаю крайней необходимости, человек может выбрать себе запасную часть, а вам, по знакомству, я продам нужный орган без очереди и со скидкой. Все засмеялись.
А, Фёдор с издевкой спросил: «Леон, так в твоём демонстрационном зале эти органы будут продаваться по разным ценам, как в магазине колбасные изделия - поджелудочная железа, высшего сорта для богатых, первый сорт для среднего класса и оригинальная для самых бедных, и вы будете их выращивать соответственно из разных ингредиентов?»
 Леон смеялся со всеми над Федькиным вопросом, а потом произнёс серьёзно: «Нет, такого не может быть»,- а мама сказала: «При таких темпах развития технологий и науки всё может быть, и незаметно подойдём к тому, что человек станет мутантом».

 Дедуля добавил : «Правильно, дочка, говоришь - всё нутро у человека изменится и как его потом восстановишь? Помнишь, Гера, вначале эксперимента тебе всё нравилось, и гостиница, и ресторан, и спортивный зал, а потом у тебя стала появляться депрессия, пропал задор, который был в начале».

Отец пояснил: «Видимо без семьи человек теряется,   становится одиноким, хотя его окружают толпы людей.
Хорошо, что досрочно закрывают это мероприятие, видимо получили необходимые результаты, а может сам эксперимент был задуман для того, чтоб иметь основание закрыть это бесконтрольное воспроизводство человека. Пустили всё на самотёк - скоро в гаражах начнут клепать таких детей.

  Георгий, ты там не воспроизвёл кого- нибудь?»
- « Нет, нас молодых не принуждали, а изучали наше отношение к этому процессу. Молодые ребята все говорили, что надо в семье заводить детей. Вначале я был за такую жизнь мужчин, а после двух лет мнение поменялось, да и Леон сильно повлиял на нас. Фёдор познакомился с девушкой и хотел уйти с проекта, но я уговорил остаться- чего бросать на полпути.»

- «Гера, а как остальные мужчины восприняли проект, те у которых родились дети?»
- « Я со многими разговаривал, некоторые были рады, что стали отцами, так они без конца бегали в «дом радости», так все называли детские ясельки, к одному даже мать приезжала поглядеть на внука,  а некоторые пришли на проект,  чтобы пожить несколько лет в достатке - дети им не нужны.   
Там много осталось ещё не рождённых, для нас проект приостановлен, а для них  будет продолжаться».

 Мы ещё долго сидели, общались с Леоном, так как завтра он уезжает домой  и, возможно, не встретимся больше.
- «Леонид, скажи что- нибудь на прощанье об этом проекте, как врач».
- «Что я могу сказать, только передать слова великих учёных - «Сильно внедряться в изменения природы и человека - это опасно, надо только поддерживать, уже давно созданное кем-то».  Я буду придерживаться этого правила в своей работе».