Пищевая пирамида

Пролог
Человеческая цивилизация угасает, Последняя Мировая Война разрушила не только города и привычный уклад жизни людей, но и саму планету Земля. Климат поменялся настолько, что аналитики и предсказатели помыслить не могли. Животный мир погиб практически полностью, остатки человечества заселили узкую полоску пригодной к существованию, земли. Но, даже эти немыслимые страдания и катаклизмы не изменили природу людей, выжившие продолжили воевать и убивать друг друга.
Глава 1
Солнечные лучи вязли в пышной зелени усадьбы, тщательно выбеленный жерди загона контрастировали с черными, вымазанными грязью пищевыми. Животные беззаботно резвились на солнце, скакали на четвереньках друг за другом, забавно мычали, цокали и что то еще нечленораздельное издавали. Олаф невольно засмотрелся на эту довольно милую вакханалию. Однако, мысль о том что он отсутствует в обществе слишком долго и этот факт может быть сочтен оскорбительным для гостеприимных хозяев и гостей усадьбы, заставила его вернуться в общество. Поправив кобуру пистолета и шпагу, Олаф направился было к кружевной беседке. Что то заставило его обернуться. Взгляд! Олаф не сразу понял что этот пронзительный и осмысленный взгляд принадлежит молодой самке в загоне. Подойдя поближе Олаф рассмотрел ее - совершенно худая, покрытая слоем грязи как и прочие пищевые, эта самочка держалась особняком от остальных собратьев,  смотрела на дворянина совершенно нагло в глаза, ее карие глаза  не дрогнули "сверля" Олафа. "Немыслимая наглость ! Какое непочтенье!" - ярость закипела в душе Олафа (рука машинально легла на гарту шпаги), впрочем лишь на миг, он тут же осознал кто перед ним и подавил гнев. Пищевые внешне очень похожи на людей, лишь только телом, в остальном это совершенно безмозглые животные, разве пристало дворянину гневаться по поводу такого пустяка. Олаф первым отвел взгляд, отметив при этом, какие  необычные прямые, длинные черные волосы самки. Не всклокоченные, спутанные колтунами как у прочих пищевых, а пожалуй даже красивые волосы.
Досадный эпизод быстро забылся, как только Олаф вернулся к веселой компании леди и джентльменов. После five o’clock tea играли в крикет, Олаф ненавязчиво  волочился за молоденькой дочерью господина Труазье, не то что бы он страстно желал взаимности, скорее от скуки. Мишель, по детски глупо улыбалась и совершенно невпопад отшучивалась на комплименты кавалера. Глазки юной прелестницы при этом не выражали ничего, в контраст сверлящего взгляда черноволосой самочки. "Вот еще, она для тебя уже Черноволосая!" Мысленно укорял себя Олаф - " Она даже не человек, животное, кусок мяса к празднику... но эти глаза." Настроение совершенно испортилось, душные июльские вечера похожие один на другой, изысканное общество и  все вокруг вызывало тоску. После ужина, по традиции, в курительной - дегустация местных и привозных сигар,  господин Труазье презентовал портвейн собственного погреба. Беседа джентльменов, как это бывает, перетекла в русло политики, торговли и военного дела.
"Война, да что они знают о войне?! Напыщенные кавалеры и дамы с глупыми и пустыми глазами!" С трудом скрывая раздражение, молодой офицер вынужден был слушать пространные речи.
Первый день в части - и сразу крушение всех иллюзий и надежд, вместо благородного подвига грязь и хамство! Везде грязь и везде хамство, хамили старшие и младшие офицеры, унтера и даже младшие чины. Никто никого не вызывал на дуэль, даже не обращал внимание на не почтительное обращение к себе и к окружающим. Вновь прибывшему лейтенанту, впрочем, хватило ума и такта "со своим уставом в чужой монастырь не лезть." Их с Пьером, другом по военной академии, разместили в сущей "собачей конуре" по другому это убогое помещение не назовешь. Пьер совершенно приуныл, сел прямо в дорожном платье на засаленную тахту -  молчал, глаза его едва ли не наполнились слезами. Впрочем, всего лишь через сутки они оба могли только мечтать о спокойной и безопасной "собачьей конуре". Вылазка на дикие территории почти сразу обернулась кровавой "мясорубкой". Враги их ждали, никаких сомнений в этом не было, авангард выкосили ураганным огнем, солдатам и унтерам отрывало конечности крупнокалиберными пулями и осколками снарядов, тем самым невыносимым хамам, которых Олаф невзлюбил с самого начала. О чем он тогда думал - о долге, о том что нужно организовать оборону и тактический отход, как учили? Нет, ступор, не мыслей ни эмоций в душе не было.  Стреляй!!! Дико орал капитан - командир отряда, при этом сам палил не целясь в стороны. Олаф как в тумане, подчиняясь чужой воле взвел оружие и открыл огонь, нисколько не заботясь о экономии боеприпасов, вопреки наставлениям из Академии. Все прекратилось так же внезапно как и началось, враг нанес огневое поражение и отступил. Обескровленный отряд не в состоянии был преследовать отступивших, подсчитали павших, и раненых. Пьер - дружище, отличник, перспективный юноша, как о нем отзывался куратор курса - бледный как бумага с "стеклянными" и ничего не понимающими глазами лежал в носилках. Ранение его было ужасным. Полевой фельдшер, по виду точно мясник, умело крутил жгуты унимая кровь. Больше своего друга Олаф не видел, впрочем, по слухам тот остался жив и переправлен в родное имении, военная карьера его на том закончилась.
Воспоминания, яркие свежие, как будто все произошло вчера. За все эти месяцы Олаф не единожды бывал в бою, но самые сильные эмоции вызывал тот самый - первый. Перед самым отпуском, лейтенант считался в кругу сослуживцев "тертым калачом" и счастливчиком, ведь его даже не ранило. Он сам не заметил как перенял обычную для этого общества манеру общения (в первое время казавшуюся ему невыносимой). Сально шутил и не позволял себе обижаться на шутки. И что же, вот он в кругу изысканных джентльменов и леди, силится вспомнить манеры и хороший тон. Улыбается и изображает внимание к собеседнику.
- Вот вы, мистер Паркер, что вы думаете о проекте лейбористов, так называемом Астерском договоре? Согласитесь, это возмутительно! Вы боевой офицер, демонстрировавший флаг нашего государства в Диких землях, непременно должны поддержать меня. -   Труазье произнес это фамильярно и пафосно, что кольнуло Олафа. Признаться, он давно не слушал, погруженный в свои мысли, ответить господину Труазье было нечего, да и не хотелось.
- Пожалуй, здесь очень душно, вы не находите? Я предпочту прогуляться в сад. Олаф незатейливо уклонился он необходимости что то ответить Труазье.
- Браво! Олаф, вы истинный джентльмен! - Труазье, захлопал в ладоши, расхохотался.
"Странно, что его так развеселило?" - подумал Олаф. Однако, тишина и плывущий зной полуденного воздуха в саду, отвлекли его  заставив забыть об инциденте. Незаметно ноги донесли его до той части усадьбы, где располагались загоны пищевых и прочие хозяйственные постройки. Леди и джентльмены, разуметься предпочитали без необходимости не посещать эти дурно пахнущие места. Лейтенанта такие обстоятельства нисколько не смутили. Не отдавая себе отчет, он искал взглядом ту самую самочку -необычную.
- О, мистер, чем обязаны вашему сиятельному визиту?! - Скотник коряво пытался изобразить учтивость. Он уже закончил уборку загона, когда заметил молодого джентльмена.
-А, разве ... все эти животные. Где они? - Олаф смутился, не до конца понимая что сказать крестьянину.
- Пищевые то? Да, в хлеву уже, время кормежки... Ваше благородье желает посмотреть? Вывести, может, ту глазастую. - При этом скотник отвратительно ехидно улыбался.
- Какую такую,  глазастую? - Спросил Олаф, при этом подумал - "Этот особенный взгляд заметил ни я один, как оказалось."
- Ну как же, самка молодая, посмотрит так что оторопь берет, ее завтра выбраковывать будем, толку никакого на расплод негодна, ни одного самца не подпустила и к тому же тощая кляча. - Сетовал скотник, самому себе, так как молодой господин предпочел не слушать его речи и удалился в сторону ухоженного пруда.
Наполовину заросший водорослями хозяйский пруд так и не принес ожидаемую прохладу, напротив, скверный запах оттолкнул Олафа. 
Вернувшись в дом, лейтенант обнаружил что веселая компания уже разошлась по своим спальням. Ох уж этот южный обычай - рано ложиться спать. Поднимаясь по лестнице к себе, краем глаза поймал промелькнувшую озорную головку и развивающиеся кудрявые локоны. Мишель шаловливо прошуршала шелковым подолом и скрылась у себя. Она наверняка видела его.
"Ну нет, одно дело легкий флирт, а другое обречь на бесчестье дочь благородного господина, к тому же столь гостеприимного хозяина усадьбы!" - Олаф категорически пресек собственные фривольные мысли. Сон долго не приходил, мысли роями вились в его голове: война, бесконечные смерти и раны товарищей, возмутительно праздные джентльмены и леди в этой другой, мирной жизни. Милая улыбка Мишель ее тонкие прозрачные на солнце пальчики, глубокие как омуты черные глаза полные смысла и отчаяния, прямые длинные волосы, это не Мишель, это та девушка. Во сне она не пищевая, не обычная, безумно красивая и желанная, тонкие длинные пальцы легли на его грудь,  Олаф в порыве страсти совершенно не контролирует себя. Вспышка, взрыв в голове, и вот он уже обнимает тонкое но совсем не хрупкое голое тело, длинные волосы ниспадают на его лицо. Он не понял когда сладкий сон стал явью. Вот только узкая ладонь, закрывающая его рот, была реальной. Мгновенно, подобно сжатой пружине лейтенант перевернулся и ночная гостья оказалась снизу, придавленная его атлетическим  телом.
-Что черт побери происходит?! - Зарычал Олаф, не громко, что бы никого не разбудить.
"Это же пищевая, она не может ГОВОРИТЬ и понимать речь. Ты только что занимался любовью с пищевой! Позор!" - Волна негодования захлестнула парня.
Пищевая прикрыла рот парню своей ладонью и вполне по человечески прошептала.
- Тише мистер Олаф, вы же не хотите что бы хозяева застали вас в таком виде? Трахающим животное.
Шок! Это слишком мягкое описание того что чувствовал молодой лейтенант. Мысли роились и путались. "Да нет, этого не может быть, потому что этого не может быть никогда! Животные не говорят, либо я сошел с ума, либо самка не животное." -Спасительное объяснение, немного прояснило всю невероятную ситуацию.
- Уйдемте отсюда мистер, за мной гоняться, и в моих и в ваших интересах теперь, что бы меня не поймали. Уйдемте, я покажу куда. - Она крепко схватила за руку и потащила парня к оконному проему. "Все как в тумане" - обычно так говорят люди, оправдывая несвойственное им поведение. Олаф как ребенок выполнял все указания девушки, сам не заметил как оказался за пределами усадьбы, в каком то ветхом сарае. Как был в ночной одежде,  только сапоги надел. "Нет. Это все сон, кошмар!" - С удивлением отметил Олаф. Однако все происходило наяву, в ногах сидела та самая девушка, впрочем не обнаженная, как свойственно пищевым, а обернутая каким то рубищем из грубой ткани.  Она что то объясняла, сбивчиво и часто говорила.
- ... так я и узнала что вас зовут мистер Олаф, прислуга очень часто, много и с удовольствием обсуждает господ, все подробности и сплетни "обсосут". Вы же сами слышали, они собирались сегодня меня убить, то есть забить на мясо вместе с другими несчастными. - Сказала девушка.
- Скотом. Вместе с другим скотом, отчего же они несчастные? Скот плодится, нагуливает вес, потом его забивают, в  этом его предназначение. - Поправил Олаф, он понемногу приходил в себя, самообладание вернулось к нему.
- Как тебя зовут? - Спросил он. "Хотя какая к черту разница как зовут эту бестию, как выпутаться из этой бредовой ситуации не понеся чудовищные репутационные потери."
- Клара, Клара Каплан. Я родилась в Пасадене в семье бедных фермеров, Отца и всех нас угнали в Проклятые земли за долги, прошлой зимой папа умер в лихорадке, а я сбежала..
- А как ты попала в усадьбу господина Труазье. - Недоумевал Олаф.
- Разбойники, они поймали меня в лесу где я пряталась последний месяц, и продали на Скотном рынке, приказчик мистер Моут купил меня и привез в усадьбу.- Просто объяснила Клара.
"Странно все это, зачем девушке прикидываться пищевой, зная что она в итоге попадет на разделочный стол, да и разбойникам какой прок от этого подлога, выгоднее в бордель ее продать, тем более что Клара довольно симпатичная для своего положения. А может это все розыгрыш? Совершенно злая и неуместная шутка? Да и кто осмелился бы так разыграть его? Труазье - старый увалень, вряд ли способен на такое. Решительно никто из их компании не способен на такую выходку, да и зачем?" - Размышлял Олаф.
В результате тяжелых раздумий, Олаф пришел к единственно правильному решению. Свести Клару в местному шерифу, повиниться в своем легкомысленном поведении. И надеяться на благородство местного стража порядка, что он не даст делу огласки.
- Помогите мне Мистер Олаф! Меня казнят! Разве вам не жалко, зачем еще одна смерть. - Взмолилась Клара.
Видимо, Клара прочитала в глазах Олафа твердую решимость.
- А что прикажешь с тобой делать, в таком случае? Ты ведь знала о наказании когда бежала с каторги, и еще эти фокусы с подлогом! Имей в виду я лейтенант Имперских Сил, мой долг... Олаф не закончил фразу.
- Если о том что случилось узнает публика, ваша карьера лопнет как и ваша репутация, в один миг! Вы это сами знаете не хуже меня. Помогите мне и я помогу вам, никто не узнает о вашем мелком проступке. Проведите меня на север в Климфиц, я буду вашей служанкой, никто не заподозрит неладное - обычное дело молодого офицера сопровождает служанка.  - Предложила Клара.
- А что тебе делать в Климфице? - Олаф почувствовал что то неладное. Пограничный городок у самых Проклятых земель, полный всякого отребья, не лучшее место для юной девушки, впрочем если она беглая каторжанка да еще и этот фокус с притворной пищевой.
- Мой дядя Петр, давно живет в Климфице, он смотритель маяка. Я изначально направлялась к дяде, но судьбе было угодно, что бы я оказалась на Скотном рынке. - Просто объяснила она.
Пока Клара лепетала о своей бедной судьбе и о том какой добрый ее дядя Перт, Олаф размышлял. Если поступить по совести и сообразно долга - сдать прелестное создание в руки закона, пожалуй серьезного взыскания ему не будет, однако репутация действительно погибнет. Постоянные насмешки, шушуканье  при его приближении а уж о женитьбе на девушке из хорошей семьи придется забыть. "С другой стороны - если я до рассвета окажусь в своей спальне никто не заметит ночной вылазки. А уж путешествие в Климфец и вовсе сообразно его собственным планам - вернуться в действующую армию, окончив отпуск прежде времени." Нежный, по щенячий заискивающий взгляд Клары переломил сомнения, Олаф не смог удержать улыбки едва проявившейся на его суровом лице.
- Жди меня здесь, на закате я вернусь за тобой. - Коротко указал  Олаф
Олаф крадучись возвращался в господский дом, забрезживший рассвет мог его выдать.
К счастью никто не заметил его отсутствия. Завтрак был подан несколько раньше обычного. Старый добряк Труазье необыкновенно взволнован и воинственный, в самых ярких красках описывал ночное происшествие.
- Это банда, господа, клянусь честью не меньше дюжины бандитов, представьте они прибили Моута, это мой слуга, нет не до смерти конечно. Но, они распустили все стадо! десять тысяч ливров золотом! Мои люди почти всех поймали к утру, недостает то ли одной, то ли двух самок. - Труазье так живо жестикулировал, что едва не снес чайный сервиз.
"Похоже пропажа не слишком огорчила хозяина, и к лучшему." - С удовлетворением подумал Олаф.
- Почтеннейший господин Труазье, сегодня я вынужден прервать свой визит и отбыть по делам службы, позвольте выразить мою признательность за гостеприимство... Олаф не успел закончить витиеватую фразу.
- Да бросьте, Олаф, разве вас может напугать какая то банда? Эти взбунтовавшиеся крестьяне. Наверное это Саразин, представляете в прошлом году этот негодяй со своей ватагой бунтарей разорил соседнюю усадьбу, вот.. он снова появился, но мы его непременно поймаем и повесим, шериф уже уведомлен. - Храбрился Труазье.
- Я нисколько не сомневаюсь в том что жалкие бунтари буду пойманы, господин Труазье, однако мне на самом деле необходимо уехать. - Олаф поймал себя на мысли что он оправдывается  и это выглядит как оправдание трусости.
- Ну, тогда как вам, угодно мистер Олаф - чувствовалось что Труазье с сожалением  отпускает его.
Собиравшего свои пожитки  лейтенанта, отвлек стук в дверь. В комнату вошла Мишель в очаровательном пышном платье из полупрозрачного разового шифона, она словно небесное облачко впорхнула в горницу.
- Ну и крепко же вы спите мистер Олаф Паркер! - Мишель старательно изображала высокомерие,  что вызвало только умиление и едва заметную улыбку молодого человека. Не дав ему возможности ответить, Мишель так же внезапно покинула помещение. "Ого, значит девушка этой ночью приходила, пока я отсутствовал. Вот уж судьба, не ведомо что могло еще произойти этой ночью."
Ближе к закату Олаф добрался до сарая в котором ждала Клара, принес воды и немного съестного. Девушка с аппетитом ела и пила, слушая историю о том переполохе что она учинила в усадьбе. Когда Олаф поведал про банду Саразина, Клара прыснула смехом.
- Это я Саразин?! Напугавший сонных дворян во всей округе. - Веселилась Клара.
Солнце уже спустилось за горизонт, когда Олаф в сопровождении Клары пришли на станцию. Хозяева постоялого двора за умеренную плату не только предоставили вполне приличный номер на двоих, но и подобрали платье подобающее служанке, взамен лохмотьев прихваченных в усадьбе.
Глава 2
Комнату постоялого двора нельзя назвать роскошной, но минимум уюта и комфорта вполне устроили Олафа, а Клара наслаждалась человеческими условиями быта. "Сколько она провела в хлеву, месяц может два." - Размышлял молодой человек, наблюдая как она совершенно беспечно приняв душ сушила свои великолепные длинные волосы полотенцем. Закончив вечерние процедуры, Клара плюхнулась в широкую двуспальную кровать, рядом с Олафом.
- А, господин лейтенант предпочитает почивать в одежде? - Игриво улыбаясь спросила девушка.
- Разумеется нет! - Пробурчал Олаф, его раздражала непосредственность и бесцеремонность Клары. " С другой стороны, не спать же на полу из за этой наглой девки" - Подумал он.
Утренние лучи солнца разбудили Олафа, Клара спала положив голову ему на плечо слегка приобняв. Длинные ресницы подрагивали, Клара улыбалась во сне, казалась при этом совершенно счастливой, как будто и не было того вороха проблем что свалились на нее, а теперь и на Олафа то же. Стараясь не разбудить девушку, Олаф неслышно встал, оделся, направился на станцию, дабы уладить дела.
Вагон второго класса, был выбран не случайно, что бы избежать ненужных в теперешних обстоятельств встреч с благородными господами. Купцы средней руки, гувернантка с крикливыми шалившими воспитанниками, мелкие служащие, хорошо еще что крестьян не было среди попутчиков. Олаф задремал сидя на мягком диване купе, не заметил как Клара завела беседу с соседом напротив. Парень довольно хорошо одет, хотя его платье нельзя назвать щегольским, вытянутое лицо, аккуратная прическа и неглупый взгляд. "Должно быть клерк, может начинающий нотариус", Олаф собирался было представиться попутчику, но Клара его опередила.
- Познакомься, это мистер Воган, он как и мы едет в  Климфиц по делам нотариальной конторы. - Прощебетала Клара
-Лейтенант Олаф Паркер. - Сухо и излишне официально, для такой ситуации, представил Олаф.
- Воган Франческе, нотариус. - Попутчик весьма уважительно приподнял шляпу.
Олафа все раздражало, это ненужное знакомство, своевольное поведение Клары, совершенно неподходящее для служанки. "Теперь еще беседу с ним  поддерживать придется , какие глупости!" Злился Олаф. Однако, Клара болтала без умолку, Олаф и при всем желании на вставил бы даже фразу.
- Господин лейтенант, вы как я понял, следуете в действующую армию. - Прервал монолог Клары, попутчик.
- Да, это так. - Олаф напрягся.
- Вот скажите мне, человеку сугубо штатскому, вам разве не страшно? Каково это знать что в каждый момент может случиться всякое... Спросил натариус.
"Страшно?! Это оскорбление, при других обстоятельствах я бы требовал сатисфакции, и уж точно заколол этого мелкого писаря" Тем не менее, обстоятельства диктовали свою волю.
- Ээ.., мистер Воган, кажется. Я офицер Имперской армии, а посему страх перед смертью... - Попутчик прервал полную пафоса тираду Олафа.
- Да бросьте, мистер Олаф, все мы люди подвержены страху за собственную жизнь, за жизни близких и любимых людей, никуда от этого не деться. Вот, ваша подруга - Клара, разве вам не было бы страшно за ее жизнь, будь она в опасности?
"Какой вздор! С чего бы это я переживал за беглую каторжанку, да еще и страшился за ее жизнь" - От такой наглости лицо офицера пошло разовыми пятнами.
- Служанка, мистер Воган. Клара моя служанка. - "Взяв себя в руки", ответил Олаф.
- Ах, простите, я то подумал что эта прелестная особа ваша невеста. Извините мою опрометчивость. - Воган, сконфужено опустил свои пытливые глаза.
Неловкая ситуация свела на нет беседу, до вечера попутчики сохраняли молчание.
Климфиц, замызганный, вонючий городишка встретил их ужасной промозглой погодой, ледяной туман сменялся холодным дождем. Впрочем впервые с особенной погодой Сумеречной зоны Олаф столкнулся год назад, когда они с Пьером, еще "зеленые" молодые офицеры следовали в часть предписания. Границу пресекали в другом убогом месте -  Пьемонте, при этом погода была такая же невыносимая. Позже, Олаф узнал что Сумеречная зона обыкновенно живет в сырости, туманах и сквозняках. Прежде всего, Олаф намеревался выполнить свое "маленькое дельце" как он мысленно называл помощь Кларе, затем следовать в Военную канцелярию и как можно скорее в свою часть. Расспросы помогли найти дом смотрителя маяка мистера Крестовски, местные жители на удивление оказались весьма добры, приветливы и словоохотливы. "Удивительно, жить в такой дыре и не иметь скверный характер, это постараться надо"- Подумал Олаф поднимаясь по ступенькам в дом родственника Клары. 
- Дорогие мои, прошу проходите! - Мистер Крестовски встретил их как дорогих гостей, можно подумать он ждал и готовился к визиту.
- Клара, дочка! Как ты выросла, последний раз я видел тебя совсем крохой когда мой брат, твой отец ...
- Мистер Крестовски,  я сопроводил вашу племянницу, а теперь хочу откланяться, так как меня ждут дела. - Олаф довольно грубо оборвал умиляющегося от встречи, дядю Клары.
- Ну что вы! Мистер.. эээ Пойдемте в дом, в конце концов это не вежливо отказаться от фужера горячего грога в такую то погоду! - Крестовски, галантно но крепко взял под локоток Олафа, привлекая его пройти внутрь.
- Паркер, Олаф Паркер. - Сухо отрекомендовался лейтенант.
Олаф понял что избежать приема совершенно не получится, да и действительно это невежливо.
- А меня называйте по простому Петр, меня все так зовут. У нас, знаете ли не принято... манеры разные, чопорность.
- В таком случае меня можете называть Олаф. - Как и в Проклятых Землях, местные обычаи отличались от столичных.
Грог действительно оказался великолепным. Потягивая уже третью кружку, Олаф поведал сердобольному Петру о своих намерениях тот час явиться в Военную канцелярию и получить предписание.
- Мой юный друг, теперь все конторы уже закрыты, клерки разошлись по домам и как истинные джентльмены надираются бренди в кругу своих домочадцев.  У нас, знаете ли принято закрывать офисы уже в три часа по полудню, да-с. А, что касается Военной канцелярии, уж я то знаю.. кузен моей супруги служит там писарем. Так вот, этих пройдох из Военной канцелярии уже и после обеда не сыщешь. - Дядя Петр изъяснялся длинно, витиевато и  не давал слова вставить собеседнику.
- И разуметься, мой дорогой друг Олаф, вы останетесь ночевать у нас. И речи не может идти.. искать постоялый двор в такую темень. Нина, моя жена подготовила прекрасную спальню для вас. - Подливая грог в кружку Олафа добавил Петр.
Потом был еще грог, и кажется еще бренди. Зажигательные танцы, скорее даже пляска. Олаф несмотря на предательски - непослушные ноги пытался повторить задорные движения Клары и Нины. Дальше он плохо помнил, только тонкие длинные пальчики снимающее с него  офицерский мундир вместе с амуницией, помнил как он неуспешно сопротивлялся, пытаясь самостоятельно раздеться. Длинные черные волосы ниспадающие на его грудь, отблеск огонька свечи в глубоких как омуты глазах Клары.
Едва только забрезжил свет в окне, Олаф проснулся. Привычка рано и в одно и то же время вставать, давала о себе знать. На его груди спала Клара, посапывая носиком ему в плечо. Это его теперь не раздражало.  Какое то, неведомое до сели, ощущение спокойствия и счастья наполняло душу Олафа. За завтраком Нина подала очень вкусные гренки, кофе было весьма к стати. Олаф поймал себя на мысли что несколько остыл в решимости навестить Военную канцелярию как можно скорее. Ему было очень хорошо и спокойно в этом вовсе не изысканном обществе, совершенно незнакомые люди были к нему добры и ничего не требовали в замен. Клара совершенно не стесняясь крутилась вокруг него, часто и без причин улыбалась, и это совсем не раздражало. Олаф улыбался ей.  Однако, время к полудне и нужно уладить дела, Олаф неохотно направился к офису нужной ему конторы. Грязные, с частыми лужами улицы Климфица, прохожие приветствовали его поднятием шляпы. Среди бродяг и оборванцев попадались довольно хорошо одетые джентльмены и леди. Так, разглядывая местную публику Олаф добрался до покосившегося от постоянной сырости двух этажного здания Военной канцелярии.
Клерк долго и внимательно изучал его документы.
- Господин лейтенант, насколько я понял, вы еще не завершили положенный отпуск, а предписания от командира о досрочном вызове в часть я не вижу. Как вас понимать? - Поинтересовался он.
- Все верно, я желаю сам прервать свой отпуск и вернуться к службе как можно скорее. - Олаф сказал это без должной нотки уверенности.
- Хм, ну дело конечно ваше. Просто знаете, обычно офицеры приносят прошение о продлении отпуска в связи с болезнью или по причине женитьбы, например. А тут.. - Клерк зашелестел бумагами оформляя формальности.
- Выше предписание на проезд будет готово через два дня не раньше, господин лейтенант. Да, да! Не раньше. - Клерк, не пожелал объяснить причину задержки и мягко но настойчиво выставил военного из конторы.
Олаф обескураженным вернулся в дом дядюшки Перта (так он его мысленно называл). Хозяин дома как будто знал о проволочке в делах гостя. "Вероятно в этом городе всегда так, никто никуда не торопиться" объяснил себе Олаф.
Вечер как и прежде прошел в возлияниях и непринужденной беседе. Мистер Крестовски как выяснилось много лет служил моряком в Пограничной страже, затем вышел в отставку и занял место смотрителя маяка. В его арсенале оказалась масса интереснейших историй из его прошлой службы, которые он с видимым удовольствие рассказывал. Очень живо жестикулируя, и  да же пританцовывая для полноты образа. Олаф подозревал что дядюшка Петр привирает, описывая бесстрашные вылазки моряков,  разгром банд контрабандистов, но пытаться разоблачить эту милую ложь. Клара устроившись в удобном кресле у горящего очага, смеялась одними глазами посматривая то на Олафа, то на своего дядю. В конце концов, изрядно набравшись, дядюшка Петр предложил на следующий же день совершить морскую прогулку в ближайшие шхеры, для того что бы представить молодым людям неопровержимы доказательства его геройства.
Утром, дядюшка Петр, бесцеремонно разбудил сладко спящих после жаркой ночи Олафа и Клару.
- Вставайте лежебоки! Пора, баркас под парами. Немедленно выходим в море, но сначала позавтракаем разумеется. - Глубокий бас дядюшки разбудил пожалуй половину улицы в столь непривычное, для здешних мест, раннее время.
Суденышко утробно урча двигателем, выпуская клубы черного дыма, медленно отчалило от пристани. Олаф ежился от промозглого тумана, молочной пеленой закутавшего и море и берег. "Как он ориентируется в этакой мгле, ни черта не видно!" Олафу только и оставалось надеяться на мастерство шкипера и опыт дядюшки Петра. Клара, укутавшись теплым пледом, льнула к своему молодому человеку, не выказывая ни капли беспокойства.
- Вот уведешь, тебе понравиться, там очень красиво. Я была там еще ребенком но, все помню. - Ворковала девушка, грея ладони в руках Олафа.
Через пару часов туман рассеялся, клочки его уносило ветром в сторону берега. Открылись поистине величественные виду, скалы поросшие сверху шапкой темного леса, погружались своим основанием в студеные морские воды, волны разбивались о камень выбивая белую пену. Восходящее утреннее солнце путалось в ветвях столетних елей и сосен. Олаф никогда не считал себя натурой чувственной или творческой, но и он оценил увиденное с восхищением. Из за скалистого выступа пыхтя двигателем вышел катер пограничников, пересекая курс их баркасу. Сигнальщик пограничника дал команду "приблизиться и заглушить мотор".   Старшина пограничников, несмотря на изрядную качку, легко перепрыгнул на баркас, вежливо поприветствовал дядюшку Петра (очевидно они знакомы).
- Мое почтение, господин лейтенант! Вы, видно тот самый, кто отказался от положенного отпуска? Слухи, знаете ли  в этих местах, быстро распространяются. - Пограничник взял под козырек. Уладив формальности катер отчалил.
Ближе к полудню, баркас причалил к берегу у великолепной скалы, отвесной стеной возвышавшейся над шхерой. Суровые сосны и ели с пирамидальными кронами подобно короне обрамляли монументальные скалы. Всего несколько минут и дядюшка Перт вместе с командой баркаса развернули лагерь, Олаф взял на себя обязанности заготовить дров для костра, Клара готовила еду. Вскоре божественный аромат неизвестных Олафу кушаний окутал весь лагерь. Все собрались у стола.
- И вот в этом самом фьорде пират Улав держал свою главную базу, и верфи были и склады, вон там у плеса. - Петр показал куда то на противоположный берег. Дальше следовал длинный монолог о битве с пиратами и контрабандистами,  решительной победе пограничников.
- Что же вы не пьете дорогой Олаф, это не просто эль, черт возьми это настоящий Климфицкий эль! - Петр  подал большую кружку темного пенного напитка.
- Угощайтесь! - Клара, подала блюдо к столу, со всех сторон руки потянулись к закускам. "Какие то жареные  орехи, очень сочные и вкусные." Олаф не без удовольствия вкушал местные деликатесы.
- Ммм.. Клара умница, ты великолепно готовишь креветки. Я съем свои пальцы. - Перт демонстративно облизал пальцы..
- А что это, креветки? Орехи или иные плоды.. - Обранил Олаф.
- Аха-ха! Орехи!!! - Басом захохотал дядюшка. Другие участники, включая Клару заулыбались.
  - Мой дорогой друг Олаф, эти "орехи" всего пару часов как плавали в море, неподалеку ферма по разведению креветок.
Ужас и отвращение! Это самое малое чем можно описать состояние Олафа. Рвотные позывы непроизвольно подкатили к горлу. Какая гадость! Через пару минут придя в себя Олаф припомнил мерзкие забавы кадетов младших классов в Академии. Маленькие негодники так шутили, подкладывая своим собратьям в еду живых червей и личинок.
- Какого черта! Вы что дикари Проклятых земель?! Это мерзко есть насекомых! - Олафа трясло, рука легла на шпагу. Еще миг и он поразит негодяев, убьет их всех.
- Креветки, вообще то, не насекомые. Это... - Попыталась разрядить обстановку Клара.
- Да плевать кто они такие.. вы бы рыбой меня еще накормили, радиоактивной. Что за вздорные шутки, господа?! - Олаф начал успокаиваться, решил не убивать всех. Пока.
- Простите милостивый государь, не знал что наши кушанья придутся вам не по вкусу. - Извиняющимся басом произнес Петр.
- Да что ты извиняешься дядя, столичному франту наша еда видите ли не понравилась. Ну конечно, куда уж нам! Мы людей не едим как в столице принято. - Вспыхнула Клара.
- Людей? Пищевых имеешь ввиду? Пищевые не люди, да будет тебе известно Клара, они очень похожи на людей, но это всего лишь скот. Нет, я не пробовал мясо, не довелось. В Акдемии стол весьма аскетичный, а в действующей армии тем более не до деликатесов. - Вполне спокойно парировал Олаф.
- А, точно, на пирушку у Труазье ты ведь не остался. Не отведал вкусного. - Произнося это, Клара зло уколола взглядом.
- Дорогой Олаф, вы много не знает, что простительно учитывая возраст. Плантаторы, вроде вашего Труазье берут навороженных младенцев и растят их в хлеву, совершенно без речи, без обучения даже элементарным человеческим повадкам. Среди себе подобных несчастные дети становятся подобны животным. Их незавидная участь попасть на стол аристократам и богатым промышленникам. Однако, изначально они такие же люди как и мы все. Не попади эти младенцы к плантатору они выросли бы вполне полноценными людьми, Друг мой. - Пытался втолковать Петр. 
- Но, ведь это ересь! То, что вы сейчас говорите - ересь и измена. Мистер Крестовски, я обязан арестовать вас и придать Имперскому суду. Как только мы прибудем в Климфиц...-
- Донесешь на нас шерифу? Тогда и себя не забудь упомянуть, скрыл нападение на усадьбу, организовал побег каторжанки, да еще и с еретиками якшаешься. А это уже виселица - дорогой друг Олаф. Ты же знаешь, Имперский трибунал долго разбираться не станет. - Петр был безжалостен в своих аргументах
Губы Олафа затрясись и этот позорный признак слабости был очевиден окружающим. Нет, Олаф не страшился погибнуть в бою, но не позорная смерть на эшафоте! От одной только мысли прокатилась волна ужаса. Олаф смотрел на них и думал "По чести, следует кинуться в драку на еретиков, вон шкипер убрал руку под куртку - прячет оружие. Может успею ранить кого то из них." Но, его как будто надломили изнутри, было невыносимо жалко себя и обидно за свою глупость. "Ну зачем связался с ней, проявил слабость один раз и теперь я связан с преступниками и сам преступник."  Тревожные мысли не оставляли Олафа по пути до самого Климфица. "Олаф Паркер, ты преступник и закончишь свою жизнь на виселице, хочешь этого или нет!"  - Эта мысль пульсировала в мозгу молодого человека и как червь разрушала его прошлый мир. Мир, такой правильный, простой и очевидный.
Глава 3
Ночь практически не спал, утром подавленный, "размазанный" суровой действительностью, Олаф поплелся в офис Военной канцелярии. Как во сне получил необходимые бумаги, за тем несколько часов ожидания, паром и вот она в Проклятых землях. Тыловой обоз, тряская повозка, липкая ледяная грязь на сапогах и форменном камзоле. Олаф не потрудился, переодеться в полевую форму.
Часть в которую получил предписание Олаф, была совсем недавно сформирована и с обозом направлялась на передний край, вероятно в самое "пекло". Несколько совсем юных бойцов, не скрывая страх перед неизведанным, ютились в кузове повозки. Тесно прижимаясь друг к другу, не то от пронизывающего холода, не то от страха. Глядя на них, Олаф невольно вспомнил себя, когда он с Пьером и еще парой новоиспеченных офицеров впервые ехали в войска. Тогда на нем  не было того груза позора и бесчестья, как сейчас. Новобранцы смотрят на него с нескрываемым уважением, хотя в изгвазданном парадном мундире он, пожалуй,  выглядит нелепо и даже смешно.
- Что же вы так внезапно прервали свой отпуск? А, знаю... Наверняка проигрался в пух и прах, да? Ну что же, обычное дело в вашем то возрасте, продул все до сантима в какой ни будь таверне. Нет, я не осуждаю, помилуйте! Сам был молод да горяч. - Полковник, по отечески принял вновь прибывшего.
- Господин полковник, я не игрок... - Олафу было бы весьма удобно согласиться с версией командира, однако он не хотел лгать еще больше, к той чудовищной лжи которую вынужден носить в себе.
-Ааа! Дама? Прелестная женщина разбила вам сердце, не так ли? Знаю, знаю.. так бывает, молодость знаете ли. - Полковник, заулыбался себе в усы довольный собственной проницательностью.
- Да, это так. - Честно признался Олаф, к тому же полковник от части угадал.
- Это ничего, надеюсь ваша душевная боль нисколько не помешает службе. Вы офицер опытный, посему назначаетесь командовать взводом. Все равно, выбор у меня не велик. Так что, принимайте взвод господин обер-лейтенант. Да - да! Поздравляю вас с повышением. - При этом полковник совершенно по доброму улыбнулся и похлопал Олафа по плечу.
- Смирно! - Писклявый, с детскими нотками голос дневального, огласил ветхую лачугу - служившую казармой.
В силу случая те самые "зеленые" бойцы, с которыми довелось вместе ехать, попали в его взвод.
"И с этими детьми мне нести службу и при необходимости воевать? Я сам еще зеленый по сути." - Грустно думал Олаф. Скверное настроение, добавило суровости к и без того унылому внешнему виду Олафа. Впрочем, фельдфебель старый и "тертый" сильно выделялся на фоне строя безусого юношества. Олаф посмотрел на старого вояку с одобрением, и у него на душе стало чуточку теплее "Может не все так плохо, еще повоюем"
Дни, недели боевой подготовки и нехитрого солдатского быта полностью поглотили мысли Олафа, события злополучного отпуска стали его по немного отпускать. Только, образ Клары по прежнему приходил в его снах, сладостно и мучительно. Михаэль, так звали "тертого" фельдфебеля, сильно помогал Олафу в службе, обучать новобранцев ему не в первый раз. Однако всякий раз когда Олаф пытался расспросить фельдфебеля о его прошлом. Михаэль уклонялся от разговора, отшучивался. " Что же, вероятно на то есть свои причины, да и не мое это дело." размышлял Олаф. Солдаты его взвода относились к Михаэлю как к отцу, на Олафа же смотрели с уважением и страхом. Хотя, Олаф и не был с ними чрезвычайно строг или даже жесток (что часто водилось за молодыми офицерами, которые свой статус командира поддерживали агрессией и насильем к подчиненным). От Михаэля Олаф и сам многому научился, бесценный практический опыт и солдатская смекалка.
-Мое почтение господин обер-лейтенант! - Поздоровался майор Макконори, щеголеватый стареющий повеса, при этом второй офицер полка.
Макконори  брезгливо поморщился, обошел стеллаж с солдатскими пожитками и протянул ладонь Олафу.
- Приветствую господин майор.. - Начал было Олаф, но  майор его оборвал.
- Вот что Олаф, этим вечером старик Кроуфорд празднует день рожденья.. и не пытайся уклониться от пирушки, обидишь полковника.  Ровно в восемь в клубе. - Майор пространным взглядом оглядел окружающую обстановку и не прощаясь удалился.
"О черт! Этого еще не хватало, не приди - растолкуют как неуважение" Олаф скривился в предвкушения предстоящего.
Курение трубок, бренди в соседней зале щебетание каких то молоденьких девушек, "Где он их взял?" с некоторым раздражением подумал Олаф. Вечеринка прерывалась тостами за здравье с пожеланиями всех благ имениннику. С двумя красотками, милые щечки которых разрумянились от бренди и "сальных" комплиментов, подошел Макконори.
-Дорогой друг Олаф! Это Съюзи, а это Гретта - Представил спутниц майор.
- Ну что же вы дружище, право, оставьте наконец свои унылые мысли! Веселиться, если не сейчас то когда?! - Не унимался майор.
Олаф осушил изрядную порцию бренди "на здоровье" именинника, и действительно мир немного изменился,  вот он уже лихо отплясывает мазурку с одной из девушек, то ли Съюзен, то ли Гретой.
В перерыве между танцами и возлиянием Макконори уже совершенно по дружески заплетающимся языком ворковал с Олафом.
- Да, он пожалуй хорош, даже лучший фельдфебель в полку! И знаете Олаф, этот Михаэль сражался  при Кюора и остался в живых при этом. Армия тогда потеряла больше тысячи бойцов, представляете. А он единственный из своего взвода остался живым, невероятное везение, не находите Олаф.
- Я знаю, господин майор что Михаэль искусный и опытный вояка, вероятно это и есть причина его живучести. - Олаф как то пытался поддержать разговор, хотя бренди мешал.
- Да что вы так официально - Дэвид, просто Девид, мы ведь не на службе. - Майор дружески приобнял Олафа - А я бы на вашем месте, присмотрелся к этому "опытному вояке" Олаф. Ой, присмотрелся.
Веселая красотка, то ли Грета, то ли Съюзен ловко подцепила Девида под локоть и увлекла танцевать.
Шатающейся походкой Олаф приплелся в казарму, отдал камзол дежурному и рухнул спать. "Какого черта, какие могут быть сомнения? Что он наплел, этот Макконори!" Олаф провалился в сон.
Дело к зиме, здешний климат настолько суров, что зимой когда лютые холода и совершенно ураганный ветер, мороз  сковывал землю, ни о каких военных действиях не может вестись и речи. "Если затихшие продлиться еще хотя бы пару недель.. глядишь и до весны доживем." - Размышлял Олаф, ему уже не хотелось немедленно погибнуть в яростном бою, как это было в  Климфице.
- Может и обойдется. - Как будто прочитал его мысли Михаэль. Вглядываясь в серую даль тундры переходящей в отроги не менее серых и неприветливых горных хребтов. Закутавшись в теплый плед Олаф и Михаэль  продолжили обход внешних постов.
Резкий, пронизывающий все нервы звук - "Боевая тревога", вырвал Олафа из постели. Солдаты с выпученными глазами носились по казарме на ходу одеваясь и расхватывали снаряжение.
Боевые транспортеры вырывая гусеницами комья грязи и камни, преодолевали сплошную полосу месива, по ошибке названой дорогой. Нападение сразу на 9 постов (10 и 11 посты, вероятно, даже не успели подать сигнал тревоги), не оставило варианта - "локальная провокация". Нет, это полноценное вторжение которого Олаф ожидал и боялся.
- Дикие прорвали левый фланг! - Орал связист, перекрывая грохот двигателя.
- В боевой порядок перестроиться! - Олаф мгновенно понял что враги их ждут и встретят огнем на марше.
Транспортеры неуклюже и ужасно медленно разворачивались, занимали боевые позиции. Вспышка, грохот, в воздухе столб едкого дыма. Олаф вместе с бойцами скатился с транспортера. "Не успели!" - досада обуяла Олафа. Со всех сторон защелкали автоматы, его бойцы в панике палили куда попало.
- Прекратить ! Стрелять только прицельно. - Заорал Михаэль, беспорядочная пальба прекратилась.
Еще два взрыва, и оставшиеся транспортеры вышли из строя. Вспышки выстрелов обозначили вражескую пехоту. "Ну наконец то!" С радостью подумал Олаф. Бойцы без команды открыли огонь по врагу.
- Рассредоточиться, занять укрытия - Михаэль грамотно командовал, вывел солдат из зоны массированного огня.
Однако врагов слишком много, слева и справа бойцы вскрикивали и падали, сам Олаф расстрелял почти весь боезапас. Ящики с патронами сгорели вместе с транспортерами.
- Командир, надо уходить, их слишком много. - Уверено и как то слишком спокойно предложил Михаэль. С остатками роты Олаф отступил в горы, сам он совсем не знал здешней местности и целиком доверился Михаэлю. Их не преследовали, чад и дым сгорающих машин скрыл их отход. Маленький отряд пробирался в тесном гроте, который вскоре перешел в пещеру. Вход в эту пещеру совершенно не заметен снаружи. "Интересно, когда это Михаэль успел так хорошо разведать местность?" И тут же Олаф припомнил, что Михаэль все это время не вылезал из дозоров и караулов, а не по вечеринкам ходил как его командир. На конец то перевели дух, Олаф посчитал людей и ресурсы, десяток бойцов, вместе с ним и Михаэлем и горстка боеприпасов. Солдаты, практически все вчерашние мальчишки тряслись в шоке и заглядывали в его глаза, о том что бы вступить в бой в сложившихся обстоятельствах, и речи не было. Решено сделать привал а после прорываться на свою базу. Михаэль вызвался в разведку, нужно было осмотреться и выставить караул. В котелке закипала вода, горячее питье было как никогда кстати, солдаты разместились на полу пещеры кто -где. Слабый свет походного фонаря выхватывал из мрака лишь силуэты.
Ослепительная вспышка света парализовала Олафа на несколько секунд, сухие щелчки выстрелов, все было кончено в одно мгновение. Сильные руки скрутили Олафа на его голову надели непроницаемый мешок, довольно долго его куда то несли.
"Ну вот и все! Допрос, казнь!" на смену горячности боя пришли равнодушие и спокойствие, только предательская дрожь била все тело.  Мешок сняли в помещении оборудованном, судя по всему в этой же самой пещере. " Это что же, мы в самое  логово врагов пришли?!" - Ирония, помогла взять себя в руки. Эти самые руки связанные за спиной долгое время, сильно ломило.
Из полумрака каменных сводов показался силуэт, женщина в черной хорошо подогнанной форме, хотя знаки различия отсутствовали - ее походка, властный взгляд давали понять что она тут главная.
- Меня зовут Лидия. Я Первый Легат. - Голос воительницы, глубокий женственный с нотками стали, совершенно не вязался с образом кровожадного врага, как впрочем и ее внешность, красивой женщины едва ли старше 35 лет. "Но, Первый Легат - это же маршал по аналогии с Имперской Армией!? Лжет, но зачем..." - Оценивал вошедшую, Олаф. 
- Олаф Паркер, я намерена вас кое с кем познакомить. - Дама прервала ход мыслей Олафа.
В зону освещения вошел Михаэль, грязный всклокоченные волосы беспорядочно разметались вокруг лица, мундир порван, но что то с ним не так. Руки! Его руки небыли связаны. Ком в горле не дал пленнику произнести ни звука, страшная догадка как огненный шар сжигала его мысли.
- Да, Олаф дружище, ты все правильно понял. Но не торопись осуждать меня.. - Олаф не дал закончить фразу, ловко вывернувшись из рук конвоиров он дернулся в сторону и нанес сокрушающий удар тяжелым военным ботинком в живот Михаэля, и мощный удар в скулу.  В это же мгновение удар в затылок погасил сознание Олафа. Пульсирующая боль в голове, перед тем как открыть глаза Олаф ощупал затылок, гигантская гематома саднила, но рану ему обработали, крови на руках не было.  Осмотрелся, маленькая плохо освещенная камера, скамья стол, ложе.  Воспоминание вихрем пронеслись, разматывая клубок событий последнего времени. "Как он мог!? Я верил ему больше чем себе, даже в Академии не было друзей ближе. Нет этого не может быть! Однако Олаф сразу вспомнил мелкие детали их с Михаэлем дружбы и предупреждения этого майора, как его Макконори кажется. "Я должен был догадаться! Нужно было внимательнее следить за ним, в конце концов как то же он поддерживал связь с Дикими."  Что то внутри Олафа надломилось, его непоколебимая вера в справедливость мира, вера в людей хороших и добрых. При этом собственная судьба его совсем не волновала, было обидно и горько, а еще досадно что его который раз провели как мальчишку. Сначала эти подозрительные родственник Клары, а теперь его друг, бывший друг! Да и сама Клара появилась в его жизни благодаря невероятному приключению. Думать было больно, Олаф прилег и провалился в сон.
Ему снилась Клара, ее нежные узкие ладони и теплые пальцы перебирают локоны Олафа, даже запах любимой почувствовал..
- Мой бедный маленький Олаф! - Ворковала во сне девушка.
Он открыл глаза, ведение не исчезло. Олаф готов был поклясться, даже при скверном освещении камеры узнал Клару, девушка  была одета в такую же черную униформу что и дама, накануне. 
- И ты тоже! - Вскочив с ложа Олаф свел свои пальцы на хрупкой шее девушки, Казалось, еще усилие и он сломает ей шею. Но  не смог, все таки Олаф любил ее. Они сидели по разным углам маленькой камеры, Олаф угрюмо молчал, за то Клару невозможно было остановить, ее речь как звонкий ручеек непрерывным потоком лилась в окружающее пространство. Олаф давно потерял "нить повествования", он лишь смотрел на любимую и глупо улыбался. Никаких мыслей и эмоций не осталось, только звенящая пустота внутри. " Ну и ладно, ну и пусть..." - Единственная мысль в голове.
Через какое то время Клара ушла. Едва за ней захлопнулась тяжелая дверь, как в камеру вошли охранники и повели Олафа по длинным гулким коридорам, тускло освещенным и мрачным.
Лидия ждала их у шлюза. Они проследовали в аэротранспорт, салон которого богато отделан -  дорогие ткани и декоративные деревянные панели в золотом обрамлении, все говорило о художественном вкусе владельца. Олафа не сковали, однако двое охранников подобно теням следовали за ним и Легатом по всюду.  Окна плотно задрапированные не давали понять куда они летят, по внутренним ощущениям не менее часа, следовательно тысяча миль от района боевых действий, прикидывал Олаф.
Солдаты и офицеры церемонно вытягивались при виде Первого Легата, впрочем прием нельзя было назвать пышным, окружающие продолжали заниматься своими делами, лишь только начальственная  процессия проходила мимо.  Множество тоннелей и мрачных коридоров радиально расходящиеся от центрального прохода, электрокары снующие взад и вперед. Наконец они приехали, охранники молча указали Олафу на теплую арктическую одежду
- Одевайтесь, друг мой, вам это понадобиться. - Лидия указала на амуницию, сама натянула теплый комбинезон. 
Пройдя через шлюз процессия вышла на территорию некогда зарытую огромным куполом, его масштабы, настолько впечатлили Олафа, который даже представить не мог что созданное руками людей сооружение может быть настолько большим. Купол был разрушен, в дымке тумана едва угадывались обрушенные своды на противоположной стороне гигантского строения. От удивления, Олаф стоял с приоткрытым ртом, совершенно пораженный.
- Месяц назад это было нашей надеждой на бедующее. Агрогород, крупнейшее предприятие аграрной промышленности, миллион тон пищевых протеинов каждый месяц. Планировали избавить страну от голода навсегда, строили более десяти лет, соблюдая режим секретности. Он существовал пол года, затем имперская бомбардировка и все. Крах.
Олаф в сопровождении Лидии еще долго бродил по грандиозным развалинам, восхищаясь таланту и великому труду дикарей, создавших подобное.
- Голод, древний бич Ансгорма (государства Диких), голод сокращает наше население, многие смертельные болезни от голода, только половина наших детей достигает совершеннолетия. Наш народ талантлив и трудолюбив, но голод не дает нам развиваться так как мы того достойны. - Произнося эти слова, Лидия как будто обращалась не к Олафу, она говорила это сама себе.
- И вот, казалось мы наконец стали близки к решению, Агрип способен был накормить всех, а второй объект Вартан дал бы перспективу будущим поколениям. Однако, планам не суждено было воплотиться. Империя преодолела все рубежи обороны, и ударила в самое сердце. Результаты удара ты видишь. - Лидия умолкла, давая собеседнику переварить  информацию.
Олаф рассматривал замерзшие пневмофермы, снег плавно садился на конструкции постепенно превращая их в бесформенные сугробы.
- Одного не могу понять, а я вам зачем? Я простой обер-лейтенант, я даже не знаю своих родителей. Зачем ради меня тратить столько труда? - Олаф "вонзил взгляд" в глаза Лидии. требуя ответа.
- Я ждала когда ты меня об этом спросишь. - Лидия улыбнулась ему самой очаровательной улыбкой, насколько это было уместно в данном случае.
- Выпускник Академии, рыцарь без страха и упрека. Ты наверное слышал что за Выпускниками охотятся, Разведка Ансгорма в том числе. Офицеры защитившие вымпел Академии вне подозрений и вхожи в любой Имперский салон, даже салон Императора.
- Богатые офицеры, сыновья знатных Родов, но не я безродный. Я в Академию попал случайно, выиграл Большой Приз. - Олафу на секунду стало даже смешно, от того что  Легат может так наивно заблуждаться  по поводу него. Однако, саднящий после недавнего удара затылок не способствовал веселью.
- Ты многого не знаешь о своем происхождении и своем Роде. И Большой Приз никто и никогда не выигрывал случайно. Миф о том что сын любого простолюдина может выиграть Большой Приз - обеспечив себе блестящую карьеру и основав собственный Род, всего лишь попытка подсластить жалкое существование плебса. Лотерея Академии такая же фикция как и ваш немыслимый запрет на белковую пищу, например.
- А что не так с нашей пищей?! Да, мы не употребляем рыбу и насекомых, как дикари.. Жители Ансгорма, я имел в виду. Но, есть рыбу опасно, из - за радиации! элементарная забота о здоровий подданных. - Олафу было странно объяснять такие элементарные и очевидные вещи, но на то они и дикари, хотя леди Первый Легат выглядела весьма неглупой и уж точно хорошо образованной.
- А выращивать людей и забивать их на мясо вполне цивилизовано и безопасно?! - Лидия лишь уголком чувственных губ выразила презрение, однако этот сигнал не ускользнул от цепкого взгляда Олафа.
- И Клара пыталась вывести меня на этот разговор. Что же, я вам не скажу ничего нового. Вы ошибаетесь считая Пищевых разумными людьми, это скот лишенный всяких познавательных способностей и потребностей. Я видел их много раз -  животные!   И кроме того, пищевые совершенно беспомощны, они погибнут без надлежащего ухода. - Олаф собрался уже прочитать лекцию прослушанную им когда то в Академии. Лидия его остановила.
- Новорожденных детей  должников, насильно отнимают у родителей и выращивают совершенно без общения, не обучая даже основным навыкам. Вот так появляются Пищевые, Олаф. Дети Маугли, так их раньше называли. - Лидия отмахнулась, понимая что Олаф не понял последней фразы.
- Наши обе системы жизненных ценностей несовершенны, Олаф. Но это не должно быть поводом убивать друг друга. - Лидия о чем то глубоко задумалась, взгляд ее устремленный к заходящему над развалинами солнцу, как будто искал что то в сгущающихся сумерках. Мысли блуждали где то далеко - далеко.
- Пожалуй, мы припозднились, дорогой друг. Пора... - Лидия подала знак охране, Олафа достаточно вежливо и настойчиво увели.
Сидя в своей маленькой камере Олаф много и мучительно думал, перспективы его маленькой жизни сжались к небогатому выбору, сотрудничать с дикими а значить предать все ради чего он жил, учился, ради чего погибали его друзья. Или напасть на первого попавшего под руку и погибнуть в борьбе. Вспоминая события последних месяцев, Олаф осознавал что ответ не такой очевидный, как бы хотелось ему, обер-лейтенанту  Имперской Армии. Другой Олаф, любил Клару, хотел жить, быть счастливым, забыть Войну и все что с ней связано как страшный сон.  С тяжелыми мыслями Олаф провалился в черную яму сна. Сколько часов он спал, не было понятно. 
Решение принято! И будь что будет. Черные как смоль локоны Клары поставили точку в его метаниях. Олаф прочь гнал от себя мысли о предательстве Империи и прочее. Главное то что он счастлив с Кларой, счастье это то чего у него никогда в жизни не было. Только Клара по настоящему вдохнула в него вкус жизни, вкус и смысл жить дальше.
- Я не сомневалась в вашем выборе Олаф! - Лидия с лицом Победителя встретила его у входа в кабинет. "Странно, я никому еще не сообщил о своем выборе" - Мелькнула мысль.
-Теперь забудте о вашем Имперском прошлом, здесь вы курсант разведшколы с псевдонимом ммм.. скажем - Вари. Да, пусть будет так, чем нелепее тем меньше внимания привлечет.  Не будем терять времени курсант Вари, вас ждет масса сюрпризов, для начала познакомьтесь с командиром учебной группы. - Лидия с нескрываемым удовольствием подозвала скрытую до сих пор в тени портьеры фигуру. 
Михаэль, в новом черном мундире с серебряными полосками трибуна, ссадина на лице след их последней встречи тщательно скрыта гримом.
- Поздравляю вас с повышением трибун Люций, принимайте молодое пополнение. - Лидия довольная произведенным эффектом предпочла удалится, лишь мельком, искоса взглянув на Олафа.
Михаэль - то есть Люций  и Олаф сидели вдвоем в столовой учебного центра.
- Да, Олаф второе чудесное спасение мне разумеется никто не простит. Хочешь не хочешь, а с оперативной деятельностью пришлось прощаться. Ну что же, теперь я твой командир и  наставник, научу всему чему не успел научить в Имперской армии. - Люций дружески похлопал Олафа по плечу, от чего он только съежился. Мерзкий осадок всего происходящего давал о себе знать.
- Но имей в виду, никаких поблажек в службе и учебе наша старая дружба не дает, спрашивать буду по полной. - Люций грустно улыбнулся, он то  представлял что происходит в душе Олафа.
Потянулись будни, занятия, тренировки. Изредка он виделся с Кларой, эти редкие свидания как лучик южного знойного Солнца в промерзшей серо-белой пустыне Диких Пустошей.
Много нового в свой арсенал приобрел Олаф, курсантов учили лгать настолько правдоподобно, что лож и самому казалась истиной, применять странное энергетическое оружие, водить транспортеры и много чего еще. Особенно увлекла  Олафа - Психология. О да, умение выслушать собеседника прочитать его мысли "между строк" видеть его как "открытую книгу" - весьма полезный навык для разведчика.  Восемь недель пролетели как один миг. Олаф наконец избавился от своей депрессии, шутил с однокурсниками, ловил завистливые взгляды парней когда они с Кларой стояли обнимаясь на виду у всех. Незаметно подошло время экзаменаций и итоговых тестов.
Глава 4
Майорские нашивки, золотом  на новеньком хорошо пошитом мундире. Олаф часто и непроизвольно прикасался к галунам, ладонью затянутой в белоснежную лайковую  перчатку. Стыдно признаться - он никогда не чувствовал себя лучше! Старший офицер путешествует со своей молодой и ослепительной красоты,  женой. В Столицу. В вагоне представительского класса, Столичного Экспресса. Служители, почтительно сколоняют голову, готовые всячески услужить господам.
Всего неделю назад, Олаф ободранный, истощенный, замерзший приполз к заставе Имперских сил. По легенде он бежал из плена и скрываясь, пешком пробирался пол тысячи миль до своих. Допросы в Тайной Канцелярии, к его удивлению не были сколько ни буть пристрастными, Олаф выдал подлинные сведения о противнике, не имеющие существенного военного значения, но подтвердившиеся. Затем, несколько дней в военном госпитале. И вот, новое звание и назначение. Полковой капеллан венчал их с Кларой, свадебный вояж в столицу на Бал Героев. О чем еще может мечтать военный?! Кто то из прислуги шепнул, кто причина этого "дождя из милостей и регалий" - лично генерал Ульрих. "Неужели Ансгорм имеет такое влияние в Империи, что даже легендарный генерал Ульрих служит их интересам?  Нет, какой вздор! Наверняка генералу подложили какие то ложные донесения, о моих подвигах, отсюда и его благосклонность." Мысли о службе Ансгорму несколько огорчали Олафа. Они с Кларой не получили конкретного задания, подробные инструкции будут ими получены в процессе. Ну что же, наслаждаемся сегодняшним днем, а завтра будет только завтра. 
Столица встретила молодую чету праздником, весельем. Истинным южным колоритом, умноженным на изысканность и утонченность столичного аристократического общества. В годы учебы в Академии Олаф бывал в Столице, тогда он был безусым нищим курсантом, с восхищением ловившим взгляды случайных прохожих (которым, впрочем, не было до него никакого дела). А теперь он прибыл победителем, блестящим молодым майором, да к тому же героем войны. Прохожие почтительно снимали шляпы в приветствии, простолюдины кланялись и уступали дорогу. Экипаж доставил их в «PALACE», лучшее место в Столице. Пожалуй, только Дворец Императора мог превзойти в роскоши и убранстве этот отель.
- Содержание супругов Паркер оплачено из казны. - Сообщил весьма приветливый и улыбчивый клерк на ресепшен. Программка найденная в номере, сообщала: что этим вечером в честь Героев состоится светский раут в холле отеля. В принципе они не обязаны посещать такого рода мероприятия, однако было бы полезно завести новые знакомства ... В глазах Клары заиграли дьявольские огоньки, когда она узнала что вечером они идут на  бал.
Прекрасные дамы, разных возрастов и внешности "облепили " Олафа практически сразу, после их с Кларой появления в бальной зале. Что, конечно же, не могло не вызвать ревность молодой супруги.
- Господин Паркер, майор .. Как вам столичная жизнь, не правда ли тоска смертная?! - щебетала под ухом очень милая молодая особа в нежно голубой шляпке, Олаф не запомнил ее имени.
- Право же, Татьяна господин майор только вчера прибыл с фронта, откуда ему знать наши столичные нравы. - Дама не менее приятная, но заметно старше "щебетуньи" мягко но настойчиво потянула за локоть Олафа, переключая все внимание на себя.
Признаться, "новоиспеченный" майор совершенно растерялся, он не знал как вести себя, ведь подобной ситуации никогда не было в его жизни. Хорошенькие женские головки только и мелькали перед глазами,  совершенно не давая собраться с мыслями. Спас его и Клару господин в мундире генерала Имперской Безопасности, "Очевидно - генерал." - мысленно усмехнулся Олаф. Его ласковый и проницательный взгляд показался Олафу мучительно знаком.
- Прошу, пройдем те в ложу. - Учтиво указал генерал.
В эту же секунду Олаф вспомнил - "Ну конечно, тот самый невыносимо наглый писарь, попутчик в поезде."
Комфортно устроившись в мягких креслах, их спаситель соизволил разрушить интригу.
- Вы конечно узнали меня господин Паркер, если нет напомню - Воган Франческе. И разуметься я никакой не нотариус. По делам службы, знаете ли, иногда приходиться путешествовать инкогнито.  - Представился генерал.
- А ведь я тогда, пожалуй угадал - Клара ваша невеста.  - Почему то, это обстоятельство позабавило генерала.
- Супруга. - Поправил Олаф.
- Да разуметься. Поздравляю вас и мисс Паркер с этим событием! Пожалуй это тост! - непонятно откуда материализовался стюард с подносом и тремя высокими бокалами. 
Шипучее в меру сладкое вино приятно щекотало пузырьками. Потом было много светской болтовни, комплиментов от которых краснели кончики ушей Клары и великолепного вина.
- Майор, а чем вы намерены заниматься в дальнейшем? - Как бы нечаянно обронил Воган.
- Я ведь человек военный, а по сему продолжу службу согласно назначения. - Прямолинейно ответил Олаф.
- Все так. Но мы то с вами понимаем что назначение может быть разным.. О нет, я нисколько не сомневаюсь в вашей доблести - доказанной не раз в боях, да и генерал Ульрих просто "влюблен" в ваши подвиги. Ох уж этот старый вояка. 
Не смотря на веселье и алкоголь, Олаф почувствовал всю серьезность ситуации. Очевидно, это Воган не из праздного любопытства общается с ним.
- Есть прекрасная должность. - Воган взял театральную паузу, демонстративно сделал глоток вина. - Командир роты охраны Императорского дворца.
Клара сидевшая рядом и казалось в пол уха слушавшая непринужденную беседу мужчин - оживилась, глаза ее заблестели. Мысли роились в голове Олафа: "Насколько я знаю в Императорскую гвардию даже на рядовые должности могут претендовать только родовитые дворяне, да и то имеющие большие заслуги. Может его слова шутка или скорее проверка? "
- Могу ли я подумать господин Воган..? Простите - генерал Воган. - Спокойствие покинуло Олафа и он даже не пытался сохранить его иллюзию.
- Ну конечно же нет, мой дорогой Олаф! Вы же понимаете что такое предложение поступает всего один раз в жизни. Впрочем, я вижу вы уже согласились, по другому и быть не могло! - Довольные произведенным эффектом, генерал поставил порожний фужер на поднос.
Признаться, Олаф не был готов к такому повороту событий, одно дело быть осыпанным почестями и званиями, но все же армейским офицером... И вот теперь Императорская Гвардия, да к тому же рота Охраны дворца Императора.
- Ээ.. господин генерал.. - Начал было Олаф.
- Ах оставьте майор, ну мы же с вами не дети.. Я всего лишь рассчитываю на вашу дружбу и только.  - А теперь позвольте пригласить вашу очаровательную супругу на танец, кажется теперь играют мазурку. - Воган дал понять что деловые разговоры сегодня окончены.
Олаф остался в ложе, сидел и смотрел на танцующие на паркете пары со слабой улыбкой на лице. " Вот так запросто меня завербовал, и ведь не оставил пространства для маневра. Теперь я обязан буду предоставлять этому Вогану отчеты, каждую неделю, или что-то в этом роде."
Новые обязанности не слишком тяготили Олафа, если сравнивать его прежнюю службу то сейчас он откровенно бездельничал и скучал. Его подчиненные, и вправду, все выходцы из знатных родов, отпрыски генералов и адмиралов, тем не менее это не мешало поставленной дисциплине и субординации. Большую часть времени Олаф проводил в прогулках по великолепному саду Дворца, совмещая созерцание природного и рукотворного убранства с проверкой караулов.  Величественная южная осень, сухая, теплая и даже ласковая - особенно гармонично воспринималась в дворцовом саду. Пожалуй, Олаф начал забывать о "фейерверке" событий случивших с ним в течении этого года, в памяти все конечно осталось, но как будто эти потрясения были вовсе не с ним. Столичная жизнь решительно ему нравилась, их с Кларой постоянно приглашали на приемы и бесконечные балы знати. Клара как маленькая девочка искренне радовалась каждому выходу в свет, наряды и косметические процедуры ей так к лицу. Олаф искренне любовался женой и радовался вместе с ней.
Вопреки ожиданиям, генерал  Воган не требовал отчетов, впрочем и каких либо иных услуг, тоже.  Держался с Олафом всегда дружески но с высока. При встречах (как правило на балах и в салонах) Воган много рассказывал о придворных, о "политической кухне" Империи. В общей массе его болтовни Олаф почерпнул много полезного. Как ни странно, Разведка Ансгорма ни как не напоминала о себе. Олаф осознавал что занимая такую высокую должность он может быть чрезвычайно полезен Ансгорму, он ждал какого то задания. Клара успокоила его тем что - он настолько ценный агент что, Ансгорм не будет рисковать, используя  его возможности по пустякам.
В Преддверии зимы Клара озарила их жизнь прекрасной новостью, она беременна. Известие это, не то что бы перевернуло жизнь Олафа, но наполнило ее новым важнейшим смыслом.   
 Как то, ранним утром совершая свои обычные прогулки по Имперскому саду, Олаф заметил возню в зарослях. Не то что бы это удивило или даже насторожило его. Влюбленные кавалеры тискали своих юных подружек по кустам довольно часто. Однако, на этот раз он отметил серый камзол представителя Торгово-Промышленной гильдии, на скрывающемся от его глаз, мужчине. "Очевидно, этот не из числа любовников." Осмотрев заросли Олаф нашел так же следы второго мужчины, который ушел накануне незамеченным. "Стоит ли об этом рассказать Вогану? Нет, всего лишь вздорный пустяк! Отвлекать генерала такой безделицей, так он сочтет меня глупцом." Вскоре Олаф по своему обыкновению переключился на собственные размышления и забыл об эпизоде.
В один из вечеров в театре, Олаф беседовал с генералом и к стати,  вспомнил эпизод в саду.
- Пустяк говорите, может и пустяк конечно. - Рассуждал Воган. - Однако вы молодец, майор, уже тем что проницательны.
- Вы наверняка заметила, дорогой друг Олаф, Императорский двор, и вместе с тем все управление Империей не так очевидно как вам преподавали в Академии. Император стар и практически утратил "бразды правления" , интриги и мелкие заговоры окружения Императора больше влияют на политику государства чем Его воля. Император, на мой взгляд находится теперь в таком состоянии, он ни к чему не стремиться, не желает каких бы то ни было реформ и изменений в государстве. Его дочери, особенно ее высочество принцесса Алла, более сведущи в государственных делах нежели старик Альфонсо Третий(Император)  - То, с какой интонацией Воган произнес имя и титул принцессы, натолкнуло Олафа на мысль что генерал симпатизирует этой красивой и властной женщине.
- Ну так вот, вернемся к нашим "серым камзолам". Что ты знаешь о Торгово - Промышленной гильдии? - Спросил генерал.
- Да, в общем то немного, находиться где-то на юге, на границе. Гильдия производит всякий полезный скарб на своих землях и торгует по всей Империи. - И правда, Олаф мало интересовался жизнью плебса, крестьян, ремесленников, торговцев и прочего неблагородного люда.
- Это даже меньше чем я ожидал, друг Олаф. - Воган посмотрел на собеседника пронизывающим взглядом, в котором читался еще и укор.
- Гильдия, формально состоит в Империи, но лишь формально. А фактически Гильдия представляет интересы тайного государства. Ганза или Ганзейский союз - слышал о таком?- Олаф по началу подумал что генерал разыгрывает его, или что хуже - насмехается над его невежеством. "Какие к черту тайные государства в нашем маленьком мире?! Пригодной для существования земли так мало, что и деревню то не спрячешь, не то что государство." - Подумал он. Не дожидаясь ответа, Воган продолжил.
- Если совсем уж примитивно - Ганзейцы действительно производят много полезных и необходимых Империи товаров, но самое главное они производят оружие. - Воган взял паузу, он так делал прежде чем сказать о чем то важно.
- Производят и продают оружие и нам и Ансгорму. - После его слов воцарилась гнетущая тишина.
"Если это так, почему же Империя не разрушит эту Ганзу, или как ее там. Продают врагам, значит сами враги." Подумал, но не стал озвучивать свои мысли Олаф.
- Все очень не просто, дорогой друг. Все очень сложно. - Воган дружески похлопал Олафа по плечу, и вернулся к созерцанию театрального действия.
После этого разговора Олаф стал иначе смотреть на происходящие вокруг события, больше думать, анализировать. В Академии курсантам давали информацию строго, конкретно, определенно. Всякие интерпретации, кроме официальной, пресекались. Олаф всегда потешался над незадачливыми однокашниками, которые получали "тумаки" и взыскания за неуместные вопросы к преподавателям, и уж тем более за свои собственные выводы, дерзновенно не совпадающие с общепринятыми. Ему всегда казалось, что весь мир вокруг прост, понятен и однозначен. Есть Империя - дом всех порядочных людей, джентльменов и черни. Есть враги Империи - дикари влачащие жалкое существование в Проклятых Землях (Иногда эти территории называют Дикие Земли). Причем, он вполне серьезно считал что смысл жизни диких, лишь в том что бы вредить Империи, убивать подданных Императора. Конечно, события этого года разрушили многие мифы в его голове. Он теперь сам агент Ансгорма, от этой мысли на душе стало "колко", как будто невидимые мелкие и острые коготки скребли и кололи его изнутри. 
В один из осенних вечеров, прогуливаясь по своему обыкновению в Имперском Парке, Олаф заметил мелькнувшую фигуру юноши - пажа. Короткий голубой плащ, и нелепая (по его мнению) шляпа выдала принадлежность убегающего. Мысленно усмехнулся -"Амурные дела, не иначе.. наверняка тайная встреча с хорошенькой девушкой из прислуги" Вроде бы ничего особенного, однако любопытство сподвигло майора проследовать к полянке, скрытой тяжелыми ветвями деревьев. "Так и есть, трава примята и кажется что то в дупле" - Олаф достал небольшой сверток, пергамент аккуратно перевязан тесьмой. Покрутил в руке и вернул обратно "Не престало джентльмену проникать в  тайну чужой любовной переписки" . Уже удалившись от поляны подумал что сверток достаточно тяжелый и вовсе не похож на письма. "В конце концов, я офицер Охраны, и мои обязанности."
Когда Олаф развернул сверток, увиденное поразило его. Ощущение что он "вляпался" в какую то историю, не покидало. Предмет не походил ни на что виденное им ранее. Коробочка из металла и пластика с замысловатыми символами, вроде бы на древнем языке, возможно латынь.
Олаф решил отнести находку Вогану. По правилам следовало бы передать любые подозрительные вещи своему непосредственному начальнику, полковнику Сэмюэлю. Ну, Воган то же не посторонний человек, и он единственный кому Олаф доверял (кроме Клары)
- Кому ты еще говорил об этом?!- Воган, взволнованный, что ему не свойственно, ткнул пальцам в коробочку.
- Ты показывал его кому-нибудь?!
- Да нет же! Господин Воган я немедленно принес ее вам, как я и сказал. 
- Так. Значит нашел в саду в дупле около полуночи. Пажа ты толком рассмотреть не мог, было темно. Почему сразу не пришел ко мне?!
- Разве я мог беспокоить вас ночью, по поводу пустяка.. Самообладание начало покидать Олафа.
- Да. Разумеется, понятно что ты не представляешь что это! Жди в гостиной, я вернусь в течении часа. - Воган нервно рванул сюртук и одеваясь на ходу спешно удалился.
Минуты тянулись долго, Олаф размышлял о том что такое он нашел в дупле, и могут ли повредить ему и Кларе все эти события. Судя по реакции Вогана что то важное. Оружие, яд? Покушение на Императора или кого то из окружения монаршей особы.. Мысли "крутились" в голове нагнетая тревогу.
Воган влетел в гостиную как ветер в ущелье.
- Собирайся, мы уезжаем. Где Клара ? Генерал говорил своим обычным голосом,  ни капли нервозности в нем не осталось. Разве что, "стальные нотки" добавились.
- Клара в салоне мадам О"Кара.. К чему такая спешка, я должен предупредить полковника. - Олаф бормотал под нос, понимая сам, неуместность возражений.
- Это приказ майор, помни кто ты! Домой не поедим, там возможно ждут. Поехали, заберем Клару, по дороге все расскажу.
Меньше чем через час Олаф Клара и Воган, сменив два экипажа, ехали по предместьям Столицы.



Глава 5

 Жизнь поменялась в одно мгновение, вместо величественной, "золотой" южной осени - расхлябанная слякоть дорог предместьях. К чести Клары, она держалась мужественно, не ныла и не жаловалась как изнеженная столичная барышня. Их ждала грязная дешевая гостиница. Пришлось несколько километров идти до нее пешком, возница отказался заезжать в такую глушь.
- Друзья мои, я вынужден буду вас оставить и вернутся во дворец. Исчезновение офицера Охранного подразделения не наделает столько шума и проблем, как исчезновение Генерала Безопасности. - Воган как то осунулся, черты его лица в отблесках очага, заострились,  от галантного щеголя не осталось следа, пыльная крестьянская одежда завершала образ.
- Но, прежде должен рассказать вам о этом предмете. - Генерал выложил на стол коробочку, тяжело вздохнул и поведал.
- Это электронный накопитель,  применяется совместно с компьютером. Ну как вам объяснить,  как книга только очень много книг в нем заключается. Чертежи, фотографии, описания .. - Олаф, прервал его, он наконец отошел от шока.
- Компьютер?! Да, как такое может быть? Их же истребили, еще в Раннюю эпоху. Компьютер это же зло в чистом виде, компьютеры разрушили Цивилизацию Древних! - Срывающимся на визг шепотом, что бы посторонние не могли слышать, продолжил Олаф. Он был близок  к истерике.
- Я так не могу, Клара объясни своему мужу, что мир не делиться на черное и белое. - Воган обреченным взглядом посмотрел на девушку.  Клара ничего не сказала, только крепко сжала ладонь Олафа.
- Если все успокоились, я продолжу. Так вот, проблема даже не в том что ваша находка часть компьютера, проблема - информация хранящаяся  в носителе. Там чертежи и описание технологии изготовления адского устройства. Это даже не оружие, это больше. Люди при помощи этого устройства конечно могут уничтожить Империю, или Ансгорм, или даже Ганзейский союз. Но, самое ужасное, что владельцы этакой безделицы получат безграничную власть. Даже Древние не имели такой власти. Я думаю, Древние были близки к созданию Квантовой машины, но им не хватило времени, случился Экпироз (Конец Света в Греческой мифологии). - Воган глубоко задумался, его взгляд как бы направленный в себя, потускнел.
- Так вот, что я выяснил - те кто создавали Машину, испытали ее возможности. И, могущество заключенное в ней  настолько испугало создателей, что они предпочли уничтожить свое изобретение. Однако, сохранили эту единственную копию. - Воган, легонько хлопнул ладонью по коробочке. 
- Единственное, на что я надеюсь, что люди в руках которых был накопитель, до того как вы, друг мой - изъяли его, не представляют это такое. Иначе, они были бы осмотрительнее. - Воган закончил, убрал в карман накопитель.
Спустя час, в сенях гостиницы Олаф и Клара прощались со своим покровителем. Генерал передал сверток Олафу.
- Самым разумным в нашей ситуации было бы уничтожить накопитель. Но, интуиция  останавливает меня, посмотрим что из этого выйдет. Друзья мои, ждите до завтра, максимум два дня. Если я не приеду, или не дам знать - уезжайте отсюда. Я не могу сказать что делать дальше, я не знаю.  - Воган вышел и растворился в ночи.
Ни на следующий день, ни через трое суток Воган не появился, вестей также не было.  Надо уходить, рано или поздно их здесь найдут.
- Едим в Климфиц. - Тоном не терпящим возражений, сказала "как отрезала" Клара.
Олаф обдумывал конечно это вариант, и он казался ему слишком рискованным. Если бы он сам организовал поиски беглецов, непременно оставил бы засаду в Климфице. Во первых Олаф через Климфиц пересек границу Проклятых земель, а во вторых "ищейкам" не сложно выяснить где проживает дядя Клары.
- Ты собираешься отдать это в Ансгорм? - Олаф посмотрел в глаза Клары.
- Это единственно правильное решение.  - Стальной, холодный взгляд Клары не оставлял шансов оспорить ее решение.
Все же, Олаф сомневался. Если взять на веру слова Вогана коробочка или как он ее назвал накопитель может быть чертовски опасна. Если дать Ансгорму такую власть, такое сокрушительное оружие - Южная Империя будет уничтожена, стерта в пыль, погибнут тысячи людей или даже сотни тысяч. Хотя, стоит ли верить в столь сказочное могущество какой то неведомой Машины. Очень напоминает детские страшилки о ужасных Древних, уничтоживших почти весь мир. В последнее время на Олафа свалилось столько новой и невероятной информации, он не успевал разбираться что правда и что вымысел. А жизненный опыт указывал что доверять можно только тому, что сам увидел и пощупал. Не исключено что Воган театрально разыграл их с Кларой, и в накопитель содержит важные сведения, но не настолько как описал Воган.  Например список агентов Империи внедренных в Ансгорме. Или какие то военные планы Империи. Успокоив себя, таким образом, Олаф согласился с Кларой. Осталось обдумать детали и подготовить их путешествие.
Идти пешком несколько сот миль, по осеней слякоти, вместе с торговыми обозами?!  Всего пол дня пути, и сомнения в правильности такого решения одолели Олафа. Клара, стойко превозмогала трудности, сжав красивые тонкие губы в бледную линию, продолжала идти вперед. Его любимая жена, совсем недавно блиставшая на балах и приемах в шикарных платьях, сверкая драгоценностями, (благо, Империя не скупилась деньками для  своих героев) такая счастливая и возвышенная,   теперь месила дорожную грязь грубыми сапогами, одета в серое рубище. И даже такая она была самой красивой и самой желанной для него. И, новая еще маленькая жизнь в чреве Клары - стоит того, что бы преодолеть все. Несколько раз их проверяли, полиция и Имперские гвардейцы. Однако вопросов к нищим путникам практически не было. Тысячи подобных проходимцев скитаются в поисках работы и куска хлеба по землям Империи. Для Олафа это путешествие было тягостным испытанием, никогда ему не было так плохо. Крестьяне, мелкие ремесленники жили так всю свою жизнь, и оставались людьми при этом. Разговоры у костра, совместный ночлег в "пастели" из кучки сена, немного каши и хлеба разделенные с ним и Кларой. Все это изменило мировоззрение Олафа, который раньше делил общество на джентльменов и не джентльменов. Как ни странно, бедные люди оказались в массе своей - благороднее, великодушнее и добрее чем большинство знакомых ему джентльменов и знати из Высшего общества.
Наступила зима. Всепроникающая сырость сменилась промозглыми ледяными верами, бросающими снежные заряды прямо в лицо путникам. Измученные путешествием Олаф и Клара остановились недалеко от  Климфица. Постоялый двор, где их приютили использовали торговцы, которые везли товары в Климфиц, затем товары по морю отправляли дальше. Олаф подрядился грузить мешки, а Клара была занята на кухне. По крайней мере ночлег и питание у них было.
- Да, обыски по всему городу, я вообще не помню что бы служаки так лютовали! Ну поймали парочку контрабандистов, для отчетности - это понятно. Но, что бы так?! Весь порт и город перевернули. - Молодой приказчик жаловался экспедитору, одновременно проверяя накладные.
- Многих взяли? - Поинтересовался экспедитор.
- Да, Мизрахи с сыном  взяли и еще Аврахама, и Фридмана, и много кого. Всех не помню.- С горечью констатировал приказчик.
Олаф покинул склад, пошел за следующим тюком. Когда вернулся их уже не было.
Вечером рассказал обо  всем Кларе. 
- Мне Марта, прачка, то же самое рассказала. Дядя Петр с ее слов сумел бежать в море с семьей.  Надеюсь с ними все хорошо.- Клара тяжело вздохнула, из ее глаз скатилась слеза.
- Старый лис Крестовски, не из таких! Запросто его не возьмут. Помнишь в прошлый наш визит,  вы еще поедали этих мерзкий насекомых.. - Олаф непроизвольно скривился, припоминая.
- Креветки, Олаф! И они не насекомые. Я понимаю что ты хочешь сказать. Да, дядюшка наверняка укрылся в одном из фьордов. Что бы прочесать их все, целой Имперской армии будет мало. - Дъяволская искорка блеснула в глазах Клары.
- Наймем лодку или баркас и найдем их. - Олаф практически ничего не понимал в морском деле, ему казалось запросто нанять кого либо (деньги им оставил Воган, они совсем мало  потратили из этой суммы), и так же просто найти нужный фьорд среди множества других. 
Клара краешками губ ухмыльнулась наивности мужа, но ничего не сказала ему.  "Можно конечно нанять лодку, и местные торгаши за хорошие деньги с радостью сдадут суденышко." Размышляла Клара. Однако, она прекрасно знала местную публику, эти милые люди с такой же радостью сольют информацию полиции или Имперской безопасности. Клара не без основания полагала, что недавние облавы в Климфице связаны с их побегом из Столицы. А это значило что оставаться на Постоялом дворе небезопасно.
- Доверься мне милый, я ведь почти местная. - Клара заговорщицки улыбнулась.
  Лодку, которую они с Кларой угнали, безжалостно болтало на волнах. Олафа сильно мутило, морская болезнь.  Клара вела "посудину" как заправский шкипер, поглядывая то на компас, то на звезды. "Когда это она успела обучится морскому делу?" Жена не переставала удивлять и восхищать Олафа. Ближе к полудню, ветер начал стихать ужасная качка угомонилась.  Клара вела лодку не так далеко от берега, но и не слишком приближаясь, справедливо опасаясь прибойной волны, способной разбить суденышко о скалы. Уже несколько фьордов было пропущено мимо. Олаф с опаской смотрел в лицо Клары, боялся что они заблудились. Однако несколько часов плаванья и вот - тот самый фьорд. Знакомая скала, лес ничего не изменилось с прошлого посещения.  Однако, Клара вела лодку к противоположному берегу. Сошли на берег, ноги ужасно затекли, много часов в неудобной позе давали знать. Клара молча направилась  в прибрежные заросли, Олафу ничего не оставалось, как последовать за женой. Совсем недалеко от кромки воды искусно спрятанная в тяжелых еловых ветвях, их встретила хижина контрабандистов.
Олаф и Клара уже второй день гостили в неожиданно уютной, хижине. Еда и питьевая вода в достатке,  каменная печь давала тепло. И самое главное, безопасность и покой в душе. Этих ощущений не было с момента их побега из столицы.  Олаф готовил кофе (надо сказать великолепный кофе! Посещая столичные салоны, Олаф стал понимать в этом), когда услышал слабый звук, примешанный к обыденным звукам волн разбивающихся о скалы. Прислушался, похоже на ритмичный звук работающего мотора. "Лодка!" Если это Пограничники или жандармы лодка вытащенная на берег выдаст их присутствие. Олаф выбежал на берег, но было слишком поздно, баркас уверенно шел к их пристанищу, пыхтя черным дымом из трубы. Олаф вернулся, в дом достал оружие, по крайней мере последний бой он примет  как джентльмен.
- Милый, это дядя Петр, его "корыто" я узнаю из сотни. - Клара легким жестом остановила Олафа, улыбаясь одними глазами.
Петр сильно изменился, заметно похудел и осунулся лицом.  Камзол изодран и в грязи, однако судя по неизменной широкой улыбке вовсе не сломлен духом.
- Клара, Олаф ! Собирайтесь и мигом на борт, нет времени, если туман рассеется мы не проскочим.  - Перт энергично жестикулировал и всем своим видом показывал что церемониться некогда.
Удача решительно оставалась на их стороне, туман не рассеялся - густым "молочным" облаком повис на водами,  так что  вся компания благополучно добралась до берега. Лодку на которой Олаф с Кларой бежали, Петр рачительно взял на буксир. 
Базу контрабандистов, на которой они оказались, скрывала от внешнего наблюдения не только запутанная система фьордов но и огромный природный грот в который баркас поместился целиком, да и еще место оставалось для нескольких суденышек.
- Как же мы вас ждали, дети! - Петр закончив наконец хлопоты, развалился в кресле, вытянув сырые ноги к огню камина.
- Еще месяц назад начался это "бедлам". Сначала, Имперскую безопасность черти  принесли. Сняли начальника Приграничного Кордона, моего старинного приятеля, кстати. Потом эти аресты без всяких причин... Нет, формально повод конечно был, но люди годами приторговывали контрабандой, делишки свои делали. Никого это не тревожило, и вот на тебе, арестовали уважаемых людей! Да как?! Ночью из пастели забирали в один день. Меня спасло толь то, что я на промысле был. Нину позже вывез сюда.
- А знаешь, Олаф! Я ведь сразу заподозрил что вы с Кларой как то причастны ко всему этому безобразию. Были слухи кое какие, ну не то что бы слухи - слушки я бы сказал. -  После долгой паузы Петр продолжил уставившись немигающими глазами в огонь.
Олаф внутренне съежился, он понимал что пусть и невольно они с Кларой стали причиной того что спокойная сытая и размеренная жизнь Петра, его жены и нескольких уважаемых семей   Климфица рухнула.
- Рассказывайте, что такого вы смогли натворить? - Петр перевел взгляд на своих гостей.
Олаф смято, опуская некоторые подробности, рассказал о событиях последних месяцев. После, Клара показала сверток с накопителем.
- Видать важную вещицу вы сперли, раз Безопасность так вцепилась. - Покрутив и взвесив в ладони сверток, Перт вернул накопитель Кларе.
- Что намерены делать дальше? - Петр на это раз обратил свой взгляд к Кларе.
- В Ансгорм доберемся, а там видно будет. - Коротко ответила Клара, таким тоном что Олаф понял, решение принято и обсуждению не подлежит.
- Понимаю, отговаривать не стану. Я бы предложил остаться у нас, но Безопасность рано или поздно и сюда доберется, а уж тогда ни вам ни нам с Ниной несдобровать. Однако, и спешить нет нужды, отдохните как следует дорога предстоит дальняя и ох какая непростая! - Петр встал из кресла, давая понять что  сегодня разговор закончен.
Их самая большая проблема не столько сам путь в Ансгорм, сколько плохая погода. Обыкновенно  в это время года моряки и контрабандисты без особой нужды в море не выходят, слишком рискованно.  При этом альтернативного пути в  Ансгорм нет, и ждать весны,  когда путь станет безопасным, невозможно. Весь следующий день, Петр и Клара провели склонившись над картами, жарко спорили до крика, Петр при этом активно жестикулировал размахивая огромными руками. Олаф смотрел на свою хрупкую, беременную жену и понимал что ни черта о ней не знает. Клара которая легко и естественно вписалась в столичное светское общество, будто дворянка, при этом не тяготиться черной крестьянской работы и простой жизни, и в Морском деле разбирается не хуже своего дяди. Кто она, агент разведки Ансгорма, сверхчеловек? "Клара моя любимая женщина, моя жена и будущая мать моих детей!" - Сам себе ответил Олаф, при этом на душе стало спокойно и тепло.
Решено было выходить в море ночью, Петр хоть и сокрушался по поводу обычаев и вообще здравого смысла, подчинился воле и аргументам Клары. Лодка уверено резала носом крутые волны, ее почти не раскачивало, как их предыдущее суденышко. Олаф полностью положился на мастерство своей жены, и укутавшись в теплый плед лежал отперевшись на корму, ему удалось даже поспать немного.
До рассвета ничего необычного не происходило, по заверениям Петра, морская часть пути займет часов шесть- семь. Половина этого времени истекла.  Клара  встревожена, оглядывается, постоянно по сторонам смотрит.
- Что случилось? - Перекрикивая шум мотора и ветра, Олаф обратился к жене.
Она неопределенно махнула рукой, отвечать не стала. Только когда Олаф приблизился, негромко ответила.
- За нами погоня. Слышишь? Два катера, как минимум. - Клара показала куда то в даль.
Олаф ничего не слышал, да и как можно что то услышать через такой шум.
- Если это Пограничники, мы уйдем - у нас двигатель мощнее. А если жандармы Имперской безопасности - плохи дела. - Резюмировала Клара.
Олаф и сам понимал безысходность их положения, в открытом море не спрячешься, не улизнешь во фьорд. Была надежда проскочить незамеченными, но не случилось.
- Хуже того, еще и погода портиться, будет шторм. - Клара каким то образом чувствовала погоду, очень редко ошибалась.
Действительно, белые "барашки" на волнах, ветер все более порывистый бросал их лодку как скорлупку. Волны сполна обдавали брызгами, когда нос лодки зарывался в них. Олаф натянул  брезент, ползая по дну лодки. Хоть какая то защита от волн.  Ужасные черные валы накатывали один за другим, казалось им нет конца. Как бы они не старались, волны в конце концов разобьют суденышко в щепки, еще и ледяной ветер швырял в лицо снежные заряды. Нет, им не следовало пускаться в путь, не зря Петр так неистово кричал и спорил, не хотел отпускать Клару.  Клара, напряженная как стальной трос под многотонным грузом, раз за разом отводила лодку от бушующих волн, нос лодки то погружался то взлетал над бурлящими валами. Конструкция лодки жалобно скрипела выдерживая непомерные нагрузки, но не ломалась. Сколько это продолжалось, Олаф не мог сказать, может вечность, может час. Однако все кончилось так же внезапно как и началось. Тучи рассеялись, ветер прекратился.  Клара закрепила штурвал, пустив лодку в дрейф и съежившись под брезентом около двигателя(самое теплое место в лодке), уснула. Вырубилась. Олаф, как мог стал наводить порядок в лодке, развесил насквозь мокрую одежду, вычерпал воду из лодки. Не без труда распалил судовую печурку, через пару часов, когда Клара проснулась, подал ей горячий кофе. Выяснилось, что шторм едва не погубивший их, снес лодку намного восточнее, теперь придется идти всю ночь что бы достичь берега там где изначально планировалось. Катера преследователей, к счастью, отстали  из за шторма.
- Нет, причалим к берегу прямо здесь. Это лучше чем еще один шторм или пограничники. - Клара направила лодку к берегу.
Глава 6
На берег выбрались без приключений. Убогая рыбацкая деревенька стала желанным приютом, хотя такой нищеты как здесь Олаф не видел ни где - ни в Империи, ни в Ансгорме. Полу голые дети рыбаков жались от холода к чадящему очагу, из еды только склизкая рыбная похлебка. Сами хозяева, муж и жена настолько истощенные, грязные и судя по всему - больные, что были похожи друг на друга как братья по несчастью. Однако, они  не отказали в убежище совершенно незнакомым людям. Сон! Олаф провалился в глубокий спасительный сон как в бездонную яму, сколько он проспал сам не понял. Клара, очевидно, проснулась раньше и хлопотала у очага, готовила что то вкусное, судя по запахам. В дело пошли припасы из их лодки. Солнце скрылось за бесконечной чредой волн, "нырнув" за горизонт. Плотно поужинав вместе с приютившей их семьей, Олаф и Клара проводили время за разговорами. Шум за пределами хижины привлек их внимание, Олаф инстинктивно метнулся к оружию. Дверь отворилась, на пороге стоял высокий молодой человек в форме капитана Разведки Ансгорма.
- Клара, дорогая! Не представляешь как я рад что нашел вас. Каликс. - Представился офицер.
- Олаф, все хорошо. Я и Каликс, мы знаем друг друга с детства, он мой друг. - Клара улыбнулась, обняла вошедшего.
Следующее утро они встретили  втроем, рыбаки всей семьей ушли на промысел когда солнце еще не встало.
- Я единственный кто понял что шторм непременно снесет вашу лодку и высадится получиться гораздо восточнее Шлицбурга, как и случилось. - Каликс постоянно улыбался и смотрел на Клару таким нежным взглядом, что Олафу стало противно.
Каликс и Клара еще долго ворковали вспоминая былое, общих знакомых. Однако выражение лица гостя изменилось, когда разговор зашел о Лидии и о делах.
- Я не хотел об этом говорить Клара, но так или иначе тебе будет известно. Месяц назад госпожу Первого Легата  Легиона Разведки арестовали, и обвинили в организации государственного переворота. - Повисла гнетущая пауза, Каликс опустил глаза как будто он был виноват в несчастьях постигших леди Первого Легата.
Лицо Клары приобрело мраморный цвет, мышцы максимально напряглись что было заметно даже в полумраке хижины.
- Но, вас это не коснется, я уверен. В Питии (столице Ансгорма) вас ждут с почестями..- Договорить Каликс не успел, мгновенный выпад рукой вооруженной стилетом оборвал фразу и жизнь капитана Разведки.
Клара вынула окровавленный стилет из шеи бедняги, затем освободила руку убитого из полы сюртука. Рука сжимала взведенный пистолет.
- Каликс был влюблен в меня с детства, но это не помешало бы ему убить нас, как того требовал долг. Его ошибка в том, что не убил нас сразу как обнаружил. На что он надеялся?! - Клара как будто разговаривала сама с собой.
Тело капитана полностью раздели, Клара смыла следы крови с его одежды. После чего труп протопили в море.
- Если Легата обвинили в измене, все его агенты автоматически под подозрением, руководители Разведки не станут рисковать, просто ликвидируют всех. Так уже было. Перевороты в Ансгорме случались и раньше. Нам еще сильно повезло, что ликвидатором оказался недотепа Каликс. - Объясняла Клара по ходу дела.
- Милый, одевай его одежду. Теперь ты Каликс Номин - капитан Легиона Разведки Ансгорма.
Форма очень удачно подошла Олафу, разве что ростом Каликс был повыше.
Тряская дорога утомляла, транспорт то завывал моторами на подъемах, то скрепил тормозами на спусках. Очень хотелось спать, но как тут уснешь. "По крайней мере, здесь мы относительно в безопасности." - Думал Олаф, поглаживая руку прикорнувшей на его плечо Клары. Она не спала.
- Лидия была для меня всем! Больше чем матерью и больше чем другом. Всегда хотела хоть чуточку походить на нее. Нет, я даже не мечтаю стать Легатом и уж тем более Консулом (высшая должность Ансгорма). - Клара беззвучно рыдала.
- Высокую цену платят за должности и привилегии. - Олаф как то невпопад ответил своей жене. Просто по тому, что надо было что то ответить.
- Да что ты знаешь?! Безмозглый солдафон ! Несколько лет в этой вашей хваленой Академии и пара месяцев в Разведке и ты возомнил себя. Ты даже нашего задания в Столице не знал! Прикрывать меня и никуда не лезть, вот и все что от тебя требовалось! Какого хрена тебе надо было? Если бы не ты, я тихо и незаметно траванула бы старого дегенерата Альфонсо, власть перешла бы его дочери. Ну нет, ты все испортил! - Клара рыдала в плечо Олафа как совершенно обыкновенная девчушка.
- Едим в Питию, надеюсь удастся обменять этот дурацкий накопитель на жизнь Лидии. Сразу скажу - шансов мало, прецедентов таких не было. Если уж этот накопитель так важен может и сработать.
Не доезжая несколько миль до провинциального городка, они с Кларой спешились. Продолжили путь переодевшись в лохмотья рыбаков, Клара "позаимствовала" одежду в хижине.  Неделю скитаний  и вот они в предместьях Питии. Столица Ансгорма решительно ничем не выделялась на фоне других депрессивных городков, разве что больше рынков и небольших лавочек. Остановились у какого то купца. Клара утром ушла, но соизволив объяснить Олафу куда и за чем. Разбудила Олафа среди ночи.
- Олаф собирайся мы уходим. - Непроглядный мрак пригорода, "чавкающая" под ногами жижа из талого снега и грязи, а еще ощущение опасности - настолько реальное что казалось, его можно потрогать.  Узкие кривые улочки среди трущоб привели их в хибару вяло украшенную красными лентами. Встретившие у входа женщины с уставшими и безразличными лицами, в "боевом раскраске" представителей древнейшей профессии не оставляли сомнений, куда они пришли.
- Здравствуй Клара, рад тебя видеть! - колоритный пожилой мужчина встретил их и провел по темным коридорам в глубь заведения. Прокуренная коморка, кресло, стол, стулья,  тахта. Очевидно, кабинет хозяина заведения. "Еще один друг детства" - Мысленно усмехнулся Олаф.
- Это мой муж, Олаф. - Клара сухо представила его хозяину заведения.
- Приятно познакомится , молодой человек! Я Леонид. - Старик подал для приветствия руку, однако сразу убрал ладонь, как будто опомнившись.
- Не угодно ли гостям выпить? Есть отличный Питийский джин. - Леонид сноровисто разлил напиток в три пузатых стаканчика.
- Я не буду,- Клара отодвинула от себя стакан.
- Как угодно. - Леонид хмыкнул, и посмотрел не Олафа с улыбкой.
- Леонид, я не люблю "реверансы" ты ведь знаешь. По этому сразу к делу. - Клара удобно уселась на стуле, как будто всю жизнь на нем сидела.
- Знаю Клара, девочка моя. - Леонид расслаблено закурил трубочку развалившись в кресле.
Клара правдиво и кратко пересказала историю их с Олафом злоключений, опуская при этом, имена некоторых участников и некоторые детали.
- Да. Я слышал конечно же кое что, сама знаешь - "мир слухами полниться" . И по роду деятельности кое какая информация от клиентов доходит. - Леонид взял длинную паузу, настолько длинную что это можно было счесть невежливым.
- Я сведу тебя с одним человечком, вхожим в окружение Консула. Как вы с ним договоритесь, это ваше дело. Пожалуй это все, что могу сделать для тебя. - Затянувшись сладковатым дымом старик пристально посмотрел в глаза Кларе (а может это только показалось Олафу, в полумраке коморки)
- Спасибо! - Клара улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой.
- Да что ты! Милая, я ведь твой должник, а Леня Карлито свои долги отдает! - Леонид встал из-за стола .
- Я велел подготовить твою комнату, клиентов сейчас совсем мало, думаю шуметь и мешать никто не будет.- Старик взял светильник и повел гостей мрачными коридорами. Как ни странно,  в "гнезде порока" Олаф спал как младенец, постоянный недосып и стресс последних недель сделали свое дело.
Ближе к полудню Клара пришла с подносом - сушеные фрукты, кус - кус на пару и даже рыба (Олаф давно преодолел брезгливость и ел пищу  Ансгорма) по местным меркам - роскошный обед.
- Сегодня вечером придет господин Смит. Это про него говорил Леонид. Так вот, я ему не доверяю. - Пока Олаф обедал, Клара давала   инструкции мужу.
- Подстрахуешь меня. В соседней комнате есть потайная дверь, подслушивай если что то пойдет не так ... в общем разберешься сам. - Клара присоединилась к трапезе. "Аппетит у нее сегодня отменный, надо сказать" - Отметил Олаф, с умилением.
- Клара, а что за долг перед тобой у  Леонида? - Олаф не смог сдержать любопытство, хотя в сущности, это не его дело.
- Да, было дело.. в самом начале карьеры в Разведке. Меня внедрили в банду, потом я оказалась здесь. - Клара рассеянным взглядом обвела комнату.
- Долго рассказывать. В итоге я спасла Карлито жизнь, сама не знаю почему..  - Клара явно не хотела вспоминать дела тех минувших дней.
Господин Смит совершенно не выглядел господином. Повадки мелкого клерка невозможно скрыть за дорогим камзолом из черного как сажа бархата и запонками с бриллиантами. "Камни стоят целое состояние!" - Мелькнула мысль у Олафа. Он стоял за тонкой дверью и прекрасно слышал весь разговор, а едва заметная щель позволяла видеть происходящее.
- У меня есть вещица, которая несомненно заинтересует Совет. - Бархатный "кошачий" тембр голоса Клары мог ввести в заблуждение собеседника, однако даже Олаф чувствовал Силу и Стальную волю в этом мягком "мурлыканье" жены.  Калара вынуждена была правдиво рассказать Смиту всю историю с накопителем. Клара сильно рисковала раскрыв карты, она не видела другого пути к спасению Лидии.
- О мой Бог,  милая девушка! Почему я?! - Смит театрально воздел руки и взгляд в потолок. - Я всего лишь секретарь . Мелкий писарь, протоколы, документы веду и все, я вообще ничего не решаю, девушка. Что же вы хотите от меня?
- Вы недооцениваете свои возможности господин Смит, либо вы лукавите. - Клара улыбнулась своими очаровательными глазками. - Просто передайте мои слова. Я думаю вы знаете кому . Я хочу лишь одного - спасти жизнь Лидии - Первому Легату Легиона Разведки.
- Милая моя, я сожалею, но вы опоздали. Леди Первого Легата повесили уже неделю как..- Взглянув в лицо Клары, Смит отвел глаза.
В одно мгновение она помертвела, лицо мраморного цвета, пульсирующая синяя жилка на шее. Олаф хотел уже ворваться в комнату, ему казалось что Клара тот час потеряет сознание . Жена в очередной раз поразила его. Из мягкой и уютной "кошечки" мгновенно превратилась в ледяную, равнодушную "статую" - Клара выдержала удар.
Пауза затянулась. Молчание нарушил господин Смит. Он как то расправил плечи, куда то дел суетливые повадки мелкого клерка.
- Знаете,  Клара Паркер, а ведь я представлял вас другой. Да. - Смит развалился в  удобном кресле достал и подкурил сигару, ароматный дымок заполнил комнату, Олафа удивили метаморфозы происходящие со Смитом.
- Откуда вы знаете мое имя? - тон Клары настолько холодный и безучастный, что  комната могла бы покрыться инеем.
- В сущности это не важно Клара. Важно другое, я вижу вашу искренность.. и преданность Лидии.  Увы, ей помочь уже нельзя - но Дело которому Лидия посвятила жизнь, нужно завершить. - Смит выпустил дымок и с прищуром хитро посмотрел на собеседницу.
- Леди Первый Легат как и я - служила народу Ансгорма. Это единственное дело ее жизни,  и Ансгорм ее убил. - Клара по женски всплеснула рукой, подавляя истерику, "комком" поднявшуюся в горле.
- Да, и народу Ансгорма и не только. Всему человечеству, Клара. Лидия, Воган, я и еще ряд людей по всей планете.. точнее, то что осталось от нашей планеты.  Разговор будет долгий, твоему мужу неудобно слушать под дверью, позови его пусть присядет . - Смит многозначительно посмотрел на дверь скрывающую Олафа.
Клара жестам пригласила Олафа войти.
- Вы помните когда началась война Между Южной Империей и Ансгормом? Сто двадцать семь лет назад. Уже через десять лет после Великой Войны. Да! А то что вам врут в ваших Академиях и Школах, можете не излагать.  В те годы климат на планете не изменился еще столь кардинально как сейчас, ресурсов для остатков человечества было еще достаточно, животные и некоторые растения вымерли гораздо позже, однако люди уже тогда воевали и страстно желали истребить себе подобных из враждебного лагеря. А знаете почему?! Потому что агрессия заложена в самою природу людей как биологического вида, мы убиваем потому что мы так устроены. Но, не все представители рода человеческого, столь глупы что бы единственной целью в жизни иметь уничтожение врагов, войну и собственную гибель в итоге. Сразу после возобновления боевых действий между социальными группами, которые позже назвали себя Империя и Ансгорм, некоторое количество инженеров, ученых, конструкторов  одним словом умников поняли одну простую вещь. Поскольку люди жаждут убивать и воевать, следует использовать их неистовое желание и манипулировать как одной так и другой воюющими сторонами. Так вот, эти умники объединились в корпорацию, которую вы знаете - правильно, как Ганзейский союз. Не сразу конечно, они свое влияние обрели. Не углубляясь в исторические подробности, подытожу - Ганзе не выгодно что бы в войне победила одна из сторон, им вообще не выгодно что бы война когда либо закончилась. Поддерживая ту и другую сторону, путем интриг, заговоров, давления и политических убийств ганзийцы сохраняют нынешний баланс сил, когда никто не может победить. И вся наша жизнь, и смерть тоже зависит в конечном итоге от Ганзы. Да! А вы и не знали?! "Какие - то купчики и ремесленники, да что они могут" - вот так думает абсолютное большинство населения, и Ганзе выгодно что бы так думали.. Я из далека начал, простите старого секретаря. Причем здесь вы - молодые люди а так же этот накопитель, и вообще откуда такой ажиотаж? Вам это ведь интересно? Дело в том что еще до Великой войны ученые смогли настолько углубится в законы Природы, в самую ее суть, что поняли как создать машину для путешествий в космическом пространстве, покорения других планет, да и много чего еще с помощью этой машины можно натворить, в том числе и в качестве абсолютного оружия использовать можно. Вам ведь Воган  что то говорил об этом. Так вот, есть версия что Великая Война началась из за того чтобы не допустить постройку этой Машины.  Я сам всю жизнь считал что это красивая легенда и не более, и если даже что то такое существовало, во время войны полностью было утрачено.. Но нет, чертежи, результаты исследований, технологии все сохранилось в единственном экземпляре. И что получается, у человечества есть шанс построить Квантовую машину и сбежать на другую планету, свое существование продлить таким образом. Что проще, казалось бы?! Нет, дорогие мои, не все просто. Любая из сторон: Империя, Ансгорм, и уж тем более Ганза используют Машину только в своих интересах, прежде всего как оружие! "Уничтожим всех врагов а уж потом прекрасное общество построим из тех людей, что остались" Лично я бы разрушил накопитель, что бы соблазна ни у кого не было. Нет. Конечно я не приму такого решения. Не мой уровень.
Смит закурил новую сигару, любуясь из своего глубокого кресла эффектом вызванным рассказом.
- И что же нам теперь с этим делать? - Олаф задал, пожалуй, глупейший вопрос в своей жизни. И ему немедленно стало стыдно от этого.
Клара продолжала смотреть пустым взглядом, видимо смерть Лидии занимала сейчас все ее сознание.
- Ждать указаний, что еще остается. От вас вообще мало что зависит. - Смит обвел комнату взглядом, после посмотрел Олафу прямо в глаза.
- Нет, нет - я конечно же не хочу принизить ваши личные качества, ваши заслуги достойны восхищения. Подвиг уже то, что вы добрались в Питию. - "Обычные приемы царедворца, настолько же лживые - насколько льстивые" Подумал Олаф, с призрением.
Сухо попрощавшись Смит ушел, оставив их с Кларой на попечение Карлито.
- Да, вам крупно повезло что леди Лидия не выдала вас на допросах. Уж вы то знаете как допрашивают в Легионе. И досье видимо успела подчистить, иначе вместо добряка Смита пришли бы Ликвидаторы. Вляпался старый Карлито в историю, по вашей милости. - Леонид еще долго ворчал, сопровождая  Олафа с женой кривыми замызганными улочками предместий.
Клара за все это время не произнесла ни звука, Олаф забеспокоился по поводу психики жены.
- Вы поймите меня правильно, зла я вам не желаю, наоборот. Я  ваш должник, помочь - это честь для меня! Но вы же знаете,  любую информацию долго не утаишь, "крысы" шастают везде  - кто то вас видел. А у загонщиков вам будет по крайней мере безопасно. Я вас заберу, как только все успокоиться.
Наконец маленькая процессия добралась к угрюмому двух этажному зданию, видимо, являющемуся целью путешествия.
- Вот и славно. Вот и пришли.- Совсем по стариковски обрадовался Карлито.
Наихудшие предчувствия Олафа оправдывались, Карлито притащил их не то в полицейский участок, не то в тюрьму. Шустро передал какие то бумаги плечистому привратнику, шепнул ему пару фраз и выскользнул за дверь. Чуя неладное, Олаф внутренне собрался, готовясь к драке.
- Так вы двое, должники господина Фернандоса не выплатили долг в 100 монет,  подтверждаете? - Здоровяк уткнулся в бумаги, самое время его вырубить и бежать.
Клара рукой остановила мужа, за секунду до сокрушающего челюсть удара.
- Да, подтверждаем и отдаем себя в руки правосудия. - Клара ответила  спокойным, холодным тоном. 
Она подала запястья рук вперед, на них тот час были одеты наручники. Ничего не понимающий Олаф  вынужден был последовать ее примеру.
Глава 7
Их обыскали, забрали практически все вещи, в том числе накопитель. Конвоир проводивший обыск не проявил ни малейшего интереса к непонятной вещице. Согласно документам, представленными Карлито их звали Анна и Алекс. Затем перевели в большую общую камеру в подвале здания. В нос ударил спертый вонючий воздух, но не это удивило Олафа,  мужчины и женщины содержались в камере вместе. Под ногами, во всех углах узники лежали подобно мешкам. В лохмотьях, съежившись в позе эмбриона, кого то из них сотрясал приступ кашля, это все что успел разглядеть Олаф, до того как тяжелая дверь затворилась и камера погрузилась в кромешную тьму.
Кто то потрогал его за руку, Олаф дернулся всем телом.
- Новенькие, да не бойтесь вы, я Зара постоянная обитательница этой темницы. - Хриплым шепотом произнесла незнакомка.
- Я Анна, а это мой муж Алекс, задолжали господину Фернандосу сто монет. - Клара взяла бремя разговора на себя, что бы Олаф по неопытности не сболтнул лишнего.
- Да всем плевать кому и сколько вы должны, первый раз у загонщиков? - Проскрипела Зара, Олафу даже показалось что она улыбается, хотя конечно ничего он не увидел в кромешной темноте.
- И мне плевать, просто здесь нет других развлечений кроме как поболтать, и голод не так грызет когда болтовней отвлекаешься. - Продолжила Зара.
- Давно вы здесь? - Клара задала "дежурный" вопрос. Вполне вероятно что Зара осведомитель местного начальства, в любом случае откровенничать с ней или с кем либо, глупо.
- Я уже и не помню, с голодухи память отшибло. - Зара то ли закашляла, то ли засмеялась над собственной шуткой.
- Что там нового в городе? Мятеж легатов подавили, или опять власть сменилась, может амнистию объявят.. -  Не унималась Зара.
- Подавили. - Лаконично ответила Клара, при этом Олаф готов поклясться, что почувствовал как  жена сглотнула "ком в горле".
- Ну значит амнистии не будет, будем гнить дальше.  У вас, молодых еще не все потеряно, если здоровья и сил хватит отработаете долг и вернетесь  в Питию, или еще куда по лучше. А старая Зара так и издохнет на этом засраном полу. - Старуха не унималась, казалось ее нисколько не интересует - слушают ее или нет.
- Кстати, думаю через день или два будет этап, должников за которых близкие не внесли плату, отправят на отработку. На север в рудники, или на юг на границу. Что бы хоть кто то вернулся живым с рудников я отродясь не слыхала, а живу достаточно давно. На юге не сладко то же, но по крайней мере рыбы покушаете.. - При этом старуха мечтательно замычала, представила что то вкусное.
- Куда бы вы не попали, таким холеным и не привыкшим к тяжелому труду, плохо будет. Служили поди? Или на легатов или на бандитов, ручки то какие нежные.. А ты милая еще и беременна, того и гляди пузо на нос полезет. - Последняя фраза выдернула Олафа из полудремы. "Мы никому в Ансгорме не говорили что Клара беременна, откуда старая карга знает?! "
- А вы думали что не заметно, что ли? - Зара тихо хохотала своим кашляющим смехом.
- Старая Зара все видит, все знает. - Довольная произведенным эффектом, прошептала старуха.
Зара еще что то долго и нудно говорила, в основном жаловалась на жизнь и проклинала всех на свете: власть, бандитов, сородичей... Олаф полностью погрузился в свои мысли, не заметил как усталость последних дней, постоянные стрессы и тревоги взяли свое и он провалился в тяжелый сон. Ему снилась Клара, резвящаяся и беззаботная, их маленькая дочка, почему то с лицом белокурой бестии   Мишель, дочери господина Труазье.
Скрежет, туго открываемой, тяжелой двери - вырвал его из сна.  Волна свежего холодного воздуха ворвалась в подземелье. Охранники  выгоняли из камеры заключенных в тускло освещенный коридор. Тех кто ослаб настолько,  что не в силах был подняться, оставили лежать на полу. Им с Кларой как и другим несчастным выдали глиняные тарелки с какой то странной вонючей студенистой субстанцией. Есть ЭТО,  решительно невозможно! Тогда как соседи поедали студень, грязными руками, громко чавкая. Гораздо позже Олаф узнал что им подали похлебку из переработанных насекомых, обычное блюдо в рационе простых жителей.  Во всяком случае, удалось немного размять ноги, умыться мутной водой . Охранники выволокли из камеры двоих умерших.
Олаф и Клара разместились по ближе к входной двери, от нее хоть какой то приток свежего воздуха, через щели.  Зара к счастью не одолевала их сегодня, переключилась на вновь прибывшего паренька.
"Сколько нам еще страдать здесь, скорее бы Карлито и Смит уладил дела и вытащили их из этого ужасного места. Кажется что и смерть не столь страшна, по сравнению с этим подземельем" Невеселые мысли лезли в голову Олафа, хотя всего около суток как они с Кларой в заточении.
- Как у вас дела, дорогая моя. - Знакомый скрипучий шепот вернул Олафа из оцепенения.
- Тебе обязательно надо кушать, за себя и за твоего малыша, не то мигом отощаешь. Уж я то знаю. Не отказывайся, похлебка и так  раз в сутки.. - Зара полностью переключилась на Клару.
- А знаете новость? Мне нашептали что прошлой ночью кто то застрелил старого прощелыгу, сутенера Карлито. Странно, кому он "дорогу перешел" -  Олаф слушал и не верил .
Их единственная связь с внешним миром рухнула, Карлито  обещал вытащить их с Кларой, и теперь он мертв. "Что делать?! Побег, пока есть силы и тело не ослабло от голода. Хорошо, удастся вырваться, а куда дальше. " Олаф чувствовал себя беспомощным как ребенок, впервые такое за много лет.
- Что то ты похолодел, милок. Ни как новость о покойнике Карлито тебя так встревожила? Работали на него, или родней приходился? Хотя, какой там к чертям,  родни у него не было никого. - Зара не хуже следователя вытягивала информацию, при этом даже не удосуживаясь выслушать ответы на свои вопросы.
-А, ну тогда все понятно, девочка работала у него, а ты подручным был, так? Влюбились, сделали ребенка, вот Карлито и решил вас наказать, что бы не повадно было. Подержать пару дней у загонщиков, да выкупить. И тут, он не вовремя  издох.  Да, плохи ваши дела ребятки. - Старуха ухмыльнулась куда то в свои одежды, после чего удалилась.
- Просто сидим и ждем, не делай резких движений! - Клара прошептала прямо в ухо Олафу. Она тонко чувствовала его состояние, готовность взорваться и сделать только хуже.
- И вот еще что, завтра мы оба будем жрать эту похлебку. И ты и я! Нам нужны силы... - Клара еще что то хотела сказать, но осеклась.
В их незавидном положении ждать, надеяться и не падать духом - единственно правильное решение.
Следующий день принес изменения, их перевели из общей камеры в привилегированную. Вторым приятным сюрпризом стала корзина полная вкусной еды. Покончив с кукурузными лепешками и копченой рыбой, Олаф нашел записку следующего содержания:
"Друзья, мы помним о вас - не отчаивайтесь! Как только представится возможность вытащим." Записка не была подписана, однако кроме Смита ее некому было написать. Клара и Олаф наконец то выспались, помылись и привели в порядок одежду, условия показались  райским.  Ранним утром раздался громкий и грубый стук в дверь, после чего дверь бесцеремонно отворилась. Конвоир сообщил парочке что она назначены на этап, с вещами перевел узников в общую камеру. Впрочем, не в ту - в которой они содержались раньше. Среди сгорбленных худых горемык, в руках у которых были узелки да котомки, Олаф заметил "старую знакомую". Зара!
- А! Голубки, рада видеть вас живыми. - Искренне обрадовалась встрече старуха.
Клара молча отдала Заре всю оставшуюся еду. Покончив со снедью, Зара одарила девушку взглядом источающим благодарность, придвинувшись ближе прошептала:
- Здаеться мне, кто то беспокоиться о вас. Этапируют нас в  Хлименгейм на побережье, Это "дыра" ужасная - болотная сырость вперемешку с Гнилой лихорадкой. Ну, вы то молодые, может и выживите, а вот я старая точно окочурюсь, хотя уж точно лучше чем рудники.  До Хлименгейма еще добраться надо.. - При этом старуха как то зло ухмыльнулась в свои тряпки, что навеяло Олафу нехорошие предчувствия.
Бесконечные две недели пути, в набитом узниками вагоне. Нужду справляли  в угол, похлебка из насекомых уже на третьи сутки показалась вкуснейшим и желанным блюдом. Олаф половину своей порции отдавал Кларе. Когда наконец достигли Хлименгейма Олаф исхудал и осунулся, Клара похудела то же. Старуха Зара не смотря на постоянные причитания о скорой своей смерти ни чуть не умерла и не изменилась внешне. Ее непрекращающаяся болтовня единственное развлечение в пути. К смраду и вонючим телам привыкли и не замечали, к постоянному голоду привыкнуть не возможно.
Узников выгрузили на ледяной перрон глубокой ночью. Ветер мгновенно выдул остатки тепла, крупная дрожь по телу. К баракам добирались пешком, хоть немного согрелись в движении. Олаф протолкнул Клару в середину бредущей толпы узников, тем самым как то защитив ее от ветра. Зары с ними не было, позже выяснилось, что старуху отправили назад в Питию. Так делают с агентами загонщиков, после того как они разрабатывали узников на этапе. "Какое счастье что хватило ума не разболтать ничего важного этой ведьме." - Олаф мысленно улыбнулся. В первый же день Клару и Олафа, вместе с остальными несчастными привлекли к работе, сортировать и обрабатывать рыбу - работа не сложная и не слишком тяжелая. Здешние надзиратели довольно хорошо обращались с подопечными. И, да - кормили сносно. Время тянулось, дни похожий один на другой сменяли друг друга.
Олаф ждал знака от Смита или от Вогана, он давно сделал выводы что оба чиновника связаны, не смотря на то что служат враждующим государствам. Сам факт что их до сих пор не схватили это доказывает, некая сила оберегает их с Кларой жизни, в собственных интересах конечно же. "Мерзко ощущать себя куклой в чьей то игре, еще хуже то что не понимаешь истинных причин происходящего." Олаф с тоской посмотрел на Клару, любимая спала тяжелым сном, они в последние  совсем мало разговаривали. Рядом с койкой Олафа на видном месте лежал в грязной тряпице Накопитель, ставший причиной их последних злоключений. Ни надзирателей, ни соседей по бараку эта бесполезная безделица не заинтересовала.
Очередной этап принес неожиданность.
Среди прочих арестантов он выделялся высоким ростом, атлетической фигурой, пышной шевелюрой вьющиеся, огненно рыжих волос. Громоподобный, "гомерический смех" предупреждал загодя о его появлении. Прочие доходяги, прибывшие этапом,  толпились вокруг рыжего исполина подобно свите короля. Гигант постоянно шутил, стебался над товарищами по несчастью. Внезапно всю эту веселую суету в раздевалке прервал скрипучий возглас:
- Кармаль, сукин ты сын! Неужто живой?! - Один из арестантов по кличке Гек, окликнул рыжего гиганта.
- Живее всех живых, уж тебя то точно переживу старая развалина! Здорова Гек.- Кармаль тепло приветствовал дружка.
- Живее, через две минуты вижу всех у столов, новенькие идите за бригадиром, покажет- расскажет что делать. - Охранник грубо прервал встречу старых приятелей.
В цеху, среди лязганья инструментов и транспортеров, пару раз Олаф услышал бас Кармаля. Решительно, ему симпатизировал этот здоровяк.  Вечером Олаф рассказал Кларе о необычном арестанте
- Не обольщайся, Кармаль бандит, вор и убийца - редкостный пройдоха! Я удивлена что его не повесили до сих пор, на это видимо есть причины. - Клара задумалась, произнеся это.
- Благородные и достойные люди в тюрьме вообще редкость. - парировал Олаф.
- Ты совершенно ничего не знаешь! Мир не делиться на благородных, белых и пушистых людей и на негодяев, как этот твой Кармаль. Я кажется понимаю почему его отправили сюда, а не на виселицу. - Едва заметная улыбка пробежала по измученному лицу Клары.
- Смерть всегда бесплатна - а за жизнь человек платит.  Я думаю Кармаль сотрудничал в Разведкой, возможно работал на кого то из Легатов на прямую. А здесь его прячут и от преступного мира и от власть держащих. - Очень тихо, почти шепотом, рассуждала Клара.
В первый же рабочий день по прибытии этапа, случился вот какой инцидент. В обеденный перерыв Гек с кучкой своих дружков подсели за стол Кармаля. Так случилось что Олаф находился неподалеку.
- Ты ведь под Болгуром ходил Кармаль?   А Болгуга, Легаты кончили! И всю братву вместе с ним. Как так получилось?! Один ты жив и не на рудниках гниешь, а в приличном месте чалишься. Непонятки Кармаль! - Гек говорил не громко, но достаточно что бы Олаф понял.
- Предъявляешь?! Сявка мерзотная! Такие как ты сапоги мне лижут.. спрашивать с меня удумал. - Кармаль демонстративно не отвлекался от клейкой рыбной похлебки, продолжил есть,  всем своим видом игнорируя опасность.
- Ответишь! Продал пахана и братков, и за "бычку" ответишь гад... - Не дав Геку закончить фразу, Кармаль впечатал голову собеседника с тарелку, легким движением выскочил из за стола одновременно увлекая за руку одного из подручных Гека.
Олаф боковым зрением заметил справа от Кармаля блеск стали, тренированным движением парировал удар, в ту же секунду раздался противный хруст ломаемых костей руки. Клинок выпал, бандит отчаянно скулил. Охранники с дубинами на перевес ломились через толпу арестантов раздавая удары на право и на лево. Подручные уволокли отключенного Гека и бедолагу с болтавшейся окровавленной рукой.
Олаф в кабинете коменданта сидел на мягком стуле и рассматривал стены - богато, но безвкусно украшенные дорогими тканями. Тяжелая зеленая парча не сочеталась с низкими потолками и бежевой лепниной, делая интерьер аляпистым и мрачным.
- Вас не удивляет Халим, (Фамилия Олафа по документам предоставленным Карлито) что вы и ваша мм... пассия не в карцере как прочие смутьяны? - Комендант облачен в мундир примпила. "Наверное он целую вечность примпил, и вряд ли получит повышение" С мысленной усмешкой отметил Олаф.
- Так вот, я не буду скрывать, ваше поведение во время драки вызывает у меня некоторое уважение. Мне не нужны убийства! Но, так же - мне не нужна война между заключенными. - Комендант взял долгую паузу, давая возможность собеседнику осмыслить сказанное.
- Вы славный малый, Халим - предлагаю сотрудничать. - Посматривая из под бровей на Олафа хитрым и проницательным взглядом, комендант изучал реакцию Олафа.
- Нет, нет - не в качестве информатора, поверьте таких достаточно много. Мне нужен агент влияния. Вы, после случившегося заслужено получили уважение и авторитет среди людей. Ваше слово теперь  что то да значит.  - Комендант не удосужился дождаться какого либо ответа от Олафа - расценил его молчание как согласие сотрудничать. 
Вернувшись в барак Олаф рассказал обо всем Кларе.
- Ты все правильно сделал, дорогой. Думаю мы сможем использовать это сотрудничество в своих интересах. - Клара была не в настроении для долгой беседы, в последнее время она плохо чувствовала себя, выглядела постоянно утомленной и подавленной.
Ровно через неделю в барак заявился Кармаль, изрядно похудевший, при этом в прекрасном расположении духа. Как будто и не было ничего. Гек и товарищи так и не появились больше. Арестанты шептали что всю шайку Гека перевели, но куда именно никто не знает.
- Спасибо Алекс, в долгу не останусь! - Негромко поблагодарил Кармаль, по дороге в разделочный цех, и  лукаво подмигнув Олафу.
Некоторое время спустя, Олафа вызвал комендант, где с пафосом сообщил о назначении его бригадиром. Теперь в обязанности Олафа входили руководство работниками, и главное - выполнение нормы переработки продукции. С приходом последней группы заключенных, работа в цеху "расклеилась",  новенькие всячески уклонялись.., только делали вид что работают. Кармаль вообще редко подходил к разделочному столу, сославшись то на болезнь, то еще на какие то "весомые" по его мнению причины. Обычный арестант давно бы гнил в ледяном карцере, Кармаль же умудрялся избегать наказания, все так же шутил и кривлялся. "Зря я его спас!" - С досадой думал Олаф, при виде усатой, рыжей физиономии Кармаля.  Важный момент, который склонил Олафа принять бригадирство - Кларе позволено было не выходить на работу в цех, в ее обязанности теперь входили поддержание порядка в бараке и помощь на кухне. 
- Господин примпил, прошу ознакомьтесь. Мои предложения . - Олаф протянул бумаги коменданту.
- О мой Бог, Халим! - Комендант скорчил "кислую рожу" всем своим видом источая пренебрежение и высокомерие, принял бумаги и не взглянув в текст, положил в стол.
- Думаете вы первый?!   Получив самое говенное место, лишь чуточку выше всеобщего дерьма возомнили себя великим стратегом и воспитателем! Очнитесь Халим! Ваша задача нагнать страха, заставить эту шаль работать, и все. Никакие увещевания, или что вы там напридумывали не сработают. Только страх! Насилье и страх насилья, по другому с ними нельзя. - Комендант нервно заморгал, отвел взгляд в сторону.
- Поверьте мне,  я уже много лет в этой шкуре. Сколотите вокруг себя группу крепких арестантов, и  закошмарьте  всех остальных. - Комендант сделал вялый жест рукой, указывая Олафу удалиться.
- Позвольте, господин примпил! - Олаф слегка загрубил тон обращения, что было конечно неслыханной дерзостью.
- Я считаю что работникам необходимо предоставлять дни отдыха, и хоть как то разнообразить их жизнь. Что бы у людей была хоть какая то надежда на лучшую жизнь, если они будут понимать ради чего работают, будут и норму выполнять и сверх того.
- Молчать! Халим, вы в своем уме?! Какой к дьяволу отдых? Этот сброд работая каждый день норму выполнить не в состоянии, а вы предлагаете им прохлаждаться?  Дни отдыха предоставить! Единственная цель у сброда - отработать долг перед обществом и вернутся к нормальной жизни. Все! Других мотиваций здесь не бывает. - Комендант покраснел лицом, его руки дрожали.
- Вы прекрасно понимаете, даже малый долг можно годами а то и десятилетиями отрабатывать. И люди это понимают, и не видят смысла в своей жизни. - Осмелился возразить Олаф.
- Уйдите Халим, пока я вас в "холодную" не отправил за дерзость, вместе с вашей женушкой. - Олаф понимал что это не пустая угроза и "перегнуть палку" опасно.
Ближе к концу рабочей смены, Олафа вызвали к коменданту.
- Вот что, Халим, я все таки прочел ваши записи. - Комендант был в лучшем настроении, чем накануне.
- Что то есть в ваших предложениях. Но скажу сразу, норму выработки никто снизить не даст. Если ваши люди, смогут выполнить всю   работу, скажем за шесть дней,  седьмой день пусть отдыхают - так и быть. Но, вы отвечаете лично за все. - Комендант приподнял голову, самодовольная усмешка не покидала лица.
- Благодарю вас, господин примпил. - Олаф поклонился и поспешил покинуть кабинет.
Бригада с воодушевлением приняла послабление, хоть и пришлось интенсивнее работать в течении шести дней. В выходной день люди выспались, вечером шутили играли в кости. Кармаль с раздражением  поглядывал на эту  "счастливую кучку", но ни как не проявлял своего неудовольствия.
Как то раз Олаф заметил у Клары сушеные фрукты и кажется тростниковый сахар.
- Кармаль подарил.  - Просто объяснила жена. Она с видимым удовольствием лакомилась, нисколько не смущаясь возможного подвоха.
Клара заметно изменилась в последнее время, как то округлилась, живот немного округлился, словом похорошела. И самое главное исчезло ощущение вечной тоски и печали в ее глазах, вот и сейчас она совершенно по-детски улыбалась. Олаф слушал ее болтовню, о том как прошел день, о том что хорошего она сегодня сделала.   
"Надо поговорить с Кармалем, не нравиться мне его неожиданная доброта" Благо, идти было не далеко.
- О! Господин Бригадир, вам не следует беспокоиться! Я совершенно не рассчитываю на благосклонность вашей женушки. Исключительно забота о ее здоровье, в ее положении не лишнее. - Кармаль витиевато выражался и постоянно улыбался сквозь рыжую растительность на рыжем, веснушчатом лице.
- Бывало конечно и так, что дамы сами интерес проявляют, но ваша то жена и не посмотрела в сторону бродяги Кармаля. - С издевкой закончил рыжий великан. 
Зависла неловкая пауза. Олаф не стал включать ревнивого мужа.
- Надо поговорить Алекс. - Кармаль резко сменил тон, отвел Олафа в угол.
- Скажу прямо, вы с Анной в опасности, как и я. То, что внешне все выглядит безмятежно, обман. Ты успел нажить врагов за эти месяцы здесь.. а я по жизни среди врагов. Много кому не нравится что ты задумал, эти выходные для работяг. Глядя на тебя и твою бригаду многие захотят улучшений условий и все такое. Не понимаю как этот дурак, наш комендант, позволил тебе такое. - Глаза Кармаля бегали, по видимому он был реально напуган.
- Бежать! Бежать  втроем. Ближе к весне из арестантов сформируют рабочую команду на обустройство летнего промысла и переработки. Это на островах, совсем недалеко от границы, охрана там конечно серьезная, но шанс есть. - Кармаль шептал прямо в ухо Олафу, горячо и сбивчиво. 
- Ты думаешь Кармаль человек Смитта? Я сомневаюсь, слишком ненадежная фигура,          этот проныра действует только из своих шкурных интересов. - Рассуждал Олаф. Клара не ответила. Выслушала информацию, полностью погруженная в себя, невидящим взглядом уставившись в стену.
Все случилось как и предполагал Кармаль, комендант предпочел избавиться от опасного смутьяна-бригадира.
Баржа мощным носом раздвигала редкие теперь льдины, медленно и неуклонно шла с грузом и пассажирами к неизвестным для Олафа землям. За прошедшие месяцы Олаф и Клара успели привыкнуть к незатейливой жизни в колонии, при этом как ни странно, спокойной и относительно сытой . Олафа беспокоила беременность жены, живот уже сильно выпирал. По хорошему ей нужен покой и уход, а не приключения в неизвестности.  Никаких известий от Смитта или кого бы то ни было так и не поступило, это молчание напрягало и  тревожило Олафа. Возможно их с Кларой миссия не столь важна для "сильных мира сего" и о них попросту забыли, или хуже того Смитт разоблачен или погиб. В любом случае рассчитывать приходиться только на самого себя.
Кармаль в свойственной ему манере, раздобыл где то самогон (или умудрился пронести через досмотр из колонии), паяный и всем довольный кривлялся в трюме. Клара плохо себя чувствовала, но не показывала вида, даже улыбалась вымученно -  когда Кармаль пританцовывал в такт с качающейся на волнах палубой, в обнимку с такими же пьяными и оборванными девушками.
- Йохохо.. Ик! И бутылка.. - Силился петь рыжий гигант.
"Хорошо ему, ни о чем не думает, ничего не биться, никому не обязан.." - Думал Олаф с некоторой завистью глядя на Кармаля. Жалел ли он, что вместо светских балов в Столице - качается на пропахшей рыбой палубе, в обществе пьяной черни?! Нет, не жалеет. Во всяком случае в этом обществе больше Правды. Да и что проку сожалеть о том что в прошлом..
На вторые сутки пути баржа причалила к такому же промороженному пирсу, как будто и не уходила никуда. Однако остров заметно отличался от их прежнего места содержания. Олафа удивило отсутствие охранников, колючей проволоки, вышек. Только одинокий подрядчик встречал этап.
- Вы не боитесь что мы попросту разбежимся? - С издевкой обронил Олаф, сходя на берег.
- А куда бежать, уважаемый?! Это остров, ледяные воды вокруг. И даже если чудом удастся уплыть то попадете прямехонько в руки людоедов Империи, граница совсем рядом. Или вы не знаете что в Империи едят людей? - Подрядчик отвечал нисколько не иронизируя, в его словах чувствовалась уверенность и здравый смысл.
Олаф съежился от этих слов, ему ли не знать о нравах Империи? Впервые стало стыдно за свою прошлую жизнь.
- Угоним рыбацкий дрифтер, я видел у причала несколько стоит.. - Кармаль смрадно дыша перегаром,  нашептывал  в ухо полную чушь. 
Олаф скривился от глупостей и вони исходящих от Кармаля. "Ага, так просто угнать корабль!"  Клара так же но разделяла прямодушного оптимизма рыжего попутчика. 
Разместились в сером, сыром и холодном бараке. Условия гораздо хуже чем прежде. Олаф начал жалеть что пустился в эту авантюру.
Клару удалось разместить у очага, самое теплое и уютное место в бараке. Рядом постоянно крутился молоденький светловолосый парнишка с "крестьянскими" чертами лица. Взгляд этого чудака выражал восхищение и даже подобострастье.
- Господин Консул, если позволите я буду служить вам и госпоже Кларисии! Ваш слуга рассказал что вы скрываетесь после мятежа Легатов... - Юноша с преданностью держал Олафа за руку, фанатично смотрел в глаза.
- Какой к черту Консул, не требуется мне никакой помощи! И службы.. - Олаф и так раздраженный и взвинченный.. еще этот придурок!
На заднем плане в отблесках  пламени очага, Кармаль едва не лопнул от сдерживаемого хохота.   
- Я все понимаю господин Консул, я сохраню вашу тайну. - Парень так и не понял сути происходящего, не отпускал руку Олафа.
- Пошел ВОН дурак! - Олаф окончательно потеряв терпение, оттолкнул простоватого паренька.
Кармаль, теперь совершенно не сдерживаясь, ржал как конь, раскаты его хохота отражались эхом от каменных стен барака. Прочие обитатели  стали подтягиваться и проявлять интерес к происходящему. Белобрысый паренек как то сразу сник и попытался ретироваться.
Кармаль поймал Белобрысого   за руку, и продолжал кривляться.
- Ваше августейшество господин Консул! - Рыжий клоун жеманно поклонился максимально низко, его густая шевелюра коснулась пола.
- Кланяйся господину Консулу. - Кармаль понуждал незадачливого Белобрысого.
Смеялись все, даже Клара (в последнее время улыбалась очень редко). Кто то из окружающих, подыгрывая Кармалю, карикатурно кланялся.  Вечер перестал быть томным, Белобрысый единственный кому не было смешно, ушел в дальний промерзший угол барака.  Олафу стало жалко паренька, однако сейчас его лучше не беспокоить.
Осмотревшись на острове, Олаф выяснил что кроме арестантов промыслом и переработкой рыбы занимаются и вольные люди, в конец обедневший семьи от голода и "безнадеги" вербовались на промысел. "Сложно представить насколько плохо жили эти люди, раз в этой "дыре" для них лучшие условия" - Мрачно размышлял Олаф. Охраны действительно почти не было, администрация занималась в основном приемкой рыбы и другими хозяйственными вопросами. "Ну да, мы здесь не задержимся, надеюсь" Олаф думал о  возможности побега.
- Халим, друг! Надо поговорить. - Кармаль, грязной пятерней поправил рыжую бороду и увлек Олафа в сторону.
- Мне "пташки нашептали"  - зарежут меня спящим, или еще как ...исподтишка. Видимо хорошие деньги предложили враги, раз меня и здесь достали. Бежать надо. - Кармаль глубоко задумался, Олаф вообще редко видел его серьезным, а теперь лицо рыжего гиганта, выражало одновременно тревогу, страх и безысходность.
- Я все продумал, дружище! Дрифтеры что у причала охраняются скверно, не более одного стража на корабль. Ну ты сам понимаешь, отвлечь и убрать охрану не проблема, другое дело примасы, топливо и навигация. Я ни черта не понимаю в плавании, но твоя жена ... Клара, она ведь управляет судном?! - Кармаль заискивающе посмотрел в глаза.
"Какого дьявола? Откуда он это знает" - Волна гнева накрыла Олафа, но он сумел сдержаться.
- Ты со мной друг?! - Кармаль как будто и не спрашивал а утверждал.
- Посмотрим - невнятно ответил Олаф, его больше всего интересовала осведомленность Кармаля, и что еще он о них с Кларой знает.
- Знаешь, Халим, а мне "пташки" еще одну новость на "хвосте принесли". - Рыжий театрально держал паузу.
- И что же? - Олаф начал раздражаться.
- На остров едут какие то странные проверяющие, поговаривают что из  Легиона [Разведки]. - Крмаль внимательно смотрел на Олафа, изучая его реакцию.
- Странно, к чему бы это? Уж явно не по мою душу, Разведка  Ансгорма за такими как я не охотиться. В общем подумай конечно дружище Халим, но не затягивай. - Кармаль издевательски улыбался произнеся последнюю фразу.
Вечером, в разговоре с Кларой она подтвердила - до нее также дошли слухи о офицерах Легиона.
Ситуация разрешилась самым неожиданным образом, на следующий день. Утром до развода на работы Олафа подозвал Управляющий промыслом, господин Луций. Тот самый "подрядчик" что встретил их по прибытии на остров.
- Буду краток Халим, я устроил ваш побег с острова. Очень влиятельные и богатые люди, которым я безмерно доверяю, заплатили мне столько, что я и моя семья до конца жизни будут богаты и в безопасности. Корабль, второй у причала полностью снаряжен, топливо, еда навигационные карты, словом все что нужно есть. Ваша супруга, как мне стало известно - отличный шкипер. Словом, вы никого не таясь грузитесь и отплываете, охрану я снял. - Луций покрытый испаренной лоб белоснежным, надушенным платком.
- А я уберусь к чертям, другим транспортом, пока эти "собаки"  из Легиона сюда не приперлись. Да, вот еще что! Этого клоуна заберете с собой, как его там .. Корлицо. Ну вы поняли. - Луций силился улыбнутся на последок, однако получилась вымученная гримаса.
Из порта суденышко вышло вполне себе спокойно, никто из обывателей и администрации не проявил сколько - нибуть видимого интереса. У штурвала стоял Олаф, Клара сверялась с картой и задавала курс. Когда корабль вышел в открытое море внутренне напряжение наконец ослабло, Олаф почувствовал пьянящее чувство свободы. Клара улыбалась, подставив лицо ветру и соленым брызгам, давно Олаф не видел ее такой счастливой.
В трюме возился Кармаль, неожиданно из трюма вслед за рыжим гигантом выскочил как "чертик из табакерки" Белобрысый. После того случая, Белобрысый как ни странно, не перестал общаться с Кармалем, постоянно крутился возле него. Но забрать этого чудика с собой в побег, это уже слишком..
- Кармаль, бестия! Какого черта? Нахрена ты его взял?! - У Олафа слов не было от дерзости их попутчика.
- Пойми меня правильно , я не мог его не взять с нами, он слишком много знал.. да и нам не помешают крепкие молодые руки, к тому же Белобрысый из семьи рыбаков, в море как дома. - Кармаль что еще лепетал и улыбался.
"Что сделано, то сделано. Не за борт же его выкидывать" Больше всего Олафа разозлило то, что Кармаль не соизволил предупредить их с Кларой.
Глава 8
Олаф выполнял обязанности рулевого, иногда его подменял Белобрысый. Приходилось маневрировать между льдинами. Клара прокладывала и корректировала курс. Среди припасов найденных в трюме была записка от Смитта,  во всяком случае написана тем же почерком что и предыдущая, опуская милые увещевания и слова поддержки - в ней были  даны координаты где их встретят и дадут инструкции. Но не это по настоящему обрадовало Олафа, равно как и остальных беглецов. По настоящему вкусная южная ЕДА! Засахаренные фрукты были божественны! Оливковое масло, свежевыпеченный хлеб! (Кармаль испек хлеб, как оказалось, он отличный кулинар) . Клара поглощала еду, но замечая крошек на лице, с абсолютно счастливым видом. И, никакой надоевшей рыбы, никаких моллюсков и креветок! "Боже мой, как мало человеку надо для счастья." подумал Олаф. Кармаль смаковал изысканное вино, всем своим видом демонстрируя знатока. Белобрысый проявлял настороженность к незнакомым яствам. Фрукты пробовал маленьким кусочками, тщательно разжевывая и прислушиваясь к вкусу. Кармаля это потешало, он попытался напоить паренька - однако Белобрысый выпил ровно пять рюмок.
На следующий день из густого тумана показался берег. Земли Империи. Олаф почувствовал что у него потеплело на душе. Что бы там не случилось Империя была его домом, местом где им с Кларой было хорошо.
Высадились на берег на шлюпке, Кармаль и Олаф на веслах, Клара в корме у руля. Белобрысый остался на корабле. Мужчины уже собирались вернутся за Белобрысым, когда заметили быстро приближающуюся черную точку у горизонта, через несколько минут стало ясно, что между прибрежных льдин ловко лавирует быстроходный военный катер. Опознавательные флаги Легиона Разведки Ансгорма, развеяли сомнения. "Нагло! Под вражеским флагами в водах Империи. Не боятся Имперских пограничников." -удивился Олаф.  Все прошлые встречи с агентами Разведки для них с Кларой едва не закончились гибелью, эти бравый парни раздумывать не станут.
Их дрифтер стал разворачиваться на обратный курс. "Вот же, сукин сын!" Олаф понимал Белобрысого, решившего не дожидаясь черных флагов Легиона под своим носом - сбежать, бросив их. Катер Легиона сбросил скорость. "Будут брать на абордаж, если бы хотели уничтожить - потопили бы суденышко сразу". В какой то момент дрифтер взревел моторами так что их звук пробивался через грохот прибоя. Неуклюжая "посудина" больше похожая на бочку, чем на корабль, зарываясь носом в волны рванула навстречу  хищному длинному катеру. Происходящее было плохо видно с берега, прибой подбрасывал  снопы брызг и пену, перекрывая обзор. Насколько понял Олаф, Белобрысому удалось притереть катер к льдине. Олаф услышал скрежетание разрываемого борта и лязг лопающегося металла, хотя возможно только показалось.  Дрифтеру тоже досталось, в течении часа оба корабля затонули. "Он спас нас!" Осознание, что почти незнакомый паренек, простоватый и совершенно искренний в своих чувствах вот так.. пожертвовал своей жизнью ради них, пришло не сразу.     Белобрысый не был офицером Имперских сил, не был дворянином, был простым сыном рыбака. При этом оказалось что  благородства в его душе больше чем у некоторых дворян и офицеров.
- Помянем Белобрысого! Его, кстати звали Никол. - Кармаль поднял стакан вина и осушил его залпом.
- Покойся с миром Никол.- Олаф хотел произнести пафосную речь, в последний момент понял что это лишнее.
Клара молчала, отворачивала лицо, по щекам ее катились слезы. Утром следующего дня Олаф осмотрел прибрежные скалы. Выживших в кораблекрушении не нашел. "Если кто то и пытался спастись, шторм и ледяная вода не дали шанса." Последняя, самая призрачная надежда погасла.
Через пару часов в хижину где Олаф, Клара и Кармаль нашли пристанище, пришли контрабандисты.
- Уходить надо, господа - хорошие. Шторм кончится, здесь пограничников будет больше чем чаек на мысу. - Без церемоний сообщил хмурый тип, видимо предводитель ватаги.
Их приняли довольно тепло, видимо Смитт (или кто то еще), хорошо заплатил.
Олаф, Клара одетые в дворянские одежды по последней моде, причесанные и ухоженные стояли на перроне, до отправления поезда оставались минуты.
- Не уговаривайте, друзья мои! Это моя жизнь, другим я не стану. Что проку притворятся благородным, если в душе я разбойник. Вы еще услышите обо мне! - Кармаль в морском бушлате, в широкополой шляпе выглядел по мнению Олафа, нелепо и смешно. Потрясал в воздухе кулаком.
- Прощай друг!- Коротко попрощался Олаф. За время скитаний он стал для них с Кларой другом.
Клара обняла верзилу, уткнувшись хорошеньким носиком ему в плечо. Поцеловала в заросшую рыжей щетиной щеку.
Вагон мерно покачивался на рельсах, лакей учтиво разносил напитки и угощения пассажирам первого класса, постоянно интересовался: "Не угодно ли чего нибуть, господам?". Поезд нес их с Кларой теперь с севера на юг, очень хотелось верить что самое плохое позади а вся дальнейшая жизнь будет легкой и приятной. И беспокоиться ему  придется только о здоровье жены и малыша. Олаф отмахнулся от этих мыслей как от минутной слабости.
Пассажиры развлекали себя как могли - играли в карты, вели светские беседы (достаточно громко, что бы это можно было счесть неприличным). В соседнем купе дорого разодетый лысеющий джентльмен что-то энергично рассказывал компании двух милых дам и молодого человека.
-.. когда он оттуда вышел, представляете?! Бледный как снег. - Лысый залился мелким противных хохотом.
Любопытство взяло верх над осторожностью, Олаф невольно стал прислушиваться.
- И что же вы с ней сделали, господин Альберто? - Поинтересовалась совсем юная дама, кротким, ангельским голосом. 
- Ну, забили конечно! Что тут поделаешь, сто монет убытка. О! Милая Матильда. Видели бы вы ее глаза, она смотрела с ненавистью! Никогда бы не подумал, что эти животные могут так осмысленно смотреть. - Альберто вытер вспотевший лоб накрахмаленным кружевным платком.
- Ей богу потеха была! Мы с моей женушкой, всегда смеемся от души, как вспомним. - Альберто повернул раскрасневшееся лицо и наконец заметил Олафа.
- А вы молодой человек, очевидно с Севера, или в столичном регионе живете? - Альберто довольно бесцеремонно обратился к Олафу.
- Разрешите представиться. Александр Густас, капитан в отставке, а это моя жена Эмилия! Следуем в Бричмонд. - Олаф скороговоркой выпалил заученную легенду. " О господи! Как же фальшиво звучит!" - Собственное косноязычье раздосадовало Олафа.
Альберто, видимо, потерял интерес к отставному капитану с женой. Чего не скажешь о дамах, они с интересом рассматривали бравого военного, ничуть не смущаясь присутствия беременной жены.
- Господин Альберто рассказал нам, как на его ранчо забирали детенышей у пищевых, это так забавно. А вы сами видели пищевых? - С детской непосредственностью спросила юная леди, та что с ангельским голосом.
- Да, доводилось видеть. - Не солгал Олаф и посмотрел на Клару.
- А я вот никогда в жизни не видела, наверное они забавные. - Девушка лучезарно улыбнулась, источая максимальное обаяние.
Олафу вдруг стало противно, невыносимо мерзко от всего этого. Он представил как забирают за долги детей в крестьянских семьях. Как их растят в хлеве, запрещая даже разговаривать. А ведь это  ЛЮДИ! Такие же как и все прочие, как эти модно одетые леди и джентльмены, праздно и весело живущие.  Юная леди заметила изменения в собеседнике. И она словно закрылась перед ним, сложив руки на груди отстранилась в сторону. "Как то не задалась беседа" - Зло подумал Олаф. Однако, его это не расстроило.
- .. не обращайте внимания, дорогая Матильда, эти Северяне.. Они все как не от мира. - Услышал Олаф реплику Альберто, уже когда возвращался в свое купе.
Больше ничего достойного внимание за двое суток не случилось. Они с Кларой предавались отдыху, и трапезе.  В Бричмонде Олаф выбрал хороший но не шикарный отель, хотя денег было достаточно. Справедливо полагая, что в их положение излишнее внимание к себе, вредно. Инструкции, полученные от Смита, предписывали им с Кларой ждать вестей в Бричмонде.
Вынужденное безделье, притом щедро оплаченное, не особо огорчало Олафа. Клару наконец то осмотрели лекари, чему она по началу сопротивлялась, однако сдалась. К счастью беременность протекает нормально, что несказанно обрадовало Олафа, учитывая их неспокойную и полную испытаний жизнь все эти месяцы. В мыслях, Олаф надеялся прожить в этом гостеприимном спокойном городке как минимум до осени, пока их малыш не родиться и не окрепнет.
Постепенно Клара "оттаивала" душой, улыбка все чаще играла на ее красивом лице. Днем она предпочитала посещать магазины, парикмахерские, дамские салоны. Обзавелась легкими знакомствами, с местными дамочками. Можно сказать - вливалась в светскую жизнь, если  понятие "светская жизнь" можно отнести к провинциальному Бричмонду. Олаф восхищался женой, он понимал что публичность на показ гораздо лучше для дела, чем затворничество и нелюдимость. В маленьком городском обществе слухи и сплетни являются основным развлечением, и не только для дам. Лучше самим поддерживать и укреплять свою легенду, чем молчанием  давать повод для подозрений и кривотолков. К концу недели Клара успела накупить кучу белья для новорожденного, ванночку для купания и что то еще жутко важное, и необходимое для будущего малыша, Олаф сильно не вникал в это.  Клара объявила что их пригласила отужинать в салон мадам Коко. И, вялые возражения Олафа, о том что в ее положении салоны, танцы и прочие рауты нежелательны и противопоказаны были решительно отвергнуты. Зная характер жены, Олаф настаивать не стал. "А проживание в Столице (Империи) не прошло даром.. создана чтобы блистать! В любом положении!" улыбнулся в душе Олаф." Лакей принес из прачечной капитанский мундир, пуговицы и бляхи начищены до блеска,  эполеты золотого шитья, сияют. Олаф невольно вспомнил свою прошлую службу в Столице. "Разжаловали до капитана.." Мощный удар в голову погасил  сознание.
- Эй, очухался? - Чей то голос вывел из небытия, зрение не до конца  еще восстановилось, сильно болел затылок, руки и связаны и затекли. Плеснули в лицо водой, Олаф наконец смог разглядеть человека перед собой.
- Майор Паркер! Вонючий ублюдок, дезертир, изменник .. шпион диких. - Оскорбления не трогали Олафа, он судорожно обдумывал положение. "Что с Кларой?!" Эта мысль свербела в мозгу. "Взять себя в руки, истерики только не хватало".
- Ну что Паркер, голова не болит? - Мужик откровенно и с удовольствием издевался. Он положил ноги на стол, расслабленное тело "утопало" в кресле. Зрение наконец сфокусировалось, Олаф рассмотрел собеседника. Дешевое походное платье, грязная но добротная обувь, и наглый самодовольный взгляд, на худом заостренном лице. "Наверное из нижних чинов, лоска дворянского нет. Такие как этот пробиваются всю жизнь с самого низа, и жутко завидуют джентльменам." Ведро воды в лицо прервало размышления.
- И как такому дебилу как ты, Паркер удавалось столько времени вертеть на бую всю  Имперскую Безопасность вместе с Папой? - Зло усмехнулся Корнет (так его мысленно прозвал Олаф)
- Я отследил твои прохвостни с самого  Плимута, где ты снюхался со своей бабой. Этот тюфяк  Труазье визжал как резаный, впрочем, почему КАК?! - Захохотал над собственной шуткой "Корнет", его сомнительный юмор поддержал тот самый лакей , что принес мундир из чистки. "Он то меня и приложил по голове" - Догадался Олаф.
- И всегда то тебе удавалось в самый последний момент ускользнуть! Только собрались тебя принять в свои  "жаркие объятия", и на тебе! В плен к Диким попал, а потом чудесным образом вернулся, но уже Героем Нации. И из Столицы как то уж очень ловко выскользнул, не смотря на то что всю свору на твои поиски кинули. Кто то тебе помогает Паркер, и ты нам расскажешь кто! - "Корнет" выбрал долгую паузу, отхлебнул из фужера вина. Олаф поморщился, голова сильно болела.
- Даже бить тебя не будем Паркер, сам все расскажешь, гнида.  - Корнет мерзко улыбнулся. "Клара!" - Похолодел Олаф.
Действительно, через минуту подручные Корнета за волосы приволокли Клару, она сопротивлялась, кричала и вырывалась. Что то в ее поведении насторожило Олафа. Он то знал на что способна его дорогая жена, а сейчас Клара совершенно  по бабьи выла и старалась поцарапать обидчика. Руки ей не связали, очевидно полагая что беременная баба не представляет никакой опасности.
Корнет встал, подошел к вырывающейся девушке, рукой обхватил шею и подбородок девушки. Олафа трясло от ярости и собственного бессилья.
- Ну что майор?! Ты же не хочешь что бы ей вспороли брюхо, выпустили требуху вместе с твоим выродком. 
- Я убью вас всех! - Заорал Олаф. Точнее, попытался орать, получился лишь сдавленный стон.
Клара совершенно беспомощная, один из подонков держал ее за волосы и руку, смотрела в глаза Олафу, из уголка рта сочилась кровь. Ярость сменилась отчаянием - Олаф рыдал на взрыт.
- Говори! Рассказывай все! - Корнет был неумолим.
И Олаф заговорил, рассказал все с самого начала. Не скрывая имена тех кто им с Кларой помогал, показал где прятал накопитель. В душе была "черная яма" ничто уже не имело значение, и только лицо любимой женщины в страданиях и муках.
- Я так и думал! Генерал Франческе за одно.. Папа давно бы повесил этого упыря, если бы не протекция принцессы Аллы. - Корнет единственной фразой прервал монолог Олафа.
- Не думал что будет так легко. Увы, майор ты такой же слабак как все благородные! Ненавижу ваше племя, уроды напыщенные! - Корнет сплюнул на ковер.
- Кончайте их! - Корнет выкрикнул, на половину обернувшись к подельникам.
- Умоляю! Дайте поцеловать мужа перед смертью.. - Клара заискивающе смотрела на Корнета.
- Ладно Говард, пусть целуются. - Корнет, явно  прибывал в хорошем расположении духа, раз уж проявил снисхождение.
Клара приникла губами к Олафу. Ему показалось, что то хрумкнуло.. И... опять  пропасть небытия.
Клара нещадно хлестала его по щекам. Олафа мутило, тело плохо подчинялось." Живы!" Единственное что он мог осознать.
- Живее, надо убираться отсюда! - Клара пошатывалась, или это зрение "плыло", Олаф так и не разобрался.
- Забирай и уходим! - Орала Клара, стремясь привести в чувства мужа.
Сунула ему в руки тряпицу в накопителем. На лестнице и в холе лежали тела в неестественных позах, у одного из мужчин сломана нога и отломок кости торчит сквозь штанину. "Видимо свалился" - Промелькнула мысль. Олаф ощущал себя как бы со стороны, как будто все что происходит, это не с ним.
Клара, видимо чувствовала себя несколько лучше. Когда они покинули отель, на улице была глубокая ночь. Клара вернулась в здание. Через четверть часа  гостиница зачадила, дым стал пробиваться из распахнутых окон верхнего этажа. Вернулась Клара, схватила мужа и повела как ребенка.
- Если его не сжечь, умрет всякий кто войдет в это дом.. яд действует еще сутки. - Клара бормотала что то еще, Олаф не разобрал.
- Снимай одежду, тут все пропитано ядом. - Клара разделась сама и раздела не сопротивляющегося Олафа. Одежду утопила в придорожной канаве. Абсолютно голые добрались до сарая полного соломы, где почти мгновенно уснули. Чудовищная усталость сделала свое дело.
Олаф проснулся, голова болела как никогда раньше. страшно хотелось пить. В углу стонала Клара, ее "выворачивало на изнанку". Желудок ее не принимал даже воду, рвота не прекращалась. Олаф напился из ведра в углу сарая, не заботясь о качестве воды. Наконец приступ закончился. Клара лежала на соломе, тяжело и часто дышала.
-Я приняла противоядие и дала тебе. А этим дурням из Имперской Безопасности повезло меньше. - Клара силилась улыбнутся.
- Что будем делать дальше муженек? Те ищейки что сдохли в отеле не единственные кто нас искал, придут другие. - Клара искала выход из их критического положения.
- Я не знаю что делать, любимая. Давай просто еще поспим. - Не нашел ничего лучше Олаф.
В сарае провели весь день, к вечеру Клара стала чувствовать себя заметно лучше.
Заскрипела дверь, Олаф услышал приближающиеся шаги. Сопротивляется или бежать совершенно не было сил. 
- Не бойтесь, я человек Вогана. - Мужчина в дорожном камзоле, снял шляпу длинные волосы рассыпались по плечам.
- Опоздал буквально на один день! Эх, если бы хоть на несколько часов раньше добрался до вас... - Сетовал незнакомец.
Олаф и Клара молча рассматривали его.
- Милан, лейтенант Имперской Безопасности - Опомнившись, представился мужчина.
- Да! Недооценил я  своего дружка Гануса.. прыткий малый.. был. Как он вас ловко вычислил! - Милан продолжил разговор с самим собой.
- И как теперь вас отсюда вытаскивать? Уже завтра Папа нагонит целую армию ищеек, каждый куст перевернут. - Милан умолк, размышляя.
- Ладно, придумаем что-нибудь. - Милан опустился на ворох соломы, на котором отдыхали Олаф и Клара(Клара прикрылась соломой), подал свой плащ, и котомку.
- Спасибо! - Сухо ответил Олаф. Благодарить как подобает не было ни сил и ни желания.
Милан ушел, Клара открыла его котомку. Хлеб, картофель и небольшая фляга вина, не бог есть что, но голод утолить хватит.
Часа через три или четыре Милан вернулся но не один, с дородного вида крестьянином
-Это Гельермо, фермер, пищевых выращивает. - Представил крестьянина Милан.
- Гельермо! - Вежливо поклонился фермер.
- Гельермо вытащит вас отсюда, только вы должны будите делать все что он скажет, иначе ищейки вас быстро схватят. - Милан тараторил очевидные вещи, чувствовалось что он нервничает и совсем не уверен в успехе своего плана.
- Я тут на ярмарке в Бричмонде прикупил пищевых на стадо, вот. Могу и вас.. Это!  Вмести со скотиной до своей фермы подбросить. - Гельермо заикался и косноязыко изъяснялся. 
Выбора все равно не было. И вот они с Кларой в фургоне с обнаженными, грязными, невыносимо пахнущими, обросшими волосами .. людьми? Язык не поворачивался назвать эти существа людьми, между тем, Олаф понимал что они Люди, а не скотина(как к ним повсеместно в Империи относились). Фургон очень медленно катился по деревенской ухабистой дороге.
Глава 9
Как минимум два раза процессию Гельермо проверяли, сложно сказать кто, может ищейки Имперской Безопасности, а может и местные из Управления шерифа. Так или иначе, никто из них не потрудился разглядывать потные, вонючие тела пищевых. Один раз только отдернули полог, прикрывающий решетчатую стену фургона. Уже не меньше суток занимала дорога, пищевые не проявляли агрессии к чужакам (то что Олаф и Клара чужаки, пищевые почувствовали сразу), скорее даже сторонились их. Вода в поилке и кашеобразная масса из злаков были в достатке. Олаф ничуть не брезговал такой пищей, после "гостеприимной" каталажки в  Питии эта еда показалась ему вполне сносной.  Со временем пищевые перестали казаться таким уж отвратительными. Они были вполне чистоплотными, насколько это вообще возможно в таких условиях. Опорожнялись в отведенном для этого месте, непотребства не творили. Ночью было довольно холодно, пищевые жались телами друг к другу. Молодые женщины даже попытались обогреть Клару прижавшись к ней с двух сторон. Чувствовалось что они способны проявлять сочувствие и сострадание к беременной. Чем дольше Олаф находился в этом странном обществе, тем большей симпатией проникался к пищевым. Они, необычным для цивилизованных людей, способом общались. Жестами, гримасами, прикосновениями, иногда издавали едва слышный шепот. (позже Олаф узнал, что пищевых жестоко наказывали за любые звуки). К чужим для них - Олафу и Кларе, пищевые были вполне дружелюбны,  спокойно подпускали к корыту с кормом, старались не мешать  им, единственное, что сильно раздражало - постоянно старались потрогать, проявляли при этом грубое любопытство.  "Уж, воспитанием их, точно никто не занимался" - с сарказмом подумал Олаф. Клара от скуки (ехали очень медленно), стала давать имена пищевым.
- Вот эта девочка Матильда, а вон тот юноша Карим... - Шептала Клара.
К концу поездки все 12 пищевых имели свои имена, благодаря стараниям Клары. Глубокой ночью следующих суток повозка доехала до хутора Гельермо. Пищевых перегнали в загон. Олаф смотрел на них с печалью и сожалением, что не осталось незамеченным.
- Вам их жалко, господин?! Мне вот, всегда нестерпимо жалко.. какие - никакие а все же люди. - Гельермо утер лицо грязной ладонью.
-Что тут поделать, на следующей неделе продам партию на бойню. Эти то, еще поживут я их на развод купил. - Гельермо указал на загон с попутчиками .
- Если не продавать, я разорюсь!  "Судейские" моих детей тогда заберут за долги. - Крестьянин как будто извинялся за свою жизнь и вынужденную жестокость.
- Пойдем те в дом, ужинать и мыться, жена нагрела воды. - Не дождавшись какого либо ответа, Гельермо пригласил путников в свой дом.
Чистая добротная крестьянская одежда, чистое тело и сытый желудок. "Жизнь как будто налаживается." - Думал Олаф, смотрел на спящую Клару и ощущение любви, благодарности за то что Клара и их будущий ребенок, наполнили его жизнь истинным смыслом , согревало душу Олафа.  Утром их разбудил Милан, оказывается - он прибыл еще ночью, пока Олаф с женой спали.
- Вставайте сони, собираемся . - Совершенно бесцеремонно Милан ввалился в спальню, опомнившись тут же ретировался.
Пока Олаф и Клара завтракали, (горячие лепешки и кисель) Милан разъяснял план действий.
- Контрабандисты ребята не надежные! Ох, какие ненадежные. Если им будет выгодно сдать вас Безопасности, поверьте - они сдадут вас! - Милан как будто специально стращал и вгонял в тоску.
- Выбора все равно нет, без них вы границу ни за что не пройдете. - Довольный произведенным эффектом, Милан наконец умолк.
"Граница в Ганзу, вот уж не думал что внутри Империи может быть какая то неприступная граница." - Олаф узнал еще во времена службы в Столице что Ганза по сути самостоятельное государство независимое от Империи, хотя и расположено внутри ее земель, и всякие сомнения в этом теперь развеялись. Почему то вспомнился дружище Кармаль, который примкнул к шайке контрабандистов, когда он его в последний раз видел.
Местные контрабандисты похожие больше на бродяг, даже крестьяне богаче выглядят. Ночь. Даже Луна не видна, пеший караван идет практически на ощупь. При том, что тропа в горах и днем плохо проходима. Олаф сосредоточил все внимание на Кларе, стараясь облегчить ее путь, постоянно следил за тропой. Шли всю ночь. Под утро проводник в лохмотьях, вывел караван к каким то развалинам.  Олафу удалось устроить Клару в тени , дневное солнце палило нещадно. В караване в основном молодые крестьяне и несколько женщин, все хотят найти работу и счастливую жизнь в Ганзе.  Две девушки щебетали под навесом, рядом с Кларой.
- Я, сначала устроюсь нянечкой в богатой семье, а потом найду местного  жениха и стану ганзийкой! - Мечтала, курносенькая миловидная девица.
- А мне, Литиция, плевать на то что будет! Лишь бы подальше от вонючего Бергмо! Хуже нет местечка чем Бергмо. - Эмоционально ответила подружка.
Как объяснил Милан - два перехода и они достигнут Капара - форпоста Ганзы, там их встретят проверенные люди. "Скорее бы все ЭТО кончилось!" - У Олафа не было сил ни моральных, ни физических. При этом, Клара переносила все те же испытания, будучи беременной.
Двигались крайне медленно. Кроме сложностей горной тропы, сказывалась усталость, многие женщины едва могли идти. Олаф поддерживал Клару, помогая двигаться, но весь путь она прошла сама. Удивительная природа Предгорий Сингола поражала! Олаф никогда раньше не видел и представить не мог такого буйства растительности. Тропка "ныряла" к водопадам и водопадикам с чистейшей ледниковой водой, то "взбиралась" на перевалы с прекрасными видами на закате (величественные в последних лучах солнца вершины вдали, покрытые лесом холмы, иногда изумрудно - зеленые луга). "А ведь я всегда считал эти земли заброшенными,  непроходимыми и никчемными" -  Мысленно удивлялся Олаф. Капара открылась перед путниками как то неожиданно и сразу. Среди скал и нависающих деревьев стали попадаться аккуратненькие, словно "игрушечные" дома. Совсем не большие, может, немного крупнее крестьянских лачуг в Империи, при этом совершенно ухоженные и облюбованные.  Тропинка вывела на мощенную камнем мостовую, у которой их встретили странно одетые люди с открытыми, улыбающимися лицами.
- Друзья, мы ждали вас! Добро пожаловать в Капору и в Ганзу, соответственно! - Холеный мужчина "в годах", обратился с приветствием, при этом развел руки - словно пытаясь обнять гостей.
"Чем то похож на господина Труазье" - Оценил незнакомца Олаф. Как потом выяснилось, это был мэр Капоры, виконт Рауль. Он всякий раз встречает караваны переселенцев из Империи.
Их разместили в гостинице на центральной площади городка. Что говорить, крестьяне были в восторге! Слухи о безбедной и счастливой жизни в Ганзе подтвердились. Так они думали.
Клару сразу осмотрел доктор. Его недовольное выражение лица, насторожило.. если не повергло Олафа в ужас.
- Ну-с, что я могу сказать? Да по сути, при таких обстоятельствах ничего. Барышню необходимо срочно доставить в Ривенделл, там и оборудование и специалисты соответствующие есть. И как можно скорее! - Пояснить подробнее, доктор отказался, сославшись на то что - "Вы все равно не поймете, молодой человек!". Олафа охватила тревога за жену. Вечером того же дня, в гостиницу начали прибывать ганзейцы, они вербовали крестьян, восторженно рассказывая о всех прелестях предстоящей жизни, показывая буклеты и журнала с яркими картинками. К Олафу и Кларе, сидящими в общем холле возле камина, подошли двое мужчин.
- Ингмар, а это друг Петр! - Ингмар, галантно поклонился и поцеловал руку Кларе.
- Олаф. Моя жена Клара. И, вы знаете господин Ингмар.. - Олаф хотел сразу обозначить проблему со здоровьем Клары, но Ингмар остановил его.
- Да, конечно господин Олаф, мы в курсе, доктор Джонс передал всю информацию, вас немедленно отправят в столицу! Поезд через, (Ингмар достал часы "луковку", Олаф такие только в учебнике Истории видел) через пол часа. Мы вас проводим. - Олаф и Клара взяв пожитки направились к выходу, сопровождаемые Ингмаром с товарищем.
- Не сочтите бестактным, господин Олаф, просто это очень важно. Нет, не настолько важно как здоровье вашей жены и малыша, но все же...- Олаф понял "куда клонит" ганзиец .
- Я понимаю вас. Не переживайте, накопитель на месте. - Олаф показал завернутый в лоскут накопитель.
"Какой поезд в горах?" Сомневался Олаф, но покорно следовал за ганзийцами.
Оказалось что железнодорожная станция совсем близко, пути уходят в туннель в скале.
Ингмар тепло пожал руку Олафу, обнял Клару. "Прощается как со старыми друзьями"  -  Ганза и ганзийцы не переставали удивлять Олафа.  Ехали несколько часов, туннель не заканчивался.  Так же неожиданно туннель кончился и поезд остановился на станции утопающей в зелени. Изящные легкие колонны, лепнина на венцах. Любоваться архитектурными изысками было некогда, но окружающая обстановка просто поражала. Их встретили прямо у вагона, Клару положили на носилки (игнорировав ее сопротивление) и увези медики.
- Здравствуйте Олаф, я Артур - Дож  Ривенделл. Что то, вроде мэра.- При этом Артур широко, обаятельно улыбнулся.
- Что с женой? - С ходу спросил Олаф, он не счел нужным тратить время на реверансы и прочие условности.
- Ах, не беспокойтесь, господин Паркер ваша жена теперь в безопасности, в Ривенделл самая лучшая медицина, поверьте ни в Империи ни в Ансгорме таких профессионалов нет. - Артур словно бахвалился, это ужасно раздражало. Олаф "взял себя в руки". Артур любезно предложил остановится у него в особняке, что было кстати, в гостиницах полно людей в том числе и приезжие из Империи. (В последствии выяснилось что, и из Ансгорма достаточно много гостей.)
Вечером в холле у камина Артур мягко и деликатно расспрашивал Олафа о их с Кларой приключениях, почти не перебивал.
- А вы знаете почему наш славный город так называется? Вы когда-нибудь слышали про Ривенделл, господин Паркер? - Казалось что Артура нисколько не удивили не заинтересовал рассказ Олафа.
- Ну конечно же, откуда вы могли бы слышать. В Академии да и вообще в Империи не любят Историю Древних.- Отвлеченно продолжал Артур.
- Дело в том что создатель нашей столица, да пожалуй, и всей Ганзы - сэр Уильям Руперт был страстным поклонником творчества Джона Толкина. - Вещал Артур, самозабвенно.
Олаф откровенно зевал. Лекция по истории мира Древних, меньшее что он хотел услышать.
- Это все весьма увлекательно и интересно, господин Артур, но может обсудим дела?- сказав это, Олаф внутренне "съежился" от собственной "неотесанности". "Да! Раньше ты не был таким бестактным мужиком" - Одернул себя Олаф.
- Простите меня за бестактность, господин Паркер. Конечно же, дела... - Артур подошел к столику налил себе и Олафу коньяк в пузатые фужеры.
- Дальнейшие наши дела зависят теперь от многих факторов, состояние вашей супруги в том числе. Мы же оба с вами понимаем, что фокус с ядом, которым Клара Паркер так ловко нейтрализовала добрую половину Папиных ищеек, не прошел даром для ее здоровья и здоровья вашего малыша. Поверите мне, это чудо, что вы всё-ещё живы...  - Артур как то даже видоизменился, когда произнес последнюю тираду.
- С ними все будет хорошо! - Олаф сказал это скорее -  самому себе. "Жалко и неуверенно!" - Олаф  сглотнул "ком в горле".
- Да, разумеется все будет хорошо, господин Паркер. Самые лучшие врачи в нашем распоряжении. - Артур отпил из фужера, прежде чем продолжить.
- Вы же понимаете что дело, ради которого вы с супругой перенесли столько страданий и столь мужественно все преодолели, необходимо завершить. И кроме вас никто не сможет это сделать? - Артур опять пустился в словоблудие, стараясь "подсластить горькую пилюлю"
- И что же вы от нас хотите, господин Мэр? - Прямо спросил Олаф, глядя в глаза Артуру.
- Дож. Должность которую я занимаю называется - "Дож Ривенделла". Не Мэр. - В голосе Артура зазвенели нотки раздражения и гнева, но через пару секунд он опять стал приветливым и обаятельным.
- Дело не в том что хочу я, а в том что хотят "сильные мира сего", и то что мы можем им предложить. - Артур залпом осушил фужер, его руки мелко, едва заметно дрожали.
- Элиты в том числе и ганзийские принципиально не хотят ничего менять, Олаф! Они в своей массе предпочли бы что бы вы, Клара и другие причастные лица просто сгинули. Но, при этом они очень хотят заполучить ваш флешь - диск, как инструмент давления.. -Артур явно нервничал, Олаф не мог понять причину беспокойства. 
- Я себя не отношу к этой части элит. Я считаю что информацию заключенную в вашем флеш-диске необходимо реализовать. И реализовать на благо всего человечества, а не узкого круга лиц. Понимаете меня Олаф? Но, нас таких мало, почти всем плевать на человечество и на то что будет дальше, Олаф! - Артур осушил уже второй фужер, но не захмелел.
- Я рискую своей головой, помогая вам. Больше того и моя семья не в безопасности из-за этого. - Откровенно признался Артур видимо, не считая нужным прятаться за "кудрявыми", ничего не значащими словами.
- Шанс есть, Олаф! Маленький, призрачный, но он есть! - С вызовом сказал Артур.
- Признаться, я совершенно не понимаю о чем вы говорите, господин Дож. - Олаф осмелился прервать собеседника, пока тот совершенно не увел в сторону "нить повествования".
- Это не удивительно, вы много чего не знаете Олаф, что и к лучшему.. - Артур пристально взглянул в глаза Олафа и собирался было осушить очередной фужер коньяка, но передумал.
- Я скажу вам так - Олаф Паркер, в Ганзе у вас врагов еще больше чем в Империи и в  Ансгорме, вместе взятыми! Вам будут мило улыбаться, предлагать всяческую помощь.. и при этом в удобный момент всадят кинжал в спину. Так устроено наше общество, Олаф.- Артур расслабленно рухнул в кресло, все же выпитый коньяк сделал свое дело.
- И что же нам делать, господин Дож? - Олаф задал этот вопрос больше из вежливости, что бы прекратить затянувшуюся паузу.
- Ну есть мысли на этот счет, только давайте уже не сегодня. А вообще.. Я бы на месте этого прохвоста и бабника  Франческе сжег бы к черту этот флеш-диск, и жил бы дальше не имея проблем. Но, куда там! Господин генерал "само благородство", радеет исключительно о "судьбах мира". - То ли выпитый коньяк поспособствовал откровенности Артура, то ли он настолько доверился Олафу.
Олаф плохо спал, великолепная спальня в которую его разместили, панорамными окнами выходила на небольшой водопад. Хрустальные струи весело и беззаботно журчали, умиротворяли своим течением. Мыслями Олаф был с Кларой, представлял ее, думал о том каково ей пройти весь этот путь беременной, еще и столько раз спасать его - сильного, молодого мужчину. Думал о том что в Ганзе наконец закончится их затянувшееся приключение, родится малыш и они станут жить долго и счастливо. Только под утро удалось немного поспать.
На третий день Олаф встретился с Кларой, она осунулась, темные круги под глазами, но на лице светилась улыбка счастливой женщины.
- Главное с ребенком все в порядке! - Негромко сказала Клара.   
- Погуляем по парку? Доктор сказал что можно. - Олаф с нежностью взял жену под руку.
Мощенные камнем дорожки разбегались в разные стороны, удобные лавки и зонтики "приглашали" гуляющих отдохнуть в тени.  Трава на газонах идеально подстрижена, платаны и липы, ухоженные с побеленными стволами, растущие ровными рядами справа и слева, завершали умиротворяющую картину. Если сравнивать с Дворцовым Парком, в котором Олаф любил бродить в "прошлой жизни", этот - содержался в большей строгости и порядке. Клара медленно брела погруженная в  мысли и воспоминания.
- Милый, если у нас родится девочка, назовем ее Лидия. - Клара сказала это так, что Олафу стало понятно - она не спрашивает, а утверждает.
- Да. Конечно, любовь моя. Как скажешь. - Олаф с пониманием отнесся к этому, ее желанию.
- Лидия была мне как мать. Даже больше, если такое возможно. Пока в моей жизни не появился ты и наш малыш, Лидия была, пожалуй, единственным  по настоящему близким человеком. Родителей я совсем не помню, они погибли когда я была совсем крохой, дядя Петр приезжал всего один раз, я его почти не помнила. - Глаза Клары наполнились слезами, она вышагивала машинально поглаживая живот.
- Мне было пять, когда в детский приют пришли люди в красивой обтягивающей форме, мне все они почему то показались злыми, я пыталась спрятаться, забилась в какой то угол. Лидия нашла меня и посмотрела добрым и печальным взглядом. Знаешь! Я до сих пор помню ее взгляд! Лидия мне потом рассказала, что Попечительский совет Корпуса не хотел меня утверждать. Я была худенькой и тщедушной,  она настояла.. А, потом было детство наполненное тренировками, учебой, психологической работой с нами - которую они называли "воспитание". И - Мама Лида, я ее так называла. Она так редко приходила ко мне, и мы так мало времени проводили вместе. Я же не понимала тогда, сколько всего забирает служба в Корпусе. Но иногда мы с ней гуляли в Холле. Эти прогулки вместе.. самые светлые воспоминания детства.  Мне всегда хотелось быть лучшей на курсе, что бы Мама Лида гордилась мной. Я частенько хитрила, пытаясь обмануть кураторов и воспитателей, лишь бы получить высший бал. - При этом Клара улыбнулась, вспоминая.
- И вот, Ансгорм отнял у меня Маму. Знаешь, я сначала возненавидела Ансгорм, всю политическую элиту, вечно враждующую и убивающую всех кто стоит на пути к власти. А потом, отпустило. Мир таков - какой он есть! О себе и своих близких надо заботиться в первую очередь. - Клара с нежностью и любовью смотрела на Олафа. От этого взгляда его "пробила дрожь" до самых пяток. 
- Все будет хорошо Клара, самое страшное позади. - Олаф погладил жену по волосам, вдохнул ее тонкий аромат.
- А ты дурак, Олаф Паркер! Если на самом деле так думаешь. Мы не в безопасности здесь!- С презрением перебила его Клара.
 - Я даже находясь в больнице сумела кое что выяснить. Дожи еще не решили что делать с нами, оставить нас в Ганзе слишком опасно для них, а выпроводить - смерть для нас. Дожи и вся местная власть, дорожат своим "добрым именем", иначе с нами не возились бы. И самое главное они не знают как поступить с информацией которую мы принесли. Я о накопителе. - На всякий случай, уточнила Клара.
Олаф молчал, на самом деле он то же беспокоился о их судьбе. Но, не понимал что можно предпринять в сложившейся обстановке.   Остаток прогулки прошли в молчании.



Глава 10
Олаф вернулся в дом дожа в дурном настроении. Ни то что бы он сам не понимал шаткость их с Кларой положения здесь, в Ганзе, но оставалась надежда что все как то само собой "утрясется". Беспокойство жены передалось и ему. " Опять "плывем по течению" обстоятельств! Ненавижу всю эту безысходность" - Олафу хотелось "рвать и метать", однако жизненный опыт полученный за неполных два года, подсказывал - что ради безопасности его и супруге необходимо быть "гибким" и осторожным.
В ближе к вечеру в дом Артура, словно "маленький белокурый ураган" влетало прелестное создание, разом нарушив "покой читального зала" обыкновенно царивший в доме.
- Я Катрин, здравствуйте Олаф Паркер! - Девушка примерно их с Кларой ровесница, улыбнулась самой очаровательной улыбкой. "Словно лучик солнца" - Промелькнула мысль, но вовремя Олаф одернул себя и галантно поздоровался, проложив губы к тонкой ладони девушки.
- Олаф Паркер майор .. бывший майор. - Поправился Олаф.
- А вы местная знаменитость! Во всех салонах и клубах только о вас и вашей жене разговоры. Вот  и я решила заглянуть к папа, посмотреть на вас за одно. - Скороговорка  Катрин, не отменяла ее солнечную улыбку. Олаф невольно засмотрелся - "Как же она хороша собой! Так ладно скроена."  Тут же смутился и отвел взгляд, что не осталось незамеченным.
- Ах, оставьте господин Олаф! Мужчины и вы в том числе, видите во мне только красивую девицу, а я к вашему сведению Исполнительный секретарь Совета. - Катрин открыто кокетничала, стараясь произвести впечатление на Олафа.
Пауза затянулась, становясь неловкой.
- Если позволите, господин Олаф, я отправлюсь к себе, встретимся на ужине. Вы знаете что папа в вашу честь, устроил нынче ужин? Вижу не знали. -  Уходя, Катрин в пол обороты бросила теплый и обволакивающий взгляд.
- Просто Олаф, если вам угодно. - С хрипотцой в голосе сказал  Олаф вдогонку.
- Да, хорошо. Просто Олаф! - Девушка придерживая подол длинного платья из какой то легкой, воздушной материи "вспорхнула" вверх по лестнице. 
Олафу стало как то не по себе, смешанные чувства бродил в душе, всего несколько минут назад   он и думать не мог о чем то еще кроме Клары, их малыше и предстоящей судьбе. А тут, это "ангельское создание" в момент заняла все мысли. В особняке дожа на самом деле была огромная, великолепная библиотека, Олаф с упоением  погрузился в чтение, а  теперь и чтение не интересовало. "Наваждение какое то!" - Усильем воли Олаф подавил порыв чувств в своей душе, или по крайней мере так ему казалось.
Званые ужины в любых землях похожи друг на друга "как под копирку". Светские беседы, бессодержательные как правило, и демонстрация приглашенными  нарядов и хороших манер. Олаф облаченный в парадный мундир старшего офицера Имперской Армии. Он настоял что бы майорские нашивки на камзоле, сняли. Было дико наблюдать в одной зале офицеров Империи и Ансгорма, при этом никакой враждебности между ними не было, некоторые вполне мило беседовали, развлекали дам.   
- А вы по истине Герой ! Наслышан о ваших подвигах, и в Ансгорме и далее. Не всякому человеку удавалось скрываться  сразу от двух разведок. Одно это заслуживает уважения господин Олаф - Стареющий, седовласый, по военному подтянутый мужчина, в расшитом золотом мундире чиновника, увел Олафа в сторону.
- И ваша жена, конечно заслуживает восхищения. Надеюсь..  Да нет! Уверен родит прекрасного малыша, наследника дворянской фамилии. - Седовласый продолжал сыпать комплименты.
- Вас не представили.  Самуэль Руперт, Сэр. Между прочим- потомок того самого Уильяма Руперта, основателя Ганзы. Глава Совета Дожей.  - Катрин в один момент появилась из ниоткуда и заняла собой все окружающее пространство и внимание мужчин.
- Очень приятно. - Олаф как то скомкано ответил. Понимание что перед ним высший чиновник Ганзы, а по сути Лидер - вроде Императора, пришло не сразу.
- А для меня дядюшка Сэм. - Катрин одной фразой и своей улыбкой, мгновенно разрядила обстановку.
- Вижу вы уже знакомы с племянницей. -  Самуэль по отечески поправил белые с пшеничным отливом, локоны Катрин, хоть в этом не было нужды.
-  Так вот, господин Олаф, по поводу информации что вы так любезно доставили в Ривенделл. Совет решил пока что не давать делу ход, необходимо знаете ли, выяснить некоторые обстоятельства, все взвесить. А то, некоторые "горячие головы" собирались прямо завтра приступить к постройке Машины. - Самуэль многозначительно посмотрел на Катрин. 
Катрин скривила гримасу, но не прервала Самуэля.
- При таких обстоятельствах, думаю разумно оставить флешь -диск под вашей охраной Олаф, тем более что все прошлые события подтверждают, что никто не справится с этой миссией лучше. - Самуэль говорил, долго и витиевато, словно "плел кружево из слов".
- И разумеется никакого копирования! Информация должна оставаться в одном экземпляре. - "Можно подумать я буду ее копировать!" Олафа немного обидело это предостережение.
- О дядя! Сколько можно болтать о делах, мы на званом ужине а не на заседании Совета!  - Катрин буквально повисла на локте Олафа.
- Пойдемте танцевать! Я так истосковалась по танцам, не откажите же вы бедной девушке?! - Возражать было глупо, и не хотелось.
Мазурки сменялись вальсом, полькой и снова мазурка. Катрин ангажировала Олафа на все туры танца, наконец она изрядно утомилась в бесконечных кружениях и па. Больше ничего значительного за вечер не произошло,   Артур бесконечно представлял Олафа своим гостям, Олаф не пытался запомнить все имена и должности представленных. Его мысли, против его воли, были заняты Катрин - изящной, чувственной, безусловно умной, и доброй девушкой.  Глубоко за полночь, что бы как то развеяться и "прийти в себя"  Олаф вышел в сад из бальной залы и решил прогуляется по ночному  Ривенделлу. Город расположен в долине горной реки, поток которой "закован" в высокие гранитные набережные, частые мосты соединяли оба берега, некоторые из них тяжелые и массивные, другие напротив изящные и легкие, каждый имеет свою присущую только ему архитектуру. "Нигде не видел ничего красивее" - Не переставал восхищается Олаф.  Узкие улочки хорошо освещены, скамейки и беседки с видом на реку и вершины гор - повсеместно. "Все приготовлено для отдыха! Интересно - они когда-нибудь работают?" - Мелькнула мысль. Только что опавшие листья шуршали под ногами, днем такие не попадались. Дома жителей располагались на обширных террасах обращенных к реке, к которым вели многочисленные лестницы. "Пожалуй, лучшее место для жизни! Жаль не для всех." - С грустью подумал Олаф. Погруженные в свои мысли и созерцания, Олаф довольно далеко ушел. Долина тянулась казалось бесконечно, петляя вместе с рекой, огни городских улиц терялись где то далеко, поглощаемые зародившимся утренним туманом. "Утро, пора возвращаться." - Олаф съежился от утренней прохлады.
Стараясь двигаться как можно тише, что бы не побеспокоить спящих.. Олаф прокрался в в особняк, утреннее солнце косыми лучами пронзало высокие окна дома. Катрин, облаченная в накидку, настолько прозрачную, что казалась -  более чем голая, в утренних лучах, делала гимнастику. Олаф засмотрелся, не было сил лишить себя этого зрелища, как того требовал этикет да и приличие. Пируэты стройных ног, прогибы в талии, все это завораживало. "Заметила меня? Если и заметила, вида не подает." Олаф остался наблюдать до тех пор, пока девушка не закончила.  Восхищение от увиденного сменил жесткий стыд. "Не устоял, размазня!" - Корил себя Олаф за проявленную слабость.
"Это может слишком далеко зайти, дальше невинного флирта. Надо взять себя в руки!" Силился совладать с нахлынувшими эмоциями, Олаф.   
Утром. Точнее, ближе к обеду почтеннейшая публика собиралась в холле.
- О! господин Олаф, рад вас видеть в добром здравии. А у меня, признаться, состояние - "ни к черту". Алан, кузен очаровательной нимфетки, что кружила вас в вальсе. - Представился молодой мужчина. Присмотревшись, Олаф нашел что он чем то похож на Катрин.
- Приветствую,  господин Алан. - сдержано поздоровался Олаф.
- Простите мою прямоту, Олаф, но исходя из того что я вчера видел, крошка Катрин влюблена в вас. Да-да! Я ее знаю всю жизнь, и этот влюбленный взгляд невозможно не распознать. - Алан произнес все это в такой шутливо-ироничной манере, что Олаф засомневался, не шутит ли он.
- Я заметил.. думаю, это все не серьезно. К тому же я женат и моя жена Клара беременна.- Резонно возразил Олаф.
- Что!? О, вы не знаете Катрин! Она привыкла получать все что захочет, и всегда добивается своего. Вы знаете, Олаф - она исполнительный секретарь Совета, в столь юном возрасте.. я считаю, это ее характеризует. - Алан очевидно старался произвести впечатление на Олафа, поразить его.
-Да, Катрин  говорила. - Ответил Олаф. Его забавляла непринужденная манера беседы.
- Бьюсь об заклад, господин Олаф, Катрин и на этот раз добьется своего! А что? Станете зятем Дожа, построите карьеру в Ганзе. - Алан говорил о каких то невероятных вещах, как о свершившихся фактах.
"Ну это уж слишком, что он возомнил?! Решил все за меня" - Олаф начал злится.
- Боюсь, вы ошибаетесь, господин Алан. Я джентльмен, бросить жену да еще в таком положении, джентльмены так не поступают. - Олаф старался за вежливостью скрыть свое раздражение.
- Да бросьте, Олаф! Она нравиться вам, я же вижу - Алан широко и предельно обаятельно улыбнулся, произнося это.
- Она мила..- Олаф не закончил фразу.
- Мила! И только! Да вы только что  меня уродихой назвали! Джентльмен - Олаф Паркер! - Катрин появилась из ниоткуда, явно она подслушала их с Аланом разговор.
Олаф смутился, он не хотел никого обидеть.
- Полно Катрин, умеешь ты шокировать кого угодно! - Алан откровенно смеялся над всей нелепостью ситуации. " В Империи я бы вызвал тебя на дуэль и заколол!" -Зло подумал Олаф.
- Что вы, я всего лишь юная особа! Как любит говорить дядя. - Катрин ловко перевела в шутку эту неловкую сцену.
- Олаф, вы не откажите погулять со мной этим вечером? - Ее слова прозвучали, скорее как утверждение чем как вопрос.
- Видите ли, дорогая Катрин я вовсе не хочу отказывать вам в столь приятном для меня, деле.. Однако, этот вечер хочу провести с женой, врачи разрешили ей неутомительные прогулки.. - Олаф старался свой отказ сгладить, ему на самом деле очень хотелось проводить время с Катрин, собственно - это желание  пугало Олафа.
- В таком случае, я провожу вас к госпиталю, за одно и расскажу о нашем городе. - Ничуть не смутившись отказа, парировала Катрин.
Конечно же Олаф сдался. "Это всего лишь прогулка, ни к чему не обязывающая" - Успокаивал он свою совесть.
- Олаф, посмотрите сюда, очень показательно! Всю суть Ганзы живописует. - Катрин взглядом указывала на интересную сценку, в саду у ворот усадьбы.
Прохожий солидный господин что то показывал садовнику, вроде бы поучал бедолагу.
- Что вас в этом удивляет, дорогая Катрин? - Олаф искренне не понимал при чем здесь Ганза и что живописует садовник вместе с "солидным".
-А то! - Катрин впилась взглядом в Олафа. - Каждый ганзиец считает себя выше, умнее, благороднее выходцев из других земель. Ганзийцы будут к вам вежливы, учтивы, может даже доброжелательны. Но! Никогда не будут считать Вас равноценными себе. - Катрин, произнося тираду смотрела на Олафа, изучая его реакцию.
- Вы даже не представляете насколько эгоистичны ганзийцы. - Подвела итог Катрин.
- Я могу ошибаться, но не вижу существенной разницы между эгоизмом жителей Гензы, и скажем - эгоизма жителей Империи и Ансгорма. - Осторожно Олаф пытался вывести диалог из опасного (по его мнению) направления.
-О! Вы ошибаетесь, эта разница есть и она велика! - В глазах Катрин мелькнул огонек гнева. - Только в Гензе превосходство и величие дети "впитывают с молоком матери", только в Ганзе считают себя людьми единственными, достойными унаследовать мир. По понятным причинам нигде это не оглашается, но так и есть на самом деле. - Катрин самозабвенно декламировала идеи, стараясь убедить Олафа в своей правоте.   
- Ко мне и Кларе в Ганзе были очень добры, никто не проявлял надменности и превосходства.. - Олаф счел возможным возражать.
- Да?! Вы так считаете? Это все лож и обман. К вам благосклонны только по тому что вы нужны. Совет не знает что  с вами делать, вы в безопасности пока это замешательство продолжается. - В глазах Олафа, Катрин впервые предстала иначе чем хорошенькая девушка.
- И что же будет когда замешательство пройдет? - Прямо спросил Олаф.
- Два варианта, либо вас признают своими - лично я не верю в это. Либо депортируют в те земли от куда вы родом. - Так же прямо, не пытаясь "сгладить углы", ответила Катрин.
Олаф стоял и обдумывал услышанное. Внутреннее естество оказывалось принимать открывшиеся обстоятельства. "Ну нет! Ведь все так хорошо, что бы прекратиться в один момент"  - Подсознательно Олаф искал "соломинку " за которую можно ухватиться. А вокруг по прежнему шелестел теплый ветер в листве и хрустальные струи водопада, у которого они с Катрин стояли, разбивались о круглые валуны, издавая вечную мелодию воды.
- Зачем вы все это мне рассказали, Катрин? - Олаф был подавлен, и это состояние оказало влияние на его манеры, он был не вежлив.
- Что бы лишить вас иллюзий, господин Олаф. Иллюзии вас усыпляют, а это опасно. - Катрин пыталась найти его взгляд, что бы понять что он чувствует.
-В Ганзе опасностей пожалуй больше чем в  Ансгорме и Империи вместе взятых. Тысячи электронных глаз подсматривают и подсушивают, ни обмануть ни улизнуть не получится, как это вы ловко делали раньше. - Как будто специально Катрин вгоняла Олафа в уныние.
- Понимаете, господин Олаф, флешь-диск должен был оказаться в руках Совета изначально. Но это должно было остаться тайной, тогда у совета оставалось бы больше пространства для маневра, общественное мнение не давило бы. Но, случилось так как случилось. Совет разошелся во мнении. Часть дожей настаивает на том что разумно ничего не менять, а информацию о Квантовой Машине следует уничтожить, или хотя бы надежно спрятать. Другая часть, считают что следует немедленно приступить к строительству Машины, ради спасения человечества. Лично я, не верю ни тем ни другим! - Катрин прервалась, пауза затянулась.
- Они заботятся только о себе, ну максимум о благополучии своего древнего рода. Наплевать им на человечество. Сотню лет в Империи и Ансгорме люди голодают, вечная война, каннибализм.. Ганза при этом процветает! Единственное что они хотят, что бы так оставалось и дальше. - Катрин отвела взгляд в сторону водопада. "Что бы я не видел ее лицо" - Подумал Олаф.
- А Машина "спутает все карты", и не только для Ганзы а и для всего мира. Вернее, уже спутала. - Катрин взяла Олафа под руку, увлекая его продолжить прогулку.
Машинально Олаф стал замечать в окружающей обстановке детали, которым раньше не придавал значения. Газоны, деревья, мостовая в городе были в идеальном состоянии, при этом уборщиков и рабочих он не видел. Множество горожан праздно прогуливались, посещали магазины, лавки, кафе. "Когда они работают, и вообще работают ли?" - Олафа не видел нигде такого общества как в Ганзе, складывалось ощущение что нет бедных. "Но, кто то же их всех обслуживает?" - Недоумевал он.
- Ночью. Рабочие, уборщики, повара и прочие.. Ночью работают, что бы не попадаться на глаза дамам и господам. Абсолютно все приезжие из Ансгорма, Империи, не знаю - может еще откуда. - Катрин угадала немой вопрос Олафа.
- Они все сыта, одеты, их никто не наказывает - должны быть счастливы. - Подытожила Катрин.
- Кажется мы пришли. - Сказала Катрин. Прямо перед газами "выросло" здание госпиталя, на скамье в саду сидела Клара, конечно она видела Олафа и его юную спутницу. "Это не очень хорошо"- Плохое предчувствие посетило Олафа. 
- Ну не буду вам мешать, прощайте господин Олаф. - Катрин предпочла удалиться, видя недобрый взгляд жены Олафа.
- Вижу что вы не скучаете Олаф Паркер.- Тон ее голоса был максимально холоден.   
- Это Катрин дочь мэра. То есть, Дожа Ривенделла. Я хотел вас познакомить, но Катрин предпочла ретироваться. -  Олаф старался говорить как можно спокойнее, что бы не волновать жену.
- Очень предусмотрительно с ее стороны. Иначе, я бы ей все ее бледные волосы вырвала. - Ироничным тоном прокомментировала Клара.
- Ревнуешь? - Максимально беззаботно "обронил" Олаф.
- Вот еще! Я знаю тебя достаточно давно Олаф Паркер. Ты слишком благороден что бы бросить жену на сносях, ради девки. - Голос Клары при этом дрожал.
- Конечно Клара, ты права как всегда. - Олаф нежно обнял жену, дождался пока она успокоиться и только после разомкнул объятия.
Олаф не стал делиться с Кларой теми мыслями что озвучила Катрин, не хотел тревожит ее. 
Глава 11
Олаф собирался было по обыкновению погрузиться в чтение, но беспокойство не покидало его - "Как они все это делают? Невидимые слуги, сказки какие то?!" Поздно ночью, когда все уже спали (как он думал), Олаф выбрался на прогулку. Он крался и старался оставаться незамеченным, любопытство и тревога двигали им. Освещенные ночные улочки чистили фигуры в серых балахонах, газоны подстригали, кусты и деревья обрабатывали. Работали быстро и вместе с тем аккуратно. Засмотревшись Олаф на мгновение потерял бдительность, вышел на освещенную часть улочки.  Фигуры работников словно растворились, Олаф не успел даже понять куда они укрылись. "Не удивительно что я ничего не заметил в прошлый раз". Более не таясь, смысла не было, Олаф вернулся  к себе.
Во время завтрака,  Артур как можно дружелюбнее расспрашивал Олафа, все ли ему нравиться в Ривиндейлле и в его доме.
- Да господин Дож, все что происходит вокруг совершенно изумительно, я в полном восторге! - Возможно, тень сомнения оставалась в речи Олафа, или интонация его выдала, говорил он не убедительно.
- А мне вот кажется вы заскучали, дружище Олаф! - При этом Артур совершенно фамильярно приобнял, его как старого друга. 
Олаф собрался было уже оправдываться, когда Артур фразой словно шпагой рассек воздух:
- Я не позволю своему гостю и другу томиться от скуки! - При этом заговорщицки подмигнул, интригующе.
- Охота, Олаф! Завтра будет объявлена Большая Охота! Пока что это секрет, хотя все уже знают.. - Артур, совершенно довольный собственной шуткой, улыбался как ребенок.
- Понимаю ваше любопытство Олаф, но все узнаете завтра. Поверьте мне Большая Охота это лучшее что происходит в Ривиндейлле. Уж точно лучше чем ночные шатания и пыльные библиотеки, Олаф! - Радость и молодецкий задор с которыми Артур сообщил о предстоящем, передались Олафу.
- Необходимо подготовить вас, одежда, обувь все важно - на Охоте мелочей не бывает. Предлагаю не откладывая  прогуляться по магазинам. - Артур, едва только не облизывался от предвкушения, так показалось Олафу.
Утро. На центральной площади, элегантно одетые джентльмены, в праздничных сюртуках усаживались в транспорты. Все это действие перемежалось шутками, веселыми беседами и в целом, непринужденной атмосферой.
- Дорогой Олаф, позвольте я все вам объясню. - Артур "светился" от нетерпения и предвкушения чего то хорошего.
- Буквально вчера банда негодяев напала на местных жителей в деревне.. кажется -  Калисто.  Так вот! Большая Охота объявлена для поимки бандитов. Настоящее приключение! - Артур наконец соизволил разрушить интригу.
- Хм! Так есть же полиция и вооруженные силы, не понимаю зачем привлекать граждан к поимке преступников. - Олаф совершенно не разделял восторга от предстоящего мероприятия.
- Ну как же, Большая Охота наша традиция со времен основания Ганзы. - Лицо Артура выражало совершенно детскую обиду и непонимание.
- О, простите господин Олаф! Вы ведь не в курсе традиций ганзийцев, да и истории возникновения, тоже. - Артур мастерски спрятал свои эмоции, в одно мгновение опять стал приветливым и дружелюбным.
- Дорогой друг, Олаф я просто уверен вам очень понравиться, учитывая ваш опыт -  надеюсь на понимание и участие. Что же, давайте начнем - Аппетит приходит во время еды! - Артур заботливо открыл дверь транспорта, туда же уселся Алан.
- Рад вас видеть господин Алан ! - Как можно дружелюбнее поздоровался Олаф, все же приятнее ехать со знакомым человеком.
- Да. Я то же рад видеть.. - Голос Алана дрожал, сам он бледный как лист бумаги, в контраст с "сияющим" Артуром.
- Что то вы не очень.. заболели? - Олаф посмотрел прямо в глаза попутчику.
- Нет, что вы! хотя да, заболел но не серьезно. Плохо спал, так бывает перед Большой Охотой. Такое редкое событие. - Сумбурно  объяснился Алан.
"Что может быть интересного в обычной полицейской операции?!" - Подумал Олаф, но виду не подал.
Через пару часов езды по хорошей дороге, серпантином петлявшей среди гор, транспорты прибыли в деревню. Спешившись, джентльмены получали предписания и инструкции у организаторов (среди которых был Артур) и далее следовали к своим постам. Алан только что получивший предписание, вернулся к транспорту.
- Это хорошее место, я уверен дядюшка постарался.- Рассматривая бумаги сказал Алан.
- Придется немного прогуляться пешком. - Извиняющимся тоном добавил Алан.
Тропа с довольно крутыми подъемами привела их к высокому обрыву над стремительной горной рекой. Пропасть, по оценки Олафа метров пятьдесят - семьдесят, внизу острые камни. При этом с террасы открывался хороший обзор на долину реки. 
- В этих местах река единственное относительно проходимое место, бандиты должны пройти здесь. Сообщим координаторам, когда увидим их.  - Обрисовал задачу Алан.
- Скучнее не придумаешь! - Откровенно, Олаф был разочарован.
- За то, безопасно. - Алан нашел это обстоятельство  преимуществом  для себя.
Устроившись у обрыва Олаф занялся наблюдением за долиной, Алан хлопотал сзади разворачивая припасы. "Хорошая маскировка!" - С сарказмом подумал Олаф, глядя как Алан раскладывает свежие булки и разливает эль. Несколько часов ничего не происходило, все тот же ветер качал кроны сосен и пихт, горный поток пенился разбиваясь о камни. Погожий приятный день, покой и умиротворение.. Олаф отказался от предложенного Аланом  пикника на камнях, выпил лишь кружку эля. Ближе к вечеру тени "отползли" к береговым зарослям открыв галечный плес, переходящий в такой же галечный пологий берег. Что то насторожило Олафа, взглядом профессионального военного он отметил не соответствие, растительность вдоль пологого берега   несколько отличалась от той что чуть поодаль. "Откуда там столько травы?"  Через минуту, подозрения Олафа  подтвердились. "Засада" - Понял Олаф. Прошло еще немного времени и в траве началась возня. Судя по всему какая то борьба, на берег стали выбираться фигуры в светлых сюртуках, двое мужчин вытащили на плес женщину в драном платье, потом вытащили ребенка - кажется девочку - подростка, последним выволокли сопротивляющегося мужчину. Люди в сюртуках обступили сидящих на мокрых камнях оборванцев. С берега принесли длинные палки, солнечный блик отразился от конца одной из палок. "Копье!" - догадался Олаф. В музее Академии он видел подобное древнее оружие. Дале события приняли неожиданный и отвратительный оборот. Люди в сюртуках с криками, Олаф не мог разобрать что кричали, стали колоть копьем оборванцев, сначала ребенка, потом женщину пытавшуюся защитить дитя, и только в конце закололи мужчину. Сюртуки обагрились кровью жертв, но их владельцы, казалось, нисколько этим не озабочены. Убитых стали по одному оттаскивать к реке сбрасывая тела в бурный поток. В это мгновение Олаф повинуясь какому то природному чутью, может интуиция, почувствовал опасность, тело рефлекторно дернулось в сторону. Страшный удар нацеленный в голову Олафа, зацепил его лишь по касательной. Влекомый инерцией своего удара, Алан не удержал равновесие и рухнул с крутого обрыва, на котором стоял Олаф. Олаф упал на землю, и успел одной рукой зацепить портупею Алана. Алан болтался над пропастью, и своим весом тянул Олафа. Еще мгновение и они оба разобьются о камни внизу. Олаф отчаянно искал опору, наконец ему удалось зацепится за корни чахлого деревца.
- Цепляйся за меня! Лезь!- Хрипел Олаф, сил держать Алана не осталось.
Цепляясь за одежду и ремни, Ален медленно подтягивался и наконец выбрался на край террасы. Олаф тяжело и медленно вскарабкался,  кровь теплыми струйками текла по спине пропитывая одежду. Они оба лежали на холодных камнях тяжело дыша. "Почему!" - пульсировала в голове Олафа мысль. Немного придя в себя, Олаф встал вылил себе на голову бутыль с водой и шатаясь пошел к тропе, на Алана он даже не взглянул. Только ночью Олаф добрался до деревни. Его проводили в апартаменты  Дожа.
- Мой мальчик! - Всплеснул руками Артур, с неподдельным удивлением в глазах.
"Не ожидал увидеть меня живым!" - Зло подумал Олаф. Ему нестерпимо хотелось разбить кулаками эту лживую морду, только забота о судьбе Клары и их ребенка удерживала.
- Я все знаю, ты спас этого придурка Алана. Спасибо Олаф! - Голос Артура дрожал.
Артур попытался обнять его за плечи, ладони моментально испачкались кровью и грязью. Олаф уклонился от предательских объятий.
- О тебе позаботятся мой мальчик. Ступай, тебе нужна помощь. Помогите ему! - Артур передал Олафа слугам, которые сопроводили в его соседнюю комнату.
Пока Олафу оказывали необходимую помощь, в кабинет Дожа ворвалась Катрин.
- Где он?! Он жив? - Женский фальцет огласил дом.
- Дочка дорогая, ты почему здесь? Не принято приличным женщинам присутствовать на Охоте.
- Мне плевать папа! Где он, пустите меня к нему! - Тоном не терпящим возражений заявила Катрин.
Вместо ответа Артур лишь сделал слабый жест в сторону двери. Катрин ворвалась в комнату к Олафу! Увидела кровь на разорванной одежде.
- О боги, я едва не опоздала! Прости любимый! Они хотели убить тебя. - Катрин на эмоциях не контролировала то что говорит.
- Да, Алан хотел сбросить меня в пропасть, при этом сам чуть не разбился. - В душе Олафа разрасталось ощущение мерзости всего происходящего,  словно раковая опухоль эта мерзость поглощала все хорошие и светлые чувства, вытесняя все другое кроме ненависти и злобы. Ему не хотелось никого видеть, не хотелось говорить даже с Катрин. Ганза с этого момента превратилась для него в Ад, и люди населяющие эти земли как бы перестали быть людьми в его глазах. Если на войне, или в землях Ансгорма и Империи враги это враги, а друзья это друзья, то в Ганзе друзья могут придать в каждый момент, и враги получается, по всюду.
- Я хотела уберечь тебя! Я знала что они попытаются убрать тебя и представить как несчастный случай или еще как то.. решить проблему. - Катрин говорила и гладила тонкими и теплыми ладонями Олафа по плечам, по лицу, как будто не верила что он жив и относительно здоров, стараясь через прикосновение пальцев получить подтверждение что все хорошо.
- Почему они убили оборванцев? - Олафа мучили мысли, догадки, подозрения. Он силился но не мог понять этих людей.
- Оборванцев? Ты про "бандитов"? Да, я знаю это ужасно, многие поколения уже так. Большая Охота это узаконенное, традициями убийство невинных. С этой варварской традицией я пыталась бороться, пока безрезультатно. - Катрин не переставала легкими касаниями успокаивать Олафа, а может себя. Олаф почувствовал на своем лице капли, Катрин плакала.
- И чем вы лучше Империи с их каннибализмом? - Олаф согрелся в руках Катрин, но душа все еще требовала ответов.
- Ни чем не лучше, любимый. Мы такие же твари как и они, как и все. - Катрин прижала забинтованную голову Олафа к груди. 
- Но, не все еще потеряно, ты жив это главное. Теперь ход за нами! - Катрин сжала маленькие сухонькие кулаки. При этом Олаф почувствовал в этой юной и хрупкой леди "стальную пружину" сжатую до отказа и готовую выпрямится сокрушая все вокруг.
- Терпи! Ради твоей жены, малыша, ради человечества. Не сломайся! - Катрин наконец отпустила Олафа и "выпорхнула" их комнаты.
Сколько он проспал? Наверное, целую вечность, на улице снова вечер. "Снотворное дали" - Равнодушно отметил Олаф. Следующее утро он встречал в доме Дожа Ривиндейлла. Катрин теперь почти не отходила от него, старалась  провести всякую свободную минуту с Олафом, возможно из соображений его безопасности, а может и по другой причине. 
Очередной банкет по случаю завершения Большой Охоты, чествовали героев Олафа и Алена. Противно было плавать в этом "океане лжи". "По другому никак." - Успокаивал себя Олаф.
- Я поражен, восхищен! Молодой человек, вы достойнейший сын своего народа, да что там! Всего человечества! - Самуэль Руперт был как никогда щедр в словоблудии. Комплименты рекой, восхищению нет краев. Олафа, ничто из этого не трогало. 
- Я просто уверен, нет, я убежден что Совет даст Высочайшее Дозволение вам и вашей дражайшей супруге. И я уверен Ганза приобретет от таких славных жителей как вы, Олаф Паркер.. - Самуэль "надувал щеки", старался быть важным. "Со стороны это выглядит комично" - Отстраненно, подумал Олаф. Еще пару дней назад, он только мечтать мог о гражданстве Ганзы, теперь ему хотелось только убраться отсюда куда угодно.
- А что же Алан, он достоин.. - Попытался перевести нить разговора, Олаф.
- Ах, да! Алан - он получил назначение в провинцию Хлименгейм, там контрабандисты распоясались. - Самуэль обронил фразу между бокалом хереса и деликатесным лангустом. 
"Ему там понравиться!" - Подумал Олаф, не без злорадства.
На следующий день Клара вышла из больницы. Счастливый, Олаф встречал жену. Она была демонстративно холодна.
- А ты не скучал Олаф Паркер, пока спасали нашего малыша. Балы, женщина - развлекался по полной! - Язвительно заметила супруга.
"Да уж,  к черту такие развлечения!" - подумал Олаф вспоминая Охоту.
В доме Артура подали обед. Клара ела с большим аппетитом.
- О! Как же я скучала по нормальной еде, за эти восхитительные булки готова простить даже шашни с этой бледной.. Катрин. - Олаф заметил в ее глазах веселые огоньки, напряжение последних часов пропало.
- Ничего порочного не было. - Сдержано прокомментировал Олаф.
- Оставим это, я хочу прогуляться.  - Клар капризно позволила Олафу ухаживать за собой.
Неспешно шагая по мощенным улочкам  Олаф с женой очутились у того самого водопада где несколькими днями ранее беседовали он и Катрин.
Олаф во всех подробностях рассказал Кларе о Большой Охоте, и о том что он теперь чувствует к Ганзе и ее жителям.
- Самуэль Руперт обещал нам Высочайшее Дозволение - это что то вроде гражданства Ганзы. Насколько я понимаю, выходцев из Империи и Ансгорма крайне редко принимают в Ганзе как равных. Так что - это большая честь, если Самуэль сдержит слово.
-Думаю, все это пустые слова, для того что бы компенсировать твой гнев. Нас уже столько раз пытались убить, удивительно что мы вообще живы! - философски заметила Клара. 
Катрин по своему обыкновению нагрянула к ужину неожиданно и неотвратимо как снежная лавина в горах. Артур извинился, сославшись на занятость оставил Олафа и Клару ужинать в компании Катрин. Олаф официально представил дам друг другу, их взгляды соперниц, не предвещали  теплой дружеской беседы за трапезой. 
- Насколько я понимаю Олаф рассказал вам Клара о происшествии во время Большой Охоты? - Перешла сразу к делам Катрин.
- И что вы думаете, об это? Рассчитываю на откровенность. - Катрин перевела совершенно детский, наивный  взгляд с Олафа на Клару.
- Я и ранее была наслышана о традиции Большой Охоты в Ганзе, так что само по себе это событие не вызывает у меня шока. Однако, попытка элегантно избавиться от моего мужа, наводит на печальные мысли. Возможно, что мы вскоре сами станем объектом   Большой Охоты, госпожа Катрин.- Клара старалась быть откровенной, насколько это вообще было возможно.
- Да, вы еще большей опасности чем можете представить, но все же есть шанс. Не все в Ганзе ваши враги, есть и друзья - я и мои единомышленники . - При  этом Катрин подняла бокал вина.
- За нас, и что бы все у нас получилось! - Провозгласила тост Катрин. 
- Понимаю ваше недоумение.  Я возглавляю оппозиционную партию в Ганзе.- Катрин мило улыбнулась.
- Очень интересно, а какие цели преследует ваша партия, госпожа Катрин? - Чувствовалось что Клара не приняла в серьез громкое заявление собеседницы.
- Когда мы придем к власти, я отменю варварские традиции - Большую Охоту, использование Пищевых, голод в Ансгорме. - Уверенно заявила Катрин.
- За все хорошее против всего плохого. - Резюмировала Клара.
- Зря вы недооцениваете нас. Кстати, ваше появление в Ганзе возможно переломит ситуацию в пользу нашей партии. Если удастся склонить Совет к строительству Квантовой Машины, не откладывая -  это добавит"вес" оппозиции. - Катрин увлеченно рассказывала о своих планах.
- И какова наша роль в вашей "глобальной картине мира", госпожа Катрин - Спокойным тоном задала вопрос Клара.
- Поддержите оппозицию, вы популярны как  у ганзейцев, так и у приезжих! Вместе мы сможем надавить на Совет. - Катрин пылко верила в свой успех, ее уверенность внушала оптимизм.
- Я думаю, мы примем ваше предложение Катрин. - Олаф до этого момента сохранявший молчание, принял решение.
- Я так и думала. - Катрин улыбнулась, так как умела это делать только она. 
- Не хочу далее докучать вам, мои дорогие. Я вижу, вы соскучились друг в друге. - Не прощаясь, Катрин выскочила так же внезапно как и появилась. 
 На следующий день, Артур любезно пригласил Олафа и Клару покататься в окрестностях Ривиндейлла.
- Друзья мои, вы не представляете что это такое, осень в горах! Такое буйство красок, изысканное наслаждение для глаз эстета! А вы ведь эстеты , я вижу.  - Артур настаивал,  стало понятно что отказаться от прогулки точно не получиться, хоть и были основательные опасения, после Большой Охоты.
Транспорт бесшумно скользил по хорошей дороге, серпантином веющейся в обрамлении лип и платанов, листья местами желтели, некоторые приобретали красноватый оттенок. Чем выше они забиралась тем разительнее менялась растительность. "Действительно, в Империи я такого не видел, и вообще нигде не видел" - Олаф искренне восхищался открывающимися видами и перспективами.  Клара своим видом не показывала хоть какого-то интереса. " В ее положении не удивительно" - Олаф списал недовольство супруги на беременность.  "Как в таком красивом месте люди могут быть такими злыми" - искренне не понимал Олаф. В Ривиндейлл вернулись поздно вечером, преисполненные впечатлений.

Глава 12
Несколько дней в неге и покое, то что нужно роженице на последних сроках вынашивания ребенка. Но, все хорошее имеет скверную привычку заканчиваться настолько резко и не предсказуемо, что воображение не в силах представить.
Катрин ворвалась в их спальню среди ночи. Ничего не понимающая Клара хлопала глазами спросонья, Олаф чутьем военного сразу ощутил опасность. Он практически мгновенно оделся, прежде чем расспросить Катрин.
- Они нас не послушали.. - Катрин сбивчиво рассказывала, смысл постепенно доходил до Олафа и Клары.  Совет не принял сторону оппозиции, Квантовую Машину Ганза возводить в обозримой перспективе не будет, а Олафа и его жену Клару депортируют в Империю и Ансгорм.
- Депортация это смерть для вас, они это понимают и все равно решили так! Заседание только что кончилось, я сразу к вам.  - Катрин смогла унять дрожь в голосе, ее слова приобрели уверенный тон.
- Что же нам делать? - Совершенно растеряно спросила Клара, ее глаза смотрели в пустоту.
- Бежать! Выбора все равно нет. - Как можно спокойнее ответила Катрин.
- Куда бежать?! Клара вот - вот родить должна. Объявят Большую Охоту и зарежут нас как этих несчастных. - Олаф вспылил, предложение Катрин казалось ему совершенно безумным и вредным.
- Я бы не пришла к вам, не будь шанса на успех. Вас можно спасти. Маленький шанс, но он есть! Если будите делать все что я говорю, не тратить время на вопросы - то может быть успеем. - Слова Катрин вселили надежду. 
Олаф метался по комнате, собирал вещи "самое необходимое"
 Клара небрежно одевшись выволокла какие то баулы из шкафа, непомерно большие, три тюка.
- Это приданное малыша, я без этих вещей никуда не пойду! - заявила Клара, так что стало понятно -  возражать бессмысленно.
- Это не возможно, куда это все? Как мы это потащим?! - В лице Катрин отразилась безнадега и ужас.
Олафу пришлось оставить все свои вещи, оружие. Тащить тюки в основном пришлось ему, Катрин несла только относительно маленькую сумочку Клара тяжело шагала налегке.  Транспорт очень тихо довез пассажиров к заброшенному, заросшему вьющимся вдоль стен плющом, полу развалившемуся особнячку. Катрин раздвигая растения и похрустывая под ногами упавшей со стен штукатуркой, вошла в здание первой. Клара как только вошла в пустой холл, уселась на один из тюков. Катрин отсутствовала ровно три минуты, вернулась довольная и веселая (даже в темноте это чувствовалось).
- Идем тихонько и очень осторожно, лестница старая, ступеньки крутые. - Сказала Катрин, придерживая Клару за локоть.
В подвале массивная дверь была открыта, в проеме горел свет. Катрин проводила Клару усадила в пыльное кресло. Олаф загрузил всю поклажу. Это был вагон, подобный тому в котором они приехали из Капоры.  Когда все устроились на местах, Катрин ушла, "В кабину управления" - догадался Олаф. Вагон со скрипом и дрожью тронулся, тяжело набирая скорость. Ехали на этот  раз не так долго, однако Клара успела сладко уснуть на плече Олафа. Остановились в каком то неприветливом, темном подземелье, пахло сыростью и как ни странно морем.
Катрин с фонарем куда то ушла, и через какое то время слепящий электрический свет взрезал тьму.
- Ух ты! - Клара не смогла сдержать детского восхищения.
- Я про такое только в книгах читала, думала что ни одного не осталось.. - Олаф искренне не понимал о чем говорит Клара.
Девушки шли вперед Олаф тащил тюки сзади, подошли к пирсу. "Откуда здесь море? Земли Ганзы на многие сотни километров в горах!" - Олаф отказывался верить своим органам чувств. Перед ним был причал и длинный и довольно узкий корабль на плаву. Олаф никогда такого не видел. "Палубы нет, надстройки нет. Похож на огромную банку, как ЭТО вообще плавает?" - Поражался Олаф.
- Это подводный корабль Древних. Я и мои люди восстановили его и модернизировали. Теперь это судно полностью автономно, управление автоматическое. - Катрин выдохнула, не в силах в коротком рассказе передать все .
- Думаю, мне нужно вам кое что рассказать. Пойдем те лучше внутрь, там будет комфортнее. - Катрин указала на узкий трап поднимающийся в рубку.
Олаф со всей осторожностью провел жену по трапу, только потом вернулся за вещами. Обстановка внутри судна резко контрастировала с угрюмым видом и общим запустением оставшимися с наружи.
Катрин любезно принесла откуда то свежи сваренный кофе. Разместившись в                кают-компании Олаф и Клара немного успокоились и были готовы выслушать свою спасительницу.
- Вы наверное знаете, должны знать, что на Земле заселена только узкая полоса земли, остальные земли непригодны для жизни людей. Там или слишком жарко или нестерпимо холодно. - Очень "из далека" начала Катрин.
- И вы знаете что южнее земель занимаемых Ганзой простирается мертвый Южный океан, воды которого настолько горячие что местами закипают. А чего вы не знаете, так это то что те воды содержат адский "коктейль" из кислот и солей, и даже подготовленное судно не может ходить в Южном океане, кислоты попросту растворят его корпус. - Катрин взяла паузу, пригубив из чашки. "Самое время слушать лекции по географии" - Олаф начал злиться.
- И чего вы точно не знаете За Южным океаном есть пригодные для заселения земли и там есть жизнь! - Катрин победно обвела слушателей взглядом. Довольная произведенным эффектом, продолжила.
- Это подводное судно уже ходило к Дальним берегам, так мы называем эти земли за океаном. Правда без команды, в автоматическом режиме. Мы выяснили что там живут люди, больше информации пока не удалось получить. - Катрин, прервала монолог, справедливо ожидая вопросы.
- Ты хочешь что бы мы бежали на этом корабле в другой мир? - Прямо в глаза спросила Клара.
- Да, и я считаю это единственный выход. Хотя меня не поддержал ни кто, даже члены моей партии. Вы привезете им вот это. - Клара положила на стол знакомую тряпицу.
- Пришлось повозиться с папиным сейфом - В скользь заметила девушка. 
- Хм, а если эти люди за океаном не так дружелюбны как бы нам хотелось. Если они построят Машину и обратят ее нам во вред. Насколько я понял, на ее основе можно создать невиданное по мощи оружие. - Олаф, озвучил свое пессимистичное мнение. 
- Этого мы не знаем, но стоит рискнуть. - Вот так просто объяснила Катрин.
- Все равно других вариантов нет. - Подытожила Катрин.
- Пойдемте, в рубку управления, расскажу как справиться с этой "штукой" - Хорошее расположение духа окончательно вернулось к Катрин.
Огромное количество незнакомых приборов, мониторов, лампочек, рычагов управления. "Да тут надо еще одну Академию закончить, что бы со всем этим разобраться" - Увиденное шокировало Олафа. Катрин показывала Кларе увесистый буклет, справочник и руководство по управлению судном.
- Все управление берет на себя компьютер. Корабль уже ходил этим маршрутом, ничего нештатного не должно случиться. Но на всякий случай, вам нужно разобраться с ручным управлением. - Катрин тоном школьной учительницы объясняла Кларе.   
- Я поняла, просто ничего не трогать. - Как прилежная ученица вторила Клара.
"Время уже к обеду, неплохо бы чуть поспать" - Думал Олаф. Катрин откровенно зевала, Клара едва не засыпала на ходу.
- Вот и все! Друзья мои, нам нужно расстаться. Я не могу вас сопровождать, долго объяснять почему. - Катрин засобиралась к выходу.
На трапе, Катрин нежно обняла Клару, ее глаза были полны слез. Олаф хотел поцеловать руку даме, но Катрин бросилась ему на шею и страстным поцелуем впилась в губы Олафа. Олаф ответил, хоть и не ожидал от себя такого..
- Прощайте! - Катрин отвернулась и быстро сбежала по трапу на пирс.
Олаф взглянул на Клару, но не увидел в ее взгляде упрека.
Через несколько минут люки были задраены, и бортовой компьютер замигал лапочками мониторы ожили потоками цифр и букв, путешествие началось.
Движение почти не ощущалось, корабль слегка покачивало, и мелкая едва уловимая вибрация - это все чем проявлялось движение судна. Клара как подобает хранительнице очага, раскладывала принесенные вещи в жилой каюте, ей понадобилась целая отдельная каюта в качестве гардеробной.  Олаф "вооружившись" журналом отправился изучать внутренне строение их нынешнего пристанища.  Изначально судно было рассчитано на команду в более ста моряков, после модернизации количество жилых помещений сократили, осталось 12 маленьких кают, каюта капитана, кухня, 3 сан узла. и самое большое помещение  кают-компания. Как сообщила Катрин, путешествие должно занять около месяца. Олафа страшило - роды придется принимать ему прямо на борту. 
- Припасов достаточно для  десяти человек, на троих точно хватит. - По хозяйски рассуждала Клара.
- Скучать я тебе не дам, дорогой. Мы будем учиться, кстати, в каюте капитана я нашла неплохую библиотеку, спасибо ганзейской любви к книгам. - Клара выкладывала из маленькой тележки пыльные книги.
- Вот с этого и начнем! Справочник по гинекологии и акушерству.  - Клара с довольным видом рассматривала Олафа, которого мутить стало от одного только названия.
На самом деле - чтение, учеба не плохой рецепт от скуки. А еще долгие вечерние беседы в кают-компании за чашкой превосходного кофе.
- Знаешь милый, за все это время нам толком не удавалось побыть вместе. Мне так хорошо сейчас с тобой, если бы малыш меньше пинал меня изнутри и это постоянная тяжесть.. я бы сказала что сейчас чувствую себя самой счастливой на свете. - Клара прижалась к Олафу спиной, совершенно по домашнему вытянула милые аккуратные ножки.
- Да, это все странно, постоянно куда то бежать, спасаться, чьи то интересы ставить выше собственных. Я только сейчас стал думать и анализировать наш путь, все ли правильно мы сделали. - Сказал Олаф, при этом подумал - "Тишина, спокойствие, безопасность, размеренный и едва уловимый гул двигателей, в такой обстановке приятно размышлять".
- Забей, мы живы - значит все правильно делали. - Клара была не склонна к самоанализу.
- Почти для всех мы враги - для Империи, Ансгорма, теперь и Ганзы. Почему так? Какое злодеяние мы совершили, что бы весь мир против нас..  - Олаф искренне злился не понимая причин.
- Что ты! Мы для них всех ничтожества, пыль с дорог!  Их интересует только власть и могущество, и вот это - Клара взглядом показала на мирно лежащий на полке сверток с накопителем.
- Мир так устроен, люди так устроены. Все хотят жрать, и хорошо жить - те кто утолил голод физически, не перестают хотеть чего то еще. Дорогие шмотки, лучшее жилище, высокое положение в обществе и на вершине пирамиды желание власти. - Клара рассуждала, и умиротворенно поглаживала животик через тонкую ткань просторного пеньюара.
- Да, мир похож на ПИЩЕВУЮ ПИРАМИДУ. Только вместо продуктов питания люди, верхние "поедают" нижних и так до самого нижнего слоя. И ни о какой справедливости и равных правах не может идти речи, пока люди "питаются" другими людьми. - Продолжила рассуждения Клара.
- И что можно сделать что бы разрушить эту пирамиду? - Совершенно по детски, наивно спросил Олаф.
- Не знаю. Может это и есть природа людей - бесконечное стремление доминировать, лезть вверх "по головам".  И такое положение вещей не изменить. - Грустно резюмировала Клара.
- Но, если у людей будет достаточно ресурсов, исчезнет нужда, тогда и пирамида рухнет?- Не соглашался Олаф.
- Ты просто не знаешь Истории Древних, вам в Академии такое не рассказывали. Так вот! У древних перед самой войной все было. И ресурсов достаточно,  и наука и технологии были такими что бы люди оставались счастливыми всегда. Ничего не помогло! Пирамида все равно "раздавила" человечество.  - Клара грустно смотрела на мужа.
- Давай сменим тему, нашему малышу вредно слушать такие печальные разговоры. -  Клара протянула Олафу "дымящийся" тонким ароматом кофе.
Олаф засыпал - ему снились ужасные иллюстрации из учебника, синяя пуповина младенца душила Олафа. Ночной кошмар прервал громкий стон жены.   
- О боги! Течет, я вся мокрая, Олаф! - Клара пыталась сесть, на кровати, ей это не удавалось.
- Началось! Включи же лампу наконец! - Раздраженно бросила Клара.
Следующие несколько часов стали для Олафа Адом. Бедняга носился от кухни, к спальне и кают-компании и обратно, вода, простыни, вата, все было приготовлено. Клара стонала, потом орала в голос, ее трясло и крупяные градины пота катились по страдальческому лицу.  Наконец ребенок родился, Олаф перетянул и отрезал пуповину, как учили.
- Девочка! У нас девочка, любимая!!! - Олаф плакал, рыдал не с вилах сдержать эмоции.
- Покажи мне ее. Лидия. Ну здравствуй Лидия! - Клара поцеловала сморщенный орущий комочек плоти.
Клара тяжело и неспокойно спала, Олаф запеленал как было указано в учебнике дочку, и наблюдал за измученной супругой. 
Жизнь продолжается, теперь "гигантский стальной исполин" (так Олаф мысленно называл их корабль), нес в своем "чреве" три хрупкие человеческие жизни.
Проблемы начались через три недели путешествия. Внешне ничего не изменилось. Однако, Клару которая за это время поднаторела  в работе с бортовым компьютером, беспокоили выданные на монитор данные.
- Если я правильно поняла, автоматика не в состоянии принять решение.. Вот, отказ! - Клара показала пальцем на монитор.
Олаф ровным счетом ничего не понимал, но полностью доверял Кларе. Вечером Клара едва притронулась к еде. Дочку покормила и снова поднялась в рубку управления. Олаф уже спал, когда измученная Клара пришла таки к ним в спальню.
- Я поняла, сделала анализ. Если коротко все очень плохо. Сонары показывают что горизонт высокотемпературных вод опустился еще на пятьсот метров, а значит и кислота то же. Компьютер посчитал все варианты, и все они плохие для нас. - Из всего сказанного Кларой, Олаф понял только то что все плохо.
За завтраком, Клара на этот раз от еды не отказалась. Поиск решений и размышления продолжились.
- Надо переходить на ручное управление. Компьютер рассчитал маршрут, но сам же блокирует движение, потому что шанс ничтожно мал. Понимаешь, этот  корабль не может погружаться ниже определенного уровня, как раз до нового горизонта. Но, как у всякой техники у него  есть запас прочности. Компьютер не смог рассчитать хватит этого запаса или нас раздавит давление воды. - Клара как будто разговаривала сама с собой.
Насколько понял Олаф,  компьютер выбрал предпочтительное решение: возвращаться в   порт отправления, как наименее рискованное. Возвращение в Ганзу - смерть, объявят на них Охоту или тихо придушат,  результат очевиден.
- Нужно твое участие. По протоколу, для перехода в ручное управление необходимо одновременно ввести ключи капитана и старпома. Долго объяснять, пойдем в рубку я все покажу. - Клара уверенным тоном давала указания.
Мониторы центрального поста погасли, индикаторные лампы бешено замигали, компьютер загрузился снова. Клара сосредоточено склонилась над пультом.
- Ну вот и ладно! Мама дома. - Впервые за день, довольная улыбка на лице Клары, значит все получилось.
- Ну и хорошо! - Выдохнул Олаф.
- Рано радуешься господин Паркер, самое сложное еще впереди. - Клара подмигнула мужу и заложила штурвалом вираж.
Судно не привычное к резким маневрам, как показалось Олафу, заскрипело.  Спустя три часа корабль вернулся в точку старта, вернее в точку погружения на максимальную глубину.
- Олаф, когда мы погрузимся следи внимательно за отсеками. Если где то  будет течь, нужно наглухо закрыть этот отсек. - Не отрывая взгляд от мониторов дала команду Клара.
Пол под ногами накренился, корабль погружался достаточно резво. Теперь Олаф отчетливо слышал скипы и скрежет мощных стальных конструкций, сдавливаемых километровой толщей вод. Минуты, десятки минут, часы.. они все еще живы. Корабль выдержал, Олаф боялся до конца поверить в их удачу. Медленно текло время, вот уже пол накренился в обратную сторону, всплытие.  Пальцы на подлокотниках кресла побелили и затекли, с такой силой Олаф сжимал их. Гнетущую тишину рубки пронзил детский крик, Лидочка проснулась.
- Покормишь? - Виновато спросила Клара, не отрывая взгляд от монитора.
Олаф наконец выдохнул и пошел ухаживать за дочерью.   
Это путешествие, как и всякое подходило к концу, Клара все больше времени "колдовала" над картами Древних, сверялась с сонарами.
- Вот здесь остановимся, дальше мелководье. - Клара указала точку на карте.
Люки раздраили ночью, из соображений безопасности.
Стоя на мостике, Олаф задрал голову к звездам.
- Смотри, здесь другие звезды, совсем не как у нас. - Удивлялся он.
Клара смотрела на мужа и улыбалась, ничего не говоря. Днем их разбудили странные звуки, такое впечатление что кто то бьет тяжелым предметом в борт.
С мостика Олаф увидел странную узкую лодку с противовесом, в ней двое обнаженных по пояс гребцов. Клара с дочерью поднялись на мостик.
- А здесь есть жизнь! Поздравляю нас Олаф Паркер! - В шутки и в серьез заявила Клара!

Эпилог
Дорогие друзья, читатели! Если вам было интересно, если хотите  прочитать продолжение о приключениях Олафа, Клары, их дочери Лидии и других героях повести. Напишите об этом в отзывах, автор читает все отзывы и обязательно прислушается к вашим пожеланиям.