Родные сестры. Повесть

"Господь Всевидящий с рождения ребенка знает, по какому пути пойдет человек: по пути правды и добра, или по пути зла. И тем, кто пойдет по пути правды, посылает Он Свою благодатную помощь, Господь о нем заботится; с ним бывает то, о чем говорит Христос, называя Себя Лозой Виноградной. Все мы, христиане, ветви и листья этой Лозы".
свт. Лука (Войно-Ясенецкий)

I
Были они родными сестрами - старшая Настя и младшая Алена. Мать их, Ольга Петровна, родилась в тяжелые революционные времена и, натерпевшись нужды в родительском доме, всю жизнь искала для себя легкой доли. Ей действительно удалось очень неплохо устроиться - вышла замуж за красивого и обеспеченного моряка-офицера, никогда не работала и жила в городской квартире со всеми удобствами. Жила легко, без напряжения, от безделья временами мучилась, но идти на работу все равно не желала.

Забеременев Настенькой, она рожать отправилась к матери, в деревню. Благополучно родила, а затем малюсенькую дочку свою матери оставила, а сама вернулась к мужу в город. Женщина она была напористая, решительная и всегда добивалась своей цели. Она рассуждала так:
- Зачем самой надрываться, если рядом добрая и самоотверженная мать? Она- безотказная, своих четверых детей вырастила, ну, а заодно, и мою дочь вынянчит.

Не хотела думать о том, что мать работает в школе учительницей и на руках у нее еще младшая дочь остается. Да и все хозяйство было на ней, а ведь жизнь деревенская совсем не то, что городская: воду из колодца принеси, печь растопи, еду приготовь, баню истопи, скотину накорми, дом и огород обиходь.

Так и случилось, что жила Настенька до 15 лет у своей доброй бабушки, росла в неге и ласк. Была она способная, в школе на лету все схватывала, но училась средненько, не напрягаясь. Зато наигралась в своем детстве досыта, целые дни проводила на улице и с соседскими ребятишками играла то в прятки, то в пятнашки, то и в лапту, то в дочки-матери. Прибегала домой поесть, да поспать. Бабушке помогала редко, бывало принесет ведро воды из колодца и опять на улицу бежит - играть. 

А через 8 лет родила Ольга Петровна вторую дочку - Алену. Приехала к матери и пыталась и эту дочь к ней пристроить, да не получилось. Это уже был перебор, у бабушки кроме Настены к этому времени на руках еще один ребенок появился - внук от младшей дочери.

Пришлось Ольге ехать с маленькой Аленой обратно, но она не растерялась и прихватила в деревне няньку- соседскую девчонку Варьку. Так что Аленка хоть и росла в доме матери, но постоянно под присмотром нянек, вначале Варьки, которая за ней несколько лет ухаживала, а затем и другие - появлялись и исчезали.
 
Выросли они очень разными- старшая Настя и младшая Алена. И возрастом эта разница только усиливалась. И что было этому причиной непонятно. То ли разная все-таки генетика, ведь по характеру Настя была похожа на празднолюбивую мать, а Алена - на труженика-отца. 
А может быть легкое, счастливое детство у бабушки так Настену разбаловало, что потом ее не могла прибрать к рукам и властная мамаша.
Или может и правда– отец небесный был этому причиной. Как говорил святитель Лука: "Господь Всевидящий с рождения ребенка знает, по какому пути пойдет человек: по пути правды и добра, или по пути зла. И тем, кто пойдет по пути правды, посылает Он Свою благодатную помощь, Господь о нем заботится". 

Настена всегда жила свободно и без напряжения, ее коронные слова были "хочу и буду", а Алена - всю жизнь трудилась и следовала слову "надо". Она считала работу не наказанием, а наградой. И судьбы у этих девочек-сестренок сложились совершенно разные, можно сказать диаметрально противоположные. Хотя были они - родная кровь и плоть, и внешне очень похожи.

II

После седьмого класса Ольга Петровна, наконец, забрала в город свою старшую дочь Настю. И здесь ее лафа сразу закончилась: мать стала требовать, чтобы она каждый день уроки делала, а не по дворам шастала. Но перевоспитанию поддавалась Настена туго, задания домашние делала кое-как, и продолжала тройки из школы таскать. Правда, подтянулась она с учебой, когда в их классе появились мальчики. В том году произошла очередная реорганизация школьного образования - мальчиков и девочек вместе в школе объединили. Появился у нее сильный и неугасимый интерес к мужскому полу, и это стало стимулом на всю ее жизнь. Не всегда ее увлечения были счастливыми, не такой уж красавицей она тогда была - еще не оформившийся тощий подросток. Но постоянно была влюблена, горела, и притягивала к себе мальчишек своим кокетством и обожанием.

С детства Настена мечтала стать врачом и всем сообщала об этом. Еще в годы ее жизни у бабушки, она важно ходила с белой матерчатой сумочкой с вышитым красным крестом. А в сумочке этой лежали какие-то старые таблетки и разбитый градусник. Но уже тогда окружающие с уважением говорили: "Настена- наш будущий врач!"

Младшая сестренка тоже пошла в школу – первый раз в первый класс. И тут сразу же проявились необыкновенные способности у Алены к учению. Учиться ей страшно нравилось, садилась она за парту в начале урока, и сидела не шевелясь, и не сводя взгляда с учительницы до самого его конца. И так с первого урока до последнего. Ловила каждое слово учительницы, которая, как ей казалось, говорила необычайно интересные вещи. 

Не только учительница, но и все окружающие поражались этой девочке, откуда у нее такие способности и страсть к учебе.  Конечно, была она лучшей ученицей в классе и отличницей. Другие родители Ольге Петровне завидовали:

- И в кого Алена у вас такой умницей уродилась? Ведь вы никогда ни уроки с ней не делаете, да и особо ее учебой не интересуетесь. Как будто она такая вам откуда-то  готовенькая прилетела.

Видела мать как легко Алене давалась учеба, и решила нагрузить ее еще больше. Со 2 класса записала в музыкальную школу, а с 3-го и на фигурное катание. Но понимала, что главное для вундеркинда, это не только талант, но и огромное трудолюбие. Вот это качество и воспитывала она неусыпно в своей младшей дочери.
Как только дочь научилась писать, то должна она была по нескольку раз выводить в своем дневничке: "Нету лучше дружка, чем родная матушка" и "Терпение и труд все перетрут" и "Без труда не вытащишь и рыбку из пруда". 

До поры до времени Алена особого интереса ни к одной из профессий не проявляла. Просто училась на отлично по всем предметам. Из точных наук больше всего любила химию, а из творческих – литературу. Хорошо играла на пианино и неплохо рисовала. Когда в городе их открыли театральную студию, то неожиданно для себя увлеклась актерским мастерством. Но мать это увлечение не одобряла, а Алена была – дочка очень послушная. Верила, что мать ей добра желает. И по настоянию матери стала готовиться к поступлению в медицинский институт. Туда же, куда так стремилась поступить ее старшая сестра Настя.

III

Когда Настя закончила 10 класс, то они всей семьей отправились в деревню к бабушке. Мать считала, что там легче будет создать условия для подготовки к вступительным экзаменам для ее старшей дочери. Напротив бабушкиного дома стояла пустая изба, вот туда и определили Настю, чтобы она в тишине и покое могла готовиться к поступлению. Разложила Настена учебники по химии и физике перед собой и стала корпеть над учебниками. Но корпела она недолго, вскоре это скучное занятие ей приелось. Целые дни она сидела в этом доме, и скучала. Уйти никуда было нельзя, ведь из дома напротив следила за ней мать. Зато, когда темнело, то наступал ее праздник - она вылезала из окна и бежала на сельский пятачок, на танцы. А потом гуляла до полуночи со своими поклонниками. Целовалась, обнималась, а перед рассветом возвращалась в "дом для занятий". На следующий день отсыпалась и вечером повторялось то же самое. Так что подготовка шла плохо, совсем немного знаний в ее хорошенькой головке за это лето прибавилось.

А в августе всей семьей поехали в Ленинград, ведь пришло время Настеньке держать вступительные экзамены.

К ужасу всей семьи первый же экзамен по химии Настя провалила. Она не смогла решить самую обычную задачу. Взглянул экзаменатор на листочек с выведенными ей каракулями и грубо произнес:
- Два балла и до свидания!

После экзамена идти домой Насте не хотелось - набросятся, ругать будут. Пришла она домой поздно вечером. Размазывая слезы по лицу, рассказала, как ходила по городу с мыслями броситься под колеса автобуса или трамвая. Ну, прямо Анна Каренина. Скорее всего было это просто уловкой, чтобы строгая мама ее не отчитывала. Мать была в панике, в душе она понимала, что толку не будет и на следующий год, что ее непутевая дочь упорно трудиться и зубрить не станет.

И она решила срочно пристроить ее учиться, ну хоть куда-нибудь. Был у ее отца друг юности, хороший музыкант, который стал директором музыкально- педагогического училища в Твери. Как-то он навещал друга, послушал игру на пианино и пение его внучки, Насти, и пообещал принять ее в свое училище. Ольга Петровна решила воспользоваться его любезным предложением и повезла непутевую дочь в Тверь. Настя в училище поступила, правда, не на отделение по фортепиано, как им хотелось, а на народные инструменты, на домру. Но у Ольги Петровны на душе полегчало, теперь старшая дочь была к делу пристроена.

А через несколько лет в тот же институт стала поступать Алена. Это было настойчивое желание ее матери, хотелось ей, чтобы в семье все-таки был врач. Алена верила матери и прислушалась ко всем ее советам. Готовилась она очень серьезно, почти не вставала из-за письменного стола, даже еду ей в комнату приносили, чтобы не отвлекалась. Как золотой медалистке надо было ей сдавать только профилирующий экзамен по химии, но в отдельном потоке и по усложненной программе. Вызубрила она почти наизусть не только школьные учебники, но и университетские книги для химфака проштудировала, и задачи оттуда прорешала.

Когда вынула на экзамене билет и показала его, то экзаменатор покачала головой:
- Ну что ж попробуй! Почему-то никто с этой задачей до тебя справиться не смог!
Взглянула Алена на задачу и, казалось, что не такая уж она была и сложная. Решение на поверхности лежало. Но слова экзаменатора ее сильно насторожили. Ясно было, что была в этой задаче какая-то загвоздка, если лучшие ученики до нее не смогли справиться. Стала она приглядываться и прикидывать, и поняла в чем был секрет. Когда подошла к экзаменационному столу, то взглянув на ее решение строгий ментор и разулыбался:
- Ну и какая-же ты, умница, все-таки нашла верное решение. А ведь в школе вам этого не преподавали. Молодец, пять. Но почему же ты такая бледненькая, девочка? Тебе бы надо больше гулять и спортом заниматься.

Не понимал он, что Алена почти три месяца из-за стола не поднималась, учила и вникала, не разгибая спины. Сила воли у нее была колоссальная, но здоровье подвело и получила она микроинсульт, от последствий которого еще много лет страдала.

IV

Теперь Настасья училась d музыкально-педагогическом училище в Твери, а Алена в медицинском институте в Питере. Cердце матери успокоилось, обе дочери были пристроены. Алена, как всегда, терпеливо трудилась и двигалась вперед и вверх, а вот у Насти вскоре начались топтания и шатания.

Через год из Твери пришло известие, что Настасью из училища отчисляют за прогулы. Хоть и не проявила она к музыке особой склонности, не блистала талантами, но если хотя бы посещала занятия, то не внесли бы ее в списки для отчисления. Но беда в том, что не нравилось ей ни на домре играть, ни на пианино, да и просто-напросто желания идти на занятия не было. Чем она занималась? Наверное, спала до обеда, а потом наряжалась, красилась и бежала на танцульки. Вот это было весело и увлекательно. Пришлось Ольге Петровне спешно ехать в Тверь и умолять знакомого директора подождать и дочь не отчислять. Как друг семьи директор считал себя обязанным Насте помочь. С грехом пополам Настасья училище закончила, и получила желанный диплом.

К этому времени она и замуж выскочить успела и сына родить. Сыну едва годик исполнился, как она с мужем развелась. Ведь теперь, как молодой супруге, ей надо было и за мужем ухаживать, и сына нянчить, но это было трудно, нудно и совсем не интересно. Легче было вернуться к матери, пусть она растить сына помогает. Как когда-то помогала ей ее мать - бабушка. Сына ее стали поднимать всем колхозом – и мать, и сестра Алена, даже отец иногда по ночам внучонка нянчил.

А между тем Алена начала учиться в медицинском институте. Не сказать, что было легко, началась анатомия, а с ней много зубрежки и все по-латыни, которой студенты на первом курсе еще толком и не знали. Но все бы ничего, если бы со второго семестра не начались секции в анатомичке и вскрытия в морге. Это было очень тяжело перенести, и каждый раз, заходя в морг, Алена почти теряла сознание. Но надо было все выдержать, зажать свой ужас и отчаяние в кулак, и идти дальше. Алена себя уговаривала: "Пусть сейчас трудно, но впереди великая цель - излечение людей". Алена смотрела вперед и мечтала прожить свою жизнь не зря, а совершить в ней что-то значительное, большое, нужное всем. Как говорил Николай Островский "чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы». В институте, как и в школе Алена училась очень хорошо. Она просто не могла делать что-то в полсилы.

И по ходу учебы взвешивала и выбирала то направление в медицине, занимаясь которым она могла бы принести самую большую пользу. Чувствовала она в себе силы недюжинные и боялась их растратить на пустое. Видя страдания раковых больных, долго думала посвятить себя онкологии. Но занимаясь на 4 курсе на кафедре психиатрии она поразилась тому, как необычайно сложно был устроен человеческий мозг. Удивилась, узнав, что до сих пор были не поняты причины тяжелых психических заболеваний, это оставалось тайной. И в конечном итоге решила изучать мозг, чтобы понять его секреты. После занятий в институте стала ходить в ведущий медицинский НИИЭМ и учиться там павловским методикам и современным нейрофизиологическим методикам по изучению функционирования мозга.

Окружающие ее успехам поражались. Преподаватели в мединституте говорили- это девочка с большим будущим. А мать долго думала, почему же ее замечательные дочки оказались такими разными, и в конце концов вынесла свой вердикт:
- Ну, видно уже так у них на роду написано: Настасья наша - красавица, она для любви создана, а умница Алена- для науки, она у нас профессором будет.

V

И правда, казалось, что Настасья науку страсти нежной изучила досконально. Она умело кокетничала, интриговала, знала, как мужчину заинтересовать или же вызвать у него ревность. Знала и то, как свою соперницу незаметно и умело оговорить и даже очернить в его глазах. Собой была она привлекательная, видная. Красилась ярко, одевалась броско, мужчины на нее сразу внимание обращали. Любила и ее любили, жизни радовалась. Она говорила: "Любовь- это весна жизни. А как можно жить без весны?" Она была создана для любви, казалось, это женщина-праздник.

Работа ее никогда особо не интересовала, она бы с удовольствием, как ее мать, вообще без работы жила. Но приходилось на работу ходить, ведь себя и ребенка надо было содержать. После училища устроилась она в музыкальную школу учительницей  сольфеджио. Учительницей по фортепиано ее не брали, полагали, что образование ее было недостаточным. Ей это было обидно, обидно было и то, что ученики в музыкальной школе не считали ее предмет чем-то важным и им манкировали. Но тут она живо навела порядок, ведь распорядительницей она была прекрасной: стала двойками учеников засыпать и их родителей в школу вызывать.

Позднее устроилась учительницей музыки для иностранцев в военное училище. Стали к ним в гости вьетнамцы, да кубинцы захаживать. В этом училище она и мужа-моряка себе подыскала. Применила все свои познания в «науке страсти нежной» и сумела своего добиться. Теперь стала она офицерской женой и как и ее мать могла больше о будущем своем не беспокоиться – материальное благополучие ей было обеспечено. И работать не надо было больше.

Поехала с мужем на Камчатку, он там на подлодках служил. И все любви искала, ведь женщина она была привлекательная и игривая, да и муж у нее по полгода в море уходил. Интрижек было и правда очень много, но ей хотелось другого - большой и настоящей любви. А вот это никак не получалось. Видела, что муж ее тоже особо не любил, как из плавания приходил на берег, то надо было за ним постоянно присматривать, а то за каждой юбкой готов был побежать. Решила дочку родить для укрепления семьи. И эту девочку очень полюбила, ведь первенец, сын, для нее обузой был, и она все пыталась на мать и родных скинуть. Долго не хотела она иметь больше детей, для нее это ненужной обузой казалось.

Теперь хоть какой-то смысл у нее в жизни появился – дочку растить надо было. Но мечта о большой любви ее все не оставляла. Но она почему-то все не приходила. Каждое лето она проводила у матери, в Питере. Часто виделась с Аленой и все поражалась ее жизни.

Та уже стала большим ученым нейрофармакологом, диссертацию защитила, еа конгрессы, даже международные с выступлениями ездила. Случилось все так как и предсказывала ее мудрая мать: "Алена у нас для науки". Вышла Алена замуж и родила двоих детей. Жили они неважно, муж ее обижал и тоже погуливал. Хотя иногда как будто прозревал и тогда каялся и признавался: "Жена у меня умница и скромница!"

Алена действительно скромницей была, Настя и ее мать, Ольга Петровна, ее даже недотепой и простушкой считали. В "науке страсти нежной" ничего не понимала, ни пококетничать не могла, ни глазками пострелять, ни завлечь мужчину. Не умела ничего того, чем так хорошо владела ее старшая сестренка, Настена. Как-то пришла Настена к сестре на работу и подивилась: какие там мужчины, все как на подбор, умники, красавцы и все почему-то к их Алене с большим уважением относятся. Думала, что уж на нее они наверняка клюнут, но нет, никто ей не заинтересовался.

И вскоре пожаловался Ольге Петровне муж Алены, что ходит за его женой, как тень, сотрудник из ее научной лаборатории. И она так тронута его любовью и заботой, что расцвела как роза. И просит незадачливый муж, чтобы мать и сестра вмешались и не дали им семью разрушить. Удивилась Настена, и что это за страсти-мордасти вокруг ее сестренки происходят? И ясно стало, что была это не интрижка, а глубокое чувство, которое влюбленных на многие годы связало. И хотя уйти от мужа Алена так и не решилась, но и на расстоянии чувствовала себя единственной и любимой. Напоминало это "Гранатовый браслет" Куприна. Видимо встретилось в ее жизни то большое чувство, о котором многие женщины мечтают. 

Когда Настя жила у матери в Питере, то заехал к ней сослуживец ее мужа Виталий. У них на Камчатке считался он Дон-жуаном и многих женщин с ума сводил. Как-то встретил он у матери Алену, и напал Настю: "Как ты могла скрывать от меня свою удивительную сестренку?" Что это, о ком он это? Неужели об этой простушке, Золушке - Алене? Той, которую они с матерью всегда считали ученым сухарем, созданным только для того чтобы грызть гранит науки?

Настя и ее мать спрашивали себя, почему возникали к этой непрактичной, витающей в облаках трудяге, Алене, такие серьезные чувства? Почему ее любили такие достойные и серьезные мужчины? Получалось, что ошибалась мудрая Ольга Петровна, и была ее младшая дочь Алена и для науки и для любви? А может это как раз было то, о чем говорил святитель Лука: "И тем, кто пойдет по пути правды, посылает Он Свою благодатную помощь, Господь о нем заботится; с ним бывает то, о чем говорит Христос, называя Себя Лозой Виноградной. Все мы, христиане, ветви и листья этой Лозы"