Дьяволы карибского моря. Глава 7 часть 2

— Слушайте меня, братья! —  голос Джеймса звучал негромко, но каждый слог отдавался в сердцах. — Джейн — не просто член нашей команды. Она — наша сестра. Наша кровь. Наша честь.

 В тишине — лишь шелест волн и треск пламени.

— Я выгнал её. Сказал ей уйти, потому что не поверил. Потому что испугался за неё… и за нас. — Джеймс сжал рукоять сабли так, что побелели пальцы. — Но теперь я знаю: она не предавала. Она верила. И за эту веру её схватили.

Кто;то из пиратов выкрикнул:Мы идём за ней!

Джеймс кивнул, но не торопился с ответом. Он обвёл взглядом лица — Моргана, Крюка, Билли, Ниогабо… каждого.

— Вы все знаете её. Знаете, как она дралась рядом с нами. Как делила хлеб и порох. Как закрывала собой раненых. Как смеялась, когда мы думали, что всё пропало. Она — часть «Аммута». И пока я капитан, никто не останется в беде.

Его голос стал тише, но от этого — страшнее:

— Роджерс думает, что спрятал её там, где мы не найдём. Брайан думает, что сломал её волю. Но они не знают, кто мы.Он шагнул вперёд, поднимая саблю к звёздам.

— Мы — пираты. Мы не ищем лёгких путей. Мы идём туда, где ждут смерть и предательство. Но мы вернём своего. Потому что для нас нет чужих бед. Потому что мы — семья.— За Джейн! — крикнул Морган, вскидывая кортик.
— За сестру! — рявкнул Крюк, ударяя топором в землю.
— Мы идём! — подхватил Билли, сжимая кулаки.
— До конца, — тихо произнёс Ниогабо, касаясь рукояти ножа.

Пираты закричали — не яростно, не злобно, а с той особой, глухой решимостью, которая рождается, когда нет пути назад. Они знали: впереди — кровь, огонь, предательство. Но они также знали: оставить своего — значит предать себя.В этот момент из тени вышел Дрейк. Его плащ шелестел по песку, в глазах — не насмешка, как прежде, а холодная, трезвая ярость. Он остановился рядом с Джеймсом, не глядя на него, а обращаясь к команде.

— Я отправляюсь с вами.



— Мой корабль. Моя команда. Мои люди. Всё — в вашем распоряжении. — Он помолчал, затем добавил: — Потому что Джейн — не просто ваша сестра. Она — наш шанс. Если Роджерс думает, что сломит её, он ошибается. А если Брайан думает, что победил… — Дрейк усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. — Он ещё не знает, что такое настоящая ярость пиратов.Морган хмыкнул:

— Ну, Дрейк, ты наконец;то решил стать человеком?

Дрейк не ответил — лишь кивнул, глядя на Джеймса.

Билли шагнул вперёд:

— Спасибо.

Крюк ударил топором о камень:

— Значит, идём втроём: «Аммут», твой корабль и судьба.

Ниогабо молча склонил голову — это был его способ сказать «да».Джеймс опустил саблю, но взгляд его не дрогнул.

— Тогда решено. Сегодня ночью мы поднимаем паруса. Завтра — будем у острова Серой Чайки. А послезавтра… — он посмотрел на звёзды, будто ища в них ответ. — Послезавтра Джейн снова будет с нами.

Пираты ответили молчанием. Но в этом молчании была клятва.Ночь накрыла море бархатным пологом, усыпанным звёздами. В чёрной воде, словно два призрака, скользили корабли: могучий фрегат «Рассветное проклятие» и стремительный бриг «Аммут».

«Рассветное проклятие» шёл первым — его высокие мачты чертили небо, паруса ловили каждый порыв ветра. Корабль дышал мощью: тяжёлые орудия по бортам, крепкие снасти, выверенные движения команды. На мостике Дрейк молча следил за горизонтом, его плащ шелестел на ветру.

Позади, чуть левее, неслышно скользил «Аммут».Он был меньше, но живее — словно хищная птица, следующая за волком. Паруса подобраны точно, рулевые держат курс без лишних команд. На палубе — пираты Джеймса: кто;то проверяет оружие, кто;то шепчется, кто;то просто смотрит вперёд, туда, где за линией воды скрывался остров Чайки.Волны мягко бились о борта, оставляя за собой фосфоресцирующие следы. Ветер — свежий, солёный — нёс запах грядущей бури. Где;то вдали кричали чайки, но их голоса тонули в мерном шуме волн.

На палубах горели лишь тусклые фонари — чтобы не выдать себя. Всё было готово: сабли наточены, пушки заряжены, сердца — твёрды.На «Рассветном проклятии» матросы молча проверяют канаты, артиллеристы осматривают орудия. Помощник Дрейка, Гаррет, ходит вдоль бортов, бросая короткие команды. Никто не смеётся, не шутит — все знают: впереди бой.

На «Аммуте» Морган раздаёт пороховые заряды, Крюк точит топор, Ниогабо сидит у борта, закрыв глаза, будто слушает море. Билли нервно сжимает пистолет, то и дело поглядывая на звёзды — как будто ищет в них ответ.В тесной каюте «Аммута» при свете масляной лампы сидят Джеймс и Дрейк. Между ними — карта острова, разложенная на столе. Воздух гудит от напряжения.

— Мы не откроем огонь, пока не узнаем, где Джейн. Если Роджерс держит её в форте — один залп может её убить.


— А если она не в форте? Если её держат где;то ещё? Мы теряем время.

— Значит, найдём её. Но не ценой её жизни.— Форт стоит на возвышенности. Подходы — только с юга, через узкий перешеек. Остальные стороны — скалы.
— Хорошо. Но главное — найти Джейн. Если форт начнёт стрелять — мы ответим.Но только на огонь из форта. Или не медленно, после того как обнаружим что сестре ничего не угрожает.— Ты уверен, что она ещё жива?

Джеймс поднимает глаза. В его взгляде — сталь.— Она жива. И мы вернём её.Рассвет окрасил море в багряно;золотые тона. На мостике «Аммута» стоял Джеймс, в руке — подзорная труба. Его взгляд скользил по береговым укреплениям острова Чайки, по серым стенам форта, по суетящимся фигурам солдат.

Вдруг он замер. Приблизил трубу, всмотрелся.

— Джейн… — прошептал он.

В объективе — её силуэт. Она стояла среди толпы у виселицы, руки скручены, лицо бледное, но глаза… глаза горели не страхом, а яростью. Рядом — Роджерс с развёрнутым свитком, Брайан с холодной усмешкой.Джеймс сжал трубу так, что побелели пальцы.

— Они хотят её сломать, — процедил он. — Но не сломят.— Мортиры к бою! Проверить заряды. Пушки на левый борт. Стрелкам — занять позиции на мачтах.

Команда двигалась без суеты, но с той особой, смертельной сосредоточенностью, которая рождается перед битвой. Матросы проверяли фитили, артиллеристы наводили орудия, боцман раздавал пороховые заряды.

Один из канониров крикнул:

— Всё готово, капитан!На «Аммуте» Морган раздавал пистолеты:

— По два выстрела. Потом — в сабли. Никто не отступает.

Крюк проверял топоры, точил лезвия о камень. Билли нервно теребил курок, но взгляд его был твёрд. Ниогабо сидел у борта, закрыв глаза, будто слушал море.

Джеймс опустил подзорную трубу. Его голос, когда он заговорил, был тихим, но каждый на палубе услышал:

— Мы идём не за славой. Не за золотом. Мы идём за своей. За своей сестрой.

Команда ответила молчанием. Но в этом молчании была клятва.

Дрейк кивнул:

— Мои люди готовы. Мортиры ждут.

— Тогда… — Джеймс поднял саблю к солнцу. — Вперёд.

Два корабля — «Аммут» и «Рассветное проклятие» — медленно, но неумолимо двинулись к бухте.

На берегу ещё не знали, что их судьба уже решена.Джеймс опустил подзорную трубу. Его взгляд снова устремился к форту, к фигуре Джейн.

— Мы не можем открыть огонь, — сказал он тихо, но твёрдо. — Пока Брайан рядом с ней. Одно ядро — и…

Дрейк, стоявший рядом, кивнул. В его глазах — не раздражение, а понимание.


— Тогда как? — спросил Морган, подходя ближе. — Ждать, пока Роджерс её повесит?Джеймс резко обернулся:

— Нет. Мы идём на штурм. Но тихо. Без залпов. Без паники.Отряд Крюка — через восточную бухту. Подняться по скалам, отрезать пути к отступлению.

Отряд Моргана — с фронта. Абордажные кошки, лестницы, прорыв через ворота.

Стрелки — на мачтах «Аммута». Подавлять дозорных, не давать поднять тревогу.

Сам Джеймс — ведёт резерв. Его цель — Джейн.Площадь перед фортом застыла в оцепенении. Только что всё шло по плану: приговор зачитан, виселица ждала жертв, солдаты держали строй. Но в один миг порядок рассыпался в прах.

Джейн, стоявшая среди толпы с руками, скрученными за спиной, вдруг резко развернулась. Её нога метнулась вперёд — точный, молниеносный удар между ног Брайану.

Он вскрикнул, согнулся, выпустив кортик. Джейн, не теряя ни секунды, подхватила оружие, одним движением перерезала верёвки на запястьях — и бросилась в толпу.Люди шарахались в стороны, кто;то вскрикивал, кто;то пытался схватить её, но она уже растворилась среди перепуганных зевак, мелькнула за углом склада — и исчезла.Вутс Роджерс, стоявший на помосте, замер. Его лицо, только что холодное и властное, исказилось. Губы дрогнули, затем сжались в тонкую линию. Он медленно опустил свиток, который всё ещё держал в руке.

— Найти её! — рявкнул он, и голос его, обычно ровный и ледяной, сорвался на хриплый крик. — Немедленно!

Солдаты заметались. Кто;то бросился к складам, кто;то — вдоль стен форта. Офицеры выкрикивали приказы, но в их голосах уже звучала растерянность.

Роджерс шагнул вперёд, сжимая кулаки. Его взгляд метался по площади, по толпе, по узким проходам между постройками.— Она не могла уйти далеко! — прошипел он. — Обыскать каждый угол! Если кто;то скрывает её — повешу вместе с ней!

Один из офицеров, бледный, подбежал к нему:

— Господин губернатор, мы… мы не видим её. Возможно, она…

— Возможно?! — Роджерс резко развернулся к нему, и офицер отшатнулся. — Ты хочешь сказать, что мы упустили её?! Что пираты уже знают?!

Офицер молчал, опустив глаза.

Роджерс сжал кулаки так, что побелели костяшки. Он оглядел площадь — растерянные солдаты, перепуганные горожане, виселица с незавершённой казнью. Всё шло не так Роджерс резко повернулся к солдатам:

— Закрыть ворота форта! Усилить дозор на стенах! Проверить все подвалы и склады. Если она прячется где;то здесь — мы её найдём.

Затем, чуть тише, но с ледяной угрозой:

— И если кто;то из вас видел, куда она пошла… лучше сказать сейчас. Иначе я буду считать вас соучастниками.

Солдаты переглянулись, но никто не решился заговорить.

Роджерс снова оглядел площадь. Его глаза горели не гневом даже — яростью. Той слепой, холодной яростью, которая рождается, когда человек чувствует, что теряет контроль.— Мы найдём её, — прошептал он. — И тогда она пожалеет, что родилась.
Джеймс опустил подзорную трубу. В глазах — холодная решимость.
-Браво сестрёнка! -Боже как больно Брайану.-А теперь ...
— Мортиры! Огонь! — его голос разрезал утреннюю тишину, словно клинок.С могучего фрегата Дрейка грянул первый залп. Орудия извергли пламя и дым, ядра с воем понеслись к форту. За ними — второй, третий. Мортиры ударили тяжёлыми снарядами: те, прочертив дугу в небе, рухнули на крыши складов, взметнув клубы пыли и обломков.

«Аммут» ответил не менее яростно. Пушки левого борта дали залп почти синхронно. Ядра врезались в крепостную стену, выбивая камни, дробя деревянные укрепления. Один из снарядов угодил в дозорную башню — она со скрипом накренилась и рухнула с грохотом, похоронив под собой нескольких солдат.

Форт ответил — но вяло, хаотично.Орудия стреляли разрозненно, без прицела: ядра падали в воду или ударялись о скалы, не причиняя кораблям вреда.Стены трещали. Камни осыпались, открывая зияющие бреши. Крыши пылали — зажигательные снаряды мортир сделали своё дело. Солдаты Роджерса метались между развалинами, пытаясь организовать оборону, но паника уже расползалась по форту, как яд.

Жители острова, выбежавшие на улицы, кричали, прятались в домах, тащили детей в подвалы. Кто;то пытался бежать к бухте, но там уже виднелись силуэты пиратов.Дрейк, стоя на мостике, поднял руку:

— Ещё залп! Целить в ворота и орудийные позиции!

Пушки рявкнули снова. Один из снарядов пробил ворота форта, разметав их в щепки. Другой угодил в пороховой склад — взрывная волна швырнула в небо огненный шар, а следом посыпались обломки и крики раненых.На берегу забурлила жизнь. С «Аммута» и «Рассветного проклятия» полетели абордажные кошки, зацепились за скалы. Пираты, вооружённые до зубов, прыгали в воду, карабкались на берег, бежали к форту с дикими воплями.

Их было больше ста — тёмные силуэты в масках, сверкающие клинки, горящие глаза. Они неслись, как волна, сметая всё на пути.Первые пираты ворвались в форт через проломленные ворота. Началась резня.

Морган с пистолетом в одной руке и саблей в другой рубил солдат, его смех смешивался с криками умирающих.

Крюк орудовал топором — один удар, и голова солдата катилась по камням.

Билли, бледный, но решительный, стрелял в дозорных на стенах, перезаряжал пистолет, снова стрелял.

Ниогабо двигался тихо, словно тень, его нож находил горло каждого, кто вставал на пути.Солдаты Роджерса пытались сопротивляться, но их ряды ломались. Кто;то бросал оружие, кто;то бежал, кто;то падал, сражённый пулей или клинком.На мачтах «Аммута» и «Рассветного проклятия» застыли снайперы. Их винтовки — длинные, точные — смотрели на форт, как хищные глаза.

Первый выстрел — и дозорный на стене падает, схватившись за грудь. Второй — офицер, пытавшийся организовать отпор, оседает с пулей в голове. Третий — солдат у орудия, его рука дёргается, фитиль гаснет.

Снайперы работали хладнокровно, без суеты. Каждый выстрел — смерть. Они прикрывали пиратов, выбивали командиров, подавляли очаги сопротивления. Их молчание было страшнее криков: они не говорили, не смеялись, только стреляли — раз за разом.Один из снайперов, Грей, прищурился, прицелился. На крыше склада мелькнул силуэт — солдат с мушкетом. Выстрел. Тело кувыркается вниз.

Другой, Тёрк, заметил группу солдат у баррикады. Три выстрела — три трупа. Его губы шевельнулись:

— Чисто.

Они были невидимыми судьями. Их пули решали исход боя, их глаза видели всё.Форт пылал. Дым поднимался к небу, смешиваясь с криками, звоном клинков, грохотом выстрелов. Пираты продвигались вглубь, оставляя за собой следы крови и разрушений.

Роджерс, стоявший на развалинах башни, сжимал пистолет, его лицо исказилось от ярости. Он видел, как его солдаты падают, как пираты захватывают форт. Он знал: это конец. Но он не сдастся.

— Убейте их всех! — рявкнул он, но его голос потонул в шуме битвы.

А где;то в глубине форта, среди дыма и криков, Джейн бежала к свободе. И за ней уже шли те, кто пришёл её спасти.Солдаты Роджерса, сломленные шквалом огня и яростным натиском пиратов, бросались в бегство. Кто;то падал, сражённый пулей, кто;то спотыкался о камни, пытаясь укрыться в развалинах. Паника царила повсюду: крики, топот, звон клинков, стоны раненых.

Роджерс, стоя на обломках дозорной башни, сжимал пистолет так, что побелели пальцы. Его лицо исказилось от ярости.

— Стоять! — рявкнул он, но голос потонул в хаосе. — Вы трусы! Предатели!

Никто не слушал. Его армия рассыпалась, как песок.В гуле битвы Джейн, пригнувшись за обломками стены, заметила тело солдата. У его пояса — кинжал. Рядом — револьвер, выпавший из разжатой руки. Она метнулась вперёд, схватила оружие. Холодная сталь клинка и тяжесть револьвера в ладони вернули ей уверенность.

Она выпрямилась — и в этот миг из;за угла выбежал Брайан. Его мундир был в грязи, лицо — в потеках пота и крови. Увидев Джейн, он замер.— Ну что, Брайан? Кто теперь на коленях?— Джейн… я… я сдаюсь. Пощади. Я не хотел…— Не хотел? Ты держал меня в камере. Ты слушал, как Роджерс зачитывает мой приговор. Ты улыбался, когда они вели меня к виселице. И теперь — сдаёшься?— Я… я просто выполнял приказы. Я не…— Ты выполнял свою волю. Ты наслаждался этим. А теперь — боишься. Как все они.Она медленно подняла револьвер, прицелилась ему в грудь.— Знаешь, что самое смешное? Ты думал, что победил. Что мы — ничто. Что пираты — отбросы. Но вот ты стоишь передо мной. А они — идут сквозь огонь, чтобы меня спасти.Выстрел грянул резко, коротко. Брайан вздрогнул, схватился за грудь, глаза широко раскрылись. Он упал на колени, затем опрокинулся навзничь. В его взгляде ещё теплилась жизнь — но уже без надежды.

Джейн опустилась рядом, взяла его за подбородок, заставила смотреть себе в глаза.— Это не месть. Это — справедливость.

Клинок сверкнул. Один точный удар — и Брайан замер навсегда.

Джейн выпрямилась, вытерла клинок о его мундир. В глазах — ни сожаления, ни дрожи. Только холодная решимость.

Вокруг — руины форта, дым, крики. Но она знала: это только начало. Где;то там, среди хаоса, её ждали те, кто пришёл за ней.

И она пойдёт к ним — с оружием в руках и огнём в сердце.Площадь форта, ещё недавно залитая кровью и окутанная дымом, теперь наполнялась иным звуком — не криками боли, а ликующими возгласами. Пираты, уставшие, окровавленные, но окрылённые победой, стягивались к центру, где на помосте уже стоял Дрейк.

В этот миг из клубов пыли и обломков вышли Джейн и Джеймс. Она — в потрёпанной одежде, с царапинами на лице, но с огнём в глазах. Он — с саблей в руке, взгляд твёрдый, но в нём — неподдельная нежность.

Джейн бросилась к Джеймсу, обхватила его шею, прижалась всем телом. Слезы текли по её щекам, но это были слёзы не боли — слёзы освобождения.— Ты пришёл… — прошептала она, голос дрожал. — Ты пришёл за мной.

Джеймс обнял её, крепко, словно боялся, что она исчезнет. Потом отстранился, посмотрел в глаза и тихо, но твёрдо произнёс:

— Прости. Я опоздал. -Тебе пришлось страдать.-Я не должен был гнать тебя.-Прости.

Она улыбнулась, вытерла слёзы тыльной стороной ладони:

— Ты не опоздал. Ты спас меня.На помосте Дрейк поднял руку, призывая к тишине. Но тишина не наступала — пираты кричали, хлопали друг друга по плечу, смеялись, показывали раны, как знаки чести.

— Слушайте! — его голос, мощный и ясный, прорвался сквозь шум. — Мы взяли форт! Мы сломали хребет Роджерсу! И мы вернули свою!

Толпа взорвалась новыми криками. Кто;то ударил в барабан, кто;то поднял над головой трофейный флаг.

— Вы — лучшие из лучших! — продолжал Дрейк. — Никто не смел встать против нас. Никто не устоит!Пираты ревели в ответ, поднимая оружие к небу.Дрейк сделал шаг в сторону, широко развёл руки:

— А теперь — смотрите, кого я привёл!

Джейн и Джеймс вышли вперёд. Пираты увидели их — и волна восторга прокатилась по площади.

— Джейн! — закричал Морган. — Наша Джейн!

— Капитан Джеймс! — подхватил Крюк. — Он сделал это!

Пираты бросились к ним. Кто;то подхватил Джейн на руки, начал подбрасывать в воздух. Она смеялась, кричала, но не боялась — она была среди своих.— наша чертовка! — орали пираты. — Ты наша!

— Джеймс, ты — легенда! — кричал Билли, размахивая пистолетом.


Но вдруг из задних рядов раздался новый крик — громкий, торжествующий:

— Смотрите, кого привели и мы!

Толпа расступилась. В центр вывели группу пленных — десяток солдат, бледных, дрожащих, с руками, скрученными за спиной. А среди них — Вутс Роджерс. Его мундир был в грязи, лицо — в ссадинах, но взгляд всё ещё злобный.

Он попытался вырваться, но два пирата крепко держали его.

— Вы думаете, это конец? — прошипел он. — Вы все погибнете!

Дрейк медленно спустился с помоста, подошёл к нему. Улыбнулся — холодно, безжалостно.— Нет, Роджерс. Это твой конец.

Вокруг снова поднялся гул — радостный, грозный, триумфальный. Пираты ликовали. Джейн стояла рядом с Джеймсом, держа его за руку. Она знала: теперь всё изменится.

И впервые за долгое время она чувствовала — они победили.Дрейк стоял на помосте, широко расставив ноги, с ухмылкой оглядывая пленных. Его взгляд скользнул по виселице — той самой, где ещё несколько часов назад Роджерс собирался казнить пиратов. Капитан не сдержал громкого, раскатистого смеха.

— Ну что, Роджерс? — протянул он, указывая на перекладину. — Ещё утром ты тут красовался, зачитывал приговоры. А теперь… кто на чьей верёвке повиснет?

Толпа пиратов взорвалась хохотом. Кто;то хлопал себя по коленям, кто;то тыкал пальцем в виселицу, кто;то выкрикивал:

— Теперь твоя очередь, губернатор!
— Давай, читай свой приговор!Дрейк поднял руку, призывая к тишине (хотя тишина была явно не в планах команды).

— Итак, — начал он, растягивая слова с издевательской торжественностью, — по указу… ну, скажем, закона пиратов, Вутс Роджерс, бывший губернатор сего прекрасного острова, приговаривается к высшей мере наказания за:

попытку повесить наших людей;

Содержание нашей сестры в плену;

общее занудство и плохое настроение!Пираты зашлись в новом приступе хохота. Морган, держась за живот, прокричал:

— Особенно за занудство! Это самое страшное преступление! В это время Джейн, наконец, нашла своих братьев. Они бросились к ней, сжимая в объятиях так крепко, что она едва могла дышать.

— Ты жива! — кричал один.
— Мы думали, они тебя… — хрипел другой, не находя слов.

Она обнимала их, смеясь и плача одновременно. Билли, самый младший, попытался утереть её слёзы рукавом:

— Эй, не надо плакать! Мы же победили! Смотри — они все наши!

Джейн улыбнулась сквозь слёзы:

— Я знаю. Просто… это было так долго.Дрейк, закончив «официальную часть», шагнул к Роджерсу. Тот стоял, бледный, но с гордым, почти вызывающим взглядом.

— Ты думаешь, это смешно? — прошипел он. — Вы все погибнете. Ваши головы будут на плахе.

— О;о;о, какие громкие слова! — Дрейк театрально закатил глаза. — Но знаешь, что самое смешное? Ты уже проиграл.

Он кивнул Крюку. Тот, ухмыляясь, достал верёвку и ловко соорудил петлю. Дрейк сам накинул её на шею Роджерса.

— Ну что, губернатор, — прошептал он, наклонившись к его уху, — готов отправиться в путешествие без карты?Роджерс не ответил. Только взгляд его стал ещё холоднее.

Дрейк выпрямился, оглядел толпу:

— Кто хочет нажать на рычаг?

Тишина. Потом — шквал криков:

— Я!
— Дайте мне!
— Пусть это будет Морган!

Морган, краснея от гордости, шагнул вперёд. Дрейк кивнул:

— Давай.

Рычаг опустился. Перекладина дрогнула. Тело Роджерса повисло в воздухе.Пираты взорвались аплодисментами, криками, свистом. Кто;то начал отсчитывать секунды:

— Раз… два… три…

Кто;то, не удержавшись, выкрикнул:

— А теперь — танцы на площади!

— Где наш оркестр? — подхватил Билли, размахивая пистолетом. — Пусть сыграют что;нибудь весёлое!

— Может, вальс? — предложил Крюк, делая вид, что приглашает на танец труп.

Смех становился всё громче. Кто;то уже начал пританцовывать, кто;то поднимал кружки с ромом, кто;то стрелял в воздух из пистолетов — просто ради веселья. крик:


Смех, крики, музыка — площадь превратилась в хаос радости и победы.

Джейн, стоя рядом с Джеймсом,смотрела на это безумие и улыбалась. Она знала: это только начало. Но сейчас — сейчас они могли позволить себе смеяться.Площадь форта всё ещё гудела от ликования. Дым от пожарищ смешивался с запахом пороха и рома, а в воздухе звенел смех пиратов. На помосте, возвышаясь над толпой, стоял Джеймс. Его сабля лежала на плече, взгляд — твёрдый, но в нём читалась теплота.Он поднял руку — и шум постепенно стих.

— Слушайте меня, братья! — его голос звучал громко, уверенно, но без пафоса — так, как говорят с равными. — Сегодня мы взяли форт. Сегодня мы вернули свою. Но это не конец. Это — начало.

Пираты замерли, ловя каждое слово.

— Вы — не просто разбойники. Вы — те, кто не боится идти против несправедливости. Вы — те, кто бьётся за своих. И я клянусь: мы построим своё королевство. Не на золоте, не на страхе — на чести.

Кто;то из задних рядов выкрикнул:

— А где корона?Джеймс улыбнулся:

— Корона — в ваших сердцах. А я… я сделаю из вас принцев нового королевства.

Толпа взорвалась аплодисментами. Кто;то закричал:

— Да здравствуют принцы!
— Теперь нам нужны дворцы!
— И балы! — подхватил Билли, делая вид, что кланяется невидимой даме.

Джеймс продолжил, не обращая внимания на шутки:

— Мы будем теми, кто даёт шанс. Тем, кто не предаёт. Тем, кто помнит: пират — это не вор. Пират — это свободный человек.В этот момент рядом с ним встала Джейн. Её лицо всё ещё было в ссадинах, но глаза сияли.

— И я… — она запнулась, но тут же собралась. — Я прошу прощения.

Тишина. Пираты переглянулись.

— За что? — крикнул Морган. — Ты ничего не сделала!

— За то, что сбежала с Тортуги, — тихо сказала она. — Я думала, что я полюбила.-Что меня полюбили... Я испугалась..

— О;о;о, — протянул Крюк, качая головой. — Вот это признание!— Ну, если ты извиняешься за побег, то мы извиняемся за то, что не поймали тебя раньше! — засмеялся Билли. — Теперь ты наша пленница! Навеки!

Пираты захохотали. Кто;то выкрикнул:

— Она теперь наша королева!
— Нет, принцесса! — возразил другой. — У нас же теперь королевство!

Джейн улыбнулась сквозь слёзы:

— Я просто хочу быть с вами. И сражаться за то, во что верю.Вдруг из толпы пленных раздался голос:

— Капитан…

Все обернулись. Один из солдат, молодой, с бледным лицом, но твёрдым взглядом, шагнул вперёд.

— Что вам? — нахмурился Дрейк.

— Присоединиться к вам, — сказал он. — Мы… мы больше не хотим служить короне. И не хотим возвращаться.

Пираты переглянулись. Кто;то засмеялся, кто;то нахмурился.

— А вы уверены, что готовы стать пиратами? — спросил Джеймс. — Это не прогулка по морю. Это жизнь, где каждый день — бой.— Готовы. Мы видели, как вы сражались. Как вы не бросили свою. Мы хотим быть там, где есть честь.

Дрейк скрестил руки на груди:

— Имя?

— Томас, — ответил солдат. — Бывший сержант гарнизона.

— Почему? — коротко спросил Дрейк. — Почему именно сейчас?

Томас глубоко вдохнул:

— Потому что я видел, как Роджерс казнил невиновных. Потому что я слышал, как он смеялся над болью людей. Потому что я понял: если я останусь там — я стану таким же.Джеймс посмотрел на Дрейка. Тот пожал плечами:

— Ну что, капитан? Принимаем новичков?

— Только если они готовы к нашим правилам, — сказал Джеймс, глядя на Томаса. — Никаких предательств. Никаких сделок с совестью. Мы — семья.

Томас кивнул:

— Готов.

— Тогда… — Джеймс поднял руку. — Добро пожаловать в семью.

Пираты разразились криками:

— Ещё братья!
— Теперь нас больше!
— Эй, Томас, держи ром! — крикнул Билли.
протягивая бутылку. — Это обязательный ритуал!

Кто;то уже начал учить новобранцев пиратским шуткам:

— Главное правило — если видишь золото, кричи «моё»!
— Второе правило — если видишь ром, кричи «моё» ещё громче!

Смех, крики, хлопки по спинам — площадь форта превратилась в место, где рождалось новое братство.Джейн, стоя рядом с Джеймсом, смотрела на это и улыбалась. Она знала: теперь всё будет иначе.Площадь форта всё ещё гудела от ликования, но Джеймс, стоя на помосте, поднял руку — и шум постепенно стих. Его взгляд скользнул по лицам пиратов: усталым, окровавленным, но сияющим от победы.

— Слушайте меня, братья! — его голос звучал твёрдо, но в нём слышалась тёплая уверенность. — Мы взяли форт. Мы сломали хребет тирании. Но это не всё.

Он сделал паузу, оглядывая толпу.

— Приказываю: обыскать остров. Каждый дом, каждый склад, каждый тайник. Всё, что найдёте — ваше. Это ваша награда за отвагу, за верность, за кровь, пролитую сегодня.Толпа взорвалась криками. Кто;то уже начал пританцовывать, кто;то хлопал себя по карманам, будто заранее подсчитывая добычу.

— Золото! — закричал Билли, размахивая пистолетом. — Я найду сундуки с золотом!

— А я — бочки с ромом! — подхватил Крюк. — Кто со мной?

— Не забудьте про драгоценности! — крикнул Морган. — Говорят, у Роджерса была шкатулка с изумрудами!

Джеймс улыбнулся, глядя на их азарт.

— Но помните: мы не грабители. Мы — хозяева этого острова. Всё, что мы возьмём, пойдёт на укрепление нашего королевства. Пираты разбрелись по острову с криками и смехом. Кто;то уже тащил ящики с припасами, кто;то стучал в двери заброшенных складов, кто;то заглядывал под камни, будто надеялся найти клад прямо здесь.

— Эй, смотрите! — кричал один из пиратов, держа в руках мешок с мукой. — Теперь у нас будет хлеб!

— А у меня — соль! — радостно сообщил другой, потрясая мешочком. — Будем солить рыбу!

— Кто найдёт ром — тот герой дня! — объявил Билли, и тут же десяток пиратов бросились к старому складу, где, по слухам, хранились запасы спиртного.

Джейн, стоя рядом с Джеймсом,— Они как дети, — сказала она.

— Нет, — ответил Джеймс, обнимая её за плечи. — Они как люди, которые впервые почувствовали, что могут быть свободны.Через час пираты начали возвращаться на площадь, неся добычу: ящики с порохом, мешки с зерном, бочки с ромом, сундуки с одеждой, даже старую мебель. Кто;то гордо тащил огромный котёл, кто;то — связку ключей, кто;то — карту острова, найденную в кабинете Роджерса.

Один из новобранцев, Томас, подошёл к Джеймсу с широкой улыбкой. В руках — старинный компас.

— Капитан, нашёл! — сказал он. — Думаю, он пригодится для новых плаваний.

Джеймс кивнул:

— Хорошо. Всё это — наше. Теперь мы можем строить.На закате площадь превратилась в огромный лагерь. Пираты жгли костры, жарили рыбу, которую успели поймать в бухте, пили ром и смеялись. Кто;то играл на гитаре, кто;то рассказывал байки, кто;то показывал раны, хвастаясь подвигами.

Дрейк, сидя у костра, поднял кружку:

— За нас! За тех, кто не боится идти вперёд. За тех, кто знает: пират — это не вор. Пират — это свободный человек!

— За нас! — грянула толпа.

И в этот момент, под звёздным небом, среди огня и смеха, они почувствовали: это не конец. Это — начало.