Мыльные пузыри в тумане

1. Туман

Наш дом… посреди нигде.

Он растёт прямо из тумана, черпая в нём своё начало — и словно сгущая туман в себя.
Дрейфует в небе, как поплавок среди редких пушинок облаков.
Со всех сторон окружён открытой неостеклённой деревянной верандой — окрашенной в белый цвет.

Кажется, что туман повсюду…

Но осмотревшись, замечаю — в основном он собирается с левой стороны.
Бесконечно уходя — и вверх, и вниз.
А с правой — ясный день.
Чистое голубое небо и тёплое солнечное освещение, хотя само солнце не нахожу.
Может быть оно где-то там за одним из тех облаков.
Именно откуда-то оттуда струится волшебный свет.
Лучи расходятся во все стороны из-за облака, словно потягивающиеся сытые рыжие коты.

Мы со спутницей оббегаем дом вокруг, не выходя за пределы веранды.
Капли тумана и водяная пыль приятной влагой ласково касаются кожи лица и рук.
Подобно мокрой паутине нежно обволакивают наш бег.

По мере движения часть дома выныривает из тумана — проявляется, выхваченная вниманием, будто освещена лучом фонаря.
А другая, которую мы оставляем позади, погружается… исчезает, плавно растворяясь в нём.

Окно в оправе непроявленного выглядит непроницаемым.
Нельзя увидеть, что внутри дома.
Как если бы это окно было не для того, чтобы заглядывали внутрь, а только, чтобы смотрели в него изнутри.
Хотя я и не пытался…
Эта мысль просто промелькнула в уме — как блик на воде.

Иногда я мог смотреть на туман прямо, а иногда он поворачивался вслед за поворотом головы.
Но всегда неизменно занимал левую часть моего внимания.

Я выглянул через деревянные перила, а там — головокружительная бездна, заполненная до краёв волшебным эфиром.
Далеко внизу — обширный водный ландшафт: большое озеро и мост-акведук, шагающий своими арками по его дну.
Он уходил вдаль к берегу, который едва был виден.
Мост из-за расстояния выглядел игрушечным — будто нарисован на гладкой серо-зелёной поверхности жидкого полотна озера.

От всего этого великолепия и захватывающей дух красоты, просто хотелось петь!
И я не смог себя сдержать — начал горланить как не в себя, всё, что в тот момент приходило в голову.

Спутница улыбалась и аккомпанировала мне.
Она держала обе ладони у своего рта и перебирала в воздухе пальцами, имитируя игру на каком-то духовом инструменте.

Наш маленький оркестр вместе с домом и туманом парил в вышине этого удивительного неведомого пространства.
Подобно хрупкому мыльному пузырю, что несёт в себе все наши внутренние небеса.
Туда, где даже время не знает, в какую сторону течь…

На этом можно было бы поставить точку.
В этом месте воспоминания сна и тонкие нити ощущений, ведущих к нему, обрываются…
Но я не смог остановиться, словно разверзлись хляби душевные.
Меня накрыло другое вспоминание, которое возможно всё это время скрывалось в тумане или внутри дома.
Что в общем-то почти одно и то же.

Или это была грёза? Не знаю.
Меня будто перенесло внутрь дома и я заглянул в то окно, в которое можно смотреть только изнутри…


2. Мыльные пузыри

Мне кажется я прибыл оттуда.
Из мира… из которого был однажды исторгнут.

Не знаю за что.

Вероятно уровень моего сознания просто перестал соответствовать тому миру и я начал представлять для него угрозу.
Там некому наказывать — и мир позаботился о себе сам.

Я сижу за столом у окна.
На улице вечер, утонувший по самую ночь в неоновых огнях рекламных вывесок и гирлянд.
Напротив меня — маленькая девочка…
Хотя в точности я не знаю, сколько ей лет на самом деле.
Не будет преувеличением сказать — ей столько, сколько сама пожелает.

Она заливисто смеётся.
Потому, что я пою и фальшивлю, так будто мне слон на ухо наступил.
Развеселило её не только моё пение, но и метафора со слоном и ухом, которую она восприняла буквально.
Её звонкий смех — «дзинь», как у колокольчика, от звука которого окружающее пространство на мгновенье раздваивается…

Она достаёт из этой лакуны междумирья флакончик в образе мультяшного кролика с двумя непомерно большими передними зубами и выдувает мыльные пузыри.
Мы все отражаемся на их живых, переливающихся цветами радуги, стенках.
Мыльные пузыри напоминают глаза неведомых зверей с любопытством и удивлением заглядывающих прямо к нам в души.
Касаются нашего внимания своим блеском, захватывают его и похищают — а затем уносят с собой ввысь сквозь…

Потолка здесь нет.
В этом мире он и не нужен.
Можно расти насколько хватает дерзости.

Дожди всегда проходят стороной и могут намочить — только, если сам этого захочешь.
Мне, например, нравится дождь и я могу позволить ему найти себя.
Дождь — хороший слушатель.
С ним можно бродить, как старые добрые приятели, по аллеям своего одиночества и беседовать о поэзии вечности или о прозе мироздания.

А можем вместе молчать и прислушиваться к грому.
Обсуждать его раскаты и даже ругать за слишком уж оглушительные громыхания.
С громом всегда не просто. Он как рок музыкант — дай покричать от души.
Стенать и рвать душу себе и другим.
Ведь этот неистовый парень на меньшее не согласится.
Ему обязательно надо высказаться, поведать о печали далёких солнц в цепких объятиях холодного безликого космоса…

Мне кажется я прибыл из мира, которым однажды был отторгнут.
Уровень моего сознания перестал соответствовать ему, и мир позаботился о себе.

Мыльные пузыри летят среди тумана.
Хватило бы осознанности зацепиться за один из них.
И воли — удержаться.
Чтобы вновь подняться обратно и вернуться домой.


02.01.2026