Язь, окуни, щука

Молочный утренний туман закрыл всю луговину, всю речку Пекшу, деревню Неугодово, береговые кусты, лесную опушку.
Из - за зубчатой стенки леса выплыло розовое светило и как всё разом ожило, всё изменилось, засверкало в золотистых лучах солнца.
На речном берегу речки Пекши открылись тёмные от обильной густой росы кусты:
Среди лесной тишины громко раздавался перестук дятла. Где - то в болоте жалобно ухала выпь. Синицы длиннохвостые перезванивались в речном ольховнике. 
 Остатки тумана курились над луговиной, постепенно таяли.
  Иду по лесной тропинке, гляжу на высокие крепкие стати, шеренги сосен, берёз, цветущих лип, обрызнутые бисером росы.
Вот и, наконец, малинник, в малиннике ни одного следа. Малины уродилось обильно, много.
Может, часа два подряд я собирал душистую малину. Малина была сладка, чиста и по лесному ароматна. Ведёрко до краёв наполнилось. 
Теперь куда?
На речку Пекшу, на рыбалку.
Я насадил на крючок червя, сделал первый заброс и не прошло и  пяти минут поклёвка. Движением руки я коротко подсёк и сразу почувствовал, как дёрнулась рыбина на крючке, тяжёлая, живая. Осторожно, не дёргая леску, я стал выводить язя на мель. Наконец, мне удалось его приподнять над водой, он схватил воздуха и затих. Ком серебра!
Я придерживаю удочку, червяк беснуется, извивается, его сносит на стайку окуней. Вот он перед самым носом крупного окуня. Окунь виляет хвостом в сторону, червяк за ним. Наказать наглеца! Открылись губы, шевельнулись жабры - нет червяка: окунь перестаёт работать хвостом и плавниками, течением сносит его - рывок. И вот уже он зажат в моей руке.
Мне удалось выманить от коряги самого заветного из всех окуней, каких я тут увидел, он нехотя выплыл, подержал червяка во рту и медленно заглотил.
Новая закидка. Неожиданно от островка зелёного куги выметнулась пятнистая щука и атаковала червя, лёгкий рывок на себя - щука его заглотила, мало - помалу вывел на мель. На солнце хищница - рвалась на волю.
Наступал час предвечерья, заходящее солнце пускало по глади большого омута дрожащие радужные блики, и от этого вода казалась какой - то таинственной, загадочной. Всё на берегу притихло, всё замерло, всё оцепенело.