Валера

Часть 1

Валера был щук. Он жил в реке N вместе с другими рыбками и всякими речными биологическими ресурсами.

Валера не был как все. В отличие от рыбного большинства Валера умел думать. Он не знал, что это такое, но впервые обнаружил неладное, когда ещё в детстве стал задавать деду странные вопросы. Например, почему у блестящей железки крючки вместо хвоста, и она совсем не похожа на тех рыбок, что плавают вокруг. Тогда дед отмахнулся плавником, сказал слушаться старших и не задавать глупых вопросов. Сказал и сразу пропал, улетев куда-то наверх вместе с блестящей железкой вместе.

Валера больше не видел деда, а бабушка сказал ему, что дед улетел в космос. Именно о том, что над водой существует космос, а в космосе живут Боги, говорили и бабушка, и телевизор. А канал РыбНер-ТВ вообще ежедневно настаивал, что улететь в космос – это прям хорошо.

Друзья Валеры, коими были другие щучки, окуньки, ельчики и всякие сорожки, были не очень его друзьями. Они ехидно посмеивались над ним, считая его душным, и в игры свои не брали. Наверное, это было даже хорошо, потому что Валера тогда не мог часто замечать, что периодически рыбки пропадают, что состав знакомых всегда меняется.

Валера умел думать, но пока не был уверен в том, что это хорошо. Но, по крайней мере, об этом он мог думать. Но пока периодически.

Порой умение думать позволяло Валере избегать разных неприятностей. Это он понял очень позже. Но, как говорится, факт есть факт.

Например, однажды, его сосед дядя Дима странно зазывал Валеру домой. Валера почуял неладное и отказался. А потом оказалось, что дядя Дима хотел его съесть, а не то, что Вы сейчас подумали. В телевизоре говорили, что так не бывает, но в книжках Валера потом прочитал, что щуки могут друг друга кушать, и даже родственников, и даже очень с удовольствием.

Другой раз Валера увидел в воде то, чего раньше не видел. Оно двигалось на него стеной, забирая с собой всё. Любопытные друзья Валеры поплыли посмотреть на сие чудо, и уже очень скоро оказались кто на крыше, кто на сковородке, где весьма недоумевали. Валера же решил исследовать данный объект позже и со стороны, затем именно со стороны наблюдая, как браконьерская сеть вбирает в себя остатки флоры и фауны реки N.

А однажды Валера задумался над тем, откуда у червячка ниточка, почему он падает из космоса, хотя живёт в земле, почему он не погружается на дно, а плывёт, подёргиваясь, и почему, в конце концов, от него резиной воняет. Вопросов было много. Но его дружки окуньки, посмеивались над ним. С криками «не думать надо, а делать надо!», выпучив глаза, гонялись они за этими червячками, периодически улетая куда-то наверх.

Валера умел думать и делал это внезапно и периодически. Он ещё не был уверен, хорошо это или нет, но то, что умение думать его уже несколько раз спасало от попадания в уху – факт. Но друзья продолжали считать его дурачком, и даже бабушка с недоверием сквозь очки смотрела на него и с грустью в глазах качала головой.

Часть 2

Однажды Валера в одной книжке прочитал, что, якобы, если бы щука умела думать, то не рыбаки бы на неё охотились, а щука бы охотилась на рыбаков. В этом всём Валере стало интересно, вправду ли можно охотиться на тех, кто живёт над водой. Ведь по рыбьим поверьям рыбаки жили в космосе и являлись Богами.

Про охоту Валера придумал всё просто. Он договорился с самым большим щуком с самыми большими зубами, собрал команду зубастых друзей, все вместе они устроили засаду в траве недалеко от берега. И вот, когда недалеко показалась резиновая лодка, они все вместе прямо перед ней выбросили тонкий ствол лиственницы с острыми как бритва сучками. Так лопнул первый баллон, а на борту началась паника. В это время самый зубастый щук с разбегу впился зубами во второй баллон, который тут же стал тоже спускать. Один из Богов при этом громко и испуганно кричал, пытаясь заткнуть дырку рукой. Второй делал то же самое, но тоже безуспешно. Третий то хватал удочку, то ящик с блеснами, то пробовал куда-то звонить, в конце концов, уронив телефон в воду.

Когда лодка сдулась окончательно, и все трое оказались в воде, оказалось, что в лодке нет ни одного спасательного жилета. Боги стали барахтаться к берегу, на ходу скидывая сапоги и всякую одежду, один из них запутался в штанах, а затем окончательно – в траве. И потом долго орал про помощь, держась оставшейся рукой за бревно. Остальные двое уже бегали по берегу в одних трусах и кричали друг на друга за то, что никто из них не взял ни спасиков, ни спичек, ни насоса, ни ремкоплекта, которым лодку можно было бы на берегу залатать. Больше никаких божественных чудес, к удивлению Валеры, не происходило.

Друзья Валеры дружно хохотали, видя это всё это, а Валера, подперев голову плавником, думал, что Боги никакие оказывается и не Боги. Что они такие же рыбы, а отличаются только лишь тем, что голова у них по размеру больше, на голове есть шапка, а вместо плавников руки. В этом по сути отличия заканчивались, за исключением лишь того, что «Боги» вдруг когда-то решили, что именно они цари природы. И даже записали об этом в своих книжках, параллельно эту самую природу порядочно загадив.

Впрочем, за высказанное однажды вслух сомнение в том, что Боги и космос существуют, Валера был отчитан на общем собрании флоры и фауны реки N, где председатель собрания со словами «так жить нельзя» требовал от Валеры извинений и даже пытался отвесить Валере леща. Лещу это не очень понравилось, но сие событие стало поворотным моментом в жизни Валеры и навело его на одну интересую мысль.

Часть 3

Мысль эта была связана с необходимостью создания школы для маленьких рыбок. Потому что всеобщая тупость, которую Валера стал наблюдать всё чаще, весьма негативно сказывалась на количестве его сородичей. Конечно, с другой стороны, обычно на жарёху попадали дурачки и всякие недотёпы. И для качества популяции это было даже и неплохо. Но всё же думать так, а он продолжал думать, было, по мнению Валеры, по-рыбьи негуманно.

Однако школа в первые же дни своей работы столкнулась с двумя прямо-таки непотопляемыми трудностями. Рыбки никак не хотели понимать практически всё, гонялись за крючками и всякими наживками, по вечерам сидели в РыбТоке, а на все попытки Валеры заинтересовать их книжками, смеялись над ним и обидно называли теоретиком.

Их родители Валере тоже не очень помогали. Они по понятным причинам были, мягко говоря, не очень образованные, а потому никак не могли понять буквально всё, что происходило на уроках. Однако при всём этом в рыбьем чате очень увлечённо и всерьёз обсуждали глупость домашних упражнений. И не смущало их вовсе то, что в жизни своей ни одной книжки они не прочитали в связи с неимением всяких способностей к чтению вообще.

Но это было ещё ничего. Хотя бы потому, что это было понятно. Главные проблемы создавали налим и сом, которым про просвещение думать по работе было положено. Налима звали Владимир Александрович Шишкин. Он был пьяница и прохиндей, питался всякой дрянью, плавая по дну, был трус и настойчиво ничего не понимал. Но так как налим был знатный подхалим, плавал на полусогнутых и смотрел всегда заискивающе, он был в почёте у толстого сома, а потому занимал должность замминистра рыбного просвещения. Владимир Александрович считал себя умным и был уверен, что рыбный четверг не существует. Поэтому он настойчиво лез в уроки и кроме всего прочего безудержно требовал выполнять разные циркуляры, составлять какие-то документы и всякие отчёты, заставлял проводить обязательные рыбные беседы, а по утрам в понедельник вместе с школьниками петь песню группы Сплин «А я рыба без трусов». В общем, Владимир Александрович делал много чего, что к обучению рыбок имело мало отношения. Но мастерски лебезил перед сомом, который, когда на речке расходился вал, вообще грозился школу закрыть. И было совсем не ясно, с похмелья это у него или может быть ретроградный меркурий.

Так тянулись дни и годы. В конечном счёте, из школы пришлось уйти. Хитрый усатый пескарь взялся было за дело с новыми силами, но утомился очень быстро, хотя для Владимира Александровича ещё долго писал в отчётах про прорывные технологии. Правда при этом не очень понимая, что и где у них прорывало. Сам же Владимир Александрович, икая с похмелья, со словами «незаменимых у нас нет» грозил во тьме кому-то кулаком и в очередной раз уходил в небытие. Что, впрочем, полностью устраивало толстого сома, считавшего себя спасителем всей флоры и фауны реки N. И даже некоторых других водных биологических ресурсов.

Оказалось, что школа была не нужна ни рыбкам, ни их родителям, ни министерству просвещения. И уж тем более она не была нужна рыбакам, обратившим внимание на то, что рыба ловиться стала хуже, а нападения на лодки участились. Оказалось, что у всех всё хорошо. Если, конечно, не брать во внимание дырки в лодках. А трудно, знаете ли, делать что-то, когда у всех всё хорошо. Не просто трудно, но порой и даже вредно для психического здоровья. Но! В этой абсолютно выдуманной истории был очевиден один весьма неочевидный факт. Рыба в этой истории была человеком больше, чем человеком был…. сам человек.

4.01.2025