Эликсир молодости

                           
    Тренировка шла своим чередом. Изрядно взопревший внук начал мудрить, стараясь время отдыха между подходами растянуть, как можно дольше. Излюбленный способ — каверзным вопросом втянуть меня в какой нибудь диалог — чаще пустышку. Иногда, это ему удавалось. Но зная его хитринку, я коварно улыбаясь, их игнорировал. Вот и сейчас…
    — Дед, а дед… — начал издалека внук, — Если — бы изобрели некое зелье или лекарство возвращающее молодость или была — б возможность быть вечно молодым, чтоб ты выбрал?…
    Я вновь коварно улыбнулся…
    — Послушай, малый хитрюга. Вначале выполни подход к штанге, не так уж она тяжела, как ты придуриваешься. Кстати он последний… А там и поговорим…
    Внук обречённо подошёл к снаряду. Покончив с жимом, тяжело дыша, он вновь воззрился на меня…
    — И всё — же дед, чтобы ты выбрал?…
    Я с интересом просканировал внука, углубляясь в суть вопроса.
    — А знаешь, Сашок, — я был сама серьёзность, — Я прожил довольно интересную жизнь и грех жаловаться. Да, конечно были трудности и порой весьма значительные. Но, как без них? Без них, брат, смертная скука. Чтобы вкусить внук, истинную сладость человеческого счастья, нужно изрядно хлебнуть её горечи…
    — Не понял?… — внук озадаченно взглянул в глаза, — Это как?…
    — Да очень просто. Если изо дня в день вкушать сладкое, то довольно быстро получишь оскомину или золотуху, что ещё хуже. А вот если, долго не пробовал сладкого, то будешь безмерно рад самой простой конфетке — даже подушечке. В жизни — тоже самое... Тишь да благодать, убаюкивая, тоже очень быстро наскучат.
    Я выдержал паузу.
    — Вот ты говоришь об эликсире молодости или быть в состоянии вечно молодого человека. Я подчёркиваю «Вечно». Обрати на это внимание. 
    Внук пожал плечами.
    — Ну это дураку понятно. Хотя, ничего непонятно. Растолкуй…
    — Начну со второго, Саша. Представь, что ты вечно молодой — один… Заметь, один… Рядом с тобой люди живут обычной жизнью. Рождаются, взрослеют, влюбляются, родят детей, стареют и умирают. Твои сверстники, тоже проходят все этапы скоротечной жизни. Настаёт очередь, твоих внуков, затем правнуков и так далее… А ты вечно молодой. По мне, это нескончаемая скука бесконечного однообразия, лишённая долгосрочных радостей… Нет внук, это не по мне. Это, как вечно жить в тёплом климате, познав все прелести смены времён года…
    Переваривая услышанное, внук задумался.
    Не дожидаясь ответа я продолжил.
    Теперь приступим к первому… Как я понял, здесь говорится о человеке, уже прожившему значительную часть сознательной жизни. Человеке вкусившего прелести счастливого детства. Юноше, познавшего пылкость первой любви и смело ступившего на путь становления взрослости. А как можно забыть детский лепет твоего первенца? Да и сейчас, когда близок закат огня твоей кипучей жизни, познаёшь прелесть своего увядания… Да — да, внучек, прелесть. Ведь именно с приходом старости, приходит пресловутая мудрость. Как через увеличительное стекло видишь совершённые по жизни деяния, как добрые, так и не очень. Именно в этом, как никогда, появляется нестерпимое желание поделиться своим опытом, которое должно не быть навязчивым…
    — Улавливаешь, внук, мои мысли?
    — Будь спок, дед. Конечно… Но, только я не понял, что будем делать с эликсиром молодости?
    — Да ничего, Саша. Не надо ни какого зелья. 
    — Совсем — совсем?… — изумился внук.
    — Да, совсем. Как я уже говорил, я совсем не хочу ничего менять в жизни. В ней, как я давно заметил, не бывает случайностей. Это касается и ошибок — значит они были нужны, для моего становления и понимания. А знаешь…
    Тут я впервые с нашего диалога задумался подыскивая нужные слова. Внук не торопил.
    Наконец я вновь улыбнулся улыбкой, в которой сквозило лёгкое лукавство.
    — Знаешь, дорогой… Пожалуй я бы хотел одного… Утрами взирать на окружающий мир глазами младенца. Впитывать прелесть его красоты с юношеской пылкостью и страстью. Ну, а в середине дня, взрослая жизнь была кипучей и полнокровной, проживая его, как последний. Вечерами — же, отходя ко сну глубоким стариком, долго ещё — бы ворочался на своём ложе, вожделенно прокручивая прожитое…
    Тут я с наигранной строгостью спохватился…
    — Ай да внук!… Каков хитрец?!… Совсем заговорил старого деда… А ну, быстренько марш к тренажёру…