Иномир Часть 1 НФ повесть

ИНОМИР
Научно – фантастическая повесть.
Часть 1
ИНОМИР


Глава 1
Сергей Белов, человек  примерно 30 лет, прекрасно сложенный, спортивный, загорелый  красавец, сидел  в кресле на открытой веранде коттеджа. Стены  её образовывали виноградные лозы.  Грозди спелых, сладких ягод свешивались там и сям, солнце пронизывало их насквозь, сияло  в сочной зелени резных листьев. Сергей  неторопливо пил  кофе из фарфоровой чашечки тонкой работы. С удовольствием обдумывал, как лучше всего использовать этот вход. Обдумывать собственно нечего, просто мысли эти  приятны, праздничны. Повезло ему с этой  работой. Её  и работой –то называть язык не поворачивается. Однокашник Саша Депонян замолвил словцо ген.директору, характеризовал , как человека опытного, не глупого и безотказного работягу. Приукрасил конечно, но и не слишком. Сергей знал себе цену.  Задание и на этот раз было не сложным, обычным  – испытать в первом приближении, обновленный вариант программы. Собственно,  ему предоставлена полная свобода, с условием однако же опробовать, как можно больше предложений изыскателей.  Требовались  методичность, наблюдательность, аккуратность, способность к быстрому анализу  и хорошая память.
Из дверей  коттеджа , легкой походкой вышла очень красивая, юная девушка- синеглазая, загорелая, стройная, как статуэтка. Единственной одеждой ее была клетчатая мужская рубашка, не столько прикрывавшая тело сколько притягивавшая взгляд  к ее прекрасным формам . Сергей, несколько ошарашенный, не успел подумать, что отнюдь не прочь проводить испытания подобных объектов, как эта нимфа уже оказалась у него на коленях. Испытатель невольно приобнял девушку, заглянул в синие, как море очи. И … почувствовал  неприязнь. Не понимая себя, тревожно спросил
– Ты кто, красавица?
 -Не могу сказать..- прозвучал мелодичный голосок.
 –Здорово. А как  тебя зовут ты знаешь?
- Дай имя ты.
Голос безжизненный, у роботов и то не бывает таких и звучит как бы издалека. Отвечает не сразу, с задержкой в несколько секунд. Говорит правильно, без какого либо акцента. Сергей профессионально  отмечал все нюансы.
Ему  стало немного не по себе. Желание, накатившее было горячей волной, пропало, сменилось тревогой. Он еще раз пристально поглядел в  синие очи, и не увидел в них ни чего - ни малейшего  просвета мысли либо каких бы то ни было чувств. Она была далеко отсюда, или спала с открытыми глазами. В душе родилась тревога, доходящая до грани паники.
- Я буду звать тебя «Девушка». Вот что, девушка, иди в дом, и не выходи пока не позову.   
Она, чуть помедлив, встала и неторопливо пошла в дом, не задав ни единого вопроса, не расстроившись, не проявив ни малейших эмоций. Слабая, не естественная  улыбка застыла на губах, походка оставалась такой же легкой, плавной и неторопливой. 
«Объект, конечно, ого-го! Однако…боюсь я ее что ли? Ни чего ведь особенного, кукла и кукла,  видимо  сексуальная игрушка,… не более того. Откуда такая неприязнь?» -
Он встал и направился к липовой аллее, упиравшейся прямо в берег моря, в широкий пляж с белым песком. Вспомнился первый вход – пустынный берег, одинокий домик у самого моря, заросшая травой равнина до самого горизонта. Точнее границы – «Марева неопределенности» на их языке.
Аллея смотрелась несколько не естественно.  И сами высокие ветвистые липы выглядели нелепо в окружении рядов розовых кустов, круглых островков цветущих лилий, других вовсе незнакомых Сергею, видимо тропических, цветов.  Пожелания испытателей о крайней желательности дерев и кустарников, особенно фруктовых было исполнено с избытком. Глядишь вокруг и как бы видишь ухмылку Саши Депоняна. Хотели – получите. Здесь были целые ряды с яблонями, сливами и грушами; буйные заросли вишни и черешни. Между ними располагались земляничные поляны и гряды ананасов. Благоухали лимонные деревца и Бог весть еще какие растения. «Это что же,  нужно все  попробовать  на вкус, цвет  и запах?» - усмехнулся  испытатель. Невдалеке , радуя глаз чистотой и белизной, цвела сакура. «Островок  не правильной формы, примерно 50 на 20 метров. Сразу за ней марево неопределенности. Какое же это время года у нас получается? Что –то они перемудрили.» Привычно фиксировал испытатель. «Аллея смотрится несколько не естественно.»

 «Девушка» не выходила из головы. « А вот интересно, если что, это будет измена или как?  Как не прикидывай, а стыдно будет. Не захочется ни с кем делиться впечатлениями. А потребуется ?!»
Перед ним открылось синее море под синим с редкими облачками небом. Солнце стояло строго в зените. Широкий песчаный пляж уходил в обе стороны на сколько хватало глаз. Длинные, пологие  волны  мерно накатывали на прибрежный песок и лениво отползали  назад, будто приглашая  погрузиться в чистую прозрачность воды. Солнечные блики слепили глаза. Легкий ветерок обдувал лицо. «Здесь никого нет и не может быть. Можно искупнуться голышом.» Однако стойкое ощущение того, что за ним кто - то неотвязно наблюдает , что он находится, как инфузория под микроскопом, не отпускало, не позволяло расслабиться. Он все время не произвольно  озирался.  Потому снял только брюки и футболку, плавки оставил. С наслаждением вошел в сияющую прохладу воды.  «И чего я запсиховал? Купаться с этой девушкой … было бы куда приятней чем одному. И ни кто ведь не видит. Не может видеть в принципе! Это только мой мир.»
Сергей  отплыл от берега, к счастью не далеко, метров на двадцать. Нырял, пытаясь достать дна, плавал то на одном боку, то на другом, то на спине, кувыркался и плескался «как вутка», не чуя беды. Вдруг краем глаза засек  какое- то движение. Обернулся, щурясь от солнца, и оторопел: акула резала треугольным плавником водную поверхность. Шла по кругу, в центре которого он торчал, как … буй.
«Да они что там совсем очумели?! Вот это рай .» И подгоняемый ужасом,  работая руками и ногами изо всех сил,  устремился к недалекому берегу. Акула шла на перерез, явно превосходя его в скорости. Он ясно понимал где траектории их движения неизбежно пересекутся и что за этим последует. Где- то , когда-то он видел сюжет о том, как следует отпугивать этих хищниц. В полном отчаянии лупанул  по воде сомкнутыми руками.  Один раз, второй, третий. Испугалась ли рыба не известно, а чего ей бояться –то? Однако, на время видимо была озадачена и, вильнув в сторону, проскочила мимо. А на вторую атаку у нее уже не хватило времени- Сергей пулей выскочил на берег. Отбежал несколько метров по песку, оглянулся,  как будто она могла на берегу схватить его за пятку.  Бешено колотилось сердце. Акула, стремительно пройдя по мелководью, ушла в глубину, как и не было. Только белая муть, поднятая ее могучим движением, колыхалась, медленно  оседая  в воде.  Он облегченно рассмеялся. Вспомнилась опять саркастическая ухмылка  Саши Депоняна. Ухмыляющаяся рожа , черные с проседью вьющиеся волосы, коротко остриженная борода. –Ну погоди!-
Купаться больше  не хотелось. Сергей пошел к дому. Попутно прихватил несколько спелых  яблок с разных деревьев и парочку груш. О работе он не забывал ни на минуту. В баре нашел бутылку вискаря. Выпил залпом пол стакана. Виски оказался не таким уж и хорошим. Он любил чтобы без вкуса и запаха; чтобы прозрачная жгучая жидкость. А тут .. в общем не ахти.
Посидел, повторил, подумал не долго и пошел искать «девушку». Что же еще –то, розы что ли нюхать, будь они не ладны.
Глава 2
Сергей Васильевич Белов, человек 45-ти лет, лысеющий, с доброй сединой в темно-русых волосах, с приличным уже брюшком, сутуловатый, но еще вполне себе моложавый, сильный и деятельный, сел за составление отчета.  Обычное, не сложное дело в этот раз угнетало  его своей не однозначностью, не определенностью некоторых, скажем так, щекотливых моментов. В душе рождалось раздражение, протест даже некоторый.
-«Да что они в самом деле? Подсунули красивую шлюшку. Акул в море понапускали. И не известно еще что там в речке и в зарослях цветов . Может быть змеи кишат, ядовитые». В то время он еще не знал на сколько это близко к истине..
Однако, отчет требовалось родить немедленно и он взялся за дело, решив попросту пропустить некоторые подробности. Невольно ухмылялся, вспоминая те оподробности. Дело спорилось. Привычно по пунктам излагал обстоятельства, как они ему виделись. Оценивал ситуацию и свои действия.
«Липовая аллея выглядит нелепо в окружении тропических растений и слишком близко подходит к берегу. Цветущая сакура, как ни странно, показалась мне гармонично вписавшейся в пейзаж. И вообще красива и приятна для глаз.  Вот только не соответствует времени года.
Море красиво и очень приятно во всех отношениях. Не понимаю , для чего там хищная акула людоедка, от которой я с трудом отбился. «А если бы нет? Что же я был бы вычеркнут из списка испытателей? А из списка живых?  Если бы она меня сожрала там, как выдержал бы эту неприятность организм здесь. Ну, они мне ответят,  по всем пунктам. Так издеваться над человеком!»  Гневался он впрочем не совсем серьезно, а так, для порядка. Рыльце у самого в пушку и на душе не спокойно.
«Марево неопределенности над морем,  рекой и холмами за коттеджем слишком близко, явно и бросается в глаза.»  Отчет помаленьку продвигался и мог быть завершен в самое короткое время. Вот только эта «девушка».
За окном кабинета шел облажной мелкий дождичек. В сплошных серых тучах не видно просвета. И на душе Сергея Васильевича было так же пасмурно и противно. Он чувствовал себя натворившим не дозволенных вещей ребенком, тайные дела которого, вот вот будут раскрыты взрослыми, станут явными и придет  неизбежное, справедливое наказание.
«Яблоки кислые. А груши слишком сладкие. Не понятно для чего столько фруктов. Нет гармонии.» - Написал он всердцах и поставил точку. Посидел, подумал, и дописал- «А где звери и птицы, и рыбы?!»
Глава 3
В кабинете шефа, Войткевича Алексея Альбертовича,  происходит «разбор полетов». Кабинет просторен, с одним огромным окном в пол стены, теперь закрытом светлыми жалюзи. Большие окна – слабость Алексея Альбертовича. Кабинет оснащен всем не только необходимым но и не очень нужным  оборудованием.За окном серый дождливый день.
Алексей Альбертович человек еще молодой, лет тридцати пяти, худощавый энергичный, цепкий – руководитель от Бога. Центр, его собственность, его материализованная идея, это большое предприятие по производству виртуальных миров - индивидуальных, а в перспективе и коллективных. В тайне, в глубине его беспокойной души, зрела надежда, что дело это разрастется до мирового масштаба. Он не мог  даже предположить  на какие масштабы они выйдут  в самое ближайшее время.   
За длинным, широким столом  собрались  начальники основных отделов  центра, создатели системы «Иной мир.» Народ все не простой – в основном признанные и не признанные  пока гении, знающие себе цену.  На особицу , напротив них, за отдельным столом расположились люди рангом пониже - испытатели. Это народ,  собранный по принципу «С бору по сосенке».
Алексей Альбертович , опасавшийся и не без оснований происков конкурентов, держал сотрудников в постоянном напряжении - требовал ускорения работ, сокращения сроков изготовления и  особенно испытания все новых и новых «миров». По – другому нельзя.
Испытателей в этот раз было трое. Сергей Васильевич  поместился с краю стола. Рядом с ним сидит Устин Виктор Викторович . Он русоволос, бородат, «крепко сложен и ладно сшит», борода его густа и растет мощно и быстро, так, что он вынужден облагораживать ее в парикмахерской еженедельно. Под бородой  скрывается глубокий шрам, память  о каких –то приключениях юных лет.  О приключениях тех он ни кому не рассказывает, любопытным остается только гадать или же махнуть рукой и забыть, что более разумно.
Далее, облокотясь на стол, скрытая от Сергея Васильевича бородою  Устина скромненько посиживает Татьяна Ольшевская, тайная любовь его. Тайна это только для супруги Сергея Людмилы Ивановны, начальницы  отдела кадров. Все остальные сотрудники фирмы прекрасно обо всем осведомлены. Информация не слишком интересная, в наше время такие отношения распространены. В общем ни кому нет дела.
Людмила Ивановна его – женщина вполне еще в соку: полная,  кареглазая,  яркая от природы,  и косметикой не брезгует. С Сергеем Васильевичем живут дружно, без каких бы то ни было серьезных срывов и катастроф. Совместная жизнь их не тяготит. У них  взрослая уже дочь и малыш внук, ненаглядный  Славочка.
Старинная любовь  его Танечка - это статья отдельная. К семейной жизни как бы отношения не имеющая..
Алексей Альбертович, сберегая драгоценное время, обычно обходился без предисловий. Вот и сейчас сразу «взял быка за рога».
- С отчетами испытателей, надеюсь все ознакомились. Озвучивать их сейчас необходимости нет. Поэтому переходим прямо  к обсуждению.  У Белова откуда –то появились акула в море и девушка легкого поведения на суше. Насколько мне известно в его мире ни чего подобного не предусматривалось.  Александр Аванесович, может быть ты прояснишь  для нас ситуацию?
- Алексей Альбертович, мы сами удивлены. Похожие сюжеты, вы знаете, нарабатываются, планируются  на самое ближайшее время.  Откуда это взялось у него сейчас не понятно. Есть предположения…
Депонян обнажил в добродушной улыбке свои белые зубы.
- Вы хотите сказать, программа самостоятельно, без вашего участия вводит  новые сущности?!
-Алексей Альбертович- вклинился Торгунаков, главный инженер проекта, большой, сильный и флегматичный человек. – у нас есть некоторые соображения на этот счет.  Требуется время для проверки.
-То есть дополнительные испытания ?! Что это за соображения?
- Программа в этот раз могла действовать  без нашего участия, но с участием пожеланий других людей.- заметил главный инженер,  и с усмешкой покосился на испытателей. Сергей Васильевич с удивлением осознал, что не смотря на  прожитые годы  не разучился краснеть. Коллеги испытатели напряглись. Татьяна выпрямилась, как стальная пружинка, готовая ринуться на его защиту. Что это такое в самом деле? Проектировщики намудрили, а вину хотят свалить на испытателя.
- Программа могла не правильно интерпретировать желания испытателя. – Не возмутимо продолжал  Торгунаков . - Она же работает, в определенных рамках, самостоятельно. Сопоставление различных аспектов  создаваемых миров,  гармонизация информации абсолютно  необходимы для ее работы.
- Амир Рустемович, я спрашиваю вас, как специалистов, программа может самостоятельно вводить в инореальности некие сущности, сюжеты и т.д. Или это в принципе не возможно?
- Алексей Альбертович, я об этом и говорю . Пределы её автономности жесткие и не допускают ни каких, скажем так, вольностей. Но в этих пределах  она свободна. Это абсолютно необходимое условие её работы. Что произошло в данном конретном случае мы пока можем только предполагать.
- У вас есть уже какие- то мысли на этот счет?
-Да, есть кое что. 
-Хорошо. А как вы можете объяснить, что такие сбои случились только в одном  входе из сотен?
- Возможны несколько вариантов…. Первый - только один испытатель оказался достаточно профессиональным, честно отработал ситуацию и все указал в отчете. Второй - только один он страдает достаточно сильными фобиями и вожделениями. Третий- программа, по каким –то своим причинам, выделяет Сергея Васильевича из среды испытателей. Я склонен считать этот вариант наиболее вероятным. …Осталось выяснить сами причины.-
Он пожал плечами.
 В кабинете повисла напряженная тишина.
Кто – то постучался в дверь кабинета. Дверь открылась и вошел начальник административно – хозяйственного отдела Лебедев Владимир Иванович. Все головы повернулись в его сторону.
- Алексей Альбертович, я на минутку. Разрешите?
- Подожди, Владимир Иванович! Мы уже заканчиваем.
Шеф повернулся к испытателям. Танюша, взволнованная, порозовевшая лицом, похорошевшая  от волнения, не знала что делать  - оправдываться или возмущаться. Сергей Васильевич, все еще красневший, как дитя, постепенно приходил в себя и начинал уже злиться. И только Устин был совершенно спокоен, сидел со скучающим видом. 
- Не вижу ни каких причин для того чтобы кто ни будь что либо мог скрывать в данной ситуации.- заявил он. - Нравятся мужику красивые девушки. И что? Всем мужикам нравятся, все готовы при случае порезвиться. Боятся люди акул? Разумеется. Опять же ни чего особенного. Для чего бы темнить в отчете? Думаю, прав Рустем Амирович. Что то чудит программа. Вопросы не к нам, а как раз к Депоняну.
-Что –ж, разумно. – Шеф повернулся к Депоняну. - Александр Аванесович, можешь сказать хотя бы приблизительно, сколько времени вам понадобится для выяснения причин этого сбоя?-
 Тот  только продемонстрировал свою добродушную и хитрую  улыбку и пожал плечами. Ответил за него опять Торгунаков.
-Точно сказать не возможно, но вероятно недели две понадобится.
-Хорошо.- только и сказал Войткевич.
По отчетам Ольшевской и Устина ни каких особых замечаний не было. Так текучка и мелочи, решаемые на раз. Наконец  прозвучало –«Все свободны.» 
Народ стал не спеша расходиться, не громко переговариваясь на ходу. Приходилось обходить, торчавшего в проходе Лебедева. Тот улыбался, извинялся, уворачивался от столкновений. Выглядел нелепо и смешно. Наконец остался один в кабинете шефа.
- Ну, что там у тебя, Владимир Иванович?
- Мелочи Алексей Альбертович, мелочи. Но, срочно нужно согласовать. Срочненько.
Прошел и положил на стол Войткевича паку с бумагами. 
По дороге в отдел испытания, «Испыталище», на их жаргоне Сергей Васильевич хотел было поговорить с Татьяной. Но она в этот момент оказалась обиженной, гордой и не приступной . «Резвитесь, Сергей Васильевич, при случае.» И прошла мимо, вздернув носик, не взглянув даже в его сторону. Разговор таким образом не состоялся. «Может быть так оно  и лучше .» Белов вздохнул и решил направить стопы  в  сторону дома родного, в лоно семьи. Выходя из испыталища, тяжко вздыхал, стараясь выбросить из головы всех посторонних женщин - и искусственных и натуральных.

Глава 4
Торгунаков имел право входить в кабинет шефа в любое время, без предварительного согласования. Это называлось «Ногой открывать дверь.» Вот и сейчас он воспользовался особым своим положением. Не ногою открыв дверь, конечно, а рукою и предварительно вежливо стукнув пару раз костяшками пальцев.
Алексей Альбертович на компактном мониторе, размером два на три метра, увлеченно просматривал материалы проектировщиков. Было на что посмотреть и над чем подумать.
Сотни, если не тысячи самых разнообразных пейзажей: горы, берега рек, озер и морей, необитаемые тропические острова и зимняя сибирская тайга, леса, степи и пустыни, мегаполисы и небольшие хутора. Жилье от пятизвездочных отелей и двухэтажных коттеджей  до рыбацких шалашей. Попадались и инопланетные поселения самых фантастических видов и города на дне морском. Мало того, в архивах набирались тысячи всевозможных жизненных ситуаций. Широко использовались сюжеты, позаимствованные из художественной литературы и кино. Аватары людей были не менее многочисленны и разнообразны.  Здесь были люди всех рас и национальностей, но все красавцы и красавицы, как на подбор, и возрастом почему –то в пределах примерно от пятнадцати до тридцати лет. В процессе работы выяснилось между прочим, что типов красоты обитателей планеты Земля огромное  множество.
 Войткевич не желал пропустить, как ни будь, ни один достойный вариант ни образа человека, ни ситуации, ни внешнего антуража. Азартная  натура его в мечтах своих заносилась так высоко, что кружилась голова. Разумеется материалы предварительно просматривались десятками специалистов, отфильтровывались. Без этого ни как, к сожалению.
Он чувствовал себя всемогущим богом, и желал создавать миры самые наилучшие, самые прекрасные. В том числе и для того, чтобы конкуренты не смогли предложить ни чего более достойного. Но, чувствовал, нет знал точно, все это не то. Путь к успеху, созданию виртуального счастья людей не найден. И вряд ли будет найден.
-Что ни будь срочное, Амир?- спросил он, неохотно  отрываясь от экрана.
-Да, Алексей Альбертович, срочное -  срочнее не бывает. Вероятно у нас работает «крыса».- Торгунаков был, как всегда спокоен, говорил с ленцой.
-С чего ты взял? – вскинулся шеф. Он почувствовал себя очень не уютно. Неужели становятся реальностью самые скверные опасения? Надо сказать , конкурирующие фирмы действительно шли в этой гонке ноздря в ноздрю с центром Войткевича. И шли тем же путем.
- Мы не можем по-другому объяснить  последние «вольности» программы.- отвечал главный инженер.- Как ни крути, а это внешнее вмешательство, так сказать не санкционированный вход.
- Что?! В наши программы могут влезать посторонние?!-
-Самому не верится. Но факты . – И Торгунаков рассказал о своих тревогах и подозрениях последнего времени. С секретностью в фирме не ахти. Самые свежие разработки вдруг оказываются известны нашим «коллегам». Служба безопасности благодушествует, как ни в чем не бывало. Начальник службы Буридинов Ревзин Зайнеевич человек не глупый и хорошо знает свое дело. Но, по – видимому, не верит в реальные угрозы. Пора бы его взбодрить, как бы не проспать все предприятие.
-Мы подозреваем, что дело зашло так далеко, что предпринимать что либо уже поздно. Подумайте, Алексей Альбертович, если мы правы, агенты наших конкурентов  имеют доступ  к управлению  программой.- Главный инженер обращался на Вы не только к шефу, но и ко всем без исключения подчиненным. Такая вот странность характера.
-Ты с ума сошел, Амир?!
- По-другому ни как.
- Подозреваешь кого ни будь  конкретно?
- Нет. …Есть люди не приятные мне лично и подозрительные, но ….
Считаю вам следует серьезно поговорить с Буридиновым. И немедленно!
-  Вызывай его прямо сейчас.
-Уже. Я просил его быть к шестнадцати часам. Сейчас пятнадцать пятьдесят пять. – Торгунаков глянул на часы (фирма.).-  Думаю он уже минут десять топчется за дверью.
Он  открыл дверь кабинета. В приемной  действительно сидел в одном из кресел, перелистывая страницы брошюр, не высокий, худощавый, крепкий человек.
Амир Рустемович кивком пригласил его пройти в кабинет.  Шеф поднялся  навстречу, пожал руку, предложил садиться. Торгунаков, отвернувшись рассматривал пейзажи на экране. Войткевич начал, как всегда, без предисловий.
-Ревзин Зайнеевич, мы располагаем информацией о том, что в центре работает «крыса». Возникают не приятные вопросы… Для чего мы держим кучу бездельников, службу безопасности, с вами во главе? Для чего мы тратимся на содержание этой службы и вашу  зар.плату в частности?- Говорил он оставаясь внешне спокойным, только не приятно щурясь. Каждое его слово  для Буридинова было смертельным оскорблением. Легкий румянец проступил на смуглых щеках татарина.
- Вы вполне уверены в етом? Я имею в виду наличие «крысы».
-Да.
-У вас есть подозрения кто ето может быть?
-Нет.
-Ето должен быть щеловек, имеющий доступ к секретной информации. – задумчиво сказал он – Имеющий возможность проникать во все отделы. Щеловек не вызывающий подозрений, свой щеловек. – Волнение Ревзина Зайнеевича выдавал, неожиданно проявившийся, легкий акцент.
Они вместе перебрали нескольких кандидатов на роль предателя. Испытатели не подходили по причине того, что знали о программе очень мало, только практические воплощения. Это тоже могло быть интересно врагам, но постольку - поскольку. Чтобы взломать программу нужны были специалисты иного класса.
Перешли к разработчикам и проектировщикам. Ни кто не вызывал особых подозрений. Казалось,  найти шпиона нет ни какой возможности, нет ни каких зацепок. Повисло мрачное молчание. Буридинов, потер пальцами виски, подумал не долго, поднял голову  и неожиданно заявил, что подозревает одного человека.
-Кто же это?
- Начальник административно – хозяйственной части.
-  -Я тоже так  подумал! – заметил  Торгунаков.- Ну, конечно, Лебедев. Не зря он не понравился мне с первых минут знакомства.
-Лебедев? Да что он может знать? Хозяйственник, простая душа. – Войткевич осекся. Ему пришло в голову, что простота эта могла быть маской ловкого проныры.
- Мне он всегда был подозрительный. Ходит свободно по всем отделам, всюду у него дело, со всеми болтает. Он видимо знает о рабате нашего сентра все. Наверное больше вас, Алексей Альбертович.  Надо бы с ним пообщаться плотнее!
-Давай его сюда.- сказал Войткевич.
Буридинов связался со своими орлами, несшими не легкую службу. В это время двое из них пили чай на вахте. Босс приказал немедленно задержать Лебедева, где бы он ни находился и доставить в кабинет Войткевича. Выслушал ответ, выругался матом, не татарским, а вполне себе крепким русским.
-Ушел голубчик. Пять минут назад. При себе имел ноутбук и какие –то , видимо, документы во внутренних карманах пиджака. Сел на свой автомобиль и унесся в направлении … Впрочем ето не важно.
-Так,- протянул Торгунаков,- дело оказалось даже хуже чем можно было предполагать. У вас в кабинете Алексей Альбертович прослушка и, вероятно, камеры .
-Под землей спрящется, все равно  его найду! –Начальник службы безопасности рубанул рукой по подлокотнику кресла.
- Так чего –ж ты сидишь, Ревзин Зайнеевич, время теряешь?! – процедил сквозь зубы Войткевич. Буридинов  встал  и, не говоря ни слова, покинул  кабинет.
  Глава 5
Сергей Белов сел за небольшой столик на открытой веранде. Решил выпить чашечку кофе. «Арабика» в зернах средней прожарки. Сам молол, сам варил.
С морем у него были связаны некоторые неприятные воспоминания, потому решил отправиться на рыбалку на реку. Река, не имевшая  названия, протекала в двух километрах  от  коттеджа. Коттеджем теперь именовалось не большое, аккуратное строение, покрытое красной черепицей, с садиком фруктовых деревьев и цветов, в основном  роз. Здесь было все необходимое , вплоть до небольшого бассейна,  но без каких бы то ни было излишеств, вроде нескольких ванных или лишних, не нужных комнат.
Сергей собрал снасти: удочку, спиннинг, подсак. Коробку с наживкой и блеснами, а так же провизию;  сложил в небольшой рюкзак. Подумал и решил прихватить бутылку английского джина. «А интересно, если я стану здесь алкашом, дома эта пагубная привычка сохранится? Наверняка. Привычка она и есть привычка. Ясное дело легче пить и веселиться, чем сдерживать свои естественные порывы.»  Размышления эти не испортили ему настроения. Он бодро шагал по проселочной дорожке, окруженной богатым разнотравием со множеством цветов типичных для средней полосы России. За ним, отставая шагов на десять. Так же бодро, легкой своей походкой шагала «девушка». Она внимательно присматривалась к каждому растению, каждому цветку; иногда останавливалась , приседала на корточки и  гладила какой ни будь цветок руками. Сергей, не оглядываясь знал о ее присуоствии. На этот раз девушка была одета в джинсы и светлую кофточку. Под одеждой , Сергей знал это точно, у нее ни чего не было, ни какого белья. Блудливые мысли не покидали его буйную головушку.
Вот и река. Хороша – широка, полноводна, с течением плавным и мощным, с заводью, к которой и привела дорога. Золотое место. Сергей спустился с не высокого бережка к воде, на чистый белый песок. «Молодцы, ну что тут скажешь. Могут если постараются.»  Сергей испытывал простое человеческое счастье. Девушка осталась на верху, уселась на травку и , казалось с интересом, наблюдала за его действиями. «А она сильно изменилась. Откуда у куклы не поддельный интерес ко всему, что я делаю? Вообще интерес ко всему? Неужели и правда она шпион? Вернее шпионка виртуальная. В таком разе это работа японцев. Больше на такое не способен ни кто. » Испытатель, вспоминая некоторые моменты их общения, задумчиво усмехался.
Сергей снял футболку, намереваясь позагорать под ласковым не жарким солнышком. Девушка проделала ту же операцию со своей блузкой. Он не глядел, мужественно отворачивался, боялся,  рыбалки не получится.
Насадил дождевого червя на крючок, закинул удочку. Поплавок еще не успокоился, еще кивал на мелкой волне из стороны в сторону в солнечных бликах, как клюнула какая –то, судя по поклевке,  крупная рыба. Леска натянулась, как струна, и пошла в глубь. Сергей поволок ее к берегу, рыбина сопротивлялась, ходила из стороны в сторону. Наконец рыбак изловчился и вытянул на свет божий большого сазана. Рыба шлепнулась на песок, золотая чешуя на белом фоне- красота ты моя.
За каких ни будь десять минут Сергей натаскал кучу разной рыбы. Тут были и караси, и крапы, и язи, и лещи. Рыбак настроил спиннинг, закинул и не успел крутнуть пару раз катушку, как схватилась большая щука. Выбросил пятнистую, белопузую хищницу на берег. Закинул блесну еще раз. На этот раз попался очень большой окунь. И этот красноперый полосатик  затрепыхался на белом песке. Настроение падало. Сергей с каждой минутой мрачнел все больше, стало не интересно. Что это такое клюет и клюет, не успеваешь закинуть удочку. Да и зачем она мне здесь эта рыба, домой с собой не возьмешь. Сергей разозлился, побросал весь улов обратно в воду и стал «сматывать удочки». Если рыбацкая удача приходит без труда, то и радости ни какой не приносит. И рыбацкая , и охотничья и какая угодно.  Какая же это удача, если знаешь заранее, что  будет непрерывный  клев.  «Извращение одно, вот что это такое. Во что превратили святое дело – рыбалку!» -. Надо заметить, ни джин ни девушка все это время не выходили у него из головы.  Он поднялся на бережок, кинул снасти в траву, сел рядом со своей красавицей.  Странно, ему показалось, что в глазах ее синих светится и ум и интерес к нему. Какая –то усмешка даже. Он смутился. Стал доставать из рюкзачка провизию, бутылку с заветным напитком. «Стыдно мне что ли?»- удивлялся сам себе.
Из травы , в метре от них показалась огромна голова какой –то змеюки. Девушка повернулась к ней и притронулась, как бы погладила. Толстая, как бревно, темно серая , метров пяти длиною анаконда скользнула с обрыва в воду, и, как ни в чем не бывало поплыла к противоположному берегу. Сергей вскочил на ноги и застыл с открытым ртом. Девушка безмятежно смотрела на него своими  синими глазами.
Из воды на берег заводи неспешно выползли два здоровенных коричневых крокодила, стали греться на солнышке. Сергей обернулся, дорогу к дому пересекало стадо синих буйволов. Могучие мускулы ходили под кожей. Они даже не посмотрели в сторону людей. Рогатые морды , надменные равнодушные глаза, из ноздрей казалось шел дым. Ну, вот те и животные, рыбы и птицы. Сергей испытал не преодолимое желание оказаться в доме с закрытыми наглухо дверьми. Подхватил удочки и устремился  было к коттеджу. Девушка не спеша собирала провизию в рюкзак. Ругаясь тихо про себя, вернулся, потянул ее за руку.
 – Пошли скорее.
- Почему, Сережа? Животные опасны для людей?
- Опасны.
- Почему?
-Потому!
Они шли по дороге. Рука девушки была теплой, с нежной кожей и розовыми ноготками. « Что я делаю, в самом деле?! Это же не человек. И вообще у нее, как в игре, видимо несколько жизней. Но оставить ее без защиты, среди этих зверей?»  В двух шагах от них из придорожной травы поднялась кобра. Воинственно раскрыв капюшон, змея предупреждала о своем присутствии негромким шипением. Сергей отпрыгнул в сторону. «Девушка» присела перед ней на корточки, внимательно рассматривала, протянула было руку чтобы потрогать. Кобра убрала капюшон и нырнула в придорожную траву. Сергей облегченно выдохнул. Огляделся по сторонам. В сотне шагов от них резвились два льва. На дальней излучине реки трубили слоны. Стая серых волков прошла в далеке, занятая охотой на антилоп. Сергей плюнул, взял «девушку» за руку и быстрей зашагал к дому. В синем небе над ними кружили  орлы и коршуны. В море киты выбрасывали в небо фонтаны воды, резвились дельфины, чайки с фрегатами и альбатросами парили в синем небе, стайки воробьев и синиц вертелись под ногами. Жизнь кипела вокруг. Испытатель не знал, что и думать.
В доме, успокоившись, и взбодрив себя наконец парой стаканчиков напитка, он занялся выяснением уровня знаний и особенно эмоций девушки. Она так же пригубила немного спиртного, видимо испытывая от этого процесса не малое удовольствие. Улыбалась и смеялась даже, от прежней заторможенности не осталось и следа. Сергея все эти новости сильно озадачивали.
-Давай придумаем тебе настоящее имя.
-Давай придумаем.
- Вера, Марина, Елена, Надежда? Какое тебе нравится?
-Мне больше подходит Вита.
- Вита? Почему Вита?
- Мне лучше так зваться.
- Хорошо. Так тому и быть, Вита так Вита.
- Вита, ты боишься змей, крокодилов и прочих опасных животных?
-Я не знала, что нужно бояться, но ты  сказал, и теперь я буду бояться. А что они могут нам сделать?!- Она смеялась вполне натурально, в синих глазах прыгали чертики.
Значит она обучается. В постели не отличишь  от обычной женщины. Саша Депонян со своими ребятами конечно  волшебники.  Но, похоже это не их рук дело. Черт знает что!
И что это такое- чудесный мир начинают стремительно портить, наполняя всякими ужасами. Нет не ужасами, опасными животными, которые не причиняют ни какого вреда. Он уже по привычке формулировал для себя некоторые моменты будущего отчета.
 Но  не стал далее заморачиваться  вопросами создания иллюзорной реальности, ни отчетностью, было дело поинтереснее.
Глава 6
Наряд  дежурных полицейских – один постарше, в звании сержанта, другой совсем зеленый в звании рядового, не торопливо прохаживались по залу аэропорта. Пассажиров в это время  было не много. Несколько человек у билетных касс, не большая очередь на регистрацию очередного рейса, десяток мужчин и женщин сидели на скамьях в телефонах, да два пацана детсадовского возраста бегали, рискуя запнуться за чьи нибудь ноги, баловались и громко смеялись. Молодой толкнул в бок сержанта
- Смотри какое чучело.
-Чучело?
Молодой кивком головы указал направление. Человек отличавшийся от беспечных, полусонных пассажиров, как скворец от воробьев в стае, торопливо шагал прямо на регистрацию.  Длинные черные волосы из под шляпы, надвинутой на лоб, черные усы , большие солнцезащитные очки. И день –то пасмурный. В руке это «чучело» имело объемистый портфель, и постоянно, видимо не произвольно, озиралось по сторонам. Сержант прикинул ориентировку, все кроме роста было с точностью до наоборот. Он усмехнулся, пошел неторопливо навстречу. Молодой двинулся следом, соблюдая, как положено,  дистанцию в два шага.
-Гражданин, у вас ус отклеился.
-Где?!
-Документы предъявите !
-На каком основании? Я ни чего не нарушил.
Буквально заверещал  задержанный. Полицейский уже открыто насмехался над ним.
-Знаю, знаю. Будете жаловаться. 
-Что вы ко мне привязались?! Я не преступник какой ни будь!
Обычно веселого, респектабельного, общительного Владимира Ивановича было не узнать. И не только благодаря маскараду. Он не говорил, вопиял.
-Вы подозреваетесь в краже собственности центра «Иномир». Задержаны пока на сорок восемь часов.  В течение этого времени вам будет предъявлено официальное обвинение.- Полицейский слово «пока» произнес с нажимом.
- Я ни чего не крал. Это беззаконие…
Голос Лебедева сорвался. Вдруг он наклонил голову, боднул сержанта в живот, так, что тот с трудом удержался на ногах, и бросился бежать. Полицейские кинулись следом. Владимир Иванович швырнул портфель подальше от себя и кинулся к выходу из здания аэропорта. Длинные полы пальто ему сильно мешали. Оглянувшись на преследователей, дышавших ему в спину, он не заметил выставленную каким – то парнем в проход ногу, запнулся и грянулся на пол. Полицейские с огромным удовольствием насели на поверженного, завернули руки за спину.
 Два крепких парня в штатском не спеша подходили  к ним. Коротко переговорили с сержантом, застегнули задержанному  наручники, вывели  под белы рученьки  и усадили в оранжевую полицейскую «Тойоту».
Пассажир с переднего сиденья не торопливо повернулся к нему. Владимир Иванович увидел прямо перед собой холодные, колючие глаза  Буридинова и заявил, что не будет запираться, расскажет все, что знает и даже то чего не знает. Ревзин Зайнеевич с удивлением отметил, что шпион видимо не испытывает страха. Даже получает удовольствие, как ребенок от игры в войнушку. 
Глава 7
Для испытателей наступили золотые денечки. Им разрешили самим формировать свои «миры». Точнее, проектировщики принимали к реализации все их пожелания. Любые прихоти воплощались в жизнь. Принимались к исполнению  даже самые абсурдные и дикие идеи. Руководство принципиально желало  максимального разнообразия. Просто праздник души. Однако значимых результатов пока получить не удалось. В центре трудились  около полусотни испытателей, но ни чего сверхестественного, по - настоящему прорывного ни как не рождалось. Фантазии людей, мечты оказались приземленными,  скучными и однообразными. Мечтать  что ли разучились, или, накопив большой опыт разочарований, запретов и наказаний за малейшее стремление к так называемому счастью, в глубине своей, в подсознании, в генах усвоили «Нельзя, все равно этого не будет ни когда. Не может быть! И мечтать нечего.»
« От этих ваших не стандартных, прорывных, невиданных предложений мухи от скуки дохнут! Прямо на лету !»- негодовал  Войткевич. Торгунаков свое раздражение умел скрывать, подзадоривал испытателей и разработчиков, все надеясь на то, что родится в конце концов что –то стоящее, способное спасти проект. То что будет отличать их от конкурентов, станет их лицом, символом Центра, по которому их будут безошибочно узнавать.
 Мысли Амира Рустемовича обратились  к странностям мирка Белова. Так и не удалось разобраться с его акулами, змеями и не известно откуда взявшейся шлюшкой. «Надо бы побывать у каждого из этой троицы. Если и может родиться что – то стоящее, так только у них .»
Допрос Лебедева так же не дал ни чего. Сразу стало понятно, это мелкая сошка из мелкой Новосибирской фирмы. В тонкостях программы не понимает ни чего. Охотился за сюжетами, как будто в сюжетах тех был какой –то прок. Чего только стоила  комедия с маскировкой , переодеванием, с  накладными бородой и усами. Тупость «шпиона» видна была за версту, бросалась в глаза. Не официально, по своим каналам Буридинов, конечно проверил информацию данную «крысой». Все, как будто , подтверждалось. Буридинов со своими орлами очистили все помещения центра от прослушки, которой правда было натыкано везде где только возможно. И все. Лебедев сидит теперь в СИЗО в ожидании суда. «А и черт с ним. Пусть посидит месяца два, для острастки. И закрывать дело.» - решил Торгунаков.
Однако, основной вопрос – кто так легко проникает в святая святых программы Белова – остался открытым. И прояснить ситуацию не было ни какой возможности. Депонян со своими гениями работали, искали подходы, но безуспешно.
Буридинов что –то говорил о возможном варианте «Б». Мол не слишком ли тупым оказался  шпион? Быть может и маскарад с переодеванием, и глупый провал в аэропорту, и готовность к сотрудничеству – притворство, игра? … Надо бы проверить, убедиться…. Обязательно!
Глава 8
 Буридинов и генерал Космынин прогуливались по выложенным плиткой дорожкам парка санатория вооруженных сил. Осенний ветер кидал под ноги опавшие листья берез. Было сыро и  холодно. В просветы облаков изредка проглядывало солнышко. Генерал одет в гражданское, ни какой охраны. Такой уровень секретности удивлял и даже немного раздражал. « Что за дела, в самом деле? –думал Буридинов - Сколько сил и времени потрачено на етот «Иномир». Ни чего нет серьезного, глупость одна и больше ни чего. Дорогие, ну очень дорогие,  виртуальные игрушки. »
-Ревзин Зайнеевич, речь возможно идет о деле чрезвычайной важности. … Мое личное мнение …  Я оцениваю вероятность в один два процента, однако, мы не имеем права пренебречь. Дело настолько важное, что даже миллионную долю процента мы обязаны либо исключить, либо использовать.
- Я могу узнать какие –то подробности?
- Работать и дальше вслепую тебе не возможно. Вижу, вижу закусил удила, не лезь на стену… В общем дело идет о контакте с инопланетным разумом, чужой цивилизацией. Фа-а-а-нтастика!
-Вы шутите, Николай Николаевич?!
- Сам не верю. Однако есть факты. Настораживающие. Из проверенных источников. Англосаксы на ушах стоят, все засекретили до крайности. И потом мое чутье подсказывает, нет не пустышка, как я себя ни пытался переубедить. Опасность чувствую, большую опасность. А мое чутье меня ни когда еще не подводило.
-Запутали вы меня, товарищ генерал лейтенант.
-Слушай задание!... Нам необходимо попасть «в гости» в мир этого Белова и пообщаться там кое с кем. Тебе самому не следует раскрываться-уж слишком хорошо ты обосновался в нужное время в нужном месте. Сведешь нашего «ученого» с руководством. Устроите этот вход  к Сергею Васильевичу. Много им знать не к чему. Скажете, для проверки версии о конкурирующей фирме из Германии, например, «Kristall traum» .
-Кристальная мечта  или хрустальная ? Не важно. Это не сложно. И все таки не понимаю.
-Буридиныч, ты как всегда немного тормозишь. Прикинь своим рациональным умищем, какие преимущества получит государство, вступившее в контакт раньше других. Голова кругом. Такие перспективы, такие возможности. Мы и представить не в состоянии.
-Ето еще не известно. К нам –то они , видно прямо прилететь не могут. А уж мы к им и подавно.
-Ревзин Зайнеевич?! А информация?! Тебе ли не знать цену информации. Научные знания, невиданные технологии. А уж реализовать все это в железе мы и сами сумеем. Будь спокоен. Сами с усами.
- Захотят ли они раскрывать нам свои секреты, технологии там, научные разработки? Если бы хотели, так сами бы нашли, как с нами связаться.
- Прав ты, прав! Я говорю, малейшую возможность нельзя упустить! ….Выполнять.
-Слушаюсь.
Глава 9
Торгунаков и с «ученым» из ведомства генерала Космынина начали с «мира» Устина. Явились неожиданно. Виктор Викторович, помолодевший лет на десять и без бороды, встретил их не далеко от своих аппортаментов,  под синим небом с низким и теплым северным солнышком. Стоял на поляне оранжевых жарков. Одет  был в зеленый х.б. костюм, на голове того же цвета кепка с широким козырьком, на ногах резиновые «болотные» сапожищи, на плече ружье – вертикалка двуствольная ТОЗ-овка двенадцатого колибра. Охотничий трофей, гуся гуменника, он прицепил к широкому брючному ремню. Трофей смотрелся, красиво, пестрое крыло убитой птицы свешивалось вниз чуть не до земли. Торгунаков был в своем нормальном обличье, как и «ученый», худощавый, не большого росточка человек средних лет, в очках с толстыми стеклами. Он приблизился, протянул руку Виктору Викторовичу, вежливо представился: «Анатолий Израилевич, эксперт по несложным вопросам.» Хохотнул. Устин, изображая радушного хозяина, пригласил гостей осмотреть его владения. Сам пошел впереди, не сняв  даже ружьё с плеча. Ситуация казалась ему забавной. Обитал он в типичном лагере нефтеразведчиков крайнего севера. Пять белых вагончиков( балкОв на местном жаргоне) были установлены в ряд. Здесь были балок –котлопункт, балок баня, хоз. склад, спальный балок и пункт управления, снабженный, судя по обилию антенн,  несколькими системами связи. В двухстах шагах от лагеря высилась буровая вышка.
Виктор Викторович провел комиссию по кругу, заходил в каждый вагончик и подробно разъяснял назначение каждой вещи и каждой мелочи. Ухмылялся, забыв , что бороды то на нем нет, и, следовательно ухмылку его ни чего не скрывает. Комиссары вежливо шли за ним, понятливо кивали головами и даже из вежливости задавали вопросы, если чего –то не понимали. Анатолий Израилевич обратил внимание на обилие комаров и мошек, тучей вившихся в воздухе. Гнус этот впрочем был некусачим. Торгунаков обстоятельно объяснял, пришлось долго бороться с программой, упрямо вводившей в реальность тундры кровососущих насекомых. Она без этой дряни не понимала мир крайнего севера. Дело сдвинулось с мертвой точки когда нашли компромисс – пусть гнус, как положено на Севере  будет, но питается исключительно пыльцой цветов.
 Обход естественным образом закончился в столовой.
На длинном дощатом столе, покрытом веселой клеенкой сияли ослепительно чистые тарелки, серебряные столовые приборы и граненые стеклянные стаканы. Еда северная: жареная оленина и жареная нельма, черная и красная икра, вареная картошечка, салат из помидорчиков со сметаной и, конечно строганина из мороженого муксуна. Подавала молоденькая геологиня – хорошенькая, рыжая, не много полноватая. Стройные ножки обтянуты тесными брюками, под шерстяным свитером с широким воротом два круглых «мячика» приличных размеров. Устин даже не взглянул в ее сторону, повесил на гвоздь ружьё, унес на кухню гуся, снял ветровку и кепку; прошел к бару.
-Что же вы, Виктор Викторович, не представили нас милой девушке? – улыбаясь спросил эксперт по несложным вопросам.
- Она не живая.
- А так это часть вашего иномира?  Так, так, так. А вы уверены в этом?
- Вполне. Посмотрите ей в глаза и вам все станет ясно.
- Я бы не советовал вам, Амир Рустемович, доверяться столь поверхностным наблюдениям.-  Веско заметил эксперт, повернувшись к Торгунакову. Тот согласно кивал головой, правильно мол говорите, правильно. А сам едва сдерживал зевоту.
Радушный хозяин предложил на выбор чистый спирт или разбавленный. Впрочем, поглядев на тщедушного очкарика, поставил на стол и бутылку коньяка. Эксперт благодарно улыбался. Торгунаков же невозмутимо потребовал пол стакана не разбавленного, чистого продукта. Сидели долго, спешить некуда. Говорили о том, о сем. Все трое понимали, изучать - обсуждать здесь нечего.  Устин ясно показал, что огород с иномирами городить нет смысла. Такой «рай» он мог вполне себе создать  и в мире реальном. Единственно, молодость не вернешь. Так и здесь это скорее условность, иллюзия. А что касается красивых женщин, так в обычном мире их миллионы, а эту и женщиной назвать стыдно. Какая уж там любовь.
-Богатые старики не пожалеют ни каких денег за эту , пусть и иллюзорную возможность , вернуть не надолго молодость. – заметил Торгунаков.
- Так они и в реальном мире могут купить себе любые развлечения.
- Так оно. Однако, наши виртуальные миры очень реальны. Думаю, дело пойдет. Вот только конкуренция. Дело идет о больших деньгах. Здесь требуется  очень высокое качество продукции. Своя изюминка, что –то такое чего нет у других.- рассуждал Торгунаков.
- Простым смертным, вроде меня все это будет не доступно. Это не для людей. А богатеев как ни будь заманите. Я в реальном мире буду искать реальное счастье!- Отвечал, немного захмелевший Устин. Эксперт потягивал коньяк, закусывал икоркой, молчал с важным видом, думал о чем – то о своем.
-Что оно такое это счастье? Ни один олигарх ни за какие деньги не нашел счастья.
-Не там ищут. Я вот, когда закончится контракт с вами, вернусь в геологию. Женюсь на хорошей девушке, и буду счастлив.
- Ну, ну. Дерзайте, Виктор Викторович. До вас этот вариант ещё ни кем не проверялся.–Амир Рустемович не скрывал усмешку. 
Выпили за любовь. В стороне буровой ударил взрыв, зазвенели оконные стекла. Гости подпрыгнули от неожиданности, тревожно переглянулись, уставились на Виктора Викторовича, ожидая разъяснений. « Газовый факел зажгли. Пласт испытывать будут.» Выдал Устин с трудом перекрывая своим басом гул ревущего пламени. Комиссия засобиралась домой.
Глава 9
В гостях у Танечки Ольшевской было интереснее. Гостям предстал беломраморный дворец не то азиатского шаха не то индийского раджи. Встретил их и проводил в зал для приемов визирь, подозрительно похожий лицом на Алексея Альбертовича. Вид имел важный и глупый. Амир Рустемович повеселел. Танюша, почему –то в одежде более подходящей наложнице нежели царице, с обнаженным животом и в прозрачных шальварах, но с золотою, усыпанной каменьями , короне на голове, возлежала на золотом троне, больше  похожем на низкий диванчик. Черный бородатый и курчавый раб, с лицом Саши Депоняна махал над нею огромным опахалом из каких –то перьев, зверски скаля зубы в улыбке. Здоровенный, пузатый янычар с обнаженным ятаганом огромных размеров стоял возле трона, охраняя царицу. Ятаган сверкал, как синий огонь. Лицом янычар был вылитый Торгунаков.
Комиссары театрально поклонились. И только собрался Амир Рустемович обратиться к владычице с пышной приветственной речью, как визирь остановил его повелительным жестом. Ему  показалось, гости поклонились  не достаточно почтительно. Поэтому он приказал Торгунакову закрыть свой поганый рот, а янычару научить невежд этикету. Тот, не долго думая, шагнул к гостям и пригнул выю Амира Рустемовича вниз, чуть ли не до пола. Затем проделал тоже с экспертом. При этом Анатолий Израилевич, не ожидавший ни чего подобного, нечаянно упал на пол. Благо мрамор оказался покрытым толстенным ковром.
-Танюша, это уж черезчур, -смеялся Торгунаков, массируя шею, ученый эксперт возмущенно сопел, но не говорил  ни слова.
Ольшевская приказала рабам оставить гостей в покое, не смущаясь встала, демонстрируя свою фигурку. В этом мире она была девушкой семнадцати лет отроду. Извинилась самым не винным тоном, попросила подождать пока переоденется, и исчезла за каким –то красным занавесом, расшитым золотыми драконами и фантастическими цветами. Через пять минут явилась одетая уже в короткую юбочку и светлую, легкую кофточку. Преображение это не сделало её менее привлекательной. Пригласила следовать за ней в ее хижину. Гости послушно двинулись вслед за нею, невольно оглядываясь на этого черта янычара. Ни кто их не преследовал и не сопровождал, все слуги остались во дворце.
Жильем  Ольшевской оказался легкий щитовой домик на берегу ласкового, теплого моря.
Домик всего из трех комнаток. Столовая, она же кухня с хорошей электроплитой и большим холодильником, спаленка, буквально три на четыре метра, с просторной удобной кроватью, и комната с большим экраном компьютера. В этой стояли несколько стульев и пара кресел, видимо гостиная. Рядом с этим домом душ самой примитивной конструкции, с задергушкой из полупрозрачного пластика вместо стен. В тени дерев натянут между двух сосен гамак, в котором Танюша могла бы отдыхать от трудов тяжких. 
Гости разместились за не большим столиком на воздухе. Сквозь пышную зелень деревьев пробивалось жаркое солнце юга, синело безоблачное небо, под ногами ковер из опавшей хвои.От спиртного, не сговариваясь  решительно отказались, оба попросили чай. Хозяйка вынесла на подносе фарфоровые чашечки с зеленым чаем. Говорили с умным видом не о чем. Благодушествовали. Ольшевская яснее ясного показала, предпочитает дворцам простую жизнь на лоне природы. Торгунаков сделал одно существенное замечание, в инореальности строить что дворцы что хижины по деньгам одинаково затратно. Дело не в формах иллюзорных, а сложности создания самих виртуальных миров . Дорог сам процесс, а уж что конкретно создано не важно.   
-Для женщины главное молодость….и любовь, конечно- решилась высказаться Танюша. Смущалась, розовела лицом.
-Это то понятно. И не только для женщин.- Амир Рустемович явно скучал.- А вот для чего мы городим огород с тысячами вариантов миров? Кто мне скажет?
- Любить создания нашего Депоняна нельзя.- Продолжила о наболевшем Ольшевская. Значит здесь должна быть возможность жить нескольким людям, а не одиночкам.
- Это мы понимаем, Танюша. Как видите,  мы достигли определенных успехов. Мы же все трое живые люди. ….Хотя, кто знает,… может быть и весь наш мир такая же виртуальная реальность.
Но, что им, я имею ввиду людей, мешает жить счастливо? У вашей троицы еще как ни как разумные построения, нормальные желания. Вы не представляете, что натворили, в прямом смысле этого слова другие испытатели. Пятизвездочные отели с пьянством и наркотой, бордели, тусовки, кабаки. У старшего поколения правда попадаются другие планеты, космические станции и прозрачные купала на дне тропических морей. Но ясно же, полюбоваться на все это можно и  в объемном кино. Им самим становится скучно в этом ино рае уже через несколько часов. Люди не знают сами чего хотят. И не имеют представления о том, что есть счастье.
-Амир Рустемович, но молодость и любовь?
-Татьяна, а что вам мешает жить и любить в нашем мире? Для чего создавать тропические острова, если их и так полно на планете Земля?
- Ну, я же не могу себе позволить отдых на Бали.
-Танечка, таким как вы не по карману инореальность. – Мягко заметил Торгунаков.
-А, да. Конечно. А у кого есть деньги и так имеет все, что пожелает.
-А конкуренты не дремлют - Веско заметил эксперт по не сложным вопросам. Во все время разговора он честно отводил глаза от прелестной собеседницы. Старался любоваться пейзажем или вперял взгляд в чашку чая.
   Глава 10
- Сережа, я знаю  почти столько же сколько и ты.
- То есть как это? Ты заявила, ни много – ни мало, что на самом деле инопланетянка. Так ?
- Да.
- Твоя планета Лодду, в системе звезды Глюц, находится, как тебе сказали, примерно в тысяче  световых лет от Солнечной системы?
- Немного более тысячи.
- Более? ..Более или менее - не важно. Ни что не может перемещаться со скоростью большей скорости света. Так? Следовательно ты летела к нам немного более  тысячи  лет?!
-Да нет же. Основа, сущность может перемещаться даже и со скоростью мысли.
- Стоп! Даже если это так, хотя… Не важно!.. Значит ты это не ты, а только информация?!
- Сережа, а ты? Ты тоже информация, к тому же еще , как выяснилось , двойственная. Нет не так, не информация, а сущность.
- Я?! Я живой человек, а не какая- то инфа. … С другой стороны, конечно, если углубиться…
- Вся вселенная, все миры, все существа  в конечном счете это порождения основы. Не знаю, как тебе объяснить.
-Да. В конечном счете, естественно. Информация и энергия. Однако…Это все философия! А тут. Ты что шутишь?!
=Как это я могу шутить. Расскажу, что знаю. Как нас учили. Есть дороги между звездами, по которым можно двигаться очень быстро, гораздо быстрее чем напрямую. Это один уровень. Вы не освоили даже это. Есть возможность перемещать сущности в океане основ. Этого мы не умеем, но могут наши создатели. И есть возможность свободно перемещаться в любое место, мгновенно. Этого не могут и они.
-А кто может?
- Создатель всего.
« Бог что ли?! Уж не Сашу ли Депоняна она имеет в виду?» . На Сергея Васильевича накатил истерический смех. Представил Депоняна Богом творцом с нимбом над головой. Он трясся от смеха, смахивал слезинки, и ни как не мог остановиться. Вита смотрела на него  с испугом.
С трудом успокоился. Вытер выступившие слезы. Помрачнел. «Ну, вот и признаки наступающего безумия налицо. Резкая, беспричинная смена настроений и т.д.»
- Я так понимаю, мы встретились, в виртуальной реальности. Каким –то способом наши программные игрища пересеклись в том мифическом информационном океане вселенной?
-Не знаю. Наверное. Нет не так. Создатели знают , как это сделать, для них это легко.
-То есть ты это не ты, а только сложная информация, пусть очень - очень сложная. Но, получается, ты искусственная, т.е.  кукла?!
- Я это я, а ты это ты, как бы ты не выглядел в этих «игрищах».- Она уже сердилась.
- Нет! Я живой! Я у себя дома, а не в тысяче световых лет от Земли, на какой-то Лодду в системе Глюц, блин!
- Кто знает где у нас «дом» и что это такое в конечном счете. –Печально и тихо  говорила Вита.-…Сережа у нас будет ребенок.
- Что?! Как это ребенок? Информационный что ли?  Я с ума схожу, или уже?
- Обычный малыш, успокойся. Не думала, что ты такой впечатлительный. Можешь посмотреть, кстати, на мою родную Лодду.
- Полетели?! Миллион световых лет для бешеной собаки не крюк. А понял, кино покажешь?
- Можно сказать и так. Все знания обо всем есть в мире основ. Нужно только уметь их получить. Если разрешат... подожди у вас есть похожее понятие  – ангелы. Так?
-Так или не так… Откуда мне знать? Все это нужно как следует обдумать… боюсь только, думай не думай, ни чего не придумаешь. Но, ты же не станешь меня специально дурачить? Нет?!
-Нет. Я и не умею. А, вот - смотри.
И Сергей Васильевич увидел. Марево неопределенности приблизилось к ним вплотную. Вибрирующий, струящийся туман постепенно становился прозрачным. Открывались невиданные пейзажи.
По мелководью вблизи пологих песчаных берегов, заросших огромными растениями, потешно высоко поднимая когтистые лапы, вышагивали какие –то звери в ярком сине -белом оперении, но с руками, или лапами. Звери похожи на странных динозавров, вид растений Сергей определить не мог - не то пальмы, не то папоротники. Огромное красное солнце висело низко над горизонтом, окрашивая воду в красноватые и оранжевые тона.
- Ой. Это не моя Лодду. Это видимо наша с тобой планета. Здесь мы будем жить.
-Мы?! Будем здесь жить?! Ну, это вряд ли!
-Тебе решать. – Тихо сказала Вита - Требуется только твое желание. Без твоего согласия, обдуманного и свободного ни чего не будет. НИ ЧЕГО!
Голосок у нее задрожал, синева очей наполнялась слезами.
- Минуточку. – На пороге нарисовался господин Лебедев.  Выглядел элегантно, в сером костюме, при галстуке. –Не большое уточнение. Сергей Васильевич, договор с нами нужно будет подписать кровью.-
- С ума сойти. - Оторопел Сергей.
- Шучу, шучу. Ну, что вы в самом деле? Образованный современный человек. Ни какой подписи ни чернилами , ни тем более кровью  не требуется. Только ваше согласие. Устное. Слово человека прочнее стали, тверже алмаза. Что по сравнению с ним крючечки на бумаге, написанные чернилами, краской или кровью? Жалкое подобие СЛОВА.
- Но, как вы тут? Кто вы на самом деле?!
- Не важно. В данный момент это не имеет ни какого значения.Только должен предупредить, это ваш последний вход . Либо вы соглашаетесь покинуть эту планету, расстаться с родными и друзьями, с милой женой и не менее милой любовницей, с дочерью и внуком, и прочее и прочее, и с Депоняном, разумеется, навсегда.  Либо остаетесь на этой планете, то же навсегда, в смысле до конца жизни, но Вита здесь не останется ни в каком случае. Выбор за вами. Это все, что я должен вам передать. За сим прощайте. Всего доброго. Не поминайте лихом.
Лебедев театрально раскланялся и не торопясь удалился. Сергей вскочил и кинулся вслед, намереваясь задать ему пару серьезных вопросов. И потребовать серьезных же ответов. С наружи ни кого не было. Только воробьишки купались в пыли между цветочными клумбами. Легкий ветерок шелестел травой, в небе сияло равнодушное солнышко.
Сергей Васильевич, пораженный до глубины души, не знал, что и думать. Мысли о сумасшествии вновь посетили его. «А не забавы ли это непризнанных гениев из отдела  Депоняна? С него станется.»
 Вита казалась испуганной и несчастной. « А если все это правда?! Каково ей? Да кто же она, в конце концов. Как жила? Чья она дочь? Есть ли у нее семья? Зачем она здесь ?!» Острая жалость охватила Сергея..
- Вита, у тебя есть родители, семья?
- Нет. Я не родилась от женщины.
Сказала,  испуганно глядя на Сергея. И наконец расплакалась.

Разбор полетов. Последний.
Саша Депонян демонстрировал свою широкую , белозубую улыбку. «Сергей Васильевич, и ты всерьез поверил во всю эту фантастику?  - Улыбались и Торгунаков с Войткевичем. - А знаешь как переводится Лодду? Ловушка для дураков. А Глюц? Ну, конечно , если бы «Глюк», то вышло бы уж очень прозрачно.
- Ну, как тебе такая инореальность?  Правда, класс,  мы впереди планеты всей?»
Сергей Васильевич сидел , как в воду опущенный. С одной стороны, как бы даже и некоторое облегчение. Все стало понятным и простым.  С другой, обида и злость на всех, и на вся, и сташное разочарование, опустошенность. Что они себе позволяют ?!  И еще , в глубине души недоверие. Что - то они темнят- и в глаза не глядят, и смеются как –то не естественно.  Впрочем Бог с ними, делайте вы что хотите. А мне все равно. Я больше никогда, НИКОГДА не увижу Виту. …И ребенок у нас не родится. О чем это ты? Какая Вита, какой ребенок? Ни чего же не было, это только игрища, фэнтази фирмы «Иномир».
-Это все, что вы должны были  мне сказать ? Больше ничего? – выдавил  он из себя с трудом.
Амир Рустемович ответил, не спеша, веско –«Нет. Не все. Вы переводитесь из отдела испытателей к разработчикам. Считайте это повышением. Оплата вашего труда так же увеличится. Довольно значительно».- Он глянул на шефа. Алексей Альбертович согласно кивнул головой.
 


Глава 11
Сергей Васильевич сгорбившись шел домой. Погода была мерзкая – мелкий нудный дождичек перемежался мокрым снегом. И «ветер, ветер на всем белом свете», нет ему конца. Скорее бы уж приходила зима. Мороз бы, белый снег, ясное солнышко.
«Уволюсь я. Не хочу больше участвовать во всем этом. Лица их не могу видеть.» -думал он подходя к подъезду своего дома. «Стоп. А я зачем сюда приперся –то? Ни кто меня здесь не ждет.» В сознании всплыла бурная сцена недавнего объяснения с Людмилой свет Ивановной.  Жена, злая, как ведьма, произносила пламенные речи. Обидные, блин, но в общем –то справедливые. Выяснилось, что она ангельская душа, с неслыханным терпением переносила его измены. Если он думает, что ей не известны его отнрошения с его Танечкой Ольшевской, так он заблуждается. Все она знала. Только не известно за каким чертом терпела это унижение. Столько лет! Все чтобы не порушить семью. А он хорошо устроился. Дом, семья, уют и для развлечений любовница всегда под боком. А может быть и не одна. Даже наверняка! Ну очень удобно! А каково ей приходится подумал? А как это больно . Мало ему этого!!! Еще любовь у него открылась виртуальная. Над тобой же сослуживцы смеются. Вот и убирайся к своей любимой. К какой, к живой или к игрушечной, мне все равно. Я терпеть этот позор больше не намерена. Все! Хватит!»  Сергей Васильевич уже вышел на площадку, тихонько притворив за собой дверь, а Людмила Ивановна все не могла остановиться. Видимо действительно накипело  за столько лет-то.
Куда же мне податься? И дождь еще этот. Танечка его Ольшевская с ним больше не разговаривала . Приблизился было с целью поговорить - объясниться. Но натолкнулся на такую стену холода, что даже отшатнулся невольно. Не ожидал. А мог бы догадаться, что любовь его вечная, ни разу не заговорившая за все эти годы о его разводе с Людмилой; терпевшая, положение вечной  любовницы, не менее унизительное чем положение обманутой жены,  могла оскорбиться так же сильно…. Да и видеть ее сечас, говорить не смог бы.
Ну, что делать? Заслужил тупица, не все коту масленица, вот те и великий пост. Впрочем все эти беды стояли как бы на втором плане. Он с удивлением обнаружил, что не особо переживает по этому поводу. Главная боль, заноза в душе – Вита. Ни как не мог поверить, что это бездушная кукла. Вспоминал нежные теплые руки, бездонные синие глаза, «нежные речи-девичьи плечи». «Нет не может быть. Что –то вы голубчики тут замутили, чует мое сердце.»
«Где же ночлег –то искать? Не на вокзале же ночевать в самом деле. Пойду - ка я к другу Депоняну. Не выгонит. На одну ночь по крайней мере приютит. Еще и дождь этот. Нет ему конца!» Сергей Васильевич раскрыл зонт, вышел из под козырька подъезда и направился на остановку автобуса. Передумал, остановился, достал телефон, чтобы вызвать такси. «Прихвачу бутылочку коньяка, Саша любит,  глядишь за разговорами и выяснится какая ни то правда.» 
«Сережа! Иди домой , что ты мокнешь, маешься? Иди не выгоню!» Сергей круто повернулся. В дверях подъезда, в накинутой на плечи куртке, стояла его верная жена.  На щеках слезинки мешались с каплями дождя. Сергей замер, постоял молча, помотал головой несогласно. Махнул рукой и быстро, боясь передумать, пошагал на встречу дождю и ветру.

Депонян встретил радушно, как старого друга. С улыбкою на все тридцать два зуба. Скучал он, оставшись на некоторое время в одиночестве. Наталия с дочкой гостили у своих стариков, в Краснодаре. Потому обрадовался, как будто искренне.
-Что, брат, запутался в своих женщинах? Даже голову преклонить негде? Бывает, не переживай очень. Все устроится, устаканится. 
- Да, я ни чего. Подумаешь, все гордые какие стали. А, перемелется- мука будет.
Хозяин, болтая с гостем, не теряя времени, ставил на стол закуски, рюмки, вилки-ложки.Стол менялся на глазах, радовал видом вкуснятины, возбуждавшей аппетит. Сергей Васильевич понял, что голоден как зверь. И то с этими переживаниями он забыл пообедать, а шел уже восьмой час вечера.   
Говорили о том о сем, старательно обходя скользкую тему. После треьей Сергей Васильевич стал решительным, смелым и очень умным.
« А вот скажи мне, друг Саша, я конечно дилетант, вот ты и объясни, как вы добились такой реалистичности, ладно бы зверей там или птиц, но живой женщины.»
Депонян убегал взглядом в стороны, улыбался ослепительно,  отвечал уклончиво и насмешливо.
- Ты не представляешь какие талантища работают у меня в отделе. Все могут!
- Верится с трудом. Она очень похожа на живую. Нет, не похожа, а живая.
-Почему не представляю? Не только представляю- знаю точно.
-Ты что имеешь ввиду?!
Сергей Васильевич багровея лицом, почувствовал непреодолимое желание заехать кулаком в улыбающуюся рожу Депоняна.
- Да успокойся, дурак старый, ты не о том подумал. Я скажу тебе, как другу. Скажу, скажу только дай слово, этот разговор останется между нами. Хорошо?
- Говори уже!
- Вероятно это действительно живая женщина, а ни какая не кукла. Все! Больше не могу ни слова! А теперь давай еще по одной и спать.
Сергея , как пламя охватила радость. И тут же подумалось, все это не имеет ни какого значения. Виту –то он уже не увидит ни когда! Никогда? «Ну, это мы еще посмотрим.» Они молча выпили и разошлись, не то врагами не то друзьями.
Глава 12
 Комиссия в мир Белова без него самого обернулась полным крахом. Они увидели скучный двухэтажный коттедж, совершенно безлюдный. Глупая липовая аллея упиралась в синее мертвое, как бы нарисованное  море. Ни где не видно ни чего живого: ни зверей, ни птиц, ни тем более людей. Теплое солнышко , стоявшее точно в зените, равнодушно светило на эту ни кому не нужную иллюзию..
Срочно вызвали Белова. Сергей Васильевич загорелся, думал: «Не могут обойтись без меня голубчики. Вот вам и перевод с повышением.» Радость его была преждевременной, вход  с ним оказался таким же , как и без него. Пустой, скучный и безжизненный мир. Вита  исчезла, бесследно и безвозвратно.
«Ученый эксперт» рвал и метал. Однако винить , кроме себя, было некого. Идея с отстранением Белова принадлежала ему. Это он решил, что Сергей Васильевич с его чувствами будет помехой в реализации его хитрых, тщательно продуманных и согласованных  планов.
Белов в сердцах бросил заявление на увольнение, и не стал слушать никого, ни каких уговоров. Несмотря на то, что оставалась слабая надежда. Нет. Он ясно понимал, знал точно, все кончено. Где она теперь, в каких таких основах, будь они не ладны. Может быть за тысячи лет и миллиарды километров. Вспомнилось из детской сказки о Иване Царевиче.
- Стой, серый волк, шапка спала.
 -Далёко твоя шапка, за десять тысяч верст.

В кабинете Войткевича обсуждался вопрос о шпионе Лебедеве. Буридинов только что вернулся из Сизо, где содержался до суда этот скользкий тип. Вернее должен был содержаться. Алексей Альбертович и, приглашенный в его кабинет, Торгунаков, докладом начальника охраны были поражены до глубины души. В это не возможно поверить. Оказывается ни какого Лебедева в эту достойную организацию ни кто ни когда не доставлял. Это не смотря на то, что Ревзин Зайнеевич имел не одну беседу с подследственным именно в этом изоляторе. Проверка документов не дала ни чего – не было такого клиента, ни когда не существовало. -И как это понимать?- ошарашенно вопросил Войткевич.
- Не знаю.- равнодушно оветствовал Буридинов, успевший уже подробно обсудить ситуацию в родном ведомстве.
На секретном совещании у Космынина, после короткого обсуждения, был сделан вывод - имел место конкретный контакт с инопланетным разумом. В данный момент во всю разрабатывались планы дальнейших действий. Немедленно следовало установить плотный контроль за Беловым. Фирме же «Иномир» предложить работать , как прежде, привлекая клиентов сценариями контактов с внеземными созданиями.
Посчитали достоверно установленными следующие факты.
 1. Внеземной разум гуманоидного типа существует.
2. Цивилизация эта находится на уровне развития сопоставимом с земным. Таким образом, общение в дальнейшем возможно.
3. И, главное, ребята эти обладают чувством юмора, что радует.
Почему третий пункт это главное?  Потому, что человек если шутит по – доброму, то видимо не замышляет зла.
Генерал лейтенант Космынин Николай Николаевич, впрочем потерял интерес к этому делу, справедливо полагая, что вся эта возня не даст ни каких результатов. Шанс, если и был, то упущен. Однако озвучивать свое мнение не счел необходимым.   
Глава 13
Сергей Васильевич шел сам не зная куда. Вечерело. К ночи подморозило, снег падал хлопьями, несмело, как будто сомневался в том, что пришло его время. Зажглись фанари. Свет одного показался ему не естественно ярким, он подошел ближе и в ярком этом свете увидел довольно молодую еще женщину одетую очень легко. Фигура показалась  знакомой, и лицом она похожа… Да нет, не может быть. Теперь в каждой встречной будешь искать сходства со своей Витой?! Он подходил все ближе.
-Сережа, ты так и не сказал ни да ни нет. А без добровольного и свободного согласия ни чего не будет.
-Ты постарела, Вита.
-Ты тоже , Сережа, не помолодел. Но это не имеет ни какого значения.
-Конечно. Главное суть, сущность в основах?
Вита не смело улыбнулась.
Из стоящей неподалеку черной  машины выпрыгнул спортивный молодой человек, и устремился к фонарю. Помчался так стремительно, что едва не сбил с ног случайного прохожего – странного типа в длинном пальто, черной шляпе и темных очках.
- Поосторожнее, молодой человек. Куда так разогнался? Все равно не успеешь.
Сергей ни чего не замечал.  Счастливо смеялся, крепко обнимая свою Виту. Спец службист мчался к ним, сам не понимая еще чем вызвана эта спешка. Он был уже в трех шагах. Вита увидела его прямо перед собой. Замерла, охваченная страхом.
-Я обдуманно и свободно даю свое согласие.
Темнота растаяла от короткой  вспышки света. Агент отпрянул. Яркий свет плавно угасал. Легкий ветерок кружил снежинки в свете фонаря. Падал на тела, застывшие в последнем объятии.  Он наклонился, потрогал артерию на шее Сергея. Отдернул руку. Удивительно, снежинки уже не таяли на их застывших лицах.
«Лебедев» постоял еще не много на тротуаре под, валившим хлопьями снегом, полюбовался на суетню растерянных спец.службистов; и пошагал не торопливо по своим делам.
Паталогоанатом  не смог определить причину смерти. Не было ни каких внешних повреждений, так же и следов отравления. Умершие были «практически здоровы». …Вот только мертвы. Чтобы не заморачиваться он написал в справке для полиции, что мужчина умер от кровоизлияния в мозг, а женщина от обширного инфаркта миокарда. В дальнейшем ему  пришлось пожалеть о своем легкомысленном поступке. Заключение это, озвученное на совещании у генерала Космынина, стоило ему потери работы.


Эпилог.
Сергей Васильевич находился в полной темноте, не проницаемой. Не подалеку спокойно и не громко беседовали два не видимых существа.
-Куда этих мелких? – Спросил первый.
-Это Сергей и Вита. – Ответил второй.
Сергея  закружил какой – то могучий вихрь. Стало светло.
Они лежали, щурясь от нестерпимо яркого света, на «своей» планете, на бережку мелководного моря, среди странных деревьев- не то пальм, не то папоротников. Они молоды, сильны и красивы.
«Все это прекрасно…. Однако, где мы будем жить,… чем заниматься? Как здесь добывают хлеб насущный и надсущный? И главное зачем мы здесь? Для чего вся эта канитель вообще?»
- Вита, у нас есть дом?
- Будет, если ты построишь.- Она улыбалась .
-Из каких материалов, и с помощью каких инструментов?
-Материалы? Найдем что ни будь. А инструменты дадут какие ни будь.
-Допустим. А что мы вообще – то будем здесь делать?!
-Плодиться и размножаться. К старости ты станешь патриархом и главой рода. Отрастишь бороду до пояса. Увидишь - все наладится, пойдет, как по маслу
-Ты издеваешься?!
- Ни чуть.
- То есть о всех достижениях цивилизации можно забыть и жить, как в каменном веке?! И интернета не будет и вообще ни чего?!
-Ни даже электричества. Если ты только не придумаешь какой ни будь генератор из тростника. А что тебя не устраивает. Мы же, как Адам и Ева в раю. Можем питаться плодами дерев. Звери нас не тронут. Чего же тебе еще?
- Вот блин, теперь я понимаю, почему они сбежали из того рая!
-На тебя не угодишь.
Синева глаз  рассыпалась, искрилась смешинками. Сергей не мог этому противостоять. 
-Нет, где мы будем спать сегодня? –Не вольно улыбаясь в ответ,  спрашивал он. Или ты предлагаешь построить дом за один день? Кстати сколько часов в здешних сутках?
-Не знаю.- Беспечно отвечала любимая.
В этот момент с неба свалились кое какие инструменты: молоток, пила ножовка, небольшой плотницкий топорик. Они смачно шлепались в рыхлый влажный грунт. Последней прилетела штыковая лопата, со свистом разрезая воздух, как ракета, она вошла в грунт строго вертикально и погрузилась на весь штык.
Сергея все это стало раздражать уже всерьез. Он то думал, жить – быть в цивилизованном мире какой – то развитой цивилизации, превосходящей земную во всех отношениях. А  тут, черт знает что.
Вита, смеясь уже открыто, взяла его за руку и потащила за собой. Они вышли на обширную поляну.
Здесь было людно. Народ явно различных рас, ростом от метра и до двух с не большим, различался так же цветом кожи и волос. К некоторым подошло бы выражение - цветом шерсти. Двухметровый рептилоид  держал на своих когтистых лапах- руках голенького малыша-грудничка. Ребенок перебирал ручками и ножками , улыбался и пускал пузыри. На недоуменный вопросительный взгляд Сергея Вита ответила: «Не бойся». Она взяла малыша на руки, подняла, целовала и тормошила. Ребенок смеялся. Подала Сергею, он принял осторожно, как хрупкое сокровище. 
Это было настоящее, безусловное, реальное счастье. Безусловное, но явно не достаточное – мужику определенно требовалось что – то кроме. Люди поглядывали на них  с любопытством. Впрочем не навязываясь.  Дети разных возрастов играли в свои игры. Кто – то пытался оседлать небольшого пушистого динозавра, кто –то бегал по мелкой теплой воде залива,  группа постарше играла в мяч.
-Где же они живут? И где наконец наш дом?
-Живут кто где. Наш дом? Пошли, поищем. - Она смеялась.
Они вышли к реке, подозрительно знакомой, широкой, с мощным и плавным течением. Сергей оглянулся. Ни папоротников, ни мелководного теплого моря не наблюдалось.  До самого горизонта тянулась лесостепь средней полосы. Листья деревьев и трав были странными , темными и пестрыми.
Они подошли к не большому коттеджу, знакомому до слез. Нелепая аллея высоченных деревьев с пестрой, темной листвой упиралась в морской берег. Огромное красное солнце опускалось в воды моря, окрашивая их в оранжевый цвет.
Вот только Саша Депонян ко всему этому  уже не имел ни какого  отношения.