Мемуары Арамиса Часть 449

Глава 449. Расшифрованный фрагмент «Мемуаров Арамиса» N10

Предуведомление: автор не разделяет мнение своего литературного героя, являющегося автором этих тайных записок генерала Ордена Иезуитов.

Сеть осведомителей во всех странах необходимо иметь. И прежде всего – в своей собственной. Точно также в отношении структуры Ордена. В ней непременно должны быть осведомители. В сущности, что такое управление? Ведь это, прежде всего, сбор информации о ситуации, также это сравнение того, что мы имеем и к чему всё это идёт, с тем, что мы хотим иметь в действительности, и, наконец, воздействия на ситуацию, чтобы то, что мы имеем, превратилось в то, что мы хотим иметь.

И вот в этой цепи воздействий необходимо определять, насколько сделанные воздействия эффективны, насколько они приблизили нас к желаемой цели. Ведь если они вместо того, чтобы её приблизить, её отдалили, тогда следует воздействие изменить на противоположное.

Кардинал Ришельё великолепно понимал работу этих механизмов. Если государь желает присоединить какую-то провинцию, то он, конечно, может пойти на неё войной. Но война против собственных союзников чревата тем, что так можно остаться вовсе без союзников. Поэтому прежде, чем подчинить себе недостаточно подчинённого союзника, то есть такого, каким был, например, для французской короны клан Гизов-Лотарингских, настоятельно необходимо не растерять прочих нестойких союзников. Необходимо, чтобы все эти Конде, Конти, Марийаки, Ларошфуко, Роганы, Тюренны, Рецы и Шеврёзы не считали бы, что и с ними можно поступить точно так же. Это означает, что, прежде всего, следует озвучить их вину, причём вину такую, какой за собой не чувствуют никто из тех, кто потенциально может присоединиться к преследуемому меньшинству.
Полезно организовать локальные выступления несогласных, призывающих помощь Короля для того, чтобы обуздать распоясавшегося герцога. Неплохо будет также если указанный герцог жестоко расправится с этими бунтовщиками. Тогда Король получит все требуемые обоснования для того, чтобы направить туда свои войска. 
Разрушить все замки и крепости, кроме тех, что расположены на границах государства – таково было решение кардинала Ришельё. Некоторые замки, как ему сказали, являются жемчужиной архитектуры и имеют огромное историческое и культурное значение. Он сделал для них уступку.
Но разрушения крепостей – это логично, а замки можно было бы и сохранить. Ведь Королю нужны тюрьмы! Посмотрите, как неблагоразумно приходилось ему поступать время от времени! Поместить такого секретного узника, как Железную Маску в крепость Пиньероль, находящуюся на границе с Италией! Какой огромный риск! Поместить его в крепость на острове Сен-Маргерит было бы ничуть не лучше, ведь эта крепость может быть атакована с моря англичанами или даже голландцами, или испанцами! Крепости разрушать надлежало, замки следовало сохранить, но прибрать их в казну. Ришельё намеревался поступить именно так, но не успел.
Ришельё использовал власть – страх и надежду на милости или поощрения. Мазарини предпочитал использовать деньги – подкуп, сделки, подарки. Обоим следовало совмещать все имеющиеся у них инструменты. Где-то лучше действует непосредственная власть, где-то предпочтителен подкуп. Какие-то провинции или земли лучше купить, другие следует только забирать силой.
Европа – это место постоянной борьбы. Сильный поедает слабого. Слабый копит силы, чтобы стать сильней своего обидчика. Только окончательное съедание мелких государств имеет длительные последствия. А ещё эффективнее – когда правящие семьи объединяются в одну семью. В этом смысле плодовитость королевских династий – большое зло. Анна Австрийская могла бы претендовать и на Испанский трон, и на Австрийский. Испанский трон чуть не остался без наследника, как в своё время Польский. Немного усилий, и Франция имела бы шанс объединиться с Испанией в единое сильное королевство. Испания обещала огромное приданное нашей следующей Королеве при условии, что она бы отказалась от своих прав на наследование Испанской короны. Согласие усилиями Мазарини было достигнуто, но приданое не было получено. Вот вам новая причина для войны, ибо Испания считает, что Франция не может претендовать на её трон, а Франция так не считает, и обе правы, но и обе не правы.
Жить в Европе спокойно можно лишь при условии, что ты понимаешь, что мир – это перерыв между двумя войнами, за время которого все участники предыдущих войн стараются как можно лучше подготовиться к войнам будущим.  Ничего другого Европа не может предложить самой себе.
Если мелкие германские княжества объединяться в единое королевство, это станет новой проблемой для всех остальных европейских государств. Отделение от могущественной Голландии её северных территорий стало частичным, пусть даже временным, решением проблем её соседей. Равновесия быть не может. Если в Европе какое-то государство почувствует себя самым сильным, оно захочет расширить влияние сначала мирным путём, то есть шантажом, вымогательством, угрозами и таможенной политикой, а затем, когда мирный путь себя исчерпает, путём военным. Если бы в Европе не было самого могущественного государства, то два наиболее и равно могущественных из них могли бы объединиться с целью совместного обогащения за счёт менее сильных соседей.
Идея католичества может объединить Европу, но лишь в теории, что мы видим на примере противостояния двух величайших католических государств – Франции и Габсбургской Империи. Нам, французам, легче вступить в союз с протестантской Англией или даже с мусульманской Османской Империей, нежели с католической Испанией.
Только сила может объединять надолго и крепко. Этот тезис я положил в основу дальнейшего развития Ордена Иезуитов. А сила, как я уже писал, требует разветвлённой сети информаторов, и, как это ни звучало бы кощунственно, столь же разветвлённая сеть активных исполнителей воли генерала. Можно назвать их диверсантами или террористами. Я называю их «Перст Судьбы» или же «Длань Господня».
Одним из таких «перстов» был Равальяк, и направляла его супруга жертвы. Но это было слишком нарочитым вмешательством.
Виртуозность по-настоящему изощрённого управления событиями состоит в том, чтобы никто и не подумал бы, что какие-то судьбоносные события свершились не сами собой, не по естественным причинам, а чьей-то непреложной волей и посредством чьего-то аккуратного вмешательство. Опасный человек должен умирать у себя в постели от обычного недуга, или же он должен быть помещён в тюрьму или отведён на казнь за те преступления, которые очевидны всем, но они вовсе не обязательно являются именно теми поступками, которых опасался Орден. Если Ордену мешает какой-то кардинал или епископ, его должен снимать с должности Король или Папа по причинам вполне прагматичным. Возможно, вскроется, что в подведомственной ему епархии творился беспредел. Так Ришельё сместил одного епископа за то, что в одном монастыре монашки подвергались излишне пристальному вниманию со стороны одного высокопоставленного настоятеля, в ведении которого находился этот женский монастырь. Это вовсе не означает, что в других монастырях ничего подобного не происходит. Это лишь означает, что указанный настоятель должен был быть смещён, а о причинах мы не знаем и, пожалуй, уже никогда не узнаем.
Орден здесь совершенно не при чём, и я всегда буду настаивать на этом мнении. Иезуиты не занимаются устранением людей, которые им мешают. Я настаиваю на этом. Они лишь не препятствуют тому, чтобы подобное случилось. Быть может, изредка способствуют подобному развитию событий, но этого никто никогда не сможет доказать.
Нужный человек должен получать своё назначение от Короля или суверена, который считает, что совершает это назначение по собственному выбору. Разумеется, каждый Король считает, что он – полновластный хозяин своей страны именно тогда, когда делает всё то, к чему его побуждает его очередная фаворитка. Поэтому фаворитки столь важны. На фавориток очень легко влиять. Все они чувствуют свою вину перед Господом за нарушение, как минимум, одной известной заповеди. Следовательно, они нуждаются в духовнике намного чаще, чем прочие дамы. Назначить фаворитке правильного духовника – означает получить возможность влиять на государственную политику.  И только Ордену это под силу в католических странах.  Поэтому крайне желательно, чтобы все страны были католическими. А для этого необходимо просто следовать заветам Господа – содействовать распространению католичества в мире.